Дарья Сорокина
Моя девушка – суперзвезда

Глава 1 Все началось со звонка

Ден

– Тут такое дело, – Дастин затянул свою привычную шарманку, и все на студии мгновенно напряглись, даже парень, ответственный за освещение нервно повернулся, ожидая, что большой босс сейчас и с него штаны стянет, а после накажет продемонстрировать эрекцию секунд за пятнадцать и тоже впишет в сегодняшний запланированный тройничок, но уже четвёртым участником.

Эх, расслабься, Генри, сегодня без тебя управимся, но с моими прогулами и загруженностью Большого Эдди по учёбе скоро и техники кастинг начнут проходить. Ох, а как Хэндерсон побледнел. Чует, что Дастин подготовил нам очередную порцию трешака. После того как наш очкарик девушку нашёл, на съёмки он приходит, как на минное поле. Никак до бедняги не дойдёт, что это не измена, а работа, и его маленькая мисс счастье всё понимает. Вроде как… Судя по рассказам Эдди, девчонка у него не от мира сего, да и сам он странный. Видимо, такие притягиваются друг к другу сами собой.

– Не тяни уже, – подгонял начальство и попутно уворачивался от Оливии, которая кружила вокруг меня со своим чемоданчиком для косметических пыток и пыталась ткнуть меня кисточкой в покрытую щетиной щёку. Кому там на видео вообще нужна моя унылая морда?

– Мне тут девушка одна на почту стукнула. Ну знаешь, на ту самую, куда нам шлют свои хоумвидео, чтобы попасть на кастинг.

– И?

Эдвард на всякий случай свалил из зоны риска и теперь обсуждал что-то с Сарой перед нашим сегодняшним ди-пи*, но всё ещё опасливо косился в сторону Дастина. Предатель малолетний. А я вот прям чувствую, что боссу написал кто-то дико неформатный и отжарить это существо попросят именно меня. Кто если не Дэнни? Хоть бы там не был перебор с пирсингом, как в прошлый раз. На губах у той прелестницы было столько металла, что я член словно в блендер опускал. До сих пор дрожь пробирает.

– Там довольно заманчивое предложение. Она попросила телефон кого-то с оборудованием и навыками оператора, говорит совсем неопытная в этом деле, а ей хочется качественно отснять всё. И ролик её обязательно глянь, она ссылку там кинула. Тебе понравится.

А? Мне? Ну если там ссылка на мультик про милых пони. Вагинами в этой жизни меня точно не удивить. Но скорее всего, меня ждёт очередной порношедевр в духе я и мой вибратор. С другой стороны, я хотел больше практики. Снимать свадьбы уже поднадоело, а над новенькой можно и поприкалываться. Люблю эти незамутнённые сознания с кучей мифов о порно в голове, а как до дела доходит, так краснеют, бледнеют и хихикают. Смеёшься над словом «пиписька», в порно тебе делать нечего. У нас всё серьёзно. Даже сам проржался с этой мысли и слова "пиписька". И как работать сегодня?

– Ну дай ей мой номер. Я не против.

Тому, кто писал сегодняшний сценарий надо памятник при жизни поставить за оригинальность… Надеюсь, Дастин добавит вначале дисклеймер, чтобы девочки и мальчики не повторяли такое дома, и что всё это чистой воды фэнтези, а не руководство к действию. Короче, Сара играет типа школьницу-ботаника, которую мы с Эдди кошмарим. Издеваемся, книжки рвём, поднос с завтраком выбиваем юбку задираем, до слёз доводим. И вот она решает нам отомстить и угостить печеньками с чем-то вырубающим, а после оттаскивает в подсобку со спортинвентарём. Даже спрашивать не хочу: как?! Далее мы с Эдом просыпаемся в одних труселях, и героиня Сары шантажом склоняет нас с групповушке. Охренительная месть. Я уже предчувствую комментарии в духе: а это работает? Я могу издеваться над одноклассницей и в итоге она меня накачает и оттрахает? Дайте двух!

Ладно, поехали. Свет, камера, порн.

Моя таинственная заказчица позвонила едва я трусы после душа натянул.

– Мистер Кавана?

– Ага, а вы?

– Китти Морнинг, вас должны были предупредить.

Не ржать. Не ржать. Боже, она чудо. Уже и псевдоним подобрала. Ну хоть голос приятный, и вроде не слышно перезвона пирсинга на губах.

– Ага. Та самая, которая неопытная? Чем обязан?

Услышал, как она воздуха побольше в лёгкие набрала и выдала на выдохе:

– Я соседка Бет Бэйли, много слышала о вашей студии, увидела в вашем портфолио, что в свободное от основной работы время вы снимаете короткие ролики, свадьбы, лав стори, клипы начинающих реперов. Мне очень нравится ваш стиль, и я очень хочу с вами поработать.

С лести начала. Приятно же, когда за ушком чешут, особенно девушка с таким прелестным голосом. Почему нет? Только она уже смущается сильно, но всё равно надо встретиться с ней сначала, раскрепостить немного, обсудить детально, что она хочет, и как мы это сделаем.

– Ну, давайте поработаем, Китти.

– Мор. Друзья зовут меня Мор.

– Хорошо, мисс Мор. Когда вы хотите начать.

– Как можно скорее. Я могу подъехать, куда скажете, и мы обсудим. У меня есть небольшой сценарий.

От слова сценарий меня замутило. Но я отлично попадаю клочками бумаги в мусорку. Переубежу эту Китти, что для игрищ с вибратором на камеру необязательно писать сценарий. Всё равно зрители обычно проматывают сразу его к началу действа.

– Сегодня я встречаюсь с друзьями в кафе. Не знаю, сколько всё продлится. Если не очень поздно, я позвоню, и мы встретимся где-нибудь на нейтральной территории. Как вам идея?

– Я буду ждать, мистер Кавана.

– Ден.

– Хорошо, Ден. Жду вашего звонка.

*.*.*

В кафе меня и остальных ребят со студии позвала Сара с мужем. У них для нас было какое-то важное объявление. Настолько важное, что эти двое опоздали, и теперь я, Эдди, Дастин и Оливия обсуждали девственность Бет Бэйли. Наш застенчивый малыш так мило нуждался в совете, а я отчего-то бесился. Завидовал тому, что Хэндерсон нашёл себе подружку, и между ними происходит что-то прекрасное и настоящее. Сидел и пускал пузыри на своём молочном коктейле и попутно строил глазки красоткам у барной стойки. Извини, Китти Морнинг, но мне сегодня явно не до работы. Позвоню завтра, а сегодня поищу себе свою миссис Кавана до рассвета.

– Я беременна! – радостно сообщила Сара, и я чуть трубочкой не подавился. Эдвард зажал ладонью рот и округлил безумные глаза. Господи, мне всего двадцать семь я ещё так молод! Это же не от меня? Не от меня же? А по выходным мне разрешат с мелким играть? Могу учить его бросать мяч. Ладно-ладно, всё не так страшно. Дети же нестрашные?

– Милая, не пугай так наших малышей, а то эти двое уже начали прикидывать, от кого из них ты теоретически могла залететь, – муж Сары Норман взвесил на ладони тест и сообщил: – Это тест на овуляцию, расслабьтесь. Дышите, мальчики.

Овуляция? Это что-то венерическое? Залпом выпил свой коктейль, в котором явно не хватало виски. Да, твою же мать, почему Эдвард ржёт, как придурок? Что смешного сейчас случилось? Оливия вон салфеткой глаза промакивает. Точно хана нашей порнобратии, пора обзванивать партнёров. Первый раз вижу такую массовую истерику. На Дастине вообще лица нет, ему словно ногу отрезали.

– Сара не беременна, но это значит, что она может стать мамой в будущем, – сжалился надо мной Хэндерсон, пытаясь объяснить, чего всех так перекорёжило.

Понятно, что нихера непонятно.

– В точку, Эдди! – щебетала Сара и тыкала себя в бока. – Мои детки очнулись после сна, лечение сработало, это, конечно, только начало пути, которое мы с мужем должны пройти уже вдвоём.

– Ты уходишь? – к Дастину вернулся дар речи.

– Мы будем скучать по вам. Заходить в гости. Позовём на крестины.

Мне в уши словно воды налили. Всё звенело от прощальных поцелуев, поздравлений, а меня это раздражало. Нет, я рад за Сару, все знают, как она мечтала о ребёнке, и теперь у них с Норманом появился шанс. Но это заставило меня почувствовать себя никчёмным. Двадцать семь лет… Случайные интрижки и пустая постель по утрам. Ночью весело, а после экстрима со мной все сливаются сами, даже такси вызывать не нужно. Будет ли кто-то так же улыбаться, стоя со мной плечом к плечу?

Посмотрел на последний вызов. Девушка с приятным голосом. Может, это мой шанс что-то поменять, посмотрим, что она скажет. Даже приободрился на мгновение, пока все не начали расходиться. Только Эдвард из вежливости посидел ещё немного и послушал моё нытьё про бывших. Хороший он парень, если предложат что-то крутое позову его, на Хэндерсона всегда можно положиться.

Долго думал, а не выпить ли. Быстро вспомнил реабилитацию и то, во что я превратил себя три года назад, когда Дастин с картонки на улице перед баром меня заблёванного отковыривал и холодной водой поливал. Потёр ладонью предплечье с татуировкой, которую я наколол в первый день своей трезвости и взял ещё один молочный коктейль. Три года. Целых три года. Только я собрался обхватить трубочку губами, как Китти Морнинг напомнила о себе сообщением.

Что решили, мистер Кавана? Я сегодня свободна, встретимся?

Я никогда не верил в знаки, но почему-то сегодня захотелось сделать всё наоборот. Лечь спать одному, а проснуться… А проснуться с новой работой, пусть и не особо серьёзной.

Давай на «ты», Мор? Я тоже освободился, куда мне подъехать?

___

*Ди-пи Двойное проникновение в сексе

Глава 2 Все началось с недопонимания

Мор

– И куда это ты на ночь глядя? – недовольно спросила Робин и перегородила мне дорогу из нашей комнаты в сестринстве.

– По делам, Роб, – ответила, стараясь казаться максимально равнодушной. А что?

Я, правда, по делам. Ден Кавана согласился со мной встретиться, а обсуждать с ним мы будем только работу.

– Мор, ты полвечера проверяла сообщения, как ненормальная, хочешь, чтобы я тебе поверила? Ты опять едешь к Итану? Что мы с тобой говорили по поводу этого парня?

Проще позорно соврать. Сказать, что еду к нему, что в очередной раз сорвалась и помчалась к самому сильному и губительному наркотику в моей жизни, тому самому, что оставляет рубцы не только на сердце, но и на теле. Но не сегодня…

– Роб, пожалуйста, – бросила нервный взгляд на нашу новенькую соседку, которая заворочалась во сне. Не хочу, чтобы Бет узнала про мою одержимость плохим парнем. Не хочу, чтобы хоть кто-то узнал, что Китти Морнинг слабая и бесхребетная дура.

– Просто скажи, честно, что ты не к нему, – взмолилась подруга, продолжая попирать задом дверь.

– Я не к Итану.

Даже имя его не могу произнести без дрожи и боли. Сколько лет уже продолжаются наши нездоровые отношения, а я всё никак не могу отрезать эту охваченную гангреной руку. Мне страшно. Вдруг после я не смогу играть, музыка и стихи покинут моё сердце, вместе с безответной и агонизирующей любовью.

– Верю. Для Итана ты бы оделась поприличнее, а не как бродяжка. Не задерживайся.

В коридоре натянула свою привычную улыбку, желала сёстрам спокойной ночи, а другим хорошо провести вечер и прийти на пары без головной боли.

Только в машине позволила себе быть собой. Погладила руль моего старенького форда, который ездит вопреки всему. Купила беднягу на свалке прямо перед тем, как его хотели отправить под пресс. В благодарность он продолжает цепляться за жизнь и ещё ни разу на моей памяти не заглох. Скоплю ещё чуть денег и подлатаю его. Заслужил.

Только он и Робин знают меня настоящую. От моей соседки сложно что-то скрыть, она не спрашивая перетряхнёт и влезет в твою жизнь, раскопав все секреты. Странно, но меня это не обижало. Напротив, стало проще. Роб не приседала на мозги, не давила нравоучениями, но говорила то, что нужно, то, что я и сама знала, но боялась произнести вслух.

– Это не любовь, Мор. Это херня какая-то.

Я кивала, но всякий раз срывалась к Итану ради нескольких часов с ним, и опустошающей горечи после. Он мог пропасть на месяцы, не отвечать на звонки, а после внезапно прикатить в Пало-Альто со словами: Где ты была, крошка? Я скучал.

А я начинала оправдываться учёбой, подработкой в клубе, теребила волосы, и игнорировала цоканье Робин у себя над ухом.

Его будоражащий голос, взгляд равнодушных голубых глаз, которые иногда покрывались тонким льдом нежности. Наступишь – провалишься в ледяную воду и подохнешь там от безысходности. Потому что обратно не выбраться. Вот и я бьюсь кулаками об лёд и ничего не могу поделать. Мерзну и задыхаюсь…

Только музыка помогает отвлечься. Выплеснуть всю страсть и обиды в незамысловатых строчках, найти саму себя, потерявшуюся в рабском чувстве. Какая ирония… Именно музыка столкнула меня с Итаном, и именно в ней я искала исцеление. Хотя скорее всего, я просто хотела добиться сама, чтобы он разглядел во мне кого-то большего чем свою влюблённую фанатку. Уже ничего не знаю и не понимаю.

Поглядывала на сбившиеся часы на приборной панели, мысленно отсчитывая минуты до встречи с Деном. Почему-то после нашего телефонного разговора сердце забылось в ином ритме. Нетерпение, надежда. Мечты снять клип на ту самую песню преследовали меня с момента написания. Итан сказал, что это лучшее из моего, но так и не понял, о чём она. А может быть, понял, но виду не показал.

Прибавила газу, пытаясь оставить мысли о моём не моём парне позади. Гнала свой стонущий и кряхтящий форд к назначенному месту встречи, подбирала слова для Каваны, пока не упёрлась в розовую вывеску с кучей воздушных шариков. Сверилась с адресом. Всё точно вроде. Кафе мороженое? Серьёзно?

Ну и место он выбрал. Меня сейчас замутит от ярких цветов и сладковатых запахов, таких приторных, что только от них можно набрать пару килограммов лишнего веса. Лавировала среди голосящих детей, стараясь никого не задеть, и вертела головой в поисках Дена. Не пришлось долго его искать. Жгучий брюнет со скучающим взглядом мешал трубочкой молочный коктейль, обсыпанный сверху серебристыми и розовыми звездочками. При одном только взгляде на это сладкое безумие прозрачном стакане у меня начал развиваться диабет. Вишенкой на торте оказались веснушки на носу и щеках этого парня. Я, конечно, не все фильмы с ним пересмотрела, но точно не припомню этой милой особенности. Работа визажиста? Стояла посреди прохода и рассматривала полную противоположность Итана. Тёмные глаза, нос с лёгкой горбинкой, небрежная щетина, россыпь родинок на левом виске. Проведи через них ломаные линии и получишь созвездие.

Не я одна таращилась на Кавану. Мамочки, сидящие неподалёку, с любопытством разглядывали необычного посетителя детского заведения. Конечно, они его узнали. Дабл Дэнни совсем не скрывался от публики в отличие от Эдварда Хэндерсона. Позировал для журналов, снимался в рекламе и даже в паре низкобюджетных боевиков засветился в отрицательных ролях. Обычно его приканчивали через пару секунд после появления и непродолжительной перестрелки. Понятия не имею, как мне вообще смелости хватило попросить его снять для меня клип. Но вот он здесь, пьёт молочный коктейль и посмеивается про себя.

Теперь я поняла, почему он выбрал именно это место. Да, его узнавали, да, на него пялились, но вот подойти никто не решался. Всё-таки Дабл Денни больше известен за свои роли в умопомрачительных групповушках, чем как безымянный ирландский бандит из фильмов.

Поборола лёгкую нерешительность и села напротив, ловя на себе завистливые взгляды других женщин. Эх, знали бы вы, что спать с этим парнем я точно не собираюсь, и у меня к нему вполне деловое предложение.

– Привет, я Мор, – протянула ему руку, чтобы сразу показать ту самую деловую дистанцию между нами, а он взял и поднёс её к губам.

– Приятно познакомиться.

Обычная фраза, а сказал он это, словно чувственным и одновременной грубым сексом с каждым слогом занимался. Где-то с придыханием, где растянул гласные, а где-то резко рубанул.

Быстро убрала обе руки под стол и вжалась в спину стула, а Кавана, кажется, наслаждался произведённым эффектом, быстро перегнулся через стол, поймал меня за подбородок и провёл большим пальцем по моим губам, которые под его прикосновением почему-то сделались предательски мягкими.

– Никакого пирсинга, хах.

Вот это его насмешливое «хах», коварная полуулыбка заставили мой ледяной мир пойти трещинами. Ещё ни одному парню не позволяла ничего подобного за пару секунд знакомства, и ещё ни один парень так нагло и легко не входил в мою зону комфорта. Итана я пустила сама…

– Только в ушах, – ответила сдавленным голосом, а Кавана всё ещё поглаживал мои губы, слова раздумывая, что с ними сделать. А уж он-то знает… Я видела.

Затем его рука поймала выкрашенную в розовый прядь волос. Ещё одно «хах», немного снисходительное. Изучал меня, смотрела в глаза, касался взглядом шеи, груди, потом откинулся на стуле и закусил ноготь.

– Нестандартный типаж, Дастин был прав. Ты девственница?

Поперхнулась от внезапного вопроса. А это важно?

– Ну чего ты стесняешься, собралась сниматься, а на лёгкий вопрос ответить не можешь. Давай помогу, я вот не девственник, твоя очередь.

Сглотнула.

– Я тоже.

– Полностью скажи.

Огляделась, чтобы рядом никого не оказалось и прошептала:

– Я не девственница.

– Это хорошо, Мор. А секс любишь?

Это какой-то тест на мою раскрепощённость? Так надо? Интересно супружеские пары перед свадебной фотосессией он о том же расспрашивает, или это мне так повезло?

– Задумалась? Мне кажется, этот вопрос даже легче предыдущего. Я обожаю секс, а ты?

То, что происходит между мной и Итаном, это странное. Это больно. Я хочу его и мне нравится момент до нашей близости, но чувства, которые снедают меня во время и после секса ужасны. Сначала мне кажется, будто мне подали милостыню, а после заставили отработать каждый полученный цент, и снова бросили на паперти.

– У меня всего один партнёр был. Я не знаю, – ответила Дену, и он нахмурился.

– Это странно, но честно и вполне поправимо. В любом случае новенькие редко начинают со сцены мальчик и девочка. Это уже хард. Мы с тобой сделаем несколько роликов дразнилок. Ты будешь медленно раздеваться, изображать стесняшку. Это подзадорит подписчиков. Посмотрим на их реакцию, после добавим игрушек…

Вот сейчас я окончательно потерялась. Мальчик и девочка? Раздевания? Игрушки?

– Дальше подберём тебе партнёршу. Все начинают с лесбо. Это окончательно раздразнит всех, и подписчики уже в голос будут умолять, чтобы тебя кто-то оттрахал. У меня уже есть на примете пара хороших ребят, но если ты пока стесняешься, то могу быть твоим первым, всё же к этому моменту мы с тобой уже месяца полтора отработаем, попривыкнем друг к другу.

Он так увлечённо проделывал со мной все эти вещи на словах, что я не знала, как его остановить. Наверно, стоило оскорбиться, плеснуть ему в лицо его же коктейлем и смотреть, как молоко капает с щетины…боже… Но я продолжала слушать этот издевательский акцент, а Кавана воплощал самые грязные фантазии, что я уже едва могла бороться со сладкой тяжестью внизу живота.

– Мистер Кавана…

Это надо кончать, пока я действительно не захотела сниматься в порно.

– Мор, мы же договорились. Я Ден.

– Ден, ты не смотрел ролик, который я прислала, да?

– Хм?

Нервно рассмеялась и достала телефон из кармана и принялась разматывать наушники.

– Прости, Дэн, кажется, вышло маленькое недопонимание, можно?

Теперь уже я перегнулась через стол и позволила себе прикоснуться к этому парню. Нацепила на него динамики, включила запись, где я пою под акустику в своей комнате.

Кавана переменился в лице, когда до него вдруг дошло, зачем мы здесь.

Он дослушал мою песню до конца, поднял на меня взгляд и снова посмотрел на дисплей, словно не веря, что я и та девушка на самом деле один человек.

– Ещё не передумала со мной работать? – он стянул наушники себе на шею. – Клянусь, я совсем не хотел тебя обидеть. И пожалуйста, забудь мои советы про двойной анал, хорошо? Кошмар… Я реально это сказал тебе.

– Ну из твоих уст это прозвучало очень заманчиво.

Он прижал ладонь к лицу и покачал головой:

– Я придурок.

– Есть такое. А за это мне полагается скидка на твои услуги?

– Огромная и с кучей бонусов. Можно, я ещё раз послушаю твою песню?

– Конечно, а я пока, пожалуй, умоюсь. После той групповушки. в которой ты меня довольно жёстко отымел сзади, я бы и от душа не отказалась.

Услышала вымученный стон Дена и рванула в туалет. Надо срочно сделать что-то с моими горящими щеками…

Глава 3 Вызов принят

Ден

Не удивлюсь, если мисс Морнинг сбежит и не вернётся. После всего, что я ей наговорил в запале, странно, что она в суд на меня ещё не подала за сексуальное домогательство. Боже, я спросил не девственница ли она, и сколько у неё было парней, а потом в красках расписал, как буду заниматься с ней сексом на камеру. Ещё и предложил сделать несколько видео от первого лица. Это фиаско…

Врубил звук погромче, погружаясь в голос Китти, отдаваясь его надрывному откровению, вперемешку с отчаянием и безумной надеждой.

Быстро. Медленно. Рвано.

Движемся, дышим, но рано я

На мост горящий запрыгнула.

Его дожечь не мешало бы,

Я бы по углям шипящим шагала,

Мне бы скрыться подальше, но

Для нас всё давно предрешено

Парою взглядов, одним звонком.

Я щёлкнула громко в груди замком.

В мир свой пустила тебя, и вот

Пламя жестоко мне стопы жжёт.

Мост догорает, сгорим ли мы?

Предсмертным сиянием среди тьмы.

Мне страшно к тебе сделать робкий шаг.

Мой парень, любовь, мой опасный враг.

Кому ты писала это? Уж не тому ли одному-единственному посвятила эти обнажённые строки? Интересно, а он знает, как глубоко забрался тебе под кожу? Конечно, знает. Я очень хорошо представляю таких парней, по кому милые девочки могут сочинять нечто подобное. Не красавец, но не лишён обаяния. Определённо старше Китти. Давит опытом и авторитетом, но сам грёбанный лузер, который кроме, как в уши малолеткам ссать не умеет. Пудрит мозги, ничего не обещая, но и не клянётся в любви. И вот итог: шагающая по углям душа. К нему хочет, страдает и всё понимает. Не глупая и не наивная, только с крючка слезть не может без помощи. Как я когда-то. Только меня бутылка держала, а её жестокий мудила. Та же одержимость, тот же алкоголизм, только персонифицированный…

Возвращается, а я всё слушаю песню на повторе и смотрю на Мор. Как она обхватывает себя руками, словно защититься от целого мира хочет. Она наверняка даже не догадывается, какой уязвимой выглядит сейчас в этих огромных ботинках на толстой подошве, которые кажутся нелепыми колодками на тонких ножках. Джинсы в облипку, а сверху безразмерная толстовка с карманом на животе. Иногда руки Китти прячутся там, смешно оттопыривают его, а затем обратно возвращаются к плечам, она точно крик в себе сдерживает, который вырвался только в песне. Я уж вижу сюжет. Вытащил ручку из нагрудного кармана, щёлкнул ей и быстро-быстро принялся набрасывать на салфетке сценарий.

Использую хромакей. Сделаю зелёную дорожку, а Мор будет идти по ней и петь, превозмогая боль. Ноги вымазаны в саже. Рваное белое платье, обгоревший подол. Знакомый мастер по спецэффектам наложит тлеющие угли и языки пламени. Будет круто. Со второй частью нужно ещё подумать. Возможно, добавить секса. Песня о нём. Вот это самое предсмерное сияние во тьме – это секс. Девушка отдаёт всю себя на растерзание этому чувству. Понадобятся два актёра. Беззащитная жертва. Минимум одежды, и парень в костюме, доминирующий над ней. Чёрт, я аж взмок.

– Что делаешь? – Мор с интересом наблюдала за появляющимися на рваных салфетках каракулями, а лишь поднял указательный палец, чтобы она подождала ещё минуту.

Девушка в сюжете должна победить. Должна преодолеть это рабское чувство, а парень останется ни с чем. Да. Я так хочу. И не потому что, какого-то хрена я ревную эту несуразную заказчицу к какому-то сферическому чуваку. Может, и нет никого, а я всё придумал в своей голове. Черт его знает. Надо спросить. Стянул наушники.

– Ты кому-то конкретному эту песню посвятила? Или просто так?

– Это важно? – смутилась, руки под стол зачем-то спрятала. Ресницы вдруг скрыли от меня её бледно-зелёные глаза.

– Да. Важно. Я хочу понять, прежде чем мы начнём снимать.

– А…

Наивная. Верит мне. Готова рассказать и рассказывает о нём.

– Это глупо, наверно, Дэн. Но ты прав, это про одного парня. Я его любила лет с пятнадцати. Он в группе играл. Тогда, знаешь, это производило впечатление. Он был старше, и на меня особо внимания не обращал, а я всегда была рядом. Видела, как после концерта и пары выпитых банок пива она целует других девчонок. А как-то раз и мне перепало. До сих пор помню этот горьковатый алкогольный вкус на его губах, меня это опьянило даже сильнее, чем его. И я… Глупая. Он так долго избегал меня после, что мне пришлось сделать вид, что ничего не было. Это помогло, мы снова стали общаться.

– А потом он просто спал с тобой, когда ему этого хотелось?

Прервал её. Не хотел слушать дальше про ублюдка, который держал доступную безотказную игрушку про запас. Не хотел заставлять её саму в этом сознаваться. Тут нет ничего постыдного, так случается в жизни с пугающей частотой. Мне ли знать, я уже встречал таких девчонок, сидящих на коротком поводке… Многие искали утешение в бизнесе, потому что доказать самим себе хотели, что желанны. И у них удавалось, их хотят тысячи, но в сердце до сих пор нарывает старая заноза.

– Понятия не имею, почему говорю всё это тебе, – она закрыла лицо руками.

– Мне можно. Эй, мы с тобой сегодня успели несколько раз переспать, забыла? Я же был лучше твоего недопарня, правда?

Китти оторвала ладони от щёк и рассмеялась. Звонко. Искренне.

– Да, уж. Ты был неподражаем. Если одними лишь словами можно довести девушку до мокрых трусиков, что же ты делаешь, когда…

Замялась. Снова мило покраснела, а я так хотела услышать продолжение.

– Когда что?

– Когда не говоришь.

– Интересно? – я флиртовал с ней. Боже я флиртовал с Китти Морнинг, и это было такое приятное и забытое чувство. Как в школе, когда сердце самый первый раз застучало быстрее, а в паху сладко заныло.

– Прости, Дэнни, наверно ты меня уже не удивишь, я видела ролики с тобой и примерно представляю твой репертуар.

Я даже дар речи от её наглости потерял. На этом месте в комиксе должны были нарисовать взрыв с приписками «бум» и «бдыщ». Сначала эта девчонка меня шарахнула об асфальт, а потом подожгла фитиль, торчащий у меня из задницы. Это мудак её ничем удивить не сможет, кроме предложения перепихнуться по-быстрому, потому что не любит её, а только от самого себя прётся и во время секса тоже. Любуется тем, какой он охеренный мачо, и даже не видит, что девчонка, дрожащая под ним в душе слезами и кровью заливается. А может, видит, но ему насрать.

– Вот как? Думаешь, знаешь обо мне всё, мисс Мор.

– Я этого не говорила. Конечно, я тебя не знаю, просто не уверена, что у тебя получится. У меня к сексу отношения весьма прохладное.

– Окей, идём, – схватил со стола свои сценарные заметки для клипа и первым пошёл ко выходу.

Как развести Дабл Дэни за три секунды? Сказать мне, что я что-то не смогу в постели. Эта певичка бесхребетная меня на понт взял. И кто тут бесхребетный теперь на самом? К сексу у неё прохладное отношение, да потому что она в своей жизни только с одним лузером трахалась. Которому плевать на неё.

– Куда? – с энтузиазмом спросила Мор, едва поспевая за мной, а я резко развернулся к ней среди людей, толпящихся у входа, и прошептал, едва касаясь её уха губами.

– Туда, где я доведу тебя до оргазма, ни разу не притронувшись.

– А если не сможешь? – с вызовом спросила моя нанимательница.

– Тогда я работаю на тебя бесплатно от начала и до конца. Как тебе?

Глава 4 Обгоняя здравый смысл

Мор

Его предложение звучало еще неприличнее, чем весь наш предыдущий диалог, но то, с каким выражением лица он слушал мою песню, как увлеченно писал на салфетках наброски сценария, не оставило мне шансов на сомнения. Ден Кавана знает свое дело, и я могу на него положиться. А еще у меня появился шанс, что он поможет мне забесплатно, очень уж жесткие условия этот парень сам себе поставил. Но даже если я проиграю, то все равно останусь в выигрыше. Это же сам Дабл Денни, по которому только что-то вздыхало полкафетерия и не только женщин, но и ребят из другой лиги. Но к несчастью для последних, в графе ориентация у Денвера значилось: straight*, а в отношениях красовалось заманчивое: single*. Хотя понятия не имею, почему меня это теперь волнует. Не волнует же?

Как и не волнует моя рука, каким-то непостижимым образом оказавшаяся в его. Ден так уверенно тащил меня через всю парковку, что я не сопротивлялась. Надо идти за ним, с ним…

– Ох ты ж, смотри-ка чьё-то корыто ржавое увозят. Не повезло.

Кавана указал на эвакуатор, который грубо зацепил мой за передний бампер форд, как рыбёшку за губу, и утаскивал прочь.

– Это моё корыто, – в ужасе прошептала, физически чувствуя, как моя машина стонет и скрипит.

Бросилась вперёд, стараясь не разреветься. Мой верный друг, мой защитник, мой малыш. Он так боролся и учил этому меня, а сейчас его увезут из-за того, что я неправильно припарковалась, и не думаю, что он переживёт это.

– Стойте, пожалуйста! Пожалуйста…

Эвакуатор прибавил газу и скрылся за поворотом, чиркнув по асфальту отвалившимся бампером и выбив на прощание целый фонтан искр.

Бежала следом, заливаясь слезами, срывалась на крик, пока меня не подхватили две крепки руки и не подняли над землёй. Вырывалась, кажется, даже заехала локтем мудаку по роже.

– Мор! Мор, мать твою, успокойся. Ты их так не догонишь. Да хватит дрыгаться уже! Мне сниматься скоро, фасад мне попортишь, даже Оливия не замажет.

Дэнни. О господи, я его ударила. Обмякла в его объятьях, а он осторожно поставил меня на ноги и развернул к себе. Большими пальцами он вытирал мои слёзы и пытался успокоить, пока я бессильно сжимала кулаки.

– Сейчас ты сядешь в мою машину. Пристегнёшься как следует, и мы догоним их, хорошо? Я знаю, куда повезли твою ржавую тушку на колёсах.

Не обижалась, кивала. Смахнула рукавом толстовки остатки слёз и слушалась Кавану. Он слишком уверен, чтобы ошибаться, а ещё он вёл меня к…

– Я тоже люблю старьё. Как тебе Шелби шестьдесят восьмого года в отличном состоянии. Хах?

Мне это совершенно ни о чём не говорило, кроме того, что тачке много лет.

– У меня тоже форд. Хотя вроде не такой старый, как твой, – пробормотала, шмыгнув носом.

Денвер явно ждал другой реакции. Смотрел на меня, как на умалишённую.

– Тоже форд? Вот то существо было фордом? Боже…

Послала ему свой коронный гневный взгляд из-под бровей. Кавана хмыкнул и открыл для меня дверь.

– Знаешь, я могу показать тебе, что такое настоящая машина, а заодно что такое настоящий мужчина. Готова?

Теперь уже хмыкнула я. Выпендрёжник.

Пристегнулась. Игнорируя выпады Дэнни, смотрела только вперёд, а затем меня резко вжало в спинку кресла, когда он без предупреждения рванул с места со звуком боинга, набирающего высоту.

Сосредоточенный взгляд к горизонту, жилистая рука на руле, уверенные движения, с которыми он переключал коробку передач. Я любовалась этим парнем, напитывалась скоростью, и перед моими глазами уже плясали дразнящие строчки новой песни. Она пока ещё не сложилась, ускользала от меня, но я чувствовала, что Денвер поможет нагнать её, а пока мы мчались, нарушая все мыслимые и немыслимые правила, под натужное рычание мотора.

Где-то позади мне уже мерещились сирены патрульных машин, а мы все гнали без остановки, пока впереди не показался эвакуатор.

– Попался, – оскалился Кавана, утопил педаль газа и обогнал и без того нерасторопную машину, а затем резко вдарил по тормозам, вынудив дорожную службу остановиться.

– Ты сумасшедший!

– Ага. Как там твои трусики, не намокли?

– Если, только от страха…

Он рассмеялся, открыл дверь своей тачки, чтобы договориться с водителем эвакуатора, как вой сирены стал громче, а через секунду Денвера скрутили и приложили об капот его же Шелби. Охренеть вечерок!

Выскочила следом, едва не налетев на мотоцикл патрульного.

– Офицер, вы не так поняли. Мистер Кавана мне хотел помочь, это я виновата.

В глазах Дена читалось что-то вроде: «молчи дура», а затем мне в лицо посветили фонариком, заставив болезненно поморщиться.

– А что это тут у нас? Маленькая сообщница? Эй, парень, а твоей подружке уже есть восемнадцать? Куда так неслись? Ну-ка дыхни, красавчик, – офицер ткнул Дену в лицо трубочкой тестера.

– Да пошёл ты, – рыкнул Кавана и добавил уже с сильным акцентом: – Gobshite!*

– Ух, какой ты красноречивый ирландский парень. Не переживай, я тебя понял, – патрульный поднёс рацию ко рту: – Ребята, тут надо одну сладкую парочку до утра остудить. Код девяносто-восемь. Да, пришлите машину.

– Я не пьяный, слышь ты, господин офицер, – Денни пытался подняться с капота, но его крепко держали с заведенными за спину руками.

– О, знаешь, что означает этот код. Не дёргайся, хуже будет. Эй, Мичт, как только то ведро с болтами отвезёшь на штраф стоянку, вернись за этой деткой и поаккуратнее, это же Шелби Джи-ти пятьсот. Она не виновата, что хозяин у неё козёл.

Кавана рывком вскочил на ноги, оказавшись на целую голову выше патрульного и угрожающе навис над ним с совершенно зверским выражением на лице. Бросилась вперёд, между ними, пытаясь сгладить и без того паршивую ситуацию, как тут же получила шокером вместо Денни. Мир резко потемнел, а под колени словно огромный пушистый пёс кубарём вкатился. Последнее, что я услышала перед тем, как потерять сознание был перепуганный крик Дена. Он звал меня по имени, и мне почему-то было приятно, хотя я до смерти ненавижу, когда мне говорят: «Китти». Но ты делал это иначе, Ден, без издёвки. Скажи ещё раз…

– Живо сними наручники с меня! Китти, мать твою. Китти!..

___________

*Straight – гетеро

*Single – Не состоит в отношениях

* Gobshite букв. говноед

* код 98 вождение в состоянии алкогольного опьянения.

Глава 5 Чей это котёнок?

Ден

Офицер-ублюдок побледнел, когда Мор не выдержала разряда и упала на землю. Интересно, чего он больше испугался моей перекошенной рожи или того, что Китти могла пострадать.

– Отпусти меня, я никуда не уйду, дай помочь ей, – старался быть вежливым, и убедить себя, что не патрульный виноват в случившемся, а один дебил решил впечатление произвести. В героя поиграл, а когда не вышло ещё хуже сделал.

Щёлкнул замок наручников, и я сразу же поднял Морнинг и прижал к себе. Какая-то подозрительно лёгкая она. Под мешковатой одеждой оказалась хрупкая тощая девчонка, которую не мешало бы откормить. Заворочалась, застонала. Живая. Даже отлегло резко и пропало желание рожу офицеру начистить, а ведь в свои лучшие времена я бы так и поступил. Хорошо, что у меня на руках моя будущая заказчица, это останавливает от очередной глупости.

– Давай, сначала её в больницу закинем, а потом делай со мной, что хочешь, чувак, – выдал максимально располагающую, как мне казалось, улыбку.

Вот только офицер слишком долго думал над моим щедрым предложением, что Мор первая очухалась, прошептала слабеньким голоском:

– Не надо в больницу, пожалуйста… Я с тобой поеду… Ты из-за меня всё это…

Закатил глаза. Вот же жертвенный котёнок попался. Но врать не хочу хотя бы самому себе, было бы неплохо, если бы она компанию мне составила сегодня. С моего решения начать трезвую жизнь, я ещё ни разу не влипал в неприятности, и даже такое хрупкое плечико дорогого стоит. Но с другой стороны, она мне все планы по запугиванию офицера портит. Сыграли бы на его испуге из-за шокера, глядишь отпустил бы нас обоих под страхом судебных тяжб. Эх, дилетантка.

Патрульная машина не заставила себя ждать и присоединилась к нашей тусовке.

– А с этой что? Пьяная?

– Не, её ваш коллега шокером вырубил, – опередил говнюка, который тут же бросил на меня растерянный взгляд.

– Может, в больничку её? Бледная она какая-то, – предложил новоприбывший, и Китти снова простонала и крепче в меня вцепилась. Хм… Так сильно не любишь врачей? Я запомню.

– Сегодня без больничек, оформляйте уже меня, мальчики, чего время тратить?

В машину садился очень осторожно, придерживая Китти за голову, чтобы не приложить девчонку ещё обо что-нибудь. Ощущения от неё в моих объятьях были до жути странными, словно котёнка уличного подобрал и вёз домой, где мама меня непременно наругает, но в конечном счёте разрешит оставить. А интересно даже, что папа с мамой сказали бы, заявись я к ним вот с таким сюрпризом на Рождество? Попробовать, что ли, пока Морнинг в полусознательном состоянии мычит?

– Прости меня, Денни, это всё из-за меня, – пробормотала владелица самого стремного форда в Калифорнии.

Черти на моих плечах орали: пользуйся, дебил! Вытяни из неё все соки, поставь на счетчик.

– Да ну ты чего с ума сошла? Это я всё. Мы бы и так эвакуатор нагнали, сунули этому Митчу баксов сто, и поехали себе дальше. У нас был очень крутой план, ты помнишь?

На её губах появилась милая улыбка, но патрульные опять испортили момент.

– Планировали дать взятку, мистер Кавана?

Да твою же мать! Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас.

– Смотрите уже на дорогу, – огрызнулся на наших конвоиров и получил в награду осуждающий взгляд малышки Мор. Да-да, она сможет держать меня в узде, уже держит…

Что я там говорил? Доведу её до оргазма, не прикасаясь? Ну-ну. Это она меня своими глазками сейчас прокатит на крутых виражах. Только почему выглядит такой несчастной, словно случилось, что-то непоправимое?

– Ден…

Тихо так, как будто помрёт сейчас. А нет… На бледных щеках внезапно расплылся пунцовый румянец.

– Что такое?

– У меня проблема…

Мор

Ещё со школы знаю, что разнимать мальчишек – дело неблагодарное, но все равно лезла, куда не просят. В итоге всё заканчивалось благополучно для дерущихся, но не для меня. Мне случайно разбивали губу, оставляли фингалы, один раз даже зуб выбили. Благо молочный. Драки обычно мгновенно прекращались, а меня под руки вели в ближайший травмпункт внезапно помирившиеся недруги. После первой пролитой крови, сражаться дальше они не хотели.

И вот сейчас. Ничем хорошим моё вмешательство кончиться точно не могло. Огромная ирландская гора мышц и слепой ярости с одной стороны, и офицер полиции с другой. Не ошиблась, схватила разряд шокера и повалилась не землю. Но хуже другое… Почти одновременно с падением по моим ногам начало разливаться приятное тепло, которое cлишком быстро сменилось мерзким холодком. О господи, я обмочилась… при нём… Хуже этот день уже точно не станет!

Ошиблась. Кавана взял меня на руки… Сейчас он все поймет, или уже понял, но не показывает вида. Боже. Лучше притвориться мёртвой.

Перестаралась. Глядя на моё полуживое тело, патрульные предложили отвезти меня в больницу. Только такого позора я точно не вынесу сегодня. Пришлось оживать, сверлить Денвера жалобным взглядом, лишь бы послушался.

– Не надо в больницу, пожалуйста… Я с тобой поеду… Ты из-за меня всё это…

– Агрх, – на пределе своей ирландской сексуальности рыкнул Кавана и закатил глаза.

Интересно таких мужчин производят на каком-то особом конвейере? Закладывают по максимуму: сногсшибательную внешность, голос, от которого натягиваются невидимые струнки в груди, поступки, словно он в жизни никогда не сомневался ни в чем и не задумывался дольше нескольких секунд. Он настоящий. Он слишком хороший чтобы в такого поверить, или просто мне ни разу не попадались такие парни, которые бы прижимали меня к себе, защищая от целого мира.

Глупая Китти. Нафантазировала себе всякого. Это его работа быть милым, да и харизма отточена годами актерской деятельности, а твои мокрые штанишки он пока, наверное, не заметил.

Он еще какое-то время пререкался с полицейскими, и даже меня пытался подбодрить, но я не могла не думать ни о чем кроме собственного фиаско. Даже возможный арест меня так не страшил, как собственный слабый мочевой пузырь. В какой-то миг я просто не могла больше молчать и решила во всем сознаться:

– Ден…

Удивлена, что силы нашлись его имя произнести. Упругое, как сжатая пружина, которая вот-вот сорвётся.

– Что такое? – как чувствует меня, спрашивает с неприкрытой тревогой, и мне страшно становится, как бы он опять не рассвирепел не представителей правопорядка.

– У меня проблема…

– М?

Не могла найти ни одного эвфемизма, чтобы сгладить своё чистосердечное признание, потому сказала как есть:

– Я, кажется, описалась…

Кажется? О, нет Китти, ты точно знаешь, что случилось, а теперь знает и Кавана. Не говоря ни слова, он провёл ладонью по внутренней стороне моего бедра, и я чуть не взвыла от досады. Это худший момент в моей жизни! Это очень странный момент в моей жизни. Хотелось зажать лицо ладонями, но я лишь крепче цеплялась за его одежду.

– Ага, вижу. Вот ублюдок… – выругался Ден, и офицеры настороженно прислушались.

– Извини…

Очередной агрх, заставил вздрогнуть.

– Будешь извиняться за такую фигню поставлю тебя на счётчик, не расплатишься. Мы с тобой что-нибудь придумаем, хорошо?

Кивала, ощущая теплоту в груди, которая была сильнее лесного пожара в Калифорнии, захватывала моё сердце так стремительно, что я не успевала ставить защиту и отрицать происходящее. Слышать такое простое «мы», похожее на крепкое плечо, которого у меня никогда не было, и которое так внезапно появилось в моей жизни.

Я не привыкла рассчитывать на чью-то помощь, с любой проблемой я обычно оставалась один на один, даже когда проблема касалась меня и Итана…

– На выход, – сообщили патрульные, когда мы подъехали к участку.

– Минуточку, – лучезарно улыбнулся Денвер, не торопясь выходить. – Помогу моей детке кое с чем, а после я весь ваш. Можно попросить вас отвернуться? Клянусь, что не сбегу.

Они закатили глаза, но просьбу выполнили, а Кавана начал стаскивать с себя кофту.

– На вот повяжи. Мера временная, но выбор у нас сейчас небольшой.

– Испачкается же? – боже, как мне всё это напоминает мою соседку Бет Бэйли, которая так же носилась с толстовкой своего парня Эда Хэндерсона. Может, оба эти парня ходят на особые курсы настоящих мужиков?

– Я тебя умоляю, в этой жизни меня уже чем только не пачкали, серьёзно, не бери в голову даже. И наш спор все ещё в силе.

Пыталась обмотаться кофтой в тесной машине, а Кавана и не думал никуда уходить, сидел рядом и насвистывал какой-то бодрый мотивчик, от которого у меня перед глазами отплясывали лепреконы. Точно шокер повредил что-то в моём мозгу.

Пока мы шли к участку, я не могла не смотреть на позабавленную улыбку Денвера, в еще не могла понять нравится она мне или бесит.

– Над чем смеешься? – решилась на вопрос и на всякий случай сильнее натянула кофту на задницу.

– Да так. Представил на секунду, как мы рассказываем эту историю нашим детям, когда посчитаем их достаточно взрослыми для такой пикантной подробности. Мы будем перебивать друг друга, потому что у каждого будет своя версия, или наоборот станем продолжать друг за другом фразы, а потом ты покраснеешь, и попытаешься закрыть мне рот… – он повернулся ко мне, а я… – Эй, Морнинг, ты чего?

Я почему-то заплакала. Не знаю… Оно само.

Глава 6 Расставить все точки

Мор

Переминалась с ноги на ногу у квартиры Итана, не решаясь постучать. В подъезд я нырнула вместе с кем-то, и себя убеждала, что сделала это в целях экономии времени, а не потому, что мой не-парень мог увидеть меня из окна и не открыть. Я уже оставила ему кучу неответок и сообщений, что нам нужно срочно встретиться и поговорить, и теперь оправдывала его, что он просто забыл где-то телефон.

Мужчина, пустивший меня внутрь, грустно вздохнул, когда я замерла у двери в квартиру Итана.

– Забудь ты его, милая. Найди нормального парня. Добрый тебе совет.

Я бы рада была прислушаться, но…

Но было слишком много «но». Как бы глупо это ни звучало, но я любила его. А на вопрос здравого смысла: «за что?» я постоянно огрызалась и отвечала, что настоящему чувству не нужны причины и объяснения, оно есть и все, а Итан просто еще не осознал этого сам.

Но сейчас мне было страшно. Рациональное начинало одерживать верх, и я тянула до последнего, цепляясь за все хорошее, что, как мне казалось, было в Итане.

Постучала и мгновенно застыла, прислушиваясь к шуму в квартире. Сердце с замиранием ждало знакомых шагов, которые звучали для меня особенной мелодией. Неспешные, слегка шаркающие. Он всегда лениво перемещается по коридору, заставляя гостей подождать, прибавляет себе значимости. Видимо, показывает своё странное превосходство и власть.

Но в этот раз он почти бежал к двери. К этому я была не готова. В груди заколотилось в такт топоту, и я чуть сознание не потеряла от волнения. Ничего не бойся, Мор, ты не одна. Вы вместе, значит, все будет хорошо.

– Ты? – опешил Итан и поспешно сунул смятые купюры в карман шорт, которые неприлично низко висели на его бедрах. Светлые волосы взъерошены и лежали в прекрасном беспорядке.

Я не успела раскрыть рта, как он задом захлопнул дверь квартиры, словно боялся, что меня кто-то увидит. Или это было случайно?

– Итан, я…

– Я сейчас занят, Китти. Давай я тебе перезвоню на недельке, окей? У нас же уговор был, без предупреждения не заявляться.

– Я не просто так. Понимаешь, у меня задержка! – быстро призналась, пока он не сбежал, недослушав.

– И? Поешь витаминов, у вас девчонок вроде бывает такое.

Вокруг моего горла начал стягиваться тугой обруч, мешающий дышать, но я всё же нашла в себе силы сказать.

– Я была у врача. УЗИ показало пять недель. Там даже сердце бьётся. Представляешь? У меня есть запись, сейчас покажу тебе…

Я вытащила телефон, выронила его, подняла. Руки не слушались, а глаза уже заволокло слезами.

– Не надо, Китти, – остановил меня Итан. – Ты же понимаешь, что мы с тобой не годимся в родители. Ты в Стэнфорд поступила. Иди учись. А я опять сошёлся с Мэддисон, нам обоим сейчас не нужны эти проблемы. Уладь это как-нибудь, ладно? У меня сейчас свободных денег нет, я тебе потом верну половину, лады?

Это был единственный раз, когда он произнёс «мы» и «нам».

– Деньги? – разум отказывался воспринимать все сказанное Итаном. – Половину?

– Ну да. Накосячили вместе, платим поровну. Ты только не тяни с этим. О, мне пора, – он помахал мне рукой и вернулся в квартиру отвечать по домофону.

Я не плакала. Меня словно парализовало посреди коридора, а все тело стало напоминать выскобленную ложкой консервную банку. Мимо прошёл курьер с внушительным заказом суши, а Итан торопливо расплачивался с ним, стараясь не глядеть в мою сторону. Да уж не страмайся, у меня все равно на рис аллергия.

Видимо, этот вечер он проведёт с той самой Мэддисон, единственной девушкой, которая держит его на коротком поводке, и перед кем бессилен он сам. Ей также плевать на него, как ему на всех остальных. Я иногда слышала, как Итан отвечает на её звонки при мне, как меняется его взгляд и голос, в которых появляется не наигранная нежность.

Я всё это знала, но всё равно ждала чего-то, что мерцающая точечка на экране тоже окажется достойна нежности, а, может, и я вместе с ней…

Дура. Наивная дура…

Решать ничего не пришлось, тем же вечером, меня избили, ради кошелька с парой баксов, и точечка на экране погасла навсегда. В больницу ко мне никто не пришёл, и лишь спустя несколько месяцев, когда Итана в очередной раз бросила легендарная Мэддисон, и он позвонил мне, а я… Я ответила ради его голоса и очередной порции отравляющей разум и сердце лжи. Я продолжала ждать чуда по инерции, и так продолжалось до сегодняшнего дня, когда я услышала совсем другое «мы» и шутливый, но всё же план на совместное будущее, в котором мерцающие на экране точечки, возможно, будут кому-то нужны.

Ден

Ещё на середине своей тирады про детей почувствовал себя самоубийцей на полпути к земле. Слова сказаны, и обратно на крышу уже не запрыгнуть, остаётся только с невозмутимой рожей нести этот бред дальше. Что на меня так повлияло: пустота в моей постели и квартире, вкупе с брешью в груди, или идиотский разговор с Хэндерсоном? Уже неважно. Необъяснимо, но спорить с собой нет желания, мне нравится эта девушка, похожая на диковатого зверька. Который продрог и проголодался, но боится сделать шажок в сторону сочного стейка под навесом. Вдруг там ловушка?

Ну же, Китти, Китти, Китти. Смотри, какой я безобидный идиот, в этой глупой шутке, только доля шутки…

Ну же посмейся, но вместо её смеха, я увидел слезы, и это были самые жуткие слёзы в моей жизни. Ни всхлипов, ни дрожания плеч, словно невидимый вентиль открыли и полилось. Разошлись старые швы, и Мор теперь истекала кровью, а я не знал, что делать.

– Хей…

Не откликалась, ушла в свои мысли, и я потянулся к покрытым влажными росчерками щекам. Вздрогнула, встретилась со мной взглядом, а я смотрел на неё, и мечтал вырвать позвоночник тому ублюдку, который заставляет её ступать по тем самым раскалённым углям.

– Извини, – шмыгнула носом Мор, и я не сдержался и в очередной прирыкнул на эту её дурацкую привычку постоянно просить прощения за всё подряд.

– Знала бы ты, как меня бесит эта хрень, или ты нарочно нервы мне треплешь, своими извинениями? Будешь и дальше меня злить?

Замотала головой, стряхивая вместе со слезами мои руки.

Быстро поймал её крохотную ладошку с сильными упругими пальцами и крепко сжал в своей, пока мы догоняли патрульных. Ты загадала мне новую загадку, Китти, теперь я не отстану, пока всё мне не выложишь: больнички, дети, странные песни. Хочу знать о тебе всё, хочу вытащить шипы из твоей лапки и превратить затравленного котёнка в яростную львицу.

Но пока меня самого, как зверя посадили за решетку, а Китти осталась по другую сторону металлических прутьев дожидаться вердикта законников, я же думал, на кого потратить положенный мне звонок. Прямо как в шоу «Кто хочет стать миллионером». Папе? Не. Он наорёт, притащится вместе с мамой, она ударится в слёзы, меня будут просить дыхнуть до тех пор, пока я не подохну от нехватки кислорода. Ну нафиг. Выбор на самом деле не велик, но орать он тоже будет…

– Ты охренел, Кавана?

Поморщился от крика Дастина, а задремавшая на скамейке у стены Морнинг вздрогнула, смешно заморгала и принялась тереть нос.

– А от тебя пахнет парфюмом Оливии, – перешёл в контрнаступление, и мой босс на мгновение стушевался.

– Я до дома тащил её на руках, как думаешь, чем от меня должно пахнуть?

– Ага, спорим завтра вы будете пахнуть одинаковым шампунем и гелем для душа, – оскалился, наблюдая за смущением Дастина, который уже вовсю лохматил свои влажные волосы.

– Мы не… Да какое твоё дело, вообще. Дыхни!

Обрушил на него целый поток грязной ругани, чтобы он точно уловил, что ничего крепче карамельного фрапучино я не пил, и Дастин нахмурился.

– То есть ты не сорвался.

– Нет, блин. Чутка утопил газ, пободался с патрульным. Заплати уже залог, мы с моей маленькой заказчицей хотим спать, – кивнул на Китти, и мой босс повернул голову и ещё более растерянно поздоровался с девушкой.

– Ты трезв…

– Дастин, твою мать, да я трезв. Хочешь мочу тебе в баночку соберу, если не веришь? Прям сейчас! – дёрнул молнию на штанах, и теперь уже спящие в камере бомжи шарахнулись по сторонам.

– Верю, – уже с явным облегчением ответил он. – Залог я за тебя внесу, но только потому, что ты нужен мне завтра на работе.

– Ага. И тачку мою заберешь со штрафстоянки? Отгони к моей квартире, судя по всему, меня лишат прав на неопределённый срок.

Дастин закатил глаза и протянул мне руку за ключами.

– Не поцарапай.

– Завтра. На. Работе.

Приложил ладонь козырьком ко лбу и отдал нашему порномастеру честь.

– Ты никогда не повзрослеешь, Ден. Серьёзно, завязывай со своим пубертатом, не маленький уже.

Я обхватил прутья решётки и наклонился к Дастину.

– Я уже на пути к исцелению, босс.

Правда, не к своему. У меня большие планы на прелестное создание с голосом падшего ангелочка. Она ещё сама не знает, что ждёт её сегодня ночью.

– На этой неделе пашешь без выходных, Кавана.

– Напугал, – скрестил руки на груди, продолжая храбриться. Неделя в ритме Дастина на самом деле отдаёт жестью, этот говнюк вполне может запихнуть меня в групповуху или что-то с жестким фетишем.

– Даже не начинал, Денни. До завтра. – зловеще прошипел начальник, и я не стал шутить про него и Оливию от греха подальше. Хотя очень хотелось…

Как я предполагал, прав меня лишили на ближайшие три месяца. Я не сильно парился, сниму комнату поближе к студии, но вот работать с Китти мне явно станет сложнее. Закусил большой палец, уже стоя на парковке, а моя нанимательница тяжело вздыхала, глядя на оплаченную квитанцию со штрафом.

– Много содрали?

– Не особо, просто обидно, – она смяла лист и прицелилась в мусорку.

– Во всём надо видеть плюсы, зато ты забыла о своих мокрых штанишках. Ай! – комок прилетел мне в глаз. – Не дуйся, со мной случались вещи и пожёстче. Я как-то обделался и даже не проснулся.

– Ты поэтому так реагируешь на подозрение в пьянстве, вспоминать не хочешь? – Китти высматривала на парковке свой раритет.

– Не совсем. Меня не парят воспоминания. Было и было. Но я в завязке, и меня дико бесит, когда кто-то начинает считать меня слабаком. Все эти обвинения, словно возвращают меня на исходную, нивелируют всё, что я уже сделал и куда дошёл.

– Понимаю… – согласилась Мор и потёрла ключ между пальцами. – Я вот срываюсь постоянно…

– Просто, тебе некому было помочь. В трезвости главное поддержка. Без шуток, хочешь сходить со мной на собрание? Посмотришь, послушаешь, это полезно. Можешь даже ничего не рассказывать.

– У меня не с алкоголем проблема.

– Я знаю, но суть та же, пойдём. Я скину тебе адрес и время.

– Хорошо, – она вдруг нежно улыбнулась мне, и долго не отводила взгляд, изучая моё лицо, словно сравнивала с чем-то или кем-то, но я явно выигрывал, и это заставило улыбнуться в ответ.

– Блеск. Как ты себя чувствуешь?

– Как бродяжка. Хочу помыться, переодеться и лечь в теплую кроватку.

– Сначала меня добрось до дома.

– А с Дастином ты не мог поехать?

– Неа. У нас с тобой другой маршрут и другие планы, Мор.

– Какие?

– Помыть, переодеть тебя и уложить в теплую кроватку. Ты же не думаешь, что я отпущу тебя в таком состоянии одну в Пало-Альто? Останешься у меня. Закинем твои шмотки в стиралку, а утром поедешь на учёбу. У тебя нет выбора, я не отпущу тебя сегодня.

Она недолго поломалась, посмотрела на часы, покрутила на пальце ключи, а затем снова посмотрела мне прямо в глаза.

– Хорошо. Но спим отдельно. И я за рулём!

Торжественно кивнул и даже пальцы скрещивать не стал. Подвох, для моего котёнка заключался в другом.

– Ма-ам. Па-ап. Я дома, и я не один! – прокричал с порога, и Мор дёрнулась обратно на улицу к машине, но со всего размаху врезалась в закрытую дверь. Я очень предусмотрительный. Никуда ты не сбежишь теперь.

Глава 7 Пристрелите меня

Мор

– Денни? – раздался откуда-то сверху взволнованный женский голос, а я в отчаянии дёргала ручку закрытой входной двери. Какого чёрта здесь происходит? Почему Кавана притащил меня к родителям, да ещё и в таком виде. Боже, убейте меня кто-нибудь и спасите от этого позора!

– Клянусь, я мозги ему сейчас вышибу, – угрожал мужчина с очень знакомыми рычащими нотками в голосе, периодически прерываясь на отборнейшую ругань с сильным ирландским акцентом.

Денвера происходящее явно забавляло, начиная с моих безуспешных попыток сбежать, кончая криками его родителей.

– Пристрелю паршивца! – наверху громко щёлкнули затвором, а затем тяжёлые неумолимые шаги двинулись к лестнице.

– Райан! Он твой сын, прошу! – семенила следом женщина, а я в ужасе вжалась в дверь.

– Мой сын в три ночи не заявляется пьяным в стельку! Нажрался – спи, где тебе наливали!

– Денни, беги! Он не шутит!

Кавана младший повернулся ко мне едва сдерживая смех:

– Да, шутит, не парься.

Но его отец наставил на сына ствол, и я чуть не задохнулась от их поразительного сходства. Та же горбинка на носу и ярость во взгляде. Вот уж горячая ирландская кровь. А вот мать у Денвера едва ли доставала мужу до плеча, тянула его за локоть и пыталась выхватить винтовку.

– Какое колено тебе прострелить? – рыкнул мистер Кавана и прицелился.

Вот ничему меня жизнь не учит, повинуясь очередному необъяснимому порыву, метнулась вперёд и загородила собой Дена.

– Он не пил! – вступилась за парня и испуганно зажмурилась, приготовившись к худшему, но потонула в оглушительном хохоте обоих мужчин.

Эм? Это у них в семье шутки такие? Судя по все ещё бледному лицу миссис Кавана, она тоже купилась.

– Боевой у тебя котёнок, Денвер, – Райан Кавана почесал себе спину дулом и подмигнул сыну. – Как зовут?

– Китти Морнинг, – ответил за меня Ден, потому что я всё ещё пребывала в ступоре и продолжала защищать своего оператора. – Ма, сделаешь нам чайку? Вечерок был не из приятных.

Женщина растерянно кивнула и запахнула халат покрепче, а потом перевела взгляд на меня, остановилась на повязанной вокруг моей талии толстовке и едва заметно улыбнулась.

– Ты не голоден, Денни?

– Зверски. Кстати, стиралка не занята?

– Нет, хочешь постирать что-то, милый? Тебе помочь?

– Справлюсь.

Меня утянули в комнату на втором этаже, каждый сантиметр который был заставлен штативами, старыми камерами, стопками дисков и старыми ви-эйч-эс кассетами. Ден не без труда вытащил что-то из шкафа и запихнул себе подмышку, а я едва поспевала за ним уже в ванную, старясь не налететь на коробки или зацепить мыском провода.

– Вещи оставь на полу, я заберу, а чистое будет тут, – он сложил одежду на корзине для белья. – Не скучай!

Ден вышел из комнаты, и я какое-то время прислушивалась к звукам за дверью. Стало действительно немного одиноко. За последние часы я сильно привыкла к своему собрату по неудачам, и отпускать его было сродни с ампутацией кисти, но оставаться дальше в мокрых джинсах, мне хотелось ещё меньше. Быстро стянула с себя позорные шмотки и забралась под тёплые струи воды. На бортике стояли только мужские шампуни и гели для душа. Провела по ним рукой и открыла первый. Что ж, буду пахнуть как Денни. Только я начала растирать кожу, как дверь резко открылась, и я вцепилась в занавеску, оборвав несколько звеньев.

– Хэй! Я же без одежды, Ден!

– Я не смотрю! Не смотрю!

Кавана зажмурил глаза и на ощупь нашёл мои вещи и забрал их.

Расслабиться больше не получилось, схватила полотенце и быстро вытерлась, пока кое-кто не вернулся без стука. Потянулась за одеждой и обнаружила первую странность. Вместе с джинсами и трусами, Ден забрал все остальное, включая лифчик и кофту, а мне оставил огромных размеров футболку и спортивные штаны. Быстро натянула всё на голое тело и выглянула из ванной, запоздало осознавая, что нахожусь дома у малознакомого парня и его странной семейки, а у меня даже телефона под рукой нет, чтобы сказать Робин, где я сейчас нахожусь. Покрутила головой, пока не увидела стационарный телефон на тумбе, рванула к нему и со всего размаху ударилась о металлическую стойку стеллажа. Зажала себе рот ладонью, чтобы сильно не кричать, но на глаза тут же навернулись слёзы. Больно, зараза.

– О, ты быстро, – прокомментировал полуголый Денвер, появившийся в дверях комнаты и лениво вытирающий влажные волосы полотенцем. – Тоже вот решил смыть с себя сегодняшние приключения в обезьяннике. Сто лет уже дома не мылся. Бррр, – он тряхнул головой, и капли эффектно сорвались с его волос, стекли по подбородку, нарисовали узор на жилистой шее, прокатились по твёрдой груди, лизнули рельефный живот и нырнули за резинку трусов. – Что с ногой, Мор?

– Где мой телефон? – нервно спросила Кавану, уже не скрывая разраставшуюся во мне панику, смешанную с чем-то очень похожим на возбуждение. Нет. Это не оно. Не может во мне так внезапно проснуться нечто подобное к едва знакомому парню.

– Ногу покажи!

– Сначала ты мне ответишь, где мой телефон! – с трудом сдерживала плаксивые нотки в голосе.

Он лишь закатил глаза, стряхнул с ладоней невидимые крошки и двинулся ко мне. Я не успела даже пискнуть, как он легко подхватил меня на руки и усадил на письменный стол, уронив на пол целую стопку дисков. Я зажмурилась, а он даже бровью не повёл.

– Там могло быть что-то важное, и оно теперь разбилось… – прошептала Дену на ухо.

– Что-то важное сейчас очень крепко меня обнимает, и я хочу узнать, что с твоей ногой. Отпустишь меня? Я только посмотрю и всё.

Все это время я держала Денвера за плечи, тёрлась о его щеку своей и передавала ему самые предательские импульсы через кожу. Не отпущу, он тогда увидит моё лицо, а оно в огне, как и вся я.

Расцепила руки и тут же прижала ладони к лицу. Меня сразу же обожгло очень знакомым рычащим смешком, а затем Ден опустился передо мной на колени и осторожно поймал ноющую ногу.

– Как же так, Мор? У меня были такие шикарные планы на твои ножки, а ты взяла и ушиблась. Синяк будет.

– Планы? – переспросила Дена, пока он поглаживал мои пальцы.

– Ага. Твой клип. Ах, я не говорил тебе? Хочу использовать хромакей и сделать раскалённые угли под твоими ногами. Будет круто.

– Без понятия, что такое хромакей, но хромать я точно буду. Болит…

– Представляю. Чёрт, да кто там всё никак не угомонится в полчетвертого ночи, – Кавана вытащил мой вибрирующий телефон из заднего кармана. – Ух ты. Робин. Это тот самый парень, что ли? Ответить?

– Ден, это не… погоди!

Гаденькая улыбка на его губах явно не собиралась слушать меня.

– Алло.

Выражение лица Денвера резко переменилось, когда он услышал мою Роб.

– Эм? Какой ещё Итан? Я Денни Кавана. А ты… девушка? Нет… Да, мэм. Завтра утром привезу. Да в порядке она, не надо больше полиции сегодня! Боже…сейчас дам её!

Он протянул мне телефон.

– Где тебя черти носят, Мор? С кем ты?!

– Роб, всё в порядке. Не переживай.

Ага, несколько минут назад я так не думала и рисовала в воображении жуткие картины моего будущего в компании маньяка, пьющего молочные коктейли в заведениях для тех, кому едва исполнилось шесть.

– Верю, – неожиданно отозвалась подруга. – Три ночи, а ты у какого-то парня с секси акцентом, и это не Итан. Развлекитесь там с Денни Кавана. Он ирландец, да?

Положила трубку.

– Так, давай проясним, – Ден почёсывал подбородок. – Робин это?..

– Моя соседка по комнате и подруга, – помогла ему решить этот сложный ребус.

– А Итан мудила, которому ты песню написала?

– Типа того, – только сейчас я поняла, как глупо поступила, удостоив его целого трека. Но эта моя дорога к исцелению, и не Денверу судить меня!

Только он и не собирался, его взгляд смягчился, но лишь на мгновение. Через секунду в глазах вновь вспыхнули дьявольские огоньки.

– Предлагаю тебе новую сделку, Китти Морнинг.

– Какую? – придвинулась к краю стола.

– Я снимаю твой клип бесплатно при условии, что когда он выйдет, ты забудешь этого Итана навсегда и больше никогда не будешь из-за него плакать, не ответишь ни на один его звонок, не побежишь на встречу с ним.

– Странное условие, а как ты проверишь?

Он приподнял брови, как если бы я спросила что-то нереально глупое.

– Кому из нас двоих нужнее освободиться от пагубной зависимости, Мор? Я предлагаю тебе выгодное со всех сторон условие, а тебя беспокоит совсем не то.

– То есть ты просто так даришь мне клип? Проверять меня ты не намерен, не понимаю, какая тебе-то выгода?

– Не все в этой жизни ищут выгоду. Кто-то просто делает то, что ему нравится. Ты поёшь, я снимаю.

– И всё?

Я наивно ждала от него другого ответа. Хотела другую причину его бескорыстности, подалась так сильно вперёд, что ещё вдох и точно бы свалилась со стола. Но Денвер не позволил. Подошёл вплотную, оказавшись между моих дрожащих бедер, задумчиво провёл по ними ладонями, а затем заглянул мне в глаза.

– Не всё… Ты нравишься мне. Очень сильно… Прикинь?

– Сильнее чем фраппучино? – пыталась перевести внезапную неловкость в шутку, но Ден оставался серьёзным.

– Ненавижу фраппучино. Ты явно что-то покрепче, Мор. От тебя у меня жжет в горле и груди, как от виски.

– Пьянеешь? – подыгрывала ему, продолжая гипнотизировать его губы.

– Очень на то похоже. У меня же не будет похмелья наутро?

– Не знаю… Проверим? – предложили вслух чертенята, толкающие меня в спину и дёргающие за ниточки моей давно позабытой решительности. Что я теряю?

Наклонился ниже, зарылся пальцами в моих волосах, шумно вдохнул воздух между нами, а я послушно задрала голову, уже сама мечтая проверить границы своей смелости. Вот так поцеловать кого-то другого, кого-то нового, кого-то безумно сексуального и открытого.

– Ты пахнешь мной, Китти Морнинг. Взяла мой гель для душа?

– Тот, что с синей крышечкой? Не надо было?

– Чёрт да. Всегда им мойся! Правда, обидно немного. Секса у нас не было, но пахнешь, словно всю ночь об меня тёрлась. Надо наверстать…

Неторопливо, осторожно перебирал мои пряди, надавливал на затылок приближая к себе, а я держала ладони на его груди, колеблясь между желанием оттолкнуть Дена или притянуть, вцепившись в кожу.

Та драйвовая песня, которая родилась в его Шелби, стала громче и отчётливее, била пульсирующими нотами по ушам и венам, сбивала дыхание. Я спою тебе её прямо сейчас, Кавана, в твои губы. Поцелуем. Странным, будоражащим, страстным, обязывающим. Я хочу обязательств, Ден. Мне сейчас так страшно. Ты же не играешь? Не променяешь меня на молочный коктейль?

Замер. Так близко. Так горячо. Меня проверяет, следит, а я сама боюсь податься вперёд, жду. Невыносимо долгий миг и не единой путной мысли в голове, только музыка и извиняющийся скрип двери.

– Денни, там уже ваш чай остыл, вы идёте? Ох… Я не вовремя?

Глава 8 Его девочка

Ден

Дёрнулся от Мор, как ошпаренный школьник и проблеял:

– Да, сейчас, уже идём, ма.

Как, чёрт возьми, вовремя, мама. Без шуток. Хорошо, что она зашла и остановила меня от самой большой глупости в жизни. Нельзя эту девушку вот так взять и поцеловать сейчас. Рано. Она ещё не здесь. По глазам вижу, чувствую, как её якорем тянут грёбанные неоконченные отношения. А ко мне она льнёт, потому что под руку подвернулся очень кстати, потому что серьёзно меня не рассматривает как парня, а вот забыться на вечер можно. Почему нет?

Но всё равно внутри словно вилами всё переворачивает от её дыхания, глаз, губ. Толкает, дёргает, рвёт на части.

Прижался к её лбу и спросил, старясь звучать не слишком жалко:

– Отложим?

– Угу.

Не отстранилась, но попыталась вырулить ко мне своим личиком. Э, нет, хитрая! Сегодня я играю в недавашку.

– Можно попросить об одолжении? – шепчу, когда шаги моей матери раздаются на лестнице.

– Конечно.

– Подыграй…

– М?

– Старики думают, что я одинокий и несчастный неудачник. Давай, сегодня я не буду хотя бы одиноким?

– Я плохая актриса, Ден.

Ден… Наконец-то не мистер Кавана. А то излупить её хотелось за чёртов официоз.

– Зато я хороший, просто сиди рядышком и кивай.

– Значит, я теперь твоя девушка?

Да что с ней такое?! Не актриса? А какого дьявола в голосе её такая удушающая надежда. Нет, Морнинг, ты не хочешь меня, хватит притворяться, хватит сводить меня с ума, я же поведусь, я же в том состоянии, что легко могу запихнуть тебя в то корыто на колёсах и рвануть в Вегас. Даже не поймёшь, как замужем окажешься. Закину тебя на плечо и спрашивать не буду.

– Моя.

Пьяно отвечаю, и не могу свой лоб от её оторвать. Надо чуть отдышаться, вернуть роже веселого пофигиста. Улыбаюсь, ржу зачем-то, помогаю ей слезть со стола, а затем просто несу на первый этаж на руках, потому что она ногу себе доломает иначе, потому что хочу её нести.

Не сопротивляется. Жмётся, как котёнок. Уже в роль вошла? Боже, как она вообще нашла меня?! Что за извращённые нити судьбы привели её на почту к Дастину? Надо будет спросить. А пока…

– Ну рассказывай, Денни, – хрипло спросил отец, большим пальцем подцепив крышку на горлышке пивной бутылки. У меня всё внутри затряслось от запаха горькой хмели, и я даже забыл Мор на пол поставить, просто вдавливал её в себя, в надежде, что жажда в глотке и мозгах стихнет.

– Райан, а о чём мы говорили с тобой. Куратор трезвости чётко дал понять, что мы должны поддерживать сына и не пить в его присутствии. Убери пиво.

– Я у себя дома, Абигейл! А если этот сопляк сорвётся из-за грёбанной бутылки, то грош цена его жалким потугам, пусть закаляется. На улице и в барах всем тоже дружно бухло спрятать, когда Его Величество Денвер идёт?

– Спасибо, папа…

– Не за что сын, – он чокнулся со мной по воздуху, и клянусь, если бы не Китти в руках, я бы вырвал бутылку у отца и осушил в один глоток. – Что притащился-то? Сегодня не Рождество, вроде. Квартиру спалил?

– Нет, – цедил сквозь зубы, боялся, что даже пропитанный хмелем воздух лишит меня права считаться трезвым.

Осторожно усадил свою молчаливую ношу на стул, а она уставилась на моего отца с таким злым выражением, что даже мне стало страшно.

– Вы отвратительный человек, мистер Кавана!

Я охренел, а отец подавился и зашёлся кашлем. И пока он бил себя кулаком в грудь, моя Мор продолжала.

– Может быть, это и ваш дом, но это не даёт вам права издеваться над человеком, который пытается исправить ошибки прошлого. Ваш сын – достойный мужчина, который когда-то оступился, и теперь выгребает из того дерьма против течения. А вы! Вы камни сейчас в него кидаете. Мы уходим, Ден!

Она вскочила с места, и путаясь в длинных штанинах, шагнула ко мне. Поймал её до того, как она споткнулась и расшиблась об пол. И куда он собралась в таком виде?

– Денни напомни, как зовут эту хамку? – папа прокашлялся и теперь смеялся.

– Мор.

– Мора… возлюбленная. Что ж, хоть за один твой выбор мне не стыдно, сын. Упустишь, пристрелю на пороге в следующий раз. Надо же… Отвратительный я человек, Абби, ты слышала?

Улыбка сама собой мазнула по губам. Он так редко это говорит мне. Перевёл взгляд на свою защитницу, которая смотрела на меня безумно виноватыми глазами. Ну да, прекрасное знакомство с родителями вышло, ничего не скажешь.

Мор

Я налажала. Боже, что я натворила. Наорала на его отца, отвратительным назвала. Но просто не могла смотреть, как Райан Кавана унижает Денни. Я физически ощущала его ломку, видела, как дёргается кадык, когда его отец делает жадные глотки из грёбаной бутылки. Он просто не может сдаться сейчас. Он для меня маяк, символ того, что и я смогу выплыть без последствий и забыть Итана.

Дрожала. Задрала голову и с надеждой взглянула на Дена, лишь бы увидеть в его глазах хоть один намёк на то, что я не поссорила его с отцом.

– Ты помнишь, что на тебе сейчас нет трусов, Мора? – спросил, склонив голову набок.

Замерла, осознавая, что резинка великоватых для меня штанов приходится где-то на середину задницы сейчас, а значит…

– Бампер, конечно, слабоват у неё Денни, – продолжал ржать мистер Кавана, и даже мама Денвера едва сдержала смешок. – Я думал, тебе более фигуристые нравятся.

Я в аду!

– А вот и не правда, – возмутился Кавана младший. – Это как раз мой размерчик.

Он осторожно натянул мне штаны обратно, но оторвать лицо от его груди я уже не могла.

– А что с её одеждой приключилось-то?

Нет. Нет. Нет. Ты не скажешь, Ден! Ты не…

– Описалась она.

Мудак!

– От восторга, что с Даблом Денни теперь мутит?

– Если бы! Поймала шокер вместо меня.

– Чёрт. Женись на ней. Без шуток сын. Она за тебя пулю схватить готова, старика твоего на место ставит. Идеальная женщина.

– Женюсь, конечно, вот только джинсы достираем и сразу поедем священника искать.

– Поешьте сначала, – напомнила Абигейл, и мне всё же пришлось оторваться от Каваны и вернуться за стол.

Шикарное чаепитие намечается, почти по Кэрроллу. Акцент этих троих вкупе с постоянными бестактными комментариями и вставками на ирландском лишь глубже загнал меня в атмосферу тотального безумия.

– А как вы познакомились, Денни? – спросила миссис Кавана, подливая мне чай, которые я пила, как виски залпом, надеясь забыться и опьянеть к чертям.

– На работе, – ответил он, а мне лишь оставалось бессильно сдавливать виски руками.

– О! – только и выдохнул Райан, и знаю, о чём он подумал. К чёрту, даже оправдываться не буду. Пусть думают что хотят.

– Не на той работе, – быстро исправился Ден. – Я клип для неё снимаю. Мор шикарно поёт.

Градус заинтересованности в комнате заметно возрос, вызывая у меня ещё большую неловкость.

– Правда? – спросила меня уже Абигейл. – Денни наш тоже раньше музыкой занимался.

– Ага, пока у него голосок был, как у девки, слаба богу, сломался, а то пищал как евнух.

– Ты пел? – посмотрела на Дена, которому не переставало прилетать от отца. Он показал мне отставленный большой и указательный палец.

– Чуть-чуть. В церковном хоре.

Теперь уже и мне хотелось смеяться. Это самые странные и милые люди, которых я когда-либо встречала, и нравятся они мне своей искренностью и прямотой. Чокнутая, но такая дружная семейка.

– Споёшь нам, Мора? – попросил мистер Кавана.

– Да, – согласилась, не раздумывая. – Только гитару из машины принесу.

– Я сам, а то сбежишь ещё, – Ден положил мне руку на плечо и не дал встать. – Я сейчас вернусь, не напугайте мою девочку ещё сильнее!

Его девочка…

Не парься, Денни, мне уже не страшно. Не здесь и не сейчас. Спасибо, за сказку. Очень жаль, что уже скоро наступит утро, и этому безумию придёт конец, когда я поеду в Пало-Альто, а ты перестанешь претворяться что я твоя.

Кавана вернулся с моей гитарой протянул её мне, но едва я попыталась ухватиться за гриф, как он отступил назад, вовлекая меня детскую игру. И я вовлеклась, боролась с ним на глазах его родителей, смеялась, забылась.

Он сел рядом со мной, когда я по привычке подтянула колки, пригладила струны. Я знала, что хочу спеть сейчас. Это было кое-что из старого, что я так и не решилась записать и выложить в сеть. Слишком уж грустной мне казалась песня. Она была о семье, о той идеальной, о которой мечтала я. Где матери, действительно, было дело до среднего ребёнка. В песни я не была забытым промежуточным звеном, которое скинули сначала на старшую сестру, а потом благополучно стерли из памяти, когда появилась младшая милашка. Я не злилась, не обижалась, мне просто было горько, и я слишком быстро решила повзрослеть и найти себя в чем-то поглощающем: в музыке, в лживой нежности Итана, в тумане ночных клубов.

Я не обвиняла никого, просто рассказывала о мечтах. А когда мои пальцы в последний раз пробудили угасающие вибрации струн, то тишина стала вдруг давящей. Только что трем незнакомцам я открыла душу, и теперь мне страшно.

– Это ты написала, Мора? – нарушила молчание мать Денни, и я лишь кивнула.

Даже у мистера Кавана не нашлось колких замечаний, он лишь почесал свой щетинистый подбородок и выдохнул:

– Повторяюсь, Ден, просрёшь это чудо, домой больше не приходи.

Даже грустно стало, когда это ночное чаепитие подошло к концу, зато Кавана снова бесцеремонно подхватил меня и понес наверх. Впитывала его заботу без остатка, чтобы не потерять по пути ни капли, прижималась к теплой груди.

– Устала? – участливо спросил меня, когда усадил на свою постель.

– Немного. Мы спим вместе сегодня? – притянула к себе одеяло, пока меня не выгнали в гостевую комнату. Надо бы побыстрее притвориться спящей.

– Ну, мама занесла чистое постельное белье сюда, так что… – он смущенно взъерошил волосы на затылке. – Если тебя что напрягает, я могу перебраться на диван внизу.

Решение я должна принять? Это уж слишком, так что я просто молчала, пока Ден перебирал свежие наволочки.

– Черт, – выдохнул он и начал ворошить вещи в поисках чего-то.

– Что случилось?

– Да, мамка не принесла клеёночку.

Заржал, а я швырнула в него подушкой. Только он ловко поймал её на лету, а затем одарил меня таким диким взглядом, что я даже попятилась к изголовью, словно Ден собирался наброситься на меня.

– Ты ведь понимаешь, всю уязвимость своего положения, Китти? – игрался с моим именем, отчего у меня по коже змеилось электричество

– А ты? – быстро перебросила мяч на его поле, и он лишь хмыкнул. Мы оба сегодня достаточно обнажились. Я увидела его семью, узнала так много секретов сексуального Дена Каваны, что мои мокрые штанишки не шли с этим ни в какое сравнение.

Долго смотрели друг друга, пока Денвер смешно не поджал губу.

– Ладно, ты победила, Китти Морнинг. – Он взбил подушку и предложил мне.

Знала же, что в этом услужливом жесте была ловушка, но все равно купилась. Вытянула руки, и тут же получила перистым бочком по щеке.

Вскочила на кровать и приготовилась продолжить эту шуточную драку с Денвером. Сдула со лба прядь и замахнулась.

Вот только Кавана не защищался, смотрел на меня зачарованно.

– Ты в курсе, какая ты красивая, Мор?

Замерла, прижала подушку к груди.

– Красивых девушек не бросают.

– С твоей самооценкой нужно что-то делать, – он покачал головой. – А бросают всех. Тебя, меня. Ты, наверняка тоже кого-то бросала.

– Не правда, – быстро возмутилась, но Ден явно не верил.

– Как часто ты разворачивала конфету, пробовала, морщилась и откладывала, Мор?

– Хочешь, сказать мы с тобой конфеты? – не понравилось мне его сравнение, в но в чем-то он прав, я чувствовала себя надкушенной карамелькой. У меня у самой в сумке лежит мерзкий приторный леденец. Но я не выкидываю его. Потому что однажды я зверски заходу чая и чего-нибудь сладкого, и тогда он обязательно пойдет в расход.

Видимо, так и мыслит Итан. Я его мерзкий приторный леденец на черный день.

По моему просветленному лицу Ден понял, что его сравнение оказалось метким, и я вновь села на постель, крепче обняв подушку.

– Ну, живых людей я хотя бы не бросала и не мучила, – только и буркнула в ответ.

– И это очень хреново, вдруг эта печальная статистика начнётся с меня?

Не играл, не флиртовал, был со мной обжигающе честен.

– Что бы эта статистика началась с тебя, мы должны начать встречаться, – аккуратно продолжила его игру.

– Ну, насколько я помню, ты уже моя девушка. Ты мылась моим гелем, познакомилась с предками, спишь в моей постели и носишь мои шмотки.

– Больше похоже на сказку про трех медведей.

Кавана нахмурился на мгновение, а затем громко рассмеялся.

– Чёрт, ты прелесть. Уверяю, младший медведь совсем не против обнаружить в своей кроватке Златовласку.

– А сам не будешь спать? – спросила Дена, когда он принялся рыться у себя в рюкзаке, пока не достал ворох смятых салфеток.

– Позже, надо кое-что набросать, пока не забыл. Я отверну монитор в сторону, чтобы не мешать. Спи давай. Тебе меня утром ещё на работу везти.

Он щелкнул по кнопке старого пыльного системника, и комп приятно затарахтел.

Я ещё долго рассматривала его лицо, охваченное синим бликами от экрана, слушала щелчки клавиатуры и знакомую мелодию, играющую из болтающихся на шее наушников. Ден слушал мою песню и увлеченно работал. Не хотела засыпать, хотела навсегда застыть в этом моменте, но усталость перенесла меня сразу в утро.

Протерла глаза. Кавана все ещё сидел за компом, а по кольцам в его чаше, можно было посчитать, сколько раз за ночь он делал себе кофе.

– Ты не ложился?

– М? – он стянул с головы наушники и повернулся ко мне. – Спал, просто уже встал.

– Покажешь, то придумал? – кивнула на кипу распечатанных листов, но Ден быстро собрал их сунул в рюкзак.

– Пока рано. Это только наброски. Мне ещё надо перетереть со знакомыми и подобрать помещение для съемок, собирайся давай, времени уже дохрена. Ты же помнишь, что везёшь меня на работу?

___

*Мора (пер. Возлюбленная)

Глава 9 Сложить два и два

Ден

Меньше всего на свете хотел сейчас подгонять её, и так дал ей поспать больше положенного. Сбросил пару звонков от Робин. Хотя стоящая на рингтоне песня Роба Томаса – Lonely no more сейчас очень соответствовала моему настроению. Символичненько. На третьем вызове моё любопытство, которым я окрестил свою позорную ревность, пересилило. Может эта деваха моей Мор не просто подруга. Иначе с чего бы такую песню на неё ставить. Тупо из-за имени исполнителя? Тёлочку у тёлочки я ещё не уводил, это, мать вашу, невозможно. Когда женщины вдруг осознают, что и без нас и зашибись, обратно они уже не возвращаются.

– Слушаю, – сказал своим самым брутальным голосом, от которого на съёмках Дастин ссытся кипятком, а девчонки закатывают глаза и ржут.

– Где моя Мор?!

Даже не сразу понял, что разговаривает со мной вчерашняя девушка, потому что она тоже давила себе на гланды.

– Спит твоя Мор, а ты трезвонишь.

– Где спит? У вас всё серьёзно? – уже скорее испуганно спросила брутальная деваха.

– Дома у меня. Не ссы, тут моя ма дежурила под дверью остаток ночи, так что я не приставал к твоей подруге.

Мамка и правда скрипела половицами и прислушивалась. Я даже вышел к ней, когда меня это вконец допекло. Заверил её, что не испорчу то, что назревает. Хотя, я не понял, что конкретно назревает, но благословение получил. Меня даже крестом осенили, как мать мне ещё четырёхлистный клевер к груди не приколола в довесок? После она поцеловала крест и, что-то стремно бормоча себе под нос, попятилась в темноту дома. Если Мор не сбежит от моим странностей, то мои чокнутые предки придут на помощь.

– Ты живешь с мамой?

– Прикинь, Роб. Тебя же Робин зовут, да?

– Ну.

– Живу с мамкой, трахаюсь на камеру, алкоголик в завязке, вчера лишился водительских прав за превышение скорости, номер соцстрахования продиктовать?

– Шутишь?

– Только про то, что с ма живу. Мы сюда вчера тупо постираться приехали.

Она опешила, а я, кажется, не самое лучшее впечатление произвёл, но от чего-то мне было жутко весело.

– Я всю ночь голову ломала, ты Хэндерсона друг? – внезапно спросила Роб.

О как… Покосился на сопящее тельце у меня на постели. Как тесен мир-то. Так мне всё-таки Эдди благодарить за это чудо?

I don't wanna be lonely no more!

– Понятия не имею, о чем ты, Робин, отключаюсь. Пип-пип-пип!

Сбросил. А ведь она же говорила, что соседка у неё соседка по комнате Бет Бейли… Мало ли в Калифорнии Бет Бейли?

Ну не сдавать же мне малыша Эдварда какой-то случайной тёлочке. Все же это не мой секрет, что он в Икс-Дримс членом размахивает. И талантливо надо отметить размахивает, иногда аж зависть берёт.

Вернулся к работе, поглядывая на телефон Китти. Жутко хотелось порыться там, но я вспомнил обещание, данное мамке. Буду хорошим мальчиком. Не буду смотреть сообщения и фотки без спроса.

– Не ложился?

Уф, сколько тревожной заботы и даже нотки вины в голосе. Сейчас лопну от умиления.

– М? – медленно стянул с башки молчащие наушники и приготовился врать. – Спал, просто уже встал.

Не спал. Была соблазнительная мысль привалиться к ней с боку и утром делать вид, что я случайно уснул, прижав её в себе. Но я устоял. Дастин прикончит меня, потому что чувствую себя вялой макарониной. Пусть сегодня меня просто по кругу пустят, или на лицо сядут, а я тупо полежу.

По… лижу… Поржал про себя, как будто мне опять четырнадцать стукнуло.

– Покажешь, что придумал?

Она подобралась, села как натуральный котёнок и даже голову набок склонила. Не хватало только словечко "ня", ей добаваить и сделать ручку-лапку, чтобы я поплыл от этого анимешного зрелища. Розовая прядь выбилась из прически, огромные глаза с влажными бликами смотрели на меня с бесстыжим энтузиазмом.

Пытался сбросить с себя это преступное очарование. Проблеял что-то, пихнул листы из принтера в рюкзак.

Снова пришлось разойтись с ней по разным углам на время, помыться и переодеться. Первым сел за стол, голодный как мразь. Запах картофельного хлеба я чуял ещё на втором этаже. Ма, видимо, решила блеснуть всеми своими талантами и накрыла на стол. Не один я не спал ночью По счастливому лицу отца понял, что такое обламывается нечасто.

– Почаще приходи домой, —буркнул отец. – Глядишь, мать в следующий раз кровянку сделает. Любит она тебя.

Пододвинул к себе тарелку с яичницей, беконом и фасолью и тут же получил шумовкой по рукам от выбежавшей с кухни матери.

– Это не тебе, Денни. Это для твоей Китти.

– Че? – я аж слюной подавился.

– Ты ешь пустую кашу, тебе за формой следить нужно для этих твоих… фильмов.

– Че, блин?!

– Вот бросишь свою работу и ешь сколько влезет, – продолжала она, поджав губу.

Ясно. Я все ещё наказан. Боже. Заеду в Мак. Напугали прям.

– Дай хоть изюм добавить в кашу, не издевайся, а?

– Пустая овсянка, Денни.

За этой перепалкой пропустил момент, когда вода наверху перестала течь. Задрал голову к лестнице и встретился взглядом с Мор. Как в ромкомах она подвисла на миг, а потом в слоумоушен начала спускаться по ступенькам.

– Доброе утро, Китти. Садись скорее за стол пока не остыло. Ты не вегетарианка? Свинину ешь?

Прощупывала нашу гостью ма.

– Вегетарианка, но не сегодня, – отшутилась Мор и села напротив меня.

Она вопросительно посмотрела на мою миску с кашей.

– Мать переживает, что я разжирею и лишусь работы. Да, мамуль?

Её аж парализовало на миг, но она не повелась и бекона мне не положила.

– Хорошая попытка, Денвер Патрик Кавана.

– Патрик? – поперхнулась Китти, услышав моё второе имя.

– Прикинь. С фантазией совсем беда у моих предков, переживают, что я забуду свои корни.

Отставил пустую тарелку. Я все ещё хотел жрать, а вот Мор лениво отщипывала кусочки хлеба и заправляла их в рот. Издевается. У меня в этот момент в голове раздавались странные комментарии: Смотри, она умеет есть. Зацени, она пьет чай. Гля, она дышит. Классная какая.

– Абигейл, можно вас попросить собрать мне это с собой. Я утром мало ем, перекушу перед парами.

– Ты учишься? – изумились предки, которые так же наблюдали за гостьей, подперев головы руками.

Видимо, они до последнего не верили, что я не актрису с работы привёл.

– Угу, в Стэнфорде.

Перебор. Мои точно не поверили, а я чуть икать не начал. Соседка той самой Бет Бэйли! Точняк. Стенфорд. Долго я складывал два и два.

Чуть от нетерпения не сдох, пока она прощалась с моими родителям. Они её целовали как в последний раз и не хотели отпускать, я же постукивал мысом кроссовка по шинам форда. Как мы живыми вчера на этой кляче доехали? Оно же не развалится по пути в студию?

– Хей, Кавана! Не обижай моего малыша.

– Я просто давление в шинах проверял? Может такси, а?

– Окей, вызывай, а я поехала на учебу тогда, – равнодушно пожала плечами Мор, открыла двери, и я первым сел к ней в тачку.

– Нифига! Вези меня.

Мор

У меня все ещё звенело в ушах от поцелуев. Тихонько коснулась горящей щеки. Кавана счастливый. Семья поддерживает и любит его. Завидую ему по-доброму. Он сильный, ему плевать, кто что скажет, он поборол своих демонов. Его голос топит меня в уверенности, хочу заразиться всем этим.

– Не заводиться? А я говорилил. Хах.

– Задумалась просто, – повернула ключ, и форд покатил по подъездной дороге.

В боковом зеркале все ещё видела машущих нам Абигейл и Райна. Улыбнулась им. Вот было бы как в предостережении. Объекты в зеркале ближе, чем кажутся. Вот бы вся эта наша с Деном игра вдруг перестала быть игрой. Вот я везу своего парня на работу. А потом я вдруг навещу его в перерыве. Нагряну в студию с двумя картонными стаканчикам кофе и буду ждать, пока он закончит сцену. Кавана вытрет полотенцем черные взмокшие волосы, по созвездию его родинок на виске красиво стечёт пот. Он разгорячен сексом с другой девушкой, шутит по этому поводу, а я требую подробностей. Мы вместе обсуждаем то его, то мои дела. Планируем вечер. Я висну на его крепкой шее, а он тащит меня на съемочную площадку и обещает устроить тот самый хард, что обещал при нашей первой встрече. Мы ржём, кофе горчит на губах, и тут Денвер говорит:

– Поцелуй меня, я ирландец.

– Что? – я даже взгляд от дороги отвела, пока не поняла, что Ден рассматривает распечатки табулатур, которые стянул с заднего сидения.

– Это где же ты такое играешь? – он улыбался во весь рот.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.