Виктория Лукьянова
Младшая из Хвойных

Посвящается Алле Артуровне

Молоденькая ведьма поправила высокий кружевной ворот самого нарядного из своих платьев. В сельской местности округа Кайсли ей редко доводилось его носить. Но, выйдя на центральном вокзале столицы, она бы предпочла оказаться в удобных шерстяных красных юбках и меховых тапочках-сапожках.

– И зачем так вырядилась? – Люсильда Хартли окинула взглядом бродяг, сидящих у входа в вокзал, работяг, разгружающих телеги, торговок, снующих туда-сюда. Малолетний воришка попытался залезть в карман пальто, за что сразу был укушен защитной чарой, с клыками из маленьких прирученных молний. – А разговоров-то было!

Столица удивила Люсильду лишь размерами улиц и обилием народа, а еще суетой и скоростью, с которой горожане мчались по делам. Девушка легонько вздохнула, расстроенная отсутствием перемен в «качестве» снующих людей. Зато волнение как рукой сняло. Люсильда нахмурилась, недовольно наморщив курносый нос, и зашагала в сторону дежурного.

– Куда мне направиться, чтобы попасть вот по этому адресу? – грубо, без приветствий протянула листок с адресом.

Дежурный опешил на мгновение от такой наглости:

– Девочка, тебе лет-то сколько? Здороваться не научили?!

– Никакая я вам не девочка! За пятнадцать перевалило, – вспылила Люсильда. И почувствовала, как огнем сдерживающей чары зажегся медальон-оберег под одеждой. Ларина же предупреждала. Нельзя потерять контроль в большом городе. Вдох-выдох. – Мой старший брат проживает по этому адресу.

Дежурный удивленно вскинул брови, прочитав название улицы.

– Старший брат, как же, знаю я таких, как ты, и старших братьев ваших тоже. Ну что же, девочка, вон за перекрестком, у церкви ходит конка. Доехать тебе до станции Людная, и там спросишь, как дойти. Недалеко.

Люсильда коротко поблагодарила его и даже оглянулась на мгновение, покидая привокзальную площадь, – не понравился ей его взгляд. «Что же за адрес-то такой?» – приговаривала ведьма, выходя из вагончика конного трамвая. Все женщины, у которых она спрашивала, отшатывались как от прокаженной и говорить отказывались, кто-то молча пересаживался подальше. Мужчины же отпускали сальные шуточки, но дорогу подсказывали.

И вот спустя несколько часов поисков Люсильда с шумом кинула дорожную сумку прямо на мостовую. На мостовую перед входом в бордель.

– Я его точно придушу! – сквозь зубы процедила девушка и решительно зашагала вверх по ступенькам.

Не то чтобы в округе Кайсли не было представительниц древнейшей профессии, но вот отдельно стоящего здания у них точно не было. Юная ведьма с удивлением разглядывала вестибюль, уставленный цветами и драпированный яркими занавесками. Надвигался вечер, самое активное время в местах, подобных этому, и девушки бродили туда-сюда, прихорашиваясь и поправляя мелочи в интерьере. Одна дама, уже давно перешагнувшая за средние года, аккуратно передвинула столик и поправила салфетку, чтобы та лежала ровно, подчеркивая геометрию пространства. «Их старшая», – подумала Люсильда и направилась к ней, не обращая внимания на перешептывания и косые взгляды расфуфыренных красавиц.

– Здравствуйте…

– Ты не подходишь. Уходи, нет у меня для малолетних работы, – выпалила хозяйка борделя, уделив Люсильде мимолетный взгляд.

– Я не ищу работу, – злобно прошипела уставшая с дороги ведьма.

Мадам строго вскинула брови на морщинистом, но все еще красивом лице.

– Я ищу своего брата, он оставил мне этот адрес для связи с ним.

Женщина взяла помятый листок из рук Люсильды.

– И? Ты надеялась, что он и правда здесь?

– А это не так?

Мадам безучастно ухмыльнулась.

– Конечно нет. Милочка, такие адреса оставляют, когда не хотят быть найденными. Брат твой, видимо, ужасный человек.

– Об этом судить не вам. Может, кто из ваших содержанок знает, как с ним связаться?

Фанни Лебон снова окинула Люсильду оценивающим взглядом в раздумьях, как поступить. Девушка, стоящая перед ней, была похожа на кровожадного волчонка, готового вцепиться в глотку. Мадам Лебон повидала на своем веку слишком много женщин, и юных, и старых, простых, как наивная березка, и интриганок, достойных императорских дворцов… Мадам с уверенностью могла сказать, что перед ней стоит одна из деревенских ведьм, и ей не хотелось конфликтовать с подобными особами. Любую другую малолетнюю она погнала бы прочь, не удостоив ответов. Но оценивать риски и не наживать врагов было ее даром, может, оттого все заведения, которыми она руководила, и процветали. «Лицо красивое, – подумала мадам, – но мужчины любить такую не будут, слишком злобная».

– Ну и задачку ты мне задаешь. Понимаешь же, что дело к вечеру идет и скоро первые гости заявятся, а ты предлагаешь что? Бродить здесь и расспрашивать девочек о брате своем? Как хоть его зовут?

– Тибериус Хартли.

– Хартли?

– Знаете его? – просияла Люсильда.

– Нет. Фамилия необычная. Откуда вы родом?

– Из округа Кайсли.

«Ну конечно оттуда, откуда же еще! – подумала мадам Лебон, потерев виски в подступающей мигрени. – Пятница всегда начинается с проблем. Еще и Хартли на мою голову свалились». С Тибериусом она знакома не была, но вот о ведьмах из округа Кайсли наслышана.

– Заночевать есть где? – мадам покосилась на дорожную сумку, которую Люсильда сжимала в руках. – Хотя зачем я спрашиваю. Раз с вещами заявилась, значит, только приехала.

Люсильда стояла, молча уставившись на хозяйку борделя. Оправдываться она не собиралась, уж точно не перед ней.

– Иди и разыщи себе ночлег.

– Я брата приехала искать, а не…

– Завтра придешь после двух пополудни, соберу девочек, тогда и поспрашиваешь. Если брат твой скрываться от тебя удумал, комнату сними лучше на несколько дней. Ясно тебе?

– Ясно, – прорычала Люсильда.

– В конце квартала налево свернешь, там третий дом в переулке. Гостевой дом «Байент». Скажешь, что от меня, хозяйка заселит, если комнаты остались. А сейчас брысь!

Люсильда кивнула и, развернувшись на каблучках, зашагала прочь, порядком раскрасневшись. Даже их прошлая Старшая не позволяла себе разговаривать с ней, словно с десятилетним ребенком. Медальон на груди начал обжигать кожу, не справляясь со сдерживаемой ведьминской злостью. Люсильда вытащила его поверх рубашки, обернувшись на пороге, и, кинув прощальный взгляд на мадам, скрылась на шумной вечерней улице.

– Лили! – громко и строго крикнула хозяйка борделя.

– Да мэм, тут я, чего кричите?

– Ты просилась позже начать сегодня?

– Ага, было такое, да. Разрешите?

– Иди прогуляйся, быстренько, проверь, чтобы заселили нахалку.

– Деревенщину эту?

– Ее. Иди скорее, пока далеко не ушла. Если будут артачиться в «Байенте», скажешь, что это родня моя.

– А это ваша родня?

– Конечно нет. Лили, не глупи! Упасите Древние от такой родни. С такими только ко дну. Иди уже.

Люсильда вышагивала по мощеной улочке. Что-то почуяв, она вдруг как вкопанная остановилась у узенького проулка между двумя большими домами. Ноябрьский вечер подкрался неожиданно, на улице быстро стемнело, и зажглись первые фонари. Юная ведьма не ощущала страха с самого детства, хотя иногда, в грозу, боялась того, что брат или сестра вдруг погибнут, не вернутся домой. Но вот темнота и твари, в ней таящиеся, никогда ее не пугали. Скорее, это было ощущение легкой тревожности, волнения, предвкушения… Вот и сейчас, вглядываясь в непроглядную тьму проулка, почуяла что-то подобное. «Меня это не касается, я здесь не за этим», – мысленно отчитала она себя голосом старшей сестры.

– Эй! – крикнула она темноте. – Кто ты? Выходи уже!

Из темноты, обойдя мусорный бак, устало и обреченно вышла собака. Грязная, лохматая, черная шерсть скаталась колтунами, на морде шрамы и ссадины. А взгляд! Люсильда на секунду вздрогнула. Смесь обиды, тоски и какого-то смирения с тяжелой судьбой.

– Извини, что потревожила, – ведьма легонько поклонилась черной собаке и зашагала дальше по улице. Это была самая обычная собака.

«Нет. Не так, – думала Люсильда, обходя компанию прохожих и случайно толкнув одного из них плечом. – Это не обычная собака, то есть раньше она ей не была. Это точно чей-то тотем. Как там у Оборотных называется, когда соклановец погибает раньше тотема?!»

Силясь вспомнить слово, которое она всегда знала, но в редкий момент, когда оно понадобилось, выскользнуло из головы, Люсильда забарабанила пальчиком между бровей и свернула в очередной переулок. «Бесхозный, отринутый, оставленный, покинутый… что-то похожее, но не то».

– Пустующий! Пустующий тотем! – крикнула она сама себе, вскинув руку в победном жесте.

И в этот момент за руку ее схватил мужчина. Люсильда уставилась на него непонимающим взглядом. Неопрятный и помятый, но на бездомного не похож, одежда не как у знатных, хотя добротная, просто грязная, и пахло от него алкоголем. «Работяга?»

– Ты глухая, что ли?! Говорю же тебе! Людей толкать и не извиняться – это ты в деревне своей будешь, а у нас тут совсем другие порядки!

Из-за его спины, как тени, выступили еще двое. Люсильда дернула руку, но мужчина только сильнее ее сжал.

– Чего тебе? Пусти!

– Ха! Ты смотри на нее, еще и дерзит! – гоготнул один из товарищей.

– Да точно из Цветущего квартала, я же говорил, все они там с гонором, а на поверку обычные шлюхи!

– А разговоров-то было, – злобным шепотом процедила Люсильда. Она разжала пальцы, и дорожная сумка плюхнулась на землю. Освободившейся рукой сорвав с груди медальон, сунула его в карман.

– Чего ты там мямлишь? – просипел неопрятный мужчина, с силой толкнув юную ведьму к стене.

Где-то в начале переулка раздался женский визг. Но Люсильда его уже не слышала. Глаза застилала кровавая ярость. В ладонь из рукава послушно и приятно упал нож.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.