Александр Гаврилов
Письмо

Меня зовут Роберт Линник. Если вы читаете это письмо, значить я живой. Но далее не имею право разглашать тайну моей нынешней жизни. Скажу только, что она далека от идеальна, хотя и приятна. Я не женат и не имею детей. Я не тот мужчина, о котором мечтают женщины, и даже наоборот. В общем, все как у обычных людей. Но не настолько. У меня много недостатков. Самый главный из них заключается в том, что я не хочу меняться. Пожалуй, это все, о чем я могу рассказать.

1

Рос я мальчиком болезненным. В возрасте семи лет тяжело перенес ветрянку и еще тяжелее – желтуху. Это серьезно отразилось на здоровье. Даже в юности легко мог подхватить ангину. Цвет кожи от рождения был неприятного бледного оттенка, но гладкая и лишённая волос. Черные смоляные волосы отличались густотой и были гладко уложены на правую сторону. Нос был с горбинкой. Хотя лицо было в достаточной степени приятным, выглядел я несколько скверно и худощаво. Ходил медленно и неуверенно. Редко улыбался, и в глазах моих то и дело пульсировали тусклые огоньки. Я не мог похвастаться мускулатурой. Телосложением напоминал скорее ладью с тонкой шеей, чем быка, потому что с такой физической формой мог я продержаться в бою не больше минуты. При росте примерно метр восемьдесят весил в тот момент около семидесяти килограммов. Левая щека была выше правой и торчала как-то неравномерно, отчего казалось, что нижняя челюсть выдается вперед. Губы были бледнее. Часто морщился, когда пытался вспомнить нечто важное.

Мой отец был строгим человеком и когда мне исполнилось семнадцати лет, отправил меня в элитную школу, где учились только дети состоятельных семей. Каждый день, проведенный в школе, я понимал, что я не такой, как другие люди. Я носил дорогую одежду. Ел здоровую и вкусную еду. Занимался спортом, плаваньем и читал книги. В основном это была сложная литература. Она находилась в школьные библиотеки. А в ней было всего семьдесят семь книг, которые должен был прочитать каждый учащийся. В противном случае учащегося могли подвергнуть наказанию или вовсе исключить из школы. А это было хуже смерти. Семья отчисленного покрывалась вечным позором. Поэтому я старался учиться хорошо, чтобы не опозорить свою семью. Был примерным учеником и даже отличался среди сверстников. Но кроме семьи, больше всего я боялся неодобрения отца. Сказать по правде, он бы хорошенько выпорол меня за неподобающее поведение, а после запер в подвале. Именно в те времена я возненавидел отца. Но не имел твердого голоса, который имею сейчас, в данное время. По сути, я стал юношей, но избегал отцовского взгляда.

Мать умерла, когда рожала меня. Отец расстался с жизнью, когда мне было двадцать три года. С того момента я жил самостоятельно. Правда в семейном доме. И сказать по правде, дом был не из плохих. Он заметно отличался от остальных. Его построили еще в начале двадцатого века, и с тех пор он только улучшался. Постоянно перестраивался. Так что мне было где жить. Но проблемой были деньги. Содержание подобного дома обходилось дорого. Но мне повезло. Пускай я и рос среди себе подобных, меня не пугала тяжелая работа. Я брался за любую работу, главное, чтобы платили. А платили не так уж и плохо, как я ожидал. Чем больше зарабатывал, тем больше откладывал на черный день, который мог наступить внезапно.

Однако в один пасмурный день произошло событие, которое изменило мою жизнь. Утром, проверяя почту, я наткнулся на конверт, запечатанный печатью. Отнеся его в дом, я вскрыл корешок. Из конверта выпал прямоугольный жесткий бумажный лист с черной надписью красивым почерком. Я не знал, как на это реагировать, как на шутку или серьёзную вещь. Далее я вслух прочитал всего одну надпись: "Уважаемый: Роберт Линник. Просим вас явиться завтра по адресу Безымянная улица дом 116. С уважением И. Х. ". Я недоуменно свел брови. Снова прочел письмо. Все было странным. Очень странным. Кто мог послать подобное письмо? Родственников у меня уже не было. Тем не менее о моем существование знали.

2

На следующее утро я проснулся, по привычке сварил черный кофе и позавтракал бутербродом с маслом. Закурив, я прошёл с кухни в гостиную, где мне попался красный конверт. Я моментально вспомнил про приглашение. Спешить ехать в центр города я не хотел. Возможно, приглашение и конверт были злой шуткой. Но так бы все и происходило, пока я не нашел в почтовом ящике еще одно письмо с датой, временем прибытия и в каком внешнем виде я должен был явиться. Теперь оставалось самое неприятное – привести себя в порядок, одеть относительно неплохой белую рубашку, синий галстук, пиджак, местами потертые брюки, костюм и лакированные туфли. Измучив себя так, что о поездке не хотелось и думать. Но поехать я был обязан. Уже по той простой причине, что о моем существовании знают неизвестные мне люди и, судя по конверту, довольно серьезные. Впрочем, если ожидания не оправдаются и меня ограбят или убьют, с этим я, пожалуй, спорить не буду. Значит, такова моя судьба.

3

Ночные городские улицы щедро полоскал холодный ливень. Люди, которым не повезло укрыться от капризов природы мокли под дождем на тротуарах. Самые отчаянные выбегали и пытались идти против холодного ветра. Обычно это не удавалось. Почти все падали прямо в глубокие широкие лужи. Некоторые укрывались на автобусных остановках. Но большинство людей мокло прямо на асфальтовых дорожках. Неприятное зрелище. Особенно если учесть, что под ногами этих несчастных нередко пробегали бродячие собаки, а в особых случаях здоровенные крысы. От них быстро распространялся запах гноя и испражнений, от которого мгновенно пробегали мурашки по коже, и людям становилось не по себе.

Самое мерзкое промокнуть до костей на пути к остановке или любому зданию с открытой дверью. Особенно в те моменты, когда изредка проезжали автомобили, и некоторые из них были уже забрызганы водой по самый бампер. Стоять под дождем в ожидания, когда он прекратится, было глупо и раздражительно. Поэтому некоторые люди часами ждали троллейбус или автобус, чтобы скорее выйти из зоны действия холодного ветра, промозглого дождя и подступающей ноябрьской темноты.

Погода не успокаивалась уже вторую неделю и все чаще подкидывала жителям города неприятные сюрпризы. Время от времени завывал порывистый ветер, а иногда весь город по двое суток стоял в затяжном тумане, похожем на мерзкое молоко. Прохожие незаметно превращались в неодушевленные серые тени, еле двигающиеся в вязком мареве. По сравнению с бодрящим светом витрин, улицы казались темными, влажными и угрюмыми. Горожане были погружены в свои тяжелые думы и охотно прятались в темные подъезды, которые пахли помойкой. Даже в центре города. Эта вонь была воистину тошнотворной. Она казалась чумой, проклятьем, наложенным на мрачный город.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.