Джейн Лувако
У беды глаза зелёные. Том 1

Глава 1

Колин Эрэссэа стоял на краю леса, придя туда, куда вела ненависть и звала магия крови. Он знал, что не выживет после того как убьёт того, кого искал и от этого только злая улыбка кривила прекрасные губы. Это была дорога в один конец. Он не боялся смерти: он уже умирал, там на поле боя, когда адская гончая разорвала ему грудь, а вокруг гибли его воины. Последним взглядом угасающего сознания он тогда увидел Демиурга склоняющегося над ним… Глаза зло сощурились: лучше бы он сдох тогда в той битве, чем спасение и такая судьба.

Тишина вокруг настораживала, заставляя напряженно вслушиваться. Да и в деревне, лежащей за полем, было подозрительно тихо: ни лая собак, ни шума домашней живности, ни запаха дыма из печных труб. Даже обычных звуков молота по наковальне, криков матерей на непослушных детей, визгливых переругиваний соседских баб не было. Стояла мёртвая тишина, не разбиваемая звоном насекомых и криками, попрятавшихся от хищника, птиц.

С лёгким лязганьем вытащив меч из ножен, воин, настороженно оглядываясь, готовый к нападению, сделал первый шаг к цели. Тихо ступая и поводя вокруг себя клинком, молодой мужчина крался по широкой улице с добротными домами, прячась в тени заборов. Взгляд цеплялся за мелочи: пересушенное бельё висевшее на верёвке, перевёрнутое корыто, брошенный в спешке инструмент. Крепкие дома с большим подсобным хозяйством, даже на первый взгляд богатая деревня: в такой бы жить и жить.

Вот только она оказалась мёртвой: ни сельчан, ни животных. Колин внимательно оглядывался по сторонам, пытаясь первым обнаружить противника. Эта деревня стояла в десяти днях пути от линии фронта, и боевые действия сюда не доходили. А разведчики, которых его бывшие командиры засылали в стан врага, старались не привлекать к себе внимание, обходя деревни стороной, где все знают друг друга и сообщают властям о чужаках. Для Колина оставалось тайной, кто же уничтожил жителей и домашний скот.

Палевые до светло-жёлтого, почти белого цвета глаза с черной окантовкой радужки настороженно ощупывали округу, но ничего подозрительного не находили. Никто не выпрыгивал к нему с мечом наперевес, не появлялись из-за угла твари хаоса, не шатались зомби.

Тишина оглушала и давила, заставляя быть бдительнее. Чутко прислушивающийся к окружающим шорохам, напряженный, как стрела, воин осторожно продвигался вперёд, туда, к самому крайнему дому. Он знал, что именно в нём найдёт того ради чьей смерти проделал такой долгий путь. Весёлая злость рвалась из души: осталось немного и он получит право на перерождение. Пусть и не в своём мире, но будет свободен от связавших его оков.

Светящиеся в темноте глаза осматривали дверь, выискивая защитные плетения и ловчие сети, но ничего не было. Вдруг крик боли разбил тишину, заставляя сердце пропустить удар, настолько неожиданным он оказался в безмолвии царящем вокруг. Голос полный муки сорвался, и последовавший за ним мучительный стон заставил Колина ногой выбить дверь и ворваться в избу, готовясь как к нападению, так и к отражению атаки. Сени оказались пусты, а в горнице на полу лежал полыхающий человек.

Девушка давно не помнила кто она и что с ней произошло. Огонь уничтожал память, выжигая кем она была, воспоминания о родителях, о детстве и юности. Вот лицо матери, зло плюющей обидные слова отцу: “Я родила для тебя, вот и расти её, а меня оставь в покое!” Воспоминание промелькнуло, уже не вызывая горечи и сгорело, осыпаясь пеплом. Вот взволнованный отец: “Доченька, ты будешь учиться в Корее, в самой лучшей Школе Искусств,” – и ветер вновь уносит пепел сгоревшего видения.

Девушка сперва пыталась держаться за имя, повторяя его, как мантру, чтобы не потерять себя, но огонь оказался безжалостен, выжигая память о нём. Кости плавились, кожа текла, словно масло, и не было конца боли. Куда бы девушка не шла, повсюду встречала пламя: то ревущее злое, то безжалостно терзающее плоть и душу, то гневное, выжигающее чувства, переплавляющее её во что-то другое, чему у неё не было имени.

Нестерпимая боль не оставляла её ни на минуту. Девушка пыталась просить неизвестно кого, чтобы остановили муки. Молила о смерти, тьме и покое, но её не слышали или не хотели прекратить страдания.

Ворвавшийся в горницу Колин, не задумываясь, сорвал покрывало с кровати, накрывая горящего, и тот затих. “Отмучился, горемыка”, – парень откинул край одеяла с лица, чтобы убедиться в смерти неизвестного и не поверил своим глазам. Чистая, не тронутая огнём кожа слегка мерцала, словно под ней горели угли: дунь и пламя взовьётся вновь.

– Как такое может быть? – тихо прошептали его губы, а пальцы дрогнули, остановившись в миллиметре от кожи щеки, не решаясь дотронуться.

Густые длинные ресницы затрепетали и вдруг медленно приподнялись, открывая темно-зелёные глаза, ещё ничего не видящие, не понимающие. И только в эту минуту парень понял, что тот, кого так долго искал, лежит здесь в его власти: беспомощный и обессиленный. Не задумываясь и не давая магии крови сработать, он выхватил клинок.

Боль, вечность терзавшая девушку, отступила, а взгляд прояснился. Когда очертания предметов стали отчётливее, она разглядела тёмного ангела, радуясь его приходу. Но счастье оказалось недолгим, огонь и боль вернулись, заставляя выгибаться от нестерпимой муки и кричать срывая голос. Последнее, что она увидела, теряя сознание, приближающийся к горлу нож и испытала облегчение. Убийца прервёт её мучения и подарит долгожданный покой и забвение. Нет, девушка не боялась, наоборот, испытала радость и благодарность, благословляя руку направившую клинок.

***

Колин не спал вторые сутки, сидя в обнимку с мечом у изголовья кровати, на которой металась в забытьи девушка. Парень не смог убить, а потом стало поздно. Магия крови не дала ему ни единого шанса. Жалел ли он о своём решении? Нет, не жалел. Приняв решение, воин признал свою судьбу.

Сейчас его волновала безопасность девушки, тихо стонавшей во сне. Ещё в самый первый день он обошёл Рукруанскую деревню, пытаясь отыскать живых, но нашёл только несколько трупов. По внешним признакам определил, что их убили твари бездны или как ещё их называли – гончие ада, живущие в Рукруане. В Мир Виреи, где родился и вырос Колин, эти чудовища, убивающие всё живое, приходили отсюда.

Когда-то давно два разных мира жили счастливо, не зная друг о друге. Но то ли сломалась вселенская механика, то ли были совершены запретные магические обряды, но два мира оказались притянуты один к другому. Граница соприкосновения получилась довольно большой. Она могла бы стать пограничной территорией со свободной от пошлин торговлей. Живущие на Вирее были бы счастливы сотрудничеству, но с Рукруана пришли не с предложением о мире и партнёрстве, а стаи безжалостных убийц.

Обходя деревню дом за домом, Колин не мог понять как так вышло, что твари напали на своих хозяев. Почему местные жители не защитились? Как вообще такое могло случиться? Он опасался чудовищ, прекрасно осознавая, что в одиночку не справится даже с одним из них. Но звери уже покинули эту деревню.

Тогда он впервые вышел на связь с бывшим сюзереном.

– Ты нашёл его? – голос из зеркала был нетерпелив.

– Да. Но это девушка.

В артефакте появилось властное лицо немолодого мужчины. Его молчание затягивалось, но, наконец, пересилив удивление, лорд осторожно задал вопрос:

– Ты уверен?

Колин невесело хохотнул:

– Ну я, вроде, взрослый мальчик, чтобы знать отличия девушек от парней.

Гневный взгляд собеседника заставил скрыть неуместное веселье, и ему это почти удалось.

– Так может ты не того нашёл?

– А магия крови может ошибиться? – Колин иронично приподнял бровь, в ухмылке скривив губы и наблюдая, как каменеет лицо собеседника.

– Ты забываешься!..

Парень вздохнул, возвращая выдержку, действительно, он вёл себя, как обиженный ребёнок.

– Мы в деревне довольно далеко от линии фронта, но её уничтожили адские гончие, и я не думаю, что местные власти скармливают свой народ этим исчадиям.

Мужчина в зеркале вызова удивлённо глянул на воина и тут же нахмурился, задумавшись. В знаниях и опыте Колина он был уверен. Чуть поджав губы, и словно сделав себе зарубку в памяти, лорд поднял глаза на парня.

– Когда ты вернёшься с Виоре…лой?

– Не знаю. Сейчас её невозможно провести порталом. Магия не стабильна.

Собеседник кивнул, соглашаясь с решением Колина и заканчивая разговор.

– Если что-то станет известно ещё о тварях бездны – сразу сообщай, – не ожидая ответа и не прощаясь его изображение потухло, превращая артефакт в обычный предмет домашнего обихода.

– И вам всего счастливого, – криво ухмыльнулся воин, пряча во внутренний карман зеркало.

Вернуться с этой девчонкой? Наивные! Посылая его на поиски, они действительно думали, что он будет радоваться уготованной ему судьбе и выполнять все приказы? Да он шёл сюда только для того, чтобы убить, ещё не зная её, но уже ненавидя! С шумом выдохнув, парень провёл ладонью по лицу, словно стирая своё прошлое. Ну раз уж он не смог убить, то приложит все силы, чтобы не возвращаться туда, где потерял всё.

Колин заметил, когда он находится рядом с девушкой ей становится лучше: огонь уменьшается и она затихает. Поэтому парень старался как можно реже отходить от неё. Магическое пламя причиняло невыносимую боль подопечной, но видимых повреждений на теле не было и это продолжало вызывать удивление. В первые часы, не зная что делать, Колин набрасывал на девушку одеяло в желании погасить огонь. Он тут же исчезал, но спустя пару минут появлялся вновь. Так он провёл несколько часов, замечая, что с каждым разом промежутки непонятного возгорания становились всё реже и реже, а потом и вовсе прекратились.

Огонь ушёл вглубь тела, подсвечивая изнутри кожу девушки, и всё равно заставляя её мучиться от жара. Чтобы хоть как-то помочь и сбить температуру он по капле вливал ей в рот воду, менял моментально высыхающее на лбу полотенце и смачивал потрескавшиеся губы. Сколько он так ухаживал за ней, и сам уже не знал. Усталость брала своё, и когда она, наконец, затихла, Колин провалился в тяжёлый сон.

***

Девушка, долго пребывающая в бреду, медленно приходила в себя. Лёжа с закрытыми глазами она вдыхала запах сушёных трав напоминавших ей что-то давно забытое. Последнее, что она помнила: стена огня, летевшая по салону самолёта ей в лицо, а потом – боль и падение. Выжить в такой катастрофе не было ни единого шанса. Но она ощущала запахи, чувствовала жёсткую поверхность на которой лежала и тепло, мягкость укрывающего её одеяла.

Глаза медленно открылись и девушка оглядела деревенскую комнату, вызвавшую её недоумение. Сбоку зашевелились, повернув голову, она столкнулась со сталью светлых глаз. Парень оказался нереально красив. В голове проскользнула мысль: “Он похож на эльфа или на того однокурсника, который за время учёбы успел сняться в двух дорамах”.

Парень тоже молчал, разглядывая её, и такое пристальное внимание становилось в тягость. Тишину между ними разбил громкий шум крыльев, донёсшийся с улицы. Колин бросился к окну, вставая сбоку, чтобы его не заметили снаружи. Девушка, во все глаза смотрящая за стремительными передвижениями красавчика, увидела как что-то огромное, загородившее солнечный свет, пролетело около дома и унеслось дальше. Напряженные плечи парня расслабились, и он вновь обратил своё внимание на неё.

Пристальный взгляд гипнотизировал и затягивал, он словно чего-то ждал или что-то спрашивал. От этого пронизывающего исподлобья взгляда девушка поёжилась, гадая где находится и что происходит.

– Как тебя зовут? – такой простой вопрос, заданный чуть хрипловатым бархатным голосом, заставил её задуматься.

Она не могла вспомнить, и как ни пыталась у неё не выходило. Правильно растолковав её растерянный взгляд, воин ответил:

– Запомни, тебя зовут Виорела Ал Кор Азабаэль. Повтори.

Девушка молчала, не понимая зачем повторять, если она и так запомнила с первого раза. Имя казалось чудным и непривычным, и она не знала, хочет ли примерить его на себя. Но парень напряженно вглядывался ей в глаза, ожидая ответа. Немного поразмыслив, решила, что это имя ничем не хуже и не лучше других. Идентифицировать себя как-то надо, поэтому послушно повторила тихим хриплым голосом:

– Виорела Ал Кор Азабаэль.

Кривая усмешка одной половиной губ проскользнула по лицу мужчины, добавляя ему обаяния и шарма и пропала, словно её и не было.

– Зови меня – Вира, – сглотнула вязкую слюну девушка, залюбовавшись на красавчика. – А как тебя зовут? —горло перехватило и она непроизвольно зашлась в сухом кашле.

Быстро переместившийся к ней, мужчина подал кружку с холодной водой. Пока она пила, тяжёлый исподлобья взгляд не отпускал, пугая её. Но помня летящий к ней клинок, девушка решила: раз не убил тогда, теперь не сделает этого тем более.

– Колин Эрэссэа, – и чуть помедлив, добавил, – можешь звать меня Колин.

Выглянув в окно и что-то решив, продолжил:

– Я накипячу воды, тебе надо помыться.

Такое безапелляционное утверждение вогнало Виру в краску, заставляя принюхиваться к себе. Вокруг стоял запах гари, но никак не пота, испражнений или других неприятностей.

***

Задумчиво постукивая пальчиком по губам, Вира стояла в дверях пристройки к дому. Больше всего это помещение походило на кухню, так для себя определила его девушка. Здесь располагался закопчённый очаг, рабочий стол и полки с мисками, горшками, ложками и поварёшками. А также стояли всевозможные ёмкости с крупами, овощами и непонятными ингредиентами.

После того дня, когда она окончательно пришла в себя и была вымыта, прошла неделя. От воспоминания как проходило купание её щеки полыхнули огнём. У неё тогда не оказалось даже сил встать с постели, а не то чтобы самостоятельно искупаться.

Видя беспомощный и растерянный взгляд девушки, Колин вместе с одеялом подхватил её на руки и понёс к бадье с горячей водой. На её возмущённое: “Отпусти, я сама”, – только фыркнул: “Чего я там не видел”. И Вира поняла: видел, и, скорее всего, касался. Она же не почувствовала от себя запаха, значит кто-то ухаживал за ней. Застонав, Вира уткнулась парню в грудь, пряча своё полыхающее лицо и шепча: “Ой, как стыдно-о-о!”. Если бы могла, в эту минуту провалилась бы сквозь землю.

Без лишних слов освободив её от одеяла и усадив в бадью с горячей водой, парень быстро и ловко, будто всю жизнь только тем и занимался что купал девушек, вымыл её длинные волосы, а затем и тело. Никаких эротических подоплёк в происходящем не оказалось и Вира успокоилась. Чистая, с ещё влажными волосами странного серебристого цвета, и безумно уставшая она тогда провалилась в здоровый, спокойный сон с которого и началось её исцеление.

Парень не отходил от неё, выхаживая, словно ребёнка. Кормил бульонами и кашами, и в первые дни помогал выходить в сад за домом. Вира сидела на скамейке, наслаждаясь солнцем, теплом и ласковым ветром. С каждым днём ей становилось всё лучше и лучше. То спокойствие и умиротворение царящие сейчас вокруг девушки казались ей чудом после страшных воспоминаний о боли и огне, терзавшем её тело и душу.

Из своего прошлого она почти ничего не помнила. Какие-то фрагменты, картинки, слова всплывали в голове, но по большей части они были бесполезны и не имели значения. Когда разглядывая маленьких птичек вьющихся около цветов девушка озадачилась вопросом: “Почему я ничего не помню?” – поняла, что так могло случиться при травме головы или сильных эмоциональных потрясениях. Решив, что рано или поздно память вернётся, Вира оставила в покое тщетные попытки вспомнить хоть что-то связное из своей прошлой жизни, живя сегодня и сейчас.

Но всё равно находиться в благодушном настроении у девушки не выходило. Уж очень смущало, что хмурый парень, старающийся держаться от неё подальше и которому она явно в тягость, заботится о ней и кормит. Ничего не понимая что происходит вокруг, девушка решила побаловать его едой собственного приготовления. Где-то на задворках памяти у Виры остались воспоминания о плите и кастрюле на ней. Поэтому она и стояла сейчас в дверях кухни, задумчиво оглядывая поле действия.

Тяжко вздохнув, вошла в помещение, стараясь вспомнить хоть что-то и трогая всё вокруг, надеясь, что сработает тактильная память. Открыв корзину с мелкими сыпучими семечками опустила в неё руки, пересыпая зёрнышки с ладони на ладонь. Борщ сварить, или самгётан¹? Вот только Вира не помнила ни что такое первое, ни как готовится второе. В голове всплыли чьи-то наставления: “Путь к сердцу мужчины лежит через сытый желудок. Хочешь, чтобы тебя любили – свари борщ.”

Выздоравливающее тело требовало действий. Задорно улыбнувшись и подтянув рукава великоватого платья, она приступила к решению поставленной перед собой задачи. Надеясь что рецепт волшебного борща всплывёт в голове, она ходила по кухне обнюхивая всё казавшееся съедобным, а затем пробуя его на вкус. Это оказалось довольно весело, и Вира с энтузиазмом первопроходца продолжала свою исследовательскую деятельность.

***

Колин не понимал сам себя. Его настроение скакало вверх-вниз безостановочно. То ему хотелось удушить девчонку, то схватить в охапку и спрятать куда-нибудь далеко, чтобы никто не нашёл и не забрал. Поэтому как только Вира смогла самостоятельно ходить, он старался пропадать в лесу на охоте. Благо, звери и птицы уже вернулись после нападения. Значит, твари бездны ушли далеко и можно было безбоязненно оставлять девушку одну.

Возвращаясь в этот раз с охоты раньше времени и неся упитанную птицу, он размечтался, представляя как Вира станет есть. Отрывая нежные кусочки мяса и щурясь от удовольствия, жевать, а затем, смеясь, вытирать салфеткой испачканные жиром руки и губы. От представленной картинки на его лице заиграла довольная улыбка. Продолжая улыбаться Колин подошёл к двери на кухню. Приоткрыв её, остановился, наблюдая за действиями неугомонной малышки. Вира доставала из корзины розоватый продолговатый плод, название которого он не знал.

Девушка, не замечая парня, задумчиво разглядывала розовое нечто, оно ей что-то напоминало, но что – вспомнить никак не удавалось. Так и не придя ни к какому решению с плодом, обнюхала то ли фрукт, то ли овощ. Нейтральный, чуть сладковатый запах понравился. Химией и лекарствами не пахло. Удивлённо отметив эту мысль, она приступила ко второй фазе дегустации.

Держа плод перед собой, как свечу, медленно лизнула его снизу до верху. Задумчиво закатив глаза к потолку девушка пыталась сообразить на что похож этот кисловато сладковатый вкус и нравится ли он ей. Розовый язычок легко пробежался по губам, облизывая их. Колин вытаращил глаза и рвано выдохнул, насколько это смотрелось порочно и невинно. Сделав шаг назад, споткнулся и уронил таз. Раздавшийся грохот заставил Виру в испуге резко обернуться и увидеть только захлопывающуюся дверь. Пару секунд девушка непонимающе смотрела на неё, а затем перевела взгляд на плод, который всё ещё держала в руке. Смущённо хихикнув, спрятала его за спину.

Колин, ругаясь на чем свет стоит, направлялся к соседнему дому. Парень пытался выкинуть из головы образ девушки облизывающей дурацкий овощ. Но чем больше он старался это сделать, тем теснее становилось в его штанах, и тем более изощрённые ругательства приходили ему в голову.

Когда он собрался перепрыгнуть забор разделяющий два дома, сзади раздался крик Виры:

– Колин! Колин, смотри, что у меня получилось!

Чертыхнувшись последний раз и прикрыв бедра охотничьим трофеем, парень обернулся к бегущей к нему девушке.

Глава 2

Будущее жаркое оказалось забыто и брошено на траву. Колин заворожённо смотрел на счастливую, радостно смеющуюся Виру. Её глаза сияли от счастья, она забавлялась с магией, словно ребёнок. Эрэссэа наслаждался, наблюдая, как в руках девушки то появлялись огненные цветы, то с ладоней вспархивали полыхающие бабочки. Маленькие разноцветные файерболы кружили вокруг них.

Это, действительно, было чудо. В его мире жили сильные огненные маги, но они не могли создавать такой красоты, ограничиваясь мощными боевыми заклинаниями. Да и о разноцветном огне он тоже никогда не слышал, хотя имел прекрасное образование. Уж на это отец никогда не скупился для своих детей. Тем более для него… Колин прервал свои воспоминания и жёстко затолкал их в самый тёмный угол памяти. Да и о здешних, рукруанских магах разведка также не доносила ничего особенного. Видимо, это были личные магические способности Виры.

– Тебе надо учиться, – лёгкая грусть коснулась его глаз, которую он тут же скрыл за густыми ресницами.

Вира впитала в руки огонь и, чуть нахмурившись, прикусила нижнюю губу. Что-то всплывало из тёмных недр её памяти. Она жила… не в магическом мира. Там не существовало чудес, но имелись рассказы и фильмы о магии… Подняв глаза на парня, Вира медленно подбирала слова к своим воспоминаниям.

– Мне… – запнулась, – надо искать учителя, или поступать в академию? – девушка затаила дыхание, напряженно глядя на Колина.

– Почему учителя? – Эрэссэа удивлённо уставился на неё. – У тебя какие-то древние представления про обучение…

Он на мгновение задумался, просчитывая варианты. А потом просиял довольной улыбкой, заставившей чуть напрячься Виру. Но то, что он сказал, смело всю её насторожённость, заставляя чувствовать себя ребёнком, которому пообещали поездку на карусели.

– Знаешь, я и так задержался здесь с тобой, – нарочито огорчённо протянул парень. – Дело в том, что я иду в столицу, а там, говорят, самая лучшая академия магии, – задумчиво оглядев девушку, безразлично предложил ей, – если хочешь, пойдём со мной.

Видя, как счастливо Виорела просияла улыбкой, прикрыл глаза густыми ресницами, чтобы скрыть в них вспыхнувший алчный огонёк.

– Тогда два дня на подготовку и отправимся в дорогу, – постановил он, поднимаясь с травы и подхватывая тушку птицы.

Обед сам себя не приготовит, а Колину очень хотелось накормить эту несносную девчонку.

***

Эхор Нибин почувствовал прорыв в ткани мирозданья, словно резкую боль. Это было похоже на то, как Рукруан соприкоснулся с Виреей, соединяясь в одно целое. Но тогда неприятные ощущения длились почти год, мучая всех драконов-Хранителей, а сейчас боль, скрутив его, тут же пропала. Приняв свою истинную ипостась, он вылетел в том направлении, куда вело его чутьё. Но по дороге столкнулся с тварями бездны. Деревня, где он почувствовал их, оказалась уже мертва, и дракон просто выжег её вместе с попавшимися ему исчадиями ада, пролетая над ней на бреющем полёте. Вопрос с прорывом необходимо было решить. Из-за того, что донесений он не получал, сделал вывод, про него никто не знал.

Дальнейший полёт не радовал. Путь адских гончих отслеживался уничтоженными деревнями. Ущерб выходил колоссальный. Последствия исправить уже невозможно, но предотвратить подобное в будущем – необходимо. Но в первую очередь его волновал межмировой портал. Надо было понять кто прошёл им, и какая новая напасть появилась в Рукруане.

Наконец, добравшись до места, не нашёл даже следов портала. Ткань мирозданья казалась целой и нетронутой. Если бы он не ощущал душой, как рвутся нити Вселенной, ведя по звёздной дороге кого-то на Рукруан, решил бы что ошибся. Чтобы не пропустить самые ничтожные следы, пролетел, почти касаясь земли, но так ничего и не обнаружил. Покружив ещё немного над деревней, направился к линии фронта, выяснять как смогли пропустить тварей и почему за ними не послали воинов для уничтожения.

Уже находясь на передовой, он почувствовал свою истинную. Ни с чем не сравнимое чувство счастья охватило его. Он готов был бросить все дела и лететь к той, что предназначена ему судьбой. Но Эхор Нибин давно не был восторженным юнцом, поэтому только позволил себе поразмышлять в каком гнезде драконов могла родиться малышка. И мимолётно удивиться: по всему выходило, ни в одном.

Привязка ещё не прошла и определить точное направление и место он не мог. Отбросив загадку, мужчина сконцентрировался на делах: малышка никуда не денется от него, а дела не ждут. Вот только он не подозревал, что не всё подвластно его решениям и желаниям.

***

После того как у Виры проснулась магия, Колин не собирался надолго задерживаться на одном месте. Надо было уходить и срочно. Дракон, так некстати заинтересовавшийся деревней, тоже не выходил из головы. Чувствуя, что время играет против него, парень развил бурную деятельность.

Подготовка для дальнейшего путешествия была почти окончена. В пространственном кармане уже лежали одеяла, разная мелочь и деньги, найденные в домах обезлюдевшей деревни. Их было немного, но на первое время вполне достаточно. Колин и Вира стояли в погребе, укладывая в тот же карман копчёный окорок и колбасы. Почувствовав дракона, парень приложил палец к губам, показывая девушке, что нужна тишина.

Эхор Нибин, возвращавшийся в столицу, решил ещё раз пролететь над той деревней, где открывался межмировой портал. Мужчину тянуло в это место странное чувство. Только оказавшись здесь, понял: пахло его истинной. Запах был слабым, и он заметался среди домов, пытаясь найти Её.

Стараясь ничем не выдать себя, Колин аккуратно выглянул в небольшую отдушину и заметил, как рептилия прочёсывает деревню. Нервные дёрганые движения ящера не нравились воину. Возле его плеча завозилась девушка, стараясь рассмотреть диковинку.

Эхор Нибин не понимал: он чувствовал свою пару, но не мог найти её. Не выдержав пытки неизвестностью, он бросил клич. Протяжный тоскливый крик разрезал тишину мёртвой деревни. Пара не смогла бы его игнорировать.

Колин собирался убрать девушку от оконца, когда зазвучал зов. Он успел заметить изменение в её поведении. Виорела попыталась рвануть к отдушине, отзываясь, сообщая, что она здесь. Но воин пресёк её движение, прижав к стене и предплечьем пережав горло, не давая не только кричать, но и практически дышать.

Дракон бесновался и звал свою пару ещё долго, и Колин уже начал волноваться, что тот не уйдёт, когда всё закончилось. Поняв что пары тут нет, Эхор Нибин открыл воздушный портал и пропал в нём, а Вира осела под руками Колина, теряя сознание. Подхватив девушку на руки, парень припустил в дом.

Сидя рядом с кроватью, на которой лежала в забытьи девушка, Колин держал в своей руке её беззащитную ладошку и пытался понять, что надо делать. Никогда не испытанное им чувство лёгкой паники охватило воина. Он прекрасно понял зов дракона и кому он предназначался. Мысли лихорадочно метались в его голове. Строя многочисленные планы, парень тут же отметал их. Ни один из них не подходил. В чём Колин был абсолютно уверен, только в том, что он не мог лишиться Виры. Она была его жизнью и смертью. Губы парня тихо шептали:

– Что делать? Возвращаться на Вирею нельзя. А здесь – дракон… Они своё не отдают… Но и я не отдам… Что делать? Уходить… и как можно дальше, спрятать… – решение, наконец, пришло. – Надо избежать её привязки к дракону!

Застонав, Виорела открыла глаза. Над ней склонялся обеспокоенный Колин.

– Как ты себя чувствуешь? С тобой всё в порядке? – в голосе парня угадывалось волнение, его ладонь нежно гладила её щеку, а взгляд блуждал по лицу.

От этого простого жеста в душе девушки разлилось тепло и мелькнула мысль: “ Какое счастье, что я встретилась с ним, и он стал моим другом. Что бы я делала одна в этом чужом мире?”. Парень тревожился за неё, и, прислушавшись к себе, Вира решила:

– Вроде, ничего… Скажи, что это было? Мне кажется, я никогда не теряла сознание…

Колин быстро отстранился, тут же напуская на себя невозмутимый вид и просчитывая, как лучше преподнести информацию.

– Это дракон. Он ищет тебя.

– Меня? Зачем? – не поняла девчонка, чуть нахмурясь и уставясь на парня.

– Тебя, – подтвердил он.

– Ты появилась из другого мира. А он почувствовал межмировой портал. Драконы – Хранители Мира. Пришлых тут не любят. Их убивают…

Самая лучшая ложь получается, когда её круто замешивают на правде. Эту истину Колин осознал ещё в детстве и сейчас с удовольствием использовал на практике. Широко раскрыв глаза, девчонка смотрела на него. Вот только не испуг плескался в них, она, веря и не веря в его слова, быстро просчитывала ситуацию, и это восхитило парня. Он уже понял, что Виорела практически ничего не помнила из прошлой жизни, но упорно цеплялась за эту. “Моя девочка!” – гордо пронеслось в голове Колина, и тут же появилась крамольная мысль: привязать, сделать своей, спрятать. Он еле успел скрыть хищную улыбку, чтобы не напугать её.

– А может быть он ищет тебя? Я ведь ничего не знаю о тебе. Кто ты? – серьёзные глаза налились колдовской зеленью, им трудно было врать, да он и не собирался.

– Нет, дракон ищет именно тебя. Да, я скрываюсь от официальных властей, но я не преступник и я не успел наследить так, как ты. Да и порталом здесь я не пользовался.

Она наблюдала за его мимикой, и что-то решив для себя, кивнула, принимая ответ. Следовало развивать успех и он уверенно продолжил:

– Нам надо быстро уходить. У драконов очень хороший нюх. Он почувствовал, что через портал прошла женщина, поэтому вернётся и пойдёт по её следу. Чтобы его сбить, мы, во-первых, постараемся замаскировать твой запах. А во-вторых, с этой минуты ты станешь мужчиной.

Длинные ресницы Виры захлопали, показывая её недоумение, и Колин поспешил объяснить:

– Ящер будет искать девушку, а мы переоденем тебя в мужскую одежду. С этой минуты ты – Виорел Корза, наследник небольшого северного княжества. Ты сбежал из родительского дома потому, что в тебе проснулась магия и ты хочешь учиться в академии. А твой отец подобрал тебе в жёны дебелую девицу на пять лет старше, чтобы она наверняка понесла и запретил мечтать о богопротивном деле. Я – твой телохранитель, – скромно поклонился девушке, ошеломлённо выслушивающей весь этот бред. – Не переживай, такая история прикроет все твои ошибки. Да и в северные княжества никто не пойдёт проверять есть ли там князёк Корза.

И словно ставя на этом точку, вставая, добавил приказным тоном, не подразумевающим отказа:

– Если хорошо себя чувствуешь, поднимайся и пойдём тебя наряжать.

Вире, вернее, теперь Виру пришлось встать и выйти из дома. Медленно и кряхтя, как старый дед, всем своим видом показывая, что ещё не поправился, новоявленный паренёк плелся за своим телохранителем. Такая демонстрация не произвела на Колина никакого эффекта. Он только ухмылялся и продолжал идти по деревенской улице к самому богатому дому.

Одежда, что идеально сидела на девушке, выдавала в ней, скорее, зажиточного крестьянина, чем господина. Но всё-таки она стала больше похожа на парня: женственного, но всё же парня. Стройная, даже худосочная, почти без груди, с тонкой талией и длинными ногами она напоминала героя её любимых дорам. Не имея возможности полностью видеть себя в зеркале она с немым вопросом взглянула на своего телохранителя.

– На первое время – сойдёт, – одобрительно оглядывая Виру, кивнул Колин. – А потом купим тебе нормальную одежду.

Пока девушка заправляла рубашку в штаны, парень любовался ей. Длинные светло-пепельные волосы, словно остались ей на память об огне в котором она то ли сгорала, осыпаясь пеплом, то ли рождалась в этом мире. Идеальный овал лица с высокими скулами притягивал взгляд, а светлая кожа, казалось, светилась, вызывая желание дотронуться до неё. Под прямыми стрелами соболиных бровей широко раскрытые чуть приподнятые к вискам тёмно-зелёные колдовские глаза смотрели то серьёзно, то лукаво, то с безудержным смехом. Прямой нос и алые, чуть пухлые губы. Именно к ним прикипел его взгляд не в силах оторваться.

– Ты готов, можем выходить, – с усилием взглянув в глаза, решил Колин и тут же спохватился, подавая ей что-то в маленькой баночке. – Этим немного натри за ушами и запястья.

– А что это? – не понимающе крутя склянку, удивлённо спросила девушка.

Парень, уже направлявшийся к дверям, остановился оборачиваясь.

– Это специальное зелье. Оно отбивает запах, не позволяя ищейке идти по следу, – и задумчиво добавил. – Ну, в твоём случае – дракону.

– Ага. Понятно, – снимая крышку и принюхиваясь к ароматно пахнувшему мятой зелью, пробормотала девушка и, подняв глаза на парня, спросила. – Слушай, а почему “готов”?

Вопрос позабавил телохранителя, и он хохотнул.

– Забыл, ты теперь парень? Привыкай, чтобы не проколоться! – с сомнением оглянулся. – Подожди, где-то тут я видел…

Из-под вороха тряпья он вытянул струнный инструмент в виде небольшой лютни или гитары и довольно улыбаясь, убрал его в пространственный карман.

– Теперь можем идти.

Солнце опускалось всё ниже, дело шло к закату. Горячий летний воздух становился прохладнее, обещая отдых от дневного зноя. Всё было бы замечательно. Вот только место для ночной стоянки никак не находилось. Нет, прекрасных и живописных лужаек и полянок на их пути встречалось множество. Но только нигде не было ни ручейка, ни озера, ни реки, а воды во флягах осталось на пару глотков.

Вира не помнила, имелся ли у неё в прошлой жизни подобный опыт путешествий, но даже она понимала, что без воды долго не протянут. Ноги давно уже гудели от усталости, но девушка упрямо делала шаг за шагом, стараясь не думать насколько измучена дневным переходом. Они несколько дней шли по лесу, выбирая самые непроходимые места, обходя деревни и скрываясь от местных жителей. Как Колин объяснил ей, это необходимо, чтобы как можно дальше незамеченными отойти от линии фронта. Так как в местности граничащей с прифронтовой зоной встречаются не только мирные селяне, но и военные патрули.

Парень чрезмерно не напрягал её, делая остановки именно тогда, когда она уставала. Вира это заметила и оценила, ей казалось, что так легко пройдёт вся дорога. Девушка весело смеялась, радуясь жизни и много разговаривая. Молодой здоровый организм требовал выхода энергии и она, словно щенок или котёнок, носилась вокруг Колина, разглядывая то цветы, то насекомых и вызывая ответную улыбку спутника.

В начале путешествия Вира очень хотела узнать хоть что-нибудь о своём таинственном друге. Вот только он не спешил делиться этими знаниями и замыкался, становясь угрюмым и неразговорчивым. В конце концов девушка перестала его расспрашивать и продолжала просто болтать ни о чем. На их самой первой ночёвке Колин достал музыкальный инструмент из пространственного кармана и тихо наигрывал затейливую мелодию.

Инструмент в его руках то плакал, то смеялся, рассказывая историю понятную только исполнителю. Глядя как длинные музыкальные пальцы парня касаются струн, девушка поняла, что знает как играть на этой странной гитаре. Тогда она в первый раз попросила инструмент и непослушными пальцами мучила струны. А Колин смотрел на её потуги и смеялся, а затем объяснял как правильно держать синоку и перебирать струны. Так они тогда и заснули, подхихикивая друг над другом. А сейчас от усталости у неё не было даже сил улыбаться, не то, чтобы разговаривать со своим провожатым. Да и он не горел желанием.

Видя как парень хмуро оглядывается по сторонам, Вира лишний раз старалась не лезть под руку. А у Колина никак не получалось определить направление где они могли бы найти воду и отдых. Вода была где-то рядом, но ему не удавалось сориентироваться и двигаться в нужном направлении.

Чутко прислушиваясь к разнообразным звукам, он вдруг понял, что уже некоторое время в лесу стоит тишина. Схватив Виру за руку и резко сменив направление движения, молодой человек постарался уйти от вероятного нападения. Но не успели они сделать и несколько шагов, как дорогу им преградили двое мужчин. Парень схватился за меч, загораживая собой девушку, но сзади раздался спокойный голос:

– Не советую.

Колин и Вира обернулись одновременно. Позади них, перекрывая дорогу к отступлению, стояли ещё двое. Окружившие их люди не выказывали агрессии. Все четверо оказались одеты в одинаковую военную форму, так её обозначила для себя Виорела. А потому, как они расположились вокруг них, стало ясно даже Вире: сбежать не получится.

– Военный патруль Шохрона². Вам следует пройти с нами для выяснения ваших личностей.

Поколебавшись, Колин пропустил Виру вперёд, идя вслед за ней и настороженно посматривая на пленивших их воинов. Всю дорогу парень просчитывал варианты ухода от патруля. Да, он совершенно свободно мог убить их всех. Но раз уж он решил остаться в этом мире и легализоваться, то это был подходящий момент. Здраво рассудив, что они с Вирой ничего не потеряют, если посмотрят куда их приглашают, парень совершенно успокоился и расслабился. Да и в конце концов у него есть портал, которым можно воспользоваться в любой момент. Нагнувшись к уху Виры, Колин зашептал так, чтобы его услышала не только девушка.

– Господин, не беспокойтесь, это военный патруль. Так что мы в надёжных руках и с вами ничего не случится.

Вира кивнула ему, глядя в глаза, значит поняла как себя вести. Не зря же он все эти дни гонял её по легенде. Идущий позади мужчина ухмыльнулся.

– Ты прав, парень, вы под защитой. Ныне не безопасно ходить одним по лесам. Вот разберёмся кто вы, глядишь, и отпустим.

Колин подавил усмешку. Лес становился реже, и вскоре они вышли к временному палаточному лагерю. Солнце клонилось к закату, окрашивая представший их глазам вид в жёлто-красные оттенки. Вира с любопытством крутила головой, рассматривая стоянку. На огромном поле тут и там реяли разноцветные знамёна. Они словно притягивали к себе палатки тех же цветов. Между ними горели костры, на которых сидящие вокруг мужчины готовили еду. Вира уже давно успела проголодаться и теперь вкусный запах заставлял сжиматься её желудок в голодном спазме. Продолжая идти за конвоирами и Колином, не выказывающим беспокойство, Вира с интересом крутила головой, ловя на себе пытливые взгляды воинов.

Их подвели к костру возле которого сидело трое военных. Их форма неуловимо отличалась от прочих. Девушка не могла понять чем, но решила, что это старшие по званию. Один из охранявших их людей подошёл к седому грузному мужчине и, нагнувшись, прошептал ему на ухо несколько слов.

– Даже так? – левая бровь мужчины рванула вверх, и говорящий кивком подтвердил свои слова. – Хорошо. – повернувшись к задержанным, он окинул их проницательным взглядом, тут же превращаясь в “доброго дядюшку”.

Такая перемена в мужчине насторожила Виру и она быстро прокрутила в голове все наставления Колина. Кроме них всплыли слова произнесённые неизвестно кем и когда: “Играют роль плохие артисты, а хорошие – проживают жизнь своих героев”. Улыбнувшись, она натянула личину паренька сбежавшего из дома со своим телохранителем.

– Присаживайтесь, молодые люди, – по-доброму улыбался “толстяк”, – в ногах правды нет. А вы, как я погляжу, идёте издалека, устали. Зовите меня капитан Винер Дорн. Кто вы такие? Откуда, куда идёте и зачем?

Задорная, немного мальчишеская улыбка расцвела на лице Виры. Благодарно кивнув, она тут же уселась на освобождённое место и со вздохом облегчения вытянула уставшие ноги.

Глава 3

Колин остался стоять за её спиной, будто действительно был обычным слугой. Отвечать на заданный вопрос начал он:

– Наследник рода Северного княжества Виорел Корза и его телохранитель Колин Эрэссэа, – чуть поклонился, – следуем в Страбург в Шохронскую академию магии.

Больше он не проронил ни слова и Вире пришлось продолжить, играя роль глуповатого княжича.

– Капитан, я вам без обмана всё расскажу, если вы дадите честное слово не отправлять меня домой, – очень серьёзно произнесла она, глядя в глаза “доброму дядюшке”.

Его взгляд стал оценивающим, а левая бровь вновь дёрнулась вверх. Все сидящие у костра, стараясь не привлекать к себе внимание, придвинулись чуть ближе, чтобы лучше слышать.

– Понимаете, у меня совсем недавно проснулась магия!..

В последнее слово было вложено столько восторга, что двое непредставленных военных закашляли, скрывая смех.

– А отец запретил даже думать о непотребствах и нашёл мне невесту, которая старше меня. Чтобы она наверняка смогла понести наследника. А я не хочу жениться! – после возмущённого выкрика заржали все.

Даже Колин, зная, что это неправда – ухмылялся. А Вира не понимающе хлопала глазами, оглядывая мужчин.

– И как невеста? – утирая слёзы, обратился капитан Винер Дорн к Колину.

Не ожидавший такого вопроса Эрэссэа изобразил руками нечто глыбоподобное, что вызвало новый взрыв хохота.

– Ладно, парень, не бойся, – хлопнул Виру по плечу, сидящий слева военный с улыбчивым лицом и свисающими усами, – мы своих не выдаём. Но всё же, расскажите подробнее откуда вы и куда направляетесь? И почему шли, скрываясь, лесами, – потребовал он, поднимая глаза на Колина.

Телохранитель отвечал немногословно, объяснив отсутствие документов и скрытное продвижение тем, что боялись погони. Про так называемого “отца” и само княжество говорил уверенно, перемежая рассказ фактами по северным территориям страны, известным ему по предыдущим разведывательным вылазкам. Его ответ удовлетворил мужчин.

– Хорошо, садись, парень, не стой столбом, – подвинулся мужчина. – Сейчас ужинать будем. Переночуете с нами, а завтра пойдёте дальше.

В руки Колина и Виры сунули миски с аппетитной, умопомрачительно пахнувшей кашей, огненной, исходящей паром, с кусочками копчёного мяса. Желудок девушки уже давно подавал сигналы, заставляя её смущаться. Ухмыляясь в повисшие усы, мужчина, так и не представившийся им, подал ей ложку. Обжигаясь, но стараясь есть аккуратно и не показывать насколько голодна, Виорела наслаждалась божественно вкусной кашей, как ей казалось в эту минуту. Пока она уплетала за обе щеки, мужчины вели свой разговор.

– Эрэссэа, я не советую вам идти лесами. Если вы до сих пор не попались, значит погоня отстала от вас или князь дал своё позволение сыну на обучение. Следуя не по дороге вы можете нарваться на гончих ада. Они во время последнего нападения прорвали оборону и уничтожили несколько деревень.

Колин вскинул настороженный взгляд на капитана и тот поняв его по-своему, скривился словно от зубной боли.

– Идите по тракту. Здесь больше уверенности, что вы дойдёте до города живыми. А там – не жалей денег, плати за портал. Тем более, что набор в академию закончится через неделю.

Задумчиво повозив ложкой в миске он продолжил:

– Парень, ты уверен, что оно того стоило: ваш побег, гнев князя? Княжич уж больно молод и наивен?

Колин оторвался от еды, задумчиво глядя на капитана Дорна.

– Да. У него необычная магия. Ему обязательно надо учиться. Не контролирующий свою силу маг – опасен.

Мужчина пару секунд буравил телохранителя оценивающим взглядом. Наконец, тяжело вздохнув, кивнул.

– Ешь.

Сытая и разомлевшая Вира лежала у костра, слушая, как играет на синоку Колин. Тихая чуть печальная музыка разносилась далеко окрест.

– Хорошая мелодия, – вздохнул капитан. – Вот только нашим юнцам, не знающим яростного веселья боя, чего-нибудь другого бы, чтобы поднять их воинский дух.

Виорела приподняла голову, прислушиваясь к словам капитана. В её голове какая-то мелодия неистово требовала выхода. Сон слетел, словно его и не было. Сев на одеяло, она протянула руку к инструменту.

– Дай мне…

Удивление промелькнуло в глазах Колина и тут же пропало. Отдав синоку, он озадаченно смотрел, как девушка пытается подобрать музыку. Наконец из-под её пальцев полились звуки грозной мелодии. Она звала в бой. Мужчины удивлённо смотрели на Виру. А она кусала губы, хмуря брови. Слова никак не приходили на ум, и когда девушка уже была готова сдаться, они сверкнули, словно вспышка молнии, срываясь с губ.

Вставай, страна огромная,

Вставай на смертный бой

С фашистской силой темною,

С проклятою ордой.

Пусть ярость благородная

Вскипает, как волна, —

Идёт война народная,

Священная война!..³

Когда отзвенел последний аккорд, и Вира подняла глаза, вокруг их костра стояли воины, подошедшие от соседних костров. В их глазах горела решимость встретиться с врагом и уничтожить его.

– Спасибо, – простые слова благодарности произнесённые хриплым голосом разбили тишину.

Капитан Винер Дорн откашлялся, оглядывая столпившихся солдат.

– Расходитесь. Завтра ранний подъем. Всем отбой!

Воины нехотя начали расходиться.

– Хорошая песня, но очень странная, – капитан стрельнул взглядом на Виру. – Откуда ты знаешь её?

Передавая синоку Колину, Вира пожала плечами.

– Это древняя песня севера. Я обнаружил её в библиотеке отца…

Капитан кивнул, принимая объяснение.

– Зови меня – дядюшка Винер, – хитро улыбаясь, прошептал девушке, удивлённо вскинувшей на него взгляд. – Что-то мне подсказывает, что это не последняя наша встреча. А я привык доверять своему чутью.

Кто-то тянул девушку за рукав, привлекая к себе внимание. Обернувшись, она увидела всклокоченного рыженького паренька и хмурого воина неопределённого возраста.

– Запомни, меня зовут Рикхил Таниэль, – лихорадочно шептали губы рыжика. – И я не боюсь идти в бой, за нами правда.

Его оттёр в сторону хмурый.

– Спасибо за песню. Меня зовут Янога Рамондо. Пожелай нам удачи в бою!

Удивлённо хлопая ресницами, Вира поймала недовольный взгляд Колина, и, решив, что он предназначался ей, поспешила ответить:

– Я желаю вам удачи в бою, если раны – небольшой. И скорейшей победы!

Как только мужчины отошли от неё, девушка завернулась в одеяло и улеглась спать, ругая себя за песню и надеясь, что утром всё забудется. Она не знала, что в мире всё предопределено и каждая мелочь имеет значение и тянет за собой последствия.

Утром Вира проснулась от громких выкриков, приказов, лязганья оружия и запаха вкусно пахнувшей каши. С трудом продрав глаза и нещадно зевая, она села на одеяло, зябко ёжась от утренней прохлады. Ей тут же в руки сунули горячую миску и ложку. Подняв глаза, она смотрела, как Колин приступил к завтраку.

– А в туалет?

– Потерпи немного, сейчас не до этого. Ешь быстрее, – с нажимом ответил парень.

Пришлось подчиниться и, быстро проснувшись, усиленно работать ложкой, посматривая на суету вокруг. Лагерь сворачивали полным ходом: палатки разбирались и складывались в небольшие тюки, костры тушили, отряды выстраивались в походное построение. Уже ничего, кроме вытоптанной травы не указывало на то, что вчера здесь располагался палаточный городок. Выскребая остатки каши из миски, Вира смотрела на строй воинов многоногой гусеницей медленно выходящий на тракт.

Вскоре они с Колином остались одни.

– Вот теперь можешь сходить в туалет. Только далеко не уходи. Вон там река, – парень махнул рукой влево, – можно умыться.

Подхватив посуду, девушка поспешила в указанном направлении. Раздвинув кусты и оглянувшись, быстро оправилась и поторопилась к воде. Опустив руки в хрустальную воду, чуть улыбнулась и принялась с довольным вздохом снимать лёгкую куртку и рубашку. Прохладная вода взбодрила окончательно, а яркое солнце подняло настроение. Немного поплескавшись в прозрачной воде и надев рубашку на мокрое тело, девушка вымыла посуду и вернулась к своему телохранителю.

Колин хмуро посматривал, ожидая её возвращения. Но даже его недовольный вид не мог испортить ей настроение.

– Ты всё? – протянул баночку с зельем. – Оставь себе и не забывай наносить его после того, как ополаскиваешься. Нам надо поторопиться, – поднявшись, направился к дороге, не оглядываясь идёт ли за ним Вира.

Скорчив кислую мину и тут же улыбнувшись, девушка двинулась следом, на ходу нанося средство на кожу. Идти по широкому тракту было намного удобнее, и они продвигались быстрее, всё больше удаляясь от фронта.

Молчавший всё утро парень, наконец, соизволил обратить своё внимание на девушку.

– Что это была за песня вчера?

Вира оторвалась от созерцания облаков.

– Я не знаю. Она просто всплыла в памяти. А что?

– Вир, ты бы поостерёгся так явно показывать, что ты чужак в этом мире, – хмуро глянул на девушку воин.

– Ну вот, ты опять обращаешься ко мне, как к парню, – мягко улыбнулась Вира. – Но ведь здорово вышло, все решили, что это старинная северная боевая песня, – попробовала оправдаться, чувствуя вину.

Быстро глянув на неё и тяжко вздохнув, Колин постарался объяснить:

– Каждый мир несёт свою энергетику. Она отражается в песнях. По ним можно узнать откуда ты пришёл. Ты заметил, что я никогда не пел? – дождавшись кивка девушки, продолжил. – Чтобы не выдать себя. Я не знаю из какого мира ты пришёл, но в твоей песне была мощь сметающая всё на своём пути. Знаешь, я бы поостерёгся иметь врагом народ, который слагает такие песни, – глядя на девушку продолжил. – Ты вспомнил откуда ты?

– Нет, – Вира испуганно смотрела на парня, – только какие-то отрывки или как вчера – песня.

– Не бойся, я никому не скажу. Но и ты никому не рассказывай. Все свои промашки объясняй плохим воспитанием. А если вновь решишь петь… – на секунду Эрэссэа задумался, – говори, что сам придумал. И обращаться к тебе буду как к парню, я уже говорил. Привыкай. Постарайся думать о себе, как о мужчине. Тебе же будет легче и проще.

Дневная остановка была недолгой, и они продолжали двигаться удобным трактом вдоль реки до вечера. По дороге никто им не встречался, и это немного удивляло Виру, но Колин объяснил, что военные действия не способствуют путешествиям и торговле. Почти на закате они спустились к небольшой роще у реки. Выбрав место для ночлега, разошлись в разные стороны: Вира – мыться, Колин – собирать хворост для костра.

Собрав топливо, парень обследовал округу: не хотелось бы ночью столкнуться с гончими ада. Но всё кругом дышало спокойствием: звери и птицы не подавали признаков тревоги, занимаясь своими простыми делами. Воину срочно требовалось связаться с бывшим сюзереном и передать сведения, которые он узнал. Чтобы убедиться, что с этой невозможной девчонкой всё в порядке, он пошёл ей навстречу, но так и не встретил. Отодвинув ветку кустарника, собирался выйти на берег реки, когда заметил Виру и замер на месте.

Обнажённая девушка стояла к нему спиной. Стройное тело притягивало взгляд, словно драгоценная статуэтка. С мокрых волос срывались капли воды, скатываясь по обласканной лунным светом коже. Его взгляд скользил по плечам, спине, всё ниже и ниже… Чертыхнувшись, парень развернулся, собираясь уходить, и врезался в дерево. Обескураженно отпрянув и тихо матерясь, пошёл в обратном направлении.

Найдя удобное место, с которого он мог увидеть возвращающуюся девушку, но его самого заметить было нельзя, сел на ствол поваленного дерева. Переговорное зеркало всегда находилось при нём. Проведя над ним ладонью, активировал. Собеседник в этот раз появился сразу, словно ждал.

– Ты получил новые сведения?

– Да. Местные считают, что гончие приходят от нас.

Пронзительный взгляд мужчины впился в лицо Колина.

– Даже так… Как ты это узнал?

– Мы вчера столкнулись с военным подразделением, направляющимся на фронт. Примерно четыреста воинов. Обученных мало, молодняк, не бывавший в боях. Скорее всего, новобранцы и выпускники боевой академии. Идут пешим строем, зачищая по дороге местность от прорвавшихся во время последнего боя тварей бездны и винят в этом нас.

– Хорошо, я разберусь с этим. Надеюсь, Виорела не пострадала? Как у неё с магией? Она сможет пройти порталом?

– Нет. Магия всё так же нестабильна. Нас просто разорвёт портал. Сейчас я веду её в Шохронскую академию магии. Там точно смогут стабилизировать её.

– Хорошо. Но поторопись.

Изображение в зеркале пропало, а Колин всё продолжал задумчиво вглядываться в полированную поверхность. Наконец очнувшись, поднялся. Надо было возвращаться и обустраиваться на ночлег. Он вернулся одновременно с девушкой, светящейся от радости.

– Колин! Смотри, как у меня получается!

Восторгу Виры не было предела: в её руках ртутью переливался водяной шарик, то вытягиваясь в форму груши, то превращаясь в тор⁴. Воин не мог поверить своим глазам: две самоуничтожающие друг друга стихии. Как такое может быть? Это сулило в дальнейшем крупные проблемы. Им обязательно надо успеть поступить в академию!

Все планы ушли на потом, а на первое место вышел комфорт Виры. Колин видел, как вода с мокрых волос падает на одежду девушки, делая ткань влажной, прилипающей к телу, обрисовывающей всё, что находится под ней. Сглотнув и с трудом оторвав взгляд от мокрой рубашки, воин криво улыбнулся.

– Постарайся впитать стихию, как делала с огнём. Только магию к себе не применяй, это может быть опасно.

– Почему? – искренне удивилась девушка. – Это же вода, чем она мне может быть опасна?

– Ты неопытный маг. Можешь не рассчитать силу и, например, получить обезвоживание организма. Ты же не хочешь выглядеть сухой щепкой?

Водяной шарик буквально испарился с рук испуганной девушки.

– Сейчас я разожгу костёр и займусь твоими волосами, подожди немного…

Быстро соорудив небольшой костерок и подвесив над ним котелок с водой, парень разложил рядом одеяло, чтобы Вире было удобнее. Похлопав по нему, позвал.

– Иди сюда.

Когда девушка села, укутал её потоком тёплого воздуха. Взметнувшиеся вверх и вмиг высохшие волосы рассыпались по плечам Виры, накрывая её, словно серебряным шёлком. Залюбовавшись, Колин не сразу вспомнил, что собирался сделать. Расчёска медленно скользила по её волосам, распутывая пряди. Неспешные плавные движения привели девушку в медитативное состояние. Прикрыв глаза, она наслаждалась процессом, с удивлением наблюдая за кружащим вокруг неё тёплым потоком воздуха.

Пальцы воина, оставив завитки волос возле лица свободно свисать, нежно разбирали прядь за прядью, сплетая косы. Переплетая между собой, создавая плоское переплетённое полотно. Не закончив причёску, Колин быстро перехватил волосы лентой и зло развернувшись, молча направился к реке, ругая себя на все лады. О чём он думал, когда его руки сами выплетали именно эту косу?

Вира почувствовала настроение и гнев парня. Обернувшись, недоумённо смотрела в спину удаляющегося Колина. Без него стало холодно и одиноко. Передёрнув плечами, она потянулась к теплу и была рада подувшему ласковому ветерку, вновь закружившему вокруг неё.

***

Прорыв гончих ада не давал покоя Эхору Нибину. Такого раньше не происходило. Все появления тварей бездны были исключительно в зоне соприкосновения миров. Разбираясь в случившемся, Первый Советник Короля раз за разом перепроверял отчёты, но явных отличий не находилось. Единственное, что он смог обнаружить, был межмировой портал. Мог ли он так повлиять?

Складывалось впечатление, что твари зачистили территорию для кого-то. Конечно, это могло быть и совпадением, но уж слишком подозрительным. Необходимо было выяснить всё до конца, чтобы избежать повторения.

Вновь он пролетал над уничтоженными деревнями, глядящими на мир мёртвыми глазами окон, кричащими о беде распахнутыми ртами дверей. Боль осквернённой природы проникала в его сердце, заставляя сжиматься от горечи.

Дракон возвращался к поселению, где почувствовал свою пару, он не мог пролететь мимо. Вот только сейчас искать её след не имело смысла. Деревню заняли на постой отряды новобранцев, следующие на фронт. Опустившись на землю и сменив ипостась, Эхор направился к офицеру ответственному за молодняк. Махнув рукой патрулю, чтобы не беспокоились и отпустив адъютанта, вошёл в дом.

Капитан Винер Дорн вскочил из-за стола, увидев вошедшего в дверь.

– Приветствую Советника Нибина, – мужчина вытянулся в струнку.

– Не тянись, Винер, мы давно с тобой знакомы, – тяжело сел за стол Эхор, устало вздыхая. Он провёл в небе весь день, и тело требовало отдыха. – Лучше завари свои травки и расскажи, что видел на марше, с чем столкнулись.

Капитан усмехнулся и отмер.

– Помнишь, значит, мои настоечки. Подожди немного… – засуетился мужчина.

Достав из пространственного кармана небольшой мешочек с травами, он принёс ещё одну кружку и положил в неё ингредиенты. Лёгким пасом руки вскипятив воду, залил сбор крутым кипятком. Пока отвар, исходящий душистым запахом, настаивался, Дорн приступил к докладу, сев напротив своего давнего друга.

– На нашем пути попались две гончие. Одну мои молокососы убили. А вот вторую упустили, – сжал он кулак, нахмурясь. – Ранили мы её сильно и уже готовились добить, когда в неё, словно демон вселился. Ушла в лес, тварь. У меня нет хороших следопытов, – будто извиняясь, глянул на Эхора, – но парни гнались за ней до болота, а там – потеряли. Возвращаясь назад, в лесу встретили странную парочку. Мальчишку, сына мелкопоместного князька с севера и его телохранителя. Примечательные ребята, скажу я тебе! – чмокнул он губами. – Мальчишка – словно луч света, озаряет всё вокруг, настолько душа его чиста. И опытный, опасный воин, прячущийся за работой телохранителя. Они идут к тебе в академию. Ты там приглядись к ним.

Нибин кивнул и потянулся к своей кружке, делая из неё глоток.

– Они те, кем представились?

– Может и не те, – пожал плечами капитан, – но они не опасны, а приглядеться к ним ты и в академии сможешь. Это Виорел Корза и Колин Эрэссэа. У обоих стоит ментальная защита, я её не смог пробить.

Советник бросил на друга заинтересованный взгляд поверх кружки, из которой только сделал очередной глоток, слушая продолжение рассказа капитана.

– Представляешь: я их сканирую, а потом защиту сломать пытаюсь, а они даже не морщатся. Мне кажется, они вообще не заметили, что я старался в их мысли пробиться. Могу только с полной ответственностью сказать: они не лгали, говоря куда направляются. У мальчишки, действительно, поздно проснулась магия.

– Хорошо, посмотрю на них потом, – делая глоток, Эхор распорядился, – покажи на карте, где вы упустили зверя.

Он не успел договорить, а Дорн уже рассматривал карту, разложенную на столе.

– Вот тут мы её ранили, – ткнул он пальцем в карту, – а вот тут она ушла.

Нибин внимательно разглядывал местность, запоминая координаты.

– Винер, иди воздухом подыши.

Когда капитан закрыл за собой дверь, Советник достал кристалл связи и послал вызов. Над артефактом появилась трёхмерная иллюзия молодого мужчины очень похожего на Эхора Нибина, но более величавого. Импозантный господин царственно поднял голову и отложил в сторону перо.

– Брат, у тебя что-то случилось?

– Есть возможность поймать живую гончую.

Несколько секунд Лиадон Нибин, король Шохрона⁵, разглядывал своего младшего брата.

– Ты уверен, что мы сможем взять её?

Он видел, как горят азартом глаза брата и в душе посмеивался над ним и его безудержной жаждой исследовательской деятельности. Только из-за неё была создана Шохронская академия магии. А Эхор стал её куратором, находя новые знания и сразу внедряя их в учебный процесс, чтобы из его детища выпускались всё более сильные маги.

– Без сомнения. Я знаю примерное местонахождение зверя. Он ранен, думаю, мы сможем его поймать живым, а потом у нас будет возможность изучить гончую и провести эксперименты.

– Ну и, конечно, ты уже думаешь, как проводить практику твоим боевикам на этой твари, – широко улыбнулся король.

– Ну, не без этого, – развёл руки Эхор, – им же нужно тренироваться убивать их.

В самом деле брат принёс замечательную новость. Они давно пытались поймать хотя бы одну тварь. Сил было брошено на это немало, но звери оказались слишком сильны, хитры и умны. Не удавалось даже заполучить труп, они просто сгорали в магическом огне, не оставляя после себя ничего.

– Ты сам хочешь заняться её поимкой?

– Нет. У меня есть другие, более срочные дела. Тварь потеряли в восточной части Великого болота. Там, где в него впадает звенящий ручей.

Эхор отказался в самый последний момент, хотя ему очень хотелось на эту охоту. Хотелось почувствовать страх жертвы, хотелось клыками рвать его плоть, пока обессиленное животное не сдастся на милость победителя. Но… В душе шевелился червячок предвкушения другой охоты, что поглотила его мысли и желания. Дракон ещё сам не понимал своих стремлений, но уже отказывался от столь желанной поимки твари бездны.

– Хорошо, я пришлю лучших следопытов. У тебя ещё что-то есть?

– Ты всё такой же, дела в первую очередь, – скривился Эхор. – Нет, это всё. Он уже собирался отключиться, когда вспомнил, что хотел сказать. – Да, чуть не забыл, племяннику передай, если будет плохо учиться – выгоню из академии и не посмотрю, кто его родители.

Лиадон не выдержал и весело рассмеялся, наблюдая за довольным лицом брата. Так посмеиваясь, он и прервал связь.

До хруста потянувшись, Советник поднялся из-за стола и вышел на улицу. На скамейке возле дома сидел Дорн, задумчиво глядя в небо, а по деревне плыла грозная песня.

– Это что поют твои новобранцы? – усаживаясь рядом и прислушиваясь, поинтересовался Нибин.

– Старинная боевая песнь севера… – задумчиво ответил старый друг. – У тебя нет ощущения, что приближаются перемены?

Быстро глянув на капитана, Советник, задумавшись, нахмурился.

Никто из них ещё не знал, что уготовила им всем судьба. Но все действующие лица уже заняли свои места и только ждали повелительно указующего перста судьбы, чтобы идти, куда она велит.

Глава 4

Весь день парило. Идти по дороге, вдыхая влажный душный воздух, было тяжело. Небо выцвело до блёкло-голубого цвета, а природа словно затаилась в ожидании грозы. Колин практически не останавливался, пытаясь найти укрытие от ожидавшейся непогоды. Вира тоже не желавшая мокнуть, шагала вслед за ним не прося отдыха.

Можно было бы остановиться в прибрежных рощах и сплести шалаш, укрывшись в нём от непогоды. Но оба понимали, что если задержатся в дороге, то могут не успеть до окончания приёма в академию в этом году. И тогда им придётся ждать такой возможности ещё год, а с нестабильной магией Виры это означало проблемы.

Солнце перевалило далеко за полдень, когда поднялся ураганный ветер, и по небу понеслись ещё немногочисленные рваные облака, с каждой минутой становящиеся темнее и тучнее. Злой ветер рвал одежду и нёс с собой песок и лесной мусор. Путешественникам приходилось щуриться и прикрывать рот и нос рукавами и полами курток.

Первые капли упали с неба, когда вдалеке показалась деревня, давшая им надежду на тёплый, сухой ночлег под крышей дома. Ещё издали почувствовав жилой запах дыма и хлеба, Колин уверенно направился к ней. Они уже подходили к крайним избам, когда их настиг ливень. Дождь, хлынувший сплошным потоком и усиленный ураганным ветром, мгновенно промочил до нитки. Добежав до первого дома, и пытаясь укрыться от непогоды, Колин заколотил кулаками в дверь.

– Добрые люди, укройте от бури. Дайте приют!

Приоткрылось окно, из которого выглянуло сухонькое лицо немолодого мужчины, с недоверием оглядевшего парней.

– Никто вас не пустит без разрешения старосты. Идите к нему!

– А где это? – перекрикивая раскат грома проорал Колин, отплёвываясь от воды.

– Там, – махнул худой рукой мужик, показывая вдоль улицы деревни, – идите, мимо не пройдёте, – и захлопнул окно.

Оглянувшись на мокрую, обнимающую себя за плечи и стучащую зубами от холода девушку, воин угрюмо пошёл в указанном направлении. Вира, спотыкаясь, поспешила за ним. Поселение оказалось довольно большим и идти пришлось долго. Но как им и говорили, пройти мимо они не могли.

Улица привела их на небольшую площадь, в центре которой стояло двухэтажное здание. К нему-то и направились парень с девушкой. Больше всего оно напоминало трактир, но вывески не было, зато его украшали разноцветные ленты, которые сейчас, будто мокрые хлысты, вовсю трепал яростный ветер. Взбежав на порог, Колин толкнул дверь, но она не поддалась. Вновь ему пришлось барабанить, прося разрешения войти. Дверь открылась, и перед ними предстал здоровенный мужик, загораживая вход в тёплое нутро здания.

– Чего надо? – недовольство в его голосе можно было черпать ложкой.

– Просим разрешения остановиться у вас на постой всего на одну ночь. Вы же видите какая непогода…

– Мы до завтрашнего дня не будем принимать постояльцев. Идите своей дорогой, у нас в деревне свадьба, не до вас, никто вас не пустит.

– Да мы не помешаем. Мы можем и в конюшне, и в сарае переночевать. Мы не станем обузой, – просил Колин, понимая, что Вира может заболеть. О себе он не думал. И как последний аргумент, добавил, – Мы вам заплатим, вы не думайте, что мы бесплатно!

– Да не нужны мне ваши деньги! – вспылил амбал. – У моей старшей дочери свадьба, вся деревня гулять будет. У нас не принято в это время пришлых привечать. Только сельчане могут находиться на нашей территории. Так что – проваливайте! – махнул он рукой.

“Дядька Потап, дядька Потап, беда!!!” – раздалось из-за дождя и все трое повернули головы на крик. К ним, прихрамывая, спешил длинный, как жердь, мужчина. Вода ручьём лилась по его одежде и волосам, но он, словно не замечая этого, только повторял: “Беда…”. Доковыляв, захлёбываясь словами, заговорил:

– Дядька Потап, Михусь, после того как отыграл на прощании Васяни с холостой жизнью, упился и уснул в крытой лодке. Ветер сорвал её с привязи и унёс по реке. А этот же гад теперь до утра не проспится, ему же всё одно, где дрыхнуть! – мужчина заламывал руки, только лишь волосы на себе не драл. – Что делать? Кто сегодня будет играть на свадьбе?

– Я могу… – посиневшими губами прошептала Вира, трясясь от холода и стуча зубами, – но её услышали все.

Наступившую тишину разбивали только раскаты грома, шум ветра и шелест дождя.

– Не, они же пришлые, – мотнул головой хромой и перевёл испуганный взгляд на дядьку Потапа.

Тот задумался на секунду, оценивающе глядя на ребят.

– Вы хоть на чём-нибудь играть-то умеете?

– Да, а я ещё и пою, – ответила на недоверчивый взгляд амбала Вира, и староста принял решение.

– Я сейчас провожу вас в комнату. Быстро приводите себя в порядок и идёте к невесте. Пора начинать причитания. Поедите на свадьбе за столом, попеременно.

– Но как же… Ведь такого отродясь не было, чтобы пришлые во время свадьбы в деревне оставались и видели наши обряды, – охнул хромой.

– Петрась, запомни, они не пришлые. Они – дальние наши родичи из той семьи, что ушла в город. И не дай Онмот⁶ кто узнает, что они чужаки! – староста потряс здоровенным кулаком перед носом односельчанина, и тот понятливо закивал.

– Зовите меня – дядька Потап, – с подозрением оглядев ребят, повернул голову в сторону открытой двери и проревел. – Доча, радость-то какая у нас: из города сынки наших родичей приехали воздать вам с Васяней уважение и пожелать продолжения рода!

Отодвинувшись в сторону, поманил за собой ребят. Наконец, замёрзшие и мокрые они вошли в тепло дома. Помещение было убрано цветами и разноцветными лентами. Огибая помещение по трём стенам, стоял длинный стол, оставляя середину большого зала пустой. Вокруг него суетились женщины, расставляя посуду и поднося праздничные блюда. Староста вёл ребят на второй этаж под их любопытными взглядами. Заведя в комнату, шёпотом начал говорить:

– Дальше по коридору комната, там вас ждёт моя дочь и её подруги. Музыка должна быть слезливой. Она прощается с беззаботной жизнью, выходя замуж. Когда придут за ней, играйте что-нибудь тихое и нейтральное. За столом – разберётесь. А уж когда все будут навеселе, можно и плясовые исполнять. Свадьба до утра гуляет. Как народ будет расходиться, уходите и вы, мне лишние вопросы от односельчан не нужны.

Колин с Вирой переглянулись и синхронно кивнули дядьке Потапу, давая ему понять, что всё запомнили. Ребята прекрасно понимали, что ввязываются в авантюру, но это было намного лучше, чем ночевать мокрыми на улице под дождём. Хотя… если бы они знали последствия своего решения, возможно, предпочли бы мёрзнуть в шалаше.

Развернувшись, староста оставил Колина и Виру одних в небольшой комнате. Достав из пространственного кармана сухую одежду и передав часть подопечной, парень отвернулся. Быстро высушив волосы, переодевшись и прихватив синоку, они поспешили в комнату невесты.

Десять девушек в практически одинаковых голубых платьях заставили запнуться Виру в дверях. Она переводила взгляд с одной на другую, не понимая к которой из них надо подойти с поздравлением. Хорошо что Колин уже разобрался и, учтиво поклонившись, разливался соловьём перед девушкой с гроздью винограда в руках. Виорела поспешила присоединиться к нему. Честно говоря, она не знала, как себя надо вести, и старалась держаться в тени своего друга.

А парень не терялся, после поздравления невесты он заиграл грустные мелодии. Вира спряталась за его спиной, таская и жуя маленькие пирожки с тарелки оказавшейся рядом. Она с непонятным для себя чувством ревности наблюдала, как девушки кидают на её друга заинтересованные взгляды, перешёптываясь и даря ему лукавые улыбки. Неприятное чувство разливалось кислотой по языку, заставляя морщиться. Радовало только то, что никто не задавал им щекотливых вопросов, на которые они не смогли бы ответить. Поэтому можно было считать, что пока всё шло хорошо, и она надеялась, что так и закончится.

Девушки хихикали и перешёптывались, даже не пытаясь изобразить печаль. Когда в коридоре зазвенели колокольчики, они с тихими смешками принялись мазать водой лицо невесты, рисуя на её щеках следы от слез и шепча: “Взгляд опусти и рот платком прикрой, чтобы старшие не заметили улыбки”.

Набившийся народ оттеснил Виру к стене, и она не видела из-за спин людей происходящего. Когда невесту стали выводить из комнаты, девушка последовала за всеми. И вновь ей не хватило места увидеть церемонию бракосочетания, стоя на верхней ступени лестницы. Она только слышала невнятные слова ритуала, медленную, тягучую мелодию Колина и выкрик жителей деревни: “Онмот благословил пару!”. После этого народ зашевелился и стал спускаться в общий зал.

Кто-то потянул Виру к столу. Голод окончательно дал себя знать недовольным бурчанием желудка, и чья-то добрая рука тут же поставила перед ней тарелку с едой. От шума и гама девушка потерялась в ощущениях. Кто-то хлопал её по плечу, кто-то что-то спрашивал и не слушая ответа, отворачивался, начиная разговор с гостями сидящими по другую сторону. Вокруг смеялись, произносили тосты и выкрикивали пожелания молодым…

Вире сунули рюмку в руки, а потом вторую… От выпитого её голова немного затуманилась, вино согрело изнутри, разгоняя и горяча кровь. Голод был утолён и настроение поднялось, теперь все вокруг уже казались родными, близкими и любимыми. Душа требовала веселья, песен и плясок.

Найдя взглядом Колина, она выбралась из-за стола и, подойдя к нему, попросила, протягивая руку к синоку:

– Дай, я спою.

Глядя в поплывшие глаза девушки, парень, качая головой, отдал инструмент.

– Больше не пей, – шепнул ей, направляясь к столу.

Весёлые, разухабистые песни рвались из души, и Вира дала им свободу.

Вот и праздник подоспел, на столе всё на ладу,

Ой, девчата, мой созрел у меня под каблуком.

Ой, как я его люблю и клянуся так любить,

Но условие одно – если бросит пить.

Ну что, девчата, по маленькой

И бум немного пьяненькие,

Пусть на нас глазеют мужики.

Ну что, девчата, по маленькой

И бум немного пьяненьки

И мы на них набросим поводки.

На коленки я к нему прыгну, нежно обниму,

Всё мне нравится, всё так,

Наш сибирский ба-бардак.

Ой, как я его люблю и клянуся так любить,

Но условие одно – если бросит пить.

Ну что, девчата, по маленькой И бум немного пьяненькие,

Пусть на нас глазеют мужики.

Ну что, девчата, по маленькой

И бум немного пьяненькие,

Мы на них набросим…

И мы на них набросим, и мы на них набросим поводки…⁷

Народ отплясывал, не жалея подмёток, кто-то подносил девушке рюмку за рюмкой и веселье шло по нарастающей…

Виорела пришла в себя, когда ей в рот полилась немного кисловатая вода. Затуманенным взглядом она смотрела на стоящую перед ней девушку, державшую кружку. Черноволосая, со светлой нежной кожей, милым, невинным лицом и большими серыми глазами, она совсем не походила на местных деревенских девушек. Отстранив её руку, Вира огляделась.

Сумеречный свет, который бывает только перед рассветом, пробивался в окна полупустого зала. Кто-то храпел под столом, пьяно приплясывающего мужика под руки уводила домой жена. Девушка взглядом поискала Колина. Но его не оказалось в помещении. С трудом вспомнилось, что она уже давно не видела парня.

– Где… мой… друг? – голос хрипел и не слушался, словно она пела всю ночь.

– Пойдём быстрее, он в беде, – зашептала незнакомка.

Девушка вывела Виру на задний двор, а там через калитку к хозяйственным постройкам. Никем не замеченные, они недолго пробирались и, наконец, вышли к приземистому длинному сараю. Приложив палец к губам, девушка показала, что надо быть осторожнее. Тихо проскользнув в приоткрытые ворота, они попали на сеновал. Остро пахло душистым свежим сеном и чем-то приторно-сладким, чего здесь не могло быть.

В полутёмном помещении слышалось тяжёлое дыхание и непонятное мычание. Прокравшись в направлении раздававшихся звуков, девушки увидели обнажённую женскую фигурку. Неизвестная, прерывисто дыша и тихо шипя под нос ругательства, стаскивала с Колина брюки. Белые незагорелые бёдра парня смотрелись невинно на фоне распалённой девицы. Вира подняла взгляд выше и сжала кулаки: друг явно был одурманен. Он лежал раскинув руки и прикрыв глаза. Его голова моталась в разные стороны, а с губ срывалось то мычание, которое она слышала раньше.

Черноволосая удивлённо взглянула на Виру и, нахмурившись, перехватила её руку, отрицательно качнув головой. Странный шипящий звук слетел с её губ, и насильница, заснув, упала на Колина, так и не окончив движения.

Вира рванула к другу, стаскивая с него девицу. Парень, словно почувствовав свою подопечную, затих, позволяя Виореле вернуть штаны на место и незнакомой добродетельнице напоить его светящимся зельем.

– Вам надо срочно уходить, – черноволосая красавица оглядывалась на ворота сарая, – сюда скоро придут. Я помогу выбраться из деревни. Твоему другу скоро станет совсем плохо. Ему понадобится чистая вода…

С трудом подняв тяжёлого парня, девушки потащили повисшего на их плечах Колина из сарая. Медленно, чтобы не столкнуться ни с кем из местных, они выбирались из деревни. Солнце только начало вставать, когда они добрались до реки и чуть не упав, спустились с крутого берега.

– Оставайтесь здесь. Тут вас не найдут, – незнакомка огляделась по сторонам. – Я скоро вернусь, принесу ваши вещи и приведу коня.

Махнув рукой, она поспешила назад. Вира хотела расспросить её о многом, но раздавшиеся характерные звуки выбили все мысли из её головы. Пришедшего в сознание Колина рвало голубой приторно-сладким воняющей слизью. Его трясло и он не мог подняться с колен. Подскочив к нему, девушка придержала парня и отвела назад длинные волосы.

Когда Бестла вернулась, Вира уже умыла Колина и привела его одежду в порядок. Забывшегося тяжёлым сном парня растолкали и с трудом помогли подняться на крутой берег. Стоящая невдалеке лошадь не вызвала оптимизма у Виры. Она поняла, что никогда не сталкивалась с этими животными и теперь с большим скепсисом разглядывала его. А вот у Колина даже в почти бессознательном состоянии взобраться на коня не вызвало трудностей.

Черноволосая запрыгнула на лошадь впереди, за ней сидел парень, и на круп, как смогла, взгромоздилась Вира. Бестла понукала коня, желая как можно быстрее отъехать от злополучной деревни. Стараясь, не только сама не упасть, но и придержать Колина, Вира показывала чудеса эквилибристики, сползая то на одну сторону несчастного животного, то на другую, чудом удерживаясь и не падая.

Виорелу безжалостно трясло на этом средстве передвижения. Сцепив зубы, она терпела все неудобства. Уже наступил полдень, когда её ноги в очередной раз свело судорогой, и она не выдержала.

– Можно остановиться? – прошипела сквозь зубы.

Черноволосая спасительница, через плечо глянув на неё, осмотрелась по сторонам и направила лошадь в прибрежную рощу. Только отъехав подальше, чтобы за зеленью их не было видно с дороги, она натянула поводья, останавливая коня.

Вира со стоном сползла со спины этого ужасного транспортного средства. Разминая ноги, девушка мысленно вспоминала красочные и ёмкие обороты, слышанные ею от Колина. Как только она смогла твёрдо стоять на ногах, поспешила помочь спуститься парню.

Колин был в сознании, но от сильной слабости еле держался в седле. И если в дороге его поддерживала Вира, то сейчас он, сам того не желая, опёрся на впереди сидящую Бестлу. Приняв помощь Виорелы, он очень неуклюже сполз на землю, радуясь спокойному нраву коня. Хотел отойти в сторону, но покачнулся и навалился всем весом на девушку.

Ойкнув, Вира, еле переставляя ноги, потащила парня к ближайшему дереву, где более-менее удобно устроила его. Бледный почти до синевы, парень прикрыл глаза. Стоящая рядом Вира не знала, чем ему помочь. От душевных терзаний её отвлекла подошедшая деревенская девушка. Достав из заплечного мешка пирожки, поделилась ими с Вирой, мило улыбаясь.

– Ему, – она кивнула на Колина, передавая флягу с водой, – можно только воду. Яд ещё не весь выведен из организма. Ничего страшного с ним не произойдёт, если поголодает.

Словно ожидая именно этих слов, Виорела поднесла флягу к губам друга, и он с жадностью припал к ней. Напившись, парень откинулся на ствол дерева и прикрыл глаза, наблюдая за незнакомкой. Произошедшее в деревне стало для него неожиданностью. Он никак не думал, что его попытаются отравить, да и яда в питье не почувствовал. Его, как будущего главу рода с детства приучали к ядам, тем самым вырабатывая иммунитет к ним. Но это к ядовитым зельям своего мира, а здесь он оказался уязвим перед ними.

– Скажи, что произошло в деревне и почему ты помогаешь нам? – спросила Вира у девушки, отвлекая Колина от мыслей и заставляя прислушиваться к разговору.

Тем более, что этот вопрос очень интересовал и его. Сидя совершенно расслабленно, он рассматривал незнакомку из-под прикрытых глаз и длинных ресниц. Не знающие его решили бы, что он спит. Но его острый взгляд скользил как по Бестле, так и по окружающему пространству.

– Меня зовут Бестла Скерн. Я сирота, в деревне жила, как приживалка в услужении. Магия проснулась у меня год назад. Я давно хотела пойти учиться в академию, да всё не случалось такой возможности. А тут – вы, – она подарила очаровательную улыбку Вире, а у Колина дрогнули ресницы.

– Дело в том, – начала рассказ Скерн, – что в деревне правило: если девица на выданье не нашла себе пару среди местных, ищет среди тех, кто останавливается в трактире. Того, кто понравится – опаивают приворотным зельем, а потом тащат на сеновал.

Виорела поперхнулась пирогом. Колин сверкнул на неё насмешливым взглядом, а в мыслях промелькнуло: “Моя чистая, наивная девочка”. Он не помнил произошедшего с ним на сеновале, иначе не был бы таким самодовольным. А Бестла уже нежно постукивала по спине Вира и продолжала рассказ:

– Утром приходят мужики, находят бедолагу с расхристанной девицей и под угрозой расправы заставляют его жениться на ней. Опоенный мужчина, обычно, ничего не помнит и не понимает, соглашаясь с требованием деревенских. Тем более, что он находится под действием зелья и думает, что влюблён в девицу. После этого проводят какой-то обряд…

На вопросительный взгляд Виры, она быстро добавила, оправдываясь:

– Я никогда не бывала на нем, меня не допускали. Но новоявленный муж после него сразу терял интерес к бывшим родственникам и прошлой жизни, становясь послушным воле своей жены и оставаясь в деревне навсегда. При мне было два скандала, когда родные такого мужчины приезжали за ним. Но ничего доказать не смогли и уехали ни с чем. После того обряда исчезали следы воздействия, и всё выглядело, словно произошедшее по собственной воле. На твоего друга, – кивнула на парня Бестла, – претендовали три девицы, и каждая из них поднесла приворотное зелье, поэтому ему так плохо.

Виорела испуганно взглянула на Колина, ища в нём помутнение рассудка. Вдруг он прямо сейчас вскочит и побежит назад в деревню к своей “любви всей жизни”? Парень, услыхав такие откровения, тоже прислушался к себе. Но, нет, его никуда не тянуло. Скерн, правильно поняв взгляд Виры, поспешила её успокоить.

– Удивительно, но он сопротивлялся до последнего. Я не встречала мужчин с такой силой выдержки, – её глаза блеснули сумасшедшим исследовательским интересом и мгновенно потухли.

Но Колин заметил этот блеск, и он ему не понравился. А деревенская сиротка продолжала:

– Я дала вам обоим противоядие. Большая часть яда вышла из него, – она кивнула на парня, – теперь надо просто дождаться, когда организм переборет зелье. Никаких последствий не будет.

Счастливая улыбка заиграла на губах Виорелы услышавшей хорошую новость. Только потом до неё дошло, что сказала девушка, и она с испугом глянула на неё.

– Ты и мне дала противоядие? – Вира прислушивалась к себе, пытаясь понять не тянет ли её назад в деревню.

– Конечно, – спокойно кивнула Бестла, – тебя же четверо опаивали.

От услышанного Колин широко распахнул глаза, а крошки пирога изо рта Виорелы полетели во все стороны. Пытаясь унять кашель из-за попавшей не в то горло частички, девушка приложилась к фляге с водой. На её глазах выступили слёзы, придавая ей милый вид. Бестла, выхватив носовой платок из кармана, помогла Вире, вернее, Виру, парню, как думала она, вытереться.

– Ты ешь, не торопись, я много прихватила, – смотрела она озабоченно. – Ну, так вот… Тебя тоже пытались опоить. Но что-то пошло не так, и ты становился только всё веселее и пел такие песни, что ноги сами шли в пляс, – белозубая улыбка сверкнула на лице девушки, – от тебя и отстали, – пожала она плечами, надкусывая пирог.

– И всё же, – из-за слабости тихо подал голос Колин, – ты так и не ответила: почему ты помогаешь нам?

– Так я же объясняю, – мило зардевшись, девушка опустила глаза, – у меня проснулась магия. Мне бы учиться, да из деревни кто бы меня отпустил? Я столько знаю про них! Они и так уже начали подозревать меня. Вот я и решила: спасу первых же, кто придёт в деревню и с ними уйду. Путешествовать девушке одной опасно, а с двумя сильными мужчинами – в самый раз! – она невинно хлопала глазами, глядя на Вира и ожидая его решения.

Вот только Виорела не знала, как поступить, считая, что сама находится на птичьих правах. Она вопросительно глянула на иронично смотрящего на неё Колина. Скерн совсем не нравилась парню, но она спасла его от незавидной участи, а благодарным он умел быть.

– Мы тоже идём поступать в академию, – решил он, – хочешь – пойдём с нами.

– Да, конечно, – восторженно выдохнула Бестла, глядя сияющими глазами на Вира.

Глава 5

Эхор Нибин собирался утром отправиться дальше осматривать уничтоженные деревни, но непонятное чувство держало его именно в этом месте. Второй час он не мог заставить себя встать на крыло. Так и сидел, поглядывая в окно за утренней суетой проснувшегося лагеря.

Винер сдвинул в сторону остатки завтрака, расстилая на столе карту и тем самым привлекая внимание Советника. По дороге к фронту Дорну предстояло прочесать большой район, разыскивая гончих ада, которые могли сбежать.

– Ну и долго ты намерен прохлаждаться? – Винер бросил на своего старинного друга смеющийся взгляд.

Эхор лениво потянулся, собираясь ответить в той же манере, когда его взгляд упал на разложенную карту с отмеченными красными кружочками уничтоженными поселениями. Деревня, в которой они расположились на ночлег, судя по отметкам, находилась аккурат в эпицентре, будто именно отсюда звери разбежались во все стороны.

Мгновенно заледеневший взгляд Нибина прикипел к бумаге. Чистая случайность помогла разобраться в том, что не давало ему покоя, беспокоя душу и не позволяя ухватить разбегающиеся мысли. Эхор благодарил своё нежелание покинуть деревню, связанное с тем, что именно в ней он первый раз почуял свою пару. Если бы не это, то он ещё не скоро сопоставил бы факты.

Сердце пропустило удар: его истинная, он не знал где она. Мысли метались в голове: “Что если ей причинили вред и она сейчас в беде?” Внутренний дракон заворочался, яростно колотя хвостом и требуя выпустить его. Сдержать оборот получилось с трудом.

Твари бездны проложили и расчистили путь для того, кто прошёл межмировым порталом. Зло проникло в Мир и первой под его удар могла попасть его девочка. Дракон внутри него бесновался и требовал действий.

– Капитан, поднимай своих воинов, оцепляй всю деревню и с собой бери человек десять по опытней, – прорычал Нибин и Дорн, вскочив, вытянулся в струнку, отдавая честь.

Резко развернувшись, воин вышел за дверь отдать приказы, оставляя дракона наедине с его мыслями. А они были нерадостными. Потерять истинную означало не просто навсегда остаться одиночкой. Это означало мучительную смерть.

– Советник, всё готово, – опустив голову, чтобы не удариться о притолоку, вошёл с докладом адъютант.

– Деревню оцепили?

– Так точно, Советник, – козырнул воин.

Выйдя на улицу, Нибин оглядел небольшой строй солдат, стоящих перед крыльцом. Как он и приказывал, здесь находились только проверенные в бою воины.

– Наша задача прочесать всю деревню, не пропуская ни одной постройки, – хмуро глядя на воинов, Эхор поставил перед ними задачу.

– Что мы ищем? – из-за спины раздался тихий шёпот Дорна.

Эхор мысленно дал себе подзатыльник: совсем потерял голову. Жёстким усилием воли взяв себя в руки, отдал более чёткий приказ воинам:

– Необходимо прочесать всю деревню и прилегающий к ней лес. Ищите любые нестыковки, необычные вещи. Обо всём, что вызывает у вас вопрос и недоумение, докладывайте лично мне.

Чуть повернув голову в сторону друга, так же шёпотом ответил на его вопрос:

– Я и сам не знаю, но тут что-то нечисто, надо разобраться…

Они шли от дома к дому, заглядывая всюду и придирчиво осматривая и оценивая, что видят. Но ничего необычного не встречалось, даже магический фон оказался не потревожен. Да и что можно отыскать, когда тут воины провели ночь? Если что-то и было, они могли уничтожить, даже не подозревая об его важности. Эхор всё больше хмурился: что-то он пропустил, важное, но неприметное.

Осталось осмотреть последний дом на отшибе. Именно его не заняли на постой солдаты. Надежды на то, что дало бы ему подсказку почти не осталось. Уже подходя к двери, дракон почуял тонкий головокружительный запах истинной и рванул за ручку, срывая дверь с петель.

Ворвавшись в комнату, осматривался безумными глазами. Всё здесь пропахло его парой. Внутренний дракон ревел и бесновался. Вот только никого не было. Нибин ходил по дому и видел, что ещё недавно здесь жили. Двое. И одним из них была его пара, кем был второй никак не удавалось выяснить.

– Слушай, а может парни что-то знают? Они шли этой дорогой…

Перебивая друга, Эхор хищно развернулся к нему.

– Какие парни?

От неожиданности Винер непонимающе моргнул: он же говорил Советнику…

– Ну так, —кашлянул в кулак, – я вчера рассказывал о встреченной нами паре ребят, которые идут в академию поступать…

– Виорел Корза и Колин Эрэссэа? – припомнил дракон.

– Они, – подтвердил Дорн.

Капитан видел, что друг на грани неконтролируемого оборота и не мог понять из-за чего. Он никогда не видел спокойного, холодного, уравновешенного товарища в таком состоянии.

– Капитан Дорн, я вызываю королевских дознавателей. Властью данной мне приказываю: вам надлежит дождаться их и, передав деревню в их распоряжение, двигаться далее, выполняя ранее полученный приказ командования.

– Слушаюсь, Советник, – откозырял капитан Дорн.

Дёрганым движением Эхор поправил шейный платок, словно тот его душил, и открыл рот, собираясь что-то добавить. Но промолчал и резко вышел за дверь. На улице ему было легче совладать со своими чувствами и эмоциями. Рвано выдохнув, достал кристалл связи и привычным пассом бросил вызов Главному Королевскому Дознавателю. Над артефактом появилось изображение довольно молодого мужчины непримечательной внешности. Встреть такого на улице, через минуту даже не вспомнишь. Подняв глаза на Эхора, тот поинтересовался.

– Советник, чем могу быть полезен?

– Господин Мар, я обнаружил место, где твари бездны совершили свой последний прорыв, приведший к столь печальным событиям. По моему мнению это не было самоцелью наших врагов. Кто-то прошёл межмировым порталом с неизвестными намерениями. Вам надлежит по этим координатам, – неуловимый пасс и на стол Раэля Мара лёг лист бумаги с цифрами, – прислать следователей для выяснения подробностей. На месте их встретит капитан Дорн и ответит на все вопросы.

– Советник, я лично займусь этим вопросом, – посуровел Главный Дознаватель, бегло глянув на местонахождение деревни.

Кивнув Раэлю Мару, Эхор отключился. Через один удар сердца он взмахнул мощными крыльями и взлетел в небо огромным сапфировым драконом, направляясь вслед Виорелу Корзу и Колину Эрэссэа. Он должен был лично узнать видели они его пару или нет.

В окно за ним следил Винер, осуждающе покачивая головой. Платком вытерев пот со лба, он присел за стол, собираясь ждать дознавателей. Капитан знал, что эти ребята обязательно найдут того, кто прошёл порталом в этой деревне.

И ни один из них не предполагал, что жизнь Эхора Нибина висит на волоске.

Нибин помнил как Дорн говорил ему, что советовал парням идти по дороге. Дракон злился, что потерял много времени, ребята могли далеко уйти: вчера весь день и сегодня уже полдень. Через пару часов полёта он заметил жилую деревню и рванул к ней. Ещё не опустившись, в воздухе совершил оборот и первый шаг по земле сделал уже человеком.

Дом, к которому он направлялся, был богатым, обычно в таких живут старосты деревень. В поселении без их ведома ничего не происходит. Вот у него-то Эхор и собирался выспросить про парней, а может быть и ещё что интересное услышать.

Не успел он подойти к дому, как на порог выскочил здоровый мужик и непрестанно кланяясь, затараторил:

– Рад приветствовать вас в нашей деревне, господин дракон. Я староста, Потап Мерсотия. Чем могу быть вам полезен? – подобострастно заглядывая в глаза и постоянно кланяясь, амбал вызывал неприятное чувство брезгливости.

Эхору нужна была информация, а разговаривать на улице было не принято. Вот только складывалось впечатление, что его по какой-то причине намеренно не приглашают в дом. Это не только его задерживало, но и жутко раздражало. Дракон недобро усмехнулся и рыкнул:

– Что? Ты так и будешь держать дорого гостя на пороге и не пригласишь в дом?

Мужик, сглотнув, побледнел и сипло залебезил, подтверждая подозрения Эхора, что его задерживают не просто так.

– Что вы, что вы, господин дракон, проходите в дом. Мы рады вам.

Не торопясь, Нибин шёл к крыльцу, прислушиваясь к происходящему внутри здания. А там суетились: переругиваясь что-то двигали, суматошно бегали и всё время что-то роняли. Но как только он толкнул дверь – наступила тишина. Войдя в полупустой зал со стоящими вдоль стен столами, Эхор не увидел ни одного человека, будто они все попрятались от него. Это показалось странным, и дракон обернулся к старосте. Бегающие глаза последнего не добавили доверия местному главе, подтверждая подозрение, что здесь что-то пытались скрыть.

Дракон вздохнул: сейчас ему нужны были только Корза и Эрэссэа, а с тайнами этого пройдохи – старосты пусть разбираются королевские казначеи и следователи.

– Меня интересуют два молодых человека, которые, возможно, ночевали в вашей деревне.

– Так у нас свадьба была, а мы в это время посторонних не принимаем… – Потап Мерсотия побледнел ещё сильнее, выдавая себя с головой.

Такая реакция могла бы раньше вызвать охотничий азарт. Теперь же привела к ещё более сильному раздражению. Он понимал, что скрывая свои тайны, глава деревни будет замалчивать и ту информацию, которую хотел знать Нибин.

Дракон был почти уверен, что парни появлялись в деревне, но вот ушли ли они из неё – не знал. Пройдясь по залу и осматриваясь, он почувствовал лёгкий запах пары. Она точно была здесь… Прикрыв глаза, Эхор с наслаждением вдыхал пьянящий аромат. Староста с его тайнами оказался мгновенно забыт. Всё было неважно. Во всем мире существовала только его пара. Восторг преследования охватил Нибина. Внутренний дракон, нетерпеливо порыкивая, словно охотничий пёс, взял след.

Больше не обращая внимания на старосту, мужчина устремился по оставленному его девочкой следу. Тонкий аромат, словно поводок, вёл его из дома. Повинуясь этому зову, дракон преследовал свою пару, и не было в мире силы способной остановить его в этот момент.

– Господин, вы куда? – неслось ему вслед, но он ничего не слышал.

Ворвавшись в сарай, Эхор растерянно остановился. Запах пропал, словно он почудился дракону. Зато был другой: густой, тяжёлый и тягучий. Прикрыв глаза, чтобы не отвлекаться, Нибин втянул приторно-сладкий запах, пытаясь за ним отследить тонкий аромат пары. И тут же распахнул золотые глаза дракона с вертикальными зрачками. Он идентифицировал запах.

– Приворотное зелье, запрещённое в нашем Мире, – низкий голос рокотал словно гром, не предвещая ничего хорошего.

– Смилуйтесь, господин дракон, – староста упал на колени.

– Ты знаешь закон…

Староста знал, и терять ему было нечего. То ли со всхлипом, то ли с подвыванием в порыве отчаяния Потап Мерсотия схватил вилы и бросился на Эхора.

***

Деревню накрыли куполом. Ни выйти из-под него, ни войти без позволения дознавателей было невозможно. Пока рядовые следователи допрашивали сельчан согнанных на площадь, Эхор Нибин разговаривал с Главным Дознавателем.

Они уже выяснили, что вся деревня пользовалась запретными знаниями. Причём после обряда действие зелья усиливалось, вплетаясь в ауру и судьбу мужчины. Вернуть несчастного к нормальной жизни уже становилось невозможным, как и невозможным доказать, что его опоили.

Из-за того, что не снимаемый приворот начал использоваться повсеместно, причём ориентирован был исключительно на аристократов, в давние времена и издали указ о полном его запрете. Всех пойманных за использованием запрещённых знаний ожидала казнь.

Приговор для жителей деревни был уже вынесен. Дознавателям оставалось только выяснить некоторые вопросы, чтобы в будущем не было повторения. Да, теперь привораживая мужчину, женщины селения не уходили к мужу, оставаясь вместе с ним в деревне, но это ничего не меняло. Совершалось противоправное насилие над личностью.

Эхор Нибин и Раэль Мар стояли на улице. Они давно знали друг друга, но в приятельских отношениях не были, что не мешало им дружески общаться.

– Советник, вы за один день раскрыли два таких крупных дела. Как вам удалось? – дознаватель с профессиональным любопытством смотрел на собеседника.

– Не поверишь, – с прищуром глянул на него мужчина, – иду по следу двух своих будущих адептов, спешащих не опоздать на поступление в академию.

– Даже так? – задумчиво глядел Мар. – И что же в них особенного?

– Вот и мне интересно… – дракон не закончил мысль, мысленно встряхиваясь и уже серьёзно глядя на следователя, – я хотел бы поговорить с Потапом Мерсотией без твоих мозголомов.

– Только в моём присутствии, – отрезал Главный Дознаватель.

– Хорошо, – пожал плечами Эхор.

На самом деле это было неважно и даже хорошо, бывший староста точно не сможет ничего утаить. А дракона очень волновало где его истинная и где Корза с Эрэссэа.

В зале, где ещё недавно гудела свадьба, было мрачно. За столом сидел Эхор Нибин. Перед ним стоял его несостоявшийся убийца, и чуть в стороне, словно прячась в тенях – Раэль Мар.

– Расскажи про парней, что ночевали у вас день или два назад, – потребовал Советник, обращаясь к бывшему старосте.

Скрывать тому что-либо не имело смысла, так как в дознаватели брали только тех, кто имел сильную ментальную магию. Угрюмо взглянув на неприметного парня, стоящего в стороне, незаметного и невзрачного, но явно из тех мозгоправов, что вытрясут тебя всего и оставят пустую оболочку, мужик начал говорить.

– Я уже рассказывал, свадьба у нас была, а музыкант упился. Вот я этих двоих и приспособил. Мальчишку и телохранителя, обоих опоили, потому как у нас в деревне холостых парней нету, а эти смазливые на рожу оказались. Да вот только сбежали они. Никто из баб не мог ожидать, что так случится. Никогда такого не было.

Нибин уже понял, что парни каким-то непостижимым образом могли сбежать. Услышав подтверждение своего вывода, кивнул своим мыслям. В общем-то для следствия ребята как свидетели не нужны, приговор вынесен и изменению не подлежит. Главное – выяснить где они находятся и всё ли с ними в порядке. Честно говоря, Эхору было любопытно взглянуть на парней попавших в такие передряги и раз за разом удачно выходящих из них. Отвлёкшись от мыслей о его будущих адептах, дракон вновь вернулся к вопросу о своей истинной.

– Что за посторонняя девушка жила в вашей деревне? – продолжил расспрос Эхор Нибин.

– Какая девушка? Никого не было… – непонимающе захлопал глазами Потап Мерсотия.

– Я почувствовал её запах здесь, и он привёл меня в тот сарай, где ты напал на меня. Так кто она, и куда делась? – начал терять терпение дракон.

Ранее стоящий неподвижно дознаватель пошевелился.

– Так и не было никого… – развёл руками бывший староста, глядя на так его пугавшего мозгоправа.

Раэль Мар в пару шагов подошёл к мужику и, обхватив лицо ладонями, заставил смотреть себе в побелевшие, ставшие страшными глаза. Когда Потап захрипел и начал валиться, он уложил его на пол. Небольшой обморок и головная боль – это всё, что получит допрашиваемый после сканирования. Брезгливо вытирая руки кружевным платком, Главный Королевский Дознаватель повернулся к вскочившему дракону. Сколько бы Советник не видел этих допросов, привыкнуть не мог.

– Он правду говорит.

От такого заявления Эхор впал в ступор: как же так, он же почуял запах… И она точно была не местной, он видел всё женское население.

– Правду, что вложена в его голову, – продолжил Мар. – У него стоит очень сильный блок на этих воспоминаниях. Знаешь, – дознаватель поднял серьёзные глаза на дракона, – я очень хотел бы пообщаться с тем, кто такое сотворил. Я смог узнать только, что девушка была в деревне недолго. С кем была и куда делась – неизвестно. Как она выглядела он тоже не помнит. В его воспоминаниях она предстаёт каждый раз разной.

***

Небо окрасили первые лучи заходящего солнца. Уставшая от долгой дороги троица подъезжала к городу. Вдалеке уже виднелись крепкие высокие строения. А вокруг дороги появились грязные лачуги бедняков. Из-за заборов за ними наблюдали голодные глазёнки чумазых детей, а навстречу уже бежала стайка ребят постарше. Окружив лошадь и не давая ступить ей и шагу, маленькие попрошайки заголосили на разные лады:

– Лорды, подайте медяшечку…

– Госпожа, подайте…

– Подайте на пропитание…

Бестла, сидевшая первой, застыла, как истукан, не предпринимая никаких действий. Её лицо превратилось в неживую маску, по которой невозможно было понять о чём думает девушка. А вот Вира, наоборот, с любопытством выглядывала из-за спин впереди сидящих. Такое поведение детворы было ей в новинку.

Колин, который уже довольно уверенно сидел в седле, перехватил поводья и собирался послать животное вперёд, когда из-за поворота, грохоча колёсами по деревянному мосту и опасно накренившись, выскочила карета запряжённая четвёркой лошадей. Кучер, сидящий на козлах, не собирался притормаживать, наоборот, сильнее подгоняя коней.

Колину хватило пары секунд, чтобы оценить обстановку. Выбранная Бестлой лошадка и впрямь оказалась очень спокойной и даже не дёрнулась. Серьёзного препятствия для несущейся кареты она тоже не представляла. А вот толпа разномастной детворы могла пострадать. Выхватив горсть мелких монет, он широким замахом зашвырнул их на обочину, подальше от возможного столкновения.

Как и ожидал парень, дети с радостным визгом, пихая друг друга, рванули за раскатившимися монетками, освобождая им путь и убираясь с дороги. Больше не обращая внимания на барахтающуюся в пыли детвору, он тронул бока лошади, понукая её двигаться дальше.

Чем дальше они ехали, тем чище становились улицы, опрятнее дома. Вскоре стали попадаться таверны и постоялые дворы. Но Колин двигался дальше, в более богатые районы города. Он не слушал вопросы и предложения девушек, а целенаправленно вёл лошадку к только ему известной цели. Когда у Виры закончилось терпение, а небо стало стремительно темнеть, он остановился у небольшого и опрятного трактира.

Подбежавший мальчишка помог спуститься Бестле. После того как Колин и Вира оказались на земле, служка из трактира быстро увёл коня. А друзья вошли в обеденный зал. Невысокий трактирщик, оценив всю компанию и углядев в Колине главного, обратился к нему.

– Что пожелают, господа?

В руке воина сверкнул серебряный кружок, тут же перешедший к благосклонно заулыбавшемуся хозяину.

– Три номера, помыться и ужин.

– У нас только два номера, – огорчённо развёл руками трактирщик.

– Я не против разделить комнату с Виром, – скромно улыбнулась Бестла.

Виорела хлопнула от удивления ресницами и уже было открыла рот, но её опередил Колин, категорично заявив:

– Вир спит со мной, а у леди будет своя комната.

– Куда подать ужин? – хозяин чуть наклонил голову, показывая, что понял.

– Мы спустимся вниз.

– Как прикажете, – чуть поклонился трактирщик. – Пройдёмте, я покажу ваши комнаты.

Пропустив девушек следовать за хозяином, парень цепко осмотрел общий зал таверны и поспешил за спутниками.

– Эта комната для леди, горячую воду сейчас принесут. Рядом – комната для господ. Помыться вы можете в общей ванной в конце коридора. Там всегда есть горячая вода и свежие банные принадлежности.

Вира испуганно сглотнула, но промолчала. Когда она осталась наедине с Колином, парень опередил её вопрос.

– Сейчас идём мыться. Ты – первый, я следующий. Пока будешь приводить себя в порядок, я покараулю, чтобы никто тебе не помешал. Но поторопись. Кстати, скорее всего в академии так и придётся мыться, привыкай, – подытожил парень, вводя девушку в ступор.

В замешательстве кивнув и мазнув взглядом по пустой, но чистой комнате с двумя узкими кроватями, Вира поспешила в указанном трактирщиком направлении. Смыть с себя дорожную пыль и пот хотелось ужасно, да и сменить одежду не мешало бы. Зайдя в общую помывочную, увидела что тут есть отдельная комнатка где можно раздеться. Пока Колин проверял нет ли тут посторонних, девушка успела скинуть сапоги. Убедившись, что Колин встал на стражу, быстро разделась и, положив в ларь для грязного белья всю одежду, нырнула в помывочную.

Виорела совсем не задавалась вопросом умеет ли она читать. Но держа в руках баночку с кремообразным содержимым, пахнувшим хвоей, прочла на ней “мыло”. Умом она понимала, что буквы или, скорее, закорючки выглядят странно и непривычно, но пониманию написанного это не мешало. Хмыкнув и оставив эту загадку на потом, девушка принялась быстро мыться.

Горячая вода, исходящая паром, заставила её стонать от наслаждения. Конные прогулки не шли на пользу, мышцы затекли и онемели, а внутренняя часть бёдер ужасно болела от потёртостей. Если бы за дверью не ждал парень, Вира понежилась бы в бадье подольше. А так, пришлось мыться очень быстро, подставлять себя и Колина не хотелось. Закончив, девушка обнаружила стопку чистой одежды. Улыбнувшись заботе парня, она с удовольствием натянула на ещё влажное тело простую рубаху и штаны. Оставив друга мыться, нырнула в выделенную им комнату.

Виорела давно поняла, что позвав тёплый ветерок можно не только согреться, но и высушить волосы. Она уже заканчивала мучиться с косой, которую никак не удавалось заплести, когда в комнату без стука вошла Бестла. По-хозяйски расположившись на кровати рядом с девушкой, она с детским любопытством наблюдала за потугами Виры.

– Ты что, косы плести не умеешь?

– Не умею, – сдувая прядь от лица, кисло улыбнулась Виорела.

– Поворачивайся спиной, помогу тебе с косой, – отбирая расчёску потребовала Бестла.

В какой момент Вира поплыла, погружаясь в транс, она и сама не поняла. Простые и монотонные действия, как расчёсывание волос погружали её в состояние покоя и полудрёмы. В чувство её привёл грохот захлопнувшейся двери и недовольный голос Колина.

– Что здесь происходит?

– Ничего… я косу Виру плету. Он, оказывается, не умеет, – нежно прощебетала Бестла за спиной девушки.

– Это моя обязанность, – рыкнул парень, пытаясь отобрать гребень, но та надув губы, спрятала его за спиной и, как маленькая девчонка, показала ему язык.

Вира удивлённо наблюдала за происходящим, не зная что предпринять. Колин же с суровым выражением лица и протянутой рукой стоял перед Бестлой.

– Какой ты бука… – не выдержала она и сунула гребень в руки Колина, недовольно отворачиваясь.

Парень моментально расплёл волосы Вире и собрал их в высокий хвост, выпустив локоны у лица, и с удовольствием полюбовался на свою работу.

– Пойдёмте ужинать, завтра вставать рано. Мы ещё не знаем где здесь находится стационарный портал.

В общем зале было много народа и практически все столы оказались заняты. Пробираясь между ними, Колин вёл свою компанию к единственному свободному столику в центре зала. Как только они расположились, к ним подошла подавальщица. Окинув троицу оценивающим взглядом, спросила Эрэссэа:

– Что будете заказывать? У нас сегодня прекрасные свиные рёбрышки и овощи на углях. Можем предложить холодную буженину и свежие овощи. Есть свежесваренный эль. Или предпочитаете что-то покрепче?

– Несите, – распорядился воин. – Крепче не надо, достаточно трёх кружек эля.

Когда девушка отошла, Колин закрутил головой, высматривая хозяина и, заметив его за барной стойкой, помахал рукой, привлекая внимание.

– Что господа хотят? – чуть поклонился подошедший мужчина.

Пока Колин выспрашивал хозяина где можно найти портал в их городе и сколько стоит переход в столицу, Вира с любопытством крутила головой, рассматривая простую обстановку и собравшийся народ. Сидящие в затемнённом углу мужчины в тёмных плащах с накинутыми на голову капюшонами, привлекли её внимание.

– Не пялься так на них, – схватив Виру за руку, обеспокоенно зашептала Бестла.

– Почему? – удивлённо перевела на неё взгляд девушка.

– Это же дознаватели, – крепче сжимая ладонь Виры, испуганно округлив глаза, объясняла Скерн. – Они владеют ментальной магией, и если ты смотришь им в глаза, читают твою память.

Виорела тут же отвернулась от заинтересовавших её мужчин и только тогда обратила внимание, как Бестла нежно поглаживает её руку. Никак не ожидая такой ласки, она густо покраснела и, неуклюже вытянув ладонь из цепких лапок Скерн, спрятала её под стол. Перед её глазами пронеслись все настойчивые приставания девушки, и Вира с ужасом поняла, что Бестла принимает её за парня. Она с удивлением подумала, что не знает как дальше себя вести с девушкой. Играть роль парня и давать ей надежду было неправильно. Что-то ворочалось в душе от этих мыслей, но уловить чувство не получалось.

Она сидела уставясь в стол, когда её толкнул Колин. Девушка непонимающе уставилась на встревоженного парня.

– Вир, ты меня слышишь? – увидев, что на него обратили внимание, продолжил. – Ешь, говорю. Ты чего такой?

– Я ему про дознавателей сказала, когда он на них пялился, – наябедничала Бестла.

Колин бросил быстрый взгляд в указанном направлении.

– Быстро едим и уходим, – распорядился он. – Нам завтра вставать рано, чтобы успеть в академию.

Все прекрасно поняли, что это не основная причина, но благоразумно промолчали, налегая на еду.

Уже в номере Вира задумчиво обратилась к своему телохранителю.

– Колин, ты заметил как Бестла… ко мне… – почему-то сказать прямо оказалось стыдно и девушка вновь покраснела.

– Уделяет тебе определённого вида внимание? – тяжко вздохнул Эрэссэа и, заметив кивок, продолжил. – Вир, ты парень. Помнишь? Повторяй себе это почаще. Для мужчин естественно, что некоторые женщины сами вешаются им на шею. Я, конечно, думал, что в твоём случае мы с этим не столкнёмся, но раз уж так произошло, то это даже и к лучшему. Расслабься и получай удовольствие. В конце концов она берёт на себя практически всю твою маскировку. Не забывай убирать свой запах и подыграй девочке. Необязательно крутить с ней любовь, но ведь можно показать и просто дружеские чувства. А там, может, она найдёт себе другой объект вожделения.

Нервно прикусив нижнюю губу, Вира стояла, переваривая услышанное. В этот момент она выглядела сущим невинным ангелом, и Колин залюбовался ей. О чем думала девушка было не ясно. Вдруг вздохнув, Виорела подняла на него глаза.

– Колин, научи меня писать.

Парень мысленно чертыхнулся: об этом он даже не вспомнил, но у него для этого вся ночь впереди. Предвкушающе улыбнувшись, он постучал по кровати рядом с собой, зовя девушку к себе.

Глава 6

Зевая во весь рот и ёжась от утренней прохлады, Вира с Бестлой шли следом за парнем. Колин уверенно шагал по улицам просыпающегося города. Свернув в очередной переулок, троица вышла на площадь, в центре которой стояли две каменные колонны. По серой шероховатой поверхности магических артефактов вились ломаные узоры заклинаний с замысловатым орнаментом гексаграмм накопления, печатей сдерживания и веерных треугольников распределения силы. Между колоннами дрожало лёгкое марево, словно от раскалённого воздуха в жаркий полдень.

Бестла, перестав зевать, с жадностью исследователя осматривала все доступные взгляду письмена. Вира же так до конца и не проснувшись, и не совсем понимая предназначение этого “памятника”, разглядывала его с лёгким любопытством. Ей хотелось подойти и пощупать колонны, которые, как ей казалось, тихо пели. Но охранники, дежурившие у них, не подпускали к порталу никого.

– Портал начнёт работать как только придёт господин маг, – лениво процедил один из них.

– И когда господин маг соизволит прийти? —хмуро поинтересовался Колин.

– Ну дык… как выспится, кофию выпьет, так и подойдёт. Там и народ соберётся… – зевнул второй.

Еле сдержав раздражение, парень повернулся к девушкам.

– Нам придётся подождать…

– Эй, служивый, – окликнул первый охранник, – тут неча толпиться. Вон… для вас там лавки стоят, туды и идите.

Поворачиваясь в указанную сторону, ребята действительно заметили неприметные скамьи и направились к ним.

– Ну и чего мы так рано припёрлись? – бухтела под нос Вира.

Не успели они расположиться на скамейке, как подошёл мужчина с беременной женой. Женщина сразу улеглась, используя колени мужа вместо подушки. Глядя на неё, невыспавшуюся и зевающую Виорелу тоже сморило. Глаза закрылись сами собой, а расслабленное тело стало заваливаться.

Бестла успела подхватить её и уложить голову девушки на свои колени, тихо перебирая прядки волос. Колин, ревниво наблюдая за осторожными, неторопливыми движениями Скерн, мечтал быть на её месте: прикасаться к девушке, её волосам и нежной коже. Останавливало парня от явных проявлений чувств, во-первых, маскировка, а во-вторых… Где-то глубоко в душе его всё ещё жгло желание свободы, несмотря на смерть стоящую за ней. Снимая колет, парень раздражённо хмурился, но бережно накрывая спящую девушку, он окончательно смирился с мыслью что не сможет отпустить её.

Бестла неприязненно фыркнула, глядя, как заботливо телохранитель укрывает понравившегося ей молодого господина. Взгляды этого воина и его бережное отношение вызывали странные и неприятные чувства, сродни ревности. Но: “Ревновать к парню – это же глупо?” – думала она, но и объяснить своё желание разделить эту парочку понять не могла.

Не успели эти двое успокоиться, сверкая друг на друга глазами, как на площадь выскочил с растрёпанными волосами маг, на ходу застёгивая мантию. Поднимаясь с лавочки, Колин толкнул Виру.

– Быстро поднимаемся, идёмте!

Хлопая сонными глазами, Виорела куталась в приятно пахнувший колет друга и никак не могла понять как получилось, что она спала на коленях Бестлы. Но гадать было некогда: Колин, не оглядываясь, быстро направлялся к порталу. Маг, стоя у левой колонны, совершал привычные пассы руками, выводя портал в рабочий режим.

– Вы сегодня как никогда рано, господин маг, – заискивающе улыбаясь, кланялся один из охранников.

– Хорошо, что успел… – невнятно пробурчал мужчина, когда раздавшийся грохот колёс заставил его ускориться.

На площадь выскочила вчерашняя карета с четвёркой лошадей и остановилась аккурат у портала. Маг, дрожащей рукой вытирая пот со лба, как раз запустил последний контур. Меж тихо загудевших колонн, словно уплотнился сверкающий туман, и Вира, заворожённая таким преображением, не отрывала от него глаз. А вот Бестла, оценивающе оглядев работающий артефакт, перевела взгляд на карету, где в это время кучер, открывая дверь, откинул ступеньку.

Наступившая тишина на площади заставила Виру обратить внимание на происходящее. Из двери показалась тонкая рука затянутая в черную лайковую перчатку. Вслед за ней – элегантный сапог. И на землю спустился высокий тонкокостный, одетый во всё черное молодой человек. Холёное, бледное благородное лицо источало презрение и брезгливость. Он стоял вполоборота к Вире, и она видела его точёный профиль. Вместе с короткими растрёпанными чёрными волосами он вызвал в её голове странную ассоциацию: “Вампир”, – и она тихо хихикнула.

Но, видимо, смешок был услышан и парень резко обернулся к остановившейся троице, прожигая всех яростным взглядом синих, как глубокие озёра, глаз. Вира подавилась улыбкой: на левой стороне лица красовался заметный шрам. Он начинался над бровью, спускаясь по глазу и заканчиваясь на щеке. Оставалось загадкой как сам глаз остался цел: повреждений не было видно, он сверкал, как чистейший сапфир на солнце.

Парень явно привык к реакции окружающих на своё уродство, именно уродство, так как гнев, проскользнувший во взгляде, и презрение выдавали его истинные эмоции. Мазнув недружелюбным взглядом по Вире, он задержал взгляд на Бестле, единственной девушке в их компании, да ещё и с явным интересом рассматривающей его. Во взгляде этой деревенской простушки он не увидел пренебрежения, только интерес и любопытство.

– Ваша светлость, – голос мага выдернул парня из неприятных мыслей, – портал в Шохронскую академию магии открыт, – портальщик подобострастно кланялся, добавляя и без того плохого настроения, – прошу, проходите.

Более не обращая внимания ни на кого, парень направился к порталу.

Вира никогда не видела переходов и теперь во все глаза смотрела на происходящее. Парень, которого она окрестила "вампиром", а маг назвал “Светлостью”, словно погружался в ртуть. Это зрелище завораживало и немного пугало. Хотелось подойти и проверить на ощупь: это жидкий метал или только иллюзия. Она даже сделала шаг, но была поймана за руку Колином.

– Господин маг, мы тоже направляемся в Шохронскую академию магии. Вы позволите нам пройти? – дожидаясь ответа, Эрэссэа, заранее приготовивший оплату, сейчас потряс кошелём с весело зазвеневшими в нём монетами, привлекая внимание портальщика.

Он и не надеялся, что им так повезёт и они выйдут прямиком к академии. Как объяснил ему трактирщик, портал открывали на базарную площадь в столице. А оттуда надо было брать карету и добираться до академии.

– Сколько вас?

– Трое, – быстро ответил парень, протягивая серебро.

– Идите, – махнул рукой маг.

Вира с замиранием сердца и затаив дыхание входила в портал. Но переход оказался простым и быстрым. Вот она делает шаг и уже совсем в другом месте. В душе девушки мимолётно пронеслось сожаление, но тут же забылось под шквалом иных впечатлений. Втроём они попали в небольшое помещение похожее на каменный мешок без окон, с единственной дверью, у которой стояли два парня в одинаковой форме.

– Ваши имена и цель визита, – рассматривая вновь прибывших, спросил один из них.

– Виорел Корза, Колин Эрэссэа и Бестла Скерн прибыли поступать в академию, – чётко отрапортовал парень.

Старшекурсники, что сегодня дежурили у портала, переглянулись. Они сразу поняли, что говоривший был воином и наверняка работал телохранителем при миловидном парнишке, который наивно хлопал ресницами, разглядывая всё вокруг.

– Я провожу, – наиграно вздохнул один из парней. – Пойдёмте, я покажу вам дорогу.

Как только троица вслед за проводником покинула зал, оставшийся адепт достал кристалл связи. Послав вызов ректору академии, боевик дожидался ответа. За время его обучения это был первый раз, когда через портал прошли неизвестные люди, о которых ректор не сообщил. Но и задерживать их он не видел смысла. Судя по скорости появления, ребятам просто повезло оказаться в нужное время в нужном месте. Из всей троицы только телохранитель мог доставить неприятности, но он явно был обычным сопровождающим господина.

В это время ректор Эхор Нибин сидел в своём кабинете, и с присущим драконам спокойствием разглядывал собеседника. Напротив него с бокалом багрового напитка в руках, вольготно расположился в большом кресле Главный Королевский Дознаватель.

– И всё же, Раэль, поведай причину своего визита в академию? Только не рассказывай о желании выпить со мной бокальчик “Ледяного огня”. Ты никогда и ничего не делаешь без повода, – лёгкая улыбка тронула губы мужчины. – Я теряюсь в догадках.

Мар поиграл бокалом в руках, рассматривая жидкость в нём на свет, отмечая мерцающие искры в напитке и вздохнул.

– Советник, ну вы ведь тоже поспешили не во дворец, а в академию, где, в общем-то, могут сейчас обойтись и без вас, – взгляд переместился на собеседника. – Что вас привело сюда?

Дракон сдержал рвущийся наружу смех. Он и подумать не мог, что старому хорошему знакомому, нет, всё же другу, будут интересны мальчишки. Свой интерес и нетерпение он прекрасно понимал: “Истинная”, – она должна прийти с ними или, возможно, они видели её и знают где она находится. Но любопытство дознавателя развеселило.

Раздавшийся вызов оборвал мысли мужчины, а над кристаллом связи появилось изображение старшекурсника.

– Ректор Нибин, докладывает Урхур Серпет, шестой курс, боевик. Я заступил на охрану портала. Только что им воспользовались трое отсутствующих в списке: Виорел Корза, Колин Эрэссэа и Бестла Скерн. Цель: поступление в академию. Угрозы не представляли. Пропущены в зал, где проводится отбор претендентов.

– Благодарю, адепт Серпет.

Отключив кристалл, Советник взглянул на довольного дознавателя и мысленно скривился. Дракон был недоволен посторонним соглядатаем в момент его знакомства с парой.

– Ну что? Идём, посмотрим на любимцев судьбы?

Бестла Скерн… Эхор мысленно прокатил по языку имя, предвкушая встречу. Если бы он знал, чем это обернётся, возможно, не стал так торопить их знакомство.

***

Парень, что вёл ребят, болтал всю дорогу. Вот уж у кого точно язык без костей. Но в его болтовне время от времени проскальзывали вопросы: кто они, откуда, как попали именно в этот портал, бывали когда-нибудь раньше в академии и прочие, и прочее… За маской рубахи-парня скрывался практически готовый боевик – разведчик, который любому сможет развязать язык. С таким встретишься, и сам не заметишь как выложишь всё, что знаешь под его смешками и прибаутками.

Вот только Вира его слушала в пол уха, рассматривая коридоры, переходы и залы через которые они шли и отвечая односложно. Бестла, наоборот, слушала всё внимательно, запоминала, но повиснув на руке Виры, делала вид глупенькой девчонки, хлопая ресницами и мило улыбаясь. Так что отдуваться за всех пришлось Колину. Хорошо, что “легенду” они с Виорелой продумали заранее. Да и не дорос ещё адепт шестого курса “расколоть” капитана Имперской разведроты.

Так и не получив ответов на свои вопросы, провожатый не унывал, пытаясь вытянуть из новичков всё, что возможно. Это не было простым любопытством. Во-первых, их учили вытаскивать необходимые сведения из потенциального противника, а для этого приходилось тренироваться на всех, кто попадался под руку. Во-вторых, информация о новичках всегда ценилась в академии.

Под трёп и болтовню они быстро добрались до нужного места и вошли в огромный зал с куполом, теряющимся где-то высоко над головой. Из-за большого размера помещение казалось мрачным: огромные сводчатые окна, из которых лился яркий солнечный свет, не могли справиться с этой гнетущей атмосферой.

Старшекурсник замер у дверей, с интересом и предвкушением посматривая на деревенских простачков, каковыми он считал прибывшую порталом троицу. И был ужасно разочарован. Даже реакция смазливого паренька, на которого всю дорогу вешалась пришедшая с ними девица, не радовала. В душе ворочались противоречия. С одной стороны, ребята были явно деревенскими, за всю дорогу он не увидел подвоха или наигранности. Воин, охранник был явно бывалым, но отвечал спокойно, быстро, не задумываясь. Девица годилась в прислуги, может, таковой и являлась, а молодой парень… Но с другой стороны, он не смог выяснить ничего важного и тут возникал вопрос, а так ли просты те, кто прошёл личным порталом Советника.

Вира не замечала всех этих недомолвок и переглядываний, она жадно рассматривала место, где ей хотелось бы учиться. Зал был разделён на семь секторов, различающихся по цвету. В каждом из них висел штандарт под которым стоял стол с сидящим за ним магистром. Она с восторгом оглянулась на Колина. Друг, как ей показалось, с таким же любопытством оглядывал это поистине грандиозное помещение. Боевик, приведший их сюда, с гордостью рассказывал историю этого учебного заведения, словно сам приложил руку к его открытию, и Вира заслушалась его речью.

– Наша академия самая лучшая на Рукруане. Её создал Советник Эхор Нибин. Он же является ректором академии. Нам преподают самые лучшие из лучших магистры! Да и кто бы отказал Советнику в просьбе преподавать? – оглядев офигевшую от такой рекламы компанию, добавил. – Так что если поступите – гордитесь, что попали в лучшую академию. И имейте в виду: здесь не держат ленивых и нерадивых. Не сдаёшь зачёты или успеваемость плохая, или имеешь дисциплинарные взыскания – отчисляют.

Оценив, как восприняли его слова ребята, доморощенный пиарщик продолжил разливаться соловьём.

– Обратите внимание: зал разделён на семь секторов по числу факультетов: боевики – чёрный, менталисты – золотой, целители – белый. Далее идут четыре факультета стихийников.

Парень показывал рукой и объяснял к какому факультету что относится. Вслед за ним туда смотрела троица, старательно запоминая информацию.

– Те кто владеют водной силой после распределения идут в синий сектор, земли – зелёный, огня – красный и воздуха – голубой.

Виорела, поворачивая голову вслед за объяснениями, разглядывала штандарты. Они соответствовали цветам факультетов. На каждом имелся свой рисунок и девиз. У боевиков оказалось скрещённое холодное оружие и надпись: “Защита и преданность”. У целителей на белом фоне красный круг и слова: “Не навреди”. Красный круг вызвал у Виры чувство неправильности, его хотелось перечеркнуть крестом.

– А почему круг? – пытаясь поймать воспоминание из прошлого, поинтересовалась она у словоохотливого боевика, не обращая внимания, как её одёргивает за одежду Колин, старающийся не вызывать любопытство окружающих.

– Ну как же… – сопровождающий вытаращился на неё, – это же круг жизни! Парни, вы из какой глубинки к нам?

– Ааа… С севера… – обшаривая помещение взглядом, бросила девушка.

Сутолока перед компанией рассосалась, и Вира с удивлением заметила в центре зала постамент с лежащим на нём белым каменным шаром с голову человека. Казалось, что этот артефакт светится, хотя, возможно, такой эффект давали тени или семь небольших разноцветных шариков летающих над ним.

Стараясь лучше рассмотреть то ли памятник, то ли изваяние девушка потихоньку продвигалась в его направлении. Хотя, скорее ей казалось, что именно она ведёт ребят к шару. На самом деле это их провожатый вёл троицу к артефакту выявления магического потенциала и распределения на соответствующий факультет.

К шару приблизился черноволосый парень в белой одежде с красной отделкой, и Вира затаила дыхание, заинтересованно наблюдая, что он предпримет. Претендент положил руки на шар и над его головой вспыхнул черный шарик. Парень сверкнул белозубой улыбкой и отправился в черный сектор со штандартом боевиков.

Оказалось, всё легко и просто: положил руки на артефакт, а он считал твой магический потенциал и выдал ответ, где тебе лучше учиться.

– Ну, прямо компьютер магического мира, – пробормотала девушка, зачарованно приближаясь к шару ещё на несколько шагов.

– А? Что ты сказал? – влезла в мысли Виры Бестла.

– Я говорю, очень интересный магический артефакт, – поправилась Корза и прикусила язык, делая себе зарубку следить за тем, что говорит.

Колин с тревогой поглядывал на Виру с того самого момента, как вошли в зал. Больше всего он боялся, что она может чем-нибудь выдать их обоих. Девушка явно была под впечатлением и не контролировала своё поведение. Держась как можно ближе к ней, он надеялся успеть остановить, но на всякий случай держал наготове одноразовый портал. Он давно перестал обращать внимание на трёп охранника, полностью сконцентрировавшись на своей подопечной.

Вира же не видя ничего вокруг и разглядывая артефакт так привлёкший её внимание, тащила за собой Бестлу, как на буксире. В конце концов девушке надоело, что на неё не обращают внимание, да ещё и относятся, как к балласту. Надув губки, она отпустила руку парня и решила переключить своё внимание на симпатичного охранника, невольно загораживая дорогу Колину.

Надо было такому случиться, что Вира, идущая к артефакту, как заколдованная и не смотрящая под ноги, именно в этот момент споткнётся. Колин видел неуклюжий взмах руками и бросился ей на помощь, но не успел. Его ладонь ухватила воздух, где секунду назад была рука Виры. Она же падая, схватилась за какого-то парня, шедшего в том же направлении. От толчка в спину тот не удержался, теряя равновесие. Их руки, как в замедленной съёмке, одновременно коснулись каменного шара, и над головами расцвела ярка вспышка, полоснувшая по глазам всем находящимся в зале, заставляя их щуриться.

Вира не успела проморгаться, как её за шкирку, словно котёнка, вздёрнули на ноги.

– Опять ты?! – почти по-змеиному прошипели на ухо.

Плавающие перед глазами яркие зайчики не давали разглядеть говорившего, а ужас от произошедшего холодил душу. Не успевая ничего ответить, девушка почувствовала, как чужие пальцы разжались, отпуская ворот рубахи. То, что ей на помощь пришёл Колин, она даже не сомневалась.

В зале наступила гробовая тишина, в которой прогремел вопрос:

– Что здесь происходит?

Колин неразборчиво шепча по ощущениям Виры что-то матерное, встал перед ней, закрывая от громогласного голоса. Стараясь быстрее проморгаться, девушка тёрла глаза. Как только зрение немного восстановилось, она выглянула из-за широкой спины своего телохранителя, сталкиваясь с горящим взглядом янтарных глаз с неестественно вытянутыми в вертикальные полоски зрачками.

Глава 7

Взгляд дракона выхватил из сумятицы происходящего виновника: невысокий парнишка с серебряными волосами усиленно тёр глаза. Не успел Эхор толком рассмотреть зачинщика и что-либо добавить к своему вопросу, как смазливого мальца прикрыл собой воин, а черноволосая девушка бросилась помогать, протягивая платок. Кто эта троица было понятно без слов.

– Как интересно!.. – сбоку донёсся вкрадчивый еле слышный шёпот.

Раздражённо оборачиваясь к дознавателю, Эхор полоснул его гневным взглядом, по многолетней привычке отмечая, как меняются эмоции на обычно спокойном лице друга. Вот только сейчас ему было не до него. Дракон внутри недовольно ворочался, желая разнести здесь всё к адовым демонам, но забрать свою пару. Но, к сожалению, он пока и сам не понимал кого.

От всей троицы шёл еле уловимый запах истинной. Будь он на расстоянии, не ощутил бы его, но находясь рядом – почувствовал. Вывод напрашивался сам: Бестла Скерн – его пара. Вот только сейчас она, словно наседка, опекала какого-то смазливого юнца, не обращая на него никакого внимания. Да и сам дракон даже не замечал, что не смотрит на девушку, а прикипел взглядом к тонкокостному пареньку с таким непривычным цветом волос.

Парнишку было плохо видно, охранник выше и шире в плечах загораживал его. Однако дракону, который чувствовал пару было всё равно, никакие преграды нипочём. Вот только… Нет! Парень не может оказаться парой! Это неправильно и противоестественно! Но чутьё зверя кричало: “Моё”, – и требовало как можно быстрее спрятать сокровище в своём логове. Недовольный и нетерпеливый грудной рык возник где-то глубоко внутри, но на плечо опустилась рука Раэля Мара, чуть сжимая его, заставляя взять себя в руки. Только после трёх резких выдохов и вдохов получилось успокоиться.

Благодарно глянув на старого друга, мужчина посмотрел на троицу, и именно в этот момент паренёк, что привлёк его внимание, поднял голову, и их взгляды пересеклись. Мир вокруг перестал существовать, когда Эхор утонул в зелени колдовского взгляда. Он забыл как дышать, а в пустой голове где-то далеко билась одна единственная мысль: “Боги пошутили надо мной и послали в пару мужчину?”.

Сморгнув и с неимоверным усилием взяв себя в руки, с титаническим напряжением отведя взгляд от паренька, дракон кривовато улыбнулся девушке, стоящей рядом с этим бедствием и рыкнул:

– Повторяю вопрос: что здесь произошло?

В центр зала из чёрного сектора не спеша пошёл только что поступивший адепт в белой одежде с красной отделкой, которого Вира заметила раньше. Поравнявшись с троицей и подарив им обаятельную белозубую улыбку, черноволосый парень обернулся к ректору.

– Дядя, здесь ничего страшного не произошло…

– Здесь нет дядей и племянников, – более резко, чем хотел, прервал его Нибин, – в академии есть адепты, магистры, деканы и я, ректор Нибин. Адепт Айканар Нибин, если вы знаете что случилось в этом зале, я вас слушаю.

Ничуть не смутившись на такую отповедь и лучезарно улыбаясь, парень заговорил:

– В общем-то, ничего не произошло. Просто вот этот парнишка, – принц по-дружески положил руку на плечо Виры, заставляя дядю в бессильной злобе, сверкая глазами, скрежетать зубами, – видимо, приехал издалека и никогда не видел и не слышал про артефакт отбора адептов в академии. Ему было очень любопытно, и он не смотрел под ноги, споткнулся, и если бы не лорд Стэнхард Лорекил, он бы упал и, возможно, поранился. А так, Лорекил мужественно спас парня от неприятностей. Вот только они не смогли договориться кто первым пройдёт испытание у артефакта и одновременно приложили руки к нему. Мне всегда было интересно что произойдёт в этом случае, – парень улыбнулся, словно кот наевшийся сметаны. – Я никогда не думал, что будет такой взрыв…

Слушая речь несносного паршивца, Эхор недовольно кривился, словно на язык попало что-то кислое. “Нет, всё же дождётся племянничек – отчислю!” – предвкушал он, разглядывая этого паяца. “И всё же, что теперь делать с этими двумя, – возвращаясь к вспышке, нахмурился он, – сработает ли артефакт, если они вновь пройдут отбор?” Так и не определившись, решил:

– Вы двое, – кивнул на Виру и Лорекила, – проходите распределение вновь, – и заметив ехидный насмешливый огонёк в глазах принца, добавил, – по одному.

Пока вся компания переглядывалась, ректор, прикрыв глаза, воспроизвёл в памяти вспышку. В общем-то артефакт не должен был сработать, ну или показать какой-то один результат, но не полыхать практически всеми цветами. От мыслей его отвлёк хмык и сопение дознавателя.

– Да ладно… не может быть…

Эхор ухмыльнулся: ну вот ещё один не верящий.

– Раэль, не старайся. Их сам Винер Дорн не смог просканировать, – чуть повернув голову к другу, просветил его, и с довольной улыбкой увидел, как изумлённо расширяются глаза Главного Королевского Дознавателя.

– Ты шутишь? Сам Дорн не смог пробиться через их ментальный барьер?

Дракон ехидно сверкнул глазами и просмаковал:

– Он сказал, что они даже не поморщились и похоже, вообще не заметили, как он ломился к ним в память.

– Ооо… – предвкушающий взгляд Мара вернулся к троице.

– Но, но, Раэль, это мои адепты и я не дам их в твои загребущие ручонки, – предупреждающе рыкнул дракон.

– Да… да… – кажется, дознаватель его уже не слышал, продумывая исследования этой занятной троицы.

После слов ректора, что Вира и лорд, которого она толкнула, должны вновь пройти распределение артефактом, девушка не горела желанием лезть вперёд. Глядя на взбешённого лорда Стэнхарда Лорекила, она поняла, что в его лице получила врага. Парень, с брезгливой яростью оглядывающий её, точно никогда не простит произошедшего, считая неприятный эпизод насмешкой над собой. И здесь не помогут извинения и объяснения. Поэтому она дождалась, когда он первым подойдёт к шару и по всем правилам возложит на него руки. Загоревший сверху чёрный шарик показал, что парень – боевик. Мрачно глянув на Виру, и больше не обращая внимания на других, лорд направился к сектору боевиков. Взгляд парня был мимолётным, но в нём девушка успела прочитать свою смерть и потому замешкалась.

– Не трусь, парень, – расплылся в широкой улыбке принц, подталкивая девушку к артефакту распределения.

– Вир, соберись, – напряжение в голосе Колина отрезвило Виру.

Чуть улыбнувшись кривоватой улыбкой, она сделала судьбоносный шаг.

Эхор Нибин впился жадным взглядом в стройную фигурку. От непреодолимого желания обладать этим пареньком у дракона вылезли когти, впиваясь в ладони и раня кожу. Время для него остановилось. Будто в замедленной съёмке он наблюдал, как руки с тонкими запястьями и длинными красивыми пальцами медленно опускались на шар, а в следующую минуту весь мир вокруг сошёл с ума.

Небольшие шары, которые должны были показать принадлежность студента к конкретному факультету, кружили над артефактом. Никто не ожидал, что они все одновременно озарят зал феерией цветов, да такой яркости, что ослепили глаза, заставляя испуганно вскрикивать самых робких и пугливых. Не дожидаясь, когда перед глазами перестанут плавать разноцветные круги, дракон гаркнул:

– Без паники! Всем оставаться на своих местах!

Позади него шёпотом, но с явным восторгом матерился Мар. Эхору очень хотелось показать ему кулак, но ведь не увидит же! Да и не пристало ректору вести себя, как простому школяру. В зале постепенно утихал шум, перестроив зрение, дракон смог оценить происходящее. Магистры держали щиты, загораживая растерянных только что поступивших адептов, старшекурсники помогали им. Возгораний не имелось, как не было и других последствий яркой вспышки. Как и в первый раз всё обошлось неприятными пятнами перед глазами.

– Всем кому требуются целители, направляйтесь в белый сектор.

Только после этого у Эхора хватило сил взглянуть на виновника происшествия. Парнишка прятался за своим телохранителем, вцепившись в его колет и испуганно поглядывая на всех своими зелёными глазищами. Его защитник тоже сверкал глазами, но в них читалась готовность порвать любого, кто посягнёт на его хозяина. Казалось, ещё секунда и он выхватит оружие. Глядя на эту трогательную композицию, дракон закипал от злости и ревности. Ревности?!… Его словно окатило ледяной водой, когда осознал причину своей злости.

Быстро пробежал взглядом по залу: он искал свою истинную. Она и только она должна его заботить. С ней, слава Демиургу, всё было в порядке: её закрывал щитом Стэнхард Лорекил. И мужчина выдохнул, сам не понимая от облегчения или горечи. Глядя как безупречно и умело парень выстроил и держит щит, удовлетворённо хмыкнул. То, что он только мазнул взглядом по девушке и тут же его внимание переключилось на молодого дракона, наследника старинного рода, не укрылось от сознания мужчины, но он гнал эти мысли прочь. Не удержавшись, он вновь посмотрел на зеленоглазое чудо со своим защитником.

Во взгляде воина пылала холодная решимость, которая совсем не понравилась ректору. Этот парень был не так-то прост. Окинув его более внимательным взглядом, оценил прямой взгляд, и благородные черты лица, и гордую осанку. Однозначно, аристократ, но скандалов в высокородных семействах давно не происходило, тем более с уходом сына в наёмники. К нему надо присмотреться, решил дракон и понял: он тянет время, не зная что предпринять со своей головной болью, свалившейся на него и сверкающей колдовскими глазами из-за плеча телохранителя.

А подумать стоило. Такого просто не могло быть: все знали, что в живом существе уживаются две не конфликтующие друг с другом магии. Две! Не конфликтующие! И о-о-очень редко! Но не все семь и не такие сильные! Глядя на магию паренька можно было решить, что он божественное существо или ребёнок Демиурга и смертного. Но об этом даже думать казалось абсурдным. Вот куда его распределить?..

– Что ты никак не определишься? – тихо зашипел сзади друг. – Он же менталист. Зачисляй его ко мне!

От такой наглости потеряв дар речи, ректор Шохронской академия магии даже немного окосел. Повернувшись к другу, шёпотом поинтересовался:

– И когда же ты стал деканом менталистов?

– Так с сегодня же, – наигранно невинно захлопал бесстыжими глазами друг, – ты сам подписал приказ о моём назначении, когда мы вернёмся в твой кабинет. Да, и часы дал преподавать у первокурсников, – продолжил наглеть Мар.

– Не бывать этому! – отрезал Эхор, отворачиваясь от нахала и громко озвучивая своё решение. – Претендент с таким уникальным даром зачисляется в боевики.

По залу еле слышно пролетел недовольный выдох магистров. Ректор прекрасно понимал их: каждому хотелось заполучить к себе такого адепта. Уж лучше забрать его под своё крыло на родной факультет и не спускать с него глаз. И дополнительное обучение он ему обеспечит: некогда будет думать о чём-нибудь постороннем… или о ком. Мужчина понимал, что это решение обусловлено несколькими причинами и ревность одна из них, хоть и гнал эти мысли.

Можно было уходить. Всё, что хотел увидеть, он увидел… Бестла… Он забыл про пару… Не понимая себя, вновь отыскал глазами девушку. Мило улыбаясь Лорекилу, она медленно, но верно пробиралась к шару. Ректор чуть не стукнул себя по лбу, понимая, что из-за мелкого паршивца совсем растерялся. Даже не узнал распределение своей пары. Но её опередил телохранитель, и вновь Эхор испытал шок: черный и голубой. Он точно знал, что в аристократических родах не рождалось таких одарённых мальчиков. И вновь он впился взглядом в лицо воина: тонкие благородные черты не вызывали никаких ассоциаций. Так кто же ты? Ответа не было.

От загадки происхождения парня его отвлёк выдох Мара на ухо:

– Вот это, да-а-а… Кстати, ты видел Ховарта Рисли?

Глаза Нибина сами нашли декана воздушников, решительно шагавшего к нему. По упрямому выражению лица мужчины было ясно о чём он собирается говорить. Тут не надо быть пророком: он уже забрал одного воздушника к себе на боевой. А за этого Ховарт вцепится в него мёртвой хваткой. Рисли – прекрасный декан, великолепный сильный маг, но упёртый… Ему надо было родиться магом земли. Дракон тихо застонал, а сзади хохотнул Мар, подливая масла в огонь. Не дожидаясь, когда упрямец доберётся до него, ректор объявил:

– Вы также поступаете на боевой факультет.

Счастливая улыбка, расцветшая на лице так и не ушедшего смазливого бедствия, опустила настроение Эхора ещё ниже. Парень всё также продолжал цепляться за руку своего телохранителя, и этот факт буквально взбесил дракона. Зрачки мужчины вытянулись в узкую вертикальную полоску. Но тут в поле зрения появилась Бестла Скерн, и дракон смог взять эмоции под контроль.

– Даже не думай заграбастать её себе, если и у неё будет два дара. Она – точно менталист, – возбуждённо зашептал Мар.

Девушка выглядела милой простушкой. Нежно улыбаясь и скромно зыркая из-под опущенных ресниц, возложила небольшие ладошки на шар. Как и предсказал Мар, над головой девушки вспыхнули огни полыхающие золотом и зеленью.

Получив ощутимый тычок в бок, Эхор вынес вердикт.

– Ментальный факультет.

Девушка из-под ресниц сверкнула на него улыбчивым взглядом, но в душе дракона ничего не дрогнуло. В происходящем надо было разобраться. Теперь он точно знал: истинная в его академии, и она никуда от него не денется. Вот только кто из них? Насмешка богов – смазливый парень, или девушка – простушка с сильнейшим ментальным блоком?

Разворачиваясь, он собирался в свой кабинет, но наткнулся на довольного Мара.

– Идём подписывать приказ о моём деканстве и кураторстве первого курса, – радостно потирал руки друг.

– Даже не думай, – обходя его, бросил устало дракон, на что паразит только хохотнул, идя следом.

Эхор Нибин не видел, как три пары глаз смотрят ему вслед. Цепкий настороженный взгляд хмурого Колина, просчитывающего варианты дальнейших событий. Задумчивый, растерянный взгляд Виры: она не понимала своей реакции на властного мужчину, проведшего распределение по факультетам. Он явно был из руководства академией, и, в общем-то, он ей должен быть совершенно безразличен. Вот только в душе разливалось непонятное томление и хотелось прижаться к нему. Странное, забытое чувство, кажется, уже испытанное ею когда-то. И совершенно точно ей ненужное: она пришла учиться магии. И только! Но сердце ныло и рвалось вслед уходящему. Был ещё один взгляд: оценивающий, алчный.

Отворачиваясь от дракона, Бестла оглянулась на Вира, и в её глазах сверкнула мгновенно пропадая зависть.

Колин смог расслабиться только после того, как ректор покинул зал, забрав с собой ничем не примечательного мужчину от взгляда которого волосы вставали дыбом и хотелось забиться в какую-нибудь дыру, чтобы не видеть и не слышать его. Было в нём что-то от Винера Дорна. Возможно, такой же пронзительный взгляд, проникающий в душу. Вот только у капитана он был более мягким, умудрённого жизнью человека: многое понимающего и многое прощающего. А у этого – взгляд молодого охотничьего пса. Такой вцепится и ни за что не отстанет.

Передёрнув плечами от неприятной аналогии, Колин вернулся мыслями к ректору. Он сразу сообразил кто это: достаточно было увидеть голодный взгляд трансформированных жёлтых змеиных глаз направленных на Виру. Да, ему удалось сбить с толку дракона и направить его внимание с истинной пары на Бестлу. Но сколько он сможет морочить ему голову? И уйти сейчас он не может, Вире необходимо учиться. Чтобы обеспечить ей эту возможность, ему самому обязательно нужна опора и поддержка. Но они ещё никого не знают в академии. Хотя…

– Спасибо за помощь, – Колин обернулся с благодарной улыбкой к принцу.

По ранним разведданным он знал кто такой Айканар Нибин. Этого проницательного молодого дракона было лучше обходить десятой дорогой, но раз он сам обратил на них внимание… Может, получится его использовать втёмную?

– Да не за что, – улыбка парня стала ещё шире. – Давайте знакомиться. Я, Айканар Нибин, как и вы только прошёл распределение артефактом на боевой. А этот зануда, – кивнул на того со шрамом, с которым Вира вместе упала на шар, – Стэнхард Лорекил. Вас, ребята, тоже распределили на боевой, так что, учиться будем на одном направлении. Предлагаю держаться вместе, – подмигнув Стэнхарду он перевёл открытый дружелюбный взгляд на Колина, явно ожидая ответа именно от него.

Что же Судьба давала ему поддержку, и ей грешно было не воспользоваться. Так же широко и открыто улыбнувшись, Колин начал представлять своих спутников.

– Я, Колин Эрэссэа, телохранитель Виорела Корзы, – положил ладонь на плечо девушки, представив её как парня и добавил, не вдаваясь в подробности, – мы с севера. А это наша спутница, Бестла Скерн, – указал на чуть зардевшуюся и скромно опустившую глаза подругу.

Колин хотел промолчать, но не удержался и всё же спросил.

– А ты действительно принц?

– А что не похож? – весело расхохотался парень и, понизив голос, доверительно продолжил. – Представь себе, сбежал в академию от тоскливого дворцового этикета. Очень надеюсь, что здесь не будут так занудно и скучно преподавать, – парень украдкой огляделся, будто боясь, что его могут услышать и изменить программу обучения. – А вы мне приглянулись сразу, сам не пойму почему, – сменил тему принц. – Ну, а когда дядя появился, то грех было не помочь, – и новая задорная улыбка осветила лицо парня.

Колин немного растерялся, не зная была ли это маска или принц, действительно, открытый и доброжелательный от природы.

– Ладно, – Айканар хлопнул по плечу Стэнхарда, – пойдёмте заполнять анкеты и получать браслеты адептов академии. А ты, малышка, беги к своим, – глянув на Бестлу, рукой указал ей направление.

– Браслеты? – не поняла Вира.

– Да вы, и впрямь, из далека? – внимательно оглядел их принц. – Каждому адепту выдаётся собственный артефакт, он не только указывает посторонним кем ты являешься, но и говорит, что ты под защитой академии. Если с вами что-то случится, магистры всегда смогут быстро отыскать вас и спасти. А ещё… – он замялся, будто и сам был не уверен в точности знаний, но продолжил, – не знаю… Вроде бы он должен быть задействован как одноразовый портал при угрозе жизни, – парень задумчиво взъерошил волосы. – Хотя утверждать не буду, так как подтверждённых данных нет, – и новая улыбка заиграла на лице принца. – На адептов никто не нападает, – лёгкий смешок вырвался из груди парня. – Ну да кто в здравом уме будет связываться с дядей?

За разговорами они подошли к черному сектору. Магистр доброжелательно оглядел своё пополнение и, остановив взгляд на Скерн, посоветовал:

– А вам, девушка, следует отправиться в золотой сектор.

Все с удивлением оглянулись на Бестлу, она же, в свою очередь, растерянно и немного испуганно смотрела на Виру. Пока все переглядывались, не зная как быть, Стэнхард Лорекил со вздохом схватил руку девушки и, утягивая в нужном направлении, произнёс: “Я провожу тебя”. Растерянная Скерн всё оглядывалась на оставшихся парней, но правила есть правила и помочь ей они не могли.

Декан, больше не обращая внимания на удаляющуюся парочку, раздавал каждому в руки листы, приглашая их за стол заполнить анкеты. Как только парни закончили с бумагами, получили на руки чёрные браслеты, расписание, карту академии и ключи от комнат в общежитии. Артефакт оказался из металла, но на удивление не мешался и не ощущался чужеродным предметом на руке. Зато притягивал взгляд молодых боевиков, заставляя вновь и вновь притрагиваться к своеобразному знаку их исключительности, неосознанно показывая его всем с гордостью за тот факультет на который они поступили.

Сегодня молодым адептам ещё предстояло заселиться, получить форму и учебники. В этой академии не приветствовалось разделение на богатых и бедных. За этими стенами имело место негласное равенство и ценился только талант. Чтобы стереть грань внешнего различия, всем выдавались одинаковые комплекты одежды. Конечно, всё было предусмотрено по нуждам и необходимости факультетов.

Вира разглядывала карту, запоминая где и что находится. На первом этаже от центрального зала распределения отходили два крыла: в левом располагалась столовая, а в правом – зимний сад. На втором этаже находились администрация и библиотека. На третьем и четвёртом этажах шли учебные аудитории и медитативные залы. На пятом – левое крыло занимали комнаты преподавательского состава, а правое – общежитие девушек. На шестом проживали парни. Был ещё и подземный этаж, в нем располагались лаборатории.

На территории академии находилось множество построек. Вира с удивлением читала: оранжереи, зверинец, тренировочный зал, тренировочное поле, полигон… От количества этих “тренировочных” рябило в глазах и вызывало вопрос: “Зачем их столько?” – глянув на Колина, спокойно просматривающего такую же карту, промолчала. Видимо, надо, мужчинам видней.

Всё это академическое богатство было окружено периметром защиты. От этих слов в голове девушки возникла странная ассоциация с вкопанными в землю брёвнами и натянутой между ними колючей проволокой. Она удивлённо уставилась на план академии, пытаясь соотнести мысли с написанным на карте.

– Тебя что-то смущает?

Глава 8

Рядом, весело улыбаясь, стоял Айканар Нибин. Открытая улыбка располагала к парню, в ответ хотелось так же улыбнуться ему.

– А это что? – слова вылетели раньше, чем Вира сообразила, что стоило спросить у Колина.

– А это новая разработка! – парень даже чуть приосанился, будто сам принимал участие. – Магический заслон. Через него могут пройти только те, у кого есть доступ. Так что мы в полной безопасности. Даже если твари бездны прорвутся в столицу, к нам в академию они не попадут, – немного горделиво и с превосходством пояснил принц.

Слева от девушки пренебрежительно хмыкнули, переведя взгляд она увидела Стэнхарда Лорекила. Парень успел вернуться, заполнить бумаги и теперь стоял неподалёку, будто вовсе и не с ними. Весь вид этого надменного аристократа кричал о его высоком происхождении, но рядом с простым и дружелюбным принцем это вызывало недоумение.

– Так, парни, пойдём в общежитие, там у коменданта возьмём форму, одежду, всякую мелочовку, отнесём в комнаты, а затем – в библиотеку, – довольно щурясь, решил за всех Нибин младший.

Он до последнего момента не верил, что дядя позволит ему учиться наравне со всеми. Глянув ещё раз на браслет и улыбнувшись своим мыслям, наконец-то смог расслабиться. Кан даже себе не признавался, что нервничал, ожидая вердикта родственника, и сейчас чувствовал себя счастливым и… голодным.

– А вот уже потом можно и в столовую наведаться, – широко ухмыляясь закончил он.

Против его плана никто не возражал, и Айканар повёл своих новых друзей к лестнице. В душе принца витали странные чувства, он несколько раз мысленно произнёс это непривычное слово “друзья” и остался доволен от ощущения теплоты, что оно в себе несло. С детства принца окружали слуги, учителя, придворные… Всё не то! Да и из детей придворных, с кем ему позволялось играть, он никого не мог назвать другом. И теперь вырвавшись из дворца, в котором задыхался от строгого этикета, парень сразу решил, что в академии у него обязательно будут друзья.

Принц не был простачком, он очень хорошо разбирался в людях и психологии. Демиург не дал ему ментального дара, но он и без этого научился читать людей. Конечно, Айканар не мог не обратить внимание на троицу, что вызвала такой переполох. И надо сказать, парни оказались занятными. Даже в той ситуации растерянности, осанка, манера держаться, жесты, поворот головы – всё говорило об их благородном происхождении. С таким нельзя родиться, такое воспитывается с пелёнок.

А вот внешний вид… Младший был одет, как обычный крестьянин, пусть и зажиточный, но всё же крестьянин, и эта нестыковка подогревала к ним интерес. В старшем он сразу признал бывалого воина, в котором чувствовалась твёрдость характера. Такие люди приняв единожды решение, очень редко его меняют, оставаясь верными до конца. А ещё вокруг них будто витала какая-то тайна. Всю жизнь проведя во дворце, Айканар видел это сразу. Как говорил его дядя: “Глаз намётан”.

Немного пообщавшись с ними и понаблюдав, Кан решил, что нрав младшего парнишки сильно похож на его: лёгкий и весёлый. Глядя на этого простодушного паренька могло показаться, что он наивный до глупости. Но чем больше наблюдал за ним принц, тем больше понимал: не всё то, чем оно кажется. Не понимая каких-то совершенно обычных, простых вещей, этот паренёк воспринимал более сложные, как само собой разумеющиеся. Опять нестыковка внутреннего содержания с внешним, показным. Все эти противоречия буквально цепляли принца: откуда у “деревенского простофили” такие избирательные знания?

Именно Вир был той странной загадкой, которую хотелось раскусить. Да и бросаемые дядей на паренька взгляды не укрылись от всевидящего принца. Его охранник тоже был не из простых, но не таким интересным. А к девушке, что крутилась постоянно рядом, Нибин младший решил приглядеться потом.

Очень довольный собой Айканар вёл своих новых друзей и Стэнхарда Лорекила, приставленного к нему в свиту отцом, на шестой этаж, занимать комнаты.

– Ой, а мне разве можно с вами?

Кан чуть не споткнулся: он совершенно выкинул девушку из головы. Нацепив на лицо самую ослепительную улыбку, тут же постарался всё исправить.

– Леди, – учтиво склонившись, – конечно, вам туда нельзя. Позвольте мне показать где находится ваша комната и комендант.

– Нет, – заупрямилась Бестла, чуть капризно надувая губки, – пусть это сделает Вир.

Виорела растерянно глянула на принца, и тот мысленно ухмыльнулся: “А парень-то ещё и девственник”. Ситуацию спасла невысокого росточка худощавая женщина в больших круглых очках и строгом синем платье.

– Молодые люди могут идти дальше на свой этаж, – голос был строгим и непреклонным, ему хотелось подчиняться. – Леди, будьте добры, идти за мной.

Не глядя, следует ли Скерн за ней, женщина направилась в женскую часть общежития. Обескураженно взглянув на парней, Бестла поспешила за незнакомкой. А парни выдохнув устремились на свой этаж.

Комендантом у них оказался ещё довольно крепкий старичок добродушного вида. Быстро получив комплект формы, одежду на выход и для тренировок, письменные и гигиенические принадлежности, они отправились разыскивать свои комнаты. Вернее, комендант любезно сопроводил их до дверей расположенных рядом друг с другом. Первой по проходу находилась комната Колина и Виры, а за ними принца и Стэнхарда Лорекила.

Оказавшись внутри выделенной им жилплощади, Вира первым делом заметила неприметную дверь в углу. Сбросив вещи на ближайшую кровать, распахнула её и расплылась в счастливой улыбке: туалет и душ. Как мало, оказывается, нужно девушке для счастья: отдельный санузел. Видя такую реакцию, Колин тихо рассмеялся над своей подопечной.

– Вир, если хочешь, можешь пойти в библиотеку, занять для нас очередь, а я пока разложу вещи. Тебе надо привыкать одному ходить, я же не буду всегда рядом с тобой.

Это было разумно. Оглядев небольшую комнату с двумя кроватями, столами и шкафом, девушка кивнула и решительно вышла в коридор. А там жизнь кипела ключом: степенно ходили старшекурсники, и с вытаращенными глазами носились как угорелые только поступившие адепты. Шум, разговоры, смех, шутки, беззлобная ругань – это всё было неуловимо знакомым, родным, но забытым, словно она когда-то уже жила в таких условиях. Она ещё оценивала эти свои ощущения, а тело уже вспомнило старые навыки и жило своей жизнью, привычно ускоряясь в толпе, ввинчиваясь в неё, обходя медленно движущихся и не сталкиваясь с идущими навстречу.

– Ну прямо, как в метро в час пик, – прошептали губы на которых появилась рассеянная улыбка.

Быстро сбежав на второй этаж и оглядевшись, она направилась к высоким деревянным резным двустворчатым дверям. Открыв это произведение искусства, девушка попала в волшебный мир библиотеки, где стоял специфический запах старинных книг, а тишину разбавляли только шорох страниц и тихий скрип пера. В помещении, действительно, оказалась очередь. Но все стояли тихо, чинно и не торопились прошмыгнуть раньше других.

За конторкой со стойкой сидел невысокий мужчина с проплешинами на голове, большим мясистым носом и оттопыренными ушами. Именно он заведовал книжным царством.

Вира во все глаза смотрела на гоблина, как она его назвала про себя. Она не помнила, кто такие гоблины, но раз в голове появилась такая мысль, значит она не ошиблась. А мужчина, не обращая ни на кого внимания, смотрел на очередного адепта, делал странный жест рукой, повинуясь которому книги сами слетались со всех сторон библиотеки на стойку и складывались стопкой. А гоблин тихо скрипел своим пером, что-то записывая в огромный гроссбух, чтобы затем поднять глаза на очередного адепта. Очередь двигалась тихо и быстро. Перед библиотекарем уже стояла растерянная Бестла, возле которой возвышалась большая стопка книг.

– А как я это всё унесу? – девушка беспомощно перевела взгляд на гоблина.

– Как и все: руками, – проскрипел он и недовольно продолжил. – Адептка Скерн, забирайте книги и отходите, не задерживайте очередь!

– Но как же… – в голосе Бестлы проскользнули слезы.

Не в состоянии смотреть на начинающуюся истерику подруги, Вира подошла к ней.

– Подожди, я помогу…

На неё взглянули полные благодарности и обожания глаза. Вира аж подавилась вздохом: не зная быть польщённой или проклинать себя за мягкосердечность. Книг было даже больше, чем видела девушка: за большой стопкой скрывалась маленькая. Теперь стала понятна паника подруги. Даже вдвоём им будет проблематично унести все учебники разом.

Но как говорится: назвался груздем, полезай в кузов, тем более, что гоблин велел забирать книги и уходить. Подавив тяжёлый вздох, Вира, взвалившая на себя большую кипу и оставившая меньшую Бестле, направилась к двери. Практически не видя куда она идёт и стараясь аккуратно переставлять ноги, Виорела с ужасом думала, что ещё надо будет подниматься на три этажа вверх. Откуда-то пришла странная мысль, которую она не понимала: "И это тебе не три этажа в хрущёвке". Что такое хрущёвка и какие там этажи, было для неё тайной за семью печатями.

Повторяя про себя: «Я – парень, мне не тяжело!», – Виорела упорно двигалась вперёд, уверенная, что ни один парень на её месте не признался бы в том, что был не прав. Переигрывать и делить тяжесть поровну было слишком поздно. Скерн шла рядом сияя радостью и щебеча, словно ранняя птаха. Девушка будто и не замечала, что стопка книг заслоняет парню обзор. Она рассказывала какая тут прекрасная форма, что кроме одежды академия обеспечивает всем необходимым, как замечательно её заселили, что ей повезло с соседкой и ещё кучу ненужной информации.

Вира слушала вполуха, ничего нового она не услышала. А вот то, что идти приходилось почти вслепую, очень сильно напрягало. И как результат, она во что-то врезалась. Вернее, в кого-то. Поняв, что рядом замолчала Бестла, девушка чуть выглянула из-за стопки книг. Дорогу им преграждало около шести парней, а на неё раздражённо взирал Стэнхард Лорекил собственной недовольной персоной.

– Опять ты?! – змеёй прошептал он. – С дороги!

От резкого толчка стопка книг в руках Виры пошатнулась. Пытаясь её удержать, девушка неудачно оступилась и полетела вниз. Она даже не успела ничего понять и испугаться. За неё это сделала Бестла. От её визга заложило уши у всех присутствующих. Парни с удивлением смотрели на происходящее, но не двигались с места. Стэнхард же растерялся, у него не было желания навредить пареньку. Да, было раздражение на этого деревенского олуха, что вечно выставлял его в неприглядном свете, ну и желание немного его проучить.

Пролёт был небольшим, но падающие вокруг Виры книги, что разлетались во все стороны и пронзительный визг подруги создавал ощущение непоправимой катастрофы. Сама же Вира была полностью дезориентирована, и хотя падение и было удачным, но пересчитать все ступеньки рёбрами она успела. Падение резко прекратилось, её поймали и поставили на ноги, удерживая за плечи, давая прийти в себя.

Пытаясь поймать равновесие, она уцепилась за благодетеля. После кувырков голова немного кружилась и ничего видно не было. Девушка поняла, что коса растрепалась и заслоняет обзор. Чьи-то заботливые руки убрали волосы от лица, и девушка смогла разглядеть своего спасителя. Колин тревожно оглядывал её, проверяя всё ли цело и не пострадала ли она. На верхней ступеньке всё такой же растерянный стоял Стэнхард Лорекил, совершенно не ожидавший такого развития событий. Парня будто парализовало, он истуканом возвышался на том же месте глядя в одну точку.

Бестла, наконец-то, перестала орать. Она зажимала себе рот руками, вздрагивая плечами от беззвучных рыданий. Вокруг неё валялись книги, которые девушка уронила, испугавшись за Вира. Самым рассудительным оказался принц Айканар Нибин: он спокойно собирал разбросанные учебники, передавая их растерянно переглядывающимся парням.

Колин, стерев каплю крови из рассечённой губы девушки и не увидев больше ничего страшного, посмотрел наверх. Его взгляд исподлобья и так не самый жизнерадостный, сейчас мог убить на месте. Оглядев всех, он заговорил тихо, но так, что услышали все и прониклись.

– Обидеть Вира – раз плюнуть. Вот только харкать будете кровью, это я вам обещаю.

Каждый из присутствующих понял, что это первое и последнее предупреждение и другого не будет. Связываться со столь серьёзным противником умников не нашлось. Да, в общем-то, никто и не собирался причинять вред или зло шутить над этим мелким пареньком.

Принц, раздавший книги парням, велел им проводить Бестлу до комнаты и отнести учебники. Стэнхард тоже отмер и напустив на себя ледяное спокойствие спустился к ребятам, процедив:

– Сожалею.

Принц хмыкнул, показывая, что это большее, что можно ожидать от такого сноба, и обхватив Виру и Колина за плечи, позвал:

– Нам тоже надо учебники получить.

***

Если бы некто решил заглянуть в окна общежития, то увидел бы обычную жизнь адептов совсем недавно поступивших в академию и знакомящихся друг с другом или наоборот, вернувшихся с каникул и встречающихся со своими друзьями. И только три окна могли привлечь этого “некто”: одно на пятом этаже и два – на шестом. У каждого из этих окон стоял первокурсник. Все они смотрели на улицу, но занятые своими мыслями не видели бархатной красоты ночи, ярких перемигивающихся звёзд на небе и не чувствовали тёплого ветерка ласкающего кожу и легко дотрагивающегося до занавесок.

Айканар, вспоминая суетный день, хмурился в задумчивости: что-то его напрягало, но ухватить это нечто никак не удавалось.

– Айканар, ты какую кровать займёшь?

Голос Стэнхарда отвлёк.

– Что? – принц непонимающе обернулся к своему соседу и только потом сообразил о чём его спрашивали. – Стэн, мне всё равно. Занимай любую. И давай договоримся: это не дворец, этикет оставь за пределами академии. Здесь ты – Стэн, а я – Кан. Привыкай, – сказал и отвернулся, вновь погружаясь в свои мысли.

С теми, кто поступил на боевой, ему учиться шесть лет, надо точно знать кто чем дышит. Да, о нём разные ходили слухи, как о ветреном, взбалмошном и легкомысленном. По большей части рождались они именно из-за поведения принца и его желания таковым казаться. Зачем ему это? Ну, во-первых, на трон садиться он не спешил, а во-вторых, проще жить, когда враг недооценивает тебя.

Вот и пытался Кан поймать ту мысль, что ускользала, но зудела где-то на периферии, не давая забыть о ней. Что-то важное, что было не очевидно, но… Парень, хмурясь, вздохнул: не получалось понять.

Значит, решил он: “Пока займёмся выяснением кто и чем дышит”. Кто-то скажет, что это долгий процесс. Но он знал два способа, как можно заставить говорить правду. Для этого всего лишь нужно разозлить или напоить того, чью подноготную собираешься узнать.

Вот только ни один из этих способов ему не подходил. Кан, тихо выругавшись, кулаком пристукнул по подоконнику. Драться со всеми первокурсниками и портить с ними отношение не входило в его планы, а выпить за знакомство не позволит дядя. Можно сразу в первый день вылететь из академии. А он не для этого сюда с таким трудом поступал.

Хотя… В голове принца проскользнула шальная мысль: “Можно ведь и не пить, но развязать язык своим однокурсникам. Зря что ли он ночами просиживал в закрытой части библиотеки? Пожалуй, выжимка чёрного гриба подойдёт лучше всего: вкуса и запаха не имеет, а эффект лёгкой эйфории, развязывающей язык, проявляет.

– Стэн, как ты считаешь, – с кривой улыбкой принц повернулся к навязанному отцом другу, – не пора ли нам познакомиться с нашей группой поближе?

Парень непонимающе хмуро смотрел на него, и принцу пришлось пояснить:

– Нам с ними учиться шесть лет, стоит наладить отношения. В будущем это может быть очень полезно. Надо собрать всех и посидеть…

Видя, как широко распахиваются глаза парня, Кан поморщился, объясняя свои слова:

– Стэн, с компотиком посидеть. Ничего крепче. Спустись в столовую, она открыта в любое время. И принеси несколько бутылок чего там сегодня оставили повара для голодных адептов.

Айканар помнил угрозу дяди и давать ему шанс для отчисления не собирался.

Как только дверь закрылась, принц рванул к своей сумке. Это все остальные не должны были приносить с собой личных вещей, но не он. Зарывшись в нутро, парень быстро перебирал имущество, отыскивая необходимый пузырёк.

– Да где же он?! – терпение подводило. – А-а-а!.. Вот!!!

***

В это же время на пятом этаже у окна стояла девушка. Напряжённо кусая губы, погружённая в свои мысли, она невпопад отвечала соседке. Вскоре той надоело и, недовольно фыркнув, девушка ушла из комнаты, оставляя стоящую у окна в одиночестве.

“Дракон, принц, или Вир?”

Бестла уже попала туда, куда рвалась. Здесь, в академии её искать будут в самую последнюю очередь.

Вот только на кого поставить теперь? Она никак не ожидала, что может так фантастически повезти и она встретит первых лиц государства. Вир ей нравился. Её притягивала к нему, с одной стороны, загадочность, а с другой – чистота и невинность. Энергии этого парня могло хватить надолго, если забирать понемногу и незаметно. Да и нравилось ей совмещать приятное с полезным.

С другой стороны: принц и его дядя – это перспективы стать главной Ведьмой в Рукруане. Вот только просто так к ним не подобраться… Бестла тряхнула головой, решено: "Лучше Вир в руках, а там поглядим, вдруг и иное выгорит”.

***

Возле третьего окна стояла Виорела в домашних хлопковых штанах и большой в плечах футболке Колина. Она вспоминала, как друг, сделав морду кирпичом, сунул ей в руки свою майку.

– Оденешь мою, а когда нас выпустят в город, купим пижаму. Тебе, как парню, ночнушка не положена, – хохотнул он, скрывая неловкость.

Это было безумно мило и приятно. Насколько она могла вспомнить что-то из своего прошлого, большую часть жизни прожила вдали от дома, и о ней никто не беспокоился. Да, она ни в чём не нуждалась, но и тепла родных не чувствовала. За то время, что она была знакома с Колином, он стал её семьёй, родным и близким человеком. Она уже не представляла своей жизни без этого парня.

Колин куда-то ушёл, велев не ждать его, а ложиться спать. Но сон не шёл. Распахнув окно, девушка вдыхала тёплый сладковатый запах ночи. Что за растения пахли так сладко она не знала. Но под действием этого странного аромата расслабилась, а мысли стали рассеянными.

Вглядываясь в темноту ночи, девушка с любопытством гадала: куда ушёл друг. Здесь они ещё не были настолько с кем-то близки, чтобы ходить в гости. Постепенно мысли Виры переключились на суматошный прошедший день. Ещё утром, невыспавшаяся, она уснула на площади небольшого городишки. А сейчас уже скоро ляжет спать в своей комнате в общежитии академии, как полноправный ученик.

Перебирая в памяти всё произошедшее за день, она добралась до поступления. Это самое яркое воспоминание заставило захихикать, настолько всё прошло несуразно. Вот только смешок быстро пропал, а вместо него на щеках девушки появился лёгкий румянец. Перед её глазами как наяву встал ректор.

Молодой мужчина в синем полувоенном костюме и высоких сапогах замер на лестнице. Она не могла отвести взгляда от его жёлтых нечеловеческих глаз. Уже потом Вира отметила и его классическую красоту греческого божества, и черные с синим отливом волосы, и прекрасное телосложение. Но всё это было потом, а в самом начале она, словно плавилась в золоте горящих глаз, не отпускающих, требующих ответа. Как и утром, она задохнулась от всколыхнувшихся в ней чувств. Хотелось прижаться к этому мужчине, не отпуская его от себя. Странное, непонятное чувство к незнакомому постороннему человеку удивляло. Мало этого, она была уверена, что мужчина опасен.

“Хотя, нет, – одёрнула себя Вира, – опасность исходила от другого мужчины, стоявшего за ректором”.

Бледный почти до синевы, словно привыкший больше времени проводить в помещении без солнечного света, весь какой-то незаметный он вселял ужас. “Может быть своими жёлтыми глазами?” – Вира удивилась своему же вопросу: почему глаза ректора такого же цвета не вызвали чувства опасности у неё, а наглые, любопытные и смеющиеся глаза “серого” напугали?

Она не успела ответить сама себе на этот вопрос, когда дверь отворилась и заулыбавшаяся девушка увидела в дверях не Колина, как ожидала, а Бестлу.

Глава 9

Колин искал место, где мог бы спокойно выходить на связь со своим бывшим сюзереном. Прилегающая территория не подходила: высокая вероятность, что в любой момент столкнёшься с каким-нибудь адептом его не устраивала. Ещё днём, когда они заселялись в общежитие и носили учебники парень обратил внимание, что лестница не заканчивается на шестом этаже, а поднимается выше. Уже тогда он решил, что стоит проверить куда она ведёт. Даже если бы она не подходила для его целей, всегда нужно знать возможные пути отступления при непредвиденных обстоятельствах.

После отбоя оставив Виру в общежитии, Колин со спокойной душой направился к так заинтересовавшей его лестнице. Проходя по коридору он обратил внимание, что в комнатах старшекурсников находится больше двух адептов: оттуда раздавались весёлый смех, выкрики, а из некоторых подозрительный звон и бульканье. Ухмыльнувшись: адепты во всех мирах одинаковы, он продолжил свой путь никем не замеченный.

Не спеша двигаясь наверх парень осматривал лестницу. Поднявшись на верхний пролёт, попытался открыть дверь, но она не поддавалась. Нажав на неё плечом и вложив в действие каплю магии сумел сдвинуть. Дверь открылась со скрипом, и парень вышел на широкий балкон с удовольствием оглядываясь: это именно то, что он искал.

Самая высокая точка академии, скорее всего, раньше предназначалась для взлёта и посадки драконов. Но если судить по количеству пыли на ступеньках лестницы и балкона, и не смазанным петлям двери, да ещё вспомнить рабочий портал через который они сегодня пришли, становилось понятно, что этим местом давно не пользуются.

“Будет, где крылья размять”, – довольно решил парень и пройдя к ограждению, уселся на пол, облокачиваясь на него и располагаясь лицом к двери через которую прошёл. Сюда давно никто не поднимался, и его уединение, скорее всего, никто не потревожит. Но осторожность не помешает. Если кто-то заметив лёгкие следы в пыли пойдёт по ним, то обнаружит первогодка за очень интересным занятием, а это ему совершенно не нужно. Колин сделал себе заметочку: на обратной дороге запустить лёгкое заклинание очистки от пыли. Оно маленькое и незаметное, если не знать что искать, то и не найдёшь. А следы точно больше не смогут выдать его.

Быстро достав артефакт связи и проведя над ним ладонью, пару минут дожидался ответа. Разглядывая появившегося в зеркале растрёпанного мужчину, Колин понял, что вытащил его из постели.

– Ну? – нетерпение сквозило в голосе лорда.

– Мы поступили в академию, – не стал разочаровывать своего визави парень. – В городе есть наша группа?

– А что случилось? – насторожился мужчина.

– Нам нужны деньги и зелье убирающее запах тела.

– Это не проблема. Но ты уверен, что справишься со всеми трудностями?

– Уверен, у меня все под контролем.

Если бы собеседник Колина не был так уверен в нём, то прямо сейчас отдал бы приказ группе поддержки любым способом вывезти девушку из города и переправить на Вирею. Бросив на парня ещё один проницательный взгляд, спросил:

– Когда ты сможешь забрать запрошенное?

– Я не могу точно сказать, когда нас выпустят в город.

Мужчина задумался, что-то прикидывая.

– Через три дня в полночь на центральной площади сможешь быть?

Теперь уже задумался Колин: раньше чем через семь, десять дней их не выпустят, а ночью на крыльях он сможет вылететь в город. Как раз проверит, можно ли пересечь этот их хвалёный периметр.

– Думаю, смогу, – задумчиво кивнул.

– Скажи, как она… – мужчина жадно вперил взгляд в лицо парня, заставляя его чувствовать себя неуютно.

– Нормально: привыкает, кушает хорошо, здорова, весела…

Каждое слово будто стирало с лица мужчины одну за другой усталые, тревожные морщины. И Колин не выдержал, задавая мучивший его вопрос:

– У неё поразительно высокий магический резерв. Такое чувство, что она сама живой источник. В ней проявлены все четыре стихии, а также светлая, тёмная и магия разума. Кто она?

Мужчина криво усмехнулся:

– А ты до сих пор не понял?

Раздавшийся шум с улицы заставил Колина насторожиться и прервать связь. Свесив голову сквозь ограду он перестроил зрение на ночное. И с удивлением замер рассматривая как отряд воинов стараясь не шуметь везёт на грузовой телеге накрытую плотной тканью клетку. Расстояние до отряда оказалось даже большим, чем он рассчитывал, но ему всё же удалось уловить запах какого-то животного. Этот запах не походил на то зловоние, которое издавали твари бездны, но что-то похожее на него присутствовало в аромате крови растекавшейся по дну повозки.

Раненое существо вызвало нестерпимое любопытство Колина. Неужели тайна нападавших на его мир монстров будет открыта? Парень с жадным интересом провожал взглядом телегу, направлявшуюся к зверинцу академии. В голове крутилась масса вопросов, но главным оказался один: для чего доставили под покровом ночи эту тварь туда, где будет учиться наследный принц страны?

Задумчиво проследив как скрывается за кустами кавалькада, парень направился домой. Эта непрошеная мысль заставила его горько улыбнуться: скорее всего, он никогда больше не увидит родной дом, отца, мать и брата. Пусть так, он в любом случае сделает всё возможное, чтобы его мир выжил.

Пока Колин общался по артефакту на крыше и находился в полной уверенности, что Вира уже в постели и видит десятый сон, в их комнате появлялось всё больше и больше гостей.

Пришедшая первой Бестла уже минут пятнадцать практически домогалась Виорелу. Девушка наматывала шестой или седьмой круг по комнате с ужасом осознавая, что если Колин сейчас не придёт, то её изнасилуют прямо тут. И от понимания этого становилось ещё страшнее. Причём она сама себе даже не смогла бы ответить на вопрос, что пугало её больше всего: страх быть раскрытой или изнасилованной.

В дверь тукнули, обозначая “мы стучались”, и после этого в комнату сразу вошёл принц. Этот парень с длинными светло-русыми волосами небрежно схваченными изысканной заколкой на затылке, прямыми стрелами бровей и светло-карими умными и внимательными глазами, в которых изредка вспыхивали золотые искорки ироничной усмешки, стал её спасителем. Вслед за ним в комнате появился Стэнхард Лорекил, от которого, честно говоря, девушка с удовольствием держалась бы подальше.

Кан моментально отметил появившееся облегчение на лице невинной жертвы домогательств Скерн, как и промелькнувшее и мгновенно пропавшее недовольство той. Весело хмыкнув про себя: “А я-то вовремя, парнишку, похоже, хотели прям тут научить искусству любви. А он как мог, сопротивлялся. Кажется, я спас его. Это хорошо, значит подпустит ближе”, – и нацепив наивно удивлённый вид спросил:

– А что это вы тут делаете? – не обращая внимания на озадаченный взгляд Стэна, мимо него просочившегося в помещение, он уставился на Скерн.

Полыхнувшие бешенством глаза совсем не понравились Кану. Да, всего секундная вспышка ярости, но он заметил её: “К этой девочке стоит приглядеться поближе: непроста она, совсем непроста”.

Бестла еле сдержалась: сила уже покалывала кончики пальцев, готовая слететь с них боевым проклятием, сейчас она не могла себя раскрыть. Девушка знала, что Вир остался один и шла к нему, чтобы окончательно привязать парня к себе, ну и пополнить свой резерв, а её так жёстко обломали. Глядя в невинные, но очень внимательные глаза принца девушка окончательно поняла: с ним у неё ничего не получится, даже пробовать не стоит, если хочет жить долго и желательно благополучно. Но и врагом его делать не нужно.

Выдавить улыбку у неё так и не получилось.

– Я пришла к своему парню, – раздражённо прохрипела Бестла и сама порадовалась, что голос не сел до утробного рыка. – А вас стучаться не учили?

Не смогла сдержаться от шпильки девушка.

– А я стучался, – делая большие глаза и натягивая маску простачка пожал плечами принц.

Стэнхард переглядываясь с Вирой, следил за пикировкой ребят, когда хлопнула входная дверь и раздался недовольный голос:

– Что здесь происходит?

***

Человек сорок парней медленно тащились вслед за принцем, соблюдая дистанцию и неся бутылки с морсом и корзинки с выпечкой, оставленные поварами в столовой для вечно голодных адептов. Кто-то из них с предвкушением ожидал ночных посиделок, наслушавшись рассказов старших братьев, кто-то не понимал для чего это всё надо, когда можно спокойно выспаться, а познакомиться завтра. А кто-то опасался принца с его лёгкой неадекватностью, короче, равнодушных не было.

И все эти молодые боевики с любопытством смотрели на ребят идущих рядом с наследником, создавая с ним сплочённую на вид группу. В неё входили: Стэнхард, Колин, Вира и Бестла. Скерн, несмотря на то, что была единственной, как она думала, девушкой в этой компании, чувствовала себя прекрасно, повиснув на руке Вира и пытаясь сильнее прижаться к нему. Все уже были в курсе как поступала эта пятёрка и становилось понятно почему они сдружились, но вот что делала представительница другого факультета на первой, самой главной встрече боевиков, оставалось загадкой для всех.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Самгётан – это корейский куриный суп с женьшенем, состоящий из целой молодой курицы, наполненной чесноком, рисом, желе и женьшенем – все ингредиенты очень полезные. Этот тёплый суп популярен в жаркие летние дни и, как считается, улучшает ваше здоровье.

Вернуться

2

 Шохрон – государство на Рукруане.

Вернуться

3

 Песня – Священная война Музыка: А. Александров Слова: В. Лебедев-Кумач 1941 г.

Вернуться

4

Тор (тороид) – поверхность вращения, получаемая вращением образующей окружности вокруг оси, лежащей в плоскости этой окружности и не пересекающей её. (Простыми словами – баранка или пончик)

Вернуться

5

Шохрон – государство в мире Рукруан

Вернуться

6

 Онмот – Демиург Рукруана

Вернуться

7

“По маленькой” – текст песни – И.Секачева, музыка – М.Фадеев, исполнитель – Елена Кукарская

Вернуться