Екатерина Синякова
S-T-I-K-S: Эксельсиор

Часть I: Форсинг. Октагон

«Ничья? Нет. Эту партию мы проиграли, когда оказались по разные стороны "стола". Кем мы стали? Соперниками? Вряд ли это слово в полной мере может передать неприглядную действительность. Врагами? Уже горячее. Докатились. И что будем делать теперь? Разорвем кровные узы и превратим друг друга в фарш, чтобы потешить самолюбие предводителей отрядов рейдеров, развязавших войну задолго до нашего появления в Улье, или пошлем всех к черту и продолжим путь рука об руку? Есть ли у нас выбор? Осталось ли в тебе хоть что-то от человека? Матово-черная пустота, вытеснившая блеск жизни из твоих глаз, лишает меня надежды. Больно».

Тогда.

Костя Агапов прислонился спиной к прохладному кафелю и достал из стоявшей на столике дорожной сумки телефон, но позвонить младшему брату боец не успел: на плечо Кости легла теплая ладонь заглянувшей в мужскую раздевалку миловидной шатенки.

– Слей бой, – смущенно опустив взгляд, попросила незнакомка.

– Иди лесом, – отстранившись от гостьи, ответил ровным голосом Агапов.

Шатенка пожала плечами и произнесла с придыханием, продолжая кокетничать:

– Как знаешь… Я тебя предупредила, – тон незнакомки располагал, но в ее словах плескался яд.

– Тебя подослал Филин? – холодно спросил боец.

– Этот разговор – моя инициатива. Я огребу не по-детски, если начальник узнает о нашей встрече, – призналась шатенка. – Не выдавай меня, красавчик!

– Беспокоишься обо мне? – Костя смутился даже и уточнил: – Почему?

– Ты мне понравился, – незнакомка тепло улыбнулась, достала из кармана мобильник и сфотографировала бойца.

– Что ты делаешь?! – возмутился Костя.

– Фотография нужна мне, чтобы не забыть черты твоего лица. Буду визуализировать тебя по утрам, – шатенка расстегнула молнию на своих облегающих стройные ноги джинсах и, «засветив» атласное белое нижнее белье, застегнула ее, а после добавила с воодушевляющей ухмылкой: – Если ты понимаешь, о чем я?!

Незнакомка покинула раздевалку, но задержалась возле дверного проема и картинно обернулась, чтобы продемонстрировать бойцу заинтересованность в продолжении общения с ним.

Агапов взглянул на экран своего телефона и начал искать в журнале вызовов номер брата, Костя хотел услышать голос этого сообразительного пацана перед финальным выступлением, но не вышло, так как в комнату заглянул помощник распорядителя боев и сообщил, что пора идти. Агапов коротко кивнул, убрал телефон в сумку и, поправив съехавшую с правой руки старую снарядную перчатку, направился к окруженному толпой посетителей октагону. Костю и Игоря Лимарева, лучшего бойца Филина, заперли в клетке.

***

Когда на покрытый канвасом пьедестал поднялся Игорь Лимарев, его фанаты, сделавшие запредельные ставки, взревели и окружили восьмиугольную клетку. Лима сдержанно улыбнулся, кивнул посетителям, выражая свою признательность тем, кто пришел на него посмотреть, а потом медленно перевел взгляд на забравшегося в октагон соперника – Костю Агапова. Раздражающий треп ведущего затих. Мужчина передал микрофон помощнику и закрыл дверь конструкции, «отрезав» бойцов от царившей в главном зале клуба суеты. Мир для Лимы и чужака сузился до размеров загона, в который они угодили, чтобы потешить самолюбие толпы и неплохо заработать.

Из глаз Игоря исчез игривый блеск, улыбка сползла с лица бойца Филина, Лима принял боевую стойку и прищурился, он просчитывал возможные варианты развития событий и изучал соперника. Костя тоже отказался от ненужных эмоций, он был расслаблен и уверен в себе, это сильно настораживало и дезориентировало Лиму. Он наблюдал за боями, в которых этой ночью участвовал чужак, но «прочитать» Костю не смог: Агапов каждый раз менял стиль борьбы или комбинировал абсолютно несочетаемые техники, действия чужака были хаотичными и нелогичными; неизменным оставалось лишь одно – Костя всегда одерживал победу.

«Игорь – профессиональный боец, я самоучка. Если буду предсказуемым, он меня ушатает», – решил Агапов.

Костя совершил выпад вперед – Игорь уклонился. Для Лимы такое положение вещей было непривычным, так как обычно именно он вел в «танце» и заставлял соперников отступать и осторожничать. Нападки со стороны Агапова не прекращались, движения чужака были размашистыми, удары – дерзкими, а скорость – возрастающей. Костя не боялся выдохнуться: он форсировал события и сгустком обжигающей энергии метался по октагону, не давая Игорю опомниться и перехватить инициативу.

Лима поднырнул под руку Агапова и перебросил чужака через плечо, Костя успел сгруппироваться, он кубарем прокатился по полу и врезался в стойку «клетки». Не поднимаясь на ноги, чужак сделал кувырок назад и сбил Игоря. Возня на канвасе не продлилась долго: Лима сорвал болевой захват, который пытался провести подмявший под себя бойца Филина Агапов. Игорь оттолкнул Костю и подскочил с пола, чужак тоже выпрямился и пошел на сближение с соперником. В яростном исступлении бойцы обменивались ударами, развлекая остервенелую толпу.

Представление затянулось. Своим агрессивным и динамичным «танцем» Костя очаровал посетителей, Игорь тоже невольно засмотрелся на вылившуюся в стремительные и непредсказуемые действия агонию, в которой бился не имеющий права проиграть чужак, и пропустил удар, предрешивший исход зрелищного и жестокого боя: Лима упал на помост и зажмурился, тело бойца Филина мелко подрагивало от перенапряжения, а рот открывался и закрывался в немом крике.

Ведущий забрался в октагон и объявил Агапова победителем. Костя заметил привлекательную шатенку, обещавшую «визуализировать его по утрам»; прильнув к сетке конструкции, девушка неодобрительно качала головой.

***

Агапов забросил снарядные перчатки в сумку, накинул белую футболку на мокрое от пота тело и позвонил брату.

– Костя? – сонно пробормотал ответивший на вызов подросток.

– Привет, мелкий, – боец улыбнулся и сообщил: – Скоро я заберу тебя. Документы на оформление опеки собраны. Мать обещала не оспаривать лишение родительских прав…

– Ты пытаешься от нее откупиться, – перефразировал брат с упреком и напомнил: – Мать заберет твои деньги и благополучно позабудет об обещании, которое она дала тебе. Сейчас мать не пьет, потому что у нее нет такой возможности. Если ты влезешь и проспонсируешь мать, она сорвется.

– Ты жалеешь эту женщину? – Агапов грустно усмехнулся.

В комнату заглянул помощник распорядителя боев, но чужак не обратил на визитера внимания.

– Я не брошу мать. Без меня она пропадет, – подтвердил подросток.

– Ваш выигрыш подготовлен. Андрей Григорьевич Филин ожидает вас в своем кабинете, – обратился к Агапову подчиненный Филина.

– Тебе нужно идти? – спросил услышавший слова помощника распорядителя боев младший брат.

– Да, – ответил чужак.

– Береги себя и не беспокойся обо мне, Костя, – попросил подросток, зевая. – Я справлюсь.

– Бывай, малой, – разговор с братом выбил Агапова из колеи: все, что боец сделал для того, чтобы достать деньги, потеряло смысл. Костя отключил мобильник и последовал за подчиненным Филина в кабинет владельца бойцовского клуба.

***

Туман только начинал сгущаться. Его растопыренные мертвенно-бледные «пальцы» неспешно тянулись к утратившим бдительность и здравомыслие жертвам. Напряжение, вызывающее во всем теле ломоту и заставляющее волоски на коже подниматься, повисло в воздухе, превратив его в приторный кисель, в котором, подобно неразумным мухам, барахтались охваченные паникой люди.

Сейчас. За час до того, как все пошло… под откос.

Тот, кто пришел с улицы, чувствовал себя хозяином октагона, а опытные бойцы местного разлива были в «клетке» лишь нежеланными гостями новичка, которых наглый и бесстрашный чужак очень быстро выпроваживал с присвоенной территории, отправляя бойцов в нокаут.

Сашка Махно, безызвестный парень, метался по помосту, подпрыгивал и переворачивался в воздухе, избегая столкновения с соперником. Казалось, что сила притяжения не действует на чужака. По залу бойцовского клуба прокатились восхищенные возгласы посетителей. Ставки были нешуточными. Сашка уделал четырех «аборигенов» и расколотил «копилку» владельца заведения. Еще одна победа – и сумма выигрыша станет непростительной: на то и расчет. Деньги были только предлогом: Сашка не нуждался в них, он добровольно стал наживкой. В голове парня хрусталем звенела не дававшая покоя мысль: «Что стало с тобой, Костя? Сегодня я узнаю правду и поставлю твоего палача на колени. Я устал жить в неведении. Либо я найду то, что от тебя осталось, либо… – тебя». От последнего варианта развития событий по спине бойца пробежал холодок.

Сашка отразил сложную комбинацию ударов и, захватив руку соперника, выполнил кувырок, заставив бойца следовать за собой. Чужак опрокинул соперника на канвас и, чтобы утихомирить «аборигена», применил удушающий прием «треугольник». Подло, некрасиво, но плевать: Сашка не претендовал на место фаворита посетителей.

Калейдоскоп боев завершился.

– Ваш выигрыш подготовили, он в кабинете Андрея Григорьевича, – сообщил чужаку управляющий. – Хозяин хочет с вами поговорить. Идите за мной.

Сашка Махно на мгновение замялся, но потом напряжение отпустило бойца: парень понимал, что Андрей Филин не станет пачкать полы и стены кровью гостя: бандит, владеющий бойцовским клубом, отдаст приказ душегубу Кантеру, и тот разыщет Сашку позже.

После того, как чужак пересек порог кабинета Филина, устроившийся в кресле бандит указал на стоявшую перед ним на столе набитую деньгами сумку и спросил:

– Уверен, что сможешь все это унести?

«Завуалированная угроза?.. Как мило!» – Сашка осклабился и ответил:

– Попытаюсь.

– Если станешь одним из моих бойцов и откажешься от части выигрыша, я тебя не обижу, – подсказал чужаку выход из сложившейся щекотливой ситуации владелец клуба.

– Не интересует, – Сашка подхватил небольшую дорожную сумку и закинул ее ручки на плечо.

Филин пристально посмотрел на немногословного собеседника; цепкий взгляд, расслабленная поза, скрывающая собранность и готовность дать отпор, и дежурная дерзкая ухмылка должны были ввести бандита в заблуждение, но Андрей не принял гостя за глупца – мужчина разглядел в бойце потенциал.

– Ты же не успеешь потратить такую сумму, – Филин предпринял последнюю попытку образумить чужака.

– С чего взяли? – Сашка изобразил удивление. – Я транжира. И нам не по пути.

– Как знаешь, – владелец клуба пожал плечами и мысленно поставил на бойце жирный крест.

Чужак зашагал к выходу. Охранник бандита увязался за ним.

***

Все пошло… под откос.

Сашка завернул за угол и зашел в туалет. Парень остановился в центре помещения. Преследовавший Сашку подчиненный Филина закашлялся, так как из приоткрытого окна потянуло тошнотворной кислятиной.

– Что вам от меня нужно? – обратился чужак к находящемуся у него за спиной матерому мужику, которого с любопытством рассматривал, глядя в висевшее над умывальниками зеркало.

– Я должен проводить вас. Андрей Григорьевич не хочет, чтобы с победителем что-то случилось на нашей территории, – последовал ответ.

– Как благородно с его стороны! – снисходительно произнес Сашка.

Свет мигнул раз, другой и погас вовсе; музыка, доносившаяся из главного зала, заглохла; кто-то вскрикнул, кто-то начал возмущаться. Волна паники, подобно поднимающимся к горлу рвотным массам, становилась неконтролируемой.

Помощник Филина выругался и задергался.

– Кажется, у вас появилось неотложное дело, – заключил чужак. – Ступайте, мне нянька не нужна.

Охранник включил фонарик на телефоне и стремительно покинул туалет, чтобы разобраться с возникшей в главном зале проблемой.

Сашка подошел к окну, снял с него москитную сетку, вылез на улицу и, время от времени задерживая дыхание, добежал до своей машины. Парень забрался в салон черной девятки, заблокировал двери и расстегнул сумку с выигрышем. Сашка нашел спрятанный в подкладке GPS-трекер, но не избавился от него, а довольно хмыкнул. Парень попытался завести автомобиль – не получилось; индикатор уровня бензина дал водителю понять, что топливо слили. «Банальная подстава», – Сашка прихватил сумку и находившийся в салоне увесистый фонарик, выбрался на улицу, всколыхнув густую пелену зловонного молочного тумана, и направился к дороге.

***

Прижатая к стене широкоплечим шатеном Алена прервала долгий вынужденный поцелуй и оттолкнула от себя подвернувшегося под руку посетителя, сказав:

– Мне пора!

– Я что-то не так сделал? – добрые щенячьи глаза парня расширились от изумления.

Девушка сама налетела на шатена, «вылизала» его рот и позволила парню потрогать упругий синтепон своего лифчика, а после потеряла к игрушке интерес и уставилась в экран телефона.

– Нет, все было классно, – сжалилась незнакомка и предложила шатену: – Продиктуешь свой номер?..

Парень оживился и начал называть цифры. Девушка только вид делала, что вносит данные в мобильник, а сама пыталась проверить местоположение победителя боев через приложение, но оно не запускалось – сигнала не было. «Черт! Кантер не выследит чужака. Нельзя терять пацана из виду», – незнакомка перестала любезничать с шатеном и бросилась к простенькому служебному автомобилю.

***

«Куда победитель боев делся?» – Алена ехала по трассе и вертела головой. В висках стучало, реакция девушки стала заторможенной, машину повело. «Да что со мной происходит? Нормально же все было! Нет. Так не пойдет», – Алена свернула на обочину и вскрикнула, так как кого-то сбила. Парень в темной футболке грохнулся на капот и болезненно простонал.

Девушка выбралась из салона и склонилась над пострадавшим, а после звонко рассмеялась и произнесла:

– А я фартовая! – помощница Кантера стащила с плеча попавшего под колеса парня сумку с деньгами и закинула ее в машину, достала из бардачка пластиковые стяжки и вернулась к силившемуся подняться бойцу. Алена зафиксировала хомуты на отведенных за спину руках пострадавшего и со знанием дела обыскала дезориентированного и ставшего покладистым парня: телефон, ключи, бумажник, фонарик – ничего интересного. Девушка вынула из чужого мобильника SIM-карту и засунула находки в карманы своей легкой цветастой ветровки. Сознание Алены помутилось, ноздри девушки начали раздуваться и жадно втягивать воздух. Алена прильнула к бойцу и слизнула стекавшую по щеке парня кровь. Наваждение прошло. Девушка резко отпрянула от жертвы: «Что я творю?!»

По трассе промчался направляющийся в сторону бойцовского клуба автомобиль. Алена проводила его взглядом. На лице девушки появилась глупая улыбка: «Кантер! Нужно догнать его и сообщить, что деньги Филина у меня».

Пострадавший оклемался, поэтому Алена стукнула его по голове увесистым фонариком – парень снова обмяк. Ругаясь последними словами, девушка затолкала бойца в багажник, плюхнулась на водительское сиденье и проверила свой телефон – на экране вновь появилась надпись: «Нет сигнала». «Смогу ли я вести машину?» – Алена сомневалась и дергалась: пульсация в висках не стихала, глотку пекло и драло так, словно в нее влили раскаленное железо. Девушка бросила фонарик на приборную панель, схватила бутылку с водой и попыталась утолить жажду, а после все-таки завела двигатель.

***

Рывок; затишье перед бурей —

За поворотом злобный рубер.

Клыки акульи, взгляд голодный,

Один удар – ты труп холодный.

Твари потянулись к перезагрузившемуся кластеру, чтобы схарчить еще не обратившихся людей или иммунных свежаков, также появление развитых зараженных на не запачканной кровью копий земле было вызвано нарушением баланса сил – в быстрый кластер пожаловал хищник, не утративший человеческого обличья, но превосходящий по силе лотерейщика, топтуна и рубера, претендующего на пополнение рядов элиты: Улей таким образом уравнял шансы своих обитателей в борьбе за выживание.

***

Кантер заглушил двигатель, прикрыл нижнюю часть лица одноразовой медицинской маской, надел кепку и вышел из машины. Филин вызвал наемника и сообщил ему, что наводчица, Алена Ветрова, уже присматривает за потенциальной жертвой; все шло гладко до тех пор, пока не пропала связь. Кантеру пришлось забыть о возможности преследования отказавшегося от предложения владельца клуба бойца: трекер превратился в бесполезную побрякушку, поэтому охотник за головами решил повидаться с начальником и согласовать с ним дальнейшие действия.

Обычно парень принимал взвешенные решения, за это его прозвали Кантером, но его тело из-за мышечной памяти и обостренных инстинктов иногда реагировало на внешние раздражители раньше, чем охотник за головами успевал подумать или увидеть полную картину происходящего, поэтому, когда к нему протянул свои кривые пальцы исторгающий странные нечленораздельные звуки мужчина, Кантер повернул туловище и нанес незнакомцу отработанный до автоматизма удар лоу-кик. Сильный пинок в бедро свалил урчащего мужчину с ног, а «добавка» – удар в челюсть – заставила незнакомца подавиться собственной кровью и обломками зубов.

Из клуба доносились крики и ругательства. Мимо охотника за головами промчались две испуганные девчонки с растрепанными волосами. За ними гнался издававший горловые звуки парень; Кантер сделал подсечку – и преследователь пропахал лицом землю.

«Под чем они?» – охотник за головами поморщился и завернул за угол, но после отступил и спрятался за стеной. Кантер медленно достал из прикрытой просторной темной ветровкой наплечной кобуры девятимиллиметровый пистолет и приготовился. В голове роились самые разные мысли: «Защита? Нападение? Бегство?» Ни один из вариантов не гарантировал того, что парень останется в живых, так как возле входа в бойцовский клуб огромная тварь с несимметричной головой, напоминающей морскую раковину, придавливая потерявших сознание или уже скончавшихся жертв к земле мощными когтистыми лапами, деловито поглощала оторванные от тел неудачливых посетителей куски; раздутые из-за наличия нескольких рядов клыков челюсти легко перегрызали кости.

Кантер не выбрался из скудного укрытия и не начал палить по угловатому существу, потому что сомневался в том, что пули пробьют защищающие голову, грудь и конечности монстра костяные пластины. Парень осмотрелся и заметил распахнутое окно мужского туалета. Стараясь не шуметь, Кантер направился к нему. «Ладно, поиграем в прятки», – парень схватился за раму и поставил ногу на подоконник, когда ему навстречу из мрака «вынырнул» высокий блондин с пустыми глазами; он раскрыл перепачканный чужой кровью рот и радостно заурчал, уставившись на Кантера. Этот «сигнал» привлек внимание матерой твари. Существо выпустило из пасти остывающие части трупов и погналось за теплым и дрыгающимся «мясом». Свет фар завернувшего к клубу автомобиля на мгновение отвлек тварь – монстр мотнул головой и замедлился. Кантер забрался в помещение и вырубил навалившегося на него блондина ударом локтя в лицо.

Охотник за головами обернулся, чтобы закрыть окно, и замер, прошептав:

– Алена, что ты творишь?..

***

«Нужно отсюда убираться!» – эта здравая мысль пришла в голову Алене Ветровой, когда она разглядела гнавшегося за Кантером монстра, но из-за тупой преданности и успевшей укорениться в сознании симпатии к парню девушка махнула рукой на собственную безопасность и решила задержать тварь. Алена нажала на педаль газа и врезалась в монстра, «пригвоздив» его бампером к стене. Тварь быстро оклемалась и одним мощным ударом вывела двигатель автомобиля из строя, проделав дыру в центре капота. Существо уперлось развитыми когтистыми лапами в покореженный бампер и, отодвинув машину назад, освободилось, а потом играючи вырвало водительскую дверь и потянулось к девушке.

Кантер перегнулся через подоконник и нажал на спусковой крючок пистолета; прогремел выстрел – тварь дернулась и заурчала. Алена перелезла на пассажирское сиденье, распахнула дверь и вывалилась из автомобиля. Монстр обернулся к стрелку; девушка запаниковала; она схватила упавшую во время столкновения на резиновый коврик бутылку с водой, поднялась на ноги и бросила ее в затылок клыкастого существа. Тварь забыла про Кантера и, перепрыгнув через крышу машины, помчалась за уводящей ее от парня Аленой.

Девушка завернула за угол, открыла тяжелую дверь бойцовского клуба, заскочила в помещение и заперлась изнутри, протолкнув засов в петлю. Алена отпрянула от железной конструкции, за которой кружился потерявший из виду жертву монстр, и ощутила скольжение чужих рук по своему телу; волоски на коже девушки встали дыбом, когда над ее ухом раздалось обещающее боль урчание, но хуже всего было то, что Алене хотелось вторить ему.

Мурка

Тогда.

Устроивший в городском парке пир лотерейщик был лысым и практически беззубым: клыки у зараженного только начали неравномерно отрастать, заменяя выпавшие зубы, хотя челюсть твари уже деформировалась и раздулась. Лотерейщик просто заглатывал куски мяса, которые, присев на корточки, отрывал от пустыша когтистыми руками.

Мурка снисходительно посмотрела на несуразное существо, напоминающее ей обделавшегося младенца, и наступила на валявшуюся на земле алюминиевую банку из-под пива, чтобы привлечь к себе внимание зараженного. Хруст заставил лотерейщика обернуться. Увидев миниатюрную охотницу, существо выпустило из толстых пальцев тухлятину и возбужденно заурчало.

Когда лотерейщик поднялся на ноги и кинулся к Мурке, та изящным движением плеч скинула с них расстегнутую безрукавку; ткань соскользнула до лопаток, она больше не скрывала пришитых к униформе кожаных ножен, из которых девушка выхватила клинки. Поднятие локтей, круговое движение плечами – и спина снова прикрыта безрукавкой. Ожидавшая приближения прожорливой твари Мурка была похожа на ленивую грациозную кошку. Лотерейщик замахнулся и сделал выпад вперед, но его грязные когти распороли лишь воздух: девушка увернулась и проскочила мимо зараженного. Оказавшаяся позади твари Мурка всадила лезвия клинков сопернику в плечи. Руки лотерейщика, как плети, повисли вдоль туловища, так как девушка повредила ему сухожилия. Мурка уперлась носком ботинка в поясницу зараженного и потянула клинки на себя, задевшие костную ткань лезвия со скрежетом вышли из поврежденной плоти твари, после этого девушка прикончила лотерейщика, воткнув клинок в его споровый мешок.

«Спарринг-партнер» не впечатлил Мурку; зевнув, девушка потянулась и со знанием дела рубящими ударами отделила от разросшихся мускулистых рук лотерейщика кисти. Какое-то время Мурка смотрела на трофеи, которые она не планировала забирать, но хотела запечатлеть в памяти, и представляла себе другой бой, другого соперника. «Прикосновение его горячих ладоней меня убьет. Чтобы уделать обладателя одного из самых мерзких даров Улья, я должна стать сильнее», – отголоски скверных мыслей промелькнули в сознании девушки. Из глаз Мурки исчез блеск жизни, девушка прищурилась и, делая вид, что не заметила в помутневшей из-за крови и слизи зеркальной поверхности металла силуэт подкравшегося к ней гостя, стала тщательно протирать лезвия клинков платком, который достала из кармана безрукавки. Мурка убрала холодное оружие в ножны, отцепила от пояса чехол с флягой, открутила от нее крышку и сделала два глотка живчика; по телу девушки разлилось тепло, ее веки затрепетали от наслаждения, и дело было не во вкусе – он оставался отвратительным, – а в том бодрящем эффекте, который живчик оказывал на организм. Когда нутро прогревалось, накатывало желание жадно хватать ртом воздух, а разум окутывала легкая поволока эйфории, пробуждающей смелые потребности.

«Она самый настоящий мясник», – Слон улыбнулся и задержал цепкий взгляд на точеной фигуре брюнетки, щеголявшей в подчеркивающей волнующие изгибы приталенной безрукавке, облегающей стройные ноги и подтянутый зад черной униформе и кожаных перчатках. Было в этой особе что-то соблазнительное и настораживающее, она походила на прокисшее вино: цвет пойла все еще насыщенный, но пить не стоит.

– Зачем ты отрубаешь зараженным конечности? – поинтересовался сторонний наблюдатель.

– У девушки должен быть фетиш, – отозвалась та и медленно обернулась. Краска сползла с лица Мурки, когда она хорошо рассмотрела собеседника. Увеличенная челюсть незнакомца выступала вперед, его кожа приобрела землистый оттенок и была испещрена мелкими морщинками. Урод уродом, только развитая мускулатура, которую невозможно было скрыть мешковатой формой защитного цвета, вызывала восхищение и обещала неприятности.

Слон неправильно расценил реакцию брюнетки и предположил:

– Никогда квазов не встречала?

Девушка невольно представила чужака в другой роли. Когда наваждение прошло, Мурка, облизнув пересохшие губы, ответила многообещающе:

– А ты в моем вкусе!

Слон растерялся.

Брюнетка воспользовалась заминкой и уточнила, отыгрывая смущение:

– Ты мур?

Кваз поспешил успокоить девушку:

– Нет. Я рейдер, не бойся.

Брюнетка устала изображать из себя «недотрогу» и прыснула:

– Боюсь? Я? Ха! Жаль, что ты не мур: с ними можно не церемониться. Как же быть?.. – девушка задумалась, а затем пообещала: – Я не убью тебя, просто изменю твой статус.

– Что ты несешь? – Слон начал закипать.

– Ты не рейдер, это определение больше тебе не подходит, – безапелляционно заявила Мурка и добавила менее дружелюбно внезапно севшим голосом: – За пределами стаба ты жертва.

***

Девушке удалось спровоцировать рейдера: Слон начал приближаться к ней. Мурка снова приложилась к фляге с живчиком, а потом резко дернула рукой и плеснула алкоголем квазу в морду. Он зашипел и принялся протирать глаза рукавом камуфляжа, а девушка воспользовалась тем, что соперник дезориентирован, и нанесла незнакомцу ногой удар, который должен был заставить взвыть любого, даже самого брутального, мужика от невыносимой боли, но бурной реакции на выпад Мурки не последовало. Слон вопросительно посмотрел на девушку, она – на него, оба смутились и стали выглядеть комично.

– Я же кваз, бестолочь… – пробубнил Слон.

– Я не знала, что ты настолько кваз! – сказала в свое оправдание брюнетка, а затем снова принялась подначивать соперника: – Ха! Был мужик – и нет мужика!

Когтистая рука Слона размытой тенью метнулась к глотке Мурки, но девушка увернулась и отскочила от кваза на безопасное расстояние. Рейдер осторожничал и не открывал свою спину: он помнил, каким отточенным и эффективным способом соперница лишила лотерейщика возможности шевелить руками, и не собирался повторять ошибку, которую допустил безмозглый зараженный. Мурка звонко и подкупающе смеялась, кривлялась, как озорной ребенок, и отпускала в адрес кваза едкие комментарии.

Слону надоело гоняться за девчонкой, не желавшей сокращать дистанцию; он остановился и заявил:

– Ты ловкая, но не быстрее пули.

Достать из-за пояса пневматический пистолет, который бы несильно попортил сопернице шкуру, а лишь счесал бы «дикой кошке» «шерсть», кваз не успел, так как Мурка почти неуловимым для глаз движением выхватила крепившийся клипсой к карману униформы складной нож и метнула его в Слона. Лезвие пробило ладонь кваза, заставив соперника взреветь от боли и выругаться.

***

Наблюдавший за боем брюнетки и кваза через прицел винтовки Блицор сообщил:

– Девчонка бойкая. Слон нормально так огреб. Может, мне стоит вмешаться? – парень в предвкушении погладил спусковой крючок.

– Когда дойдет до горячего, стреляй, – спокойно ответил ему Ферзь.

«Болевой порог» у всех разный, поэтому Блицор уточнил:

– Что ты имеешь в виду под «горячим»?

– Угрозу жизни, хотя я не уверен, что такой вариант возможен, – собеседник оставался расслабленным.

– Ты «улавливаешь» намерения охотницы? – стрелок не унимался, он хотел заполнить томительное ожидание пустым трепом.

– Нет. Она слишком далеко, я просто высказал предположение, – голос предводителя рейдеров казался блеклым, сказывалась усталость.

– Девчонка пытается отрубить Слону кисть руки! – запаниковал Блицор.

– Ничего. Отрастет, – парировал Ферзь. Он был не в силах отказаться от грязного социального эксперимента.

– А-а… – стрелок растерялся, он не мог понять, шутит собеседник или нет.

Ферзь стукнул себя ладонью по лбу и заговорил серьезно:

– Так и будешь ждать чужого одобрения или что-то сделаешь? Блицор, не тупи!

***

Мурка уклонилась от удара и перекатилась по сухой траве, развернулась и, выхватив из-за спины клинки, распорола квазу сухожилия и икроножные мышцы. Раненый соперник рухнул на землю. Девушка обошла незнакомца, склонилась над ним, намереваясь отсечь поверженному бойцу кисти рук, и замахнулась, но рубящий удар нанести не успела: прозвучал хлопок; Мурку развернуло, когда пуля проделала в ее теле отверстие. Девушка выронила холодное оружие и грохнулась на дергающегося кваза.

***

Отряд рейдеров «облюбовал» закрытое на ремонт до перезагрузки крыло детской поликлиники и довольно быстро очистил идеальное для привала место от зараженных медляков, в которых превратились рабочие.

Мурка пришла в себя, когда ее приподняли со старой скрипучей койки, чтобы сменить давящую повязку. Верхняя часть униформы, представлявшей собой комбинезон с длинными рукавами, и лифчик девушки были спущены до талии; грудь, пулевое отверстие под ключицей и плечо Мурки прикрывали бинты. Возился с раненой парень в форме, взгляд его светло-карих глаз был отстраненным и ровным, словно незнакомец ворочал пыльные документы в архиве, а не играл с миловидной девушкой в доктора.

– Это ты меня?.. – поинтересовалась Мурка.

– Нет, – спокойный голос парня заставил собеседницу поморщиться, – но именно я отдал приказ.

– Кваз – твой боец? – девушка продолжила «прощупывать почву».

– Да, – рейдер закрепил повязку и отстранился от раненой. – Он жив и постоянно о тебе спрашивает.

– Почему ты мне помогаешь и не задаешь вопросов? – Мурка устала от «светской беседы».

– А сама как думаешь? – парень впервые проявил любопытство.

В голове девушки оформилась неприятная догадка, раненая выпалила:

– Ты ментат!

– Нет, – собеседник скрестил руки на груди: названное девушкой определение совершенно не подходило ему, рейдер невольно выдал свою неприязнь банальным защитным жестом. – Ментата можно обмануть, когда он выясняет, правду говорит человек или нет. Полуправда и недосказанность собьют ментата с толку. Я умею считывать намерения и мысли людей. Ты представляешь интерес для моей команды, поэтому еще дышишь.

– Что ты видишь или чувствуешь, когда находишься рядом со мной? Каковы мои намерения? – Мурка с вызовом посмотрела на парня.

– Ты считаешь меня привлекательным и хочешь «попробовать» здесь и сейчас, – просто сказал тот.

Девушка смутилась и задумалась: «Он действительно ничего, но…»

Рейдер рассмеялся:

– Я пошутил, – сидевший на стуле парень подался вперед и заговорил уже серьезно, облекая в слова определяющие поведение раненой отголоски эмоций и мыслей: – «Я сильная». «Мне никто не нужен». «Отомстить».

– Неплохо, – Мурка пожала плечами. – И?.. Зачем ты со мной возишься?

– Мои бойцы прозвали тебя мясником; мы довольно долго наблюдали за тобой издалека. Меня восхищает то, что ни один матерый зараженный, с которым тебе приходилось бороться, не смог до тебя дотронуться. Ты носишь одежду, полностью закрывающую твое тело, не снимаешь при посторонних перчатки и отрубаешь соперникам кисти… – рейдера захлестнул поток пестрых мыслей и образов, вспыхнувших в сознании девушки: «Руки». «Смерть». «Кваз». «Отомстить». Пазлы сложились, парень судорожно задышал, его догадки подтвердились, решение сблизиться с «мясником» было верным. Рейдер спросил: – Гамбит стал квазом?

Мурку передернуло из-за упоминания имени обладателя самого мерзкого и опасного дара Улья. Все, на ком Гамбит оставил свою метку прикосновением ладони к чужой коже, были обречены на смерть по его прихоти. Такие факторы, как давность и расстояние, не имели значения: они не влияли на действие убийственного дара.

– Да, – запоздало ответила девушка.

– Я не знал, давно мы с ним не пересекались… – парень горько усмехнулся, а после предложил: – Присоединяйся к моей команде. У нас общий враг.

«Я сильная». «Мне никто не нужен». «Отомстить». «Смерть».

– Я не хочу… – Мурка не стала обнадеживать рейдера, – привязываться к иммунным. Вы дохнете, как мухи после распыления дихлофоса!

– А если я не отпущу тебя? – парень не удержался от еще одного социального эксперимента.

Слова рейдера возымели эффект. Поток чужих намерений вихрем ворвался в голову парня, девушка ментально продемонстрировала безрадостные для рейдера последствия подобного выпада: кости черепа парня ломаются под изящными пальцами гостьи; одним небрежным движением девушка сворачивает тому, кто пытается лишить ее свободы, шею; разъяренная брюнетка перебрасывает собеседника через всю комнату, от силы удара об стену затылок рейдера разбивается, и парень падает на пол сломанной куклой. В воображении соблазнительной садистки рейдер умирал снова и снова, гостье был нужен лишь повод. Улей наградил ее полезным боевым даром, теперь парень понимал значение выдвинутой брюнеткой ранее аксиомы «Я сильная».

Мурка хотела до чертиков напугать рейдера, но эффект был обратным: брюнетка заметила, что ткань брюк парня натянулась, и прыснула:

– Да ты извращенец!

Парень поправил собеседницу:

– Скорее, мазохист, ты меня впечатлила своей дерзостью и… находчивостью.

Мурка рассмеялась и, смягчившись, пообещала:

– А у тебя изумительное чувство юмора, мне «зашла» твоя шутка про «попробовать здесь и сейчас». Если ты будешь паинькой и принесешь мне живчика, я визуализирую что-нибудь горячее… со спецэффектами и сменой позиций.

– Заманчивое предложение, я его обдумаю, – рейдер поднялся со стула.

Девушка залипла, глядя на «доктора» снизу вверх, а потом, скромно потупив взгляд, уточнила:

– Все еще хочешь держать меня в неволе?

– Нет. Просто хочу, – парень подмигнул собеседнице.

Мурка перестала изображать кокетку и, позволив безразличию и усталости наползти на хорошенькое лицо и лишить его лоска, сообщила:

– Я уйду, когда рана начнет затягиваться.

Рейдер тоже «потух»: игра в гостеприимство и напускная вежливость вымораживали его.

– Знаю, – голос парня прозвучал холодно.

– Мурка, – вспомнив о формальностях, сухо представилась брюнетка.

– Ферзь, – бросил, как подачку, перед уходом из палаты рейдер.

Союзники

Тогда.

Ферзь обработал находящееся у Мурки под ключицей пулевое ранение и заклеил с двух сторон быстро зарастающее мясом отверстие широким стягивающим пластырем, а потом, поддев лямки указательными пальцами, потащил вверх болтавшийся на талии девушки лифчик, чтобы прикрыть Мурке грудь. Движения рейдера были аккуратными и неловкими.

Сдержанное поведение Ферзя рассмешило девушку. Мурка с издевкой спросила:

– Одевать женщин сложнее, чем раздевать их?

– Трудно не идти на поводу у разгоряченной особы, которая хочет, чтобы с нее сорвали одежду и отымели со знанием дела, – парировал рейдер.

Обмен «любезностями» вошел у них в привычку.

– Боишься, что не справишься с воплощением в жизнь моих смелых и грязных фантазий и разочаруешь меня? – продолжила подначивать Ферзя брюнетка.

– Хорошая провокация, но нет, я не стану на практике доказывать тебе, что я хорош в сексе, – не растерялся рейдер.

Ферзь бросил сидящей на жесткой койке девушке флягу с живчиком. Мурка восторженно взвизгнула, как девчонка, которой сделали предложение руки и сердца или купили телефон последней модели, и, открутив крышку, впилась губами в горлышко плоской алюминиевой бутылки. Веки раненой затрепетали; утоляя жажду и насыщая свой организм спорами, она испытала экстаз; тело Мурки охватила мелкая дрожь; болезненно простонав, девушка оторвалась от фляги, так как в больших количествах живчик мог навредить человеку. Рейдер невольно залип, наблюдая за естественным поведением Мурки. В комнате стало слишком тихо, девушка подумала, что Ферзь свалил по своим делам, поэтому вздрогнула, когда увидела замершего бойца. Брюнетку поразило выражение лица Ферзя и неприкрытое и неконтролируемое желание в его взгляде. Мурка невольно поежилась.

Рейдер «стряхнул» с себя наваждение и молча покинул палату. Он боялся, что сорвется и поведет себя как животное: «Черт! Из-за этой девчонки у меня мозги плавятся». Ферзь вышел на улицу: не хотел он, чтобы члены отряда видели своего предводителя взвинченным и… возбужденным до такого состояния, когда пар из ушей идет. Мимо ставшего заторможенным рейдера проскочил зараженный, медляк беспрепятственно поднялся по ступеням, открыл дверь, как будто был способен мыслить здраво, и остался в холле больницы.

Ферзь обнаружил незваного гостя по возвращении: безобидный зараженный просто раскачивался из стороны в сторону. Предводитель рейдеров схватил его за голову и резко повернул ее, свернув медляку шею. Зараженный грохнулся на спину. Ферзь заметил на его обнаженном торсе порезы, они представляли собой крупные угловатые буквы. «Они муры», – прочитал боец.

***

Блицор и Король, рейдер, получивший обидное прозвище из-за своей недальновидности, отправились на охоту и за «покупками», так как ингредиенты для приготовления живчика закончились, а Ферзь остался присматривать за ранеными, найти общий язык с Муркой и убедить ее в чем-либо мог только он, остальных рейдеров гостья отправляла в дебри разврата на поиски альтернативы (Никакой классики, только беспросветные приключения!..).

Доносившиеся с улицы женские крики и урчание тварей разбудили Мурку. Раненая гостья поднялась со скрипучей койки и подошла к окну. Два безобразных топтуна играли в догонялки с невысокой белокурой девушкой и худощавым мужчиной. Люди были относительно чистенькими, напуганными и выглядели плохо. Ферзь выбежал во двор и расправился с зараженными, воспользовавшись клинком Мурки. Блондинка смотрела на предводителя рейдеров с благодарностью и хныкала. Она расчувствовалась и бросилась Ферзю на шею. С лица предводителя рейдеров сползла краска, но боец быстро собрался с мыслями и ободряюще похлопал обнимающую его незнакомку по плечу.

Слон не вышел на улицу, он, как и раненая брюнетка, сделавшая его хромым, наблюдал за драмой из окна: кваз не хотел еще больше шокировать чужаков, которые, возможно, еще ни разу не встречали таких мутантов, как он.

Мурка надела безрукавку, застегнула молнию под горло, выбежала на крыльцо больницы, улыбнулась широко и обратилась к блондинке:

– Не хочу тебя расстраивать, милаха, но этот парень занят! – девушка прильнула к рейдеру, аккуратно оттеснив незнакомку, и заговорила с пришлыми вежливо и с сочувствием: – Вы, наверное, напуганы и не понимаете, что происходит?

– Да, люди в городе стали пожирать друг друга… – защебетала блондинка.

Ферзь слушал заковыристую историю чужаков, время от времени кивал им и, чтобы немного успокоиться, поглаживал горячей ладонью талию Мурки, с которой стоял в обнимку.

– Когда члены моего отряда вернутся с охоты, мы отвезем вас в безопасное место, – пообещал рейдер.

Ферзь помахал Слону, силуэт которого темнел за ограничивающими видимость с улицы пыльными жалюзи. Здоровяк раздвинул ламели, открыл створку окна и спросил у предводителя:

– Что нужно?

Незнакомка попятилась, мужчина тоже удивленно разинул рот: морщинистая морда кваза и его акульи зубы произвели на чужаков неизгладимое впечатление.

– Присмотри за нашими гостями, пока мы приберемся здесь, – пнув труп топтуна ногой, попросил Слона Ферзь.

– Будет сделано, – ответил кваз.

– Он… Он… – блондинка тыкала пальцем в сторону Слона.

– Мой помощник похож на развитого зараженного, но людей не ест, – объяснил чужакам предводитель рейдеров. – Зайдите в помещение. Мертвые твари могли быть частью большой группы.

– Я помогу вам с «уборкой», – предложил немногословный мужчина.

«Этот ублюдок не хочет терять нас из виду», – Ферзь напрягся. На выручку ему пришла находчивая и манерная брюнетка.

Мурка прижалась к рейдеру, ее руки заскользили по его плечам и спине, девушка недовольно покосилась на чужака и поинтересовалась:

– Ты реально не улавливаешь атмосферу и не понимаешь, что «наведение порядка» лишь предлог? Мы хотим побыть вдвоем! Мужик, нам не нужны свидетели! Без обид.

– Хорошо… – пробормотал тот.

Когда чужаки зашли в больницу, Мурка еще крепче обняла Ферзя и зашептала на ухо «прочитавшему» незнакомцев бойцу:

– Никакие они не свежаки.

– Муры, – подтвердил рейдер, обжигая дыханием щеку брюнетки.

– Почему они еще дышат? – уточнила девушка.

– Кожа блондинки прочнее брони, ее спутник – пирокинетик, есть еще один – погонщик тварей. Эти черти всех нас «срисовали», если бы группа не разделилась, они бы не решились напасть, потому что не знают, какие у нас дары. Мне требуется время, чтобы продумать детали и избавиться от гостей без потерь с нашей стороны, – ввел Мурку в курс дела Ферзь. – А что тебя в них насторожило?

– У муров споровое голодание. Не только нам не хватает ингредиентов для приготовления забористого целебного пойла. Белобрысая деваха все время пялилась на твою флягу с живчиком, свежаки себя так не ведут. Эта особа точно знала, что ей нужно, – пожала плечами девушка. Она достала плоскую алюминиевую бутылку из чехла, крепившегося к поясу бойца, и спросила задумчиво: – Это все, что у нас осталось?

– Да. Другого пойла нет, – подтвердил рейдер.

– Отлично! – Мурка просияла и обменяла флягу на свой клинок.

Девушка присела рядом с остывающим телом топтуна и выпотрошила его споровый мешок, над вторым бездыханным зараженным она склонилась, продемонстрировав великолепную гибкость и растяжку, рана уже не беспокоила Мурку. Ферзь поймал себя на мысли, что не хочет, чтобы девушка так быстро шла на поправку, ведь она «выпорхнет» из лагеря рейдеров, как только будет в норме. Мурка выбрала из второго вскрытого нароста черную паутину и спораны, вернулась к рейдеру и засунула находки в карман его разгрузки. Между пальцами девушки остался споран. Мурка снова позаимствовала флягу и забросила в нее маленькую серую виноградину, сделав живчик более концентрированным… и ядовитым. Если после растворения спорана в алкоголе не процедить пойло через марлю, чтобы очистить его от хлопьев и осадка, вместо лекарства получится отрава.

«А девчонка быстро соображает! Она нашла неплохой способ залезть незнакомке под кожу-броню», – выходка Мурки приятно удивила Ферзя.

– Что смотришь так? – девушка игриво подмигнула бойцу. – Хватай труп и тащи его к обочине, а я займусь вторым. С уборкой территории нужно заканчивать. Нельзя заставлять наших гостей ждать! У них же споровое голодание!

***

Слон окончательно убедился в том, что что-то не так, когда Мурка в обнимку с Ферзем переступили порог лаборантской, в которую хромой кваз отвел гостей. Предводитель рейдеров шептал девушке на ухо всякие глупости, а она вызывающе хихикала.

– Что с настроением, Слон? – поинтересовался Ферзь, заметив тень недовольства на лице своего бойца.

– Ты уверен, что они иммунные? – кваз указал на уплетающих консервы гостей. – Выглядят они неважно.

Блондинка и тощий мужик насторожились и непонимающе округлили глаза. Актерами муры были неплохими, вот только они не подозревали, что нарвались на того, кто умеет определять намерения людей и считывать их мысли. Если бы не полезный дар Улья, Ферзь бы поверил этим подонкам и подвел бы своих бойцов.

– У свежаков просто споровое голодание, – ответил Слону рейдер. – Где мои манеры? Нужно было сразу дать гостям живчика.

Ферзь подошел к «спасенным» незнакомцам, протянул флягу блондинке и объяснил:

– Это лекарство. На вкус оно мерзкое до тошноты, но, если не принимать эту дрянь, вы умрете в страшных муках или станете походить на зараженных.

Гостья вцепилась в плоскую бутылку и сделала несколько больших глотков. Ее тело пробрала дрожь, девушка закашлялась. Предводитель рейдеров выхватил из ее рук флягу, чтобы она не упала на пол и содержимое не вылилось на грязный кафель.

– Зачем же так спешить? Подавилась? – проявил участие Ферзь.

Мужчина занервничал, он склонился над подругой, которая продолжала кашлять, и взволнованно спросил:

– Ты в порядке?

– Нет… – прорычала та сквозь стиснутые зубы.

Мурка забрала бутылку с испорченным пойлом из рук предводителя рейдеров, ударила носком ботинка мура в грудь. Чужак от боли и неожиданности открыл рот, девушка вцепилась пальцами в волосы мужчины, запрокинула его голову назад и, ломая жертве передние зубы горлышком фляги, залила в горло мура отраву. На ладони мужчины возникли языки пламени, мур попытался прижать руку к бедру Мурки, но Ферзь оттащил от чужака не привыкшую к огнестрельному оружию и быстрому решению проблем девушку и выстрелил мужчине в лоб из ПМ. Огонь, «плясавший» на коже мура, потух, тело мужчины обмякло. Блондинка, корчась от боли, ползала по полу и проклинала рейдеров и охотницу. Вскоре силы покинули незнакомку, блондинка перестала дышать.

Слон вопросительно посмотрел на Ферзя.

– Муры, – просто сказал предводитель рейдеров.

– Понятно, – кваз передернул плечами и зевнул.

– Не расслабляйтесь! Нам еще предстоит уделать погонщика, – напомнила Мурка.

***

Погонщик объявился вечером в сопровождении топтуна и лотерейщика. Это был совсем «зеленый» парень. Курносый нос, веснушчатое лицо, субтильность и невысокий рост незнакомца вводили в заблуждение, и только серьезные глаза выдавали истинную натуру погонщика. Чужак осмотрелся и обратился к распахнутым «окнам», из которых торчали стволы винтовок.

– Я пришел за телами людей, которых вы прикончили. Я никого из вас не трону, – пообещал остановившийся во дворе больницы погонщик; его свита тоже топталась на месте и время от времени урчала.

– Почему ты решил, что твои друзья мертвы? – поинтересовалась вышедшая на улицу Мурка. Если пацан соврет или дернется, Ферзь пристрелит его: так условились.

Слово «друзья» заставило чужака поморщиться, он сухо ответил на вопрос:

– Потому что вы живы.

– Я думала: ты возьмешь с собой больше монстров! – сказала девушка.

– Я могу контролировать лишь двух зараженных, мой дар только начал проявляться, – признался погонщик.

– Зачем нам оставлять тебя в живых, гребаный мур? – Мурка недобро скалилась.

– Я не мур, а идиот, – горько усмехнулся чужак.

– Выполни его просьбу! – крикнул Ферзь.

– Чего?! – не поняла девушка.

– Вытащи трупы на улицу! – объяснил предводитель рейдеров.

Мурка хмыкнула, ненадолго вернулась в больницу и, воспользовавшись даром Улья, играючи справилась с поставленной задачей. Девушка бросила тела муров к ногам погонщика и скрестила руки на груди.

– Отойди подальше, – посоветовал брюнетке чужак, а потом он телепатически отдал приказы зараженным.

Мурка попятилась, когда лотерейщик стал отрывать куски мяса от долговязого мужика и заглатывать пищу. Топтун поднял блондинку над головой, а потом бросил ее на землю и принялся пинать тело ногами. Погонщик истерически смеялся, наблюдая за происходящим, а еще по щекам паренька текли слезы. Наевшийся отравленного мяса зараженный завалился на правый бок и задергался. Чужак смутился.

– Муры угостились испорченным нефильтрованным живчиком, – запоздало вспомнила девушка, пожимая плечами. – Такой тухляк и слона свалит!

– Ясно, – погонщик не выглядел расстроенным; видимо, он не успел привязаться к уродливому питомцу.

К брюнетке и гостю приблизился Ферзь.

– Ты можешь присоединиться к нам, – предложил рейдер чужаку.

– Теперь я сам по себе, – отказался от помощи погонщик.

– Понимаю, – Ферзь протянул парню руку.

Чужак помедлил, но после крепко пожал ладонь бойца.

Рейдер передал пареньку листовку с инструкцией для свежаков и сообщил:

– Изучи правила нашего мира. Как делать живчик, способ приготовления которого муры от тебя скрывали, в брошюре указано.

– Спасибо, – растерянно произнес погонщик: он отвык от доброты и заботы.

Когда чужак с топтуном покинули лагерь рейдеров, Мурка повернулась к Ферзю и спросила:

– Как этот пацан попал к шестеркам внешников?

– Он свежак, муры спасли его от зараженных, они хотели отдать иммунного внешникам, но у пацана проявился полезный дар, поэтому бандиты оставили свежака при себе. Пацану было хреново из-за спорового голодания, муры доводили новичка до отчаяния, а потом давали пленнику живчик. Свежак помогал им дурить рейдеров-одиночек, как нас сегодня, но всегда заранее предупреждал потенциальных жертв об опасности. Вчера в наш лагерь забрел зараженный, на груди которого было вырезано послание. Пазлы в моей голове только сейчас сложились. Если бы у муров не закончился необходимый для приготовления живчика алкоголь, они бы не сунулись к нам, – боец поделился с девушкой информацией, добытой ранее из сознания бандитов и дополненной мыслями молодого чужака.

– Погонщик не выглядел болезненно… – задумчиво протянула Мурка.

– Остатки своего живчика муры отдали ему, так как боялись, что пацан утратит контроль над зараженными, если будет не в форме, – Ферзь услышал гудение двигателя приближающейся машины, повернулся к дороге и с облегчением и теплотой в голосе сказал: – Блицор с Королем вернулись.

Девушка почувствовала себя лишней, ей захотелось сбежать от рейдеров, ставших разношерстной семьей.

– Задержись на несколько дней, – попросил боец.

– Обещать ничего не буду, – хмыкнула брюнетка.

***

Сейчас.

К свежему кластеру устремились прожорливые твари; появились они из-за нарушения баланса сил – рябь пошла, когда Мурка, пронырливая и жаждущая отмщения хищница, превосходящая по силе лотерейщика и способная уделать рубера, пожаловала на не запачканную кровью копий землю: Улей таким образом уравнял шансы своих обитателей на успех в борьбе за выживание.

Экс

Сейчас.

Автомобиль во что-то врезался, его здорово тряхнуло. Сашка Махно очнулся; вокруг было темно и пыльно; руки за спиной сдавливали стяжки, поврежденную прочным пластиком кожу на запястьях щипало; на затылке была небольшая рана, пульсирующая в месте рассечения боль, подобно набату, предвещала неприятности; движения ограничивал небольшой размер «короба», в который угодил боец. Сашка догадался, что находится в багажнике. Машина покатилась назад, послышался скрежет металла. Прогремевшие выстрелы и утробный рев дикого зверя заставили пленника вздрогнуть. «Что происходит? Затаиться или попытаться освободиться?» – Сашка не успел выбрать: из-за черепно-мозговой травмы он снова провалился в черноту.

Беспорядки на улице прекратились. Пленник моргнул раз, другой; мысли заструились беспокойным потоком: «Сколько я пролежал без сознания? Несколько минут? Часов?» Сашка заерзал и принялся ощупывать пальцами обивку и захламившие тесный «короб» предметы; ничего, чем можно было бы перерезать хомуты на запястьях, пленник не обнаружил. Сашка уперся плечом и бедром в крышку багажника, оттолкнулся ногами от стенки «короба» и навалился спиной на заднее сиденье, сдвинуть его и перебраться в просторный салон автомобиля у парня не получилось. «Нужно найти провод багажного рычага под обивкой, чтобы открыть защелку…» – решил пленник, продолжив возиться и раскачивать машину: Сашка не поддавался подступающей комом к горлу панике.

В пяти сантиметрах от живота парня когти развитой твари проделали дыры в металле, рывок – и крышку сорвало с петель. Сашку обдало зловонным дыханием зараженного. Монстр с несимметричной головой, напоминающей морскую раковину, разомкнул челюсти и заурчал; боец даже не успел испугаться и сообразить, что происходит: мозг отказывался воспринимать новую информацию, тело же отреагировало мгновенно: Сашка перевернулся на спину, сгруппировался, качнулся и перекатился на носки, а после оттолкнулся от кузова и спрыгнул на землю, позади клацнули сомкнувшиеся клыки. Боец, слегка наклонившись вперед, побежал прочь, петляя между брошенными на стоянке автомобилями, чтобы уклониться от твари, которую отчасти считал галлюцинацией, возникшей из-за полученной травмы головы.

Расталкивая попадающиеся на пути машины, рубер преследовал прыткую жертву; Сашка ускорился – расстояние между хищником и «едой» увеличилось. Перед глазами парня мелькали размытые неповоротливые и перекошенные силуэты; боец невольно подумал, что попал в чистилище и мертвецы, пытающиеся отмыться от облепивших их грехов, в немой мольбе тянут к нему свои руки. Сашка затерялся на их фоне. Незнакомцы, в угрюмых лицах которых еще сохранились черты посетителей бойцовского клуба, покачиваясь и дергая головами, медленно шли навстречу бойцу. Сашка обернулся, так как землю больше не сотрясали прыжки матерой твари, и смутился, потому что развитый зараженный, утратив интерес к свежаку, стал крутиться на месте и напряженно всматриваться в рассеивающуюся темень. Бойца тоже охватила тревога: «Чего или кого эта "машина смерти" опасается?» Из оцепенения Сашку вывела вцепившаяся в его шею зубами девушка с пустыми темными глазами. Боец отшатнулся от нее, выпутавшись из жутких объятий; на коже парня остались ссадины и следы губной помады. Незнакомка заурчала и снова кинулась к Сашке, боец сделал подсечку – и голодная девушка шлепнулась на землю.

Неуклюжие и лишенные ядовитым туманом сознательности твари окружили свежака. Одного из нападавших Сашка оттолкнул от себя ударом ноги в грудь, второму с разворота зарядил подошвой ботинка в челюсть, а следующему втащил коленом по ребрам; боец вырвался из созданного прожорливыми тварями оцепления и разбил двумя пинками боковое стекло находящейся поблизости тачки, повернулся спиной к окну машины и, вытащив осколок из рамы, разрезал стяжки на запястьях, а после Сашка устремился к желавшим разорвать его на куски существам. В исступлении он ломал соперникам кости, перебрасывал тварей через себя, расталкивал их, как кегли, и разбивал костяшки пальцев в кровь об зубы зараженных до тех пор, пока утробные звуки, которые издавали твари, не превратились в беспомощные хрипы.

Сашка восторженно смотрел на устроенный им бардак. В ушах звенело, руки подрагивали от волнения и пульсирующей боли, а на лице бойца появилась вымученная улыбка.

Рубер сдавленно взревел и попятился. Тварь была в смятении. Сашка понимал, что нужно бежать, но не мог сдвинуться с места: матерый зараженный приковал к себе взор парня. Из-за того, что на миниатюрной брюнетке была черная униформа, боец не сразу заметил ее тонкий силуэт и закрытые кожаными перчатками руки, удерживающие пасть рубера открытой, но, когда осознал, что происходит, бросился на помощь девушке, которую должен был вот-вот проглотить монстр, однако, приблизившись, Сашка рассмотрел, что клыки твари крошатся под пальцами незнакомки, и испытал шок, так как понятия не имел, где оказался, и ничего не знал о полезных боевых дарах Улья. Рубер ударил девушку когтистой конечностью, отшвырнув брюнетку от себя на несколько метров. Незнакомка силилась подняться, а тварь ликовала и урчала, как заведенный двигатель.

***

Боец отбил ногой от машины боковое зеркало и бросил его в голову рубера. Тварь на мгновение отвлеклась от брюнетки, которую собиралась добить. Девушке этого хватило, чтобы вскочить на ноги, вцепиться в многоугольную костяную пластину, прикрывающую ребра развитого зараженного, и отодрать ее от плоти монстра. Рубер дернулся и заурчал. Брюнетка со всей дури ударила его тяжелым «трофеем» по морде, наступила ногой на переднюю конечность существа, «пригвоздив» ее к земле, и проломила руберу челюсть отточенным апперкотом. В голове девушки яркой вспышкой возникла неоспоримая аксиома: «Я справлюсь. Я сильная». Брюнетка выхватила из ножен клинок и вонзила его в правый глаз рубера, навсегда угомонив тварь.

Незнакомка достала вошедшее по рукоятку оружие из тела монстра и вскарабкалась на грохнувшегося на землю зараженного. Действия девушки стали размеренными и аккуратными, когда она потрошила споровый мешок твари. Брюнетка извлекла из него пять споранов, четыре горошины и две черные жемчужины, засунула все это «добро» в карман ветровки и спустилась на землю. Девушка не чувствовала удовлетворения от проделанной работы из-за того, что в охоту вмешался посторонний человек. «Поделиться с ним трофеями или присвоить их себе?» – покачивая бедрами, брюнетка устремилась к изучавшему ее действия незнакомцу и спросила его:

– Медляков ты «раскидал»?

«Медляков? Видимо, она о посетителях клуба говорит», – догадался боец.

– Да, – Сашка кивнул.

«Свежак или разыгрывающий передо мной спектакль мур? – девушка склонила голову набок. – Я должна быть уверена…»

Незнакомка улыбнулась, сделала резкий выпад вперед и выпалила:

– Бу!

Парень вздрогнул и отпрянул. Его ноги уперлись в бампер чужой машины: Сашка не удержал равновесия и грохнулся на капот. Брюнетка нависла над бойцом, стянула грязные перчатки и принялась деловито обыскивать парня. После скучной проверки карманов пальцы девушки заскользили по торсу Сашки, тот шумно сглотнул и сдавленно простонал; услышав свой хриплый голос, парень смутился и умолк, задержав дыхание.

«А он милый!» – оружия и рации у незнакомца не оказалось, поэтому брюнетка расслабилась и, прижавшись к соблазнительному парню плотнее, произнесла:

– Все-таки свежак.

– Кто? – с трудом выдавил из себя Сашка.

– Неважно, – отмахнулась девушка, ей было лень объяснять копии, как в Улье все устроено. Брюнетка резко изменила тему разговора: – Голова болит? От жажды горло саднит?

– Есть такое, – признался Сашка.

Девушку накрыло непреодолимое желание «примерить» на себя роль медсестры и позаботиться о благополучии свежака, она кокетливо протянула:

– Хочешь, чтобы боль прошла?

Парень молчал, так как не доверял своему голосу. Вопросы, которые следовало задать, чтобы выяснить, откуда взялись твари и почему люди взбесились, тоже застряли в глотке бойца. Близость миниатюрной брюнетки сбивала с толку, по коже свежака забегали мурашки.

Парень запоздало ответил на вопрос:

– Да.

Незнакомка отцепила от пояса флягу, открутила от нее крышку и обхватила горлышко губами, жадно вбирая в себя живчик, чтобы после поделиться им; девушка поставила бутылку на крышу автомобиля и притянула бойца к себе. Поцелуй был «вкусным» и горьким; градусы повышались; бодрящее тепло растекалось по организму, рассеивая головную боль и усталость. Сашка увлекся: перехватив брюнетку поперек талии, он перевернулся и подмял незнакомку под себя. Девушка нахмурилась, так как теперь не она контролировала ситуацию, и прервала поцелуй, отвернувшись от бойца.

Сашка поднялся с брюнетки и пробормотал:

– Извини.

Та села по-турецки, забрала флягу с крыши и передала ее парню со словами:

– Это лекарство. Пей!

Сашка выпил живчика и поморщился: без очаровательного посредника пойло не казалось экзотическим и приятным. Боец сосредоточился на своих ощущениях: из-за приема сомнительного лекарства самочувствие действительно улучшилось.

– Спасибо, – Сашка вернул флягу незнакомке.

Девушка достала из кармана черные жемчужины и, раскрыв ладонь, предложила:

– Если хочешь выжить в новых условиях и стать сильнее, выбирай свою «порцию».

– Они же одинаковые, – парень смутился.

– Ошибаешься, – осадила его брюнетка. – Жемчужины совершенно разные.

Боец сделал выбор. Черный «шарик» нагрелся в руке свежака.

– И что мне с этим делать? – уточнил Сашка.

– Жемчужину нужно проглотить, – сухо объяснила девушка: надоело ей изображать благородную наставницу.

Брюнетка насторожилась и прислушалась: эхо разносило размеренный стук, который возникал, когда окостенелые пятки топтунов касались заасфальтированной дороги. Девушка спрыгнула с капота и пошла навстречу зараженным. Охота продолжается: «мясник» жаждет крови.

Сашка закинул в рот жемчуг и, проигнорировав отсутствие приглашения, быстро догнал брюнетку. Боец не пошел за убийцей монстров, а поравнялся с ней.

«Он не пешка, а тот, кто самозабвенно реализует такую шахматную задачу, как "эксельсиор"», – подумала брюнетка, искоса глядя на спутника.

– У тебя не найдется лишнего кинжала? – спросил Сашка.

– Ты можешь отсидеться в безопасном месте, – напомнила девушка.

– Это не вариант, – не согласился боец.

– Тогда держи, – брюнетка одолжила добровольцу один клинок. – Если повредишь зараженным находящийся на затылке споровый мешок, они откинутся.

– Буду иметь в виду, – Сашка улыбнулся.

Топтуны заметили мило беседующую парочку и радостно заурчали.

***

В драке с зараженными больше страсти, чем в постоянном качественном сексе: эмоции охотников зашкаливают, звук ломающихся костей распаляет участников бойни, смерть опасной твари заменяет одновременный оргазм, хочется смеяться от нервного возбуждения и плакать от боли, ведь избежать серьезных травм невозможно.

Чужое небо стало ясным. Брюнетка и боец лежали на скользкой от крови побежденных существ траве и улыбались.

Девушка повернулась к помощнику и изучающе посмотрела на него, голова брюнетки в этот момент была забита самыми смелыми мыслями: «Ферзь преследовал меня, потому что я была нужна ему как искусный мясник. А свежак, не выдвигая условий, помог мне, отвлекая монстров и рискуя своей жизнью. Иметь дело с новичком, который еще не изучил жестокие правила Улья, намного приятнее, чем с опытным и циничным рейдером».

Взгляды охотников встретились.

– Сашка, – представился парень.

– Забудь старое имя, – посоветовала брюнетка. – Я буду звать тебя Эксом.

– Почему? – боец изумленно приподнял брови.

– Знаешь, что такое «эксельсиор»? – поинтересовалась девушка.

– Нет… – щеки собеседника зарделись от смущения.

– В шахматы не играл? – усмехнулась брюнетка.

– Нет. Я спортом занимался! – сказал в свое оправдание парень.

– Я тоже не играла в шахматы, – призналась девушка, – но знакома с человеком, одержимым шахматной тактикой и стратегией. Я окрестила тебя Эксельсиором, потому что ты, угодившая в Улей пешка, уверенно пробираешься к краю «доски» и рано или поздно станешь ферзем. Есть в тебе что-то воодушевляющее и пугающее одновременно…

– Спасибо, – бойца от слов и рокочущего голоса незнакомки в жар бросило. После небольшой заминки он спросил: – А как мне обращаться к тебе?

– Мурка, – ответила миловидная брюнетка.

Шанс

Тогда.

Молочная пелена – предвестница беды и невообразимой боли – перестала быть густой и насыщенной бело-голубыми оттенками смерти: туман окончательно рассеялся. Границы состыковавшихся кусков земли размылись. В воздухе повисло напряжение, подстегивающее инстинкты притаившихся во мраке хищников.

К быстрому кластеру стянулись развитые зараженные. Безобразных клыкастых монстров с кожей желтовато-землистого цвета, несимметричной мускулатурой и раздутыми из-за наличия второго ряда зубов челюстями распирало от предвкушения. Стуча окостенелыми пятками по обновленному из-за случившейся перезагрузки асфальту, твари устремились к скопированному населенному пункту.

Каскад посмотрел в монокуляр и поморщился, провожая уставшим взглядом толпу уродцев. Пока зараженные не «снимут сливки», утолив первобытный инстинкт убийцы, и не затеряются в охваченном паникой и неведением городе, рейдер не сможет свободно передвигаться по улицам. Боец отстранился от края крыши многоэтажного здания и приложился к горлышку фляги. Живчик обжег глотку, по телу Каскада начало разливаться дурманящее тепло, усталость схлынула, напряжение превратилось в сгусток энергии. Волна спокойствия накрыла вымотанного рейдера, она отрезвляла и приводила мысли бойца в порядок. Каскад точно знал, что будет делать и как, несмотря на то что в его дерзком плане осталась одна неизвестная переменная.

***

Привязанный к дереву охранник, обокравший своего начальника Андрея Филина – бандита и владельца бойцовского клуба, огребал по полной, но продолжал молчать.

Андрей Сабуров расстегнул ширинку, чтобы помочиться на пленника.

– А вот это лишнее, – спокойно произнес Игорь Лимарев. Нейтральная фраза, даже не просьба, но ее было достаточно, чтобы Андрей вспомнил о хороших манерах.

Сабуров, как и другие подчиненные Филина, не хотел разочаровывать Игоря. Подобное поведение в шутку называли «Феноменом Лимы». Для своих Игорь не представлял опасности, он никогда не скатывался до угроз, только давал скупые рекомендации, если коллеги творили дичь в его присутствии. Начальника бойцы боялись, а Лимарева уважали. Если бы Игорь вскинулся и пошел против Филина, многие сотрудники поддержали бы бунтаря, несмотря на то что такой поступок повлек бы за собой серьезные негативные последствия.

Лимарев прислушался и обвел взглядом сумрачные «декорации» леса.

– Что тебя беспокоит, Лима? – обратился к нему стягивающий с рук окровавленные перчатки Сергей Лукьянов.

– Мне кажется, что за мной следят, – ответил Игорь, передернув плечами.

Если бы кто-то другой выдвинул такую странную гипотезу, Сергей бы оборжался, но к подозрениям Лимы мужчина отнесся серьезно. Закурив, Сергей сказал:

– Мы были осторожны. Хвоста я не заметил.

– Мимо нас проскочила битая девятка… – напомнил Игорь.

– Может, водитель кого-то сбил и сваливал с места преступления, – собеседник затянулся и прикрыл глаза, наслаждаясь процессом.

– Я пройдусь, – сообщил Лимарев.

– Хорошо, – Сергей достал карманную пепельницу, напоминающую брелок, и затушил сигарету. Мужчина убрал «нержавейку» в карман и пообещал: – Я дожму вора, Лима.

Игорь кивнул бойцу и направился к дороге.

***

Лимарев нашел за крутым поворотом брошенную водителем на обочине девятку. На бампере и капоте были вмятины, а лобовое стекло машины «украшали» трещины. Игорь заглянул в салон; находящийся под рулем защитный кожух был снят, провода питания, ранее соединенные угонщиком с проводом, подающим напряжение, теперь болтались бесполезными нитями.

«Мы не одни здесь…» – Лимарев отошел от девятки, достал из кармана легкой темной ветровки мобильник, чтобы предупредить Серегу и Андрея Сабурова о том, что поблизости шляется чужак, и только сейчас заметил, что сигнала нет. Игорь, стараясь не шуметь, поспешил к своим помощникам. Необъяснимая тревога набатом стучала в висках бойца, сердце гулко билось в груди, пытаясь, подобно птице, вырваться из сделанной из ребер и прикрытой кожаной «накидкой» клетки.

***

Пленник сник: он мычал, размеренно раскачивался, натягивая веревки, которыми был привязан к дереву, и пускал слюни.

– Твою мать! – с чувством сказал Сабуров. – Кажется, мы его сломали…

– Все может быть, – Лукьянов пожал плечами и снова закурил.

– Почему ты так спокоен? – не понял Андрей, он шумно сглотнул, стянул с рук перчатки и стер тыльной стороной ладони испарину со лба. – Теперь мы не узнаем, где деньги Филина!

– Мне поплакать? – с насмешкой уточнил собеседник.

Сабуров открыл рот, чтобы ответить на циничный выпад Сергея, но шум шаркающих шагов отвлек Андрея и заставил его озираться по сторонам.

– Да не дергайся ты так, – Лукьянов закатил глаза и убрал окурок в карманную пепельницу, чтобы не оставлять следов своего пребывания рядом с местом избиения охранника. – Видимо, Лима вернулся.

Сабуров расслабился и устало улыбнулся, но вскоре вновь вскинулся и выхватил из наплечной кобуры девятимиллиметровый пистолет, так как треск веток, непонятная возня, монотонное шарканье – звуки, указывающие на присутствие посторонних, теперь доносились отовсюду.

– Нас окружают! – прошептал Андрей, в его голосе проскальзывали панические нотки.

– К машине! – приказал Сергей: «Нужно связаться с Лимой и предупредить его о гостях».

Сабуров последовал за Лукьяновым к автомобилю. Сергей запоздало заметил, что Андрей сбавил шаг и выронил ствол.

– Ты чего? – Лукьянов обернулся и недовольно посмотрел на замершего бойца.

Глаза Сабурова утратили блеск жизни, Андрей заурчал и набросился на Сергея. Находившиеся поблизости зараженные устремились к сцепившимся бойцам. Лукьянов не понимал, что происходит, и хотел образумить Андрея. Сергей схватил оскалившегося и брызжущего слюной помощника за грудки и хорошенько его встряхнул, но взбесившийся боец продолжал издавать утробные звуки и силился сомкнуть зубы на мелькающем возле обезображенного гримасой голода лица Андрея запястье Лукьянова. Зараженные пришли на призыв обнаружившей жертву твари. Бегуны и медляки окружили Сергея и повалили его на землю.

***

Начинало светать. Разминувшийся с Игорем Каскад присел рядом с обращающимся охранником и раскрыл складной нож, чтобы убить тварь до того, как она заурчит и позовет голодных «друзей» на «вечеринку». Рейдер сжал рукоятку и потянулся к пленнику, но нанести охраннику удар в висок Каскад не успел – Лимарев, решивший, что незваный гость пытается перерезать веревки, чтобы освободить пленника, втащил рейдеру с ноги в бок, оттолкнув незнакомца от охранника. Каскад сгруппировался и, выполнив кувырок назад, вскочил на ноги.

Рейдер никогда не отличался дипломатичностью и сознательностью, поэтому, указав на пленника, выпалил с серьезным видом:

– Его нужно прикончить!

Игорь наградил незнакомца снисходительной усмешкой и принял боевую стойку.

Охранник вскинул голову и утробно заурчал. На его бессловесный «вопль» откликнулись другие зараженные. Урчание десятка тварей эхом разнеслось по посадке.

– Блин! Поздно… – с чувством произнес Каскад. – Отсюда надо убираться. Пошли!

– Да кто ты такой? – спросил Лимарев.

– Друг, – просто ответил рейдер.

– Ты следил за мной? – продолжил «допрос» Игорь.

– Да, я не успел перехватить тебя возле твоего дома, поэтому пришлось играть в догонялки, – признался Каскад. Он на мгновение зажмурился, вспоминая старое прозвище собеседника, а потом проговорил, отчеканив каждое слово: – Я хочу спасти тебя. Следуй за мной, Лима.

Игорю удалось сохранить невозмутимость, он задал еще один вопрос:

– Где мои помощники?

– Либо мертвы, либо стали прожорливыми и безмозглыми тварями, как этот пленник, – рейдер подошел к Лимареву и, схватив его за локоть, потянул свежака за собой.

Игорь легко высвободился и, посмотрев поверх плеча незнакомца, спросил у направляющегося в их сторону изрядно потрепанного бойца:

– Андрей, где Серега?

Сабуров, раскрыв измазанные чужой кровью губы в немом восторженном крике, бросился к Лимареву. Игорь подпустил бойца к себе, а потом отклонился и заломил Андрею руку, надавил на затылок зараженного ладонью, продолжая удерживать запястье безумного соперника, сделал подсечку и навалился на грохнувшегося Андрея, прижав его коленом к земле. Зараженный брыкался и урчал.

Каскад не вмешивался, он знал: для Лимарева слова – пустой звук, свежак должен сам осмыслить тот факт, что от его мира остался лишь осколок, перемещенный в ад. Зачем подогревать того, кто пылает?..

Между деревьями уже мелькали силуэты бегунов и медляков.

– Твой знакомый не станет прежним, его тело захватил паразит, – сухо объяснил рейдер скрутившему Андрея Игорю.

Отвернувшись от свежака, Каскад «встретил» подскочившего к нему бегуна ударом стопы в грудь; зараженный пошатнулся, подался вперед и напоролся на приготовленный Каскадом нож. Нападения не прекращались. Рейдер пригнулся, отскочил в сторону и оказался позади раскинувшего руки медляка. Каскад схватил воротник майки зараженного, дернул ткань на себя и, перерезав «изголодавшимся» по плоти тварей лезвием ножа монстру глотку, играючи прикончил еще одного соперника. Рейдер отыскал взглядом Лимарева; свежак обхватил голову Андрея руками и, на мгновение прикрыв веки, чтобы преодолеть последний барьер и навсегда отречься от предубеждений, свернул бешеному бойцу шею. Игорь выпрямился и в исступлении начал «месить» облепивших его медляков.

Свет проснувшегося солнца лишил зараженных возможности скрываться в тени, прожорливые твари стали добычей свежака и бывалого иммунного. Игорь невольно поймал себя на мысли, что ему нравится убивать. Раньше боец сдерживался и сохранял невозмутимость, а сейчас свежак получил шанс выплеснуть наружу клокотавшую в его нутре ярость.

Каскад с восхищением наблюдал за действиями Лимарева: «Лима подходит этому миру. Почему тогда погиб он, а не я?»

Игорь тяжело дышал, его злой и колкий взгляд скользил по свежему кладбищу, вид и запах крови возбуждали его: «Мне мало этого. Хочу еще!.. А-а-а…»

Рейдер насторожился, он убрал руку с фляги с живчиком, которым хотел поделиться с наемником, и сомкнул похолодевшие пальцы на рукоятке ножа: «Никогда к этому не привыкну… Твою мать!» Когда блеск жизни исчез из глаз Лимы, уступив место матовой черноте, и боец заурчал, Каскаду пришлось в очередной раз упокоить его.

Октагон Улья

Сейчас.

Бойцовский клуб был погружен во мрак. Зараженные сновали из угла в угол и подъедали напуганных до смерти раненых иммунных, у которых уже не хватало сил сопротивляться: болезненные стоны людей превратились в немой крик; гримасы ужаса, застывшие на лицах иммунных, из-за накатившего безразличия разгладились.

Алена Ветрова заскочила в помещение и закрылась изнутри, протолкнув засов в петлю. Алена отпрянула от железной двери, за которой кружился потерявший из виду жертву рубер, и ощутила, как измазанные чем-то липким чужие руки заскользили по ее телу; волоски на коже девушки встали дыбом, когда над ее ухом раздалось обещающее боль урчание, но хуже всего было то, что Алене хотелось отпустить ситуацию, забыться и, пополнив ряды лишенных эмоций и сознания тварей, повторить бессловесный «припев» утробного «гимна смерти». «Зачем барахтаться, если можно насладиться свободным падением?» – Ветрова, подобно перебравшей на вписке девчонке, покачнулась. Она пыталась вспомнить, ради чего или кого до этого пьянящего момента хваталась за крупицы человечности.

Дыхание зараженного обожгло щеку девушки, тварь сдвинула прохладными пальцами с плеча Алены ветровку и вцепилась зубами в кожу девушки. Это отрезвило Ветрову, пазлы в ее голове сложились. Вместо урчания из глотки Алены вырвался истошный крик:

– Кантер!

Одно слово – даже не имя, а дурацкое прозвище, в полной мере характеризующее своего холодного обладателя, – вернуло Ветровой силы бороться с «бездной», которая медленно, но верно разрушала разум и захватывала тело не имеющей иммунитета девушки.

– Отвалите! – зашипела Ветрова, расталкивая локтями «прилипших» к ней существ.

– Алена?! – окликнул девушку телохранитель и «правая рука» Филина – Виктор Сурин.

– Витя! – обрадовалась узнавшая голос помощника начальника Алена.

– Забирайся в клетку! Она закрыта. Здесь безопасно! – сбивчиво объяснил мужчина. – Я оставлю тебе нож возле заблокированной двери! Один монстр лучше, чем толпа тварей.

Девушка сделала отчаянный рывок вперед и вместе с цепляющимися за нее потерявшими равновесие зараженными кубарем покатилась по полу. Хватка тварей ослабла; Алена слезла с оказавшихся под ней дергающихся медляков, поднялась на ноги и побежала к возвышающемуся в центре главного зала клуба пьедестальному октагону. Вытянутые руки Ветровой уперлись в сетку конструкции. Вход в клетку был лишь один. Виктор предупредил, что дверь заперта. Чтобы уцелеть, девушке предстояло найти другой способ попасть внутрь конструкции, высота которой из-за помоста достигала почти трех метров.

Крупный зараженный врезался в Алену, толчок отшвырнул девушку в сторону. Алена грохнулась на стол. Тварь, брызжа слюной, нависла над ней. Девушка схватила зараженного за грудки и разогнула локти, отодвигая забравшегося на столешницу медляка от своего лица. Алена подтянула к груди согнутую в колене ногу, уперлась ею в живот стоящей на четвереньках твари и, резко выпрямив ногу, перекинула зараженного через себя. Девушка слезла со стола, пододвинула его к клетке, поставила на столешницу стул, вскарабкалась на хлипкую конструкцию и подпрыгнула. Оклемавшийся медляк врезался в стол и сдвинул нагромождение, стул с треском упал на пол. Повисшая на стойке октагона Алена вздрогнула, но быстро привела мысли в порядок и подтянулась, она закинула ногу на сетку и, перевалившись через ее край, рухнула на канвас.

***

– А-а-й!.. – сорвался с губ Ветровой стон. Глаза девушки щипало от слез. В поврежденном плече беспощадным пламенем вспыхнула боль – жесткое приземление не прошло бесследно.

Алена медленно приняла сидячее положение и, «баюкая» правую руку, тихо позвала:

– Витя!

Ответа не последовало.

Из-за дурного предчувствия кожа девушки покрылась мурашками. «Один монстр лучше, чем толпа тварей», – вспомнились Алене слова телохранителя Филина. «Какая же я дура! Совсем забыла, что здесь зараженный!» – запаниковала девушка, она поднялась на ноги и стала двигаться вдоль сетки, ощупывая пальцами стойки, до тех пор, пока не нашла дверь. Рядом с ней Алена присела и довольно быстро отыскала оставленный для нее Витей нож. «Почему он не отозвался? Может, тварь, о которой он говорил, загрызла его?» – страшная догадка выбила Ветрову из колеи, подбородок девушки задрожал. Из оцепенения Алену вывел привалившийся к сетке находящийся по ту сторону октагона монстр. От неожиданности девушка вскрикнула и чуть не выронила оружие, которое неуверенно сжимала в левой руке. Шум привлек внимание зараженных, они облепили клетку и заурчали.

Услышав призыв прожорливых тварей, зараженный, который до этого события, стоя в центре октагона, раскачивался взад-вперед, перестал смотреть в никуда и тоже издал сиплое урчание. Ноздри монстра раздулись, когда он начал жадно втягивать в себя воздух, пробуя его на вкус. Зараженный нашел то, что искал.

***

Шорох неуклюжих шагов и отзвуки урчания заставили Алену попятиться. Зараженный сделал выпад вперед, но его растопыренные пальцы поймали лишь сетку, так как девушка успела отскочить от твари. Глаза Ветровой привыкли к темноте, теперь она могла различать силуэты медляков, упирающихся лбами в «загон», в который Алена забралась. Зараженные поднимали кривые конечности вверх и издавали странные утробные звуки, словно оставались обычными возбужденными посетителями, сделавшими ставку на бойца. Девушка повернулась к сопернику, он размытой тенью метнулся к ней. Зараженный врезался в Алену, припечатав ее к стойке, и вонзил зубы в шею девушки. Ветрова заорала и всадила нож в правое плечо монстра. Челюсти твари дернулись и сжались еще сильнее, защемив кожу Алены. Девушка обалдела от полученных ощущений и мысленно обматерила себя за опрометчивый поступок, а потом отомстила сопернику, расцарапав ему ногтями глаза. Хватка твари ослабла; Ветрова оттолкнула от себя зараженного и проскочила мимо него. Алена прижала ладонь к небольшой рваной ране; место укуса чертовски пекло, но серьезных повреждений девушке монстр не нанес, огорчало Алену другое – отсутствие оружия: нож остался в теле зараженного, его рукоятка восклицательным знаком торчала из плеча твари.

Зараженный пригнулся и, сделав рывок в сторону, настиг девушку. Тварь ударила Алену головой в живот, а после обхватила девушку руками за бедра и потянула ноги жертвы на себя. Алена растянулась на полу, а зараженный навалился на нее и сомкнул зубы на правом запястье девушки, которым та успела прикрыть лицо. Левой рукой Алена уперлась в рельефный торс монстра, чтобы отодвинуть его от себя. Под ладонью девушки оказались ремень пустой наплечной кобуры и шелковая рубашка. До Алены только сейчас дошло, что тела охранника Филина в октагоне не было, потому что зараженный, о котором мужчина предупреждал, – это сам Витя. «Я оставлю тебе нож… Один монстр лучше, чем толпа тварей», – всплывшие в воспаленном сознании слова мужчины напомнили девушке о ее незавидной участи; Ветрова содрогнулась под тварью не от боли, а от удушающего отчаяния: «Витя понял, что изменяется. Я тоже это чувствую».

– Нет! Не хочу так закончить!.. – Алена сгребла пальцами воротник рубашки зараженного, оттолкнулась ногой от помоста и перевернулась, подмяв монстра под себя. Девушка выдернула из пасти твари прокушенное в нескольких местах запястье и дважды ударила соперника лбом в лицо, а потом вынула из плеча зараженного нож и в порыве ярости с примесью особого садистского остервенения прикончила тварь, перерезав ей глотку.

Находящиеся в зале медляки почуяли кровь и замолотили по сетке октагона ладонями и кулаками.

«Черт! Они прорвут ограждение!» – от урчания тварей голова Алены пошла кругом, девушка завопила:

– Заткнитесь! Заткнитесь, сволочи!

***

Позади находящегося в мужском туалете Кантера раздалось урчание. В висевшем над умывальниками зеркале наемник заметил темный силуэт метнувшегося к нему зараженного и сделал шаг в сторону. Взбесившийся мужчина наткнулся на подоконник и согнулся пополам. Кантер схватил его за ноги, оторвал их от пола и вышвырнул зараженного из здания через распахнутое окно, а после закрыл его. Потерявшая из виду свежака тварь поползла на четвереньках по земле.

Охотник за головами собирался покинуть туалет, пересечь главный зал клуба и выскочить на улицу, чтобы срезать путь и догнать преследовавшего Алену матерого монстра, но Кантера задержал выбивший ногой дверь кабинки туалета превратившийся в безумную тварь мужчина. Он врезался в наемника, свежака отбросило к умывальникам; две керамические раковины разлетелись на куски, когда Кантер на них навалился. Наемник рухнул на кафель и услышал, что входная дверь лязгнула.

– Кантер! – закричала Ветрова.

Охотник за головами почувствовал облегчение: «Алена жива. Нужно помочь ей».

Зараженный склонился над наемником. Тот под углом нанес твари удар обеими ногами в коленную чашечку, выбив кость из сустава. Монстр пошатнулся и протяжно заурчал. Кантер сделал подсечку второй конечности твари и откатился в сторону, чтобы коренастый зараженный не упал на него; мужчина грохнулся рядом, охотник за головами поднялся, переступил через жалкую тварь, выскочил в коридор и… прислонился спиной к стене. Наемника повело, он перестал ориентироваться в пространстве, из-за возникшей в голове пульсации заболели глаза, их словно выдавливало из орбит, а дыхание свежака на мгновение перехватило. Кантер снял одноразовую медицинскую маску и сделал глубокий судорожный вдох. Наемник впервые за долгое время ощутил себя беспомощным и бесполезным. Когда приступ прошел, Кантер ворвался в главный зал бойцовского клуба и заорал…

***

– Алена!

Девушка не откликнулась, так как подумала, что из-за неминуемого обращения у нее начались слуховые галлюцинации.

– Алена! – более настойчиво позвал охотник за головами.

– Кантер?! – сердце наводчицы затрепыхалось в груди загнанной птицей, апатия схлынула.

– Где ты? – парень распихивал попадавшихся на пути зараженных и продвигался в глубь помещения.

– В клетке! – Алена расстегнула карман ветровки, достала из него чужой телефон, включила на нем фонарик и помахала Кантеру.

Оценив незавидную ситуацию, охотник за головами предложил:

– Если ты заберешься на стойку, я раскидаю тварей и помогу тебе спуститься.

– Я не смогу залезть наверх: столб слишком высокий, а еще моя правая рука плохо работает; кажется, у меня вывих плеча… – поспешно объяснила расклад девушка. – Уходи без меня!

– Это не вариант! – Кантер продолжил прокладывать себе путь к октагону, методично «успокаивая» настырных медляков.

– Я скоро стану такой же, как эти монстры! – предупредила Алена.

– Я иду за тобой, – отмахнулся от ее слов парень.

Чтобы забраться в клетку, Кантеру не потребовался стол. Охотник за головами просто разбежался, запрыгнул на спину прилипшей к сетке твари, ухватился за стойку и перемахнул через ограждение. Кантер сгруппировался и мягко приземлился на покрытый канвасом помост, а после подошел к застывшей со светящимся мобильником в руке Алене и крепко обнял ее.

– Ай! – сорвалось с губ Ветровой.

Охотник за головами вспомнил, что девушка говорила о полученной травме, мысленно выругал себя за то, что причинил ей боль, и произнес:

– Покажи мне плечо.

Алена сняла ветровку и завязала ее рукава на талии. Пальцы Кантера заскользили по коже девушки. Действия парня напоминали массаж, Алена невольно прикрыла глаза, наслаждаясь близостью охотника за головами; девушка сосредоточилась на своих ощущениях: боль в плече начала затихать.

– Это не вывих, а сильный ушиб, – заключил после быстрого осмотра руки Алены парень. Он прижал подругу к своей груди и пообещал: – Мы выберемся отсюда, Аленка.

– Я… – девушка замялась.

– Я тебя тоже, – Кантер поцеловал Алену в макушку.

Экран телефона загорелся из-за всплывшего оповещения, в котором говорилось о том, что батарея садится. Девушка прочитала предупреждение и, выругавшись, сбросила его. Ветрова хотела выключить экран, но парень не позволил ей это сделать: увидев заставку на мобильнике, Кантер выхватил чужой телефон у Алены из рук.

«Пацан похож на…, но я не уверен. Либо я обознался, либо он сильно изменился за несколько лет», – охотника за головами передернуло.

– Откуда у тебя этот мобильник?! Чей он? – голос парня стал пугающим.

– Телефон я отобрала у отказавшегося работать на Филина бойца. Это его ты должен был выследить и отделать, – девушка отыскала в кармане ветровки бумажник чужака и передала его Кантеру.

Охотник за головами поднес к находящимся в нем правам фонарик мобильника и прочитал:

– Александр Махно.

«Махно… Где-то я уже слышал эту фамилию. Кажется, у матери был женатый любовник – Сергей Махно. Он признал сына после стольких лет и дал ему свою фамилию?» – предположил Кантер.

– Ты знаешь, где пацан сейчас? – заговорил по-деловому парень.

– Он в багажнике моей машины, – ответила Алена.

– Он жив? – на всякий случай уточнил Кантер.

– Да, просто без сознания, – девушка пожала плечами. – Почему ты им так заинтересовался?

– Сашка – мой брат, – по лицу охотника за головами заходили желваки.

Алена нахмурилась, ее смутило то, что у парней были разные фамилии. Она осторожно спросила:

– Сводный брат?

– Единоутробный, – машинально поправил подругу Костя Агапов; он подумал о находящемся возле входа в бойцовский клуб матером монстре с напоминающей морскую раковину несимметричной головой и клыкастой пастью; эта тварь играючи оторвала дверь от автомобиля Ветровой; если не поторопиться, монстр и до застрявшего в багажнике пацана доберется.

Костя бросил служивший фонариком телефон на пол возле сетки, чтобы видеть напирающих на нее зараженных и вход в октагон, подвел Алену к столбу и, сцепив пальцы, наклонился; девушка оперлась на плечи охотника за головами и наступила на образующие лодочку ладони парня; Костя выпрямился и подсадил подругу на стойку.

Парень поднял с канваса нож Вити и предупредил Алену:

– Что бы сейчас ни произошло, не вмешивайся, просто держись крепче за столб и сетку.

Кантер достал из наплечной кобуры девятимиллиметровый пистолет и двумя выстрелами разнес замок и блокировку на двери клетки. Зараженные, утробно урча, ввалились в октагон.

Без шансов

Тогда.

Раскалившаяся ладонь Гамбита скользнула по костяной пластине элитника, до кожи твари предводитель рейдеров не сумел дотянуться: развитый зараженный отшвырнул мужчину. Мощный толчок припечатал Гамбита к стене многоэтажного дома. Картинка перед глазами бывалого рейдера поплыла. Внутри что-то разорвалось. Вспышка боли дезориентировала мужчину. Он неуклюже завалился на землю и безучастно смотрел на приближающегося элитника.

Страха нет – безразличие затягивает; лишь звенящие крики не дают провалиться в бездну. «Крики?.. – Гамбит поморщился и медленно моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд на монстре и том, кто истошно орал, отвлекая тварь от раненого мужчины. – Каскад! Только не это!..» Рейдер, превозмогая боль, пополз к отвернувшемуся от него монстру.

Молодому бойцу, которого Гамбит нашел и взял под свою защиту, когда пацан еще под стол пешком ходил, сейчас было около двадцати лет, но дар у иммунного так и не проявился. Каскад компенсировал свою «бесполезность» упорством и сообразительностью. Он был ловким, быстрым и отчаянным. Предводитель рейдеров растил пацана как сына. «Каскад может пострадать из-за того, что я не справился с тварью», – Гамбита передернуло, он продолжил сломанной куклой тащиться по асфальту.

Молодой боец потянул спусковой крючок – автоматная очередь полоснула высшего зараженного по морде; одна пуля задела черный глаз мотнувшей головой твари, раскурочив стекловидное тело и нервные ткани. Изуродованный зараженный утробно заурчал, сгреб когтистой конечностью, напоминающей ковш экскаватора, брошенную свежаками неисправную машину и запустил ее в побежавшего прочь Каскада. Автомобиль приземлился на бампер, накренился вперед и упал крышей на спину бойца. Каскада пригвоздило к земле.

Расталкивая разбегающихся в ужасе при виде элитника пустышей, к машине подскочил Еж. Он вцепился руками в багажник машины и, завопив от напряжения, приподнял ее. Ферзь схватил молодого бойца за кисти и вытащил Каскада из-под автомобиля; стопы бойца были раздавлены. Адреналин схлынул – Еж пошатнулся и припал на одно колено, рейдера трясло от перенапряжения. По меркам Улья, Еж считался свежаком: он только недавно попал в «мясорубку», не обладал выдающимися способностями и не имел боевого дара; то, что новичок сделал сейчас, было невероятным.

– Спаси Каскада! – бросил Еж закинувшему покалеченного бойца себе на спину Ферзю и поплелся к приготовившемуся к прыжку элитнику.

Новичок выхватил из разгрузки гранату и вытащил из нее чеку. Тварь заурчала и метнулась вперед – Еж забросил в раскрытую пасть монстра смертоносный «подарок». Бугристая рука элитника обхватила туловище новичка. Когда произошел взрыв и осколки распороли твари глотку, практически отделив шею от туловища и раскурочив зараженному голову, из-за спазма, скрутившего тело твари узлом в предсмертных конвульсиях, пальцы элитника сжались, превратив внутренности Ежа в кашу. Зараженный выпустил жертву из «объятий» и повалился на асфальт. Новичок беспомощно открывал и закрывал рот: свежак безмолвно бился в агонии.

По щекам Каскада градом катились слезы, дыхание перехватывало, боец умолял Ферзя отнести его к Ежу. Полученные новичком повреждения были несовместимы с жизнью, Каскад просто хотел попрощаться с другом. Уцелевший рейдер выполнил просьбу молодого бойца и опустил его на дорогу рядом с живым покойником, тогда Ферзь впервые ощутил чужие намерения и «прочитал» обрывки путаных мыслей участников драмы: Еж желал быстрой смерти, Каскад – избавить друга от мучений, а Гамбит… Предводителя рейдеров выводила из себя собственная беспомощность, а еще он переживал за молодого бойца.

Каскад достал из кобуры пистолет, но нажать на спусковой крючок так и не решился.

– Дай мне оружие, – предложил Ферзь.

Каскада пробирал озноб, он мотал головой и повторял:

– Я сам. Я должен сам это сделать…

Еж лихорадочно вращал вылезшими из орбит глазами, а потом его лицо осунулось и стало умиротворенным. Несостоявшиеся палачи переглянулись, они поняли, что Гамбит воспользовался своим даром и прикончил смертельно раненного члена отряда. Предводитель рейдеров мог лишить жизни того, на чьей коже оставил метку прикосновением своей горячей ладони. Мечеными были все бойцы Гамбита: такой расклад гарантировал их безграничную преданность.

Ферзь шумно сглотнул. Он не хотел знать о том, что предводитель отряда доволен собой. Мысли, роившиеся в голове Гамбита, вызывали у Ферзя отвращение. Рейдер попятился и рухнул на колени, тошнота подкатила к горлу, содержимое желудка Ферзя вскоре стало пятном на асфальте. «Мы на крючке у Гамбита. Так не пойдет. Человека от животного, закрытого в загоне, отличает наличие выбора. Есть ли он у меня?» – подумал рейдер.

***

Сейчас.

Элитник. Раненые. Роль палача. Ликование и запоздалое отвращение к самому себе, вызванное тем, что Гамбиту понравилось быть вершителем судеб. Сон, отягченный болезненными и постыдными воспоминаниями, утратил силу над предводителем рейдеров: Гамбит резко подскочил с койки и поднес к лицу пятерню. Он увидел мерзкую уплотненную шкуру кваза. «Если бы тогда я был таким же сильным, как сейчас, то сумел бы спасти Ежа и уберечь от помешательства Каскада. Почему я не стал квазом раньше?» – с досадой подумал Гамбит.

***

Рация ожила. Предводитель рейдеров сдержанно напомнил:

– Время вышло, возвращайся.

Девять дней – все, что было у Каскада жертв. За это время он добирался до странного кластера и пытался спасти копию Игоря Лимарева, которого Гамбит окрестил Ежом. Декорации зацикленной из-за аномального сбоя ячейки Улья не менялись: копии людей проживали несколько наполненных ужасом суток, а потом события, как на повторе, запускались вновь; только концовка драмы непредсказуема: приметившие шикарный «шведский стол» зараженные наращивали объем и мощь, используя неудачливых свежаков и еще не обратившихся неиммунных людей как топливо для своего мутирующего организма; твари становились опаснее и находчивее, они уничтожали все на своем пути. Каскад не боялся уродливых обитателей Улья: они лишь белый шум, на который рейдер не обращал внимания; Каскада выводила из себя неприглядная закономерность: Игорь всегда начинал урчать. После третьего провала Каскад признал, что аномальный кластер предопределил роль каждой копии, лишив Лиму возможности стать иммунным. Рейдеру хотелось выть от досады. Положение исправила бы белая жемчужина. Именно предводитель рейдеров дал неиммунному Игорю «белку» и новое имя, когда повстречал свежака, так как новичок спас Коня и Табию, угодивших в засаду, устроенную работающими на внешников мурами. Гамбит, обладатель самого разрушительного дара Улья, мог бы убить еще одного скреббера прикосновением ладони, если бы подобрался к твари вплотную, но просить предводителя и других членов отряда рискнуть жизнями ради своей прихоти Каскад не собирался.

Гамбит не мешал нерадивому рейдеру гоняться за тенью прошлого. Лидер считал, что тот, когда будет готов, сам откажется от этой бессмысленной затеи. Предводитель группы выдвинул только одно условие – каждые девять дней Каскад должен возвращаться к своему отряду.

Боец пнул ногой камень, выругался и повернулся спиной к обновившемуся кластеру. «Я вернусь за тобой, Лима», – пообещал Каскад.

***

В расположенном на стабильном кластере лагере остались Ладья и Забор.

Девушка обняла вернувшегося Каскада, взъерошила его волосы и воодушевленно сказала:

– Рада тебя видеть, мелкий!

– Мелкий? Прекрати меня так называть! – наигранно возмутился боец.

– Но ты такой милый! – объяснила свое поведение Ладья. Глаза девушки загорелись, когда парень опустил на землю тяжелый рюкзак. Она кокетливо спросила: – Что ты мне принес?

– Консервы. Ничего интересного раздобыть не удалось, у меня не было времени на мародерку, – поморщившись, ответил Каскад.

Миниатюрная блондинка наклонилась и принялась деловито рыться в набитом продуктовыми припасами вещмешке. Она нашла небольшой кожаный футляр и заглянула внутрь. Увидев черные и красные жемчужины, Ладья воскликнула:

– Ты охотился на высших зараженных в одиночку?!

– Нет, просто нарвался на муров, – боец потупил взгляд, – и… позаимствовал у них трофеи.

– Умеешь же ты находить на свою задницу приключения! – к рейдеру и блондинке подошел Забор. Он усмехнулся и пожал Каскаду руку. Мужчина гордился бойцом.

– Точно! Мне иногда кажется, что его сглазила ревнивая бывшая или какая-то ворчливая и ненавистная старая соседка, обсуждающая всех, кто проходит мимо облюбованной ею лавочки! – поддержала Забора Ладья.

Молодой боец вымученно улыбнулся и произнес:

– Пойду покажусь Гамбиту и немного отдохну.

Блондинка и рейдер переглянулись.

Каскад насторожился и уточнил:

– Что не так?

Забор не хотел обманывать пацана, поэтому открыл рот и закрыл его.

– Гамбит с Табией и Конем отправились на охоту, – легко соврала миловидная девушка, выручив совестливого мужчину. – Они вернутся завтра утром.

***

Каскад свернулся калачиком. Сон парня был беспокойным. Боец вздрагивал и тихо постанывал, его веки трепетали, а пальцы непроизвольно сжимали простыню.

Ладья укрыла Каскада пледом и подошла к застывшему в дверном проеме Забору.

– Он не от холода дрожит, а от нервного перенапряжения, – заметил мужчина.

– Если у Гамбита ничего не получится, Каскад свихнется, – подступившие слезы начали щипать девушке глаза.

Танцор

«Я стоял на демаркационной линии и не желал вникать в чужие проблемы и участвовать в бессмысленной войне, которую развязали амбициозные бывалые рейдеры задолго до моего появления в Улье, но молочный туман стер "границу безразличия", и мне пришлось сделать выбор.

Я не тот человек, насчет которого стоит строить иллюзии; я сила, с которой следует считаться. Ни одна дальнобойная фигура не съест меня – я всегда на шаг впереди: даже ветер бьет мне в спину, а не в лицо. Меня не пугает неведение: на пустой доске только начали появляться соперники, но я знаком с правилами такой необычной шахматной игры, как кингчесс.

Лоска тщеславия и фальши в моих словах нет, их нужно приравнивать к болезненным аксиомам. Тот, кто решит бросить мне вызов, либо глуп, либо мазохист со стажем».

За год до того, как все пошло… под откос.

Предложение Кантера отметить удачно завершенное дело удивило Алену Ветрову, очаровательную и отчаянную наводчицу, и оказавших охотнику за головами силовую поддержку охранников Филина, так как они и представить не могли, что молчаливый и серьезный парень является настоящим «королем вечеринок».

Кантер споил всех. Витя дважды отключался и портил остальным веселье своим храпом; Андрей растолкал охранника и потащил его к выходу. Витя вяло сопротивлялся и мычал, пытаясь послать коллегу в «дебри разврата». Адресованные Андрею нечленораздельные угрозы пьяного в сопли охранника вызывали умиление у Алены. Девушка проводила помощников Филина и вернулась в зал, уходить гостье не хотелось.

Кантер поднес горлышко бутылки с коньяком к губам, сделал несколько глотков, а потом поставил пойло на стол и задвигался под музыку. Парень раскачивался и демонстрировал сложные и зрелищные танцевальные комбинации. В квартире охотника за головами было довольно душно. Просторная белая майка Кантера намокла от пота и прилипла к телу парня, больше не скрывая контуры грудных мышц и зачетного пресса с кубиками. Ветрова выпала из реальности.

– Сними майку, – самозабвенно попросила Алена и, испугавшись звука собственного ставшего хриплым и скрипучим голоса, мысленно выругала себя за беспечность: «Я это вслух сказала? Блин!..»

– Зачем? – не останавливаясь, спросил Кантер.

– Жарко, – назвала первую пришедшую на ум причину девушка.

– А может, ты снимешь? – предложил охотник за головами, подмигнув подруге.

– Ладно, – приняла вызов Алена и стянула с себя светлый топик.

Рассматривая атласный белый лифчик девушки, Кантер пояснил:

– Я думал, ты меня разденешь, но так тоже неплохо.

Щеки Алены зарделись от смущения, она была готова провалиться сквозь землю от стыда.

Чтобы как-то разрядить обстановку, охотник за головами ободряюще улыбнулся подруге и протянул ей руку со словами:

– Присоединяйся ко мне!

Пальцы Алены заскользили по ладони Кантера, девушка шагнула в объятия охотника за головами. Алене хотелось касаться разгоряченной кожи друга, поэтому девушка потянула вверх ткань его майки, оголяя торс Кантера. Охотник за головами не сопротивлялся. Алена прильнула к парню, поднялась на носки и оставила языком влажную дорожку на ключице Кантера.

Охотник за головами напомнил подруге ровным голосом:

– Смерти моей хочешь? Филин против того, чтобы его подчиненные вступали в отношения друг с другом: нездоровые личные качели мешают бизнесу.

– Но начальник одобряет совместные тренировки, в которых наемники участвуют, чтобы приобрести полезные навыки или выпустить пар, – запротестовала Алена. – Я предлагаю тебе стать моим… спарринг-партнером. Разрядка нам обоим пойдет на пользу. Что ты на это скажешь?

Кантер лишь усмехнулся и увеличил громкость звука на колонке.

– Ты меня игнорировать будешь?! – девушка капризно насупила носик.

Охотник за головами обнял подругу и впился в ее губы своими, Алена затрепетала в руках Кантера и прикрыла веки.

– Слишком много говоришь, – прервав жадный поцелуй, прокомментировал свой поступок парень.

Кантер наклонился, закинул девушку на плечо и закружился, заставив Алену верещать и смеяться, а затем парень аккуратно опустил подругу на пол и «ненавязчиво» подтолкнул ее к дивану. Кантер «распаковал» Алену, избавив ее от ненужной одежды, расстегнул ширинку на своих джинсах и резко вошел в возбужденную девушку, перечеркнув этим поступком успевшие возникнуть между ними теплые дружеские отношения, изначально обреченные на провал. Невелика потеря!

***

Сейчас.

Кантер бросил служивший фонариком телефон на пол возле сетки, чтобы видеть напирающих на нее зараженных и вход в октагон, и помог Алене забраться на стойку клетки.

Наемник поднял с канваса нож, принадлежавший убитому после обращения Вите, и предупредил Алену:

– Что бы сейчас ни произошло, не вмешивайся, просто держись крепче за столб и сетку.

Кантер подтащил свежий труп ближе к выходу, разорвал Витину рубашку и вспорол охраннику живот. Тошнотворный запах разделанного тела возбудил тварей: они зашумели и навалились на защищавшую выживших от попадания в «бездонные» желудки прожорливых монстров конструкцию. Наемник отошел от Вити, достал из наплечной кобуры девятимиллиметровый пистолет и двумя выстрелами разнес замок и блокировку на двери клетки. Зараженные, утробно урча, ввалились в октагон.

Через расположенные под потолком маленькие пластиковые окна в помещение начал проникать тусклый свет зарождающегося рассвета. Силуэты утративших человеческий облик тварей теперь отчетливо выделялись на фоне устроенной ими в главном зале бойцовского клуба разрухи.

Кантер убрал огнестрельное оружие в кобуру, сжал пальцами рукоятку ножа и приготовился «приветствовать» гостей. Некоторые зараженные рухнули на колени рядом с оставленным для них охотником за головами «лакомством» и принялись с энтузиазмом отрывать от трупа куски. Другие монстры спотыкались об едоков и растягивались на полу, издавая горловые звуки. Более сообразительные особи обходили «ловушку» и тянули свои конечности к Кантеру. Наемник перерезал одному из зараженных глотку, рывком развернул его лицом к наступающим тварям и толкнул монстра ступней в спину. Тот пошатнулся и налетел на голодных зараженных, они восторженно заурчали и вгрызлись зубами в «подачку». Не позарившиеся на второсортную «еду» твари добрались до Кантера и встретили свою бесславную смерть: наемник играючи сворачивал зараженным шеи или «успокаивал» монстров точным ударом ножа в висок. Новые трупы охотник за головами бросал рядом с одним из столбов; когда образовалась приличная «горка», Кантер вскарабкался на возвышение, подпрыгнул и, оттолкнувшись ладонями от стойки, перемахнул через сетку октагона. Приземление было жестким, но парень успел сгруппироваться и прокатился по полу кубарем. Шею не повредил, руки и ноги целы – жизнь удалась.

Наемник поднялся, подбежал к столбу, на котором сидела цеплявшаяся за конструкцию перепуганная Алена, и сказал девушке:

– Прыгай! Я тебя поймаю.

Алена не спрыгнула, а свалилась на Кантера. Выглядела она совсем неважно, была вялой и заторможенной. Парень закинул девушку на плечо и побежал к выходу, пресекая нападки попадавшихся на пути тварей ударами колена в грудь и расталкивая зараженных локтями. Наемник сдвинул засов, распахнул дверь и выбежал вместе со своей «ношей» на улицу, а затем захлопнул створку, навалившись на нее плечом.

Кантер поставил Алену на землю и осмотрелся. Огромного монстра, загнавшего их в бойцовский клуб, видно не было. Наемник с девушкой перестали держать дверь только тогда, когда зараженные притихли и прекратили ломиться на волю. Кантер и Алена завернули за угол здания и застыли на месте, так как увидели тушу рубера, а потом заметили, что он не шевелится, и успокоились. На затылке матерой твари был нарост, в котором зияла рана; возможно, именно она стала причиной смерти клыкастого монстра.

Наемник задержался возле разбитой рубером машины девушки: крышка багажника была оторвана, но крови на обивке короба было мало. «Жив ли Сашка?..» – Кантер побагровел и вручил Алене ключ от своего автомобиля.

– Забирайся в машину, – приказал парень.

Девушка выполнила его требование.

Наемник прошелся по стоянке; многие автомобили посетителей были сдвинуты и помяты, между ними и на открытом пространстве валялись тела мертвых или сильно потрепанных зараженных. Разбитые челюсти, торчащие под неестественными углами сломанные конечности – побоище устроил профессионал, это немного обнадеживало Кантера. Наемник вернулся к машине, в которой его ожидала Алена, и забрался в салон.

– Мы уезжаем? – девушка встрепенулась.

– Да, – парень завел двигатель.

– А как же твой брат? Его нужно найти! – запротестовала Алена.

– Если Сашка не заурчал и уцелел в этой мясорубке, то он не пропадет: пацан морально и физически сильнее меня, – ответил Кантер. – Я ему не нужен.

***

– Мы опоздали… Хорошо, что Каскад этого не увидел. Вовремя ты его выдернул из этого ада, – сказал Гамбиту Конь.

– Чуйка, – кваз лишь пожал плечами.

– Кто его убьет? – скучающе спросила Табия, посмотрев на пожирающего свою соседку Игоря Лимарева, пустыш был так увлечен своим занятием, что не обращал никакого внимания на наблюдающих за ним рейдеров, находящихся на нижнем лестничном пролете.

– Оставьте его, – бросил Гамбит и направился к выходу из подъезда. Кваз непроизвольно тронул ладонью карман разгрузки, в котором находилась белая жемчужина, предназначенная для Игоря.

– И что мы будем делать? – поинтересовался Конь.

– Осмотримся, займемся мародеркой, а потом разобьем лагерь рядом с границей этого кластера, при следующей перезагрузке скормим Ежу «белку» до того, как он обратится, – отозвался предводитель рейдеров.

***

Алена посмотрела на водителя и спросила:

– В клетке ты признался мне в любви, чтобы подбодрить меня?

– С чего взяла? – Кантер усмехнулся.

– Мы просто секс-партнеры, а не пара, – прошептала девушка.

– Эту модель взаимодействий предложила ты, я не комментировал твой поступок и не планировал соответствовать навязанной мне роли, – напомнил парень.

– Да, ты промолчал, – Алена вымученно улыбнулась: у нее внутри все клокотало от голода, а горло саднило. Девушка боялась, что в следующее мгновение ее речь оборвется и превратится в мерзкое урчание, поэтому попросила охотника за головами: – Если я стану чудовищем, прикончи меня.

– А если я заурчу, сможешь так поступить? Или будем с тобой играть в догонялки? – мастерски уклонился от ответа водитель, а потом заговорил серьезно: – Не хандри, сейчас расклеиваться нельзя.

Кантер остановил автомобиль рядом с многоэтажным домом и покинул салон, Алена последовала за наемником. Зараженные не обращали на гостей внимания: твари были увлечены поглощением менее удачливых свежаков. До квартиры Кантера пара добралась без происшествий. В подъезде зараженных не было: они не могли покинуть бетонные «коробки», в которых пробудились, потому что не понимали, как открыть двери.

В квартире парня Алена почувствовала себя в безопасности. Она присела на край дивана и обхватила плечи руками. Кантер открыл кран и выругался: вода не шла, кулер тоже был пуст, зато запасы алкоголя впечатляли. Наемник принес из ванной комнаты упаковку влажных салфеток и принялся аккуратно стирать ими чужую запекшуюся кровь с лица и рук девушки, после Кантер переодел Алену в чистые вещи. Взгляд девушки становился безучастным, а движения – заторможенными. Алена все больше походила на бесчувственную куклу. Наемник открыл бутылку коньяка и отхлебнул из горла, а потом предложил выпивку девушке, но та помотала головой.

Кантер стянул грязную майку и бросил ее на пол, он хотел достать из шкафа чистую футболку, но Алена попросила:

– Не одевайся. Мне так больше нравится.

– Уговорила, – парень улыбнулся, но вышло это у него как-то неестественно.

Девушка поднялась на ноги и, пошатываясь, добралась до тумбочки. Алена выдвинула верхний ящик, вытащила из него один из рабочих мобильников Кантера и, уменьшив на устройстве звук, запустила плейлист. Девушка задвигалась неуклюже и однообразно; она оступилась и случайно сорвала крепившуюся кольцами к трубчатому карнизу штору, когда вцепилась в подоконник, чтобы не растянуться на полу.

«Уже скоро», – нехотя признал Кантер. Он в очередной раз приложился к бутылке и заправился алкоголем, чтобы притупить чувства и избавиться от ненужных эмоций и сожалений, а после парень присоединился к подруге и, заключив ее в свои объятия, начал танцевать.

***

Рейдеры хотели спасти девушку, силуэт которой заметили в окне многоэтажки, но, когда нашли нужную квартиру и проникли в нее, выбив дверь, никого живого внутри не обнаружили: свежачка, убившая кухонным ножом ставшего медляком сожителя, выбросилась с балкона.

– Хреновые из нас спасатели! – заключила Табия, хитрая зеленоглазая брюнетка, рассматривая через монокуляр валяющийся на земле труп хозяйки квартиры.

– Сегодня не наш день, – был вынужден согласиться Конь – высокий жилистый рейдер.

– Еще один поехавший свежак. Только посмотри на него!.. – Табия толкнула локтем Коня и передала ему монокуляр, хотя то, что происходило в расположенной напротив многоэтажке, и без прибора можно было рассмотреть.

– Не удивлюсь, если он начнет эту мертвячку подкармливать и пользовать, – прыснул Конь, но вскоре дерзкая улыбка сползла с его лица, и он выдал: – Оу, беру свои слова обратно, этот экземпляр не теряется.

– Прохлаждаетесь? – пробасил вышедший на балкон кваз.

Рейдеры виновато потупили взоры.

– Чего испугались? Да ладно вам! – предводитель улыбнулся, продемонстрировав акулий оскал. – Подвиньтесь, я тоже с удовольствием посмотрю представление: есть какая-то особая романтика в трагедии, в которую превращается жизнь иммунных копий.

– Блин! А он неплохо «заряжен»! – Конь даже присвистнул, когда увидел, как свежак достает из сейфа патроны и оружие.

– Пойдем поздороваемся с новичком? – предложил кваз, встретившийся взглядом с заметившим их компанию свежаком.

Рейдеры дружно закивали.

***

Алена жадно цеплялась за Кантера, ногти девушки оставляли тонкие борозды на спине парня, а зубы Алены скользили по его груди и защемляли кожу. Наемник схватил подругу за челюсть и надавил на нее, заставив Алену открыть рот; одной рукой парень продолжил удерживать подругу, а другой достал из петель джинсов ремень. Кантер накинул его на голову Алены и затянул ремень так, чтобы полоса жесткой кожи не давала подруге возможности закрыть рот и сомкнуть зубы. Девушка сдавленно и сбивчиво урчала и неуклюже жалась к наемнику. Кантер кружил зараженную в танце, отталкивал ее и притягивал к себе. Любимый трек пары закончился, наемник небрежным движением свернул Алене шею. Тело зараженной упало к ногам Кантера; не обращая внимания на сломанную «куклу», парень продолжал танцевать. Телефон был практически разряжен, поэтому следующая песня стала последней. Когда музыка смолкла, наемник выбрал подходящую для охоты одежду, опустошил сейф с оружием и подошел к окну, чтобы «поприветствовать» средним пальцем наблюдавшую с балкона за его действиями троицу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.