Эдуард Николаевич Успенский
Клад из деревни Простоквашино

© Успенский Э. Н., насл., 2024

© Артюх А. И., ил., 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Вступление

Если вы помните, ребята, дядя Фёдор однажды нашёл клад, и они с Матроскиным корову купили и трактор – тр-тр Митю.

А что дальше с кладом случилось?

Много ли в нём денег осталось?

И вообще, кто этот клад закопал?

Я очень серьёзно задумался над этим вопросом. Думал, думал, интересовался, и вот что я узнал…

Глава первая. Угрожающее письмо от полутёмных личностей

Однажды в начале лета (в Простоквашино всё интересное всегда случается в начале лета) почтальон Печкин принёс дяде Фёдору послание. Оно было положено в красный тревожный конверт и было написано кривыми разноразмерными буквами, вырезанными из газеты:

– Нормальные люди таких писем не пишут, – сказал кот Матроскин. – Это какие-то жулики нам письмо прислали.

Дядя Фёдор немедленно отправился на дачу к профессору Сёмину и отослал такой ответ:

Не понял… Дядя Фёдор.

Когда он вернулся, то немедленно устроил расширенное совещание с привлечением почтальона Печкина.

– Нет у нас никакого наследства, ни нашего, ни не нашего, – сказал Матроскин. – Вот если мы помрём лет через десять, тогда кое-что, может быть, и останется. Коров будет несколько, тракторов там, сенокосилок.

– Не говорите, молодые люди, – сказал Печкин. – Может быть, вы чем-нибудь таким владеете, о чём и сами не знаете. Например, у вас какая-нибудь икона старинная на чердаке стоит или там сундук с отрезами.

Как только он про сундук сказал, в голове у Шарика сверкнуло.

– А помните – мы с вами клад нашли? – сказал он. – Клад-то как раз в сундуке и был.

– Шарик, Шарик! – закричал Матроскин. – Ты что?! Ты про это помалкивай!

Но помалкивать уже поздно было. Все задумались.

– Вот видите, – говорит Печкин. – А если поискать как следует, может, у вас и бриллианты найдутся.

– Какие бриллианты! – кричит Шарик. – Вы что, гражданин Печкин, совсем спятили?

– А что? – говорит Матроскин. – А ведь он прав – у нас все валенки и все телогрейки бриллиантами обшиты. А на штанах пуговицы золотые.

Потом он подумал и добавил:

– Нет, не для этого мы, гражданин Печкин, вас на совещание звали, чтобы вы такую ерунду говорили.

Печкин обиделся на «гражданина» и на «ерунду» и ушёл.

– А теперь, – сказал дядя Фёдор, – давайте подумаем. Ведь мы с вами в нехорошую историю попали.

– Почему?

– Мы клад нашли?

– Нашли.

– Если мы его нашли, его по правилам государству сдавать положено. А государство тому, кто клад найдёт, выдаёт премию. Мы клад не сдали?

– Не сдали.

– Вот то-то.

Шарик и Матроскин задумались. А дядя Фёдор продолжал:

– Теперь я понимаю, какое наследство с нас жулики требуют, – сказал он. – Это тот самый клад.

В домике надолго повисла тишина.

– И бандитам отдавать клад не хочется, – сказал Матроскин. – И к государству обращаться рискованно.

– Почему? – спрашивает Шарик.

– Потому что оно спросит – а почему это вы клад вовремя не сдали? А что вы с деньгами сделали? А корову на какие деньги приобрели?

– Государство – это кто? – спросил Шарик дядю Фёдора.

– Этого никто не знает, – ответил дядя Фёдор. – Это большое количество дядь и тёть. Они сидят в разных учреждениях и за нами наблюдают. Милиционер – это государство. Пожарный – это государство. Медицина – это тоже государство.

– А кто у них самый главный? – спросил кот Матроскин.

– Самый главный – президент, – ответил дядя Фёдор.

– Вот придёт к нам президент, – сказал Матроскин, – и спросит: «Почему это вы мне клад не сдали? Он вам неположенный». Что мы ему ответим?

Все молчали.

– А давайте мы клад на место отнесём, – испугался Шарик.

– Нет, – сказал Матроскин. – Подождём. Никогда не надо бежать впереди паровоза.

Глава вторая. События, связанные с Печкиным

Тем временем на Простоквашино надвигалось удивительное событие – почтальон Печкин решил жениться.

За последнее время Печкин здорово изменился, потому что его резко повысили. Раньше он был просто почтальон, а после повышения стал заведующим почтой.

Он, как и раньше, сам все письма и телеграммы разносил, но зарплату получал большую. После такого повышения Печкин сразу заважничал, выписал себе городские красивые журналы, купил пиджак и галстук.

Целыми днями он сидел дома перед окошком, чтобы электричество экономить, и читал, читал, читал. У него даже очки изнашиваться стали.

Особенно он полюбил журнал «Как создать хорошую семью». В этом журнале он читал все брачные объявления. Объявления были все одно другого интереснее:

Эффектная, хрупкая девушка средних лет, без вредных привычек с автомобилем ищет себе спутника жизни для совместных прогулок в лесу на лыжах.

Ангельского характера, очаровательная леди с двумя высшими образованиями с удовольствием свяжет свою жизнь с достойным и мудрым академиком. Других вариантов не предлагать.

Зеленоглазая, очаровательная дама с собачкой желает познакомиться с господином, имеющим большое количество свободного времени и любящего прогулки.

Прехорошенькая приколистка без вредных привычек ищет мужчину с сединой для совместной дружбы. Звонить по вызову на адрес: Владимирская обл., г. Ковров, для Кузнецовой Анны.

Хорошенькой приколистке Печкин звонить не стал:

– Приколет ещё!

Он решил позвонить другим гражданкам.

Сначала он позвонил «эффектной хрупкой девушке средних лет, без вредных привычек c автомобилем» и сказал, что он готов прогуливаться с ней на лыжах.

В разговоре выяснилось, что не она с автомобилем, а она «с автомобилем ищет себе спутника», для того чтобы из города ехать в лес кататься на лыжах.

У Печкина автомобиля не было, и он сразу отпал.

Тогда он позвонил «ангельского характера очаровательной леди», которая хотела связать свою жизнь с академиком, и сказал, что он, хотя ещё не академик, но спокойный и мудрый.

Очаровательная леди за словом в карман не лазила.

– У меня мудрости своей хватает, дед, – сказала она. – Когда станешь академиком, тогда и звони.

Потом Печкин позвонил «зеленоглазой очаровательной даме с собачкой» и спросил, какие прогулки она предпочитает: на свежем воздухе, по полям в деревне или по музеям в городе.

– При чём тут я? – удивилась дама. – Вы же не со мной будете гулять, а с моей собачкой.

То есть у Печкина произошёл полный обвал. Тогда Печкин стал читать объявления, которые пишут мужчины.

Они тоже были одно интереснее другого.

Современный одинокий принц – интеллигент, социально независимый – предложит руку и сердце, и красивую долгоиграющую любовь неизбалованной стройной, обаятельной девушке 28 лет.

Город Орехово-Зуево, деревня Большие Головёшки.

«Что-то я не помню, чтобы принцы в деревнях жили, – подумал Печкин. – Да и само Орехово-Зуево на принца не тянет».

Следующее объявление было в стихах:

Не красавец, не глупец,

Не юнец и не старец,

Не богатый, не скупой,

А водила я простой.

Ищу одинокую гражданку.

Тел. 124-125-126.

Печкин попробовал стихотворение переделать на себя. Получилось:

Не красавец, не глупец,

Не юнец и не старец,

Не богатый, не скупой,

А почтальон Печкин я простой.

От замены «водилы» «почтальоном» стихотворение явно не выиграло. Более того, оно потеряло свой темп и напор. И Печкин расстроился. Но когда он прочитал:

Замечательный и скромный, романтически настроенный мужчина семидесяти пяти – шестидесяти лет, владеющий комнатой в Москве, ищет женщину с медицинским образованием, имеющую опыт работы на дому, —

он сразу оживился и подумал: «А почему бы мне самому не дать объявление?»

И он быстро накорябал:

Замечательный и скромный, романтически настроенный пенсионер, имеющий избу за городом, ищет подругу жизни для ухода за поросёнком.

Он подписался так:

Неизвестный и таинственный

мистер Икс.

Он отправил это объявление по почте в глянцевый журнал и стал ждать.

Глава третья. Новое письмо из тьмы

Через несколько дней вместе с первыми солнечными лучами, такими первыми, что они были просто горизонтальными, дяде Фёдору снова пришло письмо. Оно было толстое. В нём была записка, составленная из вырезанных газетных букв, и ещё лежала магнитофонная кассета.

Записка была такая:

Когда поставили кассету на магнитофон, всем троим стало немного жутко. Потому что из магнитофона полилась песня:

Жили тринадцать разбойников
И Кудеяр-атаман.
Много разбойники пролили
Крови честных христиан…

Разбойники жили в исполнении знаменитого певца Фёдора Шаляпина[1].

– Вот не думал, что знаменитый Шаляпин поёт такие плохие песни, – сказал Матроскин.

– Откуда ты про Шаляпина знаешь? – спросил дядя Фёдор.

– Я однажды целую зиму в шахтёрском санатории жил. Имени Фёдора Шаляпина, – ответил кот. – Там про Шаляпина пять раз на дню говорили. Шахтёры не знали, куда от Шаляпина деваться.

– Ну, так что будем делать? – спросил дядя Фёдор.

– Надо в милицию бежать, – предложил Шарик. – Этих жуликов сразу схватят.

– Нельзя в милицию бежать, – сказал Матроскин. – Милиция сразу спросит: «А почему вы не сдали клад государству?»

– «Почему, почему»? – закричал Шарик. – По кочану!

– Значит, будем маму с папой вызывать, – решил мальчик.

– Не будем, – сказал Матроскин. – У нас целый месяц впереди. Пусть они докажут сначала, что это их предки клад награбили. Может быть, это и не они вовсе. Может быть, они просто к этим предкам примазались.

– Как они это докажут?

– Пусть они документы предоставят. Фотографии там, справки, метрики.

– Я вот что сделаю, – сказал Шарик. – Я по деревне побегаю и по посёлкам дачным. Посмотрю: не поселился ли где кто-нибудь посторонний, подозрительный.

И он начал бегать.

Глава четвёртая. О, Печкин! Печкин!

Чу́дна речка Простоквашка при тихой погоде, когда вольно и плавно полощет она свои длинные водоросли между камней и берегов.

Когда бегущие к реке избушки будто остановились и замерли в удивлении перед чистой рекой. Ещё секунда – и они дальше побегут купаться.

Редкая птица – зимородок – порой допрыгает по камням до середины речки – и бух в воду за маленькой рыбкой.

Нет, вы не знаете, что такое Простоквашино!

Печкин меж тем начал письма получать от тётенек. Они были разные, от самых тёплых до самых ругательных.

Таинственный мистер Икс, ты – большой нахал! Искать подругу жизни для ухода за поросёнком! Ты уж тогда свинью заводи!

Это было ругательное письмо.

Дорогой, замечательный, скромный мистер Икс! Мне тоже нужен спутник жизни для ухода за двумя дойными коровами, четырьмя гусями, трактором, одним гектаром картофеля и тремя детьми от предыдущего романтического спутника.

С нетерпением жду от тебя сватов. Неутомимая пчела Нина Сергеевна.

Это письмо было тёплое. Остальные были средние или полусредние. Как вот это:

Таинственный мистер Икс, Ваше объявление произвело на меня неизгладимое впечатление. Пришлите Вашу фотографию. Жду, волнуюсь. Загадочная мисс Игрек!

Или как вот это:

Мистер Икс, я заинтересовалась Вашим предложением. Пришлите фотографию поросёнка.

Печкин всё читал и перечитывал письма. Прочитав последние два, он решил сделать совместную фотографию себя и поросёнка, чтобы не тратить лишние деньги.

Борька был великоват, уже под шесть пудов, и вести его в «Фотографию» было хлопотно. Поэтому Печкин вызвал фотографа на дом.

Благо в это время в селе Троицком фотоателье открылось.

Глава пятая. Жгучие новости

Шарик весь жаркий день бегал по деревням и пытался что-то узнать. Под вечер, когда все коровы и даже Мурка разошлись по сараям, когда уже и солнце наполовину ушло в свой коровник, он явился весь запылённый, но гордый.

Он принёс целую кучу оглушительных новостей.

Оказывается, многие жители деревни получили такие же письма. Например, баба Нюра из Троицкого, которая недавно построила дом:

А бабка Нюрка, между прочим, после постройки дома совсем обеднела. Она вместо крестика на шее ключ от почтового ящика носила. Из драгоценностей в доме у неё была лишь простая радиоточка с музыкой.

Пелагея Капустина, которая продала поросёнка и на радостях купила мотоцикл, получила такое послание:

В числе тех, кто угрожательные письма получил, был хромой Шуряйка с лесопилки. Хромой Шуряйка за пять долларов купил машину «Запорожец». Машина старая была, но Шуряйка так её отполировал, что она чище самовара сияла и выглядела очень дорогой. Ему письмо было такое:

Как он вынул из почтового ящика письмо, так с места в карьер в милицию и поехал. Но его «Запорожец» застрял на втором километре, и Шуряйке пришлось вернуться. А потом он и совсем поостыл на счёт милиции. Очень его фраза испугала: «Нам всё известно». Эта фраза не только в Простоквашино, в любом городе кого угодно могла напугать.

Короче, все, кто хоть как-то показал своё благосостояние в деревне Простоквашино и селе Троицком, подверглись преследованиям.

И ещё Шарик сказал, что в палатке на берегу речки Простоквашки живут два небритых туриста, а в селе Троицком открылось фотоателье, и там работает новый городской мастер с двумя ассистентами. Фамилия мастера – фотограф Щелчков, а фамилии ассистентов узнать не удалось.

Он сказал дяде Фёдору, что завтра предъявит фотографии пришельцев и представит целый список жителей, которые за последние дни разбогатели. То есть представит олигархов.

– Какие мы выводы делаем из всего этого? – спросил дядя Фёдор.

– Никаких не делаем, – быстро сказал Шарик.

– Это ты никаких, – сказал кот. – А я делаю, даже несколько. Целых два.

– Какие? – спросил дядя Фёдор.

– Первый вывод, что эти жулики очень трудолюбивые.

– Почему?

– Чтобы написать столько писем вырезанными буквами, надо клеить их день и ночь.

– А второй? – спросил дядя Фёдор.

– Второй, что они не знают, кто именно клад нашёл. Поэтому шлют записки тем, кто что-нибудь купил.

– Значит, надо объединяться. Надо создавать ассоциацию пострадавших! – предложил Шарик.

– Но ведь пока что никто не пострадал, – возразил кот.

– Это только пока, – сказал Шарик.

Глава шестая. События запутываются

Профессор Сёмин – самый знаменитый дачник Простоквашино тоже получил угрожающее письмо в красном конверте:

Профессор немедленно послал им в ответ такое письмо:

Ни на какие средства я дачу не покупал. Её приобрела моя бабушка Сёмина Зинаида Кузьминична ещё в 1929 году. И надо быть вежливыми.

И скоро получил ответ, тоже по Интернету:

В этот же день ближе к обеду к миcтеру Икс (к Печкину) по вызову пришёл фотограф Щелчков из села Троицкого. Это был серьёзный фотограф – пушкарь[2], он не фотографировал, как некоторые, «мыльницей», он носил с собой большой аппарат на ножках.

Фотограф Щелчков спросил Печкина:

– Вам какое фото делать – групповое, одиночное или портрет?

– Вроде как групповое, но в то же время портрет, – ответил Печкин.

– Как сниматься будем: на природе или в домашнем интерьере? Или, быть может, в рабочих условиях?

– В домашнем вроде как лучше, – объяснил Печкин. – Надо и буфет, и телевизор захватить.

– А зачем на портрете телевизор? – спросил фотограф.

– Чтобы благосостояние показать.

Фотограф удивился такому заказу, но делать нечего – клиент всегда прав.

– Хорошо, – говорит он. – Зовите ваших товарищей.

Теперь уже Печкин удивился:

– Каких товарищей?

– Ну, тех, для группового фото.

– А у меня всего один товарищ Борька.

– Так Борьку и зовите.

– А чего его звать. Он всегда в сарае сидит.

Фотограф заглянул в сарай и говорит:

– Нет там никакого товарища, только хряк здоровенный хрюкает.

Печкин ему объясняет:

– Это и есть Борька. Он мне и нужен для портрета.

Фотограф Щелчков обиделся:

– Я – творческий человек, я – художник плёнки, я вам не папарацци какой-нибудь. Мои работы на выставках бывали. Не буду я снимать этого хряка в домашних условиях.

Печкин стал его упрашивать:

– Мне это не просто так нужно, а для журнала. Я под этого поросёнка себе хорошую невесту подберу.

Фотограф Щелчков когда узнал, что для журнала, сразу успокоился. Сельскому фотографу всегда приятно напечататься в городском журнале. И кроме того, в журналах и не такую ерунду печатают.

Они вдвоём втащили поросёнка Борьку в дом и привязали за ногу к столу возле телевизора. Борька здоровый был, но спокойный. Он особенно не упирался.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Шаля́пин Фёдор Иванович (1873–1938) – великий русский певец. (Прим. ред.)

Вернуться

2

Пушка́рь (ист.) – бродячий фотограф или художник-одиночка, представитель малого бизнеса. (Прим. ред.)

Вернуться