Алекс Бредвик
Войд. Спустя год

© Алекс Бредвик, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Ультиматум

Глава 1

В броню без специальных механизмов я влез примерно минут за двадцать, слишком сложна она оказалась без манипуляторов, из-за чего я себе сделал заметку, что необходимо такой установить себе в комнату. Если залезет. После того, как я это сделал, мне нужно было за десять минут успеть домчаться до расположения нашей группы, чтобы получить боевую задачу, если таковая будет.

Прибежал я впритык, почти все стояли в строю, все были в своих штатных обмундированиях, и лишь я один, как белая ворона, уже был готов вести боевые действия. Стоило мне появиться и попросить разрешения встать в строй, как сразу посыпалась тонна возмущений на тему, что я – долбаный аристократ, который воспользовался ситуацией и смог в своих тепличных условиях достать хорошую броню.

– А ну захлопнулись все на хрен! – крикнул офицер, которого назначили нам как старшего, так как учащиеся последних годов свою стажировку уже прошли. – Вы ни хрена не знаете об этом человеке, но что-то пытаетесь о нём говорить?! Вам вообще кто давал разрешение разговаривать в строю?! После отбития нападения всем возмущённым двадцать пять кругов!

– Это почти пятьдесят километров, – подметила шёпотом Игла, говоря это на ухо Сирене, так как они были обе членами тройки Импульса.

– Импульс! – рыкнул офицер. – Твоей тройке ещё десять кругов! Скажи спасибо своим балаболкам, которые слишком разнежились за месяц отдыха! Напоминаю, вы тут или сдохните, или научитесь воевать так, как не воюет никто во всей вселенной! Равняйсь! Смирно! Слушай боевой расчёт…

Дальше назывались позывные каждого и в каком он расчёте состоит. Всё было просто, так как мы – первогодки, хоть и последних месяцев обучения, нам нельзя было соваться на передовую, нас слишком легко могли смять. Единственные, кого отправили поближе к фронтовой линии в случае абордажа станции пиратами, это была моя тройка в составе меня, Лаки и Пульсара, а также тройка Стрелка, которого уже успели подлечить, в составе Вайпера и Красного Шрама. Перед убытием все тройки снова перемешали, точнее почти все, оставили не тронутыми только две, так как видели у нас высокую слаженность в действиях. Тройка Стрелка претерпела изменения.

– Всем бегом марш за боевым снаряжением в нашу КХО! – рыкнул напоследок командир, позывной которого никак не проглядывался из-за преднамеренных помех, созданными высокой разницей в наших званиях. – Войд, на месте. У меня к тебе есть несколько вопросов.

– Есть! – отозвался я, повернувшись снова лицом к офицеру, так как после команды бегом я тоже повернулся в сторону оружейки и приготовился бежать со всем строем.

Подойдя поближе к нашему новому командиру, я смог разглядеть более подробно его внешность. Волосы были чёрные, угольные, на висках бриты, а сверху не больше пары сантиметров в длину, чёлка была зачёсана назад, полностью открывая его лоб. Уши были довольно большими, но при этом сильно прижаты к голове. Скулы острые, брови густые и в цвет волос, но не монобровь, разделены, губы сухие и тонкие, щёки впалые, глаза утоплены, нос с горбинкой. При этом почти через всё лицо у него проходил шрам – начинался он от подбородка и уходил к правому виску. Видимо, решил оставить себе какое-то напоминание о неудаче, чтобы подстёгивать себя и своих сослуживцев.

– Прелегус Чёрный Аист, – спокойно представился офицер, осматривая меня оценивающим и довольно суровым взглядом. – А ты можешь не представляться, Остус Войд, один из лучших учащихся этой группы недоразумений с весьма оригинальной тройкой и сам с очень интересным зерном. Местная легенда. Ты пока оправдываешь все слухи, которые о тебе ходят.

– Какие слухи? – уточнил я у него, открывая забрало своего шлема. – Я знаю, что из-за своего происхождения стал весьма известен в Академии, но всё же до меня никакие слухи не доходили.

– Тебе так кажется, – усмехнулся мужчина, а после снова стал серьёзным. – На будущее, оставляй своё снаряжение у себя в комнате, а оружие сдавай в нашу оружейку под наш учёт. Зачем ты потащился на общий склад, ума не приложу, в случае чего наши работники бы всё оформили. Или вам этого еще не рассказывали?

– Никак нет, не рассказывали, – четно ответил я, чувствуя себя откровенно дураком. – Поэтому и потащился в основной отсек хранения. Теперь буду знать.

– Мой тебе совет на будущее, – ударил он костяшкой указательного пальца правой руки по нагрудной пластине моей брони, – сдай эту броню на обработку, чтобы её превратили в твою личную. Чтобы не пришлось каждый раз в неё одеваться, а только активировать, как ты это делаешь со своим плазменным копьём. Правда, на это уйдёт примерно килограммов двадцать умного металла… но всё же будет куда выгоднее. Тебе выгоднее. И мне, как твоему будущему боевому командиру. Чем лучше защищён каждый отдельный боец, тем больше выживаемость всего отряда. О, вон, остолопы бегут… ты жди тут, а я пойду с этими увальнями, одевать их в простенькую броню. Твоей тройке постараюсь что получше выбить, сам понимаешь, до вас могут дойти противники, мы этого никогда не исключаем.

Когда все покинули наше расположение, повисла буквально звенящая тишина. Я думал, хоть выстрелы будет слышно или ещё что… но мы были слишком глубоко внутри всего комплекса модулей Академии, чтобы до нас докатилась волна звуков. Да и вряд ли пираты настолько осмелели, чтобы с ходу идти на абордаж, вероятнее всего, они пока просто обстреливают щиты Академии, чтобы о них не убились будущие десантники.

Примерно минут через двадцать, что меня удивило, так как это оказалось довольно быстро, вся группа вернулась в полном составе. Все были одеты в лёгкие комплекты брони наподобие тех, в которых мы проводили занятия по тактике, только пятеро бойцов выглядели более сурово, чем все остальные.

Когда я занял своё законное место в строю, командир кратко обрисовал нашу задачу, говоря простым языком, что не хрен нам лезть вперёд, что мы должны погибнуть только тогда, когда порвут более профессиональных военных. Почему вперёд не пускают мясо, он тоже кратко пояснил:

– Если опытный боец сдох, значит, он хреново обучался, – заканчивал свою речь Аист. – Но он даёт с помощью системы для дальнейшего обучения необходимый опыт, хотя сам об этом не подозревает, пока ему об этом не расскажут. Каждый боец при смерти передаёт свои знания в общую базу данных, если есть рядом ретранслятор сигнала Академии. Если нет, то эти сведения перекидываются его товарищу, и уже при его подключении к общей системе эти данные передаются. А теперь… командирам троек развести личный состав в соответствии с боевым расчётом!

Каждому командиру прилетело задание, куда именно надо было выдвигаться. Сам же командир нашей группы остался с основными нашими силами, наши же две тройки должны были направиться в коридоры перед космическими причалами Академии, где противнику будет проще всего высадиться.

Моментально между нами я образовал общий мыслеканал, после чего решил сделать то же самое со Стрелком, чтобы осуществлять взаимодействие наших двух троек. Да, он – большой урод, но всё же мы с ним в одной лодке, если подыхать придётся, то вместе. Что меня несколько удивило, так это то, что он согласился на мою задумку, даже больше, он сам хотел это предложить, и пока мы шли, в нашем личном канале он решил со мной поговорить немного.

– Ты это, – первым нарушил тишину между нами Стрелок, обратившись в мыслеканале ко мне, – извини за тот случай, что я тебя пытался подставить и высмеять… я слышал, что ты сделал для Академии и через что тебе пришлось пройти. Да, может, я – больной на голову урод, но всё же у меня есть своеобразное понятие чести. По отношению к тебе я был не прав. Пока на публике я этого никак показывать не буду, надеюсь, ты понимаешь, почему… но думаю… что это первый шаг в твою сторону с моей стороны.

– Извинения приняты, – спокойно ответил я ему, глянув на карту узлов Академии и сверив местность с маршрутом. – Только не думай, что я так спокойно всё забуду, что моё мнение о тебе на первое время как-то изменится. Я не злопамятный, но иногда бываю злой, да и память у меня хорошая, так что… не пойми меня неправильно, но под горячую руку мне лучше не попадайся.

– Принято, – с несколько спавшим напряжением ответил Стрелок, что теперь я отчётливо прослеживал через нашу с ним образованную связь. Всё же опыт общения с Алисой сказался на моём умении обращаться с мыслеканалом, я чувствовал настрой собеседника, чувствовал его эмоции, не как свои… а как что-то чуждое. – Как думаешь, почему пираты напали именно сейчас?

– В каком смысле именно сейчас? – решил я уточнить у него, так как не совсем понимал, о чём именно идёт речь.

– Не слышал последние новости? – сначала удивлённо спросил Стрелок, а потом сам поправился: – А, ну да, не слышал, ты же воевал на своей планете. Так вот, в настоящий момент у Академии нет защитного флота, так, несколько эсминцев и пара фрегатов, остальные отправлены в зону проведения операции против пустотных. Так как в мирное время Академия пиратам сильно досаждает, они сейчас, вероятнее всего, решили таким образом нам отомстить.

– Ясно, – ответил я ему, вспоминая, как Молния рассказывала о том, что её брата на корабле отправили защищать нашу галактику от огромной беды. – Что-то подобное мельком слышал, но не представлял размер катастрофы. Получается, что сейчас вся оборона Академии держится на штатном вооружении и на нас, обучаемых.

– Ага, – подтвердил мои опасения Стрелок. – Так что шанс прорыва этих уродов весьма высок, а так как мы находимся на отшибе, у нас рядом нет никаких военных баз человечества, то они, по всей видимости, хотят из Академии сделать военную базу.

– Зубки обломят, – усмехнулся я, – ладно, передам эти догадки своим, пускай подумают над этим.

Пока мы шли к месту наших будущих оборонительных позиций, я всё почти дословно пересказал своим двум подчинённым, который весьма бурно на это отреагировали. Пульсар же пообещал всех пиратов напрочь истребить, над чем я и Лаки посмеялись, так как это в принципе не реально. Пиратство вечно, кто-то всегда будет хотеть лёгкой наживы и свернёт на эту дорожку.

Так же не остался без внимания сам Пульсар, особенно тот факт, что он стал толстым как кабан. Его ответ нас обоих немного поразил. Оказывается, чтобы система смогла спокойно нарастить ему мышечную массу, рекомендовалось самостоятельно набирать каждый год не менее десяти килограммов в весе.

– Это что получается, – с лёгким шоком говорил Лаки, – если ты весил восемьдесят килограммов до поступления, то после окончания Академии, если мы выживем, ты будешь весить где-то сто тридцать?! А не до хрена ли у тебя будет мышечной массы?

– Мои будущие способности зерна предполагают использовать всю мою взрывную силу, – спокойно ответил Пульсар, который, похоже, за время отпуска не только отожрался, но и немного начитался. – Чем больше массы, тем сильнее будут мои способности. Идеально было бы весить около ста пятидесяти килограммов… но тогда я буду очень большим, даже, скорее всего, скелет придётся пересобрать, больше делать… как-то так…

– А у тебя были примеры твоих способностей? – уточнил Лаки у своего друга. – Вот у меня как-то всё смутно, например, в видео показывалось, что я могу накрывать противника куполом каким-то, внутри которого каждый враг будет с гарантией мазать при ударах и выстрелах.

– А это будет удобно со мной! – аж воспылал радостью Пульсар, из-за чего мне стало несколько не по себе. – У меня есть начальная способность, волновой прыжок. Я смогу прыгнуть в группу противников и разнести там все ударной волной! А мы можем в будущем наши способности совместить! Сделать комбинацию! Тогда нас ничто не остановит!

– Войд, – обратился ко мне Макс, – а у тебя были примеры твоих способностей? Или всё было глухо, учитывая твой тип зерна?

– Второе, – ответил честно на его вопрос. – Только мне каким-то образом уже удалось пару раз воспользоваться своими способностями. Думаю, тоже можно интересно сделать, например, переместить Пульсара в воздух над противником, чтобы он рухнул со своей способностью на них сверху. Думаю, там идёт какой-то подсчёт силы удара, основываясь на накопленной во время движения энергии.

Минут через десять такого «путешествия» по секторам мы всё же дошли до нашего коридора, в котором мы должны были держать оборону. С помощью подсказок системы мы активировали защитные функции, которые были заложены при строительстве в этот отсек. Из стен выдвинулись колонны, появились автоматические пулеметные установки на потолке, из пола поднялись укрытия. В общем, коридор с нашей стороны превратился в мини-укрепрайон, а со стороны противоположных дверей не было ничего. В случае, если противник прорвётся сюда, то ему будет организован очень тёплый приём.

Коридор был шириной метров десять, что довольно неплохо, наши обе тройки спокойно собрались там. Нас же вооружили как стандартное пулемётное звено, был один стрелок с пулемётом, был заряжающий, у которого в руках был автомат, и командир. В моём случае была снайперская винтовка, которая не особо подходила для сражений в замкнутом пространстве, но, если противник попрёт большой толпой, я просто пробью сразу нескольких врагов.

Мы заняли левую сторону коридора, тройка Стрелка, соответственно, правую. Так мы и ждали в напряжении противника, хотя уже через десять минут стали расслабляться, просто прислушиваясь к тишине.

– Похоже, наши их ещё в космосе перемалывают, – вслух подметил Вайпер, посматривая с прищуром на дверь.

– Странно, что нас не трясёт, – сказал Стрелок, почесав свой открытый подбородок о броню на предплечье. – Обычно должна быть какая-то отдача от выстрела, а также ощущаться попадание по энергетическому щиту… а тут вообще глухо.

– Размеры Академии видел, умник? – обратился к нему Лаки. – Что одна крупная кинетическая пушка сможет сделать такому огромному объекту? Да ничего. Кто-то говорил, что на постройку всех комплексов ушла пара каких-то лун, а это очень и очень много… представляешь, чтобы просто две планеты переработали?

– Заткнитесь, – рыкнул я на всех, – и дайте послушать, что там происходит!

На самом деле я не только слушал, но и смотрел, всё же у меня моя броня позволяла просматривать всё пространство в различных диапазонах, в том числе и «тепловом». Сейчас там наши тоже сидели в ожидании, но была видна и переброска сил, с нашей стороны шло уплотнение оборонительных позиций, что в какой-то степени радовало, но в какой-то степени больше озадачивало.

– Перед нами стали укреплять оборону, – сказал я всем вполголоса. – Ожидают прорыва именно с нашей стороны. Это и хорошо, и плохо одновременно. Хорошо, что перед нами огромное число бойцов, плохо, что если их разнесут, то следующей преградой будем мы…

– Блин, а почему нас так мало?! – возмутился вслух, причём довольно громко, Пульсар. – Почему нас тут не весь взвод?! Как нам сражаться, если противник тут попрётся?

– Направляешь на них свой пулемет, нажимаешь на курок… – на мгновение завис Стрелок, делая из пальцев левой руки пистолет, из которого сделал выстрел, а после продолжил: – И радуешься. Вот тебе способ твоего сражения, думать даже не надо, стреляй в болванчиков и всё тут. Можешь у своего старшего спросить, как это делается, за последний месяц у него много, наверное, историй накопилось.

– Что-то происходит перед нами, – решил погасить я разрастающуюся бурю, перебив начавшего что-то говорить Пульсара. – Наши сильно засуетились… сквозь чёртов щит ни хрена не видно… твою ж налево…

– Что там произошло? – больше с каким-то возбуждением или даже с восторгом спрашивал Красный Шрам, чем из-за необходимости получения полезной информации.

– Щит Академии пал, – сухо сказал я. – Судя по тому, как отблёскивает дальний фон… у противника на нашем направлении около десяти кораблей. И они близко, очень близко… метров пятьсот, не больше.

– Ща будет жара! – оскалился Стрелок, сняв автомат с предохранителя и передёрнув затвором.

Позёр.

Глава 2

Когда спал щит, пираты сразу попытались десантироваться, но первые же капсулы уничтожили ракетные установки ройного типа. Просто тысячи мелких ракет полетели на десантные капсулы, посчитав их вражескими ракетами. На мгновенье всё через визор перед шлюзами было видно в алых тонах – столько взрывов за раз я просто никогда не видел.

Дальше противник понял свою ошибку, отошёл на максимальную дистанцию обстрела… и начал потихоньку тратить боезапас противоракетной обороны, пуская малое количество ракет за раз. Как я выяснил, пусковые установки ройных ракет реагируют строго в определённых секторах, где заметили вражеские снаряды, ну или десантные капсулы. Боезапас, скорее всего, общий сразу на несколько секторов, так что, попутно обстреливая их, противник может лишить обороноспособности несколько стыковочных шлюзов в портовых отделениях.

– Ну ты хоть рассказывай, что там происходит! – от нетерпения несколько жалобно обратился ко мне Красный Шрам, после чего его поддержали остальные члены наших двух троек. Пришлось рассказывать.

Пересказав первые мгновения боя, которые весьма положительно прокомментировали, я стал им сообщать про каждый залп со стороны противника, который определял по очередному взрыву ракет. Как по мне, это была очень эффективная защита, очень, но трата боеприпасов была просто огромна.

В итоге пираты решили пойти ва-банк, они просто отправили один из своих кораблей, полный десанта, на таран… и у этих уродов в итоге получилось. Защитившись от огромного количества мелких ракет, поглотив щитом почти все выпущенные боеприпасы, крейсер просто врезался в шлюз Академии, разрушив несколько балок и частично герметичность. Двери перед нами несколько раз щёлкнули, сработала система автоматики, после чего в коридоре загорелось несколько зелёных лампочек, символизирующих, что с давлением тут всё в норме.

– Народ, – слегка ошарашенный начал говорить я, поняв, что к чему. – Теперь наш коридор – это буферная зона. Тут будут повышать и понижать давление, для перехода между стыковочным отсеком и остальной частью Академии. В общем… Стрелок, надо делать запрос, чтобы вы могли отступить, у вас в снаряжении не предусмотрен кислородный запас, да и нет у вас герметичности, как у меня.

– А ты тут в случае чего просто не продержишься, герой, – усмехнулся Стрелок, глядя на меня. – Если отступать, то всем вместе. Но мне кажется, что нам просто не дадут, скажут терпеть и подыхать… народа и так не хватает, плюс неизвестно, что там впереди творится. Тебе сейчас ни хрена не видно?

– Почти ничего не видно, – помотал отрицательно головой я, – там сейчас множество пожаров, несколько наших придавило обломками, не знаю, выжили ли они… но, судя по всему, противник пока не решается вылезать. Либо некому, либо собираются с силами. Но, если сейчас полезут… то это прецедент. Остальные так же могут поступить.

– И тогда будет жопа! – закончил мысль Лаки.

– Причём полная! – дополнил слова Лаки Пульсар.

Дальше события перед нами начали развиваться очень стремительно. Судя по всему, давление каким-то образом стабилизировали, скорее всего, пробоины чем-то закрылись, жаль, я не могу увидеть, чем именно, единственное, что смог распознать, что это было какое-то очень холодное вещество, которое очень быстро стало плотным.

Но дальше пошла бойня. Наши не стали ждать, когда противник начнёт вылезать, у кого-то, видимо, просто сдали нервы, и они начали лупить по самому крейсеру. Сначала пробили внешнюю обшивку, просто разорвали её в хлам несколькими способностями, потом туда забежало несколько быстрых бойцов Академии… а что было внутри, я не слышал. Но, по всей видимости, судя по остановке работы основных систем корабля, горячие точки внутри него начали остывать, бойцы внутри явно что-то повредили.

Но потом то же самое произошло в соседнем отсеке, потом через два от него. Это я снова начал комментировать и сказал приготовиться к бою, так как противник всё же повалил из нашего «пришельца». Чего там только не было: просто обычные солдаты, киборги, чисто роботы, различные дроны, даже какая-то мелкая летающая техника присутствовала. Бойцов с нашей стороны сразу прижали в укрытиях, так как у механизированных были тяжёлые орудия, способные пробивать броню.

– Две новости. Хорошая и плохая, – сказал я, наблюдая за боем. – Хорошая – нас будет тяжело сдвинуть с места, плохая – к нам могут на вечеринку заглянуть роботы. Проверьте боеприпасы, есть ли бронебойные.

– Кстати, про запрос, – совсем не весело начал говорить Стрелок. – Мне отказали, сразу прикрепили к отказу и предварительный отказ тебе, нам нельзя отходить, так как дальше могут быть важные функциональные узлы Академии. В общем… ни шагу назад. Либо победить, либо подохнуть. Никогда не любил таких выходов из ситуации.

– А они меня уже десятый месяц преследуют, – недовольно вполголоса сказал я сам себе под нос, проверяя каждый боеприпас в заранее снаряжённых магазинах для пистолета и снайперской винтовки. – Кстати, можно проверить одну фишку… у меня довольно мощная снайперка…

– Хочешь попробовать пробить дверь? – посмотрел на меня Шрам. – Ты тогда противнику выдашь тот факт, что мы тут.

– А ещё позволю поднять наши головы из-за баррикад, пока наших не окружили, – поставил я свою винтовку на сошки, целясь с помощью инфракрасного режима работы прицела, через визоры он работал более смазанно, в летающего дрона, что поливал огнём наших. – А это позволит нам посидеть в спокойствии чуть дольше…

– Стой! – крикнул Стрелок, но я уже решил, что сделаю это.

Стоило мне нажать на курок, как мгновенно произошёл выстрел. Расстояние было очень маленьким, где-то метров двести пятьдесят. Этого хватило, причём с запасом, судя по лёгкой вспышке красного цвета на корпусе разбитого крейсере в инфракрасном спектре. Дрон тут же стал снижаться, его ствол заглох, а наши начали, наконец, отстреливать остальных. Потери были, но уже не такие большие, как в первые мгновения наступления противника.

– Ты – чёртов придурок! – кричал на меня командир второй тройки. – А если они сейчас шмальнут с чего-то тяжелее, чем пулемёты и автоматы?! Они же нас тут в огне похоронить могут, а так у нас оставался шанс на неожиданность!

– Думаю, там не такие дураки, как нам показалось изначально, – осадил я сильно много возомнившего о себе Стрелка. – Если у них такое снаряжение, если они с такой активностью начали наших убивать, то, думаю, они были бы готовы к тому, что в коридоре кто-то есть. Плюс, если ты совсем слепой кретин, то взгляни на дверь. Сколько там дырок? Одна?

– Да хрен его знает, – сплюнул Стрелок. – Не вижу. Но точно не одна. Ладно, хрен с тобой. Противник не узнал, что мы тут. Ситуация там хоть как-то поменялась?

– Поменялась, – кивнул я, продолжив рассказ событий за дверью.

Наши начали потихоньку оттеснять противника. Из-за присутствия роботов со своими личными энергетическими щитам ситуация всё равно была не на нашей стороне во всём отсеке. Только возле нашей двери наши смогли хоть как-то продавить противника, пару раз вдарили своими способностями, а потом кого-то из наших прикончили, когда тот стоял растерянный. Скорее всего, я высказал вслух свои опасения по поводу блокировки способностей зерна, со мной согласились все, кроме Вайпера. Он был уверен, что не существует таких технологий, которые способны подавлять способности зерна, зависимые от нашей внутренней энергии.

– Но они спокойно могли подавить передачу энергии из накопителя в организм, – задумчиво сказав, встал в противовес Вайперу Лаки. – Скорее всего, так и произошло, из-за чего старшаки не смогли применить способности, жрущие огромное количество энергии. В общем… там же продолжают использовать способности.

– По мелочи и редко, – кивнул я, всматриваясь во всё происходящее. – Но да, сильных способностей никто не применяет. Скорее всего, подавили. Твари… там наших примерно половина полегла. Даже не могу сказать, кто ранен, а кто уже мёртв, слишком много тел с одной и с другой стороны. А это только один крейсер. А что, если?..

Не успел я закончить мысль, как Академию начало трясти. Сотни новых пробоин появлялись по всему корпусу, в моём поле зрения как минимум два десятка новых дыр было, которые также быстро заполнялись чем-то холодным. Всё же не дураки проектировали Академию, совсем не дураки, знали, что может произойти, и сделали всё возможное, чтобы обезопасить людей от любой беды.

Тем временем из множества десантных капсул начали вываливаться всё новые боты, дроны, роботы. Людей там не было, скорее всего, пираты не хотели рисковать ими, решили сначала «глупые» бездушные механизмы пустить вперёд. Заодно они таким образом решили разобраться с нашими самыми сильными бойцами.

– А наши турели там работают? – весьма «своевременно» задал этот вопрос Пульсар, из-за чего над ним посмеялся Лаки.

– Нет, – сухо ответил я. – Их разнесли в первые минуты боя. Наши там одни сражаются. Перевес не в нашу пользу, вообще не в нашу. Противников точно раза в три больше. Потери у них огромные… но наших перемалывают всё равно быстро. Что-то мне подсказывает, что там не так много бойцов Академии. Да и сражаются они как-то вяло для старших курсов…

– Думаешь, бросили самых неугодных на фронт? – задумавшись, спросил Стрелок, после чего сам начал давать ответ на свой вопрос: – Либо у них просто не хватило старшаков на этот участок. Есть такая вероятность. Возможно, тут была не самая большая концентрация сил противника, вот и сунули кого попало, второй год, скорее всего, вот и теряются, вот и дохнут как мухи, так как реального опыта боевых действий нет. Как и у большей части из нас… нам с тобой, Войд, в этом плане повезло больше. Через ад прошли.

– Поведаешь? – открыто спросил я у него перед всеми, даже не вспомнив про то, что у нас есть личный мыслеканал.

– Как-нибудь расскажу, – медленно кивнул Стрелок. – Но потом, если жив останусь. Чувствую, что всё равно нам придётся отстреливаться, причём очень скоро… я ведь прав?

– Прав, – кивнул я. – Там точно были обычные наёмники без способностей… тупы, самонадеянны… и почти все подохли. Наши ещё держатся, перед нашими дверями осталось две тройки полных… и три понёсших потери. Постепенно отходят назад, так как роботам плевать на укрытия, они тупо прут вперёд, выдавливая наших из укрытий.

– И чем-то тяжёлым, типа гранатомета не воспользуешься, – прорычал Шрам. – Чёртов космос со своими правилами!

– Может, поможем нашим? – с болью и каким-то надломом спросил Лаки, посмотрев на меня щенячьими глазами. – Жалко ведь людей… из-за долбаных пиратов умирают, причём не от самих пиратов, а от железяк поганых.

– Если только с той стороны можно так же поднять баррикаду… – сказал я задумчиво, после чего закинул снайперскую винтовку за спину, схватил пистолет и перепрыгнул через нашу баррикаду.

А ведь Лаки прав, можно нашим обеспечить прикрытие, уничтожив почти всех тварей. У меня есть тепловизор в шлеме, я смогу видеть, куда летят наши боеприпасы, и направлять огонь. Либо могу стрелять сам, пользуясь подсказками системы и не вылезать из-за укрытия. Это даст нашим возможность или отступить, или наоборот окончательно разобраться с угрозой. Но Академию до сих пор продолжает трясти, а это означает, что новые капсулы с десантом всё прибывают и прибывают.

Найдя с помощью системы тот же интерфейс управления, я в дальней половине также «воздвиг» защиту, после чего обернулся к нашим лицом и махнул им рукой. Моя тройка сразу свернула пулемётное гнездо и передвинулась поближе, точнее вообще вплотную к двери, где и установили снова пулемёт. Тройка Стрелка так и осталась на том же месте, что в какой-то степени правильно, ведь, если нас снесут, оборонять эту позицию кто-то должен остаться.

– Значит, так, – начал описывать план действий своей тройке в нашем мыслеканале. – Лаки, ты на дверь, не высовываться, не геройствовать, не пытаться стрелять. Просто жмёшь кнопку, открываешь и закрываешь дверь по моей команде. Понял?

– Так точно, – чисто по-военному ответил он, при этом машинально кивнув.

– Пульсар, – продолжил я. – Ты будешь перезаряжать пулемет и менять у него стволы в случае перегрева, так что заберёшь их у Лаки. Делать всё строго по моей команде! Лишний раз голову не поднимать, у вас защищённость крайне хреновая, у меня куда лучше. Вооружение у противника сильное, мощное, руки-ноги отрывает спокойно. Понял?

– Понял, – также кивнув, ответил Ной.

– Я буду стрелком, – закончил свою мысль я. – Мне стрелять по противнику из укрытия проще всего, у меня для этого есть технические средства, у вас нет. В чём наше преимущество? У нападающих также нет особо тяжёлого вооружения, крупнокалиберные пулемёты максимум. Как показала практика, стены они не пробивают, как и баррикады. Прячемся, не высовываемся, всё делаем по моей команде. В укрытие… Лаки, откроешь дверь на счет три. Раз… два…. Три! Давай!

Я и Пульсар вжались в пол, я двумя руками удерживал пулемёт, направив свой взгляд в сторону раздвигающихся створок. Сигнал сразу проявился, все силуэты сразу стали более чёткими, целиться было в разы проще. Сделав две коротких очереди, я дал команду системе нарисовать перед моими глазами своеобразный луч, куда примерно будут лететь пули. И она это сделала, когда я отстрелял почти весь боезапас и смог подбить только двух вражеских роботов.

Створки снова закрылись, Пульсар начал менять магазин, а я смотрел за тем, что происходит впереди. Наши зашевелились, пока противник со своими алгоритмами пытался компенсировать брешь, они потеряли ещё пять боевых единиц. Не много на общем фоне, но всё равно нашим будет несколько попроще сражаться.

Снова раскрылись дверцы, снова я начал стрелять, ориентируясь только на высокие технологии. Поначалу боялся попасть по своим случайно, но с каждой выпущенной очередью в сторону противника система всё более точно корректировала линию, пока я не начал бить наверняка. За второе открытие дверей я смог поразить ещё пятерых наземных и одну воздушную цель. Дыры в строю противника уже были довольно большими, чем наши тут же начали пользоваться.

Когда роботы перезаряжались, либо их из-за повреждений немного глючило, наши отстреливались, выводили из строя всё больше боевых механизированных единиц. Но они всё вываливались и вываливались из новых десантных капсул, всё наращивали и наращивали своё превосходство, в некоторых местах они даже смогли начать сражения за коридоры, которые вели вглубь Академии, но пока там и увязли.

– Открывай! – дал я очередную команду, Лаки, который тут же нажал на кнопку автоматического открытия дверей, а я тут же начал стрелять.

Первая очередь – какой-то робот лишился своего энергоядра, рухнув на спину из-за переданного пулями импульса. Второму роботу я с ходу отстрелил голову, из-за чего тот начал палить во все стороны, пытаясь зацепить хоть кого-то. Всё же человек странное существо, делает механизмы по своему образу и подобию, даже систему наблюдения у роботов не продублировали, оставив всё на «голове». Стрельнул тому же роботу по ногам, он рухнул на одно колено и своими выстрелами повредил ещё тройку своих «союзников». Ситуация начала меняться, наши поняли, что у них есть прикрытие, которое хоть и работает абы как, но всё же работает. Четвёртым залпом я положил сразу две боевые единицы, не особо заметил, как, но они перестали стрелять. Пятый залп свалил летающего противника. Шестым я разорвал в клочья человека, которого совсем не ожидал увидеть во всей этой суматохе, похоже, пираты начали высаживать людей, роботы на кораблях закончились. Седьмой залп ушёл в молоко, восьмым я повредил какой-то механизм у прилетевшей десантной капсулы, из-за чего у неё закрылся один из люков, придавив двух человек. Девятый и десятый в молоко. Одиннадцатым снова сбил летающую тварь, после чего дал команду на закрытие двери.

И в этот момент противник нас подловил.

Взрывные устройства во внешнем периметре они не использовали, а вот уже во внутренних контурах они не побоялись. Стоило дверям начать закрываться, как к нам залетела неизвестная граната. Она успела отскочить два раза, перелететь за первую баррикаду, что была ровно перед нами, но сделать мы уже ничего не успевали.

– На пол! – дал я мыленную команду, которую мы все втроём тут же выполнили.

После чего раздался взрыв. От Лаки пошёл сильный эмоциональный импульс. И боль. Его ранило. И, похоже, сильно.

– Твари! – рыкнул я, поднимаясь на ноги, активируя своё плазменное копьё. – Всех прикончу к хренам!

Глава 3

Как только двери распахнулись, система моментально определила с десяток целей в конусе моего поля видимости, я, не задумываясь, выставил руку с плазменным копьём вперёд и просто поводил ей в разные стороны. Всех противников смело, потрачено было всего восемь боеприпасов, оставалось восемьдесят четыре процента энергии.

Подскочив к Лаки, я быстро определил степень его ранений. Ему относительно повезло, оторвало только стопу, осколок гранаты её просто срезал, остальные части тела у него были на месте и целы. Достав из полевого комплекта обезболивающее, я ему быстро вколол его возле ранения, а сам выскочил по другую сторону двери, буквально устраивая формальный мелкий апокалипсис.

Всех противников, у которых оружие могло пробить мою броню, я уничтожал благодаря подсказкам системы быстрее, чем те успевали сделать выстрел. Благодаря величайшей разработке того учёного ситуация в нашем шлюзе начала довольно стремительно меняться. На расстоянии метров ста вокруг меня была пустота, точнее отсутствовали противники, что позволило нашим начать давить их с флангов.

Оставалось пятьдесят два процента заряда.

Дав оружию остыть, оказалось, что, если из него долго и быстро стрелять, оно тоже довольно сильно нагревается, что может привести к каким-то повреждениям, из-за чего пришлось бы тратить лишний умный металл на восстановление. Это всё я ухватывал буквально урывками, в мгновения спокойствия, когда укрывался за какой-либо баррикадой.

– Ты кто такой, чёрт тебя дери?! – подсел ко мне какой-то Андед, в звании Астус. – И какого хрена не появился тут раньше?! Наших тут двадцать человек со взвода полегло!

– Остус Войд, – представился я ему. – Не мог выскочить, так как действовал в рамках… твою… – К нам залетела граната, от которой мы оба успели скрыться, прыгнув за угол баррикады. – Потом поговорим! Мочи уродов!

Поднявшись на ноги, я начал бежать вдоль стены, к которой были подсоединены коридоры, ведущие глубже в Академию. Деактивировав копьё, так как в нём возникла какая-то ошибка, я снова воссоздал его, только на левой руке, в правую руку я взял свой пистолет, из которого палил по живым целям, не механизированным. На ходу попадал я не особо часто, но всё же это вносило вклад в общий результат, при том что их автоматы мою броню разве что поцарапать могли.

Когда в плазменном копье осталось ровно двадцать процентов заряда, я дал системе приказ, чтобы она выбирала только самые опасные цели, только те, которые могли пробить мою броню. Фильтр целей сразу активировался, в итоге перед глазами появилось двадцать шесть маркеров, и все эти противники были роботами. Уничтожить их можно было только выстрелом в грудной отсек, где у них было энергетическое ядро. Что в принципе система смогла определить, вот только не всегда получалось попадать.

Первый выстрел – робота поразило в бок, снеся обе руки и прошив туловище насквозь. Второй выстрел вышел немного снизу-вверх, робот был на вершине того самого крейсера, поливал огнём всех наших, не давая тем самым многим поднять головы. Третий выстрел мне пришлось делать в подкате, так как целью на этот раз выбрали меня. Одно попадание даже повредило какой-то отсек брони, но лично меня не зацепило, благодаря небольшому слою брони самого экзоскелета, выстрел срикошетил и застрял на выходе из бронепластины внешнего слоя брони.

Четвёртый выстрел повредил только тазовую часть какого-то робота, тот рухнул на землю, из-за чего перестал стрелять. Так он особо навредить нам уже не мог. Тем временем я снова начал бежать, вскочив в полный рост. С пистолета мне удалось ранить двоих пиратов и одного гарантированно прикончить. Никто не может пережить бронебойный выстрел точно в голову.

Перепрыгнув через перила, я свалился на голову ещё какому-то уроду, придавив того своим весом. Хруст был не совсем приятный, да и завопил бедный очень сильно, но это война, это битва. Сам виноват, что полез к нам. Если выживет, то будет у нас заложником, если кого-то возьмут у нас в плен. Пятый выстрел ушёл в молоко, попался какой-то модернизированный робот, у которого была улучшенная координация и более мощные приводы. Из-за этого плазма на полной скорости и при максимальной температуре попала по застывшему веществу и чуть не прожгла его насквозь. Благо автоматика сработала быстро и снова залила то место ледяной пеной.

Продолжив бежать, я сделал ещё два выстрела из плазменного копья, повалив ещё две цели. Оба вышли просто превосходными, всё же автоматика куда лучше понимает, в какой именно момент надо стрелять, а автоматика, которая основывается на принципе свой-чужой, которая воспринимает мысли человека, который сам себе выбирает цели… это просто нечто!

В конечном итоге я спрятал своё лучшее оружие и схватился снова за снайперскую винтовку. В магазине ещё оставались боеприпасы, а стреляла она довольно бодро, так что засев возле полуразрушенной металлической преграды, я стал примерно по выстрелу за три секунды отстреливать врага. Каждый выстрел нёс кому-то смерть, была слишком маленькая дистанция, чтобы траектория изменилась, не было никаких ветров, чтобы пуля во время полёта смещалась в горизонтальной проекции. Это мне напоминало какую-то игру, в которую я любил поиграть ещё до поступления в Академию, всё было очень похоже, только не хватало полоски жизней, а также присутствовали болевые ощущения. А ещё была реальная возможность сдохнуть, в чём я и убедился, совершенно забыв поглядывать за спину.

– Войд, мать твою, сзади! – рыкнул на меня Стрелок в мыслеканале, но уже было немного поздно.

Лежавший, точнее ползущий робот, которому я прострелил обе ноги, каким-то образом смог приподнять свой корпус и сделать короткую очередь в мою сторону. Я уже начал уворачиваться, начал уходить от пуль, но они всё равно прошили мою броню в области таза и левой ноги, что вызвало просто невыносимую боль. Система тут же оповестила меня о том, что зарегистрировано повреждение мягких тканей, повреждён тазобедренный сустав с левой стороны, а ещё были пробиты кишки, из-за чего мне очень срочно была необходима медицинская помощь.

Хоть и в мучениях, но я послал этот комплект информации Стрелку, чтобы тот мог оперативно отреагировать. Ко мне пулей помчался Вайпер, который буквально лавировал между трупами, разрушениями, попутно уворачиваясь от каждого выстрела. Когда он оказался рядом со мной, он достал из-за пазухи какой-то странный пистолет, прикрепил ко мне крюк, выходящий из его основания, а потом сделал выстрел в сторону Стрелка. И меня буквально протащило по всему, что нас разделяло, из-за чего я пару раз приложился головой о металлические углы. Шлем в труху, многие датчики брони вышли из строя, отремонтировать всё было реально, но это займёт очень много времени…

– Тащи его в тыл! – кричал в сторону Пульсара Стрелок. – Иначе он подохнет от заражения очень мучительной смертью! Быстрее, тупая ты деревенщина, если не хочешь, чтобы твой покровитель загнулся!

Дальше всё было урывками. Помню, меня сначала тащили по коридору, в котором мы должны были держать оборону. Потом меня тащили уже несколько человек, а рядом шёл командир, который очень громко матерился на тему того, что мы ослушались приказов командования Академии. Дальше меня уже везли на какой-то хрени по белым коридорам. Значит, был в медицинском отсеке… а потом я не мог ничего вспомнить, кроме невыносимой боли в районе живота. Меня просто сжигало изнутри, сильно тошнило, штормило, хотелось в прямом смысле сдохнуть.

– Что с ним?! – услышал я сквозь пелену боли и бреда знакомый голос Валерии. – Какого хрена вы его тащили дольше пяти минут! Чёрт! Придурки! На койку, и вон отсюда! Вон!

Я раскрыл на мгновение глаза, с меня очень быстро снимали мою броню, но местами её буквально отдирали, применяя подручные средства. Во время моей безумной перестрелки повредилось несколько механизмов, из-за чего соединение между корпусом и штанами брони заклинило. А потом я провалился в забытье…

В себя я пришёл, если верить системным часам, через полтора часа после моего ранения. Болей никаких не было, абсолютно, я спокойно уселся на койке, на которой меня разместили, по всей видимости, после лечения, и осмотрелся. Вокруг меня было расставлено множество коек, почти все из них были заняты, некоторые были окровавлены, где-то врачи вешали таблички «мёртв». Просто не успевали спасать, даже с нашим самым современным оборудованием, поток раненых превышал пропускную способность медицинского оборудования.

Видя всё это, мне вспомнились слова Алисы, когда она рассказывала о том, что у неё не успели спасти пару то ли однокурсников, то ли поступающих вместе с ней. Просто из-за того, что не успевали всех спасти, а их поставили в конец очереди из-за того, что при сканировании не выявили особо страшных угроз. Но иногда даже самый мощный сканер не может заметить мельчайшие изменения в организме, которые могут быть фатальны.

– Бои закончились? – спросил я у мимо проходящей девушки в медицинском халате, которая с лёгким испугом глянула на меня и отрицательно покачала головой.

– Не во всех местах, – усталым голосом произнесла она. – По большей части смогли отразить нападение, часть патрульного флота вернулась, самые тяжёлые корабли противника уничтожили, а там большая часть десанта была. Если бы они не успели… мёртвых было бы куда больше.

– А каковы потери? Есть такие данные? – пребывая в шоке, спросил я, уже поднимаясь с койки, так как чувствовал себя великолепно.

– Точно не знает пока никто… – снова помотала отрицательно она головой. – Кто-то говорит, что больше тысячи обучаемых полегло, больше всего со второго и третьего года обучения, первогодок меньше всего, их держали в резерве, старшие курсы остались в живых за счёт того, что многому обучились, и у многих уже был полный комплект вашей суперброни. Но это наши разговоры, сестринские… мы же не подключены к системе, как вы, с нами никто информацией этой не делится.

– Спасибо и на этом, – кивнул я ей, а после направился к выходу из этого помещения.

– Стой! – тут же окликнула меня эта же медсестра, догнав и схватив меня за руку. – Ты куда намылился?! Ты знаешь, какое у тебя ранение было?! Тебе ещё надо обследование после ранения пройти, тебя доктор Валерия наспех вылечила, только на собственном опыте, без предварительного сканирования, так как тебя очень долго сюда тащили. Так что лёг и лежи!

Говорила она как опытный командир, по крайней мере, её голос не дрогнул ни разу. Видимо, уже привыкла ставить на своё место мужиков, либо просто уже устала от происходящего, из-за чего её собственные чувства немного притупились.

С девушкой я спорить не стал, вернулся к своей койке и спокойно на неё улёгся, приподняв подушку, чтобы удобнее было следить за окружением. Минут через пять притащили нового раненого, его товарищи очень умоляли дежурного врача как можно скорее его подлатать, но тот твёрдо говорил им, что сейчас вообще все медицинские аппараты, как новые, так и старые, заняты, из-за этого придется ждать. У самого раненого отсутствовали обе ноги, но кровь не текла, судя по всему, рану чем-то прижгли, а самого бойца вырубили, либо специально накачали чем-то, чтобы он не вопил от боли. Минуты через три начала биться в конвульсиях девушка на соседней койке. Что именно с ней было, я не мог понять, но к ней тут же подбежали две медицинские сестры, схватили за руки, а после подоспел и врач, который что-то вколол девушке. Спустя секунд десять конвульсии закончились, девушка стала медленно и равномерно дышать. Так длилось целую минуту, пока её грудная клетка вообще не застыла.

К этой девушке не были прикреплены никакие датчики, как и ко многим вокруг, просто не хватало оборудования. Я сразу сообразил, что у неё либо остановилось дыхание, либо дыхание и сердце. Вскочив на ноги, я тут же прислонился ухом к её грудной клетке, а ладонь правой руки положил ей на рот, чтобы чувствовать дыхание. Ни того, ни другого не было, сердце остановилось.

Медлить было некогда, я крикнул врача, а сам начал непрямой массаж сердца, вроде так называется. Двадцать раз нажал на грудь, благо под матрацем было дерево, потом два вдоха. Успел сделать девять подходов, пока врачи не освободились и снова не подбежали к этой койки.

– Чёрт! – ругнулся врач. – Слишком большая дозировка была!

Исходя из его слов, можно было понять, что сейчас сердце у девушки остановилось из-за врачебной ошибки. Такое может быть, никто не исключает, но всё же внутренне я винил врача за такой проступок. Но и винить его было глупо, он работает на разрыв, не успевает быть везде, мозг не успевает верно анализировать всё происходящее, вот и происходят ошибки.

Снова вколов что-то девушке, врач сразу умчался, приказав мне продолжить массаж сердца. Снова раздался шум дверей, снова принесли новую партию раненых, снова врач кричал на бойцов, что они просто не успевают всех лечить. Всё это я видел, уже нажимая на грудную клетку девушки, прервался лишь на те мгновения, когда наполнял её лёгкие углекислым газом. На второй повтор её сердце забилось, а сама она раскашлялась, распухнув безумно глаза.

– Чёрт! – ругнулась она, когда пришла окончательно в себя. – Второй раз за обучение в этой чёртовой Академии я из того мира возвращаюсь! Ты меня откачал?

– Типа того, – кивнул я. – Врач, похоже, тебе адреналина вколол, это помогло завести сердце. А до этого ты в конвульсиях билась, он что-то убойное, видимо, вколол. Короче… не знаю, я не понял, что точно было.

– Зато из комы вышла… – усмехнулась девушка, осматривая себя, а после и все вокруг. – Охренеть тут раненых… за четыре с половиной года такое вижу впервые. Вот что значит, когда почти весь флот прикрытия Академии отправили на передовую.

– Мне кажется, это не единственное помещение, где вот так складывают больных, – скрестил я руки на груди и уселся на свою койку. – Тебя хоть куда ранило?

– Не поверишь, – едва заметно улыбнулась девушка. – В сердце. Я с помощью способности закрыла рану, не зря у меня позывной Айс… но сердце долго так работать не смогло… и я рухнула. Очнулась вот сейчас, спасти меня успели. Дважды. А ты как тут оказался?

– Если верить истории организма… – перевел я взгляд на визуализацию своего организма. – То ранили в район таза и живота. Кишечник был в мясо, по отрывкам воспоминаний могу сказать, что еле успели спасти. Кстати, Войд. Ты уже представилась, я не представлялся.

– Когда я успела? – удивилась девушка, а потом до нее дошло. – А, блин, точно. Голова пока плохо соображает. Стоп. Войд?! Первогодка? Вас же в тылах оставляли? Как тебя вообще умудрились ранить, причём так, что кишки в мясо? Это же тяжелый калибр должен быть.

– Меня и мою тройку поставили на вторую линию обороны, мы решили помочь, открыв двери, – начал я краткий пересказ. – К нам кинули гранату, одного моего ранило, я психанул, выскочил в шлюз, неплохо так нашим помог… ну а потом меня ранил робот-недобиток. Подумал, что он уже ничего не сможет сделать. В итоге… короче, по своей вине тут оказался.

– Странно, что первогодок поставили на вторую линию оборону, – мрачно сказала Айс. – Похоже, вообще задница была с людьми… не хватало. Ладно, вон, мои мне в мыслях кричат, что большая часть противника уничтожена, мой взвод дочищает остатки. Жесть… трое погибших. За все пять лет всего двоих убило, а тут за один день троих… и девять раненых.

– Зато отбились, – улегся я снова на койке. – Кстати, как самочувствие?

– На удивление нормально, – зависла на мгновенье девушка. – По крайней мере, система молчит. Есть незначительные отклонения, например, адреналина до хрена… но, в общем, всё хорошо. Хорошо, что всю кровеносную систему до максимума развила. Кстати, и тебе советую, очень сильно пригодится, даже если будешь основываться на силе зерна.

– Знаю, – кивнул я. – С врачом повезло, Валерия.

– О, она у меня тоже лечащая! – искренне улыбнулась она. – Как тесен мир.

– Угу, – опять кивнул я. – Смотри, ещё раненых тащат. Уже не наши… стоп. Они что, пиратов лечить будут?!

– Похоже, командиры кораблей, – сухо прокомментировала ситуацию Айс. – Нашему командованию нужно откуда-то информацию о нападении вытаскивать, вот и решили подлатать некоторых пленных. Не завидую им… вообще не завидую. Методы допросов ещё не проходили?

– Не-а.

– Многого вы ещё не знаете… ладно, у тебя ещё больше четырёх лет впереди. Всё узнаете. А пока… будем ждать, когда нас отпустят.

Глава 4

Выписали меня и Айс примерно через час, мы вдвоём решили помогать медицинским сотрудникам, так как они просто не справлялись. Конечно, нас хотели снова уложить на кровати, так как я был наспех вылеченный, а она чуть не умерла, но всё же они этого не сделали. В итоге мы выступали в роли принеси-подай, иди отсюда, не мешай. Хоть так, но уже часть медицинских сестёр и братьев освободились.

Через какое-то время поток раненых снизился, всем стало проще, а тех, кто уже был здоров, отправляли по одному на дообследование, на единственный выделенный для этого аппарат, после чего там либо долечивали, либо выписывали. Меня выписали сразу, всё оказалось хорошо, причём очень, никаких заражений, никаких повреждений не наблюдалось. В итоге к вечеру я уже оказался в нашем расположении.

– Пиши объяснительную, – встретил меня прямо на пороге наш новый командир, скрестив руки под грудью. Вид у него был крайне потрёпанный, но всё же довольный, что немного не вязалось с тем, чего он от меня хотел.

– Меня будут наказывать? – на всякий случай уточнил я, открывая электронный файл, в который уже автоматически система на основе моей памяти и моей манере общения начала заполнять форму для объяснительных.

– И да, и нет, – усмехнулся Аист. – За то, что ты ослушался приказа, тебя сказали строго наказать, но тут решается вопрос как именно, а за то, что ты своей выходкой исправил критическую ситуацию… тебя опять хотят наградить медалью. Конечно, там не такая значимая будет, как за спасение того учёного, не будет торжественных построений всего института, не время для этого. Наградят так, просто принесёт какой-нибудь Старший Легус, если такие ещё тут есть, нацепят на грудь, пожмут руку и оставят тебя одного.

– Понял, – кивнул я, отправляя составленный файл своему командиру, чтобы тот с ним ознакомился и сам перенаправил старшему начальнику. По крайней мере, нас так учили делать, всё через своих командиров.

– В принципе, всё правильно, – слегка нахмурился Аист. – Я бы пару моментов подправил, но они полностью изменят твоё объяснение, делая его неправдоподобным. А так, всё красиво и лаконично разъяснил. Иди, кстати, к своим, тебя твоя тройка заждалась.

– Лаки тоже здесь? – уточнил я у него, услышав его слова.

– Да, – кивнул он, куда-то уходя, а у меня словно камень с души свалился.

Сопроводив взглядом командира, я вспомнил про одну очень важную вещь. Моё зерно было повреждено, а в прошлый раз, когда я смотрел на организм через систему… отклонений никаких выявлено не было. Глянув ещё раз, чтобы убедиться в этом, я подтвердил свою догадку. Валерия и тут провела колоссальную работу, полностью восстановив мой организм. Сто процентов, у неё возникнет множество вопросов, как такое произошло с обучаемым на первом году… но что-нибудь да и придумаю, точнее расскажу, как есть. Только скрою, что это не я сам применил способность, а кто-то за меня, а то реально будет слишком много лишнего внимания к моей персоне.

Пульсар и Лаки нашлись в комнате отдыха, сидели, гоняли чаи, пересказывая друг другу прошедшее сражение, делясь своими впечатлениями. В основном говорил Пульсар, я зашёл на том моменте, когда он рассказывал про мгновение, когда я выскочил за двери и начал палить во все стороны, разнося в хлам противника.

Я стоял и слушал этот краткий пересказ, самому было просто приятно послушать про себя, какой я молодец. Всё же в каждом человеке есть толика эгоизма и нарциссизма, во мне они могут быть особенно сильны. Но до конца Ной не успел рассказать, так как Макс начал крутиться и мельком заметил меня, стоящего возле дверей, облокотившегося спиной к стене и с улыбкой на лице наблюдавшего за этими двумя.

– А ты давно там стоишь?! – сразу подскочил Лаки, подбежавший ко мне и, что меня выбило несколько из колеи, крепко обнял меня. – Ты – идиот, вылетел как оголтелый, устроил там ад и сам чуть не подох. Но спасибо, – отпрянул он от меня и похлопал по плечу, – льстит, что ты так переживал за меня, что решил отомстить за моё ранение. Кстати, видел, как тебя заносили после проведённой операции, ты был бледный как поганка.

– А тебя, когда очнулся, я не видел, – слегка нахмурился я. – Выписали уже к тому моменту?

– Типа того, меня, как только подлечили, сразу на выписку, койку даже занять не успел. При обследовании обнаружили, что, кроме оторванной стопы, у меня больше нет никаких повреждений, так сразу и сказали, что после лечения пойду в расположение. А вот тебя что-то долго держали.

– Ранение тяжёлое было, – пожал я плечами, – лечили наспех. Как пришёл в себя, сказали, что нужно дополнительное обследование, но всё оказалось хорошо, даже слишком.

– Кстати! – словно опомнился Макс. – Ты это, расскажи в подробностях, что с тобой во время отпуска случилось, а то я слышал только урывками, из-за матери пришлось на одной из торговых станций задержаться, проторчал там, блин, три лишних дня… а когда прилетел на планету, то только и узнал, что ты – особо опасный преступник.

– Тогда давай лучше за стол сядем, – показал я ему открытой ладонью в сторону стола, за которым сидел и с любопытством за нами наблюдал Пульсар. – А то товарища одного бросили, а он тоже, чай, послушать хочет. Всё же деревенские любят красивые истории.

– Давай, – согласился со мной Лаки, и сам первый умчался за стол.

Прежде чем усесться к своим товарищам, я себе тоже сделал чая, в который закинул побольше сахара. Усевшись, я начал рассказывать всё с самого начала, с того момента как я прибыл на планету. Рассказывал не спеша, последовательно, стараясь вспомнить всё, что было. Пару раз меня прерывали, задавая уточняющие вопросы, так как я что-то пропускал, но, в общем, примерно за два часа общения мне удалось всё поведать.

– Что-то мне подсказывает, – размешивал сахар в очередной, недавно налитой кружке чая Пульсар, положив голову на ладонь, – что нападение пиратов не просто так произошло. Скорее всего, это был ответ твоих родственников на то, что они потеряли целую планету со множеством полезных ископаемых и отличным климатом.

– Я вот тоже такого же мнения, – кивнул Лаки. – Тебя ещё не вызывали из-за всего произошедшего? Сто процентов же должны знать, что с тобой приключилось, плюс тут ходили слухи, что тебя незаконно объявили дезертиром, причём твои же родственники.

– Скорее всего, – сделал я глоток уже остывшего чая, – но не знаю, что они тянут с моим допросом или опросом. Скорее всего, сейчас им просто не до меня. А может, что-то произошло более важное, в управлении же тоже люди сидят, не роботы, они не многозадачные, один человек может одну проблему решать за раз… а проблем сейчас столько… в общем, задница сейчас.

– Ага, – кивнул Лаки. – Кстати, слышали новость? Наши смогли пустотных победить! Только там какой-то фрегат какое-то мощное оружие использовал, там, говорят, само пространство трещало по швам, а от фрегата даже обломков не нашли. Командир был Старший Прелегус Гром, его уже признали мёртвым и Героем Человечества.

– Пхм… – подавился я чаем, когда услышал до боли знакомый мне позывной. – Кто командиром был?! Гром?!

– Да, – кивнул Лаки. – Но обломков корабля не нашли, так что хотят перевести в разряд «без вести пропавшего». Шансов мало, что он остался жив, но всё же некоторые думают, что его просто через разрыв куда-то вышвырнуло. Теория межпространственных перемещений… или подпространственных. В общем, Войд, это твоя тема, какие-то манипуляции с пространством. Хотя и к тебе рано обращаться… у тебя зерно ещё не развито.

– Главное, что не нашли обломков, – с трудом выталкивая слова, проговорил я, так как всё же Гром был не последний для меня человек, все же жизнь спас тем, что забрал с моей планеты от управляющего, который хотел меня убить. – Может, объявится где-нибудь. Время покажет. Надо эту новость с его сестрой обсудить… а то…

– Можешь не рассказывать, – перебил меня Пульсар. – Ей сейчас необходима поддержка, если учесть, что этот человек был единственным, кто ей тут был родственником. Лучше беги сейчас, пока построений никаких не объявили. Если что, мы тебе по мыслеканалу сообщим.

– Хорошо, – улыбнулся я, – спасибо!

Схватив с собой пластиковую кружку, который выкинул в мусорку по пути, я помчался к выходу из комнаты досуга, а потом из расположения. По пути мне что-то хотела сказать Мгла, а потом и Рейвен, но я их даже не послушал. Чуйка говорила, что времени было в обрез, а мне ещё надо было найти, где проживают учащиеся четвёртого года обучения.

Вылетев из своего расположения, я сразу забил в систему поиск по требуемым параметрам. В итоге мне нужно было добраться до лифтов или лестницы, подняться на пять ярусов выше, тут оказывается двадцать шесть жилых ярусов по две сотни расположений на тридцать человек в каждом, а там уже искать нужное мне помещение.

Лифт было ждать очень долго, так что я помчался по лестнице. Пять ярусов это не так много, помню, в детстве с отцом и на двадцать этажей бегал вверх и вниз, да и сейчас я вроде подготовлен физически хорошо… так что… пробежал я быстро. А вот дальше… система не говорила прямо, где именно живёт Молния, так как тут действовало правило конфиденциальности личной жизни.

В итоге, после нескольких десяток минут расспросов и удивлённых взглядов, не каждый день первогодка парень ищет девушку с четвёртого года обучения, мне удалось её найти. Это как минимум выглядит странно, но не ново, были уже такие прецеденты. Но Молнию мне найти удалось. В расположение к её группе меня не пустили, так что пришлось ждать в основном коридоре, но в итоге она вышла и была немного растерянной.

– Случилось что-то? – был её первый вопрос, когда она меня увидела и отвела немного в сторону.

– Да, – кивнул я. – Есть тут где-то место, где я могу с тобой спокойно поговорить один на один? Скажем так… личная информация.

– В любви мне хочешь признаться? – широко улыбнулась девушка, смотря на меня хитрым взглядом. – Я так и знала, так и знала!

– Увы, – усмехнулся я сам курьёзности своих слов, но быстро осадил Алису, так как дело было реально серьёзным, – но нет. Дело касается твоего брата. И судя по твоему выражению лица, ты ещё последних новостей не слышала.

– Слышала только, что наши победили там, – пожала плечами она. – А как именно, мне было не особо интересно, тут, знаешь ли, битва недавно была. Наших двое погибли, думаем, как родственников оповестить, да скидываемся, чтобы похороны по-человечески организовать.

– Я тоже сражался, представь себе, – нахмурился я. – Тоже вырвался на первую линию, ослушавшись приказа. Моё появление сменило ситуацию кардинально, противник просто не рассчитывал на появление меня с моим копьём. Ну и… я там пули словил.

– Так вот про кого Айс рассказывала! – удивилась Молния.

– Ты знаешь Айс?

– Ну да, – кивнула Алиса. – Она со мной дралась при моём поступлении. Хех. А потом как-то сдружились. Первое время советами помогала, как и где правильно поступать. Благодаря ей, можно сказать, я добилась огромных результатов. Только брату моему не говори… а то он на меня обидится. Он думает, что я всего сама добилась, без чьей-либо помощи…

– Кстати, всё же я настаиваю на том, чтобы отойти куда-то в более уединенное место, – осмотрелся я по сторонам, поймав на себе и на Молнии несколько любопытных взглядов. – А то захотят мне ещё морду набить, а я ответить-то толком не смогу.

– А почему захотят набить морду? – нахмурилась она. – Впрочем, ты меня заинтересовал, пошли, тут есть одно местечко, куда не особо часто заглядывают. Надеюсь, это что-то важное…

– Очень важное, – повернулся я к девушке боком, показывая руками в сторону. – Веди, я следом за тобой.

Бегло осмотревшись по сторонам, Алиса стремительно пошагала вдоль коридора. Я шёл следом за ней, иногда у неё спрашивали, как дела, приветствовали, в общем, соблюдали формальности её знакомые, но она просто отмахивалась. Либо поняла, что я не шутки пришёл шутить, а сообщить что-то важное, либо она просто не хотела терять времени. Скорее всего, второе.

В итоге мы пришли в какой-то пустой закоулок коридора. От общего его отделяла гермодверь, а сам закоулок никуда не вёл, он заканчивался ещё одной гермодверью, подсветка которого сообщала, что дальше идти нельзя. Сразу стало понятно, почему сюда никто не ходит, просто незачем идти, только если кто-то захочет уединиться, как мы, например.

– Боги… – вздохнула Алиса. – Только давай быстрее, я не хочу, чтобы обо мне поползли слухи, что я совращаю первогодок. А они вполне себе могут появиться, некоторые видели, что мы с тобой прибыли на одном корабле. Правда, они не знают из-за чего… но после того, как мы с тобой сюда пришли, могут и не поверить. Ладно, это всё мои придирки. Рассказывай, что стряслось.

– Твоего брата, Алекса, посмертно объявили Героем Человечества, – не отводя своего взгляда от её глаз, на которых сначала читалось удивление, потом ещё более сильное удивление, а потом они стали мокрыми, так как до неё полностью дошла суть моих слов.

– Он?.. – произнесла с вопросительной интонацией она одно-единственное слово, на которое я только пожал плечами, из-за чего в её глазах блеснул огонёк надежды.

– Обломков корабля не нашли, – продолжил говорить я. – Когда он применил какую-то особо мощную ракету, что там даже звезда сияла не так сильно, как взрыв от того оружия, произошёл разрыв пространства. Его могло просто выкинуть куда-то далеко, прежде чем его уничтожило. Иначе бы следы топлива и обломки, да вообще хоть что-нибудь смогли бы обнаружить с помощью специальных сканеров. Я, пока шёл к тебе, быстро глянул одну статью, там как раз говорится о том, что следы его фрегата просто обрываются в одном месте. Лови, – я отправил ей эту статью, что была в базе данных Академии, – почитай. Я тоже склонен верить тому, что его просто куда-то выкинуло, учитывая то, что пространством можно манипулировать, а наш враг как раз из такого разряда.

– Плюс ещё противник был Аватаром… – протёрла она запястьем мокрые глаза, на которых уже успели навернуться слёзы. – Так что всё возможно. Спасибо, – обняла она неожиданно меня. – Если бы ты сейчас это не скинул… я бы у всех на глазах разревелась, прежде чем что-то искать по этому поводу… а так… есть надежда, что он жив. Я очень надеюсь, что он жив.

– Поисковые и исследовательские работы продолжаются, – ответил я на её объятия. – Плюс ты видела мои силы, сама видела, как это может произойти и что может выйти в итоге. Я тоже не хочу, чтобы он того, ну ты поняла. Он всё-таки мне жизнь спас, открыв глаза на козни моего брата.

– Какие разные у нас семьи, – с тёплой улыбкой на лице подметила Алиса, когда мы расцепили наши объятия. – Ладно, побегу я, пока не заподозрили чего. Ещё раз спасибо огромное! Конечно, я теперь буду дико переживать… но хотя бы есть надежда на то, что Гром жив! А то у нас с ним хорошо сработанный дуэт, Гром и Молния, негоже Молнии одной оставаться.

– Беги давай, – улыбнулся я, подгоняя её, на что она кивнула и спокойно вышла из закоулка.

Я постоял ещё минут десять примерно, после чего тоже спокойно вышел из этой кишки и направился в своё расположение. Мои пока молчали, значит, пока всё было тихо. Плюс меня не покидала мысль, что в итоге меня дёрнет руководство, так как Валерия обязательно должна была передать сведения о том, что у меня было повреждено зерно. А она – женщина неглупая, могла посмотреть, что у меня теперь в обозначении развития зерна стоит нолик с плюсом… Два плюс два если сложить, то можно спокойно понять, что я применял свои собственные силы. Точнее они применялись сами, но не суть.

Когда я вернулся в расположение, то меня застала относительная тишина, все в основном отдыхали, разбившись на компании, в основном тройками. Лаки и Пульсар уже были в качалке, Стрелок со своей тройкой что-то обсуждал в главном коридоре, а когда я проходил мимо них, Стрелок мне кивнул, на что я ответил тем же жестом… ну и остальные занимались кто чем. На меня никто не смотрел, как на врага народа, всем словно было плевать на моё существование. Это было… непривычно, но я этому был чертовски рад! Это был первый знак того, что, наконец, начнётся относительно спокойная жизнь, хотя бы в расположении!

– А теперь… отдыхать! – пробормотал я себе под нос, заваливаясь в свою комнату, где меня ждала в новом помещении покорёженная после боя броня. – Надо с тобой что-то сделать… – сказал я, закрывая дверь в эту потайную комнату, после чего свалился на кровать и прикрыл глаза.

Наконец, можно отдохнуть! А то завтра уже приступать к учёбе.

Интерлюдия 1

Гром?

Взрыв. Красивый и манящий, притягательный и одновременно отталкивающий. Дарующий жизнь в одном месте и отнимающий во множестве других. Взрыв – последнее, что успела увидеть команда неизвестного фрегата, «аварийно» приземлившегося на брошенной всеми планете. От фрегата мало что осталось, как и от самой команды. Многие погибли от мощи тысяч звёзд, ещё больше не пережили падение. Но маленькая горстка людей осталась в живых.

Придя в себя, они не могли понять, где именно они находятся, почему они в какой-то металлической огромной коробке, которая своим видом напоминала хищную птицу, и почему у них перед глазами мелькают странные символы. Пара человек не выдержала – они вырвали себе глаза прежде, чем кому-то из них привиделось, что это дар, великий и самый могущественный, который только можно было получить.

Но сейчас им всем предстояло понять множество вещей. Самая первая – кто же они такие? Все они помнили взрыв, помнили, как огромная огненная волна в пустоте поглотила их, обжигала, съедала. Но они всё ещё живы, в отличие от сотен других человек, они живы, что вызывало у них самих подозрение, а правда ли это. Но поиски ответа на этот вопрос они решили оставить на потом, сейчас им нужно было понять, где они находятся и что им дальше делать.

– Нужно определить, сколько нас тут таких… живых, – сказал с виду самый важный из них, у которого даже странные символы сообщали о том, что он – лидер, что он – их вожак.

– Если так хотят боги, – кивнула мрачного вида женщина, в глазах которой можно было прочитать вековую печаль. – Но стоит опасаться этого металла… он… убивает нас и в конечном итоге убьёт. От него исходит злая аура, которая разрушает нас изнутри. Наши тела крепки, но не настолько, чтобы тут жить дольше недели.

– Мне боги говорят то же самое, – кивнул старший. – Что-то воздействует на нас, заставляет наше нутро мутировать, изменяться… это может усилить нас, но с большей вероятностью убьёт. Ищем живых и уходим, желательно подальше.

Таков был указ старшего. И все выжившие вокруг него разбрелись по разным частям этой огромной металлической птицы, в которой они оказались. Старший понимал, что они не просто люди, они кем-то были до того, как потеряли всё в том взрыве, но он не мог понять, кем именно они были, зачем они сунулись в тот взрыв… и из-за чего они остались в живых.

В итоге в большом зале, как его окрестили люди, собралось ровно двадцать шесть человек, тринадцать девушек и тринадцать мужчин. Все они имели весьма странную внешность, у всех были тела силачей и гимнастов, все чувствовали в себе какие-то потусторонние силы… но сейчас было не время за всем этим следить, всем им надо было срочно уходить из этого места.

Поплутав среди искрящегося корабля, который так и кричал всем своим видом, что он несёт смерть и опасность, людям в итоге удалось найти выход. Тридцать минут было на это потрачено, из-за чего каждый из них заработал различные мутации, которые в той или иной мере могли на них повлиять. Но не сейчас, боги говорили, что это будет после, когда им это понадобится. И они или умрут, или станут слабее, может, ничего не произойдёт… и есть крайне маленькая вероятность, что они станут сильнее.

Больше двух часов отряд людей отдалялся от места крушения, или, как они его обозвали, места возникновения. Никаких следов, никаких обломков или пожаров вокруг. Словно они тут появились, словно их просто вырвали из того места, где они должны были умереть, и поместили сюда. Но в итоге место их прибытия на эту зелёную планету осталось позади.

Планета несла в себе предупреждение, которое заключалось во всём пространстве вокруг. Зеленая она была не из-за фотосинтеза, не из-за листвы… а из-за концентрированного яда, который содержался буквально во всём, словно кто-то когда-то отравил эту планету, изменил некогда процветающий край, сделав его адом для всех. С первых же минут появились первые потери, которые и дали определить, что именно тут не так.

– Одна пара сгинула, – доложил лысый человек, когда они вышли на лесную и довольно большую поляну. Он единственный чувствовал себя на этой планете как в своей тарелке. – Такими темпами мы не сможем поддерживать нашу популяцию…

– Судя по виду той металлической коробки… – задумался старший, осматриваясь одновременно вокруг. – То она явно умела летать, только я не могу понять, как. Нам надо вспомнить это, попытаться восстановить… и снять с себя этот зараженный металл. Воздействие злой ауры закончилось, но эти металлические обрывки нам ещё вредят, слабо, но вредят.

– Но мы тогда останемся без защиты! – сразу возмутился его заместитель. – В текущей обстановке это не разумно. Нам сначала надо себя как-то обезопасить, создать лагерь, построить временные укрытия. У многих из нас есть мечи, топоры и другие острые предметы. Дерева вокруг полно, сможем что-то придумать. А потом, когда создадим нужное количество укрытий, по одному на каждую пару, тогда сможем избавиться от этих… железяк.

– Хороший план, – кивнул старший. – Одобряю. Тогда пошли всех мужчин добывать древесину, половину женщин за ресурсами, только пускай пользуются помощью богов, не боятся этих букв и цифр. Если еда будет ядовитой, то боги нам скажут об этом. Остальные женщины пускай прикрывают, у нас есть силы… определи, кто боевой, а кто нет. Боевых на прикрытие, остальных на сборы.

– Понял, – кивнул зам. – А вы чем будете заниматься?

– Какой я лидер, если не покажу своим людям личный пример? – несколько злобно сказал старший, из-за чего зам на инстинктах посторонился, сделал несколько шагов назад, а затем и вовсе развернулся, что-то проговаривая про то, что главный одержим.

Дождавшись, когда заместитель раздаст все указания, главный успокоился. Ему хотелось в одно мгновение прикончить этого лысого и вечно улыбающегося человека, ничтожества, что посмел задать своему лидеру вопрос, о том, чем он будет заниматься. Но вместе с этим что-то внутри говорило, что так неправильно, что не надо было злиться, надо было спокойно ответить. И в конечном итоге это что-то оказалось сильнее, главный успокоился и смог взять себя в руки.

Когда толпа разбрелась в разные стороны, старший присоединился ко всем мужчинам и начал усердно работать своим маленьким топориком, который для человека поменьше, а таких тут было довольно много, был бы достаточно увесистым. Одно дерево он умудрялся срубать за десяток ударов, в то время как у большинства уходило минимум тридцать. Всё это старший подмечал как-то автоматически, не думая об этом, словно так было всегда. Для лидера неплохая черта, сможет следить за многим, не вникая в саму слежку, ибо оно происходит само собой.

В итоге за несколько часов получилось собрать достаточно древесины. Память хоть как-то, но работала, старшему удалось вспомнить способ, как можно быстро построить дома, при этом почти не обрабатывая добытую древесину. Сначала они обрубили все ветки, которые мешались, затем порубили срубленные деревья на брёвна. Следующим шагом было снятие коры, приходилось под это использовать мечи. Процесс был долгий, из-за агрессивной среды кора у деревьев была очень толстой и очень прочной, но в итоге через несколько часов дело было сделано. Потом оставались мелочи. С двух сторон у брёвен вырубались небольшие канавки в виде полукруга, и они укладывались друг на друга. Так, через пять часов после прибытия они построили свой первый дом, сухой, без окон, без двери, только с вырезом под неё, но всё же дом, в котором можно было спокойно поспать. Крыша над головой была, стены были, а за входом кто-то назначенный мог последить, а днём потом отдохнуть.

Девушки вернулись уже ближе к закату местного светила, с собой они принесли три туши животных и много различных фруктов. Животных пришлось наспех разделывать, мясо затаскивать в отдельный угол в доме, а шкуры бросать на улице. Одну из шкур временно повесили, чтобы закрыть дверной проём, мало ли какие тут насекомые водятся, надо обезопасить себя хоть так от них. Но всё же старший в последний момент приказал разжечь огонь и зажарить мясо, чтобы всех накормить.

– А если ночные звери на нас нападут? – говорила белокурая девушка, у которой глаза горели словно изнутри. – Их же может привлечь свет огня!

– Либо отпугнуть, так как у них в инстинктах заложено, что огонь – это плохо, – тут же заткнул весьма грубым тоном свою подчиненную старший. – И здесь только мне решать, что можно, а что нет! Все вы – мои люди, сами боги сказали нам это! Значит, мне решать, что нам делать, а что нет! И сейчас я решил, что всем нам надо пожрать нормально, чтобы потом были силы строить новые здания, чтобы у ночных охранников были силы ночью нас охранять! А это будет две пары, дежурить по очереди. Парами. Чтобы следили друг за другом!

– У вас один глаз потемнел… – сказала девушка с голубыми глазами и такими же волосами, чьё лицо уродовала довольно большая рана, пересекающая её лицо от скулы до скулы через переносицу. – А вот сейчас восстановился. С вами всё хорошо, лидер?

– Да, – после глубокого вдоха ответил он. – Всё в порядке. Сегодня ночью будет стоять на страже моя пара, а также пара моего зама. Все остальные должны как следует отдохнуть. Завтра нам надо построить ещё несколько зданий и начать обносить нашу стоянку частоколом! Нам надо создать место, где мы сможем выжить, где мы сможем спокойно думать над тем, как нам отсюда убраться… первое время нам будет тяжело, могут быть ещё потери, но мы должны справиться, у нас всё должно получиться! Ясно всем?

Все дружно закивали, но вслух ответило только пару человек, после чего зам задал единственный вопрос:

– А кто наши пары-то?

– Со мной вон та мрачная, – хищно улыбнулся главный. – Я чую в ней что-то знакомое, что-то близкое. Да и она, думаю, не прочь стать женщиной старшего. А у тебя… сам решай, ты – мой зам, можешь это сделать.

– Тогда я выбираю её! – тыкнул он пальцем в белокурую девушку. – Такое ощущение, словно я с ней был близок, что-то внутри меня к ней тянет… да и внешностью она хороша!

– Делите нас, словно мы – ваша собственность! – начала возмущаться ещё одна девушка, с рыжими волосами. – А мы тоже видим слова богов, тоже хотим что-то решать!

– Боги сказали, что я – лидер! – подскочил старший к рыжей, схватив ту за горло, и достаточно сильно сжал, чтобы перекрыть воздух, но не сломать ей шею. – И если это кто-то хочет оспорить, то попробуйте бросить мне вызов! Только я не буду оставлять жизнь предателю, сразу прикончу! А ты… – поднёс он лицо девушки поближе к себе. – Ты жива только потому, что я так хочу, потому что ты нам ещё нужна… самка. Понятно? Вижу, что понятно… а теперь быстро всем разводить костёр! И придумать себе имена, нам надо как-то друг друга называть.

– И как же будут звать вас? – обратилась «напарница» старшего.

– Мрак! – с хищной улыбкой ответил он.

Глава 5

На следующий день я ходил в смятении, меня не оставляла мысль, что Алиса просто не хотела показывать своих чувств, при мне смогла удержаться, а когда осталась одна… разревелась. Возможно, я и ошибаюсь, но всё же такая вероятность очень высока, не каждый день узнаёшь, что твой родственник, вероятнее всего, погиб.

Но все эти мысли из моей головы быстро выветрила учеба. Целую неделю нас пичкали новой теорией, как сражаться с противником в космическом пространстве, пару раз показали специальные тренажёры, которые помогли бы нам осваиваться в невесомости, после чего пообещали, что мы точно будем на них обучаться. Словам инструкторов хотелось верить, но всё равно после случившегося в прошлом периоде обучения, когда нас всех отстранили от практики… в общем, сомнения всё равно закрадывались в наши головы.

По прошествии недели меня всё же вызвали к себе старшие начальники, задавали вопросы по поводу моего брата, может ли быть нападение связано с тем, что я передал Академии свою планету… ну и так далее в том же духе. Я отвечал честно и открыто, сразу сказал, что во всём подозреваю именно его.

– Но стоит учитывать тот факт, – высказался один из представителей высшего «сословия» Академии Стартон Вайл в звании Старшего Легуса, – что Демис Грейссон не мог знать того, что у нас практически полностью отсутствует флот. Переброска наших сил была проведена в строжайшей секретности… либо у него сильная разведка, либо у нас есть крысы. Одно из двух, третьего не дано.

– Подозреваю, что второе, – сидел, сложа пальцы на столе, командор, глава Академии Григорий Майров. – С учётом того, что у нас есть тело полноценного предателя, который с помощью дозы достаточно мощного наркотика полностью отключил свои болевые рецепторы… сынок, – обратился он ко мне. – Вот почему твой брат – такая скотина? Я, конечно, понимаю, что не имею права обзывать аристо, но всё же… из-за того, что он творит, он подрывает боевую готовность всей Академии в целом и человечества в частности. Мы как бы галактическую проблему решаем, а он на нас пиратов натравливает.

– Сэр, – стоял я перед ним, а сейчас развёл руки в стороны. – Как говорят некоторые мои родственники, Грейссоны настолько пекутся о чистоте собственной крови, что у них из-за этого уже рождаются дети с дефектами разума. Скорее всего… тут врождённое что-то, я не могу понять. У меня мать из другого клана, а если быть точным, то из клана Блу, но не чистокровная, ей при рождении даже титула не дали. А вот её клан больше всего симпатизировал нашей ветви, вот и позволил тогда отец своей бастардке выйти замуж за моего отца… что касается основной ветви, то там сплошь и рядом родственники из своего собственного клана. Как бы сказали в старину – голубокровые.

– Ладно, сынок, ты нам лучше поведай, что именно с тобой произошло в твоём родном мире, из-за чего именно ты захотел передать нам свою единственную планету, – снова обратился ко мне Григорий. – Я в системные файлы не лез, я хоть и стоял у истоков нашей системы… всё равно предпочитаю живое общение. Так проще человека понять, следить за его мимикой…

– Я уже сбился со счёта, какой раз я это рассказываю, – усмехнулся я, группируя снова те файлы, которые три дня назад собрал в базе данных моего интерфейса, после чего отправил их командору. – Это поможет ориентироваться в докладе, а ещё некоторые документы напрямую показывают вину моего клана… по крайней мере, с главы можно будет востребовать контрибуцию, которую они будут обязаны выплатить. Клевета, попытка убийства обучаемого в Академии, дважды, может, и трижды, если вспомнить случай с теневиком…

– Мы знаем, что можно предъявить лидеру твоего клана, не переживай, сынок, – тяжело вздохнул командор. – Ты рассказывай, давай, а я попутно изучу материал, что мне тут ты и мои подчиненные скинули. Может, вообще организуем пару рейдов на боевые станции твоих соклановцев.

– Я буду только рад в них поучаствовать! – с толикой радости подметил я, за что поймал на себе уставший взгляд трёх из четырёх присутствующих тут людей, после чего спокойно начал свой рассказ.

Рассказывал я, как всегда, начав с прибытия на планету. Только в этот раз было очень и очень много уточняющих вопросов. Все они в основном касались снаряжения, манеры общения, языка, который я забыл скинуть первоначально, пришлось отправлять расшифровку во время рассказа, да и самих целей компании наёмников. Также уточнил, что через какое-то время мне помогала сражаться Цестус Молния, что очень сильно облегчило мне жизнь. Под конец я сообщил о всех потерях, которые нам удалось подсчитать, зарегистрированные все случаи нарушения прав человека, а также из базы данных планеты смогли достать сведения, что там был представитель основной ветви.

– Там был отпечаток Джули Грейссон, – кивнул Вайл. – Это даст нам возможность обвинить её в противоправных деяниях против человечества… ну и ещё несколько статей можно приплести. Это плюс. Минус… Галактический Совет не готов принять наше прошение по поводу основной ветви клана Грей… там…

– Отец Демиса – один из представителей Галактического Совета, – сказал я, когда Стартон замялся. – Он, скорее всего, заминает все дела против своего сынка, из-за этого вам и не будет дана санкция на проведение карательной операции. Кланы в этом плане хорошо подстрахованы, у них есть прикрытие в виде Совета. Тут надо действовать решительнее и скрытнее. Например, так…

После своих слов я активировал лук, который тут же создался у меня в левой руке, а на поясе появилась пачка стрел, которые со временем испарялись после использования и возвращались в колчан. Главное находиться не очень далеко. Четверо высших офицеров переполошились, но я лишь улыбнулся и спрятал оружие обратно в свой пространственный карман.

– Сынок, – резко проговорил командор. – Такие шутки плохо заканчиваются, на тебя уже были направлены все оборонительные системы этого помещения. Если бы ты дёрнулся… тебя бы даже от стен не отскребали. Но посыл твой понятен. Раз мы не можем действовать в открытую, значит, надо также пакостить твоему клану, как они пакостят нам… мы рассмотрим этот вариант… но тебе второй выговор.

– Есть, выговор, – спокойно сказал я, так как прекрасно осознавал, что меня может ждать. – Разрешите идти?

– Подожди, – отрицательно качнул головой командор, а после протянул мне маленький футляр, в котором лежала медаль. – Это тебе за то, что проявил героизм во время обороны нашей Академии. Нам нужны решительные бойцы, но ты нарушил приказ… и сам чуть не погиб. Если бы тебя не ранили, то, может, обошёлся бы без выговора. А так ты подставил себя, из-за чего твоим товарищам пришлось раскрыться, это могло свести на нет созданное тобой же преимущество. Думай головой лучше в следующий раз. А вот теперь иди.

– Служу человечеству! – вытянулся я, развернулся на пятках и покинул помещение.

Медалька в этот раз была действительно проще, куда проще. Она не давала прирост энергии, она просто давала три бесплатных улучшения организма, два из которых у меня «сожрали» выговоры. Ну, раз есть одно, то надо им воспользоваться, заодно нужно пообщаться со своим лечащим врачом, поговорить насчёт того, что у меня начало спонтанно развиваться зерно… ну и насчёт того, почему она ничего никому не сказала по поводу того, что у меня оно чуть… не погибло.

А медалька хоть и была проста, но выглядела весьма красиво. Сама она была серебристого цвета, по её контуру была нанесена надпись «Честь и отвага», а в центре было изображение бойца в боевом экзоскелете, что бросал гранату в невидимую цель. На обратной стороне медальки была символика Академии, что говорило о том, что такие медали есть только в моём учебном заведении. Ну, по бонусу это и так было понятно… зато теперь на моём торжественном мундире будет звенеть! Там уже не одна медалька, а целых две. Кто может похвастаться тем, что за первый год смог получить звание Остуса и две медали? Наверное, никто, так что я – лучший!

– Но не стоит зазнаваться, – сам себе сказал я вслух, напоминая себе о том, что уже несколько раз знатно облажался, что могло стоить мне жизни.

Пройдя в медицинский отсек, я попал в очередь, что меня знатно удивило. Давненько не было такого, точнее почти никогда. Но это дало мне возможность обдумать то, как мне дальше поступать. По сути, мне надо вести сейчас себя максимально тихо, ни во что не встревать, просто учиться, показывать свои знания, стараться на практике… но своей пятой точкой чую, что я просто так не отделаюсь от всего, что меня преследует. Плюс надо продолжать шерстить просторы всечеловеческой сети, чтобы найти следы Грома. А также как-то надо связаться с отцом, так как он тоже где-то там, где был Гром…

– Остус Войд! – назвала девушка в регистратуре мое имя, после чего я поднялся, она перевела на меня взгляд и с улыбкой сказала: – Доктор Валерия ждёт вас.

– Спасибо, – кивнул я в знак благодарности и спокойно прошёл в кабинет уже так хорошо знающего меня врача.

Вошёл я молча, женщина сидела как обычно за своим пультом управления и что-то там набирала. На моё появление она вообще никак не отреагировала, но по её виду было понятно, что она ещё не отошла от той бойни, которая была с неделю назад. Под глазами синяки, сами они красные, пальцы мелко дрожат, щёки впалые, явно из-за стресса мало ела, сутулится, что за ней никогда не замечал. Но она всё ещё продолжает работать тут.

– Вам бы в отпуск, – сказал я, сев на койку, на которой пару раз приходил в себя. – А то выглядите как…

– Живой труп? – не оборачиваясь, спросила она. – Спасибо, я и так знаю это без тебя. Ты мне лучше поведай, как так вышло, что первогодка, хоть и аристократ, у которого было вообще не развито зерно… смог его чуть не уничтожить? Как ты, чёрт тебя дери, применял свои способности?! Как у тебя зерно само по себе начало переходить на первый уровень?!

– Самому бы понять, – пожал я плечами. – Возможно, как раз сыграло роль то, что я – аристократ, но это лично мои догадки. У меня же изначально должны были быть силы… но их нет в моём семействе, начиная с деда. Отец без зерна, думаю, это можно в базах данных найти, у меня было, как многие врачи говорили «сломанное» зерно, грубо говоря, тоже не было… но вот, может, моя кровь и дала знать о себе.

– А ещё в тот момент, когда у тебя проявилось зерно, начал действовать Аватар, – тяжело вдохнула женщина, наконец, повернувшись ко мне лицом. – Лично у меня это вызвало много подозрений. Либо твои силы, скажем так, начали пробуждаться, как ответ на растущую мощь пустотных, либо она просто резонирует с ними, с пустотными. А это может быть опасно, тебя могут вообще засадить поглубже.

– Надеюсь, этого ещё никто не знает? – уточнил я у Валерии, которая лишь тяжело вздохнула и прикрыла глаза. – Ясно, значит, не только вы так подумали. Значит, это ещё один повод сидеть на попе ровно и не высовываться… ладно, надеюсь, моё зерно всё же цело.

– Цело, не переживай, – помотала головой женщина и снова развернулась к своим мониторам. – Когда тебя ранили, я смогла его подлатать. А также посмотрела, почему ты ещё жив. Тебе повезло, что у тебя есть такая подруга, как Молния. Думаю, ты и сам понимаешь почему.

– Ага, – кивнул я. – Я бы помер, если бы не она. А вообще… – задумался я на мгновение. – Вы же могли через те же логи посмотреть, как именно получилось, что у меня разорвало зерно.

– Да, – спокойно ответила Валерия. – Ты применил способность второго ранга, притом, что твоё зерно могло спокойно разорваться от способности даже первого ранга. Тебе объяснить принцип рангования способностей или сам поймёшь?

– Способности первого уровня разрешается применять при развитии зерна до первого уровня? – спросил я, а после положительного кивка продолжил мысль: – В крайнем случае можно применять способности на уровень выше, но это чревато тем, что можно лишиться своих способностей навсегда. Если применить способность на два уровня выше, то зерно разорвёт, а если на три?

– То у тебя просто разорвёт сердце, а также будет кровоизлияние в мозг, – спокойно ответила врач. – Инфаркт и инсульт одновременно. Но даже в таком случае тебя ещё можно спасти, если в течение семи-десяти минут принести в такой же аппарат. Но, как показывает практика… на передовой таких аппаратов нет. А если на четыре уровня, такое только первоуровневые могут, то просто сгорят все внутренности, даже этот агрегат не справится. Врачи это называют «Перегрев». Соответственно первой и до четвёртой стадии.

– Спасибо за этот краткий урок, – с искренней благодарностью сказал я. – Но, чувствую, что это нам бы рассказали во время обучения на втором году. Так ведь?

– Да, – снова кивнула она. – Ложись давай, проведём пару анализов твоего зерна и улучшим твою нервную систему.

– А почему нервную систему? – удивлённо спросил я. – У меня вроде как последний месяц для того, чтобы улучшить зрительную систему, если я не ошибаюсь.

– А, точно… а вроде даже все сроки прошли. Но ладно, продлю тебе задание до сегодня, но… – задумалась на мгновенье врач, но потом махнула рукой. – Ладно, герой, это тебе мой бонус, никаких наказаний. И так с тобой слишком много мороки.

Подключение к системе улучшения организма произошло как обычно, сначала было всё темно, потом всё стало очень даже светло, а затем появились «голограммы» моего организма. Я сразу мысленно обратился к зрению и повысил его уровень до максимального.

Происходит улучшение зрительной системы… Подождите.

Пока зрение улучшалось, я решил глянуть на задания, сформированные врачом. Надо бы получше за ними следить, чтобы не дай боже просрочить. Всё же не просто так мне Валерия дала именно такие направления в развитии, надо лучше контролировать этот процесс.

Задание по развитию сердца! Срок – 3 месяца!

Улучшение сердца – требуемый для дальнейшего развития уровень 5. Текущий уровень развития сердца – уровень 5. Задание выполнено! Отправлено донесение о выполнении сформированного врачом задания.

Задание выполнено.

Улучшение сердца – требуемый для дальнейшего развития уровень 5. Текущий уровень развития сердца – уровень 5.

Задание выполнено.

Отправлено донесение о выполнении сформированного врачом задания.

Задание по развитию зрительной системы! Срок – 6 месяцев (продлено на месяц по требованию лица, выдавшего задание) (прошло 8 месяцев)!

Улучшение зрительной системы – требуемый для дальнейшего развития уровень 5. Текущий уровень развития зрительной системы – уровень 5 из 5.

Задание выполнено!

Отправлено донесение о выполнении сформированного врачом задания.

Задание выполнено.

Улучшение зрительной системы – требуемый для дальнейшего развития уровень 5. Текущий уровень развития зрительной системы – уровень 5 из 5.

Задание выполнено!

Отправлено донесение о выполнении сформированного врачом задания.

Задание по развитию мышечных тканей! Срок – 11 месяцев (прошло 8 месяцев)!

Улучшение плотности мышц – требуемый для дальнейшего развития уровень 4. Текущий уровень плотности мышц – уровень 3 из 5. Достигнуто первое разграничение по скорости. Системное уведомление о достижении не прочтено.

Улучшение эластичности мышц – требуемый для дальнейшего развития уровень 3+. Текущий уровень улучшения эластичности мышц – уровень 3 из 5. 1/2 заданий по развитию мышц выполнена!

Задание по развитию прочности костей! Срок – 11 месяцев (прошло 8 месяцев)!

Улучшение плотности костей – требуемый для дальнейшего развития уровень 3. Текущий уровень плотности костей – уровень 2 из 5.

Получается, что у меня есть ещё три месяца, чтобы получать уровни нужных мне органов и частей тел, а также мне надо ещё три раза поднять эти уровни. А если учитывать тот факт, что я могу спокойно, без последствий, улучшать организм раз в три недели, то у меня даже есть возможность четыре раза улучшить свой организм. Великолепно! Кстати, зрение ещё не улучшилось, а задание уже выполнено. Забавно, видимо, считается сам факт того, что я начал улучшение. Ну да ладно, это мелочи, приятные, но мелочи.

Улучшение зрительной системы завершено!

Внимание! Разблокирована пассивная способность «Зум» из-за улучшения зрения: при концентрации на определённом объекте улучшенное зрение с помощью аппаратного улучшения системы может увеличить зум в 1,5 раза. Пассивная способность особенно ценна для снайперов и разведчиков.

Зум

Внимание! Разблокирована пассивная способность «Зум» из-за улучшения зрения: при концентрации на определённом объекте улучшенное зрение с помощью аппаратного улучшения системы может увеличить зум в 1,5 раза. Пассивная способность особенно ценна для снайперов и разведчиков.

Окончание сеанса.

Вернувшись в мир, я сразу открыл глаза и пытался привыкнуть к тому, что я видел всё настолько чётко… как не видел никогда. Я мог приглядеться и увидеть каждую пору на лице Валерии. Это было несколько жутко… но, тем не менее, очень интересно. Я даже видел, как мелкие частицы пыли перемещаются по воздуху, во время её дыхания!

– Спасибо большое! – подскочил я, улыбаясь во все свои тридцать два. – В следующий раз будем укреплять кости, я поднял задания, что вы мне сформировали.

– Хорошо, – кивнула она, – кости так кости. А, точно… тебе же по схеме развития надо это сделать. Ну да ладно.

– Спасибо за то, что решили продлить срок задания. Кстати, а что бы было, если бы оно зачлось проваленным?

– Тебе бы я накинула лишнюю неделю ожидания перед следующим улучшением. А за выполнение… чувство удовлетворения. Всё, иди… мне надо подумать.

Глава 6

Следующая неделя учёбы была скучной… до безумия. Сплошь и рядом были теоретические занятия, никакой практики, аж хотелось на стену лезть, либо кому-то морду набить… но как назло про меня в моём взводе словно забыли. События первых дней после отпуска сильно на всех повлияли, из-за чего про меня вспоминали только тогда, когда я был рядом, и то уже не такими цепляющими и обидными словами, например: «О, аристократишка», «Смотри, наша легенда, тьфу», «Опять этот…», ну и всё в таком духе. Меня не любили, но уже не ненавидели, всё же слух о том, что я рванул спасать бойцов, хорошо повлиял на мою репутацию, но, чувствую, ещё успею хлебнуть горя.

Теория в основном была о космосе, о том, как себя ведут там предметы, как правильно ориентироваться в безвоздушном пространстве и тому подобное. Озвучили несколько главных правил нахождения в открытом космосе. Первое: постоянно следить за уровнем кислорода. Второе: без страховки, либо достаточно заправленного ранца, ну или системы, в космос вообще не высовываться, можно улететь в бесконечное и, конечно же, смертельное путешествие. Третье: постоянно следить за окружением и не смотреть на светила без специального затемняющего стекла. Много было случаев, когда ученики Академии после первой практики в открытом космосе восстанавливали себе обожжённые лучами светила глаза. Как сказал инструктор Нейтри касательно последнего, то во время практики специально не напоминали об этом, чтобы учились на собственной шкуре. Как бы мягко намекали, что никто, кроме нас, в будущем нам не поможет. Оно и правильно, как по мне.

Потом начались занятия на тех тренажёрах. Казалось, что это просто турбины размером с комнату, которые компенсировали притяжение, созданное в Академии… но нет. Всё было более тривиально. В этих комнатах просто не было притяжения, от слова совсем, его там не создали специально для экономии энергии и в учебных целях. Два зайца одним выстрелом, проектировщик этой огромной станции не промах.

Первые наши занятия были нужны для того, чтобы мы понимали, как вообще двигаться в таких условиях. Всех разбили на мелкие партии и пускали примерно минут на тридцать, чтобы полетали, побаловались, поразвлеклись. Честно, такое практическое занятие мне очень понравилось, крутись, вертись как ребёнок, радуйся… а потом нас запустили всех вместе. И тут понеслось. Такого огромного потока брани от своих однокурсников я не слышал очень давно, а сейчас, когда все друг в друга врезались, кто-то даже себе руку сломал, по-моему, Ловчий, паренёк с земель клана Грин.

Когда это произошло, нас вытащили из этой комнаты принудительно, после часа два читали мораль, характеризуя нас как неотёсанных болванов, которые не могут следить за окружением, не могут помочь своему товарищу и только умеют лаять друг на друга, как собаки. Все мы были вынуждены согласиться, каждый для себя сделал зарубки на память, так что на следующей практике мы уже более спокойно перемещались в пространстве, почти не сталкиваясь друг с другом. Этого от нас и добивались.

Третья практика уже была в разы интереснее, нам давали попробовать отработать придуманные нами же какие-то слаженные действия и пускали по тройкам. Первыми пошли три девушки: Рейвен, Титанита и Мираж. Если судить по их позывным, то первая была какой-то охотницей, вторая – силовиком, а третья – их поддержкой. Девушки показали себя… с лучшей стороны, как подметила инструктор.

Первое, что они сделали, это придали дополнительное ускорение во время движения. Самый банальный трюк, просто подтолкнуть, но зато человек спокойно улетал вперёд с большей скоростью, что могло помочь в сражении в космическом пространстве, а также помогло бы ему, если у него закончилось в костюме топливо. Дальше они практиковали различные вариации подобных толчков. Когда они вернулись в помещение с притяжением, инструктор с ходу объявила девушкам благодарность, что позволило им сделать одно улучшение организма просто так. Я закусил губу, пожалел, что не пошёл первым, так как мне нужны были эти бесплатные улучшения. А ещё я внутри себя ругал начальство Академии, так как они мне отказали в расширении моего конденсатора энергии.

Второй в помещении без гравитации оказалась тройка Стрелка. Они уже повторяли примерно то же самое, что и первая тройка. После них инструктор сказала, чтобы все последующие работали не хуже, чем первые две тройки, а я же подсчитал, сколько они сделали, в общем, комбинаций, даже если повторялись. За десять минут тридцать шесть раз, они что-то делали сообща, если попробовать сделать больше, выложиться по полной… может, и получится получить благодарность, вероятность мала, но есть.

В итоге наша тройка пошла предпоследней, целых десять минут мы подталкивали друг друга, придавали ускорение, выталкивали с разворота, резко меняли направление движения, даже пытались имитировать удары во время этих комбинация, сразу начиная их отрабатывать. В итоге нас просто похвалили, сказали, что мы сообразили о будущих занятиях. За семьдесят три комбинации и находчивость нам просто сказали «молодцы». Сраная несправедливость! Ну и хрен с ним, у меня за сорок часов накапливается полный конденсатор энергии, а это четыре сотни АТФ, если учесть, что нужно всего пять сотен для улучшений, то у меня раз в три недели точно будет набираться нужное количество, главное – не тратить просто так.

На следующие сутки опять же была практика. И она мне запомнилась лучше всего. Я никогда не пробовал драться в невесомости, это нелепо, это неудобно… и требует огромной креативности, ведь даже увернуться от удара не так-то и просто. Первым моим соперником оказался Импульс. Парниша свой позывной оправдывал на все сто процентов, он был резок, быстр и очень импульсивен. А ещё у него уже было развито второе разграничение по скорости.

В итоге он меня чуть не победил. Чуть. Скорость может оказаться как союзником, так и врагом. В его случае она оказалась врагом, так как я оказался более хитрым. Пропустив три довольно сильных из-за скорости удара и один раз приложившись головой о металлическую стену, я придумал, как вырубить этого засранца.

Когда он совершал очередной рывок в мою сторону, то старался наносить удар в самый последний момент, практически соприкоснувшись со мной. Эффект был довольно хорошим, уклониться я просто не успевал. Но мне на этот раз и не надо было уклоняться, нашей общей скорости хватит, чтобы даже мой вытянутый кулак вырубил его за счёт момента импульса.

Прижавшись к стене, я стал ждать. В комнате специально было несколько дополнительных объектов, которые и мешали, и помогали одновременно. Ими часто пользовался Импульс, чтобы отталкиваться от них, причём иногда неожиданно и резко. Но сейчас я за ним пристально следил, нас разделяли всего два метра или одна секунда после его рывка ко мне. Моей скорости реакции должно было хватить, чтобы успеть самому оттолкнуться и резко вытянуть руку, он этого не ожидает, так как во время нашего боя я не делал подобных трюков, в основном пытался от него уйти.

Рывок! Время словно замедлилось, адреналин из-за волнения наполнил мои вены, разогнал все рефлексы до предела. Моментально я оттолкнулся и сам, сжав покрепче кулак, выкидывая его ровно в морду наглого и немного надменного, судя по его победному выражению лица, парнишки. Как я и ожидал, он не предвидел моего резкого маневра, думал, я снова уйду в сторону, а я находился в углу комнаты. Мой кулак с лёгким хрустом пальцев встретил глаз этого засранца, моментально затормозил его, затормозил меня, но общую скорость не снизил, из-за чего пришлось тут же второй рукой подлавливать его тело, чуть сместиться благодаря этому в бок, в развороте разминуться, после чего толчком ног придать ускорение потерявшейся тушке. Головой в стену он вошёл не то чтобы красиво, но запоминаемо.

В итоге он отключился, столкновение со стеной было для него роковым, из-за моего удара он потерялся, а вот стена оказалась для него добивающей. Так что Импульса пришлось вытаскивать из комнаты, а когда его подбирали, то свободно перемещающиеся капельки крови остались в пространстве как напоминание о моей незначительной победе. Зато будет мне и ему уроком, так как оба двигаемся по одному и тому же пути развития мышц.

– Этот бой был вам достаточно хорошим примером, что нужно полагаться не только на своё тело и свои способности, а также и на ум, – постукала пальцем по своему виску инструктор. – Конечно, это не самый зрелищный приём, что мне показывали первогодки, но весьма интересный подход оказался. Хвалю. Встать в строй!

– Есть, – на выдохе сказал я, пальцем дотронувшись до припухшего глаза, который уже почти ничего не видел.

Надо будет к Валерии зайти, чтобы подлатала, а то не особо прикольно ходить с фонарём, как тут многие говорят, или как по-нормальному – с фингалом под глазом.

Следующий бой оказался скоротечным. Сражался один из наших громил Адамант против ловкача Ловчего. Этот бой тоже оказался примером, хреновым, но примером. Адамант ничего не мог сделать, он для ловкача был просто игрушкой для битья. Удар, отскок, толчок, снова удар и снова отскок. Бой был довольно долгий, Адамант уже успел себя развить до второго разграничения по силе, так что довольно плотные мышцы его спасали… но в итоге он тоже ушёл в мир грёз.

– Шесть десятков ударов, – присвистнул кто-то. – Нехило так Ловчий над ним поиздевался…

– А вот это для вас на будущее, – тут же вставила свои нравоучения инструктор. – Наши так называемые «танки», силачи не особо комфортно ощущают себя в невесомости, они не могут ничего противопоставить ловкачам, если только у них нет специальных способностей. Забегая вперёд, сразу скажу вам, что тут треугольник противоборства. Ловкач сильнее силача, силач побьёт бойца поддержки, так как боец поддержки гору мышц просто не сможет остановить в большинстве случаев, а боец поддержки спокойно может затормозить ловкача. Когда у вас откроются первые способности, вы поймёте, о чём я говорю. Бывают исключения, но они крайне редки. Мне лично, например, будет интересно посмотреть на пространственные способности Войда. Пустотное зерно… звучит как минимум интересно.

Я лишь нахмурился. Во мне многие видят только объект для изучений, никак не полноценного бойца. Всем интересно, что я из себя буду представлять, интересно, как мои способности будут себя вести… вот только мне ни хрена не интересно, что им интересно. Мне способности нужны, чтобы покончить с чёртовым семейством Грейссонов, а потом и с чёртовой пустотой, которая утащила на войну моего отца. Но это потом, сейчас главное – обучаться… и из-за этого придётся терпеть всё, что про меня говорят, как бы меня это ни злило и ни бесило, я и так слишком многое себе позволил, чем мог навлечь лишнее внимание…

– Войд, – толкнул меня Лаки, который вышел из помещения после своего боя, который я и не заметил, – ты чего завис? После боя, что ли, хреново? Может, к врачу?

– Всё нормально, – отмахнулся я, хотя на самом деле в ушах стоял звон, меня немного подташнивало, а голова слегка кружилась, – хочу посмотреть ещё бои.

– Как знаешь, – пожал плечами Лаки, который был несколько помят, но, в общем, выглядел лучше, чем я.

Дальше ничего интересного не происходило. Ловкачи поняли, как себя надо вести, силовики тоже осознали свои ошибки, так что научились по большей части перехватывать своих быстрых противников, а бойцы поддержки… ну с ними отдельный разговор, они в основном все согласно схемам улучшали своё восприятие окружения, чтобы лучше помогать, так что в прямом бою они в большинстве случаев проигрывали.

На следующий день все были снова готовы драться, но нас опять заставили отрабатывать маневры, только на этот раз запускали по две пары и давали в два раза больше времени. Я со своей тройкой и тройкой Плебея, в которую входили Бык и Лазурит, парень – силовик и девушка – боец поддержки, попали в комнату первыми. Сначала мы мешались друг другу, потом как-то, молча, всё устаканилось, и даже начали помогать друг другу.

Сейчас мы не игрались, старались отрабатывать непредсказуемые действия, мало ли что может произойти в бою. Вот мы втроём одновременно оттолкнулись от стены, потом по моей команде Пульсар меня резко оттолкнул в сторону, где я наткнулся на Лазурит. Она не растерялась, перехватила меня, прокрутила вокруг себя, после чего просто отпустила, направив обратно в моих же бойцов. И это только один из примеров.

Больше всего мне понравился приём, когда мы втроём отталкивались от стены, а потом, словно ступени старинных ракет, отталкивались друг от друга. Размеры комнаты были малы, из-за чего после последней «отстыковки» до стены оставалось меньше трёх метров. Тогда моё движение перенаправляли бойцы другой тройки, позволив мне на достаточно большой скорости сделать полный круг.

И снова, когда мы вернулись в комнату наблюдения и ожидания нам не перепали благодарности, зато девчонкам, причём той же тройке, они перепали! Причём они не сделали ничего выдающегося, даже смеялись, игрались и вообще даже не напрягались. Это многих возмутило, судя по лицам, но слухи про вероломство некоторых инструкторов и их… образ мышления нам рассказывали. В частности, много говорили как раз про эту Нейтри… она была «апостолом» защиты женских прав и только прав. Считалось, что в нашем обществе, ещё со времен первых ядерных кризисов истории человечества на земле, женщины всегда были чем-то обделены… они бились за равенство, за соблюдение прав, чтобы им доверяли также, как и мужчинам… вот только, когда их начали призывать в армию, как и парней, то сразу по многим направлениям свернули свои агитации. До нашего времени эти активистки почти не дожили, а если они и есть, то сейчас хотят добиться превосходства только за счёт защиты прав и добавления новых свобод. Как по мне, так это просто очередная ниточка влияния Галактического Совета на общество, чтобы через них продвигать выгодные им законы. Часто срабатывает, но не всегда.

На пятый день занятий снова были бои один на один, на этот раз требовалось использовать окружение по минимуму, каждое соприкосновение со стеной отнимало очки… из-за этого бои превратились в сплошные толчки. Мой бой закончился поражением, против меня был Буйвол, который просто зажал меня в углу и не дал отскочить. Без помощи пространства ловкачи сразу теряли своё преимущество, из-за чего силовики могли задавить нас своей массой без особых проблем.

Как потом пояснила инструктор, что это весьма закономерно. В помощи без поддержки пространства побеждает чистая сила и масса, победить в таких условиях можно только за счёт способностей. Потом она снова посмотрела на меня, подметив, что ей было бы интересно узнать, как бы я поступал в тех условиях со своими способностями.

– Она меня бесит! – честно высказался я, когда мы вернулись в расположение. – Всю неделю говорила, какой я – интересный объект для исследования! Да чтоб она свой интерес себе в задницу засунула!

– Не бесись, – похлопал меня по плечу Лаки. – Пошли лучше в комнату досуга, чая погоняем, тебе как раз надо нервы успокоить.

– Можно, – спустя какое-то время ответил я, думая, как бы вежливее послать Макса подальше, но потом мою голову осенила мысль, что он так пытается заботиться обо мне. – Но всё равно она меня бесит. Плюс… похоже, она – реально бор-р-рец за права женщин.

– Это уже все поняли, – усмехнулся Стрелок. – Вон как те засранки идут и радуются, что им просто так достались два бесплатных улучшения организма… у меня, блин, даже конденсатора не хватает, чтобы на хотя бы одно улучшение накопить. Всего на тридцать единиц.

– У меня на сорок, – пожал я плечами, уже подходя к комнате отдыха.

– А ещё у тебя медаль, про которую все уже всё знают, – нервно сказал Стрелок, с завистью смотря на меня. – Конечно, все мы понимаем, что вы тогда хорошо потрудились… но намекну. Чёрная зависть у всех в душе поселилась. Не будете, как все, вас опять начнут гнобить.

– Пускай попробуют, – зло усмехнулся я. – Видимо… им мало тех проблем, которые над ними повисли. Если все так хотят, то пускай создают себе новые, я лишь в этом с радостью им помогу.

– Козёл, – словно выплюнул он это слово, уходя в сторону своих дружков.

– Думаешь, оно так надо было? – нахмурился Ной.

– Надо, – твёрдо ответил я. – Иначе бы они нас держали на коротком поводке. Мне плевать на их мнение и репутацию среди них. Главное – достичь цели, а сейчас цель – учеба.

Интерлюдия 2

Мрак

За неделю отряд под строгим руководством Мрака смог добиться весьма существенных успехов. Было построено пятнадцать домов, двенадцать для жилья пар, три как складские помещения. Если с домами для пар было всё понятно, как и то, что дом у Мрака с Тьмой, а именно так решили обозначить себя его напарница, был самый большой, то вот со складскими помещениями часто возникали споры.

Первое здание, выделенное под склады, все без исключения согласились отдать под хранение еды. Запасы нужно было хранить на чёрный день, ведь не всегда с охоты возвращались с дичью, а со сбора ягод и овощей – с провиантом. В таких случаях, конечно, следовало наказание, причём довольно жестокое. Чаще всего человека, обнаженного по пояс, хлестали ядовитыми растениями. Они жглись, они въедались в кожу… но! Со временем у организма вырабатывался иммунитет к яду, а значит, от таких процедур была польза.

Второе здание сначала хотели выделить под строительные материалы и инструменты, причём за это салютовала большая часть отряда, но в итоге Мрак решил там складировать старую броню, которая излучала смертельную ауру. Это вызвало недовольство… но Мрак быстро всех поставил на место, буквально выйдя один против всех них. И победил.

Когда глаза Мрака темнели, его силы возрастали многократно, скорость увеличивалась в разы, а реакция была просто невероятна. Самый быстрый воин не смог его обогнать, самый сильный не смог его перебороть, самый сообразительный не смог обхитрить. В итоге перед его большим домом лежало двадцать два побитых человека, у некоторых даже были переломы, которые срастались за сутки или двое.

Третье здание уже определили под строительные материалы и инструменты. Многие даже не пытались понять, почему так, но Мрак всё заранее продумал. Ему нужны были здоровые подчинённые. Да, они могут быть побитыми, да, у них могут быть переломы… но это не сравнится с тем, что может сделать эта злая и смертоносная аура. Она медленно, но гарантированно ослабит всех, а потом убьёт, либо сделает так, что человек оступится и умрёт. Но объяснять это тупорылым рабочим Мрак не желал, о нет, он просто хотел давать команду и видеть её исполнение.

Их селение также обросло частоколом и ощетинилось с внешней стороны забора кольями. Иногда некоторые твари пытались проникнуть в их селение, Темное, как его прозвали, из-за чего пришлось придумывать способы лучшей защиты. В итоге остался один вход, рядом с которым дежурила пара, а остальные направления прикрывала импровизированная защита.

– Мы – дети звёзд! – на очередном собрании начал держать свою речь Мрак, собрав всех перед большим костром возле своего дома. – Мы упали в той железной птице на эту жалкую и опасную планету, но мы не отсюда родом. Боги поведали, что род наш велик и могуществен. Мы покоряли бесконечные пустоты, колонизировали планеты, побеждали более сильных противников… но в итоге нас бросили, нас выкинули на эту помойку, в которой мы должны влачить своё существование! Так дело не пойдёт! И я вам докажу, что мы достойны большего! Яд!

– Да, вождь! – поднялся единственный человек, который чувствовал себя в это мире словно дома.

– Тебе, как моему заместителю, поручаю начать строительство кузни, мастерской, плавильни… я тебе расскажу, как добраться до заветных знаний, что нам оставили боги… нам необходимо возродить ту железную птицу и вернуться в небеса! Мы должны покарать всех тех, кто бросил нас тут! Уничтожить, растоптать! И даже если их будет на бесконечность больше, мы должны уничтожить всех, кто нас предал! Вы со мной?!

Ответом была неоднозначная тишина. Кто-то кивнул, кто-то что-то промычал себе под нос, но не было той реакции, что ожидал увидеть их великий лидер, никто не поднялся, не начал ликовать и восхвалять его за гениальность и решительность. Из-за этого Мрак разозлился, его окутала пелена ярости. И он решил проучить всех, кто тут стоит.

– Тень, Пустота… ко мне! – рыча, говорил Мрак, еле сдерживая свои порывы гнева.

Тень, всегда спокойный мужчина с бледной кожей, впалыми щеками смотрел с неким омерзением на своего лидера, но никогда лично не давал повода, чтобы его за что-то наказать. Пустота, его напарница, которая и «в прошлой» жизни была с ним едина, весьма красивой наружности, угольно-чёрные волосы, аккуратное, но строгое личико, которое всегда с отвращением смотрело на главаря. Но на этот раз Мрак выбрал их, они подозревали, что на этот раз они получат куда сильнее, чем, когда Мрак одолел весь свой отряд. Но они не знали, что их ждёт.

– В назидание остальным… – Руки Мрака внезапно покрылись тёмным пламенем, которое он моментально направил на головы двух подошедших сослуживцев. – Они умрут!

Двое закричали, попытались уклониться от пламени, но Тьма с жестокой улыбкой не дала им этого сделать, заставила застыть на месте, помогая своему возлюбленному вершить правосудие. Но это уже была не она, за неделю, что они провели вместе, Мрак несколько раз экспериментировал с её разумом, влиял на неё с помощью своих способностей, добиваясь абсолютной лояльности. И у него получилось. Но на этот раз… на этот раз Мрак карал.

Десять секунд воистину тёмного правосудия, и два бывших бойца отряда без голов рухнули на землю. В тех местах, где их тел касалось пламя, ничего не осталось, словно их аккуратно срезало и уничтожило. Но запах стоял отвратительный, кто-то не выдержал, из него вышло содержимое завтрака.

– Ты что себе позволяешь, тварь?! – заорал на самую щуплую девушку Яд, уже занося свой кулак, чтобы ударить по ней, насыщая пространство вокруг него концентрированной отравой, способной сразить любого.

– Успокойся, зам, – с довольным выражением лица уселся на ступени своего дома командир. – У нас и так сегодня сдохло ещё два человека… лишние потери нам ни к чему. Ах да, чуть не забыл. Бежать даже не вздумайте, каждый из вас… на мушке. Я узнаю, где вы находитесь с точностью до дюйма, и тогда… – взгляд командира направился на два тела. – Вам будет куда хуже, чем им. ВЫ будете страдать, ВАС я просто так не отпущу на тот свет. ВЫ познаете всю боль, которую способны выдержать наши тела. А теперь унесите это мясо отсюда. И не сметь употреблять в пищу, запрещаю. Это… аморально. Мы же с вами хотим построить цивилизацию, восстановить свой корабль… бороздить пустоты космоса, мстить за предательство…

Когда два тела унесли в какую-то яму, что была почти в километре от поселения, началось быстрое строительство новых объектов. Отдыхали только те, кто ночью следил за безопасностью, да и то уснуть у них не получалось, дневное марево, бесконечные насекомые… всё это жутко нервировало, а угнетающая обстановка помимо этого сводила с ума.

Мрак перестал работать, он только следил за всеми. У каждого организованного стада должен был быть свой пастух, он им и был. Он управлял этим жалким сбродом, тенями от себя прежних, остатками личностей, что некогда из себя представляли эти люди. Но самых опасных он ликвидировал, самых хитрых и умных, тех, кто мог убить его, набрать силу. Он видел это в их глазах, он чувствовал намёки на опасность, что исходила от них. И он ударил первым, сразу вырезал опухоль, пока она не стала приносить вред.

Три дня не прекращалась стройка, три дня люди работали в поте лица, добывали новые материалы, использовали старые, старались как можно быстрее закончить то, что задумал их лидер. И у них получилось. Всё, что было запланировано, было построено. Не хватало только ленты, чтобы торжественно открыть эти здания. Но торжество заключалось в другом.

– Сегодня… – постарался как можно более добродушно улыбаться Мрак, осматривая уставших подчиненных. – Мы отдыхаем. А завтра… начнём работы по восстановлению. Сами боги подсказали мне, как можно восстановить ту великую металлическую птицу, чтобы она доставила нас в бескрайние пустоты. Там… там мы уже восстановим наш корабль полностью, боги это тоже мне сообщили. Они знают всё, и им я верю. Отдыхайте! Завтра будет ещё более тяжелый день. Но не для всех. Яд!

– Да, вождь! – повернулся к нему лицом его заместитель, торжественно скалясь.

– Из тех запасов доспехов, что у нас есть, необходимо собрать два полных набора. Один достанется тебе, второй мне, – прищурился Мрак. – Но об этом надо нам поговорить отдельно, есть у меня очень интересные сведения, которые тебе непременно понравятся.

– Я понял, вождь, – поклонился Яд. – Тогда разрешите вас ожидать в вашем доме?

– Да, иди, – благосклонно кивнул командир, а потом обратился ко всем: – Остальным велю отдыхать! Завтра надо будет пополнить запасы еды… склад должен быть забит на максимум! Не увижу… а впрочем, вы узнаете, что произойдёт.

Когда Мрак увидел понимание в глазах своих людей, он лишь улыбнулся, развернулся и ушёл к себе. Там его уже ждал верный Яд, который бродил по одной из комнат, сгорая от нетерпения. И тут на него свалилась истина, что открылась Мраку. Вся броня, что лежала в отдельном помещении, могла стать только их, принадлежать только им двоим. При этом её было больно легко очистить от той злой ауры, так как она была сделана не из обычного металла, а из особого, так называемого умного металла.

– Вот только нам нельзя всю броню себе присваивать, – под конец сказал Яд, с какой-то жалостью говоря это умозаключение. – Народ явно не оценит.

– Мне плевать, что думают эти овцы… – прорычал Мрак. – Мне нужно, чтобы наш корабль взлетел, починить его можно только с помощью умного металла! Я думал, ты поймёшь это, не разочаруешь меня… а в итоге твои умственные способности оказались такими же, как и у остальных. Или ты можешь доказать обратное?

– Могу, – сделал максимально искреннее лицо Яд, смотря ровно в глаза своему лидеру. – У нашего корабля множество разорванной в хлам обшивки, а как подсказывают мне боги, нам не нужно всё то пространство, что есть у этой огромной птицы.

– Продолжай, – с довольной улыбкой сказал Мрак, чувствуя нарастающее удовлетворение своим протеже.

– Нам необходимо будет всего несколько помещений, в которых мы будем жить, есть, а также следить за основными… органами этой птицы.

– Узлами, – поправил Мрак своего заместителя. – Следить за основными узлами, так говорят нам боги.

– Прошу меня простить, – поклонился Яд. – Так вот. Если снять обшивку с большей части отсеков, то остальные, самые необходимые нам, можно усилить. Главное не трогать каркас прочности, чтобы птицу не разорвало на куски… похоже, ко мне частично возвращается память моей прошлой жизни, вождь. Я помню… как мы вместе создавали этот корабль. Вы и я. Как проектировали его, как подбирали нужные орудия… многое ещё остается словно в тумане, но зато я понял, чем точно можно пожертвовать.

– Вот и славно, – улыбнулся Мрак. – Ты знаешь, чем заниматься. А я же прослежу, чтобы это отребье не смело нам перечить. Нас ждёт величие! Поверь мне! Другие боги говорят, что вся галактика падет перед нашими ногами! Не только буквы перед глазами, но и таинственный шёпот подсказывает мне! Он мне дал силу… он и поможет нам с тобой.

– Шёпот? – нахмурился Яд. – Что ж… вам помогает не один бог, а двое. Это уже хорошо, это уже признак исключительности! Я рад быть вашим заместителем! Позволите идти?

– Да, – кивнул глава, прислушиваясь снова к таинственному голосу, – иди.

Глава 7

Оставшиеся две недели прошли однообразно. Пять дней сплошной учёбы, в основном те же практические занятия в комнате с отсутствующей гравитацией. А на выходных физические упражнения во всяких тренировочных комплексах, чтобы тело не забывало, как правильно работать в обычной среде. Конечно, все понимали, что даже за час ежедневного нахождения в помещении при отсутствии гравитации с телом ничего не произойдёт… но это был отличный повод заставить нас заниматься как можно больше и лучше.

Но, в общем, этот семестр, если эти три месяца так можно назвать, мне больше нравился. Теории было минимум, всё нам показывали и рассказывали в ходе практики. Оно же и лучше, так тело лучше понимало, что и как делать, а голая теория… она могла только навредить.

Как говорил инструктор по борьбе, позывной которого у меня вечно вылетает из головы из-за его зловредной ауры, во время боя нет времени думать, есть время только действовать. Тело должно само понимать, как правильно действовать в той или иной ситуации. Мозг должен моментально считывать обстановку, которая окружает бойца, постоянно держать её на подкорке.

Например, прилетела граната. Что в таком случае можно сделать? Первое, бросить её обратно в противника, если позволяет таймер. Маловероятно, что это получится, так как чаще всего гранаты на близкие дистанции бросают с задержкой, чтобы взрыв был как можно раньше. Второе, спрятаться за укрытием, если оно есть. Если его нет, то это уже третье, надо прыгнуть как можно дальше от гранаты и надеяться на то, что в тебя не прилетит осколок.

Мне всё это нравилось! На самом деле, когда тело загружаешь какой-то работой, голова уже не способна думать о чём-то ещё, кроме как пожрать, поспать и попить. Иногда играют гормоны… но нам не до этого, плюс риски вылететь из Академии из-за нелепости, которая могла произойти из-за гормонов. Так что спорт сейчас был всем, что меня увлекало, я даже старался как можно реже выходить из своей комнаты, чтобы не нарываться на неприятности. И это помогало. За все три недели учёбы, кроме лёгкой словесной перепалки со Стрелком, у меня не было никаких проблем, вообще. Это особый кайф, особенно учитывая тот факт, что меня тут все не любят.

По истечению трёх недель я завалился снова в медицинский отдел, где быстро сделал улучшение костей. Спасибо медальке за то, что у меня постоянно был запас в сорок килоджоулей, которые можно было перевести во время улучшения в АТФ. Так что теперь у меня были развиты кости до третьего уровня, просто так их теперь сломать было невозможно.

Улучшение плотности костей – 3-й уровень из 5.

Вы вышли из рамок человеческих особенностей. Средняя допустимая нагрузка на кости возросла в 3 раза и составляет до 45 килограммов на 1 квадратный миллиметр. Возможны исключения ввиду особенностей строения скелета (в текущем состоянии большеберцовая кость способна выдержать нагрузку до 12 тонн).

Так же радовал тот факт, что выполнено ещё одно задание из выданных Валерией.

Задание по развитию прочности костей! Срок – 11 месяцев (прошло 8 месяцев и 3 недели)!

Улучшение плотности костей – требуемый для дальнейшего развития уровень 3.

Задание выполнено! Отправлено донесение о выполнении сформированного врачом задания.

Текущий уровень плотности костей – уровень 3 из 5.

Задание выполнено.

Улучшение плотности костей – требуемый для дальнейшего развития уровень 3.

Задание выполнено! Отправлено донесение о выполнении сформированного врачом задания. Текущий уровень плотности костей – уровень 3 из 5.

Можно было бы получить какие-нибудь награды за своевременное улучшение, но они не были предусмотрены, что немного удручало. А вот наказание присутствовало, и мне его получать было нельзя ни в коем случае, мне ещё надо было развить свои мышцы до четвертого уровня, а то они у меня так и застряли на повышении с третьего на четвертый уровень. Как говорил всё тот же наставник по физической подготовке, разграничения по силе достигнуть легче, чем разграничения по скорости или ловкости, ибо тут нужно иметь мозги. Из-за этого тупорылых гигантов в нашей Академии куда больше.

Заглядывая вперёд, я посмотрел, что именно меня ждёт на втором году обучения согласно схеме моего развития. И немного прифигел. Мне нужно было развить свой источник до второго уровня, притом что его можно развивать только раз в полгода, соответственно все каналы развить до вторых уровней, а это уже почти четыре месяца улетает просто так из двенадцати возможных. Только ещё мне нужно было развить нервную систему до третьего уровня, а это еще шесть улучшений, ещё четыре месяца, а также эндокринную систему до третьего уровня, что говорило о том, что о ней знания разблокируются на втором году обучения. Ну и то, что мне нельзя пропускать ни единого улучшения, ибо это полностью забивало год.

Поразмыслив, я понял, что и зачем мне надо было развивать. Зерно нужно было для способностей, которыми я смогу пользоваться, его нужно было развивать первостепенно, но было ограничение, из-за этого всего до второго уровня с нулевого. Нервная система нужна сразу по нескольким причинам: ускорение обмена информацией между телом и мозгом по нервным клеткам, ускорение мышления, чтобы можно было в критический момент как можно быстрее принять решение. Всё это приведёт к тому, что тело будет быстрее реагировать на тот или иной внешний возбудитель, легче по внешним признакам распознавать опасность и тому подобное. В общем, это не поможет стать умнее, хотя запоминать тоже станет проще, это поможет выживать. Ну и эндокринная система, нужен контроль над гормонами, без него никуда, иначе мы тут можем все голову «потерять», плюс иногда не нужные лишние всплески адреналина, особенно когда надо принимать решение на чистую голову.

Единственное, что напрягало, так это отсутствие возможности улучшения кожи. По сути, можно было уплотнить кожу, чтобы увеличить естественную защищённость… вот только это привело бы к её огрублению, уплотнению, а может, и вообще видоизменению. Возможно, этот пункт когда-то был… но сейчас его нет. Может, просто не несут в себе какой-то положительный характер улучшения кожи, может, специальными «модификациями» можно добиться лучшего эффекта. Например, не помешала бы естественная защищённость от радиации, ибо это очень опасная штука на самом деле, но с ней хорошо может справиться развитая до пятого уровня печень, ради этого её и улучшают в основном, а также система кровоснабжения организма.

Покидая кабинет врача, которая, по всей видимости, смогла отоспаться за три недели моего отсутствия, я думал над тем, а можно ли повысить уровень сверх нормы. А если это можно, то, что будет в таком случае с организмом? Судя по тому, что вижу, то должно быть превышение уровня. У многих из наших уже есть четвертый уровень развития плотности мышц по силовому признаку, иначе говоря, второе разграничение по силе… но они не выглядят как те гиганты в отряде Грома, они куда меньше. Да тот же Гром без своей брони был весьма объёмным, вес точно был за сто пятьдесят, у наших же еле дотягивал до сотни килограмм.

Скорее всего, это связано с основным заветом, заложенным в систему обучения. Всегда оставайся человеком. И этот завет распространяется только на обучение, но не на дальнейшую службу, вот и выпускники, скорее всего, и переходят рамки дозволенного, шагают через ограничения, чтобы стать сильнее и более успешно сражаться с противником. Интересно, а какие улучшения были у моего отца? Так. Стоп. Почему были? Есть! Отец же жив, по крайней мере, обратного мне не известно.

Следующая неделя обучения была более интересной. На этот раз нас пускали в более просторное помещение, но там… там полностью отсутствовал воздух. Попадали мы туда, соответственно, через специальный шлюз, в который закачивался воздух, когда мы возвращались, и откачивался, когда выходили. Выходили мы туда, соответственно, в полностью герметичных костюмах с запасом кислорода на целый час, при его нормальном расходе. Ещё один нюанс из-за игры гормонов. Когда нервничаешь по поводу и без, учащается дыхание, из-за чего кислорода поглощается больше, ну и больше выделяется углекислого газа. Такие ситуации нам пару раз моделировали… мне понравилось, но только когда вернулся. Пока я там был… мне казалось, что у меня сердце в пятки провалится, но обо всём по порядку.

Когда мы пришли на очередное занятие, нас ждал сюрприз. Пускали нас строго по одному, при этом нельзя было подглядывать от слова совсем. За нами имела право наблюдать только инструктор, которая, как мы выяснили, и управляла этой долбаной комнатой страха и ужаса. Все, кто оттуда возвращался, имели весьма потрёпанный и перепуганный вид, что ещё больше нагнетало напряженность.

Я зашёл двенадцатым. Одевшись в полностью герметичный костюм, я шагнул в освещённую комнату и просто поплыл вперёд, нервно посматривая во все стороны. Всем, кто вернулся, было запрещено рассказывать о том, что они пережили, мы только знали, что можно перепугаться до усрачки… причём с Иглой такой казус произошёл, ей срочно потребовалась душевая.

– Слушай меня внимательно, – вдруг раздался голос инструктора со всех сторон, из-за чего я нервно дёрнулся и, если бы стоял на поверхности, а не парил в пространстве, точно бы подпрыгнул. – Сейчас специальная аппаратура считает твой самый большой страх. Его нам сложно прикрыть, даже у самых опытных псиоников это не получается до самого конца, это единственный ключик, как сломать эту защиту. Мудрость на будущее. Так вот, сейчас специальная аппаратура сделает это, после чего будет проекция твоего страха. Она будет применена исключительно к космическому пространству, так что… обстановка будет соответствующей. Спрашивать готов ты или нет, я не буду, раз припёрся и не отказался, значит, готов.

– Сканирование на поиск страхов началось! – раздался металлический женский голос, что был заложен программой в эту комнату или аппаратуру, после того как инструктор нажала на несколько кнопок.

Сначала погасли лампы, полностью пропало освещение, я словно оказался в пустоте. Меня это не пугало, видимо, так надо было, чтобы прогрузилась проекция страха. Потом начали проявляться звёзды, я явно был где-то на краю галактики, так как было отчётливо видно края Млечного Пути. Но потом… что-то начало меняться. Я себе всё время напоминал, что это всего лишь иллюзия, что это всё нереально, это проецируется с помощью аппаратуры… но психика дело такое непредсказуемое… мозги понимали, что всё хорошо, но всё же в крови стал регистрироваться кортизол, иначе говоря, гормон «стресса и страха», и с каждым мгновением его количество всё более стремительно повышалось.

Потом свет далеких звёзд и галактик начал меркнуть, секунда, где-то на краю видимости исчезла звезда. Ещё секунда, начала медленно меркнуть Андромеда, которую почему-то было отчётливо видно невооруженным взглядом, пропали Большое и Малое Магеллановы Облака. Я невольно сжал кулак, стиснул зубы, стал всё чаще озираться по сторонам, чтобы отследить исчезновение звёзд и галактик. И они исчезали. Но потом…

Миг, и я переместился к невероятно яркой и горячей звезде. Она была огромна, она была невероятно жаркой… даже иллюзией, простой проекцией она обжигала, либо так воспринимал её мозг, не способный отличить правду от лжи. Но потом… её словно начало засасывать изнутри. Паника, сильнейший страх охватили меня, я смотрел на этот процесс, ускоренный в миллионы раз… и мне реально было страшно. Одно дело, когда ты это смотришь по какой-нибудь записи или модуляции… другое дело, когда это происходит словно перед твоими глазами.

Понять на самом деле было довольно сложно, что звезду вот-вот разорвёт на куски, она начала сначала чуть ярче светиться… а потом меркнуть, в центре словно проглядывалась маленькая чёрная всепоглощающая точка. Но это был обман зрения, либо так воспроизводила всё эта комната. Но потом… две огромных струи плазмы вырвались из полюсов звезды, разрывая её оболочку, смешивая слои, тем самым создавая коллапс. Должен был быть взрыв, звезда должна была стать сверхновой, оставив после себя самый опасный объект во вселенной – чёрную дыру.

Я инстинктивно зажмурился, прикрыл лицо руками, почувствовал ещё больший жар, начал кричать, сердце бешено колотилось, пот лил с меня ручьём, причём ледяной пот, капли страха. Но потом… стало прохладно, я спокойно вздохнул, раскрыл глаза… и увидел огненный диск, который устремлялся в недра почти незаметной точки. Диск был просто огромен, невероятно огромен, наверное, больше, чем звёздная система, а точка была настолько маленькой… что с такого расстояния я её еле-еле мог разглядеть. Но тут моё восприятие просто завыло, словно мне что-то давило в затылок, кричало, что надо развернуться. И я сделал это. И столкнулся с двумя огромными прикрытыми глазами, которые слегка сияли фиолетовым оттенком среди чёрной ничем не проницаемой пустоты.

Глаза слегка приоткрылись, но я чувствовал колоссальную угрозу, исходящую от них. Не знаю, почему, но я знал, что именно эта тварь, чьи глаза на меня сейчас взирают, является нашим главным врагом в противостоянии с пустотными. Ни сами твари, которых нам показывали на голограммах, ни Аватар, который представлял собой средоточие концентрированной пустоты, и выглядел как огромная планета… нет. Именно эта тварь была самым нашим страшным врагом, именно она сейчас игралась с нашей галактикой. Но как я это мог понять?! Откуда, чёрт его дери, я это знаю?!

– Ты просто ещё слишком глуп и слишком слаб… хе-хе-хе… – словно со всех сторон надавил на меня зловещий, низкий и до боли знакомый голос. – Но твоя сила растёт… я чувствую это… медленно, но ты идёшь к поставленной цели… может… ты и есть тот, кого я ищу…

– Во-о-о-ойд! – почти на фальцете раздался знакомый голос словно внутри головы, но всё же он шёл из динамиков.

Я моментально обернулся, и моё сердце второй раз чуть не ушло в пятки. Там была Алиса, которая стремительно «падала» в чёрную дыру. Я пытался до неё дотянуться, пытался хоть как-то остановить этот процесс… но не мог. Я был слишком слаб для этого, у меня даже не было сейчас с собой высокотехнологичного костюма, чтобы предотвратить это. Я просто вытянул свою руку, которая дрожала настолько сильно, что сразу сдавала меня с потрохами. Мне реально было страшно.

Но все же… я мог что-то сделать. У меня хоть немного, но было развито зерно, моя сила без последствий для меня уже проявлялась, а значит… может проявиться и сейчас. Я вздохнул поглубже, прикрыл глаза, медленно выдохнул, всё же преодолеть расстояние в сотню астрономических единиц девушка за секунды не сможет… а потом до боли стиснул зубы, унял дрожь в своей руке и сосредоточился на том, чтобы переместить девушку к себе. Если у меня это не получится, тогда какой к чёрту я – Войд?! На кой хрен мне пустотное зерно, управляющее пространством?!

– Давай, чтоб тебя! – взревел я, сосредотачиваясь на девушке, а потом произошло что-то непонятное.

– Твою мать! – взревел голос инструктора, и я вспомнил, что всё происходящее – иллюзия. – Какого хрена ты творишь?!

Всё вокруг меня потухло, снова зажглись огни, а металлическая стена, в сторону которой была направлена моя рука, была сильно покорёжена. От маленькой точки, ровно напротив центра ладони, словно уходили рукава, но… это выглядело так, словно стена хотела «упасть» внутрь это точки, словно её туда засасывало. И до меня дошло, что только что произошло. Я создавал прореху в пространстве-времени, чтобы выдернуть иллюзорную Алису, чтобы переместить её… а в итоге моя способность встретилась со стеной и начала её всасывать.

– Охренеть! – восторженно, всё ещё на остатках паники и страха в голосе сказал я, таращась широко раскрытыми глазами на эту картину, а после стал отвечать инструктору. – Если бы я сам знал, какого хрена я творил, я бы дал чёткий ответ, а так… я просто хотел спасти того, кого видел перед собой.

– Ты мне лучше скажи, как?! – рыча от злобы, орала инструктор. – У тебя пока нулевой уровень развития зерна, да, оно у тебя немного проснулось, но, чтобы осознанно использовать какие-то способности, это нужно как минимум первый уровень развития иметь… а у тебя нуле-вой! Всё, вылезай на хрен из комнаты. Больше ты в неё не попадешь. Тебе за порчу ничего не будет, так как ты действовал из «лучших побуждений», – выделила она более низким голосом последние два слова, явно парадируя кого-то, – а вот мне потом за это выплачивать придётся!

– Хорошо, – спокойно ответил я, до конца осознавая, что именно сейчас происходило, понимая свой самый большой страх.

Но было кое-что ещё. Раз я смог сам себя успокоить, значит, со страхом я смогу бороться и в жизни! Хоть и на окраинах сознания было понимание, что всё нереально, и это мне помогало, но этот опыт точно пригодится в будущем. Я точно остался доволен!

А вот то, что там оказалась проекция Алисы, меня очень серьёзно заставило задуматься… и не только о чувствах.

Глава 8

Ещё две недели обучения пролетели как-то незаметно, в прямом смысле слова. Ещё несколько раз были похожие занятия с испытанием страха, но меня туда просто не пускали, боялись, что могу создать разгерметизацию, ибо все помещения с невесомостью находились практически на самом краю Академии. За стенами обычно шли слои брони, при строительстве которых рабочие временами хреново делали своё дело, так что оставались мелкие щели, из-за чего кислорода там не было. Вместо этих занятий меня просто пускали побаловаться в другие тренировочные комплексы, в те же леса. Я лично для себя по советам из базы данных системы отрабатывал кое-какие тактики, движения, удары, в общем, готовился ко всему, что может быть. Самое стрёмное было, когда попал в пустынную местность. Система тут же предложила найти костюм, который переводит пот в питьевую жидкость, чтобы её не терять, достаточно хорошо фильтруя её.

Так же старался отрабатывать действия в городских условиях. Леса – это хорошо, но в случае реальной войны или боевых действий, кто знает, где мы можем оказаться. Город – самое жестокое поле битвы, там может быть столько позиций, что человек просто не поймёт, откуда по нему прилетело. Так же и по мне при симуляции битвы прилетало из разрушенных скелетов некогда стеклянных гигантов. И ведь я даже не понял, откуда именно, система могла только предположительно показывать.

Но в итоге большую часть времени занимали занятия всё в тех же безвоздушных пространствах. Мы отрабатывали групповые сражения, потом начали тренировать стрельбу на имитации оружия, которая каким-то боком отталкивала нас при нажатии курка, но при этом не стреляла. В общем… готовили по полной к тому, что нас может ждать. Но опять же, всё это очень растянуто во времени, не просто так пять лет обучают, нам необходимо полностью овладеть всеми своими силами, познать науку войны, научиться командовать подчинёнными, научиться себя правильно вести во время боя… и так далее. В общем, задница, которая комплекс мероприятий… но интересная выходит задница.

За эти две недели почти все девушки получили по благодарности, из-за чего они стали нас догонять. Как я понял, нам не просто так поставили именно этого инструктора, она выравнивала общие силы нашего взвода, чтобы по итогу года обучения все были плюс-минус равны по силам. Как сказал один обучаемый третьего года: «Чтобы в итоге из Академии мог выпуститься хорошо слаженный и порядочно развитый сплоченный взвод бойцов».

По итогу я снова завалился к Валерии, сделал, наконец, последнее усовершенствование организма, осознавая, что прошло уже полтора месяца обучения после нашего отпуска. Что несомненно радовало, так как время летело быстро, а со мной ничего толком не происходило.

– Ну что, сделаем последнее улучшение? – уселся я на койку медицинского оборудования с широченной улыбкой на лице. – Кажется, я всех переплюнул со скоростью развития!

– Если бы ты тогда не рискнул с двумя улучшениями за раз, – закатила глаза мой врач, – то ты бы не переплюнул никого. А так да, молодец. Можешь себе как-нибудь позволить бутылочку шампанского.

– Ладно, шутки в сторону, – вздохнул я и серьёзным голосом решил уточнить: – Что лучше потом делать? У меня до конца обучения есть ещё два улучшения, третье перепадает как раз на второй год. Улучшать то, что мне советует схема развития?

– Лучше… – задумалась на мгновенье Валерия, нахмурилась, посмотрев через плечо куда-то в экраны, потом повернулась ко мне снова лицом и уже продолжила: – Лучше да, развиваться так, как советует система. И по моим заданиям, ещё раз прощать два месяца истекшего срока я тебе не буду. Ясно?

– Да, злая тётя, – усмехнулся я. – Так, не надо смотреть на меня так, словно я сказал что-то очень плохое! У меня просто хорошее настроение, давно такого значимого у меня в жизни не происходило! Ладно, происходило, планету свою отбил. Но все же это ведь хороший знак! Я на верном пути.

– Просто больше не называй меня так, – нахмурилась женщина, а в её глазах можно было разглядеть печаль. – Ладно, ложись давай, будем тебя улучшать. Опять про тебя вся Академия говорить будет, что ты – первый, кто выполнил сложную ветвь развития в десять с лишним пунктов за столь короткий срок.

– Пускай завидуют! – снова улыбнулся я, уже укладываясь на койку и прикрывая глаза. – Я готов.

Всё было как обычно, снова меня погрузило в темноту, снова появилась маленькая белая точка, которая разрослась до бесконечного белого пространства, снова появились три голограммы со строением моего организма… ну а я только дал команду системе, чтобы она улучшила мои мышцы по нужному типажу.

Улучшение плотности мышц – 4 из 5 уровней.

Достигнуто второе разграничение по скорости. В настоящий момент максимальная зарегистрированная (возможная в соответствии с базой данных) скорость передвижения организма составляет 65 километров в час или 40,4 мили в час.

Теперь считалось, что скорость бега у меня зарегистрирована, но в соответствии с базой данных. Странная формулировка, но в чём-то верная. По сути, я ещё не бегал и не бил с применением второго разграничения, а также ни разу не регистрировал силу удара, по сути она тоже должна была измениться, ибо взрывная мощь моих мышц возросла.

Задание по развитию мышечных тканей! Срок – 11 месяцев (прошло 9 месяцев и 2 недели)!

Улучшение плотности мышц – требуемый для дальнейшего развития уровень 4. Текущий уровень плотности мышц – уровень 4 из 5.

Улучшение эластичности мышц – требуемый для дальнейшего развития уровень 3+. Текущий уровень улучшения эластичности мышц – уровень 3 из 5.

Задание выполнено! Отправлено донесение о выполнении сформированного врачом задания.

Некое чувство эйфории накрыло меня, какое-то внутреннее торжество наполнило, заставило радоваться этому событию как ребёнка. Я так не радовался, когда мне со своими войсками удалось полностью разобраться с отрядом наёмников, что терроризировали земли и людей моей планеты. Но дальше было ещё одно интересное уведомление!

Поздравляем! Вы выполнили все задания в соответствии со схемой развития за первый год обучения! Разблокирован доступ к описанию улучшений эндокринной системы, необходимой для дальнейшего развития вашего организма в соответствии со схемой развития вашего типажа зерна.

Медлить я не стал, сразу полез смотреть, что именно представляют из себя улучшения этой части моего организма. Как оказалось, не одной части, а сразу множества частей, ибо стрелки показывали почти на всё, начиная от паха, заканчивая головным мозгом.

Улучшение эндокринной системы – 1 уровень из 5 (общий уровень, в комплекс входят несколько улучшений). (Улучшение работоспособности гландулярной эндокринной системы – 1 уровень из 5, улучшение работоспособности диффузной эндокринной системы – 1 уровень из 5, улучшение регуляции эндокринной системы – 1 уровень из 5).

Вдавшись немного в подробности, понял две вещи. Первая, в биологии своего организма я туп. Вторая, это охренеть как затягивает, если начать во всё это вникать. Помнится, как-то раз я так сидел в общей информационной сети, листал страницы с энциклопедической информацией о тех или иных событиях, о каких-то фактах. Вышло так, что я начал читать про какой-то определённый организм на планете, а закончил образованием галактики в соответствии с теорией большого взрыва и теориями, касающимися её гибели. Вот сейчас было примерно так же. Посмотрев на то, что мне предлагает система, я полез в описания.

В общем, первый пункт улучшал работу таких частей тела, как гипофиз, щитовидка, надпочечники, половые железы, в общем, то, что на прямую отвечает за формирование того или иного гормона. Второй пункт… улучшение работы, например, печени, как источника гормонов, почек, кишечника, желудка… в общем, всех эндокринных клеток, что рассредоточены по всему организму. Последний пункт… с ним как-то муторно всё было. Он отвечал за регулирование их работы: во-первых, на сознательное регулирование, во-вторых, на более улучшенное регулирование самим организмом. Как именно это будет происходить, мне пока не понятно, но, судя по тому, что некоторые бойцы иногда источают абсолютное, даже морозное безразличие, у других эмоции из-за гормонов наоборот плещут через край, то у кого-то это получается лучше, а у кого-то хуже.

Покидал врачебный кабинет я в каком-то смятении. Впереди мне предстояла большая работа по улучшению организма. На этот раз улучшений надо было больше, чем за время первого года обучения. А если не получится хоть раз? Ладно, один раз не страшно, у меня сейчас есть в запасе два улучшения, но всё же… если возникнет ситуация, что мне не получится улучшить себя? Тогда я буду недоразвитым? Так, прочь эти мысли, надо развиваться!

В расположении всё было спокойно, даже в качалке никого не было, все за неделю сильно утомились, и их было можно понять. Это только с виду кажется, что перемещаться в свободном пространстве без воздействия гравитации просто. А вот и ни хрена не просто, всё довольно сложно, очень много мышц работает только на то, чтобы фиксироваться в нужном положении.

Я ушёл в комнату досуга, там сидело всего несколько человек, две девушки и один парень. Единственным представителем сильной половины человечества, кроме меня, в комнате досуга был боец с позывным Синее Пламя. Своего имени он никому не говорил, мы только знали, что он с земель клана Блу. Условно слабую половину человечества тут представляли Руины и Капля, на удивление очень сильно похожие друг на друга девушки, их часто называли близнецами, но при этом первая с земель Редов, а вторая была из клана Йелоу. Но они хорошо сдружились и многим морочили голову, чтобы повеселиться. Сейчас эти две девушки играли в шахматы, старинную, но всё ещё популярную игру. Любой ИскИн сейчас обыграет человека в шахматы, но им по правилам запрещено в неё играть, так что это одна из немногих игр, которая принадлежит только человеку.

– Шах! – восторженно сказала Капля, скрестив руки под своей грудью, специально выпячивая её, задирая таким образом соперницу с чуть более мелким бюстом. – Ещё два хода и тебе мат!

– Выкуси, – с дикой, даже безумной улыбкой сказала Руины, которая из-за схемы развития была чуть крупнее своей «близняшки», так как развивалась по силовому методу, а Капля ушла в сторону ловкости.

Переставив чёрного коня с а-четыре на б-шесть, единственную не прикрытую зону противником, в которой конь мог спокойно подставиться под ферзя, прикрывая своего короля, одновременно делая шах белым. И это было для Капли фиаско, она так увлеклась атакой, что совсем забыла про оборону. Иной раз жертвуя одной фигурой, можно выиграть куда больше, чем сжирая у противника всё подряд.

– Шах, – самодовольно сказала Руины, закидывая руки за голову и откидываясь на спинку своего стула. – Твоему королю бежать некуда, можешь только съесть коня ферзём… но потом… будет мат. За два хода.

– Да ну тебя! – насупилась Капля, нахмурив свой носик. – Так не честно… Пламя… хоть ты скажи ей, что нельзя планировать так сильно наперёд, чтобы понимать, в какой момент ошибётся твой соперник.

– У тебя какой ранг был на твоей планете? – с интересом глянул Синее Пламя на Руины, понимая, что она точно не профан в этой игре, так красиво загнать противника в угол мало кто может, при этом делая вид, будто проигрываешь.

– Гранд-мастер, – ещё шире улыбнулась девушка. – А что? Думаешь, сможешь обыграть меня?

– Не-е, – помахал перед собой руками парень, – я точно не смогу, у меня подмастерье, я почти ничего не понимал, когда вы играли, а тут такой ход красивый. Я тоже как-то подзабыл про этого коня, честно, болел за Каплю, ибо у неё всё так красиво складывалось.

– Может, мне попробовать? – привлёк я к себе внимание, подходя к столу, где размещалась шахматная доска. – У меня ранга никакого нет, но зато меня обучал гранд-мастер на моей планете, говорил, что это поможет мыслить тактически, понимать возможности людей и как их расставлять в битве.

– И что? – усмехнулась Капля. – Руководил бойцами в битве, аристократишка?

– Кап, – несколько зло посмотрела на свою «сестру» Руина, – заткнись. Он, в отличие от тебя, дурья твоя голова, реально руководил бойцами, не просто же так ему две медали уже дали.

– Ты кого дурой назвала?! – подскочила Капля, раскидывая все шахматы. – Ты же знаешь, что я тебя спокойно уложу, сделать мне ничего не сможешь!

– Тихо, дамы, – приобнял Синее Пламя Каплю, помогая ей выйти из-за стола. – Давайте мы не будем устраивать кавардак и спокойно разойдёмся. Войд опробует свои силы против Руины, а мы с тобой пойдём, попьём чайку. Плюс, если ты не помнишь, мы кое-что с тобой хотели обсудить.

– Что? – удивлённо и в недоумении посмотрела на парня Капля, а потом её глаза расширились до размеров блюдца, а свой рот она прикрыла ладошкой. – Ой… точно… слушай, пошли. Надо-надо!

Проводив эту парочку взглядом, вторая «близняшка» выдохнула, а с её губ очень тихо сорвалось что-то вроде: «Вот и славно». Шахматы пришлось собирать даже с пола, но через пять минут всё уже стояло готовым к игре. Я, как и велят традиции, взял крайние пешки со стороны короля в две руки, завёл их за спину и помешал. Выставив руки снова перед собой, дал выбрать девушке, за кого она будет играть.

– Правая, – спокойно сказала она, в лёгкой задумчивости поглядывая на дверь.

Я без слов раскрыл ладонь, где оказалась чёрная фигурка. Поставив обе пешки на свои места, я развернул доску так, чтобы чёрные были со стороны Руины.

– Начинай, – также спокойно сказала она, ну а я сделал ход пешкой вперёд правым конём, чем ввёл в ступор мою соперницу.

– Давно я не видела таких первых ходов, – хмыкнула она. – Чаще всего любят ферзю путь открывать, а тут… интересно. Поиграем, надеюсь, сможешь реализовать создаваемый потенциал!

И мы начали играть. Первые десять минут мы просто смотрели, как действует противник, на основе этого формировали свою тактику. Подсказки системы оба отключили, а чтобы не мухлевали и не пользовались ей, стали следить друг за другом, открыв доступ в этом отношении между собой. Потом… потом началась игра, настоящая игра. Старались грамотно подставляться, провоцировать, ломать созданное построение, защиту и тому подобное. Было интересно, даже очень, я увлёкся с головой, ломая свой мозг… но в итоге всё равно начал проигрывать.

– Шах, – с лёгкой неуверенностью сказала Руина, на уголках губ которой появилась едва заметная улыбка.

Она угрожала мне слоном, можно было его сожрать, но тогда бы я открыл свой правый фланг, а можно было просто подставить своего слона, но при этом он бы оказался почти беззащитен. В любом случае тут всё будет идти буквально на последние ходы, либо я ворвусь, не давая ей концентрироваться на своей собственной атаке, либо упрусь в оборону… и могу проиграть. Да, впрочем, в обоих случаях могу проиграть.

– Войд! – залетел в помещение Аист, лицо которого источало столько ненависти ко мне, словно я убил какого-то его близкого родственника. – Скажи, мне, чёрт, пожалуйста, какого хрена тобой интересуется следак из клана Вайтов?! Тебе приключений на задницу мало?!

– Дайте угадаю, – усмехнулся я. – Некая Элизабет Вайтссон ищет меня? Я ведь прав?

– Уже знаком? – немного расслабился командир. – Да, она. Какого хрена ей от тебя нужно?

– Она занимается делом моего троюродного брата и его отца с дедом. Двое последних занимают посты в Галактическом Совете. Дед в самом совете сидит, а отец… точно не знаю. Только… она вроде как сама действует по указке Галактического Совета, – нахмурился я. – ССК же подчиняются напрямую ГСу…

– Хрен его знает, кто кому подчиняется, но она через начальника, чтоб её, Академии попросила, чтобы ты срочно прибыл к ней, вот маршрут, – принял я данные, куда мне надо было идти. – Не задерживайся, потом доиграете.

– Запомни, как стоят, – усмехнулся я. – Два хода до моего или твоего поражения.

– Обязательно, – искренне улыбнулась она, кивнув мне. – Давно меня так не увлекала игра. Не мастер ты, конечно, да и я навыки потеряла, раз не могу так спокойно обыграть… но всё равно интересно.

Глава 9

Элизабет ждала меня в деловом секторе, как это тут называлось. Треть космической станции, в которой люди занимались различной бюрократией, начиная от обыкновенных ежедневных указов, приказов, назначений и тому подобного, заканчивая распределением денежных средств среди обучаемых. Вот тут я удивился больше всего, оказывается, нам всем обязаны платить определенную сумму кредитов в месяц, но при этом те, кто обучается на первом году… они получают в конце первого года обучения. Начиная со второго плата за месяц увеличивается и выплачивается каждый месяц стабильно. В общем, минимальное денежное довольствие на различный досуг.

Сама Элизабет ждала меня в одном из переговорных кабинетов. Выглядел он… необычно для переговорного кабинета. Нет, сама переговорная часть была обставлена официально, как полагается: стол, несколько кресел, картины, растения для красоты, даже был камин с голограммой пламени и реальной теплоотдачей… а вот за дверью были настоящие царские апартаменты, в которые меня и пригласила девушка.

Апартаменты были… роскошные! Иначе не скажешь. Она такие себе выбрала, так как могла позволить себе раскошелиться, надо же показывать свой статус, свое положение в обществе и тому подобное. Да и не часто наследники основных ветвей кланов посещают станцию, но Академия решила все же подстраховаться.

Тут было всего три помещения, одно из которых у меня вообще вызывало когнитивный диссонанс. Первое, как и описал выше, официальная приемная, в которой должны были проходить переговоры. Второе – личная спальная с огромной, реально огромной кроватью человек на пять минимум, застеленная красным шелковым постельным бельем и с десятком подушек, плюс все это прикрывалось с помощью занавесок! Кровать – первое, что бросилось в глаза, сама же комната была огромна, раз в десять больше тех, в которых поселили нас, даже где-то внутри начал грызть меня червячок зависти, напоминая о несправедливости. В стену был встроен довольно дорогой голограф, который в настоящий момент в невероятно высоком качестве и без помех транслировал какую-то диковинную спортивную игру. Был личный бар с огромным количеством спиртного, был отдельный санузел, по крайней мере, в него вела дверь, за рабочее помещение я его решил не считать, но заглянул, пока ждал девушку, переодевающуюся за высокой ширмой. На полу лежал приятный на ощупь ковёр, из-за чего пришлось разуться на входе в жилое помещение. Также находились в помещении несколько шкафов из дорогой древесины, умная подсветка, множество бумажных книжек… ну и всяких элементов декора тоже было полно.

– Пойдем, – вышла из-за ширмы девушка в белом купальнике, который прикрывал самые «запретные» места, а все остальное тело давал спокойно рассмотреть.

Когда Элизабет прошла мимо меня, я заметил на ее спине довольно свежий шрам, не более десяти дней ему, буквально только вчера-позавчера с него слезла корка. Он начинался от ее правого плеча и заканчивался на копчике, и, по крайней мере, у меня были такие мысли, она надела купальник специально, чтобы я увидел этот шрам. Лично не хотела о нем говорить, но показаться в таком виде предо мной, перед аристократом, причем, по сути, главой своей ветви, хоть и временной, она могла, намекнув на тему разговора.

И вот после «приглашения» я увидел третье помещение. Первая ассоциация – тропический пляж. Вторая ассоциация – коттедж на берегу озера с личным пляжем, ибо там был маленький, чтоб его, домик. А только потом у меня в голове промелькнула мысль: «А какого хрена посреди академии есть помещение с площадью в гектар точно с огромным бассейном, сотней различных тропических деревьев, маленьким домиком, пляжем в сотни две метров длиной… и все это для одного человека?!» Но мой мысленный вопрос так и остался без ответа.

– А я подумала, что ты тоже не прочь искупаться, – оценивающе посмотрела на меня аристократка Вайтссонов, после чего улеглась на шезлонг, немного скривив личико от дискомфорта.

– Воздержусь, – спокойно ответил я, осматривая еще раз просторы. – Все же, хоть я и аристократ, но я – служащий в этом заведении, надо соблюдать приличия.

– Твое право, – пожала плечиками она, после чего запрокинула демонстративно ногу на ногу. – Знаешь, зачем я тебя позвала сюда?

– Только могу догадываться, но вслух догадки озвучивать не буду, боюсь ошибиться, – встал я к ней боком, повернувшись лицом в сторону искусственного озера. – А тут красиво. И богато. Сейчас я себе такое точно не смогу позволить.

– Ты сейчас себе многого не сможешь позволить, – усмехнулась девушка. – Ты, можно сказать, отказался от своего статуса аристократа. Но не об этом сейчас. Я опять по поводу твоей семейки… но сразу скажу, я тут присутствую лично, не как сотрудник ССК от Совета, а как Элизабет из клана Вайт.

– Подозреваю, что произошло что-то из ряда вон выходящее, – безучастно сказал я, продолжая игру слов, поддерживая таким образом разговор, но тем временем вытягивая из неё хоть какую-то информацию. С такими, как она, нельзя показывать свою заинтересованность, даже когда она однозначно есть.

– Можно и так сказать, – боковым зрением я увидел, как девушка кивнула пару раз. – Как думаешь, что должно происходить, когда к главной ветви одного клана приезжает представитель главной ветви другого клана?

Я бросил на неё немного удивлённый, но в то же время задумчивый взгляд. Теперь моя догадка по поводу происхождения данного шрама начинает подтверждаться, хоть и косвенно. Чёртова игра слов чёртовой аристократии! Как я это всё ненавижу! Хреновы интриги, хреновы закулисные игры!

– Как минимум, в соответствии с законами, должен быть организован приём, в зависимости от того, кто именно прилетел, какая форма посещения, – ответил я на её вопрос, видимо, проходя таким образом знание наших чёртовых традиций, – частная, то есть скрытая, либо общественная, чтобы знала каждая собака. Ну и так далее, много заморочек, можно почти весь день описывать этот процесс.

– Тоже верно, а я не хочу тратить ни своего, ни твоего времени, – спокойно сказала девушка, закинув руки за голову, – у меня ещё много дел как у представителя ССК тут. Так вот. Твой братец, думаю, ты уже догадался об этом, не совсем радужно принял меня. Я хоть и прилетала к нему инкогнито, как Элизабет Вайтссон, а не как следователь первого ранга главного отдела ССК. Я решила ему задать несколько… очень неудобных вопросов. Но сначала спрошу у тебя, интересно, догадаешься ты или нет.

– Я весь во внимании, – спокойно сказал я, внутренне сгорая от её тягомотины, от её аристократских повадок всё растягивать и затягивать, игры в остроту ума. Бесит. И она это понимает, играется.

– Как думаешь, чтобы нанести максимальный вред Академии, в какой момент лучше нападать на неё, – я поймал на себе её хитрый взгляд, из-за чего повернулся в её сторону, чуть нахмурив брови, – когда тут почти никого нет, для охраны остаются только учащиеся на третьем году обучения и специально выделенные… когорты и наёмники, или же, когда тут есть вообще все специалисты, учащиеся Академии, её командный состав?

– Чтобы нанести максимальный вред именно Академии как станции, – поразмыслив с полминуты, начал отвечать я, – то логичнее было бы напасть, когда тут никого нет. С теми силами, что тут были, они бы успешно захватили всю станции, с боем ее было бы трудно потом опять вырвать из лап пиратов, да и они бы тут многое под себя переделали. А если надо было просто от чего-то отвести взгляд, либо чтобы просто посильнее насолить Академии, подорвать её авторитет, либо прикончить нужную пачку людей разом и не искать по всей галактике, то когда тут все есть.

Элизабет улыбнулась и встала с шезлонга, пройдя вокруг меня один раз, положив свою тоненькую изящную ладошку мне на плечо. Что-что, а аристократки умеют следить за собой, за своим телом, за своей внешностью, чтобы только одним внешним видом склонять своего собеседника на… положительный результат переговоров. А если есть ещё и острый ум у обладательницы столь красивого тела, если умеет пудрить мозги, то переговоры часто заканчивались успешно даже без… вынужденных мер по применению этого самого красивого тела. А такое бывало.

Как-то раз отец текущего главы клана, когда сам был главой, на переговоры с Пурплами взял с собой свою родную сестру. Это было лет пятнадцать назад, мне было лет восемь-девять, но я тогда уже знал, что особа из-за кровосмешения получилась… как любят говорить, с дефектом мышления. Иначе говоря, она была глупая. Синдромов Дауна у нас быть не может, всё это правится ещё в утробе матери, но вот от хреновой работы каких-то частей тел никто не застрахован. Если руки-ноги, сердце либо какой другой орган получится с дефектом, то это спокойно правят хирургическим путем, а вот если что-то не так с мозгом… то от пацанов часто избавлялись, а девушек «выращивали», лучшего слова просто не подобрать, делали их тела просто сногсшибательными… и использовали. На тех переговорах сестра… скончалась. В постели, будто в своей постели, но слух пополз, что её убил во время соития глава клана Пурплов. Это была «горькая» потеря для нашего клана, но тогда был заключен какой-то очень важный договор, который засекретили.

– Я тоже пришла к таким же выводам, а на основе полученной информации о… твоей передаче планеты Академии, я решила навестить твоего братца. – Её лицо на мгновение скривилось, лёгкая гримаса боли и злобы украсила его, но тут же быстро сгладилась, даже появилась едва заметная улыбка. – Этот вопрос твоему брату не понравился. Он… очень грубо отреагировал.

– Я даже понял, как, – вздохнул я, чувствуя, как я начал закипать. – Только у меня к тебе есть одна маленькая просьба. Хоть по сословию я младше тебя, мельче, но всё же… давай говорить более открыто. Видно, что твоё «не хочу тратить времени», – слегка исказил голос я, – вообще не соответствуют тому, как ты общаешься. Шрам тебе оставил мой брат, я это понял, точнее, догадывался об этом с самого начала. Говори, что тебе от меня надо, и давай разойдёмся.

– Какие все мужчины нетерпеливые, – усмехнулась она, облизнув свои слегка подкрашенные губы. – А мне нравится. Скажу честно, ты в моём вкусе. Может быть, когда-нибудь, чтобы укрепить наши позиции, я бы согласилась на… брак с тобой. Официальный, конечно. Тебе часть ресурсов нашего клана, мне часть ресурсов твоего клана… но ты всё потерял, точнее сам отдал. Хотя можешь и получить назад.

– Хватит играть словами, – прикрыл глаза я, а после отвернулся от неё и снова стал смотреть на искусственное озеро, на котором временами какой-то механизм создавал лёгкие волны. – Честно, я понимаю, что ты хочешь отомстить моему брату, причём не своими руками, твоя игра для меня абсолютно прозрачна. И не надо меня пытаться соблазнять, многие аристократы в курсе, что наше семейство часто на некоторые традиции наглым образом плюет, в частности на бракосочетание. Дед женился на простолюдинке каким-то образом, отец – на полукровке, как в наших кругах любят говорить. Мне тоже плевать на эту условность, с кем захочу, с тем и буду строить свою жизнь. Только если это не вопрос жизни и смерти. Плюс, пока я в Академии учусь, – последнее словно я даже специально выделил интонацией, обозначая, что ей точно ничего не перепадёт в течение ближайших пяти лет, если я выживу, – мне запрещено быть в официальных отношениях. Прописано в Уставе, если память не изменяет, сто двадцать вторая статья.

– А ты умён, – усмехнулась она, но потом её голос из томного превратился в её нормальный. – Но ты по многим аспектам оказался прав. За нанесённое оскорбление мне, за причинённый вред… я хочу убить твоего брата. Поэтому я тут как Элизабет Вайтссон сейчас. Как представитель ССК я на это не имею никакого права, должна была подать официальное прошение в Галактический Совет, чтобы наказали твоего брата… но его бы просто отвергли. Там же его отец с дедом, у них много влияния, и они его ещё больше на себя перетягивают.

– Дело пахнет гражданской войной? – вздёрнул я брови, посмотрев на девушку. – Просто так влияние не тягают… даже из истории было пару моментов, в частности с вашим кланом, когда они захотели сделать Империю. Но ваш клан тогда быстро… осадили. После того случая вы и ударились в науку.

– А Греи – в деньги, причём в огромные деньги, – нахмурилась Элизабет. – Я знаю только про верхушку айсберга… и чуть-чуть про то, что под водой. Даже эти суммы превышают капиталы девяти из одиннадцати остальных кланов. В частности, экономическая мощь твоего клана в разы превосходит экономики остальных кланов по отдельности. Да, отвечу на твой вопрос, дело не том, что пахнет гражданской войной, твой клан к этому активно готовится. Твоя выходка с планетой очень… неприятно подвинула фигурки на доске. Им пришлось повременить со своим «вознесением», – выделила она это слово. – А также стали более-менее понятны причины, почему они так активно хотят с вами покончить.

– Я весь во внимании.

– Им не нужны «бракованные» аристократы, – без каких-либо эмоций сказала она, встав по левую сторону от меня, скрестив свои руки под собой. – И не нужны побочные ветви. Одна ветвь в одном клане, один правящий род. Не хотят делёжки власти. Для этого твой брат отправил всех совершеннолетних сверстников: братьев и сестёр – в тыл на фронт. Он надеялся, что они там подохнут, с таким же расчётом была сделана ставка и на твоего отца. Пока живы все. И да, таким образом они показали всем остальным кланам, щёлкнув им образно по носу, что клан Грей заботится о безопасности галактики и человечества, а остальные кланы нет. Репутация.

– Так что по поводу нападения на Академию и твоего шрама? – вернулся я к изначальной теме разговора.

– Как мне удалось выяснить, проследив с помощью связей из ССК, пираты напали на Академию по приказу Греев. Это… – вздохнула она, – почти недоказуемо, только по косвенным признакам, например, у Греев со счетов исчезла одна сумма, а через несколько суток такая же сумма появилась у человека с уголовным прошлым, который случайно оказался на одном из кораблей пиратов. И погиб, кстати. Что забавно, он высадился там, где бился ты, это тоже я смогла проследить за те три дня, что тут нахожусь. Но не от твоей руки, увы. А то была бы забавная ирония.

– Не отвлекайся, – довольно грубо сказал я, так как реально устал от её болтовни.

– Цели мне выяснить так и не удалось, нужных свидетелей нет, – прикрыла она лицо рукой. – А те, кто есть, почти ни хрена не знают.

– Ого, а ты, оказывается, ругаться умеешь, – не сдержался я от ехидного замечания, подтолкнув её легонько локотком. – Встаёшь на путь истинный, так больше шансов стать моей супругой, хех.

– Про это, кстати, я не врала, – покраснела она, отведя в противоположную от меня сторону взгляд. – Мне отец… скажем так, приказал подготовиться к переменам таким образом. Если сейчас найти причины, по которым можно объявить клан Грей вне закона, кроме тебя, конечно, у тебя превосходное алиби, плюс есть прямые доказательства того, что члены твоего клана тебя хотят убить, то им можно навязать открытую войну. В таком случае… ты станешь лидером своего клана.

– А если ты будешь моей женой, то фактически, во время моего отсутствия, ты будешь управлять кланом Грей, – усмехнулся я. – Умно, однако. Грубо говоря, кланом Грей непосредственно будет управлять клан Вайт. Но! – развёл я руки в стороны. – Даже если бы я был за, то тут вступают в силу наложенные на меня ограничения.

– Это дело времени, – пришла в себя девушка. – Судя по всему, войны не будет года три или четыре ещё, но это предварительная оценка моего отца. Кстати, ты знал, что мать твоего деда – из клана Вайт? Я вот это только сегодня узнала и удивилась.

– Не знал, – отрицательно помотал я головой. – Но это отвечает на пару интересных вопросов, по крайней мере, откуда у деда столько знакомых.

– Даже в наших летописях твой дед запомнился как устремлённый к науке человек… – прикусила губу Элизабет. – Только вот что странно, в наших архивах написано, что у него было активное зерно, были силы, а все знают, что у него оно отсутствовало. Как думаешь, эксперимент?

– Возможно, – пожал я плечам. – Но это не тема нашей беседы.

– Да, – кивнула она. – Подведём краткий итог. Назревает гражданская война, Греи покупают пиратов, хотят сократить свой клан до одной-единственной ветви… и они не любят, когда задают им вопросы в этом направлении. А ещё они крепко засели в Галактическом Совете. И да, насчёт оценок времени до начала войны я могу ошибаться.

– И ты прилетела сюда, чтобы просить у начальника Академии, чтобы он выделил людей и средства для подпольной борьбы?

– Типа того.

– Наши мнения сходятся. Я пойду.

– Иди, – кивнула она. – Если что, на мою помощь можешь рассчитывать, помогу даже финансами. Только если согласишься на условия моего отца.

– Я подумаю, – уже уходя, сказал я. – Это… не просто решить за одно мгновение.

Глава 10

Конец короткого семестра, последние деньки перед двухнедельным отдыхом, что может быть лучше? Правильно, ничего. Но, как обычно, перед всяким окончанием семестров, четвертей и тому подобного идёт контрольное занятие, ну или несколько таких. Так как упор в этом семестре у нас был сделан на бои в безвоздушном пространстве, где нет воздействия гравитации, редко когда занимались чем-то другим, то и экзамен был по боям в таких условиях.

За неделю до начала экзаменов я сделал одно улучшение организма, а точнее, сделал улучшение общей проводимости нервных каналов. Что именно изменилось, я не понял, но временами замечал, что чувствовал чужое дыхание на своей коже с большего расстояния. Нервировало, хотя в беседе может быть полезным, например, для понимая, врёт человек или нет.

Сейчас же у нас было довольно… интересное контрольное занятие. Всего в нём принимало участие четыре учебных группы, одна второго года обучения, три первого года обучения. Задача второгодок была в том, чтобы отразить наше нападение, но им запретили пользоваться способностями, если хоть кто-то из них ими воспользуется, наши «любимые» специальные костюмы вырубят этого человека. Наша задача, как и двух остальных взводов, заключалась в том, что нам надо было штурмом взять их позицию.

Под это нам выделили аж два десятка соединенных между собой лабиринтами ходов помещений. В каких-то был воздух, но не было гравитации, в каких-то наоборот, а где-то отсутствовали оба компонента. Это сразу заставило напрячься нас, вспоминать, как определить зоны перепадов гравитационного воздействия, как правильно входить и выходить из различных зон. Ну а присутствие или отсутствие кислорода определить было легко, благо у нас у всех сейчас были костюмы с замкнутой системой дыхания.

Нашим взводом руководил непосредственно Аист, он довольно строго относился к нам, так что мы за три месяца научились выполнять его команды беспрекословно. Он сказал – мы сделали. Мы не сделали – весь взвод занимается какой-нибудь ерундой, которая сильно нагружала организм, а также и ум. Например, мне никогда не приходилось приседать две тысячи раз и при этом отвечать на вопросы по тактике. Неверный ответ – плюс сто приседаний. Причём плюс сто приседаний делали все, так как взвод – коллективный и единый организм, в котором все шестерни должны двигаться синхронно и не мешать друг другу. Какая-то дала сбой? Пострадал весь механизм. Причём Аист не разделял нас на девушек и парней. Мы – бойцы, все до единого, если суждено подохнуть, то смерть не будет выбирать, кого именно забирать. Это на старте начало снова обострять между нами отношения, но потом мы стали помогать друг другу, так что в теории мы все были более-менее подтянуты.

Так что сейчас мы действовали более-менее слаженно. Между командирами троек был налажен мыслеканал, в котором стоял такой невыносимый эмоциональный фон, что я даже приглушал наш канал общения, иначе начинала болеть голова. Спасибо, блин, Алиса, за то, что научила обращать на это внимание, жил без этого, спокойно относился, а сейчас… чтоб её.

– Так, ребзя, – называл нас так каждый раз наш командир, когда предстояло что-то важное, как мы поняли, это какой-то изломанный вариант слова «ребята», – по условиям задания мы ни хрена не знаем про другие два отряда, что вместе с нами выполняют эту миссию. Пересечений ходов между нами нет, у каждого отряда есть только одна точка выхода к противнику. Стрельбы мы, вероятнее всего, не услышим, так как есть карманы с безвоздушным пространством, а если вспомнить элементарную физику – в безвоздушном пространстве нет звуковых волн.

– Но ведь звук может передаться по металлу! – несколько возмущенно подметила Рейвен, на что Аист чертыхнулся, но всё же решил похвалить её.

– А вот это справедливое замечание, но кто хочет сейчас исполнять роль слухача? – усмехнулся командир. – Думаю, что никто, да и временем мы ограничены. Я-то сейчас нахожусь в тёплой и уютной комнатушке, развалился на мягком диване, предо мной стоит кофейный столик с едой и напитками… а вы находитесь в одном из немногих помещений с воздушным карманом, стоит открыть дверь перед вами, как воздух покинет помещение и заработает незримый вам таймер – запас кислорода в костюме. Итак… Пульсар! Сколько стандартный запас кислорода у вашего боевого костюма?

– Тридцать две минуты, одиннадцать секунд при максимальной заправке и превышении в допустимых нормах давления в баллонах с кислородом! – чётко и без единой запинки в словах ответил Ной. – Доклад закончил!

– Молодец, только у вас просто на тридцать минут заправлены баллоны, – спокойно продолжил Аист. – Постоянно я вам помогать не смогу, у противника, согласно условиям задания, могут быть глушилки дальних мыслеканалов, чтобы обрубать связь отряда со штабом. Также противник не может знать точно, сколько именно отрядов противников на него пойдёт, два или пять, так что, в этом наше преимущество, они будут пытаться перекрыть все пять возможных входов в помещение. Если они не тупы, то они точно вышлют по одному дозорному на каждое направление, которые будут именно слушать металл, точнее звуковые волны, что по нему передаются. Двигаться осторожно, ступать мягко, не греметь, не шуметь, противник до последнего не должен понимать, что мы к нему идём. Всем всё ясно? – повисла десятисекундная тишина. – Восприму как да. Тогда – вперёд!

Первым пошла тройка Стрелка, она же имела цифру один. Именно эта тройка была собрана для быстрых прорывов, два ловкача и один скоростной, сначала меня это удивило, но потом я понял. Такая тройка могла быстро ворваться в строй противника, создать там с помощью способностей и умений хаос, а потом так же быстро отступить, оставив после себя выжженную землю и подготовленный плацдарм для расширения бреши в обороне.

Когда Стрелок открывал дверь, мы все напряглись и схватились за всё, что могло нам помочь удержать равновесие, готовились к разгерметизации. Но ничего не произошло, второе помещение оказалось с запасом кислорода и таким же давлением воздуха, вот только было необходимо проверить, есть ли там гравитация. Подойдя к краю, Стрелок просунул руку вперёд с зажатым там предметом, повернул руку с зажатой ладонью вверх и раскрыл её, отпуская лежащий там предмет. Стоило командиру первой тройки чуть опустить руку, как сразу стало понятно, что там нет гравитации, о чём нам он спешно сообщил.

Убрав предмет в небольшую поясную сумку, Стрелок осторожно сделал шаг вперёд, второй ногой отталкиваясь, чтобы взмыть в воздух, как только он очутился во второй комнате. За ним таким же образом последовала и его подчинённые, синхронно вспорхнув в безгравитационное пространство.

– Долго я к этому буду привыкать, – усмехнулся Лаки, наблюдая за уходящими тройками. Если бы не шлем, то на его лице в данный момент можно было бы разглядеть улыбку, я был просто уверен в этом.

По поводу этого… счастливчика, ведь Лаки реально лаки. У него оказался один из самых редких типов зёрен, вероятностный. Обычно такие бойцы только одним своим присутствием изменяли чашу весов в сторону тех, на чьей стороне такой боец сражался. Мало того что это был один из лучших помощников, так ещё и сам был неплохой боец, ведь он мог распределять вероятности либо на всех вокруг, либо только на себя. Они никогда ста процентам не будут равны, как бы он сильно ни развивал своё зерно… но приятно осознавать, что мимо тебя может пролететь один или два осколка недалеко взорвавшегося снаряда, так как вероятность решила создать именно такой исход событий. Но, если благополучных вариантов не существует… то способности Лаки просто не помогут, даже ему самому. И что самое интересное, если таких обнаруживают, то ему в тройку или в соседнюю всё время ставили ведуна, экстрасенса или как там их ещё называют, чтобы он чувствовал, какой именно исход будет. Если все хреново, то в таких случаях отряд сдавал позицию, согласно хроникам, если есть хоть один процент успеха… отряд сражался до последнего бойца, так как вероятность была на стороне бойцов Академии.

Наша тройка пошла восьмой, как описал нас Аист, мы группа дальнего прикрытия из-за наших особенностей и из-за Лаки. Такого лучше держать подальше от линии соприкосновения, вооружив снайперской винтовкой, либо не особо скорострельным, но метким оружием. В итоге у нас для прикрытия оставался один Пульсар, а мы с Лаки могли вдвоём поливать противника смертельным металлическим дождём.

За нами шли тройки, почти полностью состоящие из помощников, один боец был силовиком, двое других – его саппортами, как называл их Аист. Они нужны были чисто для оказания поддержки на самых трудных направлениях, а также для прикрытия отрядов в случае отступления. Ведь неприятно, когда против тебя сражается два гиганта, в руках которых довольно скорострельные пушки калибров от двадцати миллиметров, которые окутаны силовыми щитами и прочими усилителями. За такими реально как за горой.

Так мы сменяли помещение за помещением, уже четвёртое оказалось с подлянкой, запустив тот самый таймер, о котором нам говорил командир. С этого момента медлить было нельзя, идти только вперёд. Когда именно нам попадётся противник, мы тоже не знали, последние три помещения в наших интерактивных картах подсвечивались красным, то есть там противник мог находиться с большей долей вероятности.

Через десять минут мы приблизились к таким помещениям, после чего стали использовать заранее обговоренную тактику. Первым шёл отряд Стрелка, по сути, они были смертниками, могли подохнуть ещё на подходе, но им выделили одноразовые генераторы барьеров, так как без них нас бы просто размотали влёгкую. С виду эти генераторы выглядели как гранаты, но вместо того, чтобы их бросать, а у них выдергивать чеку, на барьере наоборот нужно было нажать кнопку и провернуть механизм.

Открылась дверь, никого напротив неё не стояло, чтобы случайно не словить шальной снаряд, прислушались, огляделись, убедились, что противника нет, либо он бездействует, после чего выдвинулись вперёд. Первая тройка молниеносно залетела в помещение, держа оружие в боевом режиме, то есть со снятым предохранителем. Следом сразу залетели вторая и третья тройки, которые должны были начать развивать успех, поливая бесконечным огнём все выявленные оборонительные позиции противника, у всех шестерых были импульсные пулемёты, не особо точные, но для запугивания самое то.

Потом залетели с третьей по шестую-седьмую тройку, закрепляясь на отбитых у противника позициях, создавая таким образом линию соприкосновения и возможность развивать наступление дальше. Потом заходили девятая и десятая тройки, а мы должны были зайти самыми последними, выцеливая и уничтожая врагов с самого дальнего расстояния. В случае же отхода мы должны были прикрывать до последнего, после чего отходить, за нами же девятая и десятая тройки.

Первое помещение оказалось пустым, это мы поняли сразу, стоило гермодверям раскрыться, но, по заветам нашего командира, лучше перебздеть, чем недобздеть, да и отработать лишний раз тактику тоже стоило. Это, во-первых, помогло нам понять, как именно действовать, во-вторых, отточило нашу слаженность. Так что, открывая вторую дверь, мы были готовы повторить все движения.

Стрелок снова подошёл со своей тройкой к двери, убедился, что все готовы к вероятной встрече с противником, нажал на кнопку, и… произошло нечто из разряда вон выходящее. Стоило дверям раскрыться, как в помещение тут же ворвался на полной скорости враждебный нам боец, в одной руке он держал пистолет, а во второй у него была связка импульсных гранат. Тактика хорошая – пожертвовать одним, чтобы угробить всех, вот только… Шрам оказался с достаточно хорошей координацией и реакцией.

Залетев, этот придурок смог выстрелами зацепить четверых, сделав всего шесть выстрелов. Одного даже «прикончил», попав точно в голову. Вот она явная разница в подготовке, за два года можно научиться достаточно хорошо стрелять, не полагаясь на систему, либо слушать эту же систему так чётко, что благодаря её подсказкам можно не мазать.

Влетев в самоубийцу, Шрам со всей дури врезал ему с локтя, из-за чего немного съехал шлем, да и сам боец потерялся, это была первая секунда. С помощью своего же рывка Шрам на огромной скорости вместе с бойцом залетел в то пространство, откуда противник выскользнул, и… подорвался там вместе с ним. В итоге у нас было минус два и три раненых, о которых срочно надо было позаботиться. Ну и помимо прочего противник знал о нашем приближении.

– Если бы этот придурок активировал гранату за секунду до того, как залетел, то нам бы всем тут была крышка, – весьма угрюмо сказал Стрелок, смотря на раненых. – Он активировал её в тот момент, когда залетел уже сюда, когда Шрам уже летел на него. Если бы не он, нам бы и в этом случае была бы крышка.

– Главное, что у него хватило скорости, реакции и самоотверженности, чтобы сделать это, – сказала Видение. – Он знал, что останется в живых… но это показывает, что и в другом бы случае, при реальной угрозе, он поставил бы наши жизни важнее своей. Это… пример для всех нас.

Мы все не могли согласиться с ней, но всё же… время для этих размышлений у нас будет позже, перед нами был отряд противника, который стремительно укреплял оборону в нашем направлении, а у нас было трое раненых, которых надо было быстро подлатать и начинать штурм.

– Раненых не трогайте, считайте, что они трупы, – довольно мрачно сказал один из раненых, Титан. – Даже система нам об этом сказала, у нас уже осталось условно две минуты кислорода, почти весь вышел… Штурмуйте, пока есть время… и дайте нам один комплект, мы сами собой займёмся и рванём в бой, если будет такая возможность.

– Согласен с ним, – сказал Стрелок, – я пошёл вперёд.

Уже в составе двойки первый отряд выдвинулся в следующее помещение, где через минуту уже занял готовность для начала штурма. Потом так же последовала одна тройка усиления, в двух тройках оказалось трое раненых, из-за чего остатки объединились в одну тройку.

Когда зашли все остальные, я быстро оценил обстановку и понял, что в таком составе даже под прикрытием первой тройки временными одноразовыми щитами мы… проиграем, надо было делать быструю рокировку. Так что мне пришлось брать командование в данном случае на себя, с Аистом связь уже была потеряна, он нам не мог дать совет.

– Четвёртый отряд, заменяете третий, у вас хоть не такое оружие, как у третьего, но без прикрытия Стрелка просто уничтожат, – сказал я всем командирам в общем канале, а потом сказал в личный с моей тройкой, также говоря со всеми остальными, – Пульсар, ты усиливаешь тройку Стрелка и временно переходишь под его командование, нам нужна полная группа прорыва, прошу прощения, кастрированная не сможет создать нужного эффекта.

– Соглашусь, – ответил Стрелок, – нам бы просто не хватило мощи.

– Так как командира не слышно, а реальный опыт командования из всех есть только у меня, плюс у моего отряда самая выгодная для этого позиция, то беру командование на себя, – довольно жестко проговорил я, чтобы отбить всё желание пререкаться у остальных. – Плюс, говорю, как самый старший по званию. Действуем по тому же плану, используем все доступные средства, чтобы выбить противника из укрытий. Приготовить к воздушному удару, так как у противника может быть воздух в помещении, а также к наличию гравитации. Раненые заботятся сами о себе, как придёте в себя, сразу на помощь, если кислорода условно будет не хватать, задерживайте как можно чаще дыхание, чтобы его экономить. Готовность десять секунд, действуем по моей команде.

Быстро раздав указания, я сам переместился на позицию для готовности к атаке. Пульсар выдвинулся в сторону Стрелка и получил от него генератор щита, что у него был в резерве. Все остальные тоже уже были готовы действовать, а я слушал удары своего сердца, которое как раз сокращалось ровно раз в секунду, не зря же я его развивал.

– Вперёд! – отдал я приказ, на десятый удар, после чего раскрылись двери, и нам в лицо ударили сильный поток воздуха и ливень импульсов из оружия противника.

Глава 11

Все, кто мог, укрылись за металлическими преградами, которые находились в помещении, группа Стрелка укрылась возле двери и просто ждала, когда поток воздуха перестанет так бурно вырываться из соседней комнаты. Я же за всем этим наблюдал, мельком глянув, что у нас осталось шестнадцать минут на выполнение задачи, а после закончится кислород.

Поток воздуха иссяк, Стрелок со своей группой активировал временные щиты и ринулся вперёд, провоцируя весь огонь на себя. Бросив несколько гранат в сторону группы противника, первая группа укрылась за укрытиями, от которых отступил враг, и стала спокойно и методично их обрабатывать. Следом, пока враг не особо следил за входом, залетела вторая и четвертая группы, выжигая всё в радиусе видимости и в пределах досягаемости. Они были ещё большими смертниками, они это понимали, уже через двадцать секунд из шести осталось двое, но они своё дело сделали, примерно две трети личного состава врага было уничтожено. Вот дальше будет только сложнее.

Враг оказался не так глуп, они задействовали всё своё мастерство, какое только можно было, группу стрелка поймали в энергетическую ловушку и там просто вырезали, вторая и четвёртая группы, точнее их остатки, прятались за укрытиями, редко стреляя в ответ. Пошли с пятой по седьмую группы. Пятая моментально оказалась уничтожена, всех троих положили ещё на входе, но зато они стали отличными не особо живыми щитами, за которыми две другие группы успешно пробрались до нужных позиций. По количеству личного состава возник паритет, а вот в мастерстве ведения боя мы явно уступали.

Настала моя очередь. Прижавшись к полу, я стал смотреть за укрытиями противника, ждал момента, когда кто-нибудь высунется. Но этот момент не наступал. Пользуясь своими частично собранными костюмами, наши временные противники могли поливать наших свинцом, даже не вылезая из укрытий. Вот оно – преимущество высоких технологий. Я лишь с усилием сжимал челюсть, понимая своё бессилие.

– Есть один! – радостно ликовал в мыслеканале Лаки, а через мгновение по ту сторону комнаты в пространство медленно взмыло ещё слегка подергивающееся от спазмов тело. – Похоже, снайпер…

– Похоже на то, – ответил я ему, после снова приложился к прицелу своей импульсной винтовки. – Продолжаем наблюдение.

Враг своих позиций покидать не хотел, от слова совсем. Наших ещё трое полегло, пока мы старались их выкурить, надо было отступать… но приказа не было, а значит, надо продолжать давить противника. И всё же… они могли воспользоваться своими способностями, до них ни разу не долетели наши гранаты, но это могут быть также импровизированные щиты, которые их не пропустили.

Выстрел, дёрнулось тело, и больше из-за одного укрытия не было никаких шевелений. Ещё один противник выбыл из строя, но у меня было очень плохое предчувствие, не может быть один отряд против трёх, вообще не может такого быть.

И я оказался прав. Никто же нам не говорил, что переданная изначально информация о численности противника верна.

Двери позади нашего врага раскрылись, оттуда вылетело несколько гранат, причём они пролетели по такой траектории, чтобы взорваться над головами временно моих подчинённых. Я сделал ровно то, что считал нужным.

Мгновенно задержав дыхание, я моментально навёлся на одну из гранат. Я не знал, как себя поведут гранаты после попадания в них импульсом, но очень надеялся, что у них перегорят цепи питания как минимум, что могло предотвратить взрыв. Все эти мысли пронеслись буквально за какие-то крохи секунд, после чего я нажал на спусковой курок и произвёл выстрел.

Выстрел! В прицеле я увидел лёгкую искру, что дала граната, но, судя по тому, что мои всё ещё продолжают поливать огнём противоположную дверь, моя догадка оказалась верна. Сдох передатчик в гранате!

Тут же я переключился на другие цели, которые активизировались после подхода подкрепления. Бойцы старших годов обучения нагло вылезали из укрытия, стараясь обойти моих с флангов, при этом подгадывая моменты между очередями. Но они забыли про меня и Лаки, а ещё про две других тройки, которые так и не вступили в бой.

– Девятая, десятая, – обратился я в общий канал, – усилить наступающую группу. Либо все поляжем, либо мы победим в этой битве!

Скользнув над нами, две последние тройки резко влетели в помещение, обстреливая подкрепление противника. Они этого не ожидали, замешкались, запнулись, первые, зацепившись за что попало, затормозили, а последующие врезались им в спины, выталкивая из укрытий. Подкрепление почти моментально поредело на целый десяток человек, врагу пришлось отступить, укрыться за проходом, за стеной, редко высовываясь, чтобы сделать пару выстрелов.

Девятая и десятая группы уже не могли остановиться, не за что им было зацепиться, так что они предприняли весьма рискованный ход. Достав гранаты, они отправили их в свободный полёт перед собой, ровно в дверной проём. В прицел я увидел намёки на шевеления, враг поспешно отступил, но некоторые не успели, пара гранат своими импульсами зацепила бойцов, которые начали корячиться в агонии.

Я с Лаки тоже без дела не сидел. Все, кто вылез из укрытий в нашем помещении, были ранены, если не условно убиты. Парочке удалось уйти от наших выстрелов, просто обыкновенное везение, но теперь они сидели за укрытиями и даже стволы боялись выставить, чтобы ответить нам. И снова девятая и десятая группы, будучи неуправляемыми снарядами, пролетающими над головами противника, устроили им импульсный дождь, добивая все остатки, что находились в нашей комнате.

– Чисто! – отрапортовала Игла, одна из командиров отрядов, врезавшись в противоположную стенку. – Наблюдаю движение в соседней комнате, противник хочет предпринять попытку контрнаступления. Гранат нет у обоих отрядов.

– Второй, шестой, доклады, – тут же обратился я к командирам других троек.

Первым ответил Лайт, который после всех перемещений стал командиром шестого отряда.

– Нас двое, боезапас на исходе, на двоих осталось две гранаты, доклад закончил!

– Нас двое, боезапас наполовину израсходован, осталась одна граната, доклад закончил! – отрапортовал временный командир второй тройки Буйвол.

– Глаз с дверей не спускать, – тут же начал отдавать я свои распоряжения. – Эта комната чем-то важна для наших приятелей, чем именно, не знаю. Сейчас держим оборону, не позволяем врагу даже носа высунуть в нашем направлении. Ждём удара союзников, если они есть, если нет, то просто выжидаем до последнего, они точно должны будут напасть на нас.

Только я успел договорить, как тут же мы с Лаки сделали одновременно выстрел в голову, точнее в её часть, что высунулась из-за дверного проёма. Оба попали, тут же человек дёрнулся, и как паралитик отлетел в свободном пространстве от двери. Тут же туда полетела одна наша граната, вырубив ещё парочку противников.

Минуты три ничего не происходило, от слова совсем, из-за долгого напряжения все мы начали расслабляться, что и сказалось на нашей бдительности. В комнату залетело с десяток гранат, все они летели в разных направлениях и в паре друг с другом, если бы я даже очень сильно хотел, я бы не успел уничтожить две гранаты разом. Да и просто не смог бы, как назло у меня заклинило мою винтовку.

Лаки тут же приподнялся, сделал несколько выстрелов, но он, как и я, абсолютно перестал следить за дверями, из-за чего мы пропустили момент, когда в захваченной нами комнате оказались новые противники. А гранаты оказались пустышками, просто для отвлечения внимания, обычные болванки. Я невольно улыбнулся, хитрый ход, они не захотели тратить нормальный боезапас на остатки нашего отряда, решили вырезать так. Опрометчиво.

Я упорхнул за дверной проём, начал приводить винтовку в порядок, менял магазин, вытаскивал не отреагировавший боезапас. В этот момент Лаки вскрикнул, его всего задёргало, он ухватился обеими руками за свой живот, по которому пробегали едва заметные электрические всполохи. В него попали, а значит, могут спокойно попасть и в меня.

– Прости, друг, – общался я с ним в мыслеканале, – но ты мне послужишь прикрытием.

Схватив Лаки за ногу, я дёрнул его на себя, а после прижал к полу, перегородив им нижнюю часть прохода. Я не отдавал приказы командирам отрядов, все они знали, что надо было делать, а я знал, что надо было делать мне.

Когда тело Лаки перестало дёргаться окончательно, разум решил его покинуть, хоть и временно. Зато он теперь точно не будет возражать, по крайней мере, не почувствует все выстрелы, импульсы, что по нему попадут впоследствии.

Укрывшись за бесчувственным телом, я снова приложился к своей винтовке, подмечая, как сильно изменилась ситуация менее чем за одну минуту. Противник уже почти целиком зашёл в комнату, больше десяти человек давили моих, полностью вырезав второй отряд. Двойка из шестого отряда ещё как-то отстреливалась, но и их поджимали и обходили со всех сторон, чего я не мог допустить.

Пара воинов весьма стремительно рассекали пространство, держа одной рукой наставленные на укрытие автоматы, а второй корректируя свои движения, направляясь в нужном им направлении. Я тут же наставил ствол в их сторону, дважды произвёл выстрел, а после два тела с лёгкими судорогами врезались в стену по мою сторону.

Один фланг был отбит, я тут же переключился на второй, но пока переводил ствол, заметил, что на меня смотрит вражеский снайпер. Тут же укрывшись за телом Лаки, я почувствовал, как его пару раз тряхнуло. Всё же костюм реагировал на попадания и после отключки его носителя, по крайней мере, в безвоздушном пространстве это было заметно.

После третьего выстрела противника, во время лёгкого затишья, я высунулся из-за бесчувственного тела и сам произвёл пару выстрелов в ту сторону, где ранее был снайпер. Но выстрелы ушли в молоко, снайпер переместился и где-то прятался, а я не мог его искать, остатки моего отряда обходили уже с другого, менее удобного для меня фланга, ибо там было больше различных конструкций.

Поймав момент, я произвёл выстрел в небольшую щель между металлическими балками, вырубив одного из трёх наступавших, двух других я видел мельком, но сейчас никак не мог засечь. В это же мгновенье в сторону двойки шестого отряда полетели гранаты, я попытался их отстрелить, но нервное напряжение давало о себе знать, я просто оба раза промазал. Взрывы импульсных гранат вырубили последнюю группу прикрытия, я оставался один, я был на прицеле, надо было что-то делать, и я просто не знал что.

Отступить? Нет. Меня на отходе тут же выцелят и прикончат.

Продолжить сражаться? Как выход, но долго ли я смогу держаться?

Выскочить на них с гранатами в руках? Можно, но тогда я гарантированно труп. Условно.

И я решил совершить последнее. Сорвав гранату со своего пояса, а потом вторую с пояса Лаки, я выскочил в комнату, где были остатки врага. Они ожидали этого хода, ожидали, что я вылезу и ринусь в атаку на них… но не думали, что я разбросаю гранаты в разные стороны. А что? Увеличить радиус поражения – благое дело, всё равно в меня уже попали, ноги уже дёргает, а вопль боли вырывается из моей груди.

И, наконец, когда гранаты сработали, меня накрыла тьма.

Глава 12

В себя я пришёл уже в комнате ожидания без брони, без оружия. Рядом со мной лежало ещё несколько человек с нашего взвода, так что я был не последним, мы тут ещё точно проторчим недолго. Поднявшись на ноги, я осмотрелся получше. Десять человек так ещё и не пришли в себя, один, тот самый герой, что вытолкнул самоубийцу, умудрился себе вывихнуть шею, но вроде обошлось, живой, на ногах стоит, только руки поднять не может. В остальном норм.

Все были на взводе, ведь этот тест определял, повторят нам эти три месяца обучения, либо переведут на следующий семестр. А ещё это чувствовалось хорошо благодаря тому, что у нас так и не был отключён мыслеканал, так что я чувствовал всё напряжение.

Недалеко от меня ходила Рейвен, грызла ногти, как маленький ребёнок. Никогда за ней этого не замечал… хотя я и не следил особо, и не хотел следить, мне по большей части было плевать на всех, с кем я обучаюсь, а сейчас… сейчас нас уже что-то начинает связывать, всех нас, меня и двадцать девять простолюдинов. Да и я уже особо на аристократа похож.

– Нервничаешь? – подошёл я к девушке, из-за чего ей пришлось остановиться.

– А ты бы не нервничал, если бы в твоей жизни происходило что-то важное? – фыркнула она в мою сторону, но даже взгляда не перевела, после чего опять начала расхаживать из стороны в сторону.

– Нервничал, ещё как, – с лёгкой усмешкой сказал я, усевшись на один из соединенных стульев. – Ты даже не представляешь, как я нервничал, когда принимал важные решения. А сейчас… ерунда, честно. Тремя месяцами больше, тремя месяцами меньше, это не особо имеет значение.

– А что тогда имеет значение, если не потраченное время? – гневно она посмотрела в мою сторону, быстро бросив взгляд, после чего скрестила руки под грудью и склонила голову.

– Потрачено ли это время с пользой, вот что важно, – совершенно спокойно пояснил я, смотря пристально в сторону глаз девушки, надеясь, что она поняла мои слова. – Ты можешь просто лежать на кровати, это время, потраченное без пользы. А можешь что-то сочинять, оставив строки после себя своим потомкам. Это уже польза, сомнительная, конечно, литераторы всегда… странноватыми казались для своих сверстников, но всё же. Мы тут учимся, мы сделали всё, что от нас зависело, чтобы пробиться на следующий год обучения, если нам скажут нет, скажут снова переучиваться, то нужно понять ошибки и снова пройти данный нам путь.

– Честно, Войд, – повернулась ко мне лицом Рейвен, – иди ты в задницу со своей моралью и философией! У меня отец сказал, что я должна обучиться, обязана! Иначе он прирежет мою сестру, как когда-то прирезал мою мать! Тебе не понять, что это такое – жить обычным человеком, ощущать постоянного страх за свою жизнь, страх за жизни других людей! Вы, чёртовы аристократы, только и умеете, что нежиться в лучах славы своей крови! Вас все ненавидят, вы все – моральные уроды!

– Спасибо, глаза ты мне не открыла, – пожал я плечами, отвечая весьма спокойно на её выходку, так как у девушки сейчас явно чуть ли не нервный срыв, а если не он, то очень близко к нему. – Но вот что я тебе скажу. Ты не знаешь того мира, в котором живут аристократы. Да, они сами себе создают проблемы, сами надумывают себе миллиарды теорий заговоров… но при этом там каждый день война, скрытая от глаз обычных людей. Например, чтобы легально завладеть моей планетой, меня отправили сюда, предварительно хорошенько чем-то протравив. Тут уже несколько раз меня пытались прикончить. И знаешь кто? Мой собственный брат. Так что твои жалобы на то, что там кто-то кого-то убьёт, меня совсем не напугали и не разжалобили.

– Да ты просто ни хрена не понимаешь чувства обычных людей! – начала возмущаться девушка, шумно дыша ноздрями, которые аж вздымались от её потуг.

– Всё я понимаю, иначе почему моя планета считалась лучшей в секторе Греев? А? – с лёгкой усмешкой сказал я. – Слушай. Вот чем ты занималась во время своего отпуска? Пыталась хоть как-то противостоять своему отцу? Подожди, не отвечай. Я отвечу за тебя – нормально даже не пыталась. Вот я своему брату, который меня хотел убить на моей планете, объявив предателем Академии, противостоял. Я у него собственную планету вырвал из цепких лап, так как это, чёрт его дери, моя планета, я за неё отвечал, я отвечал за тот народ, что там проживал. А он всё начал губить, люди стали умирать стремительно, когда он захватил власть. И я целый месяц воевал за свою родную планету, понимаешь? Месяц в грязи, с переломами, а медицинского оборудования там не было такого, как тут, с жуткими ранами и почти ежедневной беготней. Я сделал всё, что считал нужным, чтобы противостоять своему брату, мог бы убить его – убил, но он был очень далеко от меня. А что сделала ты, чтобы не жить в постоянном страхе?

– Я?.. – растерялась девушка, опустив обе руки, а мгновением позже на её глазах начали наворачиваться слёзы. – Ничего… я просто бесполезна… я могла прикончить ненавистного отца… но… не смогла… он же мой отец…

– Сначала реши, что ты хочешь сделать, а потом уже делай, – абсолютно серьёзно проговорил я. – Не обязательно его убивать, можно просто преподать урок, при возможности забрать свою сестру от этого урода, позвать своих знакомых при возможности, чтобы они помогли разобраться. Вариантов много, но решать только тебе.

Договорив, я встал со стула и направился в сторону своей тройки, точнее к двум бесчувственным телам, что так и не пришли в себя. Пульсар и Лаки лежали на импровизированных лежаках, в принципе, я лежал на таком же, мерно дышали и вообще ни о чём не волновались. Можно было подумать, что они спят, но это было не так.

За тридцать минут пришли в себя ещё пять человек, в том числе и Стрелок, которого довольно жёстко вынесли. Вид у него был убитый, явно раскалывалась голова, было повышено давление, и общее состояние было отвратное. Не всегда приятно ощущать, как тебя бьёт током, причём до такой степени, что мозги принудительно выключают тело.

Примерно в этот же момент в зал ожидания нашей группы вошёл наш командир, мы его в шутку прозвали Джигит, на что он даже и не обижался. Вид у него был… насмешливый, двоякий, было непонятно, то ли он злился, то ли хочет просто над нами ради шутки поиздеваться. Но в итоге он молча проследовал к ближайшему стулу и просто уселся на него, положив одну ногу голенью на колено другой, а руки скрестив у себя на груди. Видимо, ждёт, когда все придут в себя.

Появление нашего командира некоторых смутило, повисла недолгая тишина, после снова начались разговоры, только тише, почти шепотом. И при этом в мыслеканале какофония так и не закончилась, она только усилилась, ибо вот такое появление командира взбудоражило многих, но меня… всё это сильно напрягло.

– Как хотите, – обратился я ко всем командирам троек, – а я отключаюсь. Меня ваши эмоции… напрягают. Учитесь контролировать транслирование мыслей в общий канал, это очень сильно сказывается на состоянии вашего головного мозга. Войд, конец связи.

И сразу наступила тишина. Мои слова снова прервали общение всех моих одногруппников, а на себе я поймал несколько недовольных и даже надменных взгляда. Это уже начинало забавлять, они это сами понимали, но из-за этого бесились ещё сильнее. После того, как я расстался со своей планетой, мне эти наши… взаимоотношения стали такой мелочью, что даже перестали волновать. Ну и что со мной будет, если они со мной не будут общаться, если будут меня призирать? Да по сути ничего, не будет лишних причин волноваться.

Ещё минут десять потребовалось на то, чтобы все пришли в себя. Лаки оказался самым последним, что немудрено, в него прилетело довольно много импульсов, которые по сути были предназначены мне, но он меня прикрыл, хотя сам этого и не знает. А я ему, конечно, говорить об этом не буду, надо будет, узнает сам, не надо, просто забудется и мной, и всеми, кто мог это видеть.

– Становись! – довольно бодро и весело отдал команду Аист, разделив слово-приказ на две части, словно для разучивания команды.

Мы медленно построились в три шеренги, в первой были командиры троек с первой по десятую, а за ними шли их подчинённые. Когда наш строй был сформирован, наш Джигит, поиграв густыми усами, поставил обе ноги на пол и поднялся со стула, пристально осматривая нас. Он молчал, довольно долго молчал, рассматривал нас, ходил из стороны в сторону, с заведёнными за спину руками, и тихо усмехался.

– Бездари, – с ядовитой усмешкой сказал командир, из-за чего какая-то девушка в строю не выдержала и заплакала, причем весьма звучно, но её быстро утихомирили, успокоили, после чего командир продолжил: – Спасибо. Так вот, болваны. Вашей задачей было захватить опорный пункт противника. Уничтожить взвод. Один-единственный взвод. А что вы сделали?

– Подохли? – с усмешкой сказал Стрелок, поглядывая явно на меня почти через весь строй.

– Стрелок, выговор, – опять с усмешкой сказал командир, довольно переведя на меня взгляд. – Не угадал ты с ответом. Вы уничтожили полтора взвода, так как и меня ввели в заблуждение по поводу выставленной группы противника. Мне чётко дали понять по заданию, что нам надо разделаться с одним взводом, придурки, а вы уничтожили полтора взвода. Не очень изысканно, да и выжить могли по большей части… но молодцы. Войд, за проявленную смелость и находчивость объявляю благодарность.

– А за что ему?! – взорвался Солярис, грубо перебив командира. – Он нас всех повёл в атаку, так как имел на это право, старший по званию этот… Войд. Из-за него весь взвод полёг!

– Без него весь взвод полёг бы раньше, юноша, – довольно грубо рыкнул на своего подчинённого Аист. – Выговор, строгий. Хрен тебе, а не улучшения в ближайшие несколько месяцев. И любой, кто посмеет хоть что-то вякнуть, последует за ним. Даже не так… наказание будет строже. И не сметь поправлять меня! Никто! Я просто так благодарностями не раскидываюсь. И вот эта выходка Соляриса говорит о том, что вы – чёртовы невежи, мерзкие мелкие людишки, которые ещё не до конца поняли, где они оказались. Скажу прямо, у меня есть полномочия расстреливать на месте, за это мне мало что будет, так что… выбирайте слова осторожнее. Всем всё понятно?

– Так точно! – взревел весь строй разом, после чего повисла тишина.

– А вот мне ваше поведение ни хрена не понятно! – продолжил кричать на нас командир. – Была бы моя воля, я бы вас всех на хрен повторно отправил на эти три месяца обучения! Вы все прошли, до единого. Взвод не лучший, но всё же показали вы себя с хорошей стороны. Ещё раз скажите спасибо Войду, без него бы вы не прошли. А теперь бегом марш в расположение!

В расположении я уже ни с кем не общался, спокойно завалился в свою комнату и думал, как я проведу две недели отдыха на этой станции. Сначала все мы думали, что нас снова отпустят по домам, но из-за волнений по всей территории человечества нам приказали оставаться на станции. И только после того, как нам всем пришла рассылка с доступом в несколько секторов станции, мы узнали, что тут даже есть чем заняться.

В первый день отдыха я зависал в объёмных кинотеатрах. Столько новинок было мною пропущено, что я решил всё это компенсировать разом. Целый день ходил с сеанса на сеанс, пока не вернулся в расположение далеко за полночь и не завалился спать. Нас никто не будил, в эти две недели мы были предоставлены сами себе, даже деньги пришли на наши личные счета, чего я не заметил из-за довольно внушительной суммы, что там у меня была до этого.

Тридцать тысяч кредитов за один год обучения. Копеечная сумма, маленькая, но на две недели бурного отдыха её должно было хватить с лихвой, всем, не только мне, хотя я за первые сутки умудрился потратить больше десяти тысяч, зато с пользой! Как там говорил мой отец? Я культурно обогащался! Именно так, и плевать, что это были развлекательные фильмы, ведь, как говорил мой дед, в каждой шутке есть только доля шутки, остальное правда.

На второй день мы всем взводом завалились в виртуальный тир. Арендовали на пять часов тридцать капсул дополнительной реальности, кстати, даже сейчас это считалось весьма рискованной технологией. Там мы сначала были участниками какой-то невероятной космической баталии, каждый был капитаном своего маленького космического звездолёта. Я хоть и не был самым лучшим, но мне понравилось. Как ни странно, лучшим пилотом оказался Пульсар, его никто не смог сбить, вообще никто. А до этого мы все над ним тихо посмеивались, что он – деревенский дурачок. Вот тебе и дурачок, пять часов беспрерывного боя и ни единой ошибки, которая бы привела его к смерти.

Потом мы просто разминались в стрельбе, соревнуясь друг с другом в различных условиях. Сначала сражались группами пятнадцать на пятнадцать, потом разбились на тройки, играли, а я всё это воспринимал как развлечение, этакое соревнование. В общем, время и с пользой, и с разгрузкой эмоционального напряжения.

– …а ты видел, как я их всех?! – обратился ко мне Пульсар, когда мы возвращались в расположение. – Они меня ни разу не смогли, а я больше двадцати пяти сбитий за все время сделал! Войд! Во-ойд?

– А, чего? – выпал я из размышлений, причём даже сам не заметил, как в них провалился, вот я шёл и весело общался со своими друзьями, за год этих двоих я привык так называть и стал их реально таковыми считать.

– Ты вообще с нами? – уточнил уже у меня Лаки. – А то ты как-то выпал из реальности.

– Ага, – ответил я спокойно, вспоминая то, что меня так выбило из колеи.

Вот мы шли, общались, а потом… голос. Помню он мне что-то говорил, но не помню, что. И голос был очень знакомым, словно из далёкого детства, очень далекого детства… но я не мог вспомнить, кому он принадлежал. Но вот он говорил… что-то о моей силе, что-то о том, что я должен буду сделать или уже сделал когда-то? Словно я вернулся в прошлое, чтобы стать тем, кто есть сейчас, но это звучало как какой-то бред, по сути, это и был бред, но какой-то… слишком реалистичный.

– Ладно, на завтра у вас какие планы? – уточнил я у своей тройки, когда мы уже были в расположении.

– Думаю снова в капсулы зарубиться! – с азартом проговорил Лаки. – Только… думаю во что-то другое поиграть, может, на мечах поучусь сражаться, может, ещё что-то попробую, не знаю. Но это клёво! Мне очень понравилось!

– А я думаю посетить музей, – как-то стеснительно, что ли, сказал Пульсар, отведя взгляд в сторону. – У меня отец часто находил какие-то артефакты, рассказывал о них много… я, правда, не помню, что именно он рассказывал, но мне нравилось. Вот и сейчас хочу походить по музею.

– Их тут пять, – усмехнулся Лаки. – А ты, Войд?

– Надо кое-какие хвосты позакрывать, – нахмурился я. – Личные проблемы, скажем так.

Перебросившись ещё парой слов, мы разошлись по своим комнатам, где я открыл сообщение, что пришло вместе с тем странным… выпадением из реальности. Оно было от брата, оно было очень гневным и очень… решительным. Хотя по его манере написания так не скажешь.

Дорогой Тиберий.

Мне очень горестно узнавать, что ты воспротивился моей воле. Да, есть моя вина в том, что я не опроверг глупые слухи по поводу твоей мнимой смерти. Но ты меня расстроил. ОЧЕНЬ!

Твое решение передать планету Академии, этому полулегальному формированию, очень сильно ударило по репутации нашего клана. Ты представляешь, из-за этого Вайты, Блеки, Блу и Грины разорвали с нами некоторые контракты… на МИЛЛИАРДЫ КРЕДИТОВ В ДЕНЬ! Ты мне обязан всё это компенсировать. Иначе я уничтожу тебя и всю Академию. Каждый месяц двадцатого числа я буду ждать от тебя получки в три триллиарда кредитов. Иначе никак, братец. Иначе смерть.

Без уважения, твой старший брат.

Интерлюдия 3

Грей

Целых три месяца после космической битвы ничего не происходило. Все планеты возле ключевой звезды, что прозвали оборонной, были превращены в крепости. Тысячи защищённых крепостей на каждой планете, на каждом клочке суши траншеи. Все готовились к войне, к долгой и жестокой осаде, но, как гласит истина, чем дольше армия простаивает, тем сильнее расслабляется, тем большей бюрократией её нагружают.

– Какой, к чёрту, отчёт?! – взорвался Грей, стоя в помещении квантового приёмника сигнала, в котором говорящий словно присутствовал рядом с другим говорящим, хотя могли находиться в разных уголках галактики. – Вы понимаете, что это уже ересь с вашей стороны?! Даже когда мою когорту осаждали на другой планете, вы не требовали столько отчётностей в одном файле! Зачем вам точный и пофамильный состав войск? Зачем вам состояние вооружения? Вы этим будете воевать? Нет! Надо посчитать и сверить, присылайте сюда своих офицеров, мы тут к битве готовимся!

– По нашим сведениям, противника на подступах к звёздной системе не обнаружено, – спокойным и довольно бесящим тоном говорил старший офицер из штаба объединения. – Так что нам нужны полные сведения о составе ваших войск, а также всё вооружение. Думаю, Грей, вы не дурак, понимаете, зачем нам это надо. Ваша планета – третья от звезды, и третья обитаемая от края звёздной системы, удар по вам весьма маловероятен.

– Да мне плевать на все ваши тактические проволочки, – нахмурился командующий обороны всей планеты. – Вы хотите отнять у меня людей, хотя у меня и так их меньше всего, я это знаю. А это, чтоб вы понимали, подорвёт оборону всей этой планеты очень сильно. И не важно, сколько человек вы захотите забрать, одного или тысячу, в любом случае я вам никого и ничего не отдам.

– Вы слишком много на себя берёте, Старший Легус! – уже гневно высказался старший офицер. – Мы применим к вам все доступные нам дисциплинарные меры!

– А я вас пошлю на все возможные направления, – усмехнулся Грей. – Не забывайте, с кем вы общаетесь. Я с этими тварями воевал ещё тогда, когда вы в своём главном штабе имитировали свою военную деятельность. Так что не вам мне ставить условия, а мне вам. Или вы хотите мне показать, что у вас опыта ведения боевых действий против пустотных больше, чем у меня?

– Вы!.. – покраснел говорящий, после чего его кто-то отвлёк. – Конец связи! Но мы ещё не закончили! Вам ваша гордость дорого обойдётся!

– Прощайте, – усмехнулся Грей, обрубая передачу данных.

Помассировав виски от усталости, Грей вышел из помещения и направился на улицу. Последнее время штабные и ни хрена не знающие офицеры часто берут на себя больше, чем имеют вообще на то прав. Да, Грей был в составе войска, но он сразу обозначил свою позицию, что будет вести войну так, как сам считает нужным. Его не услышали и попытались перечить.

На улице Грей взял сигарету, что до сих пор производили, хоть и кричали, что это вредно для здоровья, и сделал затяжку. Система тут же предупредила, что происходит отравление организма, но Грей отмахнулся. Порой разговоры со штабными уродами тяжелее, чем самая безвыходная битва, они – нервы трепать мастера, при этом ничего не давая взамен.

Задрав голову к небесам, командир посмотрел на ночное небо. У кого-то ночь, а у кого-то ещё день, вот и требуют установить канал связи, когда ИМ удобно, а не когда удобно тем, кто держит оборону. Они там спят на мягких кроватях, а тут бойцам даже обычные койки не предоставить, некоторым приходится спать на полу или на том, что сделали сами, своими руками.

Но сейчас… мысли Грея были не об этом, он уже какой день думал о тех самых «семенах», что разлетелись во все стороны, по времени они уже должны были пролетать мимо этой звёздной системы. И Грей всё ждал, когда же будет момент истины. Штабу об этом он сообщал уже ни раз, и не два, первую неделю он настойчиво советовал настроить все радары на враждебные объекты размером с астероид, максимум с комету. Но вместо этого штабные предпочли трепать нервы и не делиться информацией, решать всё самостоятельно, невзирая на мнение полевых командиров. Зря, очень зря.

Рассматривая небеса, Грей всегда любил пересчитывать звёзды, которые видно, не подключая к этому систему. Но делал он это по-своему, смотрел именно на созвездия, которые сам для себя составлял, смотрел на их целостность, чтобы именно там не пропали звёзды. Сегодня всё было так же, как и вчера, ничего не изменилось, Пустотные словно затихли. Но это было до именно этого момента.

– Ещё одна звезда?.. – вздёрнул одну бровь Грей, всматриваясь в почти на горизонте находящееся созвездие. – Нет… двигается… спутник? Надо проверить, – спокойно пробормотал себе под нос Грей, после чего потянулся к малой радиостанции, которая имела связь с его штабом на этой планете. – Цитадель, я – Грей, проверьте небо над Кортие-три, вижу странное движение.

– Есть проверить небо над Кортие-три! – отрапортовал дежурный боец, после чего начал передавать информацию.

Потянулись долгие минуты, ожидание всегда кажется дольше, чем когда что-то делаешь, но это неизбежная часть всего трудового процесса, невозможно всегда активничать, иногда надо ждать. Вот и сейчас Грей терпеливо ожидал, наблюдая, как малозаметный объект сгорал в атмосфере, из-за чего его можно было принять как за далекую звезду.

– Товарищ командир! – отозвался тот же подчинённый по рации, уже так привычно обозвав Грея не просто командиром, а товарищем командиром, и было за что. – Этот объект… внегалактического происхождения! И он не один, на дальних подлётах к планете обнаружено ещё два десятка похожих! Объявлять тревогу?

– Объявлять боевую тревогу! – тут же принял решение Грей. – Передать всю информацию в главный штаб группировки! Передай, что семена добрались, а эти дебилы… это слово передавать не надо, прошляпили это, несмотря на мои предупреждения!

– Есть! – отозвался его подчинённый, после чего связь прервалась.

Буквально через минуту по всей планете стали раздаваться сигналы тревоги, бойцы зашевелились, как муравьи в своём жилище, когда туда кто-то пытается прорваться. Сейчас все должны были действовать как один большой и единый организм, Грей не просто так почти три раза в неделю в разное время по всей планете подрывал всех бойцов. Он знал, что такое произойдёт, он знал, что придётся сражаться, и готовился к этому по полной.

– Командир! – когда дело было срочным, его называли кратко. – Контакт в секторе Дельта-тринадцать! Направили два батальона пехоты и три бронетанковых роты для уничтожения противника! Ожидается в ближайшие тринадцать минут ещё три контакта, потом – по одному раз в пять минут!

– Действовать в соответствии с выработанным планом! – чётко отчеканил Грей. – При попадании противника в штаб, передать управление на резервный пункт управления и организовать оборону до прибытия сил! Вскрыть документацию на экстренный случай, быть готовым к применению атомного, термоядерного оружия! Выполнять!

– Есть! – спокойно ответил дежурный офицер, что также слушал Грея, помимо бойца на станции связи.

Боевая машина начала работать, если всё так, как Грей рассчитывал, если его подчинённые бойцы из Академии правильно расставят все силы, то особых потерь не будет. А если всё пойдёт не по плану… то расплата будет очень жестокой.

– Подготовить кодограмму для запроса подкрепления, – нехотя проговорил Грей. – Количество противника будет зашкаливать, мы с высокой вероятностью без орбитальной поддержки не справимся.

– Е-есть… – слегка опешив, ответил офицер, после чего раздался взрыв в нескольких километрах от самого командира.

– Приготовиться к бою! – крикнул Грей в сторону здания, ожидая, когда боевая машина начнёт раскручивать свой маховик и тут. Он был единственным бойцом Академии в этой части планеты, но и обычные люди должны были справиться с этой напастью. Обязаны справиться, иначе они станут кормом для этой вечно голодной машины войны.

Глава 13

– Прямо так и написал, три триллиарда кредитов, или он уничтожит Академию? – стоял с насмешливым выражением лица Аист, рассматривая меня внимательно. – И письмо при этом с блокировкой передачи?

– Именно так, – пожал я плечами, слегка поджав губы. – Как он отправил это письмо, я сам ума не приложу, но оно у меня есть. Могу прямо рапортовать об этом начальнику Академии. Если есть какие-то технические возможности достать это письмо, то я только за. Тут прямая угроза Академии.

– Ладно, доложу начальнику через своего начальника… – тяжело вздохнул командир. – Чёртова бюрократия. Ладно, что ты планируешь делать с этим письмом?

– Послать только к чёрту этого придурка, – усмехнулся я. – А что мне ещё остается делать? У меня даже процентные отчисления от налогов моей планеты столько денег не приносят, а тут озвучен почти пятилетний налоговый оборот… короче, пошёл он пешим походным в дальние дали.

– На хрен, – заржал Аист. – Мог говорить прямо, я – человек простой. Ладно, ты пока сиди на жопе ровно, а взрослые дяди займутся галактической политикой. Наверное. Я тоже буду сидеть на жопе ровно, за вами, дурнями, следить.

И он удалился с весьма мрачной миной на лице. Не знаю, что с ним такое вытворяет его начальник, если он к нему ходит с таким недовольством. Ну и фиг с ним, главное, чтобы это первый месяц не аукнулось. Точнее до ближайшего двадцатого числа. А когда оно у нас? Правильно, завтра!

Мне было жутко интересно, что он такого сделает, если я ему не пришлю деньги, а главное – как? Хотя второй вопрос отпадает спокойно, меня уже в пределах Академии несколько раз пытались прикончить, предпримут ещё несколько попыток гарантированно. Надо внимательнее смотреть по сторонам, а пока… спать…

Зайдя в комнату, я по привычке глянул на частично разобранный доспех. Я, как и хотел, начал постепенно сдавать на ремонт и преобразование в умный металл, чтобы я его под конец второго года обучения смог спокойно надевать целиком. По крайней мере, у меня такая задумка, как оно будет на самом деле – мне пока неизвестно, может, я изменю дизайн.

На тумбе рядом с кроватью лежал, можно сказать, единственный предмет из моего прошлого – очки виртуальной реальности. Как бы мне ни хотелось сейчас провалиться и без боли с кем-нибудь постреляться, но сегодня я от этого как-то устал, надо просто поспать, впервые за весь год, без использования технологий… словно в каком-то другом мире чувствую себя.

Приняв вечерний душ, всё же этот провал в осознании происходящего, а также странный голос не давали мне покоя. В глубине души я понимал, что это просто нервы, что моё богатое воображение со мной играет плохую шутку…

– Когда от меня все проблемы отстанут? – упав на кровать, пробормотал я в подушку, чувствуя, как сознание начинает уступать подсознанию, а перед глазами начинают мелькать различные изображения.

– Ты уверен, что всё будет так хорошо? Хах! Надейся!

– Твою ж! – подскочил я на кровати, сбрасывая с себя одеяло, подсознательно отправив запрос на активацию своего плазменного копья.

Три часа ночи, комната… пуста. Голос как был, так и исчез, но он звучал так, словно мне говорили на ухо, словно говоривший был прямо тут, по соседству со мной. И голос был до боли знакомый, я даже помню, где я его слышал впервые.

Тот же голос, что и при выстреле того гигантского танка. Я думал, что мне тогда привиделось, послышалось… но… он словно засел в моей голове, не отпускал, не отступал. И, чувствую, всё будет только хуже. Я впустил это в себя, либо раскрыл это в себе, сорвал с цепи. Я даже не подозреваю, что это за тварь, но она меня… реально пугает!

– Где эти чёртовы очки?.. – недовольно пробормотал я, деактивируя своё плазменное копье, а потом завис, смотря на уже пустую руку.

Стоп. У меня стоит блок на активацию оружия в помещениях Академии, в которых не предназначено использование оружия. Какого хрена?! Надо проверить логи… смотрим… смотрим… вот оно…

– Из-за повышения адреналина, кортизола, а также из-за чувства ложной беспомощности возник высокий риск панической атаки, что могло привести к возможному летальному исходу. Временно сняты наложенные ранее ограничения на использование любого оружия. Интересно…

Улыбнувшись, я схватил очки, напялил их на себя, предварительно поставив таймер на семь утра. Запустил снова свой любимый шутер и начал стрелять всех, кого только видел. Первый бой, ни разу не умер, второй бой, один раз отправили на перерождение, но не страшно, третий бой…

– Сука! – подскочил я, увидев высокую, худощавую фигуру, полностью облачённую в сотканный из тьмы плащ, лицо его тоже не было видно, оно было закрыто такого же оттенка тканью.

Это… чучело, а это было именно оно, словно пристально смотрело за мной, за каждым моим шагом, за каждым моим движением, словно анализировало, оценивало. Не было ни глаз, ни ушей, ни каких-либо других частей тела, которыми это могло наблюдать… но я словно осязал, как эта тварь хочет узнать всё обо мне.

Сделав выстрел, потом ещё десяток, полностью разрушив основание этого чучела, которое неожиданно стало нормальным, я побежал дальше, только на этот раз… я умирал почти от каждого встреченного мною бота. Они стали словно… умнее, быстрее, внимательнее. И во взгляде каждого я видел ту тьму, из которой было соткано то чучело. И при встрече с каждым из них я чувствовал… панику.

Выйдя из игры за несколько часов до будильника, я запустил другую, обыкновенные гонки на гравибайках. Но и тут от меня эта тварь не отстала… на этот раз это было не чучело, на этот раз эта тварь решила действовать более изощрённо. Три байка словно полыхали тьмой, а «люди»… их там не было, байки ездили сами по себе. И сколько раз я ни пытался их обогнать, столько раз я разбивался на какой-то нелепости. Один раз я просто разбил голову во время поворота, на земле оказался камень побольше, он мне и снёс с плеч обиталище моих мыслей, виртуальное. Второй раз я врезался в стену, она там была, но я просто не успел свернуть, боли не было, но ощущения так себе. Третий раз… а вот третий раз меня нагло выбили с трассы эти байки.

Психанув, я вышел из этой игры, вышел из системы дополнительной реальности и на хрен выбросил эти очки подальше от себя. Сейчас я злился, злился на всё, даже на самого себя. В голову так и лезли мысли о том, что надо сдохнуть, и все проблемы будут решены, но я отбрасывал такие мысли. Жить мне нравилось, жить мне хотелось, в смерти нет столько эмоций, столько событий, ярких и не очень.

– Да что за фигня со мной происходит?! – взорвался я, вставая с кровати, направляясь к помещению с броней.

Она стояла всё там же, всё так же, в полуразобранном состоянии. Не знаю почему, но я успокаивался, просто чувствовал внутренний покой. Эта броня мне напоминала о доме, о тех счастливых временах, когда мама ещё была жива, когда она была рядом, когда я мог чувствовать себя в безопасности.

– А мог ли?! – снова раздался этот голос, только с насмешкой и надменностью, что меня тут же выбило из колеи, из спокойствия.

В следующий миг моя голова начала раскалываться, я еле устоял на ногах, зацепился за открытый каркас на торсе своей брони, чуть ли не начал кричать от этой боли, но стиснул зубы и перетерпел. Пот выступил на лбу, покрыл всю спину, руки сильно дрожали, ноги подкашивались. Когда я пришёл в себя окончательно, то почувствовал, как на висках пульсирует, чувствовал свой пульс, в ушах звенело, но, по крайней, мере я мог стоять без поддержки.

– А я думал, ты покрепче, – усмехнулся голос, но потом начал серьёзно: – Ты помнишь, кто я и зачем я тут. Я же тебе намекнул, что я от тебя не отстану. Так вот. Развивайся, становись сильнее, насыщай своё тело. А я потом… в общем, не важно. Я тебе помогу, когда-нибудь, как-нибудь. Потом. А за это плата, большая. Но потом, всё потом. Но ты развивайся, а я тебя ещё навещу.

– Иди ты к чёрту, тварь! – крикнул я, мотая головой во все стороны, пытаясь найти хоть какие-то следы этой гадины.

– Можно сказать, я и есть твой чёрт, – усмехнулся этот… внутренний голос, после чего словно исчез.

Моментально стало легче, голову отпустило, воздух словно стал в полном объёме попадать в мои лёгкие. Разум стал яснее, а чувство чужого присутствия полностью исчезло, а ещё… возникло ощущение, словно с меня сбросили оковы, что я свободен…

Но это была иллюзия, эта тварь предупредила, сказала, что вернётся. И мне надо каким-то образом готовиться к встрече с ней. Но эта… тень, она ждёт именно того, что я стану сильнее, что буду развиваться. Вот только зачем? Захватить моё тело? Вряд ли, защита Академии не даёт даже подействовать на разум гипнозу, а тут будет резкая подмена личности. Хотя, может, и не заметит, ведь это внутренние изменения, а не внешнее воздействие.

В любом случае надо бороться за своё существование, жить-то хочется, да и вроде я своё существование начал налаживать… потеряв всё, что у меня было. Хотя и приобрел я не меньше. Сейчас я знаю, что мой отец жив, да, он на другом конце галактики, но он жив, это уже хорошо. У меня появились верные товарищи, в чём я не сомневался, появилась опора и поддержка в их отношениях со мной. Появилась хорошая подруга, что выручила в трудную минуту и несколько раз спасла жизнь. Есть старший товарищ, что пока пропал без вести, но я надеюсь на то, что он жив и невредим. И ради этого стоит жить.

До середины дня я вообще ничем не занимался, не было настроения, да и не хотел подавать виду, что у меня что-то не так. Потом я всё же решился выбраться из своей комнаты, и тут же мне на глаза попалась Рейвен, которая очень сильно любила задавать вопросы. И она тут же пристала, почему я не выходил так долго. Я ответил довольно грубо, чуть ли не послал, судя по тону, но она просто кивнула, словно я ответил на какой-то дежурный вопрос, и девушка пошла дальше. Что это было, я так и не понял.

Только я хотел проследовать в комнату досуга, чтобы опять поиграть с кем-нибудь в шахматы, умственная деятельность помогает отвлечься, как тут же ко мне прибежал Лаки с весьма взъерошенным видом. Он был запыхавшимся, несколько перепуганным, глаза бегали из стороны в сторону, а первую минуту он не мог даже двух слов связать.

– Это… Войд… Нас… Тройку нашу… Начальник… Академии вызывает, – сделал он глубокий вдох, шумно выдохнул, стряхнул пот со лба, после чего начал говорить четче. – Чёрт, обыскался тебя по всей Академии, не подумал взглянуть на карту, свою тройку же видно. В общем, Аист меня перехватил, попросил дать тебе сигнал, чтобы ты как можно быстрее шёл к начальнику Академии. Ну и я с Пульсаром с тобой. На кой хрен, нам так толком и не объяснили, сказали срочно и всё тут.

– А где Пульсар? – всё ещё пребывая в хреновом расположении духа с не менее ясным выражением лица осмотрел я своего соратника.

– Уже возле дверей начальника, сказали, что без тебя заходить нельзя, – выпрямился до этого полусогнутый Лаки, сделал ещё один глубокий вдох, после чего схватил меня за руку и потянул к выходу из расположения. – Пошли давай!

– Мне что, и пожрать теперь нельзя? – недовольно высказался я, но сопротивляться не стал, бодро зашагал за Максом.

– Иногда надо перетерпеть, – философским тоном подметил Лаки, после чего потянул меня ещё сильнее, буквально переходя на бег возле дверей. – Давай быстрее!

– Куда быстрее?! – прикрикнул я, не выдержав. – В дверь впечататься?! И отпусти ты меня уже, я сам умею ходить! И бегать умею, если это надо! Тем более я знаю, где находится кабинет начальника!

Выдернув руку, я проследовал в открытую напарником дверь, после чего довольно быстрым темпом направился в сторону транслокатора, ведущего в отсек командования. Путь до него, на самом деле, был не близкий, но благодаря сети транслокаторов, которые в штатном режиме работали исправно, а во время нападения ради экономии энергии и невозможности быстрого продвижения противника отключались.

Подойдя к нужной «телепортационной» зоне, я нажал несколько кнопок, после чего в мгновение ока очутился в другом помещении. Лаки появился по соседству со мной, и вид у него был мутный. Он не любил эту технологию, у него всё нутро наружу просилось после каждого такого перемещения. По статистике, каждый пятый не выдерживал перемещения, и его тошнило в первые разы, а потом весь остаток жизни они просто чувствовали недомогания. Иногда без тошноты, но всё равно не приятные чувства это всё вызывает у них.

Стоило мне приблизиться к кабинету начальника, как его ассистент меня остановил, сверился с каким-то списком, после чего сказал сидеть и ожидать, мол, пригласят потом. Ну и пришлось нам так сидеть ещё около часа, а тут даже не было никаких автоматов с едой, чтобы угомонить мой громко возмущающийся живот.

– Остус Войд, – выбил меня из дрёмы ассистент, позвав меня, из-за чего я на автомате подскочил. – Вас вызывает товарищ координатор!

– Понял, – кивнул я, после чего отряхнул по приобретённой привычке свою одежду и зашёл после стука и разрешения в кабинет.

В кабинете, кроме меня, находилось всего три человека, два из них мне были знакомы: сам координатор, он же начальник Академии, а также мой непосредственный командир – Аист. Третьего я не знал, но система тут же его подсветила, обозначив как младшего координатора Белирия Горнова, начальника службы обработки поступивших заказов.

Все трое что-то довольно бурно обсуждали, не обратив внимание на моё появление вообще никакого. Меня это даже как-то устроило, я втянул живот, чтобы он не выдавал моего присутствия, но всё же про меня вспомнили, пригласив присесть на ближайший ко мне стул за столом координатора Майрова.

– Так, Войд, – повернулся ко мне через несколько минут Григорий. – Мне твой командир всю переданную тобой информацию предоставил. И вот что я тебе скажу… нет, сначала небольшая присказка, чтобы ты потом меньше возмущался. Ты же знаешь, что для меня безопасность Академии на первом месте?

– Так точно, товарищ координатор, – спокойно ответил я, несколько собравшись, готовясь к любой дерьмовой информации.

– Ну так вот, – продолжил он. – Мы тут провели разведку сил твоего… родственника, шантажиста хренова, и нам не понравилось то, что мы увидели. Вопросы не задавай, давай я сначала тебе все расскажу. Так вот. Есть один… флибустьер по кличке «Цоколь», именно кличке, как у собаки, не позывной, ибо это гребаная шавка, которая срывается на всех подряд по указке своего хозяина. А хозяин сейчас у него – твой братец. Он купил его. В чём опасность. Цоколь, тварь такая, украл чертежи довольно мощного оружия, которое если взорвётся в пределах хотя бы половины астрономической единицы, то Академии придёт… задница, не буду стесняться в выражениях. Так что письмо твоего брата можно считать весьма… весомым в вашем споре. И мы всю ночь думали, как бы сделать так, чтобы обезопасить тебя и Академию… ты у нас – ученик достойный, умный, надеюсь на твоё понимание.

– И что вы предлагаете? – нахмурился ещё сильнее я, понимая, что ночное происшествие это не самое дерьмовое, что происходило со мной в течение дня.

– Так сразу сложно сказать… – грустно усмехнулся координатор. – Думаю, на правах старшего начальника, я делегирую эту… обязанность твоему непосредственному начальнику. Аист, прошу прощения за формальность, тебе слово.

– Вот чувствовал, что надо было отпроситься куда-нибудь… в туалет, например… – скосил тухлую мину мой командир. – Ладно. Неуч, слушай внимательно, второй раз я тебе эти слова говорить не буду, все подробности тебе расскажут наши старшие товарищи, что сидят тут с нами. В общем… черт, а это сложно, хах… ладно. Ты и вся твоя команда должны сдохнуть.

Глава 14

– Чего?! – резко подскочил я, сжимая оба кулака, системы автоматической обороны над дверью тут же активировались, взяв меня на прицел, что, в принципе, было ожидаемо. – Я, конечно, извиняюсь, вы старше меня по званию все… но вы не охерели?! Какой к чёрту сдохнуть?! Вы что вообще городите?!

– Да заткнись ты! – рявкнул на меня мой командир, тут же усадив меня на мой же стул, со всей дури нажав на моё плечо, а я даже не заметил, когда он положил на него руку. – Ты прежде, чем возмущаться, показывать, какой ты крутой, лучше выслушай умных старших товарищей до конца, индивид! Да, тебе так преподнесли информацию, решили проверить тебя, ты проверку прошёл, но, чтоб тебя, заткнись и успокойся! – он смотрел пристально на меня, в его глазах полыхал огонь, который словно резонировал с тем, что был внутри меня, но я постепенно успокоился, прикрыл глаза и свесил голову, положив её на раскрытые ладони. – Молодец, а теперь слушай главного по заданиям, он тебе всё расскажет. Тупица.

– Прошу не оскорблять это юное дарование, – довольно вежливо сказал Аисту начальник Академии, на что тот кивнул и спешным шагом покинул помещение. – Всегда он такой вспыльчивый, зато из-под его руки вышло два отличных взвода. Ладно, сейчас тебе Белирий расскажет всё, что тебе следует знать о том, как вы… официально погибнете. Как и сказал ваш командир, вы должны для всех умереть, но, по сути, вы останетесь живы. Белирий.

– Да, координатор, – кивнул младший координатор, после чего достал какой-то переносной малый голограф, который тут же активировал, дальше начав весьма учтиво и несколько надменно говорить: – Начну издалека. Это эсминец ИСХ Изгнанник. Предназначен для скрытого проникновения в тыл противника, обладает самой совершенной на сегодняшний момент стелс-системой. Внутри находится одна медицинская капсула, подобная той, что есть в Академии, это позволит вам продолжать совершенствоваться. Также там есть полный доступ ко всей базе данных Академии, которая будет у вас раскрываться со временем, обучение ваше не прервётся. Вооружение – мощная плазменная пушка на носу, две лазерные установки на крыльях, пять турелей, завязанных на один пульт управления в тыловой части корабля, также есть автономные турели, работающие на системе определения свой-чужой, а также в соответствии с внутренними алгоритмами определения целей. Поймёте сами потом. Можешь рассмотреть внимательнее этот корабль.

Птичка была… красивая, судя по трёхмерной голограмме, что раскрылась перед нами. Сам корабль выглядел максимально гладким, не было ни единого острого угла, не считая заднего среза крыльев, что были в самом конце корпуса. Три двигателя, больших, все находились в корпусе, скорее всего позволяли довольно быстро развивать первую космическую скорость, если не вторую. Множество двигателей регулирования по всему остальному корпусу, огромная маневренность обеспечена. На носу, на самом его кончике, была видна маленькая дырка, скорее всего это и было плазменное оружие. На глазах она словно… затекла, закрылась жидким металлом. Хитро. Тут же появились две лазерные установки на кончиках крыльев, словно два кинжала вылезли и кричали о том, что хотят распороть чью-то плоть.

Ракетного вооружения не было, но… оно тут было и не нужно, обычно эсминцы были без ракетного вооружения и предназначались для быстрого налёта на прикрытие крупных кораблей противника. Несколько опытов было использовать ракетное вооружение, но опыт у человечества был печальным, запас быстро заканчивался, после чего корабли часто становились уязвимыми.

Лазерные установки исчезли, в тыловой части из корпуса выехало пять пулемётных счетверённых установок, каждая визуально сделала несколько залпов в одном направлении. Удобная штука, если на хвосте сидят преследователи. Потом исчезли и они.

Сам же корабль, по законам кораблестроения, чем-то напоминал птицу. Вообще, это уже традиция, так как аэродинамика не особо влияет на современные космические корабли, двигатели такой мощи, что расход топлива при взлёте изменится на сотую долю процента. Сейчас… это дань уважения прошлому, самолётам, которые ради достижения лучших аэродинамических характеристик делали похожими на покорителей небес. Цветовая раскраска, как и полагается кораблю-призраку, сине-чёрная, временами проскакивали белые полосы, они связывали основные узлы корабля и… просто украшали его. Соотношение размеров… крылья занимали пятую часть всего корпуса, остальное выглядело как вытянутое тело, а последняя треть как острый клюв.

– Красиво, – признался я, отлипнув от рассмотрения этого красавца. – Но к чему это и как связано с тем… что я официально, как понял, для всех, должен умереть?

– Как и сказал начальник Академии, и как ты догадался, вы должны официально для всех умереть. Ваша тройка на протяжении всего года показывала одни из самых лучших результатов… из-за чего, такое бывало в истории Академии, вас допустили к тестовому полёту на экспериментальном корабле. Вам припишут пилота из числа старшекурсников, есть на примете одна девушка, с которой вы чаще всего общаетесь, это вызовет меньше всего подозрений. Во время испытания… – ненадолго завис младший координатор, всматриваясь словно в пустоту, но потом я заметил, как его глаза бегают из стороны в сторону, словно что-то читая, после чего он заговорил: – Во время испытания ваш корабль подвергнется нападению пиратов, условно будет критически поврежден, но пиратов вы уничтожите. Пираты нападут реально, реально на вас не будет и царапины, очень мощный энергетический щит. На ваш корабль будет установлена одноразовая установка создания ложной обстановки, туда будет записана программа уничтожения этого фрегата. На самом деле вы уйдёте в стелс. Тогда Академия официально признает, что вы погибли, корабль сам же обрежет вас от основной сети, создав самостоятельную локальную ячейку, у вашего брата не будет к нам претензий.

– Но это не всё, – усмехнулся я, утвердительно высказав своё мнение, растирая лоб ладонью.

– Именно так, – кивнул младший координатор. – После всего вы на целый год заляжете в стазис-капсулы, чтобы про вас успели забыть. Эсминец будет дрейфовать на автоматике как можно дальше от всех звёзд и сверхсветовых коридоров. За это время в соответствии со схемами развития ваши организмы будут подогнаны под стандарты конца третьего года обучения. Знания… вы получите, как и навыки, вас ждёт бесконечная череда различных симуляций. Вы, вместе с той девушкой, будете первой четвёркой во всей истории Академии. Она будет вашим лидером, ты будешь её заместителем.

– Это я уже понял, – помотал я головой, с силой закрывая глаза, лёгкая паническая атака накрывала меня, так как я был не до конца уверен в том, что начальство Академии сдержит своё слово. Но всё же… выхода у меня сейчас просто не было.

– Молодец, – без какой-либо эмоции сказал младший координатор, после чего опять завис на минуту. – Вашей основной миссией будет ликвидация основной ветви клана Грей, какая на тот момент будет геополитическая обстановка, мы точно не можем спрогнозировать, но в любом случае это будет ответом, хоть и столь запоздалым, на угрозы Академии. Отказ от миссии будет означать вашу реальную смерть. Средства, способы устранения целей, порядок их устранения вы определите на месте сами, сейчас известно о пяти представителях основной ветви действующих и двух в составе Галактического Совета. Всех надо устранить. Это вам ясно?

– А почему не наймёте для этого профи? – еле сдерживая улыбку, спросил я, смотря в глаза то одному начальнику, то другому. – Это было бы куда… продуктивнее, на мой взгляд.

– Академия должна быть не причастна, – ровно, даже несколько угрожающе сказал начальник, не отводя от меня взгляда. – Если вас признать мёртвыми, у вас будут полностью развязаны руки, а мы от вас можем спокойно откреститься, так как в базе данных вы будете числиться мертвыми. Если мы направим действующих оперативников, то это приведёт к огромному скандалу как минимум, обнулению поддержки со стороны Совета, что послужит нашему скорейшему расформированию. И это даже если не учитывать тот факт, что почти вся власть в Совете в руках твоего… клана. Даже нанять не можем, свои бюрократические проволочки, ненавижу это слово, кто его вообще придумал?

– Товарищ координатор, давайте не будем отвлекаться, – его более спокойный заместитель поправил своего начальника, с чем Григорий согласился. – Вот и славно. В общем, это позволит вашими руками исполнить вашу мечту, мы знаем, что вы хотите смерти своего брата, троюродного.

– Всё равно у меня нет выбора, да? – уточнил я, попытавшись сделать щенячий взгляд, так как не хотелось впутываться во всю эту авантюру.

– Нет, – хором ответили оба, после чего начальник Академии нажал на кнопку и вызвал моих товарищей, вместе с которыми зашла и Алиса. – Думаю, вы догадывались о том, кто именно будет вашим командиром.

– Как только вы о ней заикнулись, – хмуро усмехнулся я, помотав головой в разные стороны.

На их лицах было непонимание, стресс, тревога, переживание. Они не знали, что им сейчас предстоит услышать, из-за чего где-то глубоко внутри я над ними посмеялся, хотя мне их было в каком-то роде жаль. Разговор начался примерно так же, как и со мной, но они не возмущались, как и я, спокойно восприняли информацию, глядя на моё насмешливое лицо.

Им минут десять рассказывали по поводу космического корабля, было множество разных вопросов и каждый… в соответствии с той ролью, для которой лучше всего подходили. Пульсар расспрашивал по поводу системы управления эсминцем, спрашивал, как быстро заходит тот в поворот, скорострельность орудий пилота, максимальная субсветовая скорость, максимальная суборбитальная скорость, время до достижения первой космической, второй космической и тому подобное. Лаки расспрашивал по поводу пулемётов, возможности усовершенствования системы, добавления новых орудий, он просто фанател от огромного количества стволов, но его немного осадили. Для этого нужна была целая куча умного металла. Эсминец сам его может создавать, но для этого требуется добыча его из астероидов.

– А настроить можно?! – возбуждённо спросил Лаки, рассматривая корабль с подтекающей слюной, условно конечно же, просто вид был такой у него. – Ну, чтобы во время нашего сна корабль добывал из ближайших комет и астероидов металл?

– Можно, – спокойно ответил младший координатор. – Но на целый год может не хватить энергии. Конечно, можно распределить… но чревато, вы мало где сможете подпитать свой космолёт энергией. Так что решайте сами. Можно установить любое улучшение на этого красавца.

– Солнечные батареи? – приподнял я одну бровь. – Можно же найти какую-нибудь не нужную звезду и там зависнуть, например, возле газового гиганта, вечно находясь в линии терминатора, заняв геостационарную позицию. Особенно если у этого газового гиганта есть каменные кольца, то двух зайцев одним выстрелом.

– Как вариант, но я бы не рисковал, – пожал плечами главный по миссиям. – Всё же вам требуется анонимность.

– А с погрешностью на неизвестность, которая нас ждёт, – в разговор вступила Алиса, – нам потребуется максимальная автономность и возможность отражать большую часть атак. Если мы будем лёгкой целью, то в чём смысл всей этой авантюры? Ни в чём. Я поддержу Лаки и Войда, нам нужно нарастить вооружение на корабле, а также сделать корпус местами из солнечных панелей, что позволит нам автономно существовать.

– Сами решайте, – махнул на нас рукой Белирий. – Как и сказал, вы должны строго следовать только первым моментам выданного нами задания. Дальше вы вольны выполнять его как угодно. Ещё вопросы?

И вопросы продолжали сыпаться. На этот раз начала спрашивать Алиса. Первое – про автономность системы. Если уходить в полное бездействие, поддерживать только стазис-капсулы и жизнеобеспечение, то можно было несколько сотен лет дрейфовать в открытом космосе, а при активной работе можно было потратить весь заряд за полгода. Топлива у корабля… не было, всё было на электричестве, гравитационных технологиях. «Двигатели», по крайней мере, я их воспринял в первый раз именно так, нужны были для того, чтобы выбрасывать лишнее тепло, которое высвобождалось при работе гравитационных двигателей.

Потом был вопрос про систему управления и внутреннее ядро эсминца. Как оказалось, этот кораблик… несколько нелегален. В соответствии с основными законами Галактического Совета было запрещено разрабатывать корабли с разумным боевым искусственным интеллектом. И в данном эсминце был именно он. И это была ещё одна причина, только изначально не озвученная, почему этот корабль должен исчезнуть. Два зайца одним выстрелом, молодцы, продумали, браво. А чертежи останутся, смогут поставить на производство через годик, если корабль себя хорошо покажет.

Сама система управления была синхронизирована с системой Академии, точнее будет синхронизирована с системой, которая будет у капитана команды, то есть с Алисой. Но для этого нам надо было поставить какую-то прошивку, перед вылетом, внести поправки, которые позволят нам существовать автономно, самим генерировать себе задания, чтобы получать от корабля награду. Звучит странно, но так мы не будем лениться. Плюс это же ИИ, хоть и боевой, у него много идей, «голова» соображает куда быстрее, чем наша, так что может придумать, как в будущем усовершенствовать наши костюмы.

Я же начал спрашивать про систему маскировки, как долго работает при полном задействовании всех мощностей стелса, как долго может поддерживаться при работе внутренних демаскирующих источников, в общем, всё, что интересовало меня. Выживаемость и скрытность на первом месте.

Как оказалось, корабль в самых экстремальных ситуациях создавал четвёртую плоскость, которая его и прикрывала. Дикость, но просто создавался пространственный карман, в котором ничего не было, кроме этого корабля. В пространстве, соответственно, в таком режиме корабль перемещаться не может, но и он неуязвим при этом. В обычных режимах задействования маскировки создавалось обычное поле-хамелеон, которое скрывало от взгляда эсминец, также создавалось поле подавления инфракрасного диапазона, радиодиапазона, ультрафиолетового. Оставалось только квантовое воздействие с внешним миром. Можно было как включать всё разом, так и по отдельности.

– А при чём тут я? – скрестив руки под грудью, спросила Молния, с некоторым недовольством поглядывая на меня и мою команду. – Мне остался всего год учиться в вашем заведении, после чего я бы спокойно служила на её благо, а так… вы мне просто под общую гребёнку с этими… первогодками.

– Всё из-за вашего брата по отцу, – встал со стула начальник Академии и подошёл к иллюминатору, который через десять слоёв стекла открывал великолепный обзор на звезду, что была в нескольких астрономических единицах от Академии. – Мы обнаружили инверсионный след… он похож на тот, что остался после взрыва во время битвы с Аватаром. Ваша дополнительная не менее важная задача – это проверить, куда именно ведёт этот след. Есть возможность, что ваш брат выжил, и мы хотим… это проверить. Он – ценный сотрудник, но…

– Но вам просто важно подтверждение того, что после таких взрывов может выжить хоть кто-то? – сдерживая свою агрессию, свою злость, спросила Алиса, делая максимально нейтральное лицо, но подрагивающие различные мускулы, даже я мог заметить, выдавали её раздражение, когда начальник затронул этот вопрос.

– И это тоже… – так и не повернулся к нам лицом начальник, смотря на довольно далекую звезду. – Но в первую очередь надо найти останки либо живых людей.

– Останки или живых, – повторила девушка за начальником. – То есть вы не верите в то, что они могут быть живы, раз поставили на первое место именно словно «останки»… ясно… спасибо за вашу… поддержку. У меня больше нет вопросов, кроме одного. Когда нам приступать к выполнению задания?

– Через час, – повернулся вполоборота начальник, смотря на нас совершенно безразличным взглядом.

Глава 15

Настроение было отвратительное как минимум, ужасное, если слегка преуменьшить. Проще говоря, его не было вообще. Никому не хотелось умирать, даже условно, мы привыкли к тому, что вокруг нас есть хоть какое-то общество, а сейчас…

– Твою ж дивизию! – выругался я, усевшись на край кровати.

У нас было времени меньше часа, все мы разбрелись по своим комнатам, где начали собирать вещи. Мне с собой было брать… особо нечего. Я прилетел сюда налегке, было только несколько комплектов гражданской одежды, которую сначала изъяли, а сейчас, пока мы общались с начальством, снова принесли. Пара медалей, обязательно их с собой возьму, всё же это память, не зря же шкурой рисковал. А также…

– Чёрт, и как тебя тащить? – смотрел я на полуразобранный доспех, который всё ещё стоял в моей комнате. – А бросать тебя тут я не хочу… блин…

Остался в основном только каркас и несколько защитных пластин. Надеть я его на себя не мог по одной простой причине, это выглядело бы слишком подозрительно, мы же на прогулку типа отправляемся, на тестирование новинки, которую никто никогда не видел. Броня явно будет лишней. Может, попросить её отправить на склад, чтобы хоть там в сохранности была?

– Да, сделаю так, – пробормотал я себе под нос, после чего вернулся в комнату и открыл меню взаимодействия с основной системой Академии через свой интерфейс.

Так, никогда мы не делали запросов, это будет для меня в новинку… Основная система, дальше… Обращение в службу обслуживания… Транспортировка. Думал, как-то сложнее будет, хотя более семи сотен подменю в Основной системе напрягло, благо интуитивное управление помогает в обращении. Ладно, отправляем запрос на транспортировку остатков брони на склад, делаем метку помещения… всё, через два часа заберут, а меня тут уже не будет.

– Отец, а как бы сделал ты? – посмотрел я через плечо снова на доспехи, которые выглядели столь одиноко сейчас, как никогда прежде.

Отец… Я так и не смог с ним встретиться, просто… не вышло. Командование не разрешило с ним связаться, оно никому не давало связываться с теми, кто был там, на самой страшной линии фронта, в целях безопасности, хотя тут не понятно, какая безопасность… было из-за этого… обидно. А ещё щемило в груди, была лёгкая тревога, что я не смогу пообщаться со своим отцом, что не увижу его снова… и чем больше я об этом думал, тем больше хотелось начать психовать. Надо отвлечься, у меня ещё есть тридцать пять минут до прибытия в место отправки, то есть примерно двадцать минут до того, как я выйду из комнаты.

– Пульсар… – обратился я к Ною, который переживал не меньше моего, хотя старался этого не показывать. Как он говорил? «Приказ есть приказ. Либо выполни, либо сдохни». Примерно так он когда-то выдал. Повзрослел малой, изменился за год, уже не такой глупый, даже сообразительный, но всё же… речь у него такая же, как и прежде. – Ты уже собрался?

– Нет ещё, – с лёгкой нервозностью ответил боец нашей теперь уже четвёрки, которую секретным приказом уже зарегистрировали в системе. Я в ней числился как заместитель Молнии, как самый опытный боец, а также, что меня удивило, объект особого внимания с наивысшим коэффициентом необходимости защиты. – У меня мама много всего передала с собой после отпуска, не хочу оставлять тут. На корабле есть пространственное хранилище, туда может поместиться что угодно.

– Может-может, – спокойно ответил я, но нотки разочарованности все равно проскочили в моих мыслях. – Тогда не отвлекаю. Напоминаю, через тридцать три минуты находимся в шлюзе двадцать-три-а-два, корабль нас там ждёт.

– Угу, – если бы он был предо мной, то Ной бы точно кивнул. – Помню, но спасибо, что напомнил, надо торопиться.

Лаки мне отвлекать вообще не хотелось, у Макса было полно вещей с собой, а за последние три месяца он решил удариться в оружиестроение, даже свои чертежи пытался разработать, но… дело дальше набросков оружия так и не сдвинулось, сейчас он сто процентов думает над тем, как можно ещё вооружить наш будущий корабль.

Вздремнуть? Нет, толку ноль, не высплюсь. Поговорить с Молнией? А если я её тоже отвлеку? Тоже не вариант. Хотя… А чем её может сейчас отвлечь дружеская беседа? Сто процентов она тоже сейчас много о чём думает, особенно про брата, которого нам придётся искать через год. Ну и мне на него не всё равно, всё же… повезло, что он тогда прилетел на ту планету, выручил мою задницу, я ему обязан. А это значит, что я должен его найти и позаботиться о его сестре. Хотя кто тут будет из нас заботиться.

– Хех, – усмехнулся я, вспоминая силы Алисы и сравнивая их со своими. – Ну да, скорее, она обо мне будет заботиться. Ладно, свяжусь с ней, может, обсудим пару деталей, а может, просто поболтаем… так… где там она у меня… о, вот…

– Что-то хотел? – почти мгновенно ответила мне девушка, стоило мне настроить с ней мыслеканал, вот что значит, когда человек научился чувствовать его. – Просто… я не особо сейчас в духе общаться.

– Да, хотел, – несколько слукавил я, понимая, что ей реально надо отвлечься, иначе устроит лишнее самокопание. – Хотел определиться с первыми целями после того, как… пройдёт год. У меня есть некоторые задумки, но решать в любом случае тебе, теперь ты – командир нашей тройки, а я так… просто зам, можно сказать, обычный боец.

– Ну давай поговорим, – даже мысленно вздохнула она, явно не намереваясь со мной общаться, не хотелось ей. Иногда надо делать то, что не хочется, это в Академии я понял… не с молоком, а с болью и кровью. – Что именно ты хочешь предложить?

– Давай сначала определимся с тем, что именно для нас будет приоритетной целью? – на полном серьёзе задал этот вопрос, после чего сразу продолжил, не давая вставить слово девушке: – Просто смотри, вне зависимости от того, какая будет обстановка в мире спустя год, мы будем… в меньшинстве. Нас отсекут от основной системы, сделают свою, локальную, а значит… нам нужна будет помощь.

– Предлагаешь найти моего брата? – с намёком на надежду спросила девушка, а после её голос стал совсем поникшим. – Думаю, пустая это затея. Да, нашли похожий след… но такие следы часто появляются в галактике, когда такие экспериментальные корабли, как у нас, делают сверхсветовые рывки. Шансов… мало.

– Но они не нулевые! – тут же влез я в её речь, пока она не начала сама себя погребать под трясиной сомнения и отрицания. – Даже командование Академии подтвердило тот факт, что он может быть жив, как и вся его команда! Так что, пока мы не найдём следы и то, в каком направлении этот след ведёт, я не успокоюсь! И тебе не дам руки опустить, ты это сама понимаешь, так что, не смей сдаваться! Поняла?!

– Не тебе мне приказывать, – усмехнулась девушка, а по каналу началась трансляция такого тёплого и хорошего чувства, которое умирает последним. – Ох, ты ж чёрт! Время! Двадцать минут осталось! Нам ещё прошивку системы менять! – она переключилась на общий групповой канал, где довольно жёстко рявкнула, если так можно сказать про нежный женский голосок: – А ну все бегом в медицинские отсеки к своим врачам! Я дам запрос, считала ваше местоположение, ваши шмотки заберут, главное – сложите все сумки и нужные вещи возле кровати! Именно возле кровати, желательно у ног! Все, бегом в медицинский отсек.

Я спокойно встал с кровати, закончив слушать Алису, взял свою единственную сумку, поставил возле кровати и направился к выходу. Когда я вышел из своего жилого блока и увидел спины бегущих товарищей, меня это позабавило, ибо медицинский отсек от нас был не очень далеко, точнее совсем близко, спешить было некуда.

Добрался я до доктора Валерии минут за пять, её рабочий кабинет был пуст, как и всегда, она не любила, когда кто-то задерживается у неё подолгу, даже меня часто гнала взашей, чтобы спокойно поработать над чем-то своим. Она меня ждала, а вот вид у неё был несколько… расстроенный. Явно хотела подольше поработать со столь уникальным случаем, коим я являлся, но… судьба внесла свои корректировки, хотя всего этого можно было избежать, наверное. Хотя нет, всё к этому и шло.

– Ложись, – глянула она на меня мельком, после чего показала взглядом на свою койку. – Проверю тебя последний раз… а потом… эх, не смогу тебя лечить, как полагается… но я, если что, в твою базу данных загружу преднастройки по твоему случаю, тут нужен… особый подход. Когда вы разберётесь со всем, что от вас хотят, сразу ложись в тот медицинский блок, пускай он настроится на тебя. Это важно, может занять несколько часов, у тебя… всё сложно, я до сих пор до конца не подогнала всё, каждый раз есть риск, что ты умрёшь во время улучшения, организм реагирует очень интересно.

– Хорошо, – спокойно ответил я, устраиваясь удобнее на койке.

Подключение, как всегда: сначала темно, а потом всё белое. Вот только на этот раз предо мной не появились объёмные схемы моего организма, была просто панель, которая работала помимо меня. На этой панели очень быстро мелькал текст, так быстро, что я просто не успевал прочитать, однако основные моменты выводились у меня перед глазами.

Установка нового локального обновления… прогресс… 15 %

Местами началась реструктуризация, белый фон разрушался, а его место начинал заменять тёмно-фиолетовый, словно мой личный, фон. Медленно, но верно, от самого края, с горизонта он начал приближаться ко мне, несколько пугая, как что-то неизбежное, что-то плохое. Но я просто наблюдал.

Установка нового локального обновления… прогресс… 30 %

Канал связи с Академией… отключается. Началось отключение систем защиты от экстренного отключения малой системы от основной.

Мир начал моргать, с каждым таким морганием новый фон приближался всё ближе и ближе, снова вспомнился тот голос, но… та сущность себя не проявляла никак. Это успокаивало, но я все равно ждал какой-то подачки с ее стороны, но, скорее всего, она себя никак не проявит, чтобы не вскрыться, не показать себя всей системе раньше времени.

Установка нового локального обновления… прогресс… 50 %

Канал связи с Академией… отключается. Системы защиты от экстренного отключения канала… отключены. Началось отключение резервных каналов связи.

Новый цвет полностью захватил всё вокруг, но… ничего не изменилось. Всё осталось прежним, как и было до изменения цвета, переживания были лишними. Оставалось просто ждать дальше.

Установка нового локального обновления… прогресс… 70 %

Канал связи с Академией… отключается. Резервные каналы связи… отключены. Началось отключение основного канала связи с Академией.

Новый цвет снова начал отступать, его место снова занимала белизна, я даже не понял, зачем это нужно было, но усмехнулся. Видимо, это такой визуальный эффект, чтобы мне не было скучно.

Установка нового локального обновления… прогресс… 85 %

Канал связи с Академией… отключен. Формируется новый канал связи с новой локальной системой. Кодовое название ячейки «Брошенная».

Оригинально, брошенная ячейка, явный намёк на то, что нас просто кинули, развели, оставили одних бороться со своей судьбой самостоятельно. Но да ладно, сам я к этому привёл, самому и разгребать.

Установка нового локального обновления… завершено!

Канал связи с системной ячейкой «Брошенная» сформирован! Происходит восстановление базовых функций. Выдана временная имитация системы с доступом к базовым функциям системы. Время действия имитации – 20 минут.

Панель исчезла, её место заняли голограммы моего организма. Скелет, органы, нервы, всё как всегда, всё было по-старому, всё те же ограничения стояли на тех же описаниях, так что смотреть заново на всё это было незачем, так что я просто подумал о выходе, после подтвердил свой выбор.

В мир я вернулся спокойно, не было никакой эйфории, удовольствия от того, что что-то в моём организме изменилось, наоборот, чувствовалась пустота где-то внутри, словно вырезали что-то очень важное. А привык я к тому, что я был подключён к чему-то большему, хотя и не замечал этого.

– Вот и всё, – развернулась ко мне Валерия, на лице которой играла грустная улыбка, а в уголках глаз в свете светодиодов, индикаторов, мелких лампочек играли мелкие слезинки. – Ты… уникальный случай. А ещё довольно интересный человек. Я общалась со многими аристо… ты другой, не такой, как они. Я рада, что у меня был шанс поверить в то, что не все такие уроды, какими они кажутся всему населению. И увидеть. Спасибо. Надежда есть.

– На что? – усмехнулся я, не особо понимая её эмоций, глядя ей в глаза. – То, что я есть такой, принесло только страдания, возможный виток новой раздирающей человечество войны.

– А мне кажется, – довольно нагло начала смотреть на меня уже не мой лечащий врач, а также человек, что спас мне несколько раз жизнь в самый последний момент, – что ты отсрочил эту войну на несколько лет. Она бы всё равно была, у тебя уж очень… жадные до власти родственники. Так что не принижай своих заслуг, они огромны, даже если ты их не видишь. Запомни одно, не все великие поступки меняют историю, но любой лишний вздох, случайно брошенное слово могут изменить всё.

– Мудро, – скривил я лицо, а после подошёл и, чем обескуражил Валерию, обнял женщину. – Спасибо. За всё.

– Всегда пожалуйста, – обняла она меня в ответ и нежно погладила по спине. – У меня никогда не было своих детей, но я рада, что тут было столько замечательных людей, о ком я могла заботиться. Вы мне все родные, в том числе и ты.

– Вот это откровения, – отпрянул я от неё в тот момент, когда она начала опускать руки. – Один год, а уже так открываться.

– Просто ты особенный, – снова улыбнулась женщина, а после её лицо стало привычно серьёзным. – Иди, времени у тебя не так много осталось, имитация не бесконечна.

– Спасибо большое, ещё раз. Надеюсь, ещё увидимся.

– Я тоже.

Покидал я медицинский отсек в смешанных чувствах. На душе было тепло и больно, словно из меня вырвали ещё больший кусок. Один год жизни, но он оставил во мне столько воспоминаний и эмоций, сколько не было никогда. Я был рад, определённо, но было очень… грустно всё это оставлять позади.

В нужный шлюз пешком было не успеть, так что я направился к ближайшему транслокатору. Там на меня глянули с удивлением, дежурный диспетчер так и не понял, зачем мне в стыковочный шлюз, но у него был приказ от начальства пропустить меня и мою команду беспрепятственно.

Я даже не заметил, когда оказался на той стороне, только голос диспетчера попросил меня подвинуться с места, чтобы смогли спокойно прибыть и другие пользователи сети транслокаторов. Всё было просто такое… одинаковое, привык, что ситуация резко менялась, что нас забрасывали в какую-то задницу, да даже когда к начальству попал, там обстановка отличалась, вот и не понял сейчас.

Покинув комнату, я присвистнул. Эсминец был красивым, нереально красивым, всё же реальность – это не презентация с помощью объёмной голограммы. Но… корабль оказался меньше, чем я рассчитывал, хотя это и не удивительно, он был на десять мест, максимум. Но всё же, по сравнению с транспортником, этот космический корабль был большой, но меньше звездолёта, которым владел Гром.

– Вот это да! – воскликнул Лаки, что появился за моей спиной. – Вот теперь я вообще не сожалею, что нам придётся исчезнуть!

– Корабль как корабль, – пожала плечами Алиса, которая вышла из тени створок коридора. – Пошли, времени почти не осталось.

– Извините! – обратил я на себя внимание человека, лицо которого было залито потом, направляющегося в сторону грузовой небольшой машины. – А вы… вам поручали доставить сюда снайперскую винтовку крупного калибра?

– Да, была какая-то, – кивнул работник. – Я даже обрадовался, когда нёс её, самое лёгкое из того, что мне пришлось тащить. Ну, не считая сумок. Надо переводиться в другой отдел…

– Слава богам… – выдохнул я, в последний момент вспомнив про оружие, что досталось мне вместе с бронёй как прощальный подарок от моих родителей и моей планеты. – Хоть что-то. Ну что, – повернулся к троице, – пошли?

Интерлюдия 4

Грей

– Двадцать второй рубеж, доклад! – орал Грей в микрофон радиостанции, нажимая на спусковой крючок своего монструозного пулемёта. – Двадцать второй! Приём! Двадцать второй! Чёрт! Двадцать первый, доклад!

– Ведём бой с превосходящими силами противника! – тут же отозвался дежурный радист двадцать первого оборонительного планетарного рубежа. – Противник в превосходящем количестве давит нас, использует дальнобойное оружие, а также наших павших товарищей для прорыва линии обороны! Несём огромные потери! Линия обороны почти рухнула!

– Третья эскадрилья, в бой! – тут же рыкнул Грей, отстреляв очередной магазин. – Зачистить квадрат двадцать два зоны «Б»!

– Есть! – отозвался старший пилот, эскадрилья которого и так уже была в небе.

Временное затишье, Грей сражался лично в третьем квадрате зоны В, возглавляя тридцать первую линию обороны. Противника было много, но он был распределён неравномерно, из-за чего были трудности в обороне, было сложно угадать, в каком направлении он ударит в следующий раз.

Всего было пять очагов на планете, оборону которой возглавлял Грей. Каждый фронт обозначили с первого по пятый общечеловеческого языка, а саму оборону поделили на восемь рубежей. Первый и второй, самые быстро собранные, охватывали зону появления противника с двух противоположных сторон, можно сказать, что в большинстве своём это были смертники. Третья и четвёртая линии обороны шли следом, количество личного состава там было раз в пять больше, чем в первых двух линиях, как и оснащения, это уже была более уверенная защита, к которой должны были спустя сутки боя отступить первые линии. Затем оставшиеся четыре с разных концов света, они были резервными, часто оттуда солдат перераспределяли на третью и четвёртую линии, с которых могли отправить в самое пекло.

– Первая эскадрилья, – приоткрыв свой шлем, чтобы сделать глоток воды, первый, спустя восемь часов кровопролитного боя, вызвал самую большую и мощную группу самолётов Грей, всматриваясь в ночное зарево, окрашенное всполохами взрывов. – Доложить, что там с двадцать второй линией обороны.

– Рубеж держится, – тут же ответил один из старших офицеров, так как главный самолет, ведущий, оказался сбит в самом начале этой битвы. – Штаб рубежа уничтожен, противника невероятно много, предлагаю отдать приказ на отступление двадцать первой и двадцать второй линии обороны, прикрывая их артиллерийским валом для минимизации потерь.

– Если так говорят глаза, – хмыкнул Грей, смотря на небо в сторону зоны Б, а после переключил свою рацию на командиров двадцать второго и двадцать четвёртого рубежей. – Двадцать первому и двадцать второму отступить на заранее подготовленные позиции, двадцать четвёртый, дать сигнал ракетами на отступление, артиллерия зон «Б» и «А», навестись на позиции покидаемых рубежей, через три минуты устроить там ад!

Ответы Грей слушать не стал, ему было не до этого, мало того, что ему нужно было глобально думать про все пять зон, так ещё и непосредственно руководить своим рубежом. Даже столь опытному командиру, как он, сложно было разорваться на такое количество задач. И снова бой, снова дальний разведывательный рубеж доложил о новой волне тварей, что высадилась в рубеже «В». И снова Грей активировал все системы своего шлема, чтобы можно было бить разрывными боеприпасами на расстояние не менее километра, себя он не мог подвергать опасности ближнего боя, только не сейчас.

Стреляя короткими очередями, командир планетарной обороны всё время поглядывал на общую карту местности. Благо ему не препятствовали первое время в организации обороны и предоставляли все технические средства по первому требованию. Группировка геостационарных спутников постоянно следила за всей планетой, иногда от них сигнал шёл с задержкой в несколько минут из-за особенности их программного обеспечения, которое не особо ладно работало с системой Академии… из-за чего актуальная информация поступала с них не всегда вовремя, но система Грея оповещала, над каким участком планеты спутники начинали плохо работать, из-за чего в дело вступали «глаза», первая эскадрилья. Так случилось с зоной «Б», из-за чего был упущен момент, когда твари ворвались в штаб и уничтожили его. Пять минут времени, а такая роковая ошибка.

– Зона Д, пятьдесят первый рубеж, доклад! – не переставая нажимать на гашетку, вызвал командира соответствующей линии обороны Грей. – Пятьдесят первый!

– Докл… …аю! – шёл сигнал с сильными помехами, там как раз сейчас был рассвет, а предоставленные радиостанции времён начала космической экспансии, которые непонятно на каком складе вырыли, плохо работали в переходное время суток. – Про… …ник в …шом кол… …е наступает! Оборон… …ержим! …буется… …крепление!

– Пятьдесят третий, – сразу же переключился Грей на нового командира и одного из своих товарищей, который имел опыт командования, общаясь с ним по вечно стабильному мыслеканалу. – Шёпот, посылай подмогу, да и сам выдвигайся, спутники ожили, там сейчас задница будет. Твои способности будут там кстати. Только не подыхай, прошу тебя.

– Не переживай, – едва различимый голос, почти сравнимый с тишиной, прозвучал в ответ Грею, – такие, как я, погибают последними и не очень героически. Я же как грызун, тихий и незаметный, бью только в спину.

– Болтай поменьше, больше делай, – с лёгкой усмешкой ответил командир всей обороны. – Всё время во время боя тебя тянет на поболтать.

– Скучно просто, – раздался зевок. – Ладно, пошёл. Конец связи, свяжусь, как отразим нападение.

– Не сдохни, – уже в пустой мыслеканал сказал Грей, так как уже за последние сутки потерял ещё десятерых своих товарищей, которых эта зараза превратила в свои игрушки.

Сражение с бывшими бойцами Академии, которых заразили семена, были самыми жестокими. Пустота почти не меняла их, просто захватывала разум, даровала новые способности, восстанавливала повреждённые тела по своему образу и подобию, один раз боец Всполох «воскрес» с тремя руками. Но это полбеды, своих уничтожить иногда проще, так как знаешь, что и чем пробить, но иногда вылезают твари, которых не берёт даже пламя.

В секторах А и Д уже дважды появлялись монстры, колоссы среди всех тварей пустоты, шкура которых была столь прочна, что не пробивал самый крупный бетонобойный снаряд. Даже ракетный обстрел не давал ничего, кроме лёгких ожогов, приходилось идти на риск, причём не обычным бойцам, а самым близким на этой планете Грею людям. Так, в глотках тварей с мощным зарядом в руках четверо бойцов Академии сгинули, защищая человечество.

– От тридцать второго центру! – обратился к Грею командир тридцать второго рубежа. – В вашу сторону направился колосс, повторяю, в вашу сторону идёт колосс, общая длина твари не менее пятидесяти метров! Таких до этого не было! Несёт на себе два зерна, приготовьтесь.

– Твою ж… – ругнулся Грей, приближая с помощью усовершенствованных до предела глаз и встроенных датчиков шлема картинку практически в сто крат в общей сумме, разглядывая ту махину, что лениво приближалась и порождала новых, более мелких, но более быстрых порождений пустоты. – Заряд мне… – буквально рычал Грей, а после обратился к остаткам своих по общему мыслеканалу: – Передаю командование третьему заместителю, других больше нет. Беру заряд. Вернусь ли, не знаю. Достойной смерти!

– Достойной смерти! – ответили хором два с небольшим десятка бойцов, тон которых выдавал сожаление, но и гордость за своего командира, что он готов лично принести жертву, так как иного выхода просто не было.

– Артиллерия секторов «В» и «Г»! – рыкнул Грей в микрофон радиостанции. – Навестись по координатам тридцать девять градусов, двадцать две минуты шестнадцать секунд западной долготы, шестьдесят два градуса, одиннадцать минут, сорок пять секунд южной широты. Устроить ад! Немедленно!

– Есть! – ответил первый.

– Так точно! – ответил второй.

И минуты не прошло, как весь горизонт покрыло зарево взрывов, сама земля вздымалась в небеса, чтобы похоронить ту тварь под собой, но… она продолжала медленно продвигаться вперёд. Ещё через минуту командиру всего сопротивления принесли заряд, небольшой, сравнительно с остальными бомбами, но мощный, как несколько солнц. Такой сжигал всё нутро твари, но так и не был способен прожечь кожу.

– Даже самое смертоносное не может пробить… – усмехнулся Грей, смотря на ядерную боеголовку, что должна была обосноваться у него за спиной на время марш-броска, а потом поместиться внутри твари. – Как же не хочется подыхать!

– За сына… – прошептал голос из пустоты, подогревая душу отцу Тиберия. – Он тобой будет гордиться… И БУДЕТ РАЗАЧАРОВАН, ЧТО ТЫ СДОХ, КАК ШАВКА! И БУДЕТ РАЗАЧАРОВАН, ЧТО ТЫ СДОХ, КАК ШАВКА!

– Иди в жопу, – усмехнулся Грей, снимая с себя шлем, чтобы в последний раз вдохнуть свежий воздух, устремив свой взгляд в почти пустое ночное небо. – Как же прекрасна жизнь… и почему осознание этого приходит в такие моменты? Так, отец?

– Тварь… – секундная задержка в докладе «глаз», которая на одно мгновение дала столько надежды одному бойцу, которому надо было идти на смерть, секунда, что могла ознаменоваться триумфом… но надежда на положительный исход была столь мала, ибо статистика была не на стороне сопротивления. А потом более разочарованный голос, поникший, можно сказать, убитый. – Продолжила движение. Командир… на ней нет даже и царапин.

– Ну, этого и следовало ожидать, – усмехнулся Грей в радиостанцию. – Все сведения передавай Тайфуну, я ему делегировал свои полномочия. Выживу, а подыхать я всё-таки не хочу, с тебя бутылка того вина, про которое ты так много рассказывал.

– Есть, командир! – буквально сквозь зубы говорил офицер, сдерживая свои эмоции, ибо Грей, несмотря на свой довольно строгий характер, полюбился здесь всем, особенно старшему и среднему офицерскому составу, ибо он слушал всё, что ему говорили, принимал решения, исходя из принятой информации, а не из того, что ему хотелось. – Самое лучшее, прямо с самой Земли! Обещаю! Только… вернитесь!

– Как карты лягут. Всё, конец связи.

– Конец связи!

И эфир… замолчал. Чтобы его не беспокоили товарищи, Грей обрубил и мыслеканал, всё равно во всем секторе «В» он был единственным бойцом Академии, что был способен прорваться сквозь полчища тварей и забраться внутрь огромной туши.

Глубокий вдох, выдох, активация шлема, снаряд за специальные лямки за спину, и… рывок вперёд, навстречу смерти, навстречу победе. Если бы эти твари открывали пасть, когда им вовнутрь бежит не живое существо, а летит снаряд, всё было бы куда проще… но… таков путь.

Глава 16

Когда мы расселись по местам, автоматика эсминца нас сразу же вывела в открытый космос, ждать никто и ничего не стал. Согласно полученному заданию, которое нам выдала система этого корабля, времени до прибытия в точку назначения было предостаточно, целый час.

Мы сразу начали обживаться в комнатах, которые были выделены для нас, даже на интерактивной карте у каждой комнаты была своя приписка. Всё для мечты и для жизни, хах.

Сам корабль был разделён на несколько ярусов внутри. Первый, самый верхний, командный, там находился зал управления, так называемая рубка, зал управления фрегатом, обиталище пилота, а также помещение с центральным ядром искусственного интеллекта фрегата, за ним помещение управления стрелковыми средствами. Предпоследнее помещение занимало примерно половину всего верхнего яруса и было очень сильно экранировано и бронировано, больше, чем любой другой отсек корабля.

Второй ярус был чисто жилым, комнаты, душевые, мужская и женская, зона хранения вещей экипажа корабля, кухня, столовая, тренажерный зал, комната отдыха, медицинский отсек с одним медицинским оборудованием Академии… ну и ещё пара пустых комнат, которые можно было обустроить по нашему желанию.

Третий ярус был чисто техническим, тут были основные узлы системы жизнеобеспечения, комната ручного управления всеми узлами питания корабля, блок батарей с зарядом электричества для всего корабля, закрытые комнаты с различными трансформаторами напряжения, блок ручного управления системой маскировки корабля в совокупности с пультами управления средствами связи и остальные технические узлы. Также на третьем ярусе были расположены гравитационные двигатели, причём таких размеров, каких я не видел никогда! Иными словами, они были просто огромны! Что и было понятно, ведь для большого транспортного средства нужны большие двигатели.

Последний, самый нижний ярус был предназначен для хранения умного металла и боеприпасов для всех типов оружия, причём для стрелкового оружия боеприпасы формировались сами, для лазерного использовались отдельные батареи, а плазма… с ней было всё сложно, она формировалась из газов, что хранились в не особо больших резервуарах. Также на этом ярусе был десантный отсек с одной единицей техники наземного типа, одной подводного и одной воздушного.

Все помещения и металлические конструкции состояли из умного металла, то есть, в принципе, можно было полностью восстановить корабль целиком, если резервуары полны. По крайней мере, так сообщала нам система корабля. Это радовало, вот только для создания умного металла нужно было провести целый долговременный процесс, какие-то непонятные облучения, намагничивания, перемагничивания, изменение атомного состава соединений… в общем, не вникал, но картинки в базе данных были красивые.

Комнаты все были однотипными: кровать, стол, стул, небольшой шкаф, тумбочка возле кровати, светодиодные лампы в потолке и, что больше всего нравилось, ковролин на полу! Я так давно не ходил по приятным поверхностям… для кайфа должны придумать определённый термин. Но долго мне кайфовать не дали, Алиса решила всех нас собрать в главном зале.

Покинув свою комнату, я проследовал к одному из двух лифтов, что располагались в середине корабля. Лаки и Пульсар поднялись чуть раньше меня, так что на втором я ехал в гордом одиночестве. Хотя оно продлилось не так долго, стоило дверям закрыться, как они тут же открылись, я даже не почувствовал движения самого лифта.

А мне тут уже нравилось.

– Значит, так, – сидела она в своём кресле, вызвав карту звёздной системы, в которой мы находились. – Место встречи у нас за этим газовым гигантом, сенсоры Академии за ним могут регистрировать только какие-то мощные сигналы, например, взрывы. Наша задача, уничтожить группу пиратов, последнего почти вплотную, и уйти в маскировку. Близкий взрыв корабля пиратов поможет нам скрыться. ИИ не даст нам этого сделать, поэтому я его на время отключу, только автоматика не даст этого сделать на продолжительный промежуток времени, придётся делать это в последний момент. А теперь вопросы.

– У меня нет, – развёл я руками, стоя перед нашим командиром.

– А нам когда регистрироваться в медицинской системе корабля? – спросил Лаки, с некоторой тревогой посматривая куда-то себе за спину. – Не особо хочется вернуться на корабль с ранениями, а потом целых пятнадцать минут ждать, пока пройдёт предварительное обследование.

– Основные преднастройки по каждому из нас передали, – спокойно стала объяснять Молния. – Требуется только дополнительная настройка под каждого из нас. По одному пребывать в том отсеке запрещается, ибо может случиться непредвиденное.

– Остановка сердца? – уточнил Пульсар.

– Именно, – кивнула девушка. – Поэтому делимся на пары. Лаки и Пульсар вдвоём, я и Войд тоже. Очерёдность, какая пара первая успела, – улыбнулась она. – А вообще, сейчас надо сначала проверить все основные системы корабля, потом уже заниматься своими нуждами.

– Каждый в свою зону ответственности? – уточнил уже я.

– Да, – несколько раз мелко кивнула наш командир. – Я буду просматривать все командирские возможности корабля, регулировать под наши нужды. Пульсар, ты иди в зал управления фрегатом, проверь работу всех двигателей, а также работу орудий пилота, нельзя, чтобы они дали осечку во время боя, разрешаю дать пробные залпы по астероидам, как раз цель подойдёт в рамках тестирования корабля. Лаки, за тобой хвостовое, также откроешь огонь по астероидам, когда будем рядом. Также заодно проверь, возможно ли изменение положения отдельных орудий, всё же корабль из умного металла, возможно, сможешь одно или два орудия направить на помощь пилоту или в борт корабля. Войд… забавно.

– Что забавно? – нахмурился я.

– Пустота идёт проверять систему маскировки в пустоте, – рассмеялась девушка. – В общем, на тебе система маскировки, проверь интерфейс. Всем, проверьте, можно ли подключаться к прикреплённым узлам дистанционно.

– А почему ИИ молчит? – уточнил Пульсар. – Вроде как он умный… должен общаться с вами.

– Я пытаюсь понять, не уничтожить ли вас на месте, – насмешливый ласковый женский голос раздался из всех динамиков вокруг. – Шучу. Я слушала вас, училась, как сказано в первом пункте правил моего существования, подстраивалась под вас. Всё же мне надо понять, с кем именно я буду иметь дело, кто будет меня отключать.

– И правда умная, – удивился Пульсар. – А что ты умеешь?

– Многое, – нежно ответил ИскИн. – Но давайте разграничимся, у меня тоже есть личность, как бы это странно для вас ни звучало, я сформирована на основе двух с половиной сотен слепков личностей погибших бойцов Академии, тоже могу обижаться, хотя мои протоколы мне запрещают игнорировать вас, членов экипажей. Прошу понимать, я – как человек, а весь эсминец – моё тело.

– Как это… эротично, – усмехнулся Лаки. – А если верить голоску, то ты девушка.

– Уверен? – раздался надменный, жёсткий, командный мужской голос из динамиков, из-за чего Лаки покраснел.

Все, кроме Макса, взорвались смехом, я даже согнулся пополам, опёршись руками о стол, Пульсар присел на корточки, а Алиса опрокинулась на спинку своего стула, хохоча во весь голос. ИИ точно разумен, по крайней мере, шутить точно умеет, лично мне понравилось, а вот Лаки не особо, судя по его морде.

– Ладно, ладно, – махнул он руками, а потом сложил на груди, – посмеялись и хватит… Тебя-то как звать, личность?

– Можете называть меня Элси, – снова раздался приятный женский голосок. – А если полностью расшифровать, то будет так: экспериментальный личностно содержащий искусственный интеллект боевого типа. Но мне нравится более кратко.

– Ладно, Элси, – произнесла это Алиса так, словно попробовала слово на вкус. – Понятно, что ты управляешь всеми системами корабля. Вопрос у меня такой, раз ты молчала до этого. Если нам нужно будет оказаться рядом со взрывающимся кораблём, ты будешь пытаться нас увести от взрыва?

– Смотря какие вы цели преследуете, – спокойно ответила Элси. – Согласно содержащемуся в моей базе данных заданию, вам нужно имитировать свою смерть из-за взрыва этого корабля. На этот раз я помогу вам провернуть такой трюк, хотя, в соответствии с протоколами безопасности корабля и экипажа, я должна блокировать всё управление и увести корабль подальше.

– Вот и славно, – хлопнул в ладоши Пульсар. – А ты мне будешь помогать в управлении?

– Если управление ручное, то только буду корректировать траектории движения, – ответил ИскИн.

– А помогать мне в стрельбе? – уточнил на этот раз Лаки.

– Могу полностью перехватить управление стрелковым вооружением, но лучше эту функцию возлагать на отдельного члена экипажа, – начала объяснять Элси. – Чем больше систем будет сосредоточено в руках членов экипажа, тем мне будет проще анализировать исходящие от противников опасности, перераспределяя мощности энергетического щита, а также слоев умной брони.

– Маскировка? – уточнил уже я.

– В целях защиты, не более, тут у меня стоит жёсткое ограничение протоколов, – несколько разочарованно ответила она. – Система маскировки потребляет очень много энергии, которую пока неоткуда брать. Любые улучшения корабля, в частности повышения ёмкости батарей, осуществляется только с санкции командира корабля, в данном случае цестуса Молнии. Так же прошу вас проследовать к зонам вашей ответственности, как уже говорил ваш командир, провести синхронизацию, это поможет вам в будущем, подгрузит необходимые базы данных, а также слегка изменит ваш интерфейс, в рамках управления системами, конечно. К примеру, Остус Войд сможет проводить частичную активацию маскировки, находясь за пределами корабля, но вот полную только из своей рубки.

– Ладно, разберёмся на местах, – уселась ровно Алиса. – Расходимся, изучаем доверенные вам системы. Разойдись.

До лифтов я шёл вместе с Лаки, тот непривычно молчал, иногда поглядывая на динамики, из которых шёл голос ИскИна. Меня это веселило, так что я просто улыбался, посматривая на него. В итоге в районе лифтов мы разделились, Лаки побрёл дальше в сторону хвостового отделения, я же спустился на третий ярус.

Лифт, как и в прошлый раз, опустился полностью незаметно для меня. Аж радость для моего мозжечка. Нужное помещение я также нашёл очень быстро, интерактивные подсказки через систему хорошо помогали, а вот если их отключить… то выглядело всё блекло и серо, однообразно и неинтересно. Обычный человек от однообразия с ума тут точно сойдёт.

Само помещение оказалось не особо большим, было несколько различных пультов управления, и все они были подписаны через систему. Первый и самый важный пульт управления системой маскировки, в данный момент он был выключен в целях экономии энергии. Я его включил, пока шла проверка всех систем, я начал осматривать остальные пульты. Второй пульт – пульт управления квантовым каналом связи, соединял напрямую с Академией, но сейчас он был неактивен в связи с тем, что второй абонент был отключен. Даже таймер стоял, ещё чуть меньше года до включения аппаратуры на той стороне. Третий пульт управления – управление остальными средствами связи. Столько было кнопок, что можно было сойти с ума, но благо всё это дублировалось с помощью одного компьютера с сенсорным экраном.

Когда пульт управления маскировкой включился, мне тут же система предложила синхронизироваться с ним. Пока проходил процесс синхронизации, а это заняло около тридцати секунд, попутно загрузил базу данных всех кодов, шифров и дополнительных средств защиты средств связи нашего фрегата. Теперь могу отдавать команду на смену их с расстояния, выбирая сам, на какой шифр настроить, какую кодовую величину использовать. Как говорится, новые технологии – хорошо, а старые – надёжно.

Закончив всё, я нашел, как с помощью пульта активировать полную маскировку, настроил ещё пару тёмных экранов на внешние камеры звездолёта, после чего перевёл систему в режим ожидания. Пока возвращался к Алисе, с помощью своего интерфейса настроил всё так, чтобы в случае возникновения опасности система маскировки выходила из режима ожидания и была готова к немедленному применению. Правда, с расстояния только частичная активация, полную нужно активировать лично… протоколы экономии энергии, чтоб их.

Алиса сидела в своём кресле в некой задумчивости, жестикулировала руками, а я даже не мог понять, что именно она делает. По всей видимости, ИскИн понял, что я ничего не понял, и настроил мой интерфейс на те настройки, которые были и у Алисы.

– Так как вы – прямой заместитель командира, – перед глазами появился синий женский силуэт лица, на котором чётко проглядывались его черты, но они постоянно слегка изменялись, – то решила вам также дать полномочия командира корабля. Пользоваться системой вы сможете только в том случае, если сигнал цестуса Молнии будет потерян.

Я просто кивнул, рассматривая, что делает девушка.

Как оказалось, у Алисы были во власти средства разведки и слежения, из-за чего она уже знала, сколько противников нас поджидает за газовым гигантом. Пять кораблей противника, один лёгкий крейсер с ракетными системами вооружения, два фрегата и два эсминца. Сейчас девушка прорабатывала десяток тактик, думала, как именно можно уничтожить противника с минимальным расходом энергии.

Что меня радовало, любая модуляция была с положительным исходом для нас. Пираты использовали старые модели космических кораблей, побочные системы которых уже давненько вышли из строя, так что даже с таким количеством противника не должно возникнуть проблем. Я смотрел на всё это, как за минуты три наш фрегат уничтожал всех противников, но нам так и не удавалось скрыться в волне огня.

– Элси, – обратился я к ИскИну. – А у тебя хватит щитов выдержать прямое столкновение с кораблём противника?

– Если в момент столкновения их полностью настроить на носовую часть корабля, – начала, слегка дёргаясь, отвечать она, – то хватит, как нож через масло пролететь через крейсер противников, не получив при этом каких-либо повреждений. Придётся после удара перераспределить щиты… но тут я уже всё просчитала.

Алиса слышала наш разговор, так что сначала несколько недовольно глянула на меня, а потом тяжело вздохнула. Несколькими секундами позднее она сразу провела модуляцию того, как мы будем действовать в таком случае… и исход был лучшим.

– Когда хочешь, как лучше, не рисковать никем, – начала она бубнить себе под нос, – а можно так просто решить самую большую проблему. Элси, а почему ты сразу не сказала, что так можно?

– Сказала, – несколько не понимая, ответил умный компьютер корабля. – В самом начале сказала, что в этот раз можно приблизиться на любую дистанцию к кораблю противника, чтобы скрыться в его взрыве, так же, тут подразумевалось, что таким образом можно пойти на таран корабля противника.

– Говори в следующий раз яснее… – тяжело вздохнула девушка.

– Хорошо, командир, – в это мгновение перед силуэтом лица девушки появилась ладошка, которую ИскИн приложил к виску.

В это же мгновение Алиса посмотрела куда-то вдаль, там, где сидел Пульсар и что-то активно проверял, беседуя словно сам с собой. Внутри корабля это не чувствовалось, но периодически мы слегка меняли направление движения, замедлялись и ускорялись, иногда стреляли орудия пилота, в том числе и плазменное. Оно было похоже на то, что у меня, только заряд был… куда больше.

– Хотел бы я пару раз выстрелить из этой пушки, – усмехнулся я. – Ну да ладно, сколько там до прибытия?

– Десять минут, – нейтрально ответила девушка, смотря всё в ту же сторону. – Приближаемся к газовому гиганту.

– Будем использовать его для гравитационного прыжка и экономии энергии? – сразу уточнил я.

– Типа того, – кивнула она. – А после в долгий сон… хотя сначала провести улучшения.

– Я, наверное, не смогу, – нахмурился я. – У меня ещё срок не прошёл, организм может не выдержать.

– Сколько дней осталось? – тут же спросила у меня девушка.

– Где-то полторы недели.

– Тогда проснёшься и меня вытащишь из сна через полторы недели, – продолжила она, – я тоже перенесу срок, под тебя подстроюсь. А так… – переключилась она на общий мыслеканал. – Готовность десять минут, не покидать места.

– Мне тоже? – с улыбкой уточнил я.

– Ты в том числе, – несколько сурово посмотрела она на меня.

Глава 17

– Какого чёрта там происходит?! – мысленно рычал я, общаясь с командой, наблюдая через камеры ту хрень, что происходила вокруг и с нами.

Как и рассчитывалось, через десять минут мы добрались до точки соприкосновения с пиратами, и на этом все расчёты сразу полетели в пустоту, в бездну. Два фрегата противника атаковали молниеносно, мы даже не ожидали такой реакции от них на наше появление. Хотя это вписывалось в общую картину того, что противник готовил нам засаду.

Экстренный маневр уклонения, если бы не внутреннее гравитационное поле нашего звездолёта, нас бы всех распластало по стенам или потолкам. Изгнанник обладал просто прекрасными лётными параметрами, просто великолепными, я внутренне восторгался этой космической птицей. Шесть ракет прошли под брюхом, примерно в десятке метров от нас, три ракеты ударили в энергетический щит по правому борту, который подставили под удар, ещё три пролетели позади корабля.

Застрекотали кинетические установки. Выстрелы в космосе, конечно, не слышно, но зато были видны трассера, которые врезались в энергетические барьеры вражеских эсминцев. Фоном послышался мат Алисы, она явно негодовала по тому поводу, что у противника имелись щиты. Подготовились «пираты», выглядит очень правдоподобно, что нам будет задница здесь и сейчас.

– Текущий запас энергетического щита составляет девяносто пять процентов! – голос Элси раздался во всех занятых нами рубках. – Запускаю процесс пополнения батарей энергетического щита! Анализ противника показал, что бой следует вести с применением подвижной оборонительной тактики!

Я лично был согласен с этим, Пульсар тоже стал более активно маневрировать, даже смотреть на камеры было болезненно, тошнота только из-за этого подкатывала к горлу. Лаки был, в принципе, со мной согласен, он не мог попасть в противника, трассера часто пролетали мимо противника, но изредка всё же попадали в энергетические щиты противника.

– Алиса! – обратился я к ней лично, всё же имена не особо приветствовались среди бойцов Академии, а как к этому могли отнестись остальные члены нашей команды, я не знал. – Вспомни наш бой с теми тварями, вспомни, как я сделал выстрел из плазменного копья. Тут то же самое орудие, судя по техническому описанию, только в разы мощнее. Пускай Пульсар подставится под удар, но сам сделает залп из основного калибра, после чего добьёт противника через образованную дыру лазерными установками! Должно сработать.

– Попробуем, – даже специально передала в мыслях выдох девушка, показывая, что не особо понимает, как действовать дальше.

Ещё минут десять мы беспомощно колыхались между двумя, чтоб их, эсминцами противника, из-за чего прошляпили тот момент, когда к нам подоспели фрегаты. Вот тогда нам вообще стало не до отдыха. Нужно было брать бразды управления в своих руки, Алиса слишком много думает и слишком мало действует, как стратег, может, она и хороша, но вот тактик она хреновый.

– Беру управление на себя! – рыкнул я в общий мыслеканал, из-за чего Молния сразу попыталась показать своё недовольство, но я просто не стал её слушать, продолжил гнуть свою линию: – Пульсар, продолжай уклоняться, в определённый момент, когда у большей части или половины кораблей противника будет перезарядка, выравнивайся, необходимо будет ударить из главного калибра, после, спустя секунду, тут же сделать залп с лазерных установок. Элси, подсказывай ему, помогай, строй линии боя, отслеживай перезарядку противника, но Пульсар пускай управляет сам, на тебе же полностью защита. Следи, откуда летят снаряды противника, какие из них ударят по нам, а какие нет. Лаки, ты не старайся стрелять по эсминцам, они в таком бою для нас слишком быстрые, старайся поливать огнём фрегаты, они менее маневренные и более большие цели. Самое главное, тебе сейчас просадить их щиты. Когда рядом будет крейсер, стреляй только по нему. Если будут особо большие ракеты, сразу сосредотачивай огонь на них! Молния… – тут я завис ненадолго. – Сними нагрузку с Элси в отношении сканирования местности, своевременно передавай информацию нашему пилоту. Не паникуй. Действуй так, как бы действовала на земле. Потом поговорим по поводу разделения обязанностей. Всем всё понятно? Пульсар!

– Да! – рыкнул сельчанин мне в ответ.

– Лаки?

– Так точно, шеф! – позитивно настроился Макс, который сразу перестроился, начав лупить по кораблям побольше.

– Молния?.. – тут уже я спросил осторожнее, так как чувствовал напряженность с её стороны.

– Согласна, – с напряжением в голосе ответила она, а после её голос резко преобразился, она стала говорить чётче. – Тебе даже проще следить за происходящим, ты не так задействован.

– Элси?

– А что я? – виртуальная модель перед моими глазами развела руками. – Командир одобрил, я выполняю твои приказы.

– Вот и славно.

Рисунок боя сразу начал меняться. Пульсар начал маневрировать, ища возможность ударить по противнику. Алиса систематически сообщала то одному, то второму члену команды, кроме нас, об очередном залпе ракет противника по нам. Лаки… а он делал то, что ему нравилось больше всего, не переставал стрелять, вообще, все пять кинетических установок работали постоянно.

У меня хоть и не было нормального пульта для ориентации в космическом пространстве, всё же в моей рубке только доступ к камерам был, но я видел, что крейсер постепенно выходил на линию огня. Ещё минут десять, и нам точно будет несдобровать. Ситуация накалялась, но в это же мгновенье наш корабль завис, буквально на секунду, а после…

Ядовито-зелёный по окантовке и раскалённый внутри снаряд устремился из носовой части корабля в сторону фрегата пиратов. Щит тут же рухнул, как говорят, «посыпался», как разбитое стекло. Тут же в почти беззащитный корабль врага устремились два лазерных луча, которые несколько раз прошлись горизонтально по корпусу корабля.

– Вот это мощь… – не удержался я от комментария вслух, который никто не слышал, кроме меня и Элси, которая смотрела на меня через мой интерфейс с надменной насмешкой на лице, на котором читалось: «Ты ещё ничего не видел, детка».

Фрегат врага просто переломился пополам. Маневренные двигатели носовой части тянули первую половину корабля вверх, а основные двигатели рвали вперёд. Но и не прошло десяти секунд, как произошла разгерметизация и по всему корпусу пошла вереница взрывов. Пульсар тут же начал маневрировать, уворачиваясь от залпов ракет, Лаки переключился на второй фрегат, начав поливать тот огнём.

Второй фрегат удалось подбить уже через три минуты. Мы оказались с его хвостовой стороны, из-за чего были вне досягаемости для его орудий. Эсминцы пиратов тоже не могли атаковать, они разрядились по нам, даже частично успешно, просадив щит сразу до восьмидесяти процентов.

– Бах! – озвучил выстрел Пульсар. Если бы я видел его лицо, то сто процентов увидел бы на нём полубезумную улыбку, даже несколько фанатичную.

В это же мгновение щит противника рухнул, туда же устремились лазеры, которые моментально повредили двигатели врага. Не прошло и нескольких секунд, как по цепочке прошлись взрывы, вплоть до топливных баков, из-за чего корабль буквально разорвало на куски у нас на глазах.

– Отходим! – рыкнул я, смотря на то, как начал разворачиваться к нам правым бортом крейсер пиратов, что служило последним звоночком опасности.

Пульсар безукоризненно исполнил мой приказ, развернулся строго перпендикулярно к флагману противника, максимально выжимая газ. Если бы у меня были сейчас очки с тепловизорами, то я бы увидел огромную инверсионную струю тепловых выбросов. Моментально мы начали разгоняться, приближались к газовому гиганту. Элси сразу начала сбор полезных материалов. Всё же водорода, дейтерия и трития мало где можно найти в чистом виде, а тут вон, целая планета, которая оставалась на резерв в случае необходимости добычи топлива.

– Зачем? – всё же не до конца понимая, уточнил я у неё.

– Продавать, – усмехнулся ИИ. – Всё же сейчас вас отключат от системы Академии окончательно, также вы потеряете все свои счета. Стоп. Без паники. Все средства я перевела на свои внутренние банки, у меня есть такие, так что все твои миллионы останутся с тобой.

Я выдохнул, смотря, как Лаки из орудий методично поливал огнём эсминцы врага, которые не успевали за нами, из-за чего летели строго вперёд, не уворачивались. Три минуты, и первый эсминец сгинул в пучине огня, а второй просто развернулся и стал улетать в сторону своего флагмана. Всё же их командир понял, что просто так с нами не разделаться.

– Разворот, подбить основным калибром! – тут же отдал приказ я.

Пульсар действовал молча. Быстро развернулся, меня снова начало мутить от резкой смены картинки, ускорился, начав постепенно нагонять противника, а потом… просто выстрелил плазмой, лазером не добавлял, хватило основного калибра. Причём хватило настолько, что он просто прошёл насквозь корабля противника на всю его длину.

– Приготовиться к тарану! – рыкнул я. – Лаки, переместить орудия на нос, приготовиться сбивать ракетный залп.

Смотреть сейчас своими глазами на корабль со стороны, наверное, было бы дико. Пять кинетических турелей стали «плыть» по корпусу Изгнанника, перемещаясь в центр корпуса со всех его сторон, образуя из себя правильный пятиугольник. Дожидаться моей команды Лаки не стал, начал просто лупить перед кораблём, поливать огнём всё, что было перед нами, а именно по крейсеру. В какой-то момент все стволы начали работать… вразнобой, по всей видимости, тут уже подключилась ИИ, направляя огонь в сторону множества летящих ракет. Но и помимо них по нам начали работать крупнокалиберные пушки, из-за чего нагрузка на энергетический щит возросла.

– Шестьдесят процентов щита! – тут же начала обратный отсчёт прочности Элси. – Двадцать в резерве на удар!

Лаки не всегда справлялся, иногда ракеты достигали нас, подрываясь о энергетический щит. Нас трясло, временами свет на корабле гас из-за резких перепадов напряжения, но всё же мы на полной скорости летели вперёд. То тут, то там нас сопровождали огненные разноцветные взрывы, ведь не всегда попадалось у пиратов в ракетах качественное взрывчатое вещество.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.