Феликс Гараев
Скитальцы

Пролог

Не знаю как у вас дорогой читатель, но у меня железнодорожный вокзал вызывает смежные чувства, особенно, когда смотришь на уходящие вдаль рельсы. Тоску – от того, что придется покинуть родные пенаты, восторг – от предстоящего приключения, которое, так или иначе, возникнет в момент путешествия. Мой путь лежал в Санкт-Петербург, в котором я никогда прежде не был… Кстати, я из Казани, здесь я родился и вырос. Однако, я жаждал узнать, а что же там дальше за пределами родного края. Да, едва не забыл! В конце восьмидесятых, когда мне было семь, мне довелось побывать в обуреваемой эпохой «перестройки» Советской Москве. Воспоминания черно-белыми кадрами мелькали в моей голове. Гостиница на ВДНХ, Воробьевы горы и Красная Площадь. Бегущие ступени в подземке метро и свистящий звук поезда. Мороженное «Бородино» в обертке шоколада и эскимо размером с кирпич. Да и еще, забытый в номере гостиницы недозревший банан зеленого цвета, который мы предусмотрительно припрятали под подушку, чтобы он успел созреть… Тогда в первые в Детском мире я увидел высокого чернокожего парня с белыми, как снег зубами. Я подумал, что он Фантомас.

Потом я был в Москве еще пару раз, но уже во второй половине девяностых. Мы ездили в столицу с отцом по его делам. В те годы, он торговал золотыми изделиями, скупая их у знакомых на Ярославском вокзале, а уже в Казани перепродавал по тройной цене. В деньгах мы не нуждались, пока не наступил август 1998 года. И наша уютная жизнь пошла под откос…

И вот сейчас я вырос, и мне хотелось хоть что-то изменить в своей сумбурной жизни…

Глава 1

Мое путешествие началось в год и месяц, когда весь мир смотрел чемпионат мира по футболу, проходивший в Германии. Фабио Каннавару – капитану сборной Италии суждено было стать лучшим футболистом года ФИФА, а мне – совершить первое самостоятельно путешествие. Фабио Каннавару было тридцать два, мне – двадцать четыре. Фабио с детства играл в футбол, я же с детства футбол ненавидел…

Позвольте, я расскажу вам о своих планах. Поездом в Санкт-Петербург, паромом до Калининградской области, оттуда прямиком – в Европу. Да, да, именно в Европу. Ведь я был убежден, что в России будущего нет, а вот в Европе – есть!

Вы заметили, что каждое поколение думает по-своему, позволяя себе высокомерно рассуждать, что предыдущее явно отстало от жизни? Вот-вот, я точно так же, размышлял, полагая, что я абсолютно прав и мне неинтересны никакие доводы. Я был уроженцем восьмидесятых. Мы – «восьмидесятники» были генетически обусловлены эпохой Советского прошлого. И признаюсь, в этом не было ничего предосудительного. Напротив, я неосознанно воспринимал пространство Северной Евразии единым целым, не ощущая государственных границ с соседними республиками. Но мир Западных стран мне представлялся Землей Обетованной. Будучи детьми Советского Союза, мы – «восьмидесятники» не успели полноценно насладиться благами социализма. Мы лишь застали закат периода застоя, короткий промежуток «перестройки» и прошли сквозь время перемен, пришедшее на смену длительного коммунистического строя. Мы все время были как бы между одной, плавно сменяющейся эпохой и бурно надвигающейся, как снежный ком другой, при этом, живя с осознанием неопределенного будущего. И вот здесь в наши неокрепшие умы плавно и методично влилась пропаганда счастливого американского образа жизни. И внедрялось все это в «девяностые» через призму голливудских фильмов. Мы выросли на них, и нам искренне казалось, что где-то там, далеко-далеко, гораздо лучше, нежели там, где мы находимся. Я исходил из принципа: «хорошо там, где нас нет». И в этом была моя большая трагедия…

***

Я давно заметил, первый месяц лета – начало старта. День отъезда выдался солнечным, ясным и по-летнему добрым. Я испытывал странные чувства в душе, держа в руках билет только в одну сторону. Я понятия не имел, что ждет меня в незнакомом Петербурге. В этот день меня провожал только отец, который являлся мне самым близким и родным человеком. Отец был моим другом. Мамы рядом не было. Они в разводе. Да и у меня, к сожалению, с ней сложились, мягко говоря, непростые отношения. Друзей об отъезде я не стал оповещать, решив, как обычно уйти по-английски…

Пока мы несли с отцом сумку к вагону доверху набитую вещами, я вдруг подумал, чтобы и вовсе отказаться от этой сомнительной авантюры. То была старая и потрепанная хозяйственная сумка. Я размышлял драматически – ведь на всю жизнь уезжаю! А потому, на дне этой проклятой старой сумки покоился строгий костюм, две рубашки и два галстука. Несколько футболок, две пары джинсов, сланцы и несколько полотенец на все случаи жизни. И книги, каждая весом по полкилограмма. Я взял их по привычке, авось пригодится! Отец естественно помогал мне тащить сумку за одну ручку. Я же настраивал себя по-спартански. Ведь любые испытания и моральные, и физические рано или поздно обязательно воздадутся сторицей, думалось мне. Кое-как доковыляв до вагона, мы перевели дух. Проводница в отутюженном костюме и крупными чертами лица мягко попросила показать билет и паспорт. Утерев пот с лица, я протянул ей документы и принял решение оставить любимые книги отцу. Сумка стала легче, да и я с облегчением вздохнул. Но при всем при этом я почувствовал, как в кровь стал поступать адреналин, появился зуд в деснах и легкая дрожь в коленях. Сердце учащенно забилось, дыхание стало прерывистым. Только сейчас я осознал, на какую авантюру пустился. Мы стояли на платформе в обоюдном молчании. Все уже сказано и все оговорено. Каждый из нас пребывал в тумане своих мыслей. Я виделся с отцом накануне поездки. В тот день, мы, как обычно вышли на пробежку в лес…

***

– Я уезжаю в конце недели, – сказал я отцу.

– И каков твой план, сын?

Я рассказал. Отец шел молча, обдумывая услышанное. Я ждал, пока он хоть что-то скажет… Мы вышли на опушку леса, и он прервал молчание.

– Чтобы поездка прошла легко, тебе нужно превратить ее в игру. Вообрази, что ты разведчик. Твоя задача – познакомиться с людьми, отладить быт и следовать своей цели. Просто включись в игру и любые тяготы с невзгодами воспринимай, как тренировку. Вся наша жизнь – тренировка. Ты лучше скажи, где ты планируешь остановиться в Ленинграде?

И тут я почувствовал жар в груди и как мои ладони увлажнились, дыхание вмиг стало прерывистым. Я вдруг осознал безнадежность своей авантюры. Да, смело было купить билет в одну сторону в незнакомый город, но то была безрассудная смелость, сродни отчаянию…

Отец подсказал:

– На вокзалах есть комнаты отдыха. И что дальше?

– Сумку с вещами оставлю в камере хранения, чтобы путешествовать налегке. Узнаю расписание парома идущего в Калининград и отправлюсь дальше…

– Что ж, если решил, действуй! Иначе потом будешь сожалеть об опущенном времени. Да и еще, не бойся совершать ошибок. Без ошибок не бывает. Ошибаются даже профессионалы. Правда, они умеют превращать поражение в победу. В жизни, как в спорте, всегда требуется гибкость, умение держать удар и личное везение. Как приедешь в Калининград, никого не посвящай в свои планы. Если кто спросит, зачем сюда приехал, отвечай: «приехал на поиски старого друга». Придумай легенду заранее…

Итак, это был план в отсутствие плана. Полная импровизация. Расчет лишь наудачу.

***

Момент расставания наступает неожиданно. Я запрыгнул в вагон и прошел к своему месту. Поезд тронулся. По лицу покатились слезы. В сердце закралась отчаянная неизбежность. Я посмотрел на отца через вагонное окно. Он покорно следовал за поездом, провожал. А потом и вовсе исчез с поля зрения, когда поезд набрал скорость, скользя по рельсам все быстрее и быстрее…

Итак, у меня в запасе до завтрашнего дня двадцать восемь часов. Вагон – временное пристанище, верхняя полка – кровать, соседи в плацкарте – однодневные друзья. Мне удалось совладать с тоской и включиться в новую роль – роль разведчика. Я ощутил себя, точно на работе. Это придало мне сил. Я стал внимательно изучать тех, кто был рядом. Напротив меня по соседству, свесив ноги с верхней полки, сидел парень с отекшим лицом и бутылкой пива в руках. Ниже – полноватая женщина шестидесяти лет, успевшая съесть второй бутерброд. Ее соседка лет сорока общалась с дочкой. На боковых местах – влюбленная парочка. Я внимательно слушал их разговоры, пытаясь понять, какую выгоду можно извлечь.

Совсем забыл сказать о главном. Я не совсем случайно выбрал путь в Калининград. Я заблаговременно узнал, чем могу заняться там. Пару лет назад я работал осветителем сцены в «Театре оперы и балета», где познакомился с одним из работников. Он рассказал, как в «девяностые» перегонял автомобили из Германии в Россию, зарабатывая на том этом приличные деньги. Я был настолько впечатлен историями перегона, что готов был, не раздумывая удариться в стремнину приключений. Я уже видел себя за рулем крутой иномарки, мчащейся по немецкому автобану. Видел, как получаю деньги за перегнанный автомобиль. Мечта – в красках! Все как в кино, только по-настоящему. Правда, у меня не было практики вождения, хотя водительское удостоверение я имел. И еще, я не испытывал ни малейшей страсти к автомобилям. Я едва мог отличить «мерседес» от «ауди». В чем прок в консервной банке на четырех колесах, если до любого объекта всегда можно дойти пешком…

***

Как сложится мой завтрашний день в Петербурге, и где я буду ночевать, я понятия не имел. Однако я поймал себя на мысли, что не испытываю ни страха, ни беспокойства, ничего того, что могло бы выбить меня из колеи. Мне вдруг показалось, что я стал испытывать легкую эйфорию от того, что иду своим путем, что никому ничего не доказываю и что в случае поражения, мне всегда есть куда и к кому вернуться. Да и деньги у меня водились. Пусть и не много, но на первое время хватит. Буду ориентироваться и заводить друзей на месте по ходу действия. Буду делать все, что в моих силах, а во всем остальном доверюсь Всевышнему. У меня достаточно времени, чтобы разобраться в своей жизни…

***

Заводить знакомства проще всего в обеденное время. Еда объединяет и позволяет выстраивать отношения с соседями. Я познакомился с влюбленной парой. Мухтар родом с Ташкента, Наталья – с Казани. Свадебное путешествие они решили провести в романтическом городе белых ночей – в Петербурге. Выяснилось, что ребята, впрочем, как и я не знали, где будут ночевать. Парень, что на верхней полке, успевший выпить несколько банок пива, вдруг как-то неожиданно влился в наш разговор и уже стал своим. Он представился Димой из Брянска. В Казани у него была любовница, а проживал он в Питере на съемной квартире с сожительницей, арендовав квартиру на двоих – так выгоднее и надежнее.

– Если вы ищете жилье, – сказал он, – возможно, я смогу вам посодействовать. Вы можете остановиться у меня, если захотите. О цене договоримся.

Идея мне понравилось. Это был лучший вариант вначале путешествия. Мухтар переглянулся с Натальей, затем обратился к Диме:

– На вокзале в Питере, нас встретит мой друг из Москвы. Можем мы все вместе у тебя остановиться?

– Я договорюсь с сожительницей. Главное чтобы вам было вчетвером удобно в одной комнате. Там у меня только один матрас.

Решение было принято обоюдным. Мы согласились. И я вдруг осознал, что на верном пути, поскольку путь этот уже складывался по кирпичикам маленькой удачи…

Глава 2

Определенность в ночлеге придавала ощущение уверенности. Однако чем ближе поезд приближался к Петербургу, тем сильнее ощущалось волнение первооткрывателя. Сумка свинцовой тяжестью оттягивала плечо, и мне приходилось перевешивать ее с одного на другое. Покинув временный обитель, мы оказались в хаосе Московского вокзала Санкт-Петербурга. Мухтар в толпе узнал друга. Это был светловолосый молодой человек с глубоко посаженными серыми глазами. Одет он был скромно и без вкуса. Печальное выражение глаз и худоба тела подсказывали, что он переживал не самый удачный период в жизни. Парень представился Игорем.

Вокзал был заполнен людьми и все они передвигались быстро. К чему спешка, я не понимал. Впятером мы устремились к живой очереди, что тянулась в подземку метро. Слившись с потоком людей, мы стекли к перрону подземелья. Воздух был наполнен запахом машинного масла и ароматом женских духов. Для тех, кто испытывает дискомфорт в замкнутом пространстве, худшего места не найти, нежели в вагоне поезда. Ехали мы, прижавшись друг к другу минут двадцать, может и больше. Вышли на станции «Елизаровская». Долгожданный пятиэтажный дом статуса «хрущевки» показался пятнадцать минут спустя. И всю дорогу я клял, на чем свет стоит старую дорожную сумку. У меня возникло желание ее просто выбросить со всеми вещами. Но как только мы перешагнули порог квартиры, я с большой радостью сбросил ее с себя и рухнул на матрас. Наталья удалилась в кухню готовить чай. Мухтар с Игорем стали разрабатывать план путешествия по одному из самых красивых городов мира.

Я смотрел в потолок, предаваясь легким размышлениям. И все же, как такое возможно? Задача найти ночлег в незнакомом городе реализовалась сама собой и самым неожиданным образом. Что это, удачное стечение обстоятельств или закономерность? Какова вероятность того, что в вагоне поезда оказался пассажир, предоставивший нам жилье? Получается, что когда возникает острая жизненная ситуация, мироздание сделает все, чтобы нам помочь. Страждущий, получит все по необходимости в нужное время и в нужном месте. Важно не упустить свой шанс, еще важнее им воспользоваться. Дима попросил с каждого по триста рублей. Сумма незначительная и на бюджет никак не влияла.

***

Я не знаю, как описать вам Санкт-Петербург, точнее рассказать о тех первых впечатлениях, которые получаешь от прогулки по одному из самых красивых городов мира. Но я попробую, и я буду краток! Питер не был похож на провинциальную древнюю Казань и в нем мало что было от размашистой кольцевой Москвы. Санкт-Петербург имел строгую планировку улиц и проспектов, гармонично вписывающихся в природный ландшафт водной стихии рек Невы, Мойки и Фонтанки, которые представляли собой систему извилистых каналов. И, пожалуй, это было главным преимуществом северной столицы – город на воде, с бесконечным лабиринтом дворов-колодцев, чередой помпезных зданий с вычурным архитектурным стилем и мостами через линии таинственны водных каналов. Этот город, точно загадочная «русская Атлантида» навевал особые романтические чувства.

Дворцовая Площадь притянула нашу компанию, словно магнит, где мы уставшие после многочасовой прогулки по Невскому, присели отдохнуть на поребрик. Мухтар с Натальей увлеклись поиском подходящих мест для фотокадров, я завел разговор с Игорем. Мне хотелось расспросить его, как ему удалось закрепиться в Москве. Игорь неохотно поддерживал диалог. Его глаза выражали печаль и отрешенность. Он явно рос без отца, потому что отчужденность и замкнутость, видимо, являлись его основными спутниками в жизни. От него веяло жутким одиночеством.

– Я не живу в Москве, – говорил он, – в Москве я выживаю. Но я был готов к такому раскладу, когда уезжал из Ташкента. Я настроился, что года три мне придется страдать. Москва – громадный и незнакомый город, в котором у меня нет ни друзей, ни родственников. В Москве никому неинтересны твои чувства, твоя жизнь и твоя судьба. Мне пришлось все начать с чистого листа. Арендовать квартиру, искать работу и отлаживать быт. Дорога до работы занимает часа полтора. Столько же, чтобы добраться до дома. Итого, три часа в день, только на дорогу. Еще нужно успеть приготовить еду. Жизнь приезжего в Москве, точно растянута и украдена. Да и город не щедр на добрых людей. Здесь же, в Питере, люди показались мне проще…

Игорь рассуждал о людях в Питере, после трехчасовой прогулки по Невскому. Может быть они и проще, но точно не простые. Невероятно трудно жить одному в чужом и незнакомо городе, будучи оторванным от своих родных корней.

***

Мы слишком устали от прогулки. Для первого дня впечатлений было более чем достаточно. Город на воде незаметно погружался в сумерки, но темнее не становилось. Город пленила белая ночь, навевая мистическую атмосферу. На старинных зданиях зажигались неоновые огни рекламных вывесок. Спустившись в подземку метро перед самым закрытием, мы с облегчением вздохнули, узнав, что успели на последний поезд. После прогулки в незнакомом городе, квартира показалась очень комфортной и уютной. Дима с маленькими бульдожьими глазками сидел в кухне и не спеша потягивал пиво. Он поинтересовался о наших приключениях, а потом сказал:

– Петербург важно почувствовать душой. Как только это произойдет, город вас не отпустит. А если что-то не складывается с самого начала, то не имеет смысла терять здесь время. Возможно, стоит попробовать что-то другое. Питер я полюбил сразу. Но есть и минус – отсутствие собственной квартиры. Что поделать, это вечная проблема в России. Мы продолжаем жить в системе крепостного права, но в современных реалиях. Мы ждем, когда уйдут наши бабушки и дедушки, чтобы занять их жилплощадь. Вот и приходится арендовать жилье, надеясь однажды заработать приличные деньги на покупку недвижимости в любимом городе…

Я подумал о том, а не попробовать ли мне свои силы здесь – в Санкт-Петербурге? Смог бы я выжить здесь? Найти жилье и самостоятельно его оплачивать, подыскать подходящую работу? Жизнь в чужом и незнакомом городе всегда интриговала меня. Ведь это колоссальный жизненный опыт. Возможно, так и стоит поступить, но вначале мне надо побывать в Калининграде…

Усталость дня взяла свое. Я стал медленно проваливаться в сон с чувством непередаваемой радости, которое принято называть счастьем. Я подумал об Игоре, который вынужденно вернется в Москву и продолжит борьбу за выживание. Мои же приключения только начинались. И впереди меня ждал новый город, новые знакомства и новые события…

Глава 3

Трех дней в Петербурге хватило, чтобы понять, пора двигаться дальше. Паром «Георг-Отс», названный в честь имени эстонского эстрадного оперного певца возвышался на причале морского порта. Мне повезло. В каюте, рассчитанной на четверых, оказался только один пассажир – долговязый и кучерявый парень лет двадцати. Ирония судьбы – его тоже звали Димой. Он был таким же страстным любителем пива, как и тот, что приютил нас в Питере. А еще он был заядлым компьютерщиком и страстным гитаристом. Мы быстро сдружились, и я понял, досаждать меня он точно не станет. Оставив вещи в каюте, я поднялся на верхнюю палубу. И глянув на финский залив, я ощутил в душе нарастающее приятное волнение. Сигнальный гудок ознаменовал отправку судна. «Георг-Отс» медленно пошел по морской глади. Берег русской земли становился коротким, пока и вовсе не исчез. Миновав Финский залив, мы вышли в прохладное Балтийское море. Где-то вдалеке по правую руку тянулась невидимая земля Финляндии. Калининград ожидал нас где-то впереди. Оранжевый диск солнца медленно утопал в морской пучине, окрашивая напоследок небесную даль в разноцветные краски. Дыхание моря переполнило мое сердце волнением, радостью и безмерным счастьем.

***

Утро пробудило меня легким покачиванием на волнах, и я не сразу понял, где нахожусь. Первым делом я отправился в душ, потом поднялся на завтрак. Стены ресторана украшали картины с изображением старинного немецкого Кенигсберга, ныне Калининграда. Это был классический уютный немецкий городок, который стелился на брусчатых мостовых и состоял из тесной постройки причудливых домиков, покрытых черепичными крышами. Тут и там возвышались средневековые лютеранские кирхи, сложенные из красного кирпича. Изображение старинного Кенигсберга на картинах отражали мое представление о нем. И все бы ничего, но от мысли, что послезавтра мне предстоит сойти в незнакомом городе, я испытал легкое негодование и в деснах появился нервный зуд…

После завтрака пассажиры потянулись на верхнюю палубу. Непринужденная обстановка на открытом пространстве объединяла всех вокруг. Знакомиться было легко. Неважно, кто какую социальную ступень занимал в жизни на суше. Здесь в море все были равны, как в бане. И я разговорился с одним из пассажиров…

Предприниматель из Петербурга Олег, родился и вырос в Калининграде. Он рассказал мне про «девяностые».

– В 90-е годы, я, как и многие калининградские ребята, занимался перегоном автомобилей из Германии в Москву. Этим нехитрым делом в те годы, не занимались только ленивые. Перегон автомобилей приносил хорошие деньги. Помимо этого, разумеется, я занимался мелкой контрабандой сигарет, провозя их через польскую границу в днище машин. В Польше сигареты стоят дорого и поляки их охотно скупали. Деньги водились у меня всегда, и я никогда в них не нуждался. В «нулевые» перегонять автомобили стало невыгодно, и я переключился на оптовую торговлю колбасой. Какое-то время дело не двигалось. Но в процессе работы я приобрел хороший опыт и нужные связи. Однажды, мне позвонил ведущий менеджер Петербургского колбасного завода и предложил заняться торговлей в Питере. Так я перебрался в Петербург… Я предприниматель и по-другому жить не умею. Но даже в большом бизнесе не проходит все гладко. Недавно мы судились с одной конкурирующей компанией. Их юристы отсудили у нас два миллиона долларов.

Я удивленно вскинул брови. Сумма показалась мне запредельной в условиях российской жизни. До этого момента мне всегда представлялось, что долларовые миллионеры живут исключительно в Североамериканских Штатах.

– Скажи, – обратился я к Олегу, – насколько выгодно сейчас перегонять автомобили из Германии?

Он усмехнулся.

– Сейчас автосалоны на каждом углу. Закажи любой, тебе пригонят.

***

Еще один день на пароме «Георг-Отс» прошел размеренно по-морскому. Я общался с разными людьми, но полезными эти знакомства в долгосрочной перспективе назвать было трудно. Уже завтра утром паром прибудет в портовый городок Балтийск и что делать дальше, я пока не знал. Мне с трудом представлялась картина, что я арендую квартиру и начинаю искать работу. Вначале нужно осмотреться, почувствовать город и познакомиться с людьми. К тому же, я искал нечто большее, чем просто работу…

Глава 4

С Балтийска – портового военного городка следовал бесплатный рейсовый автобус до Калининграда. Дорожная сумка – бич мой. Она воплощение ошибок прошлого. Казалось, что внутри не вещи, а свинцовые пластины. Едва сдерживая раздражение, я подавил в себе очередной соблазн вышвырнуть ее вместе с вещами. Небрежно швырнув ее в багажное отделение автобуса, я занял место у окна. Пятнадцать минут спустя автобус тронулся и выехал из закрытой зоны порта на узкую дорогу. Сосед по креслу объяснил мне, что эту дорогу прокладывали немцы в прошлом веке. Она была рассчитана только для передвижения двух автомобилей. Вдоль нее ровными рядами тянулись толстые дубы.

– Это «солдаты вермахта», – сказал сосед.

– Кто-кто? – не понял я.

– Эти дубы называют «солдатами вермахта». Их высаживали до начала второй мировой войны. Широкие кроны дубов закрывают видимость дороги с неба. Понимаешь?

– Понимаю…

За окном мелькали забавные немецкие домики из красного кирпича с двухскатными черепичными крышами. Встречались обшарпанные и обветшавшие советские пятиэтажки. На пожарных вышках ютились белые аисты. Мои глаза разбегались по сторонам, фиксируя все, точно объектив фотоаппарата. Я мысленно спрашивал себя, хотел бы я остаться здесь жить? Ответа не было…

Чем ближе мы приближались к городу, тем заметнее мое настроение падало. Мы оказались во власти урбанистических серых жилых построек. Я испытал состояние близкое к отчаянию. Жуткое разочарование охватило мой дух. Мной овладела полная растерянность и хандра. Нарисованный идеальный образ города раздутым сознанием, не соответствовал реальной действительности. Будучи на пароме, попивая кофе в ресторане, я созерцал черно-белые фотографии старого Кенигсберга. На фотографиях город выглядел романтичным, притягательным и сказочным. Однако война и советская стройка сделали свое дело – город превратился в систему строгой советской мысли, лишенной всякой романтики. Не знаю, как на окраине Калининграда, но центр, точно застраивали спонтанно без цели сохранить старинный облик и лишь для отчета перед руководством Москвы. Убогий, жалкий и до ужаса пыльный город. Мечта закрепиться в Калининграде, как мираж растворилась в саване советских построек. Я испытал состояние стресса. Мне немедленно захотелось вернуться в красочный мир Петербурга.

С большим трудом мне удалось подавить стресс и взять себя в руки. Я вновь вошел в амплуа разведчика, внушив себе, что у меня важное задание. И это задание необходимо довести до конца. А сложившаяся ситуация всего лишь игра. И если я попал в этот город, значит для чего-то это нужно…

Для начала я утолил внезапно возникший голод в привокзальной столовой, заказав порцию борща и картофельное пюре с тефтелями. Теплый компот дополнил сытный обед. Пообедав, я убедился, что окружающий мир не так суров и ужасен. Что ж, игра продолжалась, и мне осталось найти ночлег. Я исключил гостиницы, посчитав это дорогим удовольствием, и прибег к совету отца – снял комнату отдыха на южном вокзале города. Номер оказался на троих. Из трех коек занята была только одна – мной. Я перевел дух, отдохнул несколько минут на кровати и вышел на прогулку в город.

Наличие жилья вернуло мое подвешенное настроение в состояние равновесия. Путешествие учит жить по-другому, разрывая привычные стереотипы комфорта и надежности. Я учился приспосабливаться и адаптироваться к новым ситуациям прямо на ходу. Учился создавать ситуацию и не упускать свой шанс. Учился жить каждым мгновением и не заглядывать в будущее, ибо это было просто бессмысленно. Стабильность в путешествии – вещь временная, как вавилонская блудница.

Я бесцельно бродил по улицам Калининграда, размышляя над тем, что делать дальше и как применить себя в городе, который мне не понравился. Я пребывал в состояние избыточной важности. Калининград – город, как город, с ровными проспектами, советскими пятиэтажками и городскими парками. А чего я ждал? Что меня встретят на вокзале, поселят в гостинице и обеспечат интересной и самое главное прибыльной работой?

Я поднялся на мост через реку Преголя и увидел высокое кирпичное здание с одинокой башней. Двускатная черная крыша плавно перетекала в стены, состоящие из стрельчатых окон. Это был Кафедральный собор, где находилась могила великого немецкого философа Иммануила Канта. Я нашел место в тени, устроился на траве и позволил себе ни о чем не думать. Так и просидел какое-то время…

Возвращаться в комнату отдыха было еще рано. К тому же страшно. Страшно отходить ко сну. Страшно встречать завтрашний день, потому что я не знал, что делать завтра. Снова арендовать жилье? А что если закончатся деньги? Я вновь ощутил себя подвешенным над пропастью и почувствовал, как падаю в бездну уныния и отчаяния. Здесь, на западном уголке России, я был слишком оторван от своих корней. Мне не хватало подпитки родного дома, от которого я стремился убежать. Убежать на край света…

Вернувшись в центр города, я купил телефонную карту в ближайшем киоске и позвонил отцу. Отец взял трубку сразу.

– Алло!

– Папа, это я.

– Сын, дорогой! Как добрался? Где ты сейчас?

– В Калининграде! Но здесь совсем не то, что я ожидал. Город маленький, серый и неуютный. В Питере мне понравилось больше…

– Тогда возвращайся в Ленинград.

– Я…

Связь прервалась. Я не стал перезванивать, ибо цель была достигнута. Разговор с родным и близким человеком придал мне сил и уверенности. Я вновь ощутил ответственность за свой род, и я просто не смел пасть лицом в грязь. Я должен выяснить, почему судьба привела меня именно сюда…

На улице заметно темнело. Шататься по ночи в своем-то городе небезопасно, в чужом и подавно! Я вернулся в привокзальную комнату отдыха. Моему удивлению не было предела, застав в номере двух постояльцев, коим на вид было за тридцать. А что я хотел? Комнату я выбирал из соображения низкой цены. Я поздоровался вслух и прошел к своей койке. Ребята отличались исполинским ростом, на фоне них я выглядел лилипутом. Они пили водку, закусывали салом и, не стесняясь, громко рыгали.

– Ты откуда, братан? – спросил дородный парень с мясистым носом, маленькими глазками и розовыми щеками.

– С Казани. Сами откуда?

– С Урала, с Екатеринбурга. – Он выпил рюмку водки, закусил салом и громко рыгнул. – Как тебя сюда занесло, братан?

Я не спешил отвечать. Впрочем, в этом не было надобности. Екатеринбуржец просто выражал мысли вслух. Второй собеседник – накаченный, как Шварцнегер думал о чем-то своем. Я оценивал их как потенциальных противников, на случай если мне придется с ними драться. Увы, шансы мои равнялись нулю. Они раздавили бы меня, как жалкого клопа. К счастью, драться ни с кем не пришлось.

– Казань – крутой город! – промычал, точно бык дородный. – Я знал «казанских», в «девяностые» работали вместе. Ты татарин?

– Да.

– Казанские крутые парни и опасные! – Не без гордости заявил здоровяк. – А мы с Андрюхой сюда приехали за тачкой. Хотим перегнать ее в Ебург. В Калининграде свободная экономическая зона. Все товары приобретаешь без пошлины. Здесь дешевле купить тачку на рынке и перегнать. А ты чем занимаешься?

Я уже заранее продумал легенду.

– Представитель компании игровых автоматов «Покер».

– О-о-о, интересная тема! – кивнул здоровяк. – Андрюх, что скажешь?

Второй гигант держался обособленно. Мысленно он находился где-то далеко отсюда. Он больше молчал, чем говорил. Лишь изредка поддакивал.

– Даже не знаю, Вован.

Я подумал немного, потом спросил здоровяка:

– Слушай, насколько сейчас выгодно перегонять автомобили из Калининграда?

– Не-а, – отрицательно покачал головой он, – совсем невыгодно. Сейчас не то время. Во-первых, тебя никто не знает, а гнать нужно под заказ. Если что-то случиться с машиной, поцарапаешь, например, или появиться вмятина, отвечать придется тебе. Можно попасть на бабки. Обязательно нужны связи на таможне, а также свои люди при оформлении документов и номеров, чтобы было все быстрее и надежнее. Короче, куча хлопот и проблем. Такие дела в одиночку не делаются. Нужно работать в коллективе. Ты че, перегоном решил заняться? Слушай, а может ты с нами в Екатеринбург, рванешь? По пути заедем в Казань, обсудим дилерский вопрос по игровым автоматам, что скажешь?

Усталость дня взяла свое, я стал проваливаться в сон, как в бездну. Гигант изрядно был пьян. Он опрокидывал в глотку одну рюмку за другой и нарочито громко рыгал, что сотрясались стены. Потом и вовсе рухнул на кровать, как отколовшаяся от айсберга глыба льда. Я же окончательно убедился, что никогда не стану перегонщиком автомобилей. В жизни надо делать только то, что хорошо получается, а не распылять энергию на иллюзорность вымышленных дел. Ночь прошла под жуткий раскат храпа гигантов с Урала.

Глава 5

На следующий день я съехал с привокзальной комнаты и снял номер в первой попавшейся гостинице с символичным названием «Янтарь». Цена была вдвое выше, но за спокойствие и комфорт можно было и заплатить. Пообедав в местной столовой, я отправился на разведку, понимая, что это теперь моя новая работа. Разведка, исследование и поиск. Важно все делать налегке и в хорошем расположении духа.

День выдался жарким, особенно в условиях городских каменных джунглей. Подошва кроссовок клеилась к раскаленному асфальту, футболка – к потному телу. Но именно на второй день пребывания я стал ощущать дух приключений. От вчерашнего уныния не осталось и следа. В момент отчаяния нельзя принимать радикальных решений. Важно пережить первый этап стресса и пройти адаптационный период, далее все прояснится и наладится само собой…

Уйма свободного времени позволяла мне разобраться в своей жизни. Я был счастлив, что шагал по самому западному городу России – Калининграду. Серого цвета дома в свете солнца, теперь казались ярко оранжевыми. Лица людей были преисполнены счастьем, хотя вчера они казались хмурыми. Мимо проносились «мерседесы-320» с характерным желтым значком «такси». По центральному проспекту Ленина, громыхая, и скользя по рельсам, бежал калининградский трамвай. Я заметил, кое-где дорога была выложена старинной брусчаткой, оставшейся видимо с довоенных времен. Я держал путь в центр города. Ведь мне, как провинциалу казалось, что все самое лучшее – в центре! Я пытался найти старинную немецкую архитектуру в городе, но вместо этого на центральной площади среди всех построек выделялось высокое, прямоугольной формы здание с пустующими глазницами окон. Оно одновременно пугало и притягивало. Я остановился, чтобы получше разглядеть его, как вдруг за спиной услышал голос.

– Это недостроенный «Дом Советов».

Я обернулся, позади меня медленно брел старик, опираясь на трость. На вид ему было за семьдесят, но выглядел он ухоженно и моложаво. Седые волосы зачесанные назад, придавали старику солидный вид. Голубые глаза пристально смотрели на меня. На нем элегантно сидел летний костюм серого цвета и бежевые туфли.

– Почему недостроенный?

– Особенность истории нашей страны. – Старик подошел ближе, и вместе со мной посмотрел на безликую постройку. – Калининградцы называют его «закопанным роботом». Посмотри внимательнее, и ты увидишь, что здание и впрямь похоже на голову гигантского робота. Его планировали запустить в эксплуатацию в конце «восьмидесятых», потом случилась перестройка, передел собственности и экономический кризис. Его построили на месте Кенигсбергского замка.

– Безумие, – не выдержал я.

Старик усмехнулся.

– Кенигсбергский замок построили рыцари Тевтонского ордена. Они были участниками крестовых походов в Святую землю. Во время второй мировой войны замок практически был разрушен. Вот и сейчас на его месте возвышается «голова» этого бетонного безобразия.

Мы постояли молча пару минут. И тут старик неожиданно спросил:

– Ты ведь не местный?

– Нет…

– Хм. Что делаешь здесь?

– Намереваюсь проложить дорогу на Запад.

– Хм. – Старик усмехнулся. – Ты уже на Западе! Поверь мне, нигде не лучше! И помни, твой дом там, где твое сердце…

Как будто пелена упала с глаз. Старика рядом не было. Что это, плод моей фантазии или же он просто незаметно ушел, пока я размышлял над его словами.

Я остался один, не зная, в какую сторону идти – прямо или влево. А потом, почему-то интуитивно зашагал по улице Вагнера, которая привела меня в городской парк. Десятиминутная прогулка в парке не принесла ничего нового. Раздосадованный, я направился к выходу. И тут на фонарном столбе мое внимание привлекло рекламное объявление: «Работа в Чехии. Оформление визы. Жилье предоставляется». Внизу тянулась строчка с адресом. Идея поездки в Чехию по работе воодушевила меня. Мне хотелось верить, что я на правильном пути. Возможно, это именно то, что я искал. В мыслях рисовались яркие картинки сказочной Чехии, где я полноценно живу и работаю, как самый настоящий европеец.

Найти адрес турфирмы оказалось просто. Моим компасом послужила карта города, которую я приобрел еще в день приезда. Офис размещался на улице Генерала Галицкого, неподалеку от парка. Через пятнадцать минут я уже топтался у закрытых дверей туристической компании. Вывеска на входных дверях гласила: «Вернусь через тридцать минут».

Случайности не всегда случайны. В ожидании возвращения хозяина офиса, я решил прогуляться в округе. Пока гулял, познакомился с двумя девчонками. Мы обменялись любезностями и поговорили о чем-то незначительном. И пока прогуливались вместе, на глаза мне попался офис другой туристической компании «Шнайдер». Представительницы женского пола явились проводницами к моей судьбе. Я попрощался с ними и зашел внутрь.

– День, добрый, хочу узнать по поводу поездки в Чехию.

– Здравствуйте! – Ответила мне, слегка картавя, солидно сложенная сотрудница офиса. Глаза ее выражали доброту и неподдельный интерес. – Проходите. Присаживайтесь. Хотите чай?

– Лучше кофе.

Девушка улыбнулась, демонстрируя ровные зубы. Я уселся в кресло и оглядел владения туристической компании. Глаза бегло фотографировали внутреннее убранство просторного и уютного офиса. Вдоль стен размещались три рабочих стола с компьютерами. На стенах в рамках висели фотографии с изображением мировых достопримечательностей. Египетские пирамиды в Каире, затерянный в Андах таинственный город Мачу-Пикчу, Эйфелевая башня в Париже и многие другие. Будучи под впечатлением, мысли унесли меня в мир грез и фантазий. Я испытал приятное ощущение в душе и отвлекся лишь тогда, когда сотрудница офиса принесла чашку кофе. Я с удовольствием сделал пару глотков.

– Насколько дней вы хотите поехать в Чехию?

– Вообще-то я хотел узнать по поводу работы в Чехии.

– Работы в Чехии? – Вопрос прозвучал неожиданно от сидевшего рядом мужчины. Я не сразу заметил его. По всей видимости, когда я вошел в офис, он находился в подсобном помещении. На вид ему было за сорок. Он обладал притягательной внешностью и был хорошо сложен. Голову покрывала копна длинных слегка седых волос. Его серые глаза внимательно изучали меня.

– Да! Именно по поводу работы. Я прочитал рекламное объявление на фонарном столбе здесь неподалеку…

– Ты знаешь, любая компания, что предлагает отправить кого-то на работу, будь то в Чехию или еще-куда на край света, чистой воды фальшь. Я много раз бывал в этой стране и прекрасно знаю внутреннюю ситуацию. Зачем чехам нанимать кого-то со стороны, если у них и своих безработных хватает? Если хочешь найти работу, поезжай в Питер. Возьми с собой трудовую книжку и отправляйся на Невский Проспект. Заходи в каждое заведение, где требуется работник. А если уж ты решил перебраться в Европу, то для начала съезди в Польшу через нашу фирму или в Финляндию через Петербург. Главное, чтобы в паспорте стояла визовая отметка. Так будет значительно проще попасть в Европу в дальнейшем. Марина! – он обратился к сотруднице. – Сколько стоит тур: Гданьск – Мальборк?

Марина углубилась в пространство интернета и через мгновение ответила.

– Два дня, одна ночь, с посещением Гданьска, парка Дендрария и знаменитого средневекового замка Мальборк, порядка ста евро. Виза готовиться пять рабочих дней. Но учитывая, что сегодня суббота, мы сможем отдать документы на визу только в понедельник, готова она будет в пятницу. В следующую субботу вы сможете поехать в Польшу…

Итак, туристическая поездка обойдется мне в сто евро. Мой расчетливый и прагматичный ум стал обдумывать варианты с ночлегом. В Польшу я поеду только в конце следующей недели, и где мне ночевать все это время? Каждая проведенная ночь в гостинице съест весь мой скромный бюджет. Но отказаться от такого шанса было глупо. Если вы хотите, чтобы камин согрел ваш дом, для этого нужно бросить в него дрова. Незнакомец, говоривший столь убедительно, внушал непоколебимое доверие. Складывалось впечатление, что мы с ним давние приятели. Что ж, если идти за мечтой, нужно учиться доверять людям, и уметь хоть немного рисковать. А что будет дальше, пусть Всевышний сам разбирается. К тому же, все мое нутро горело огнем. Я чувствовал, как никогда раньше, что именно сейчас стою на распутье чего-то важного.

– Я согласен. Какие документы нужны?

– Заграничный паспорт, две фотографии и деньги. Анкету на визу я заполню сама.

Я обратился к незнакомцу.

– Как вас зовут?

– Андрей.

– Могу я у вас оставить сумку?

– Она у вас с собой?

– В Гостинице. Мне нужно ее привезти.

– Ну, если успеешь до 15:00. – Он глянул на часы и усмехнулся. – Надеюсь, в сумке нет бомбы!

– Есть только деловой костюм, – пожал плечами я.

– Ты не местный.

– Приехал только вчера.

– Тебе абсолютно нечего делать в городе. Лучше ехать к морю. В поселке Филино есть комната отдыха всего за пятьсот рублей, плюс завтрак и обед. Море в пяти минутах ходьбы. На пляже красивые девушки. Если хочешь, я могу тебя отвезти.

– Сегодня я уже снял номер в гостинице. Может завтра?

– Хорошо, как тебе удобно. Откуда приехал?

– С Казани.

– Далековато… Татарин?

– Да.

***

Я оставил себе только рюкзак, упаковав в него все необходимые вещи: сменное белье, средства гигиены, документы и деньги. Путешествовать налегке – одно удовольствие. Я так же задумался над тем, что ночлегом на сегодня был обеспечен, но где ночевать завтра, я пока не знал? Внутренний голос подсказывал, чтобы я не заглядывал в будущее, а решал задачи по мере их поступления. Неожиданно мне в голову пришла гениальная идея, и мне захотелось немедленно воплотить ее в жизнь. Для этого требовалась только сноровка.

Твердо печатая шаг, я направился по улицам города и дошел до калининградского зоопарка. Желание посетить один из самых больших зоопарков в Европе замкнулось на билетной кассе. Научившись еще в Казани посещать популярные места без покупки билетов, я обошел территорию зоопарка по всему периметру в надежде найти слабые места и без зазрения совести ими воспользоваться – проникнуть в зоопарк бесплатно. Слабые места имеются в любой ограде. И я направился вдоль высокой железной ограды в поисках бреши. Мой пыл взобраться на ограждения и попасть внутрь зоопарка остудила впереди идущая бабушка. Тяжело переваливаясь с одной ноги на другую, она несла в руках сумку с продуктами. Напустив на себя вид простодушного студента, я вызвался донести продукты до дома. Она согласилась, а я поинтересовался, сможет ли она приютить бедного и несчастного студента на несколько дней? Она была вовсе не против, но, к сожалению, жила в однокомнатной квартире. Я не особо расстроился, решив поискать удачу и дальше…

Я блуждал по старинным немецким кварталам старого Калининграда, что были на окраине города. Здесь хорошо сохранился дух старинного Кенигсберга. В этом микрорайоне основной и естественной достопримечательностью являлись ладно сложенные из красного кирпича причудливые домики, разделенные крошечными и узенькими брусчатыми дорожками. На каждой прилегающей к дому лужайке цвели розы. Я стал ненавязчиво обращаться к каждой старушке встречающейся на пути с просьбой приютить меня. Закон больших чисел сработал…

Чуть сгорбленная с седыми волосами, но опрятно одетая старушка работала уборщицей в подъезде немецкого дома. Услышав мою просьбу, она оживилась, в глазах зажегся огонек. Она была преисполнена энтузиазмом, оказать мне помощь. Вместе мы прошлись по всем соседям дома, где она работала, интересуясь у жильцов, смогут ли они впустить скромного студента, из далекой Казани на одну ночь? Три квартиры ответили отказом. Другие и вовсе не открыли дверь. Но целеустремленность бабушки взяла вверх. Она потащила меня в квартиру своей дочери в соседний квартал.

Ее дочь Елена выглядела на сорок пять. Вид у нее был измученной и недовольной жизнью женщины. При нашем появлении миндального цвета глаза отобразили раздражение и негодование. Услышав просьбу матери, впустит переночевать незнакомца в квартиру, она обрушилась на нее с упреком. Это был конфликт поколений. Мать же упрекала дочь в эгоизме, дочь – в слабоумии, последней. Я мельком глянул на мужа хозяйки квартиры, который молча сидел в кухне. Понятно, что женился он исключительно по расчету и хозяином квартиры не был. Я оставался сторонним наблюдателем, прекрасно понимая, что лучше остаться ночевать на улице, чем в этой квартире. Однако натянув обворожительную улыбку, я произнес вслух:

– Не стоит ругаться из-за меня. Я вас не стесню. Я только на одну ночь. Тем более я заеду к вам только завтра вечером. Сегодня мне есть, где остановиться.

Елена с облегчением вздохнула.

***

Издавая протяженный стук колес о рельсы, трамвай вернул нас в центр города. Старушка намеревалась закончить работу, а я прогуляться по городу. Я протянул ей деньги за оказанную помощь, но она отрицательно покачала головой.

– Мы христиане и должны помогать друг другу. Ты же христианин?

Вместо ответа я промолчал, лишь немного склонив голову, создав иллюзию, что ответил «да». Мне не хотелось вдаваться в подробности своей веры.

– Ах, что твориться сейчас в России? – Залепетала она. – Мы русские слишком разобщены. Никто никому не нужен и никто никому не помогает. Каждый сам за себя. В жизни не осталось места милосердию. – Посмотрев в трамвайное окошко, она процитировала «книгу бытия». – Проклята земля за тебя. Тернии и волчцы произрастит она тебе. Доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах превратишься. Грядет суд Божий и царствие небесное.

Расставшись с бабушкой, я испытал чувство удовлетворения от маленькой победы. И, конечно же, я отдавал себе отчет в том, что не вернусь в ту квартиру. К тому же, подобный опыт можно применить в любом другом городе. Я быстро научился вживаться в любую роль и красочно сплетать красивые легенды. Игра в разведчика нравилась мне все больше и больше. С легкой душой, я отправился на южную автостанцию и купил билет на автобус, следующий до поселка Филино завтра утром. Я полагал, что на побережье Балтийского моря, все комнаты для отдыхающих сдаются по сносной цене. Однако я не учел одного факта – Андрей ненавязчиво предлагал остановиться за пятьсот рублей в его гостевом доме. Я понял это потом, хотя, это уже неважно…

Глава 6

В мой безмятежный сон ворвался противный телефонный звонок отельного будильника. Нехотя открыв глаза, я увидел солнечный луч, едва пробивающийся через штору. В номере было спокойно и тихо. Если бы не билет на автобус, я позволил бы себе еще немного понежиться в мягкой постели уютного номера. Потянувшись и протерев глаза, я последовал в душ. Прохладная вода моментально привела меня в бодрое состояние. Набросив на торс полотенце, я включил электрический чайник, и высыпал в чашку растворимый кофе. Кофе и желтый банан составили весь мой утренний рацион. Интуиция передавала положительные импульсы от предстоящей поездки в поселок Филино…

Среди всех пассажиров, ютившихся возле автобуса, мои глаза, точно объектив прицела выделили лишь одну молодую особу. Она была прекрасна. Ее стройные ноги, прямая осанка и миловидный тип лица – целиком и полностью отражали вкусовые предпочтения к прекрасной половине человечества. «Хорошо бы нам, ехать вместе», – подумал я. И не ошибся. Наши посадочные места оказались подле друг друга: у меня – седьмое, у нее – восьмое. В такие исключительно удачливые моменты дух промедления – великий грех! Действовать нужно стремительно и решительно, а то вдруг она выйдет на следующей остановке, а ты останешься сожалеть в одиночестве, об упущенной возможности приятного знакомства с той, которая тебе понравилась. За каждым знакомством может скрываться какая-то тайна. Но скажу вам честно, как есть: мне было трудно начать знакомство с незнакомкой. И вместо того, чтобы действовать, я начинал думать, с чего начать диалог. Я боялся, что она сочтет меня умалишенным или того еще хуже психопатом. Однако…

Я поймал ее взгляд, улыбнулся и тихо сказал:

– Привет! Как дела?

Повисло неловкое молчание. Девушка смотрела на меня внимательно, а потом ответила взаимной улыбкой. Ее добродушный взгляд растопил все предрассудки, и между нами возникла симпатия.

– Привет! Все хорошо…

– Ты направляешься в Филино?

– В Светлогорск…

Автобус тронулся с места и наше путешествие началось. Диалог выстраивался легко и непринужденно. Узнав о том, что я приехал с востока нашей необъятной Отчизны, ее интерес ко мне вырос.

– Что привело тебя в Калининград?

И тут я на мгновение задумался. Я стал размышлять вслух, делясь с ней историей своей сумбурной жизни…

***

– Мы, будучи юными неосознанно равняемся на родителей и на их поступки – правильные и неправильные, которые ложатся в основу нашего сценария жизни. Возможно, с детства, сейчас уже и не вспомню, но я чувствовал, что должен жить в другом месте. Однако, судьба моих родителей передалась мне по наследству. Когда я осознал, что не желаю жить как они, я решился уехать из города и найти свое место. Мне – двадцать четыре. И сколько я себя помню, я всегда находил себя в разных ипостасях. Электромонтером на «Пороховом» заводе, DJ-м в стриптиз-баре «Мурена», грузчиком на центральном рынке, осветителем сцены в «Большом Театре оперы и балета», официантом в ресторане «Мезон Гриз». Я менял профессии, как перчатки, пытаясь нащупать в каждой из них что-то свое. Сейчас мне кажется, что я менял места работы из-за неустроенности моих родителей. А с кого еще мне было брать пример? Они не смогли реализовать свой потенциал. Отец часто менял работу, но конкретной профессией не обзавелся. Хотя деньги в нашей семье водились всегда. А мама? Она росла без отца в рабочем районе. Она работала на заводе и, будучи, лишенной отцовской любви, всю жизнь жила только для себя. Увы, мои родители в разводе, но живут вместе, не сумев решить «квартирный вопрос». Они жили вместе в целях необходимой потребности, но любовь друг к другу разделить не смогли. Как им было раскрыть любовь, если они сами были лишены любви? И сейчас я думаю, что именно это одна из главных причин моего отъезда…

Два месяца назад, я решил съездить в Елабугу. В город, в котором однажды покончила с собой русская поэтесса Марина Цветаева… Я никогда прежде не был в нем и, мне все было интересно. Во время поездки судьба свела меня с женщиной. Она приехала в Татарстан по делам из Москвы. Я поделился с ней намерением перебраться в Европу. Выслушав меня, она посоветовала для начала побывать в Калининградской области, граничащей с Литвой и Польшей. Она посеяла в моем сознании семена надежды, что я двигаюсь в правильном направлении. Я не знал, тот ли это город, или нет, но я намеревался убедиться в этом лично. А потом я вдруг встретил знакомого отца – он посоветовал мне добраться поездом до Петербурга, оттуда паромом до Калининграда…

***

– Интересное стечение обстоятельств, – подытожила моя спутница. – Надолго ты здесь?

– Мне нужно понять, зачем я здесь. Скажи, – вдруг осенило меня. – Что ты будешь делать в Светлогорске?

– Я еду в летний лагерь, навестить братишку.

Мне почему-то захотелось изменить сюжет запланированного маршрута и составить ей компанию. В Филино можно добраться и позже. Она с радостью согласилась, учитывая то, что не знала, где находится лагерь.

***

Мы сошли на лесной просеке, не доехав несколько километров до Светлогорска – курортного городка на берегу Балтийского моря. Детский лагерь находился где-то в лесу, и нам предстояло его отыскать. Небо затянули тучи. Послышался раскат грома и на землю посыпались слезы дождя. Неожиданно повеяло изумительным запахом флоры. Атмосфера леса, плененного дождем, показалась мне знакомой… Впереди как мираж на фоне дубов выросли входные ворота детского лагеря. И тут я понял причину, нахлынувших на меня воспоминаний. Лагерь был похож на тот, в котором и я отдыхал каждое лето подряд в юные годы. Я точно шел по следу самого себя в прошлом. Как будто мне предстояло разгадать тайну. Перед глазами пронеслись воспоминания лагерной жизни. Первая влюбленность, первый поцелуй и потеря девственности…

Нас окружила ватага ребятни. Для них мы были точно долгожданные пришельцы с другой планеты. Их глаза блестели огоньком надежды. Какое-то время спустя навстречу выбежал худенький мальчик с кучерявыми волосами. Он прямиком бросился в объятья старшей сестры. В их отношениях чувствовалась сильная родственная связь, пропитанной чувством любови и дружбой. Я испытал чувство зависти, мне самому не хватало теплых взаимоотношений с сестренкой.

Катя расспросила братишку о его настроении и состоянии здоровья. И после того, как он настоятельно попросил забрать его с лагеря, она сказала:

– Вадик, я тебя заберу.

Вот и все, моя миссия окончена. Я проводил их до автобусной остановки.

На прощание Катя обратилась ко мне и настойчиво сказала:

– Когда закончишь поиски, обязательно возвращайся домой…

***

И что делать теперь? Все дороги вели в Светлогорск. Натянув капюшон олимпийки на голову, я направился через лесную просеку пешком в сторону курортного города. Чтобы сократить путь я побрел через лесную чащу. Дождь моросил, но не спешил превращаться в ливень. Мои мысли слились с окружающей природой, став единым целым. Да, в жизни есть нечто большее, чем просто работа и стремление к материальным благам. Что-то в глубине души заметно менялось. Происходило нечто необъяснимое. Как будто мне открывались непознанные тайны мироздания. В таком странном состоянии я точно плыл по лесу, не заметив, как миновал целый час.

Лесная дорога вывела меня к оврагу. Преодолев его сквозь густые заросли елей, я вышел на берег моря, оказавшись во власти бесконечного пустынного пляжа. Вокруг не было ни единой живой души. Ощущалось лишь дыхание моря. Шум прибрежных волн нежно ласкал мой слух. Я побрел по пляжу в сторону городского променада, оставляя на мокром песке глубокие следы. Дымка дождевой пелены постепенно испарялась, и на променаде показались роскошные отели, уютные рестораны и заманчивые бары. Только сейчас я почувствовал, насколько голоден.

Цены в местных забегаловках были высокие, но другого варианта по близости не было. Я перекусил котлетой «по-киевски», картофелем фри и выпил чашку кофе. Мир вокруг сразу преобразился. Из окна кафешки открывался потрясающий вид на бесконечную морскую гладь. В душе поселились приятные и спокойные чувства. Я осознал, как все эти годы мне не хватало подобного приключения и самое главное – безграничной свободы. Как многое я упускал, предаваясь гонке за ценностями чуждыми мне.

Я решил продолжить работу разведчика здесь и стал обхаживать местные гостиницы. Цены колебались от двадцати до пятидесяти долларов в сутки. Мой бюджет был слишком скромен. Прибегать к калининградскому опыту – проситься на ночлег в этом маленьком городке, не имело смысла. Ибо здесь все измерялось в деньгах. Что же делать? Неожиданно возникла мысль поездом отправиться в соседний Зеленоградск. В путеводителях он, как и Светлогорск, стоял в одном ряду часто посещаемых городов Калининградской области.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.