Потерять и найти
Повесть
Мария Запорожченко

Посвящается Ирине и Рустаму.

Вы навсегда в моем сердце.

Дизайнер обложки Дарья Макурина

© Мария Запорожченко, 2024

© Дарья Макурина, дизайн обложки, 2024

ISBN 978-5-0064-2246-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 1

Пролог

Вечерело. По краю трассы мчался велосипед. Девушка в легкой куртке и джинсах яростно крутила педали, подставляла лицо ледяному ветру. Она неслась по дороге на огромной скорости, огни встречных машин слепили глаза. Колеса противно скрипели. Дорогу накрыла тьма. Серая фура проехала мимо, и мощный поток воздуха едва не снес велосипед в канаву. Она свернула на грунтовую дорогу, колесо застряло в грязи и с размаху упала в лужу. Она встала, потирая ушибленное колено, слезы брызнули из глаз от боли. Заморосил мелкий дождь, поднялся ветер. Алина со злостью пнула колесо и бросила велосипед в овраг.

Дорога опустела. Она походила по трассе туда и обратно. У самого ее края торчал ржавый плакат с социальной рекламой: в машине сидел пухлый младенец в детском кресле и неоновыми буквами блестела надпись: «Сохрани жизнь самому дорогому».

Алина пошла прочь в лесок, по березняку, во мрак. Она долго бродила среди кустов, перешагивая через поваленные бурей деревца, ежась от холода и сырости.

Потом села на валежник и тихо заплакала. Дождь смешивался со слезами и стекал по лицу. Она побрела вперед по мокрой траве, не разбирая дороги. Валежник хрустел под ногами, на брюки зацепился репейник.

Березовый лесок расступился. Впереди темнел пруд, заросший ряской. Плакучие ивы плотно обступили его со всех сторон. Осенние листья плавали на мутной поверхности. Алина забралась на гладкий валун и подошла к воде, чтобы освежить горячее, соленое от слез лицо.

Вдалеке над водой вдалеке клубился странный желтоватый туман. Она пригляделась и заметила, что в мутной глубине пруда что-то шевельнулось. Девушка схватила телефон из сумочки, бросила ее на берегу и включила фонарик. Тут она поскользнулась на камне, упала в воду и с головой погрузилась в ледяную воду. Нога зацепилась за корягу. Алина с трудом высвободила ее, вдохнула воздух, отчаянно барахтаясь. Поняла, что мышцы свело судорогой, и она снова пошла ко дну.

– Лучше я умру вместе с ним, – промелькнула в голове последняя мысль.

Она услышала на берегу крик, потом кто-то ее тащил из воды, но уши заложило, тело не слушалось. Больше она ничего не помнила. Сознание ее погрузилось во тьму.

Глава 1

За два года до события

Алина Мельникова выросла в Озерске, маленьком поселке Пермского края. Папа работал механиком на местной ферме, а мама – учительницей в начальной школы. Кроме Алины, в семье росли еще двое детей: Люба, она была младше на три года и Надя, ей недавно исполнилось только два.

Наталья, мама Алины, родом из деревни, после школы скоропалительно вышла замуж. Мельниковы переехали жить в город, вскоре родилась дочь. Несколько лет они снимали комнату в общежитии, отец работал на заводе. Наталья – нянечкой в детском саду. Когда Анатолия сократили, и он уговорил жену вернуться на его родину. Она совсем не хотела возвращаться в деревню, даже плакала. Но деваться некуда. Пару лет пожили со свекровью, но отношения с ней не заладились. И Наталья уговорила мужа купить на все сбережения участок. За несколько лет построили дом. А после завели хозяйство.

Вскоре Наталья заочно закончила педагогический институт и устроилась работать в сельскую школу. Учеников – всего 8 человек.

Деревня – не город. Сельская жизнь не для ленивых. Здесь нужно работать круглый год: ремонтировать, копать, садить, убирать, облагораживать. Наталья, хоть и выросла в деревне, ударный физический труд презирала, любила книги и писала статьи. Она мечтала выбиться в люди и уехать в город.

Она показывала Алине открытки из Перми. И почти все разговоры матери начинались с фразы: «А вот в городе как хорошо было..». Ночами она мечтала, как дочь закончит школу и поедет покорять город.

Но мечты так и оставались мечтами. Каждое утро Наталья спешила на работу, вечерами готовилась к урокам. И малышка не давала скучать. Алина отличалась строптивым характером с ранних лет. С 3 лет она убегала из дому и пряталась за конюшней на большом дереве. Она ловила с мальчишками рыбу, бесстрашно прыгала с высоких берез на тарзанке, жгла костры, обдирала зеленые кислые яблоки в заросшем саду и ловила змей на поле. Мирные девичьи занятия ее не нравились. Наборы мулине, разноцветный бисер и клубки ниток, подаренные папой, пылились в шкафу.

Каждое утро мама полчаса гонялась за ней по дому, чтобы насильно усадить на табурет и заплести косы. Девочка отчаянно ревела, пытаясь вырваться из рук мамы.

Однако Наталья спуску дочери не давала: как судья, она оценивала ее все время: справилась? Не справилась? А чтобы обнять, поцеловать, читать вместе книжки, играть – нет, увольте. Девочка ластилась к матери, а она все время ее отталкивала:

– Алька, не мешай. Видишь, мама устала.

За лаской Алина шла к отцу. Он вставал рано утром и на завтрак готовил одно и тоже блюдо – картофельные драники. Он неслышно прокрадывался к кровати спящей Алины, щекотал ей пятки и шептал на ушко:

– Алька, айда драники кушать! Пока горячие.

Девочка вскакивала с кровати и мчалась на кухню. Она хватала с тарелки горячее хрустящее угощение. Обжигалась, откусывала по кусочку. Отец растапливал печку, и кухню заполнял едкий дым.

– Ну вы и надымили! Я сколько раз говорила, дверцу печную сразу закрывайте! – ругалась она зычным голосом.

– Дак не беда, Наташенька, мигом проветрим, – невозмутимо соглашался папа.

Он распахивал уличную дверь, и в дом врывался морозный воздух. Мама ежилась, куталась в шаль и собиралась на работу.

После школы девочка шла к отцу в мастерскую, и вместе они выдумывали узоры по дереву, смеялись и болтали.

Мама холодно ее хвалила, когда дочь приносила грамоты из детского сада, а потом из школы. И Алина была рада стараться только ради этой сдержанной похвалы. Наталья с тревогой думала, что дочь проявит бунтарский характер в школе. Но секция по дзюдо помогала тратить ей избыток жизненной энергии. А еще во втором классе она записалась на хоровой кружок в ДК.

***

Алине все детство думала, как скучно и серо они живут: дорога до школы на автобусе, потом уроки и обед в школьной столовой. После учебы – снова автобус. А дома уже ждала мама со списком дел: прибраться в доме, нарвать веток козе, покормить кур, гусей и уток.

Позже родились Люба и Надя, и Алина совсем не хотелось их нянчить. А мама опять училась, ездила на семинары в соседний район. И детьми почти не занималась. Заботу о детях взял на себя папа и подросшая Алина. Мама сказала, ее слово – закон.

Когда в конце учебного года вручали грамоты, мама тихо выговаривала дочери:

– Ну и что? Победа в краевом конкурсе! А у Антонины Ивановны дочь в Пермь поехала, выступать будет. А ты что?

Алина опустила голову и села рядом с матерью. Вся ее искренняя детская радость погасла. Опять. Опять плохо старалась, недоучила, недотянула…

Чего бы не добивалась Алина, мама все критиковала. Все ей плохо и мало.

– Ну, ты, мать, совсем затюкала ребенка! -сказал отец, когда мама отчитывала Алину за четверку по обществознанию. – Радуйся, что она старается! 4 или 5 – какая разница! Ты посмотри, как другие дети учатся? С тройки на тройку.

– А ты не лезь, когда я дочь воспитываю! – огрызнулась мама. – Пусть с детства привыкает все делать отлично! Совсем их испортил! Все с ними сюсюкаешься.

– Портятся продукты без холодильника, а это дети, – миролюбиво ответил папа. – Ты, Наташа, все по своим командировкам. А детям мать нужна, – серьезно сказал отец. – Лучше бы в декрете посидела, пока Надюша маленькая.

– Детей настрогал, сам и сиди с ними. А я развиваться хочу! – сказала Наталья. – Кто меня уговаривал еще рожать?

Отец махнул рукой и ушел во двор. Ее не переспоришь. Что ни разговор, то скандал.

Глава 2

Когда Алине исполнилось 5 лет, летом они поехали в Пермь на поезде. Девочка прыгала от восторга. Они сходили в зоопарк, Алина покаталась на пони и даже погладила бегемота. Потом пообедали пиццей в кафе. Поездка удалась.

Все детство Алина грезила, как поедет жить в город, будет гулять по красивым чистым улицам, каждый день лакомиться мороженым и кататься на аттракционах в парке.

Когда она подросла, однажды заявила:

– Папочка, я хочу жить в город! Ну зачем мы переехали в эту дыру?

– Ну, мать, научила ребенка, – сказал отец. – Мала ты еще, дочка, чтобы судить, где хорошо, а где плохо. И радоваться надо тому, что есть.

Когда мама начинала разговор о том, что нужно переехать город, отец посмеивался:

– Ну так кто тебя держит, езжай в Москву, разгонять тоску! Уж ладно, отпущу тебя. Девчонки мне помогут, правда? – и он весело подмигнул Алине. – Езжай, мать, кто тебя держит? Всю плешь мне съела этим городом.

– Толя, я серьезно. Давай уедем из этой дыры. Я устала так жить, – сказала Наталья

– Как жить? А что, мы плохо живем? – взорвался он. – Ты посмотри, какой дом построили, какое у нас хозяйство!

– Да что я видела в деревне? Каждый день огород да козы с курами. Нервы мотаю с неучами. На автобусе каждый день трясусь по ухабам. Я когда последний раз в театре и в кино была? – и мать начинала плакать, незаметно вытирая слезы рукавом платья.

– Ну, мать, ты еще и сырость разведи здесь. Сама за меня замуж выходила, никто тебя в ЗАГС на веревке не тянул, – сказал отец и ушел во двор, громко хлопнув дверью.

– Алиночка, учись, доченька, получай высшее образование. Найдешь хорошую работу и не будешь зависеть от этих мужиков-самодуров, – сказал мама.

Алине стало обидно. Она хотела сказать, что папа – никакой не самодур, а самый добрый на свете. Но промолчала – лучше маму не злить.

Глава 3

Наконец мечта сбылась: Алина сдала экзамены, закончила школу с золотой медалью и спортивную школу с отличием.

Вечером, когда семья собралась на веранде, мама обняла Алину и мечтательно сказала:

– Вот Алиночка, получишь высшее образование, и в городе устроишься. Там, может и квартиру в ипотеку возьмешь.

– Какая еще ипотека, – поднялся с места папа, – ты чему, мать, учишь ребенка? А для кого я дом построил? Вот, Аля, отучишься, приедешь, и в родном поселке можно работать. Человек хоть где себе место найдет, было бы желание.

– Что ей делать в нашей дыре, – сердито возразила мама, – только продавцом в магазин устраиваться. А в городе она в люди пойдет.

– А мы, выходит, не люди?! – рассердился папа, – ну, ты, мать, совсем! Ну пусть и возьмет она квартиру в ипотеку, и что дальше? А ты знаешь, сколько надо зарабатывать, чтобы взять ипотеку? Как она будет одна платить? Мужики в городе – сплошь одни альфонсы. Это тебе, мать, со мной повезло. А как жить на оставшиеся копейки? Платить за квартиру и питаться надо, одеваться. Через 10 лет она возненавидит эту квартиру, а платить придется. Мы тоже немолодые, еще Любка да Надька подрастают, сколько лет их подымать надо.

– Ну что ты, отец, девочку пугаешь, все рисуешь в черных красках? – возмутилась мама.

– Я готовлю ее к реальной жизни, – сказал отец.

Вечером папа вышел крыльцо покурить. Алина сидела на скамейке под старой яблоней.

– Дочка, я в твои дела не лезу, решай сама, – сказал он – но запомни: в городе жить тоже не сахар. Пожили мы с твоей матерью, помыкались и вернулись в родной поселок.

Алина обняла отца и уткнулась ему носом в шею, как маленькая девочка. Вдохнула родной аромат сигарет с одеколоном.

– Папа, я очень хочу уехать в город.

– У тебя все получится. Надеюсь, – тихо сказал Анатолий и погладил дочку по голове.

Город манил огнями, яркой свободной жизнью без родительского контроля.

Глава 4

В черных сетях навеки запутаны

Да, мы дети больших городов

Их густой паутиной опутаны

Километрами их проводов

Разбиваем на мелкие пиксели

Это небо, как крышу миров

И словами, что ранят, как выстрелы

Убиваем чужую любовь…

(Песня «Мегаполисы», Валерий Миладзе, Альбина Джанабаева)

Алина поступила в педагогический университет, на факультет физкультуры и спорта, на бюджет. Она скоро поняла, как прав папа. Город суров к провинциалам. В школе она каждый день слышала, какая она талантливая девочка. На вступительных экзаменах она увидела сотни молодых людей и девушек из деревень и малых городов, энергичных и амбициозных, похожих на нее, стремящихся вырваться в город. Выходит, она такая, как все.

Алина жила в общежитии. Родители регулярно помогали деньгами, но их отчаянно не хватало. Алина бросилась искать работу. Уже через два дня она прошла собеседование в крупном банке, по вакансии специалиста колл-центра. Днем она училась в университете, а после обеда работала.

***

Алина познакомилась с молодым коллективом. Особенно ей понравилась миловидная блондинка. Она так душевно и разговаривала с клиентами, нервничала и грызла кончик ручки, как школьница.

– Привет, я Алина. Первый день у вас!

– Яна! – ответила коллега, насмешливо улыбаясь, – откуда ты? Я слышала, ты из глубинки к нам приехала.

– Из Озерска! – ответила она, не ожидая подвоха.

– Сочувствую, – сказала Яна. – Наверное, там сложно с работой.

Алина спиной почувствовала, как новые коллеги ее рассматривали со скрытой насмешкой и шушукались за спиной.

В первый рабочий день девушка подошла к старшей отдела, чтобы взять у нее пароли доступа к программе. Потом Алина полдня мучилась, пытаясь войти в систему. Компьютер упорно выдавал на мониторе сообщение: «Пользователь не существует. Пароль неверный». Остальные специалисты увлеченно говорили по телефону или делали вид, что заняты.

Пришлось обращаться к Виолетте, рыжей надменной девушке. Она ловко стучала ими по клавиатуре длинными тонкими пальцами с розовыми ногтями. Она недовольно поморщила изящный носик, как будто мимо нее прошел бомж.

– Ну, что еще надо? – не отрывая взгляда от монитора, спросила она.

– Мне нужны пароли доступа, – сказала Алина.

– А что, тебе не дали? – изумилась Виолетта.

– Я не могу войти. Меня до сих пор не зарегистрировали, – уже потеряла терпение девушка.

Виолетта нехотя оторвалась от экрана и пошла за Алиной.

В кармане мелодично зазвонил смартфон. И она громко сказала, посмеиваясь, в трубку:

– Привет! Чем занимаюсь? Вот, учу нового специалиста работать в программе, уже замучилась. И чему их только в деревне учат?

Закончив разговор звонким смехом, Виолетта сунула телефон в карман и с кислым видом сказала:

– Аня, а как там тебя зовут, Аля. Тебя еще не зарегистрировали. Иди к старшей смены.

Выходя из общего зала, Алина вновь услышала смешки за спиной. Она открыла соседнюю дверь, ожидая от начальства очередную порцию презрения к новичку. Но ошиблась. Светлана быстро разобралась с проблемой, выдала все пароли и напоследок сказала:

– Алина, хочу вас предупредить, у нас коллектив сложный. Не обращайте внимания на сплетниц.

Через пару дней в перерыв зашла Яна. Она позвала сахарным голоском :

– Алиночка, пойдем чай пить.

Алина сидела в самом углу чайной и слушала сплетни про соседние отделы. Неприятно слушать, как обсуждают жизнь незнакомых людей. Сначала на нее не обращали внимание, потом Яна посмотрела на девушку и грубовато спросила:

– И что ты будешь делать, если не пройдешь испытательный срок? Вернешься к папочке и мамочке в деревню, сядешь им на шею?

Алина подавилась чаем и закашлялась. Она удивленно уставилась на коллег. Они насмешливо на нее посматривали: как новенькая ответит на подколку?

– А что, наш банк – единственный в городе? – спросила она.

– У нас не все могут работать, – продолжила Яна, – не справляешься – не занимай чужое место.

– А что, я занимаю чужое место? Вот сейчас встану и освобожу! Где у вас отдел кадров? – возмутилась Алина.

– Девочки, девочки, ну что вы что ссоритесь? – вмешалась Светлана. – Яна, хватит кусаться, Алина работает в вашем отделе всего два дня.

– Светлана Николаевна, я просто хочу, чтобы в нашей команде были лучшие. А новички нам портят показатели, – сказала Яна и капризно надула губки.

– У вас и без новичков результаты за месяц паршивые, – одернула ее Светлана. – Ну-ка, все по рабочим местам, идите на линию! И сокращайте время обслуживание. Надоело краснеть на совещании из-за вас.

Алина вышла из чайной последняя и со злостью кинула кружку в раковину. Она докажет, что достойна работать в банке.

Больше она не просила помощи. Даже у Светланы. Через месяц она уже бойко разговаривала с клиентами, играючи решала сложные вопросы.

Только через полгода у Алины появилось ощущение, что она не живет. Утром она спешит на пары, старательно строчит лекции в тетрадке, а потом, наспех пообедав булочкой или шоколадкой, бежит на работу. Учит программы, скрипты для общения. Часами сидит на линии, принимая звонки недовольных клиентов.

– Где она, яркая студенческая жизнь? Помнишь, мы с тобой мечтали, как поедем в Пермь и будем тусить по ночам? – пожаловалась Алина по телефону подруге Наташе. – А я вечером прихожу с работы и валюсь на кровать, только голову кладу на подушку и сразу отрубаюсь.

– Зато ты в город вырвалась, Алинка, а я так и осталась в нашей дыре, – с завистью ответила Наташа.

Глава 5

Птицам, живущим в клетках, крылья мешают жить…

С. Трофимов

Поздняя осень не радовала, каждый день лил надоедливый мелкий дождь. Мир с каждым осенним листом терял краски. Каждое утро Алина вставала в 6 утра, чтобы успеть на пары к 8.00. Она завидовала бездомному коту Матросу. Он безмятежно спал на горячей батарее в коридоре общежития, свесив полосатый пушистый хвост. Вахтерша баба Лида ругалась и выкидывала непрошеного гостя за дверь, а он все возвращался, противно мяукал под окнами, залезал в форточки на первом этаже. Сердобольные студентки пускали его, выносили ему в мисочке сосиски и остатки супа из столовой.

Здание университета, где проходили занятия, находилось на другом конце города. Алина шла на автобусную остановку, в ледяную чернильную темноту, ее не мог рассеять слабый свет фонаря,.

Девушка протискивалась сквозь толпу в переполненный автобус. Повезло, если удавалось найти свободный пятачок пространства и схватиться за поручень, чтобы не утонуть в толпе. И каждое утро она встречала одни те же хмурые лица пассажиров. Иногда от мужчин несло перегаром вперемешку с дорогим одеколоном.

Алина экономила на каждой мелочи. Она часто брала ночные смены. За них платили двойную ставку. Подруги звали ее в кафе, прогуляться по торговому центру, но она так уставала, что всегда отказывалась.

Единственное желание – добраться до узкой кровати в комнате общежития, завернуться в одеяло и под бормотание ютуба уснуть.

Как и ее ровесницы, по ночам Алина мечтала о любви. Как в книгах, чтобы носил на руках, угадывал желания,

Принц вскоре объявился. Однажды поздно вечером Алина возвращалась домой после работы через парк. За ней увязалась рыжая лохматая собачонка. Она звонко залаяла на девушку, встала на задние лапки, громко рыча, не пускала ее на знакомую тропинку. Она кинула собаке булочку, болонка схватила ее, закопала в снег и помчалась в противоположную сторону парка. Затем остановилась, бойко развернулась обратно и вновь залаяла, будто звала.

– Ты хочешь мне что-то показать? – удивилась Алина. Собака фыркнула и бросилась прочь, то и дело оборачиваясь.

Собачка остановилась у входа в парк. На скамейке лежал молодой мужчина. Две пожилые женщины брезгливо его обошли.

– Ну надо же, уже успел напиться и спит, – презрительно заметила одна, – вот молодежь нынче пошла.

Алина в нерешительности подошла к скамейке. Молодой человек был бледен, как мел, без сознания. На вид ему было не больше 25 лет, одет в джинсы и дорогую кожаная куртка.

Собака прыгнула и лизнула хозяину руки. Алина взяла мужчину за плечо и слегка потрясла. Он открыл глаза и посмотрел на нее мутным взглядом, ничего не понимая. Алина заметила, что у него дрожат руки.

– Мужчина, вам плохо? Скорую вызвать? – громко спросила Алина.

Молодой человек помотал головой, с трудом сел на скамейке и сказал хрипло:

– Спасибо, не надо. Лучше такси вызовите, домой поеду. У меня, наверное, сахар упал или повысился. Я диабетик.

К счастью, у Алины была в сумке бутылочка с водой. Алина присела рядом и помогла мужчине подняться. Алина поднесла воду к губам, он смешно замотал головой и с жадностью выпил полбутылки.

– Спасибо, девушка.

– Может, все-таки скорую? – спросила Алина.

– Нет, спасибо, фея, вы так меня уже спасли. Я лучше домой поеду, отлежусь, – сказал мужчина.

Он встал со скамейки, у него закружилась голова и снова сел обратно. Алина вызвала такси и помогла ему сесть в машину. Он мягко, но настойчиво вытащил руку Алины из своей руки.

– Еще раз благодарю вас, фея. Если бы не вы, бы я пропал.

– Собаке скажите спасибо, – улыбнулась девушка. – Если бы не она, я бы мимо прошла.

Болонка радостно скакала вокруг хозяина, даже лизнула девушке руку. Он подхватил собачку на руки, посадил на заднее сидение такси и уехал.

С тех пор прошла пара месяцев. Но однажды, когда Алина возвращалась домой после работы, на встречу ей радостно бежала знакомая болонка, размахивая хвостом, как пропеллером.

– Это же вы, фея? Как вас зовут? А я уж думал, что мне приснилось чудесное спасение и я вас уже не встречу, – радостно сказал Андрей и горячо пожал руку девушки. – Мне кажется, я тогда вас обидел. Я хочу загладить вину и угостить вас мороженым.

Вечером они сидели в кафе. Алина маленькой ложечкой не спеша смаковала любимое фисташковое мороженое. И во все глаза смотрела на Андрея, а он весь вечер рассказывал о себе, не давая Алине и слово вставить. А она была так очарована им, что готова слушать его без конца.

Андрей рассказал, что он с детства болеет диабетом. Он уже много лет фрилансер, сотрудничает с крупными фирмами, настраивает компьютерное оборудование.

Так и начался их стремительный роман. Через две недели Андрей уговорил Алину переехать к нему.

Она готовила для него с удовольствием самые вкусные полезные блюда. Андрей ворчал, что не надо так о нем заботиться и что она сама сильно устает на работе. А для Алины Андрей был отдушиной, светом в окошке. Когда Алина переехала к Андрею, закончились романтические встречи. Андрей все чаще просиживал за компьютером до поздней ночи, не обращая внимания на Алину. Девушка обижалась, но молчала. А что лезть к мужчине, когда он работает?

А через несколько месяцев Алина забеременела, хотя пила таблетки. Однажды она зашла в рыбный отдел магазина. В нос ей пахнул знакомый запах, и к горлу подкатила тошнота. Хотя прежде этот запах напоминай ей о детстве, как она с мальчишками целыми днями рыбачила на речке.

А потом закралась смутная тревога: уже три дня у нее задержка.

– Это все ерунда, гормоны шалят. Я давно таблетки пью, – успокаивала себя она.

Но на всякий случай она купила тест на беременность.

Рано утром Алина заперлась в ванной и долго рассматривала, как на тесте проявляются две четкие красные полоски. Ее охватил страх. Она села на краешек ванной и задумалась.

Работа, учеба, как с ними быть? А что скажут родители? Мама точно будет в ярости. Да и папа расстроится. Не больно-то он высокого мнения о городских парнях. Андрей? В глубине души Алина надеялась, что он будет рад.

В дверь туалета постучался Андрей:

– Алинка, ты здесь?

Она выбросила тест в корзину. А упаковка так и осталась лежать на стиральной машине.

– И что это? – спросил Андрей.

Он держал в руках плоскую коробочку.

– Кажется, я беременна, – призналась Алина.

– Ну вот, приехали, – присвистнул молодой человек и нервно закурил – Что делать будешь? – спросил он Алину.– Срок еще маленький. Записывайся к врачу, не тяни с этим делом. А то поздно будет.

– Я записалась уже, – прошептала Алина и уткнулась ему в плечо.

Андрей обнял любимую и заговорил с ней ласково и снисходительно, как разговаривают с малышом:

– Алинка, ну сама подумай, зачем нам сейчас ребенок? Ты еще учишься. Я тяжело болен. А вдруг он тоже больной родится? А вдруг я умру, ты одна с ребенком на руках останешься?

Алина заплакала. Он тихонько убрал ее руки со своих плеч и отвернулся к окну:

– Прости, мне некогда. Надо заказчику написать.

Алина всю ночь не спала. Она совсем не готова к такому повороту. Но делать аборт тоже страшно.

И слова Андрея больно ранили. Она ожидала совсем другой реакции, как в кино: что он обрадуется, обнимет ее. Она мечтала, что они станут настоящей семьей. Будут растить ребенка вместе.

Рано утром Алина тихо собрала свои вещи и ушла обратно в общежитие.

Она полночи просидела на скамейке, потом встретила Алису, подругу.

– Алька, что ты здесь делаешь?

– Я с Андреем поссорилась.

– Что сидишь, заходи!

Рано утром они пили чай в общей кухне общежития, и Алина прошептала, задумчиво глядя в чашку:

– Алиска, я беременна.

– Андрей знает?

– Он не хочет. Говорит, аборт делай.

Алиса обняла Алину:

– Ну и правильно! Ну какая из тебя мать? Ты же студентка. Что ты ему что можешь дать? Иди в деревню вернешься, родителям на шею сядешь?

Алина разрыдалась.

– Ладно, ладно. Срок еще маленький, успеешь. Таблетку выпьешь – и все.

Алина вытерла слезы и оттолкнула подругу:

– Знаешь, я уже решила. Это мой ребенок, и мне решать.

Андрей и не заметил исчезновения и позвонил только к вечеру, как ни в чем не бывало капризно спросил:

– Алинка, когда ужин будет?

– Андрей, я оставлю ребенка. И на аборт не пойду, – твердо сказала девушка.

– Ну и дура ты. Я тебя предупреждал, – сказал Андрей и бросил трубку.

Поздно вечером позвонила мать Андрея.

– Это ты так довела Андрюшу, его вчера по скорой увезли? Андрюшенька мне все рассказал. Ишь ты, цаца, рожать захотела, решила ребенка ему на шею повесить! И вообще, может это и не его ребенок – истерично кричала в трубку пожилая женщина, – Я ему сразу говорила, что ты ему не пара. – Убирайся в свою деревню, там мужикам мозги пудри!

Алина бросила трубку, не в силах слушать поток обвинений.

На следующее утро она съездила к Андрею в больницу. Молча положила ему на тумбочку постиранные вещи и пакет фруктов. Он вяло поздоровался и сказал:

– Не надо, спасибо. Мне уже мама все принесла.

Она уже собралась уходить, а он сел на кровати и порывисто сказал:

– Стой, не уходи, Алинка. Сядь рядом.

Она села на больничную табуретку. Он продолжил, отводя глаза в сторону.

– Знаешь, нам лучше расстаться. Я не готов стать отцом.

Эти слова больно резанули сердце, стало тяжело дышать

– А я будто не поняла? – ответила Алина.

.Алина повернулась и вышла, зло хлопнув дверью.

Брошенные невзначай слова до сих пор больно жгли в сердце. Такие вещи женщины не прощают. Никогда. Первая реакция на новость о беременности. И всю жизнь в сердце бьется одна мысль: «Он не хотел этого ребенка. Он требовал его убить, избавиться от него».

Алина все порывалась ему позвонить, устроить скандал и наговорить гадостей. Усилием воли она заставляла себя не набирать заветный номер.

Но надо было учиться и работать. Впереди была сессия. Алину начали мучить головные боли и тошнота.

Алина встала на учет в местную поликлинику. Из-за сильного токсикоза гинеколог уговорила ее лечь в больницу. Где наконец ей сделали узи, и она увидела на экране очертания малыша.

– Ну и винни-пух! – засмеялась врач, – какой пухлый.

В палате Алина долго смотрела на черно-белую распечатку. Как удивительно чувствовать, что внутри растет новый человек.

Ночью ей не спалось, и она гладила живот и шептала:

– Мы справимся, малыш, все будет хорошо.

Алина скрыла от родителей и преподавателей о своем положении. О беременности знала только ее близкая подруга. На работе Алина тоже ничего не сказала.

Глава 6

Жизнь человеческая хрупка,

Как паутина,

Как лист, унесенный порывом ветра,

Может оборваться…

Алина все также крутилась как белка в колесе, училась и работала. Но вести привычный образ жизни было очень трудно: то тошнило, то голова кружилась, то не хватало воздуха. Она скрывала подросший животик за широкими свитерами и платьями.

Она отпросилась на работе и съездила на пару дней домой. Мама обняла ее и подозрительно спросила:

– Алька, ты поправилась. А чего ты такая бледная? Устала, не отдыхаешь.

– Мам, я сутками работаю. Замоталась, – отмахивалась Алина, – ты лучше смотри, что я вам привезла.

Она вытащила из сумки пакет с игрушками и гостинцами. Сестры с радостными воплями разбирали подарки.

С Андрееем она больше не общалась, номер ее заблокировала.

Когда беременность перевалила за половину, шла уже 23 неделя, Алина успокоилась. Токсикоз прошел, малыш внутри толкался. Только ее стали мучить боли в спине. Она на приеме пожаловалась врачу на боли в пояснице. Гинеколог ее осмотрела и заверила, что тонуса нет.

– Наверное, у тебя цистит. Такое часто бывает у беременных, – заметила она.

Алина забежала в ближайшую аптеку. Но лекарства не помогли, боли усилились. Малыш внутри как будто все время спал, мало толкался. Алина пыталась его расшевелить, гладила живот. А он не отвечал толчком.

Она успокаивала себя: наверное, малыш спит. Но не могла спать, все гладила живот, пытаясь почувствовать, как ребенок двигается внутри. А утром проснулась от стука: в окно общежития влетел голубь, стукнулся о стекло и улетел. По спине Алины пробежал холодок:

– Нехорошая примета.

Вечером начались невыносимые боли в пояснице. И холодным вечером Алина с ужасом поняла, что у нее начались роды. Она дрожащими руками вызвала скорую. Полчаса, пока ехала скорая, длились бесконечно. Лифт в больнице, как назло, не работал, и ее заставили пешком подняться на третий этаж в отделение гинекологии Еще 40 минут она ждала врача. Алина уже нетерпеливо ходила по коридору, сгибаясь от боли.

Пришла гинеколог, Алина с трудом забралась на кресло. Она сердито посмотрела на Алину и сказала сухо:

– Будем рожать. Уже головка пошла.

– Как рожать?? Рано же еще…

– Молчи, Мельникова, кто здесь врач, ты?

Тело разрывало от боли, схватки следовали друг за другом. Она смотрела на белый потолок и просила Бога, чтобы поскорей закончилась эта пытка.

– Он умрет? – шептала она пересохшими губами.

Ее никто не слышал. Вокруг суетились врачи. Медсестра резко нажала ей на живот, и Алина за две потуги родила крошечного малыша. Хлынула кровь. Наступила напряженная тишина, только они тихо переговаривались.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.