Владимир Колганов
Из жизни мухоморов

Глава 1. Ведьмин круг

Семёну Кондратьевичу приснился сон. Будто идёт он по лесу, в руке корзина, но хоть бы какой-то завалящий гриб нашёл – нет грибов, одно расстройство! Заплутал и оказался в незнакомом месте, прежде никогда тут не бывал. Смотрит по сторонам и вдруг видит гриб, что-то похожее на серый мухомор. Голову повернул, а там ещё один, а за ним в ряд выстроился целый десяток. Крутит головой Семён Кондратьевич, а грибов-то много, причём образовали идеальный круг, а Семён Кондратьевич как перст посередине. Но самое поразительное, что грибы растут, как на дрожжах, прямо на глазах поднимаются, расправляют шляпки, вот уже стали ему по плечо… И вдруг происходит нечто уж совсем невероятное – под шляпкой мухомора видит он лицо, под другой ещё одно… «Батюшки! Неужто колдовство?» Ну а когда один из мухоморов раскрыл рот, и вслед за ним остальные заголосили, бросился Семён Кондратьевич наутёк. Но грибы не отпускают – он в берёзовую рощу, а они за ним, он на опушку, а они там поджидают и, чем окончательно достали, беспрерывно галдят, как заведённые. «Господи! За что же мне такое? Чем провинился я перед тобой?» Тут видит – то ли речка, то ли пруд: «Ну туда-то они за мной не сунутся!» Бултых в воду… И тут слышит:

– Старый! Ты совсем сдурел? Весь до нитки вымок. Иди в дом!

Тут только Семён Кондратьевич сообразил, что с ним случилось – задремал в саду под яблоней и не заметил, как набежала туча и начался дождь. Да ещё какой!..

Настасья Дмитриевна стащила с мужа мокрую одежду, насухо вытерла его махровым полотенцам.

– Ну вот, сейчас чаем с мёдом напою. Пошли за стол!

– Как, прямо голышом?

– Совсем слепой на старости лет! Да вот же на стул пижаму положила.

– И вовсе я не слепой! После дождя пойдут грибы, тогда всем вам покажу, ни один опёнок от меня не спрячется.

Однако Настасья Дмитриевна его уже не слушала.

Чаю выпили, включили телевизор, а там ток-шоу «Места хватит всем», Семён Кондратьевич ни разу его не пропустил. И вот видит…

– Да это же они! Вон тот самый главный среди них, а этот норовил меня за штанину ухватить, сам-то без порток по лесу шнындрил. Да и остальные хороши – одно бесстыдство!

– Так я и думала, продрог…

Настасья Дмитриевна, не взирая на протесты мужа, уложила его в постель, сунула подмышку градусник, а сама побежала за врачом, его дача по соседству.

Тем временем, Семён Кондратьевич опять заснул – надеялся хоть так избавиться от наваждения… А там опять они! Обступили со всех сторон и требуют:

– Признай, что был неправ, когда от нас сбежал.

– Так ведь никогда ещё не видел двуногих мухоморов…

– Форма видоизменяется в зависимости от внешних условий и конкретной ситуации, а смысл всегда один.

– И в чём же он?

– А в том, что перед нами поставлена задача наставить тебя на путь истинный.

– И куда же я пойду?

– Главное никуда не сворачивать, ни направо, ни налево. А если стоишь, не смотреть по сторонам.

– Что же это за грибная охота? Тогда совсем пустой домой приду.

– А мы тебе укажем, прямо к месту подведём, где гриб стоит. Ты какие предпочитаешь, белые либо подосиновики?

Семёну Кондратьевичу такая перспектива ни к чему:

– Нет, граждане мухоморы, так дело не пойдёт!

– Это почему?

– Неинтересно! И как-то даже унизительно. Будто я сам не в состоянии ничего в лесу найти.

Те покачали головами, усмехнулись и снова стали уговаривать:

– Ты своего счастья не понимаешь! Ведь по ошибке, по недомыслию можешь сорвать ядовитый гриб, их же десятки, а то и сотни разных видов. И что потом? Потом накушаешься отравы и пиши пропало! Бывали случаи, когда даже промывание желудка не спасало. Но не это страшно! Скажем, дал ты дуба, жена будет горевать, дети опечалятся. Ситуация не из приятных, однако всё это можно пережить. А вот представь, что под влиянием грибов наступит у тебя помутнение рассудка, начнёшь бросаться на своих соседей или, что гораздо хуже, призывать к бунту против руководителей садово-огородного товарищества. Что тогда?

– Тогда возникнет заварушка…

– Вот и мы о том же! Это называется «грибная революция», и наша задача в том, чтобы ничего подобного не допустить.

– Но ведь я опытный грибник!

– Все так говорят!..

Врач разбудил на самом интересном месте, когда ещё сохранялась надежда, что можно как-то договориться с мухоморами:

– Ну, Сеня, эко ты учудил! В нашем возрасте купание под дождём небезопасно, – посмотрел на градусник: – Тридцать шесть и шесть… Скажи «а-а-а»… В горле тоже чисто… – врач развёл руками, а потом и спрашивает: – Так что случилось-то?

– Да понимаешь, Шура, снятся мухоморы, причём те самые, что вон там, по телевизору.

Шура оглянулся, а на экране всё ещё продолжается ток-шоу:

– Ах, эти? Скажу тебе, Сеня, по секрету, у половины жителей нашего посёлка то же самое, только не хотят в этом признаваться. Кто припарками лечится, кто водку пьёт, но ничего не помогает.

– И что, везде так?

– Да нет. У нас тут собрались люди творческих профессий, в некотором роде интеллектуалы, так что сами могут во многом разобраться, любого из этих мухоморов в предметном споре за пояс заткнут. Ну а в других товариществах всякое бывает, особенно если там чиновный люд. Народ тоже не глупый, но подневольный, а потому либо сами уже превратились в мухоморов, либо привыкли жить по их понятиям.

– Грустно, если и впрямь до этого дошло. И как нам быть?

– Всё очень просто! Не смотри телевизор. Есть же интернет, там можно найти что-то для ума и для души.

– Да лень копаться! Пока что-нибудь найдёшь, мозги уже набекрень. Мне бы что-нибудь попроще.

Шура возмущён, всплеснул руками:

– Так я и думал! Вот в этом, Сеня, вся твоя беда! Да что тут говорить, таких, как ты, в стране навалом. Кнопку на телевизоре нажать – тут нет проблем. А чуть усердия и выдумки применить – это уже не для вас. Обленились, привыкли, что всё вам прямо в рот положат, – тут Шура потеребил свою бородку и после паузы выдал нечто сокровенное: – Ты знаешь, Сеня, у меня иногда возникает подозрение, что мы постепенно в зомби превращаемся.

– Ну, это уж ты загнул! – от удивления Семён Кондратьевич вылез из-под одеяла и быстрым шагом заходил по комнате. – Никогда не поверю, что мы можем превратиться в ходячих мертвецов.

– А что тут странного? Вот мухоморы уже всюду, учат, как нам жить. Напичкают нас какой-то дрянью, тогда всякое возможно, вплоть до летального исхода, причём без утраты способности выполнять свои обязанности по долгу службы.

– Тогда уж проще нас заменить на роботов.

– Да так и будет! Слыхал, небось, про всеобщую цифровизацию, про искусственный интеллект, облачные технологии.

– А нас куда? На городскую свалку?

К счастью, подошло обеденное время, и Настасья Дмитриевна пригласила к столу. А там уж обсуждать серьёзные проблемы как-то не с руки.

Глава 2. Один среди грибов

Той ночью Семён Кондратьевич не ложился – боялся, как бы опять не началось. Вышел в сад, уселся на скамейку и стал припоминать, не было ли с ним чего такого, что подтверждает Шурину догадку. Как-то перед зеркалом стоял и вдруг возникло у него сомнение: «Я это или же не я?» То есть всё вроде бы на месте – руки, ноги, голова. Но вот глаза… Именно в них отражается внутренняя жизненная сила, по ним можно определить, жив человек или его уже нет. И вот смотрит, а зрачки уже не те, что прежде – были карие, а теперь бледнеют. «Что бы это значило? А ну как Шурик прав?» Вслед за этим появились мысли совсем уж запредельные, словно бы не сам придумал, а навязаны извне.

«Трудно поверить, но это факт: я – зомби!» Эта догадка пришла в голову Семёна Кондратьевича внезапно, как озарение. Хотя какое уж тут озарение – скорее, тьма! «С чего бы вдруг? Вроде ничего такого в моей жизни не случалось, что указывало бы на принадлежность к сообществу бродячих мертвецов. Учился в школе, закончил институт, работаю в научном учреждении и никогда ни у кого не возникало ни малейшего сомнения в том, что я вполне нормальный человек. Да и внешне ничуть не походил на этих нежитей – будь я одним из них, наверняка бы все от меня шарахались, а тут совсем наоборот. Это вовсе не значит, что дамы строили мне глазки, а мужики набиваются в друзья, но ведь и то следует признать, что регулярно принимаю участие в застольях по случаю Дня главбуха или Дня кадровика, не говоря уже о всенародных праздниках, когда приходится так или иначе соответствовать, хотя привычнее для меня седьмое ноября. Нет, это вовсе не потому, что закоренелый коммунист, да я и в партии никогда не состоял, однако трудно избавиться от того, что намертво засело где-то в подсознании». Вот и теперь, откуда ни возьмись, вместо коммунистов мухоморы налетели…»

Так и задремал, находясь в сомнении – то ли человек он, то ли нет. И вдруг видит – громадная зала перед ним, большую часть занимают серые мухоморы, а по краям розовые, зелёные и жёлтые. За столом президиум, всё как полагается, но вместо значительной персоны на месте председателя этой ассамблеи – гриб! Сидит в кресле и зачитывает какой-то документ:

– Соратники! В повестке дня у нас три вопроса. Первое – как увеличить рождаемость грибов. Второе – изыскать средства для повышения их зарплаты. И наконец, третье – внести в Уголовный кодекс высшую меру за уклонение от… – тут председательствующий гриб запнулся, поскрёб себе шляпку и с огорчением признал: – Ставлю главе комитета по юридическим вопросам на вид! Формулировку надо доработать, а то получается белиберда. Ну что это такое? Может ли грибник уклоняться от грибов? Нет, это надо срочно переделать ко второму чтению. Кто за? Единогласно. Слово главе комитета по труду и социальным вопросам.

Видит Семён Кондратьевич, на трибуну поднялся зелёный мухомор – от таких он всегда шарахался, а то ведь по недосмотру можно эту бледную поганку в корзину положить, потом хлопот не оберёшься.

– Уважаемый председатель! Друзья! Соратники! Следуя предначертанному нам пути, мы изыскали резервы для повышения зарплаты.

Вопрос с места:

– Каким образом, если казна почти пуста?

– Во-первых, сократили численность персонала по уходу за лесными насаждениями. Оно нам вовсе ни к чему, поскольку всем давно известно – чем чище лес, тем меньше в нём грибов. Это инновационное предложение позволяет решить главную задачу – увеличения нашего поголовья.

Председатель одобрительно кивает, в зале раздаются аплодисменты. Ну а бледная поганка продолжает:

– Но и это ещё не всё! Мы считаем, что переросткам из разряда лисичек, свинушек и опят зарплата ни к чему, и без того расплодились сверх всякой меры. Ну и пособия им следует урезать вдвое. Тогда прибавка к нашей зарплате составит двадцать пять процентов!

Председатель встаёт с места, подходит к докладчику, оба снимают шляпки и целуются взасос. Ну что поделаешь, если у них так принято? В зале бурные и продолжительные аплодисменты.

Наконец, успокоились, и председатель обращается к тем, кто сидит в почётной ложе:

– Хотелось бы услышать мнение представителей исполнительной власти.

На трибуну взбирается хилый подберёзовик – таких Семён Кондратьевич сроду не брал, толку от них чуть.

– Уважаемый председатель! Дамы и господа! Спешу заверить вас в полной поддержке предложенных нововведений. Более того, мы полагаем, что сокращение пособий переросткам нужно распространить на все виды грибов, но безусловно исключить из этого списка, помимо здесь присутствующих и их ближайших родственников, такой уникальный вид, как боровик.

Из заднего ряда раздаётся писклявый голосок:

– Это несправедливо! Если уж сокращать пособия, тогда всем переросткам. Боровики тоже бывают дряхлые!

Дальше ничего уже не слышно, поскольку говорившему отключили микрофон. Председатель пояснил:

– Мы не можем ставить под сомнение интеллектуальные способности боровиков, причём вне зависимости от возраста. Их век и без того короток, поскольку до этого лакомства особенно охочи черви и всяческие слизняки, а если лишить боровиков пропитания и полива, тогда совсем засохнут. Ну можно ли каждую неделю назначать выборы на высшие посты? – и после паузы: – Так что, всем будем сокращать?

Из зала крики:

– Нет!

– Не допустим!

Председатель поднял руки, успокаивая аудиторию:

– Ваше мнение предельно ясно сформулировано, поэтому не вижу смысла голосовать по этому вопросу, – затем поднёс к уху телефон и с удивлением воззрился на сидевших перед ним:

– Мне только что сообщили, что фракция розовых мухоморов пригласила на наше заседание грибника…

В зале шум:

– Как такое может быть?

– Это нарушение регламента!

– Вывести его из зала!

Пришлось снова мухоморов успокаивать:

– Оказывается, этот тот самый грибник, который не далее как вчера чуть не попал в облаву. Чуть, потому что наши хвалёные загонщики попросту обделались. Ну что ж, если сам пришёл, если готов признать свои ошибки, дадим ему слово. Прошу, дорогой гость, проходите прямо на трибуну.

Семён Кондратьевич ни жив, ни мёртв – перед такой аудиторией никогда не выступал, а тут ещё одет явно не по форме, по-домашнему. Впрочем, эти-то и вовсе голые… Взобрался на трибуну, а перед ним ни одного лица – только разноцветные шляпки с белыми пупырышками. Что делать, надо соответствовать, если пригласили. Прокашлялся, собрался с мыслями и начал свою речь, но совсем не с извинений. В общем, не сдержался, поскольку не мог иначе реагировать на то, что здесь услышал:

– Вот что, граждане грибы. Уж если выпала мне редкая возможность, выскажу то, что на душе. А потому что накипело, наболело! Сил больше нет терпеть! Что же вы, мухоморы, вытворяете? Навязываете всем дурацкие законы, а чужое мнение вас не интересует. Если уж на то пошло, мы и без мухоморов проживём!

Что тут началось!..

– Это бунт!

– Неуважение к представителям власти!

– Позор!

Общее мнение выразил председатель:

– Предлагаю признать этого грибника ядовитым со всеми вытекающими последствиями. Лишить его права посещать лес с апреля по ноябрь, запретить высказывать своё мнение о грибах в любой доступной ему форме и назначить месяц исправительных работ по месту жительства. Кто за?.. Принято большинством голосов. На этом заседание завершено.

Семён Кондратьевич пытался протестовать, но двое мухоморов взяли его под руки и потащили к выходу. Только и успел прокричать:

– Я ещё вернусь! Тогда посмотрим, кто кого.

А председатель кричит ему вослед голосом Настасьи Дмитриевны:

– Всё! Больше никаких грибов! По ночам ворочаешься, стонешь и брыкаешься. Вон ноги у меня все в синяках! А сегодня ночью и вовсе где-то пропадал.

«Пропал, совсем пропал» – это умозаключение как нельзя более точно выражало состояние Семёна Кондратьевича. Всё потому, что сговорились – и мухоморы, и жена, и те, что в телевизоре.

Глава 3. Суперзрение

Весь следующий день Семён Кондратьевич работал в огороде – пропалывал грядки, выдёргивая огромные сорняки, одной только воды вылил десять вёдер, не считая удобрений. К полудню умаялся, а жена требует:

– Сходи в поселковый магазин, сегодня к вечеру Карзинкины приедут. Вот тебе список, чего надобно купить.

А в списке двадцать пять пунктов – помимо выпивки, какие-то консервы, торт «наполеон», две дюжины мороженого «Русский холод», по телевизору все уши прожужжали про его питательную ценность, ещё какие-то рулетики, шоколадные конфеты, арбуз, дыня… «Куда ей столько? Неужто заявится целая орава с детьми и внуками? Да уж, эти Карзинкины так расплодились, что скоро какой-нибудь район в Москве придётся переименовать в их честь, а то и целый округ». Что ж, переоделся и пошёл – с супругой не поспоришь.

В магазине очередь – народ стоит за минералкой и за пивом. Есть такие, что берут шампанское «брют» – в летнюю жару самое оно, однако Настасья Дмитриевна не одобряет. Четвертинку «Абрау» Семён Кондратьевич всё-таки взял и тут же выпил – тёплое, но самую малость полегчало. Пока стоял в очереди, наслушался разговоров соседей по дачному посёлку – все спорят о погоде, о том, с чего бы такая аномалия и когда она закончится:

– Вы посмотрите, что творится в мире. Европа загнивает, в Штатах старый маразматик правит, а на Ближнем Востоке вообще бардак. Нет, это неспроста!

– Во всём виновата пандемия.

– Нет, вакцинация.

– Тогда почему Эль-Ниньо взбунтовался? Это же он влияет на погоду.

– Его-то уж точно не успели вакцинировать. Хотя кто знает, может, просроченную вакцину утилизировали в океане, а там киты, акулы…

– Да так оно есть! Все словно бы с ума посходили.

Семён Кондратьевич в разговор не встревал – у него своё мнение, но высказать его можно только другу Шуре. Другие не поймут, а то и на работу сообщат– так, мол, и так, ваш сотрудник настроен оппозиционно по отношению к властям, просим принять меры. А в этом возрасте на пенсию не проживёшь – жене нужны лекарства, да и на уход за дачей требуются деньги. Вот и администрация товарищества каждый год повышает оплату своего труда – ну а как без этого, если всё непрерывно дорожает?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.