Алёна Май
Личный дневник (пьяной) влюбленной провидицы

Это нестандартное любовное фэнтези больше похожее на бразильский сериал. Здесь нет борьбы между добром и злом, не летают драконы, а любовь не спасет мир. Я хотела показать обратную сторону Магической Академии (ведь кроме учебы студенты еще и простые смертные), а также заглянуть в будущее и посмотреть, чем будут заниматься маги, закончив обучение. Но любви здесь много! Взаимной и не очень, безграничной, эмоциональной, дружеской, любви родителя к ребенку, а главное любви к самому себе. Неидеальная героиня, которая не принимает свой дар и ищет своё место в жизни. В общем, я вас предупредила.

С любовью к своему читателю, Алёна Май.

В моем телеграм-канале вы можете найти дополнительный контент по данной истории.

Часть I. Любовь в Академии Магии

Глава 1. Мы идем на стадион

Быть провидцем отвратительно. Быть провидцем, который не может держать язык за зубами – дважды отвратительно. Особенно, когда ты это не контролируешь и видения возникают в самый неожиданный момент, даже во сне.

В школе эти способности доставили немало проблем. Я знала всё и обо всех, и нередко становилась тем самым "крайним", который по своей доброте душевной хотел предостеречь от беды.

Была у меня подруга – Софи. Однажды мне пришло видение о том, что её парень собирается совершить измену. Я, конечно, не смогла держать это в себе и сразу побежала рассказывать, из самых добрых побуждений. Софи сначала сомневалась, но потом устроила парню скандал. Они не расстались, нет. Он обозвал нас “выдумщицами и фантазёрками” (представим, что он говорил культурно). А ещё добавил, что я сама на него вечно засматриваюсь и говорю это всё только, чтобы их поссорить. Мы с Софи больше не общались. А после выпуска они всё же расстались, только изменщицей оказалась Софи.

Хочешь насмешить Бога – расскажи ему о своих планах. В моем случае: хочешь, чтобы что-то не сбылось, сообщи об этом. Как факт: к провидцам относятся с долей скепсиса. Да, мы отлично ищем потерянные вещи, знаем, какой рецепт был у пирога вашей покойной бабули, а ещё мы отлично прогнозируем погоду. Природа живёт отдельно от людских желаний и мыслей, а потому не меняется лишь от того, что кто-то узнал, что скоро будет дождь или засуха.

Ни одно моё предсказание не сбылось в том виде, в каком было озвучено, как это случилось с Софи. Мои видения – один из множества вариантов в переплетении судеб. И таких историй, когда мой язык был быстрее здравого смысла – у меня вагон и целая тележка. Мой язык надо было просто вырвать с корнем и сжечь, но нет. Октавия Ленар – та, кто расскажет о вас всё и всем, даже если вы об этом не просили.

Тяжело вспоминать школу. Меня и правда не любили за излишнюю болтливость и старались лишний раз ко мне не прикасаться, чтобы, не дай Бог, я не выдала какое-нибудь предсказание.

В моей семье никогда не было провидцев. Нас очень мало и я бы назвала это проклятием, нежели благословением. В какой-то момент я и вовсе перестала воспринимать видения как что-то требующее моего внимания.

Я выработала в себе привычку: всё, что заседало в голове дольше, чем на час – переносить в дневник. Папа помог зачаровать его. Специальной ручкой я вытягивала из головы видение и размещала на страницы дневника. Прочесть что-то в нём никто бы не смог – страницы оставались пустыми, но я делала пометки, чтобы призывать воспоминания при необходимости. Дневник спасал мой разум от хаоса и помогал структурировать всё увиденное когда-либо.

Школа давно позади, теперь я студентка академии. И теперь я совершеннолетняя! И это просто прекрасно, потому что оказывается, чтобы не видеть никаких видений – надо отключить мозг. По-простому, напиться в хлам. С чем я абсолютно точно справляюсь лучше, чем кто бы то ни было! Родители вряд ли расскажут вам об этом способе, но факт остается фактом: все провидцы прожженные пьянчуги. Даже если какие-то вспышки происходят в голове, то всё это уже неважно, ведь на утро я с трудом могу вспомнить даже собственное имя.

– Ненавижу.... – процедила я сквозь зубы, ударяя стаканом в руке по барной стойке и расплескивая ядовито-зелёный напиток.

– О-о… Вита опять буянит. Кто понесёт её домой сегодня? – голос Шона звучал далеко и приглушенно, а его силуэт расплывался перед глазами.

Шон – бармен в таверне за стенами академии, уже давно привык к моим выходкам. Он был неплох собой: блондинчик, голубые глаза, высокий, а как ему шел этот коричневый фартук!

– Я пас. Я нёс её на прошлых выходных! Она весит целую тонну, хотя по ней и не скажешь, – отозвался Грег.

– Я вас всех ненавижу… – продолжала я свой агрессивный диалог с плывущим перед глазами портретом ректора, не обращая никакого внимания на своих друзей, что каждые выходные стойко выдерживают мой алкозабег и помогают добраться до дома. – Всё. Я пошла…

Я начала вставать со стула, но мой вестибулярный аппарат решил, что лежать на полу куда лучше, чем сидеть.

– Куда ты пошла, пьяница? – Иван подхватил меня за талию в метре от пола и не дал расшибить и без того, по моему мнению, довольно большой нос.

– Домой я пошла! – я вскинула на друга мутный взгляд, алкоголь норовил покинуть тело вместе с закусками. Я убрала руки друга со своей талии, шатаясь, выставила в его сторону указательный палец. – Твоя вторая жена будет очень красивой. До сих пор не понимаю, как с твоей рожей ты вообще с ней познакомишься.

Иван закатил глаза и цокнул.

– Ты уж определись, сколько у меня будет жён. Но помимо смазливого личика, на которое ты смотришь, у мужчин есть кое-что еще.

Ребята в таверне рассмеялись, а меня снова начало тошнить.

– Поверю тебе на слово, Иван. А теперь разойдись!

Я развела руки и сделала неуверенный шаг в сторону выхода. Иван и Грег вышли следом. На улице уже светало, утренняя осенняя прохлада бодрила и придавала сил. Чтобы добраться до общежития, надо сесть на лодку и обогнуть академию по каналу. Грести я была уже не в состоянии.

– Греееег… – взмолилась я своим самым милым голосом и выражением лица.

– Что?

– Отвезешь меня домой?

– Ну уж нет! Сама греби! Или не напивайся так каждый раз!

– Ты позволишь хрупкой девушке сесть на весла в таком состоянии?!

– Раз ты такая болтливая, то тебе явно полегчало, так что справишься, – Грег отвязывал лодку от причала. Иван выглядел задумчивым и недовольным.

– Ребят, ну простите меня. Вы же знаете, почему я так… ик… много пью. Дурацкая икота!

Иван снова закатил глаза, затем резко вырвал из рук Грега верёвку и сел в лодку на среднюю банку¹, одними глазами приказывая и мне уже занять своё место.

– О, Ваня, я тебя просто обожаю! – я неловко перелезла через бортик и села на кормовую банку.

Иван взмахнул руками, вырисовывая какие-то непонятные мне узоры, затем коснулся вёсел и они начали грести сами в сторону общежития, вниз по каналу. Грег помахал нам с причала, провожая.

– Хорошо быть практическим магом, да? Вам вообще ничего делать не надо. Взмахнул рукой и вот… лодка плывет сама. Хотелось бы и мне так.

– Для этого тоже нужно учиться, а еще быть в трезвом уме и спокойствии, иначе ничего не получится или выйдет не так, как хотел.

– Да-да-да. Все равно! Лучше, чем мои видения. В них даже никто не верит.

– Я верю.

Иван смотрел на меня так пристально и серьезно, что мне стало не по себе.

– Не смотри на меня таким лицом, оно стало еще ужаснее.

– Эй! Если я не в твоем вкусе, не значит, что надо постоянно мне об этом говорить! Вита, сколько можно?! – Иван обиделся и надулся. – Нормальное у меня лицо, идиотка.

– Всё равно люблю тебя и такого, мой дорогой друг. И да, твоя вторая жена…

– Хватит говорить о моих женах, у меня даже девушки нет!

– И не будет, если ты не исправишь свой нос. Сходи, наконец, в лечебное крыло и пусть целитель уберет этот ужасный шрам.

– Ты ничего не понимаешь, мужчину красят шрамы, – Иван гордо задрал нос и улыбнулся во все тридцать два зуба.

Если присмотреться, он и правда был неплох собой: высокий, волосы густые и всегда ухоженные, широкие плечи, рельефное тело из-за тренировок, но вот этот его нос…

– Я же женщина, прислушайся к совету.

– Да какая ты женщина, Вита… Ты мужик в юбке и язык у тебя как помело.

Я рассмеялась и это было моей ошибкой. Я была слишком пьяна. Живот свело судорогой, я перекинулась через бортик и вынужденно освободила себя от всего лишнего.

– Вот и какая ты девушка! Фу, Вита!

Я утерла рот рукавом, голова чуть прояснилась, а лодка уже почти приблизилась к причалу общежития. Оставшийся путь мы провели молча – Ваня запретил мне говорить. Я дико хотела спать, глаза налились свинцом.

– Не спи в лодке, я попрошу Фрею тебя встретить, – сказал Иван, привязывая веревку к причалу.

– Нет! Только не Фрея!

Я мгновенно проснулась и вскочила на ноги, раскачивая лодку. Перелезла через бортик и побежала в сторону двери. – Я сама дойду. Спасибо, что подвёз!

Я помахала Ивану издалека, увидела, как он ударил ладонью по лбу.

Фрея – моя соседка и лучшая подруга. Я больше, чем уверена, что Иван хотел увидеться с ней, поэтому решил проводить меня. Но Фрея не разделяет его симпатии и считает Ваню… надоедливым. И ей также не нравится, что я каждые выходные напиваюсь с ребятами в таверне. Она предпочитает по выходным проводить время за книгами или со своими склянками и котелками.

“Сейчас приду в комнату и попрошу сварить мне похмельное зелье”.

Общежитие академии стояло чуть в стороне от основных корпусов, насчитывало десять этажей. Мы жили на восьмом, отчего вид из окна был просто потрясающий: маленькие рыжие крыши жилых кварталов, затянутые в зелень растений; часовая башня располагалась в центре городской площади; каналы с лодками лабиринтом обнимали все эти домишки. Город просыпался, торговая площадь уже гудела, молочник призывал колокольчиком испробовать свежего молока. А там дальше – бескрайние поля и фермы.

Наши окна выходили на город, Академия же оставалась с другой стороны, защищенная магическим куполом для защиты простых жителей от боевых заклинаний, которые, теоретически, могли быть запущены как-то неаккуратно или оказаться слишком мощными.

Аккуратно зашла в комнату, Фреи видно не было. Из ванной доносились звуки льющейся воды.

“Купается, видимо. Эх, мне бы сейчас тоже искупаться. Во рту будто кошки справили нужду”.

Я осмотрела себя: пара пуговиц на кружевной рубашке оторвались, брюки в пятнах, носы ботинок сбиты, под ногтями грязь. Понюхала себя и тошнота снова подобралась к глотке: одежда сильно пропиталась табаком и потом.

“Пора избавиться от неё”.

Скинула с себя все, что могла, оставшись в одном белье. Захотела расчесать волосы, но не тут то было – они запутались так сильно, что если не намочить, то проще отрезать.

Замо́к ванной комнаты щёлкнул и, распаренная и свежая, передо мной явилась Фрея. Не девушка, а мечта: белая кожа без каких-либо изъянов, розовые губы, яркие голубые глаза, смольные волосы до талии, пышная грудь, скрытая белоснежным полотенцем, длинные ноги, красивые и длинные пальцы рук и маленькие и аккуратные на ногах, осанка как у царской особы, не меньше. А вот взгляд Фреи меня искренне пугал. Подруга имела на меня большое влияние и все время заставляла стыдиться себя.

– Явилась, алкашка?

– Прости, – я стыдливо уставилась в пол.

– Мойся иди, не воняй мне тут. И зубы почисти раз десять, чтобы я не ощущала твоего перегара.

– Как прикажет королева моего сердца! – я отдала честь госпоже этой комнаты и нырнула в душ.

Непослушные волосы удалось усмирить тремя порциями шампуня и каким-то волшебным кондиционером, что Фрея делала сама. На глаза попалась какая-то новая баночка с надписью: “Лосьон для тела”.

“Может, если намажусь им, стану чуть более привлекательной, как Фрея?”

С такими мыслями запустила свои ручонки в мягкую субстанцию с ароматом персика и смачно намазала ноги, живот и руки. Я почувствовала себя человеком. Нет, женщиной! И хоть я довольно плохо ухаживала за своим телом, иногда душа требовала всех этих женских масел и кремов.

– Садись ешь, – строго приказала Фрея.

– Как скажешь, любовь моя.

– Не паясничай мне тут. И это выпей.

Вот этого я и ждала – похмельный отвар. Он был отвратителен на вкус и запах, но бодрил максимально. Поморщившись, я осушила кубок с жижей невнятного цвета, прожевывая и заглатывая крупные куски травяной настойки. Фрея уже успела переодеться и с каменным лицом что-то читала, сидя напротив. Я накинулась на яичницу, что подруга, я уверена, с любовью приготовила для такой горе-соседки.

– Даже не спросишь, где я была? – спросила у Фреи с набитым ртом.

– В таверне, где еще? Для этого не надо быть провидцем, как ты. Ты либо там, либо в вашей астрономической башне.

– Я настолько предсказуема?

– Более чем.

– Там весело… – я пожала плечами.

– Не сомневаюсь.

– Ваня довез меня до дома. Хотел тебя позвать, но я убежала быстрее.

Уголок губ Фреи дернулся вниз. Она была не рада слышать о своем назойливом поклоннике. Мы еще немного поговорили, я убрала со стола и принялась мыть посуду, руками. Практическая магия была мне недоступна, а Фрея никогда не пыталась помочь, убежденная в том, что если я не научусь себя обслуживать, то после академии мне будет тяжело в повседневной жизни.

– Пойдешь со мной на стадион? – внезапно спросила Фрея.

Руки дрогнули и мыльная тарелка выскочила.

– А что там?

– Парни будут играть в футбол. Просто погода хорошая, дома сидеть скучно.

– И на кого мы идем смотреть? – я сощурившись, посмотрела на покрасневшую соседку.

– А ты еще не увидела своим третьим глазом?

Да всё я видела. Только не говорила. Фрея ходит на стадион, чтобы покрасоваться перед капитаном футбольной команды – Дереком. И да, он горяч. Настолько, что мы там будем точно не единственные воздыхательницы. На стадион припрется толпа визжащих девчонок.

Меня же больше привлекал нападающий – Леон. Поэтому отказать подруге было почти невозможно.

– Ладно, пошли. Посмотрим на Дерека.

– Октавия!

– Что? Ты задала вопрос, я ответила.

– Ты всё сглазишь, как обычно.

– Я же не рассказываю тебе о твоем будущем, так что не паникуй.

Фрея надулась, но сразу смягчилась. Я поспешила домыть посуду, просушила тарелки полотенцем. Переоделась в свежую одежду: свободную футболку, такие же мешковатые штаны, кроссовки, напялила на глаза солнечные очки, чтобы скрыть синяки под глазами. Фрея же вырядилась в платье и легкие босоножки.

– Дождя же не будет? – уточнила подруга.

– Не будет, – заверила её я.

Глава 2. Эротические фантазии – дело сугубо личное

Академия Боевой Магии и Прикладных Искусств – полное название нашего университета. Но если вы скажете Академия, то все вас поймут, так как она единственная на юге страны и одна из самых крупных и старейших. Она настолько большая, что в ней обучают всему, чему только можно обучить: магическая ветеринария, зельеварение, провидение, боевые искусства, практическая магия, астрономия, астрология, ментальные искусства, создание заклинаний, подчинение стихий и многое-многое другое.

Факультетов, как таковых, нет. Каждый поступивший проходит процедуру идентификации, которая показывает предрасположенность к тем или иным видам магии, и в зависимости от результата студенту подбирается индивидуальная программа, которую он посещает.

Мне же, кроме провидения, ничего не досталось, а потому я могу посещать, что угодно, надеясь на то, что где-то вдруг что-то получится. Знать теорию тоже неплохо: я веду подробные записи на лекциях и другие студенты частенько пользуются случаем у меня их одолжить. Не за бесплатно, конечно. Оплачивать счета в таверне тоже на что-то надо, а просить денег у родителей на пьянки как-то язык не поворачивается.

В свободное время я помогаю в библиотеке: проверяю архивы, протираю полки от пыли, реставрирую корешки, если надо. И хоть многое можно сделать с помощью магии, когда я сама тонирую переплет, подклеиваю или укрепляю листы – чувствую единение с историей. Некоторые книги и вовсе не приемлют никакого магического вмешательства, а потому мой труд ценится гораздо выше. А самое главное, что в библиотеке так мало людей, что я могу не бояться того, что какое-нибудь внезапное видение – об абсолютно случайном и незнакомом мне человеке – вдруг резко возникнет в голове и будет мучить, пока я не выдам предсказание адресату. Иногда мне кажется, что я какой-то судьбоносный почтальон. Только меня никто не спросил, хочу ли я им быть.

Фрея шла чуть впереди. Её волосы подпрыгивали в воздух с каждым шагом. Они так блестели на солнце, что глаз не оторвать. И этот “хвостик”, болтающийся туда-сюда, гипнотизировал. Парни один за одним отрывали свои взгляды от поля и устремляли взгляды на мою подругу. Кто бы сомневался! Я, может, и хотела бы такого же внимания от противоположного пола, но все доставалось Фрее. Я уже смирилась со статусом “некрасивой подружки”.

– Эй, Ленар. Снова хреново? – кто-то позвал меня с верхней трибуны.

Тина Спиннер махала нам с Фреей рукой, приглашая сесть рядом. Фрея утвердительно кивнула. Всё лучше, чем пытаться пробиться через толпу фанатов и фанаток, да и сверху видно лучше.

– А ты, мисс Грин, всё цветешь и пахнешь?

– Тина, что за привычка – называть всех по фамилии? – Фрея была не в духе, потеснила Тину и уселась рядом, доставая из хлопковой сумочки бинокль.

– А что не так?

– Всё нормально, Тин, – успокоила я Тину, похлопав по плечу и сев с другой стороны так, что та оказалась между мной и Фреей. – Какой счёт?

– Да кто за ним вообще тут следит? Это тебе надо к парням спускаться.

– Твоя правда.

Глазами забегала по полю в поисках того самого, который интересовал меня больше остальных. Я сразу нашла Дерека, что подобно Аполлону, сошедшему с Олимпа, весь аж светился от пота и эти его пепельные кудри… Фрея тоже его уже заметила и вся ёрзала на скамье, готовая, как мне кажется, выбежать на поле и накинуться на него.

А вот и Леон Грейвз – предмет моего обожания и человек, которого я шугаюсь как огня в академии. Не хочу ничего знать о его судьбе! Хочу смотреть издалека и мечтать о том, как его сильные накачанные руки…

– Ленар! Похмелиться не хошь?

“Да кого посмел вытягивать меня из мечтаний о красавчике нападающем?!”

– Спасибо, у меня всё в порядке.

Каждый норовил подколоть меня, зная, что я не просыхаю все выходные, но им меня не понять. Они пьют, чтобы им было весело, я пью – чтобы не было больно. Ведь не каждое видение… безобидное.

– Еще одно слово, и я сделаю тебе предсказание.

– Они никогда не сбываются, – парень чуть ниже на ступеньках смеялся надо мной.

– Да. Ну тогда ничего страшного, если я расскажу твоей матери, куда ты дел студенческий займ…

– Эй, ты! – парень был зол, вскочил с места и направлялся прямо ко мне.

Тина Спиннер и Фрея отгородили меня от заносчивого грубияна и мягко предложили уйти. Есть в Тине нечто прекрасное – то, что она училась на боевого мага и была больше похожа на мальчишку со своей короткой стрижкой и плоской грудью. Но никто никогда не сомневался в её способностях.

Парень, имени которого никто не знал и не собирался узнавать, цыкнул и сел на своё место.

– Вита, прекрати их провоцировать, – строго начала Фрея. Я лениво посмотрела на подругу. – Ладно, он первый начал, но зачем надо было говорить про его мать?

– Да об этом вся Академия знает. Для этого не надо быть провидицей.

– И куда он дел займ? – воодушевленно спросила Тина.

– Проиграл на скачках, а часть потратил на ту новую породу собаки, похожую на маленькую крыску, для своей подружки.

– Они миленькие… – медленно протянула Фрея, снова уставившись в бинокль.

Этот парень немного выбесил меня, от этого голова начала болеть и даже мысли о Леоне никак не радовали. Тина болтала без умолку, Фрея в ответ несвязно мычала.

– Что-то я утомилась. Я не спала всю ночь, вернусь в общагу и посплю, – резюмировала я свое состояние.

– Я думала, мы после матча сходим на вечеринку, – Фрея с умоляющими глазами смотрела на меня в упор.

– Какую еще вечеринку?

– Ну которую устраивает футбольная команда после матча, – Тина поддержала Фрею.

– Вы хотите отвести меня в толпу людей? Я же не смогу там не пить, чтобы держать себя в руках.

– Ты никогда с нами не ходишь, – надулась соседка. – Как пить с Иваном и Грегом в таверне, так ты бежишь.

– Они знают все обо мне, а я о них. И с ними я уверена, что меня хотя бы доставят до дома.

– Мы тоже можем доставить тебя до дома, – продолжала атаковать Фрея.

– Если ты сваришь мне какое-нибудь зелье, что будет заглушать мой дар, то я подумаю. Пить перед учебой я не хочу. Профессор Филаксис меня просто убьет, если я не буду свеженькой завтра на практике.

Я точно знала, что Фрея пока не может приготовить такое зелье. Она училась на третьем курсе, а зелья разума проходили на четвертом. И хоть она была способной студенткой, в ее арсенале просто не было необходимых ингредиентов. А раз они собрались на вечеринку, то я могла провести весь день в комнате одна, что-то почитать и поспать.

– Иди спи, а потом всё равно приходи на вечеринку.

– Да зачем я там тебе? Сходите с Тиной вдвоем.

Фрея буквально прожгла меня взглядом. Она смотрела так пристально, что в голове непроизвольно возникли образы. Как она подходит к Дереку, что-то ему говорит, он смеется и жестом приглашает пройти в какую-то комнату, скрытую от других глаз портретом одного из деканов, а дальше страстные поцелуи, горячие пальцы на коже, переплетение дыханий и о, мой бог, я не хотела этого знать…

Я вся покраснела, вернувшись в реальность. Фрея, как в зеркало глядела, стала такой же красной.

“Это её мысли или это её будущее? И зачем ей я?! Свечку подержать или на шухере постоять? Или отговорить от этой идеи?”

– Ладно. Приду. Но поспать мне надо. И найди мне где-нибудь пива, иначе я не переживу такое столпотворение.

– Могу притащить из подвала отца забойный самогон, – Тина была очень возбуждена, когда это произнесла. – Одна рюмка и ты словно заново родился!

– Пойдет.

– Вита!

– Ты же хотела, чтобы я пошла.

– Всё, делайте, что хотите, но чтобы были обе как штык! – взвизгнула Фрея и снова уткнулась в бинокль. Мы с Тиной похихикали, мой рот растянулся в довольной ухмылке.

Я ушла назад в общагу, скинула с себя все шмотки и упала лицом в холодную подушку.

– Какой кайф…

Я раскинула конечности звездой, собрала одеяло руками и ногами и прокрутилась, заворачиваясь в кокон, и ушла в постель с головой, как гусеничка.

“Сейчас я тут полежу и превращусь в порхающую бабочку”.

Перед глазами невольно всплыла картина последнего видения с Фреей и Дереком в главных ролях. Вот же гадство! Низ живота потянуло и скрутило, сердце учащенно застучало, щеки снова налились краской.

“Надо отвлечься!”

Начала представлять вместо Фреи себя, а вместо Дерека – Леона.

“Так намного лучше”.

Мой дневник хранил не только предсказания, он также содержал в себе коллекцию эротических снов, которые могли возникать в голове ночь за ночью. И чтобы хоть как-то сбить это сексуальное наваждение, я и их стала запихивать в дневник. В особый раздел, с грифом “Совершенно секретно”.

Будучи девственницей, которая шугается людей, тяжело сдерживать усиливающееся с годами влечение к противоположному полу. Алкоголь и в этом помогал. Пьяной мне не нужны были плотские утехи ни в каком виде. Но сейчас я была уже трезва и снова нахлынула эта горячая волна желания. Мои сны были яркие и осязаемые, я доставала из своего подсознания самые извращенные фантазии и творила с персонажами своих снов, что угодно. Я решила, что не буду ничего не менять. Я буду собой, и мой партнер тоже останется неизменным.

Леон учился на ветеринара. А в свободное от учебы время играл в футбол. Они с Дереком были друзьями детства. Откуда я это знаю? Я знаю всё и обо всех, даже когда этого не хочу. Скрывать не буду, сплетни я люблю как слушать, так и распространять. Видимо, профдеформация.

Я перевернулась на спину, выпрямилась. Руки невольно заскользили по телу, пока в голове вырисовывался красочный образ второго красавца футбольной команды. Мы были в той самой закрытой комнате из видения: пошлый красный диван перетянутый каретной стяжкой, свечи в канделябрах, бутылка вина на двоих и два пирожных с аппетитной кремовой шапочкой. Леон был одет в черную свободную футболку, скрывающую рельефный торс, каштановые волосы зачесаны назад. Я засмотрелась на его ярко очерченные скулы и красивый нос. А эти голубые глаза…

Наяву я закусила губу, готовая уже растечься лужицей по кровати. Леон предложил мне присесть, а я мучилась от того, что только на диван, а не сразу ему на колени. Он наполнил бокалы благородной красной жидкостью и протянул мне один.

– За победу в турнире, – произнес он тост своим низким бархатным голосом. – И за тебя.

“Всё, я попала в плен фантазии. Останусь тут и никуда не пойду!”

– Чин-чин, – скромно произнесла я, как будто и не своим голосом.

Леон сделал небольшой глоток, я тоже. Он забрал бокал у меня из рук и поставил на столик, а затем придвинулся ближе. Я вся была в нетерпении, этот сон слишком долго раскачивался.

– У тебя ресничка на щеке. Загадаешь желание?

“Конечно, загадаю! Чтобы ты прямо сейчас разделся и перестал болтать!”

– Загадала.

Пальцы Леона коснулись щеки, и в этом месте стало горячо. Он сдул ресничку, и я почувствовала легкий аромат ополаскивателя для рта. Моя фантазия творит чудеса.

Я закрыла глаза и мои губы встретились с чужими, мягкими и властными, дневная щетина приятно щекотала кожу. Я отдалась этому поцелую и тому, что происходило дальше. Вот я уже на спине, сильные и смелые руки изучают моё тело, губы спускаются все ниже и ниже, и я вся в предвкушении…

– Вита! Ты спишь?!

Голос матери прозвучал как раскат грома среди ясного неба. Я вскочила с кровати, зарываясь целиком в одеяло. Лицо пылало, а мыслями я всё ещё была на том красном диване в объятиях красавчика, что целует меня где можно и где нельзя.

– Мама! Я вообще-то спала!

– Ты какая-то раскрасневшаяся, у тебя жар?

“Да! У меня точно жар! Жар, которым я готова тебя сейчас испепелить!”

Лик матери смотрел на меня из магического шара.

“И почему она решила позвонить именно сейчас, а не минут на тридцать попозже?”

– Что ты хотела, мам? – раздраженно спросила я.

– Отец отправил тебе посылку с домашними закрутками. Нужно встретить курьера, он будет через пятнадцать минут у ворот.

– Это надо было делать сегодня?

– А когда еще? Завтра ты весь день будешь на учебе.

– Хорошо. Встречу. Что-то еще?

– Бабушка приезжала, передавала тебе “привет”.

– Ей тоже привет. Мам, я хотела еще поспать.

– Спишь днем? Ты точно не заболела?

– Точно, мам. Пока!

Я ударила по магическому шару и образ матери исчез также стремительно, как и появился. Вот надо же было забыть хотя бы унести его в общую зону.

Я упала спиной на кровать и снова накрылась одеялом с головой. Мой прекрасный сон был неизбежно испорчен. Еще и курьера встречать. Села на кровать, тело еще помнило руки Леона, хоть это всё и было плодом моей фантазии.

Наспех оделась. Взяла свою любимую ручку и отправила сон в дневник, намереваясь продолжить при первой возможности. Голова стала легкой, эмоции поутихли, стоило забрать из мыслей ту часть, которая возбуждала тело и душу. Немного размявшись, готовая к тому, что посылка будет тяжелее, чем кажется, а магией донести до комнаты я её не смогу, вышла из комнаты.

Да, мамины закрутки и передачки – это что-то с чем-то. Их было тяжело удерживать даже курьеру.

– Вы уверены, что донесете сами?

– Вас все равно не пустят, а у меня нет выбора.

– Распишитесь.

Оставила свой росчерк на пергаменте, и упираясь ногами в пол, подняла тяжелую коробку, как учил тренер – давая нагрузку на руки, но никак не на спину. Благо, хоть на восьмой этаж не надо идти пешком.

Лифт ехал целую вечность. Двери открылись, и у меня перехватило дыхание. Передо мной стоял Леон собственной персоной. Еще какие-то полчаса назад я фантазировала о нем в своей постели, а теперь столкнулась с ним лицом к лицу!

Смущенно опустила глаза в пол, и зашла в лифт со своей огромной коробкой, пытаясь спрятаться за ней.

– Тебе помочь? – спросил Леон легко и непринужденно.

– Нет! Не надо! – слишком нервно ответила я и начала судорожно жать кнопку лифта.

– Ты пойдешь на вечеринку?

Двери лифта закрылись перед его носом, я даже не смогла бы ничего ответить.

“Зачем он это спросил? Он же меня даже не знает”.

Щеки пылали, словно у меня и правда поднялась температура. Леон Грейвз со мной заговорил, и мне даже не пришло никакого странного видения. Это не могло не радовать. Мамины закрутки вдруг показались легче перышка.

“Он хочет меня там видеть? Меня? Октавию Ленар? Или я слишком рано радуюсь и это была просто вежливость?”

Так или иначе, я решила, что должна там быть. Как минимум, я обещала Фрее.

“И что мне надеть?”

Глава 3. Неубиваемая Ленар

Мой выбор пал на какую-то невнятную, но, благо, чистую рубашку с рюшами, которую мама подарила мне на какой-то праздник, и юбку почти в пол из льна, коричневого цвета. Выглядела я как доярка, но такая… на стиле. Синяки под глазами я попыталась замазать косметикой Фреи, чуть подвела глаза, расчесала спутанную копну пшеничных волос, которые уже через час забыли о том, что я их мазала чем-то для увлажнения, собрала передние пряди на затылке с помощью заколки в форме полумесяца.

В целом, получилось не плохо. В моем стиле: не очень нарядно, но и не совсем по-бомжатски. И чего это я вообще так распереживалась? Леон просто кинул какую-то невнятную фразу мне в закрывающиеся двери лифта, а я уже напридумывала себе “жили долго и счастливо”, но всё же эти эмоции было приятно испытывать. Легкое волнение, заставляющее сердце учащенно биться, воодушевленность от…

“Даже думать не хочу дальше! Пусть всё будет как будет. Если рюмка самогона Тины не сделает из меня демона, то всё должно пройти отлично. Я просто послежу за Фреей и спокойно уйду домой.”

Вечеринку проводили в подвале общежития. Раньше здесь жили некроманты, но их учения давно под запретом, а потому комнаты пустовали, но осталось много всяких диковинных вещиц, которые теперь служили предметами интерьера, нежели имели какой-то магический вес.

Я глазами искала Тину с Фреей. Они оказались сидящими за одним из столиков, что ребята из футбольной команды притащили со склада. Здесь даже были скатерти-самобранки, что подавали тебе какие пожелаешь закуски и напитки.

Я и забыла об этой традиции – вечер посвящения. На первом курсе я не участвовала, боясь излишней толпы, так что сейчас и для меня это своего рода посвящение. Дерека или Леона видно не было и это ненадолго придало спокойствия, но всё же было очень много людей.

– Вита! – Тина помахала, увидев меня, приглашая сесть с ними и теребя в руках маленькую склянку того самого убойного самогона, о котором говорила.

– И это всё?

– Да одна капля лошадь уложит, тебе сколько надо?

– Не знаю, я же его не пробовала, – я пожала плечами.

– Вита у нас как целый табун, – посмеялась Фрея, Тина звонко рассмеялась следом. – А я смотрю, ты приоделась.

Я робко провела по волосам и начала разглаживать складки на юбке. Фрея удивленно вскинула брови.

– Хватит так смотреть. Наливайте!

– Это другой разговор, – подхватила Тина.

Я открыла рот и высунула язык. Пипеткой Тина капнула мне каплю прозрачной жидкости, которая обожгла язык.

– Ай!

Тело наполнила энергия, мне захотелось петь, танцевать и много чего еще.

– Ух. И правда интересная вещица.

– Я же говорила! Ты погоди. Эффект приходит не сразу.

– Да? Мне уже вполне хорошо, – мои конечности покалывало от онемения.

– Ты главное его ни с чем не мешай.

Голова очистилась от лишних мыслей, и я была уверена почти на сто, что не должно произойти ничего из ряда вон выходящего. Или эта уверенность была продиктована самогоном? Даже если придет предсказание, я просто засуну в рот побольше еды и буду жевать, пока не подавлюсь, чтобы не дай бог не начать тут устраивать цирковое представление, за которое мне не заплатят.

Фрея накрыла мою ладонь своей и крепко сжала, привлекая внимание. Я повернула голову и увидела Дерека и Леона. Они, вошли в двери аки цари, и приковали к себе взгляды всех присутствующих. Фрея была просто сгустком феромонов. Видать, овуляция настигла, и тело жаждет спаривания. То, что она решила пойти атакой на предмет своего обожания и даже, возможно, дойти до самого конца – меня сильно удивляло.

– Вита, он пришёл, – шёпотом и дрожащими губами произнесла подруга.

– А чего бы ему не прийти на свою собственную вечеринку?

Тина прыснула в кулак, а следом упрятала за пазуху волшебный – от которого я вся обомлела – самогон. Фрея становилась всё бледнее и бледнее.

– Что такое?! Тебе плохо?!

– Он идёт сюда, – еле слышно произнесла подруга.

– Что?! – я думала, что спрашиваю обычным голосом, но я просто орала на неё.

Нас окутала тень. Я подняла глаза и встретилась с голубыми глазами с Леона.. Меня это совершенно не смутило.

“Этот дурацкий самогон, кажется, притупил вообще все мои чувства. Вот он, прямо передо мной, а я не испытываю… ничего. Это же дико скучно, и я такого не хотела! Или хотела?”

– Малышка Ти, и ты тут!

Дерек дал пять “малышке Ти”, а точнее, нашей Тине Спиннер, и мы с Фреей одновременно повернулись к ней в немом вопросе: "Вы что, знакомы?", но она нас проигнорировала, увлечённо продолжая обмениваться любезностями с Дереком.

– Она никогда не говорила, что общается с Дереком, – шипела Фрея мне на ухо.

– А зачем ей это нам говорить?! Ты разве рассказывала ей о…

Докричать я не успела, Фрея зажала мне рот рукой. Я перевела заторможенный взгляд на Леона и вперилась в него.

“А это прикольно. Смотреть на кого-то и не видеть, что с ним произойдёт в ближайшее время. Да, я уже напивалась раньше, но этого всё равно было недостаточно, а тут всего капля и такой эффект. Что отец Тины кладет в это пойло?“

– А твои подруги довольно громкие, – посмеялся надо мной Дерек, а я не обращала на него никакого внимания, продолжая блуждать взглядом по каждому сантиметру лица Леона.

– У Виты довольно сильный дар провидения и чтобы она расслабилась, я дала ей отцовский самогон.

– Тот самый?! – Дерек звучал обеспокоенным. – И она ещё в сознании?

– Как видишь! А это Фрея, она с курса по зельеварению…

Слова Тины звучали для меня как "Да эту алкашку даже убойный самогон бати Спиннера не берёт!". Ну, как-то так. И, наверное, я должна была провалиться со стыда в этот момент, но мне было так на всё фиолетово…

“Мне бы просто сидеть да смотреть на Леона дальше.”

Кажется, я уже даже начала ощущать какое-то лёгкое влечение к нему. Или оно было настолько сильным, что даже алкоголь не мог его сбить. Вопрос хороший, решила подумать об этом позже.

– Я пойду в туалет схожу! Умоюсь! – проорала я в лицо Фрее, убирая руки со своего рта.

– Я тебе помогу.

– Не надо! Общайтесь!

Я прочистила горло и уверенно пошла в сторону уборных. Дерек, и даже Леон, проводили меня заливистым смехом.

Плеснув в лицо приличное количество холодной воды, я, наконец, пришла в чувства.

– Тина, чтоб тебя, предупреждать же надо!

Я выглядела ещё хуже, чем с похмелья. Волосы мокрыми сосульками свисали вдоль щёк, макияж размазался, а обновить нечем. Решила смыть его к чертям собачьим, и пусть смотрят на меня, какой есть.

“Натуральная красота, чтоб её!”

Я не знаю, сколько я времени провела в уборной, но выглядело так, будто меня не было несколько часов. Все вокруг веселились, кто-то пел под звуки зачарованной гитары, парочки зажимались по углам. И что-то все были такие уже… хорошие, пьяненькие.

– О, ты очнулась! Наконец-то.

– Тина, что произошло? Не давай мне больше эту… вот это вот, что твой отец делает.

– Да, я уже поняла, что плохая была идея. Ты целый час стояла и смотрела на себя в зеркало в туалете, никого не замечая…

– Что вот просто стояла и смотрела?

– Ну ты не буянила, и мы решили тебя так оставить, – Тина виновато посмотрела на меня. – Раньше парни пробовали этот самогон и просто вырубались, но ты даже сознание не потеряла. Ну, если можно так сказать.

– Тина, а тебя не учили предупреждать до того, как что-то кому-то предлагать? И вырубаться в мои планы как-то не входило!

Я готова была придушить эту маленькую, улыбающуюся девчонку, и меня не остановило бы даже то, что она сильнее, но потом передумала.

“Пусть живёт”.

– Вот я как знала, что не надо с вами никуда идти! Теперь столько слухов будет… – я накрыла лицо ладонью и шумно выдохнула в неё.

– Да ладно тебе. Всех это только повеселило! Тебе даже придумали прозвище – "Неубиваемая Ленар".

– Прекрасно. Мало мне прозвищ, так ещё и это. А кстати, где Фрея?

– Ой, а я что-то потеряла ее из виду. Может, она ушла.

“Да как же. Ушла она. Она бы никогда не оставила меня одну в толпе, хотя кто знает, может, решила отомстить или проучить, чтобы неповадно было больше пить, что попало”.

Глазами пробежалась по толпе, Фреи нигде не было. Отпустила Тину с миром и отправилась на поиски. Ох, что-то мне подсказывало, что в этот раз моё видение окажется самым, что ни на есть, настоящим. Не одним из путей, а именно тем самым. Кто я такая, чтобы вмешиваться, меня об этом не просили. В душе притаилось какое-то странное чувство… Те образы, что возникли, глядя на Фрею, не просились наружу, а остались со мной, хотя обычно стоит мне получить какое-то предсказание, как мой язык тут же выдавал его получателю. Что-то не так, но что?

“Картина, там была картина. Где она?”

Осмотрелась и никаких портретов мною обнаружено не было. Вышла в коридор, освещаемый лишь свечами. Жутковато, но в духе некромантов, аутентично. Звон каблуков эхом разносился по коридору, отскакивая от стен. Сквозь редкие трещины в каменных стенах просачивался холодный ночной ветер. Как же хотелось уйти и упасть уже в свою кроватку, почитать дневник, повспоминать пару красавчиков и забыться с ними со сне.

"Вот они!" – возликовала я, увидя на стенах ряд портретов всех деканов и ректоров когда-либо преподававших и управлявших в Академии. Мне нужен был тот, рядом с которым располагалась неприметная серая дверь. И я её нашла.

Подойдя ближе, щеки снова обдало жаром. Там явно была какая-то парочка, и я даже знала какая. Заглядывать внутрь не стала, решив, что достаточно просто постоять в сторонке и покараулить.

“Если вдруг Фрея закричит, то я смогу быстро прийти на помощь”.

Пригляделась, нашла неплохой подсвечник на стене, которым можно было бы, в случае чего, ударить по голове. Но вот просто стоять так у холодной стены совершенно не хотелось. Я прошлась чуть дальше – когда ещё спущусь в этот подвал – и там меня ждал сюрприз. Один голубоглазый и расстроенный сюрприз.

Наши с Леоном глаза встретились, и я всё поняла. Сердце сжалось от осознания того, что видение, где Фрея и Дерек кувыркаются на красном диване предназначалось совсем не моей подруге. Оно было о Леоне. Образы складывались один за другим. Тогда в лифте, спрашивая пойду ли я на вечеринку, он спрашивал не обо мне, а о моей соседке. А я, дура наивная, решила, что как-то могла его заинтересовать. И теперь, он также, как и я, стоит на шухере у своего лучшего друга, который развлекается с той, что приглянулась ему самому. Ох, уж эта стая… Вожак выбрал себе самку, а остальные псы лишь могут смириться с действительностью.

– Октавия? – Леон встал с пола и с беспокойством в голосе справился о моём состоянии: – Пришла в себя?

– Можно просто Вита, полное имя какое-то слишком официальное. И да, мне уже лучше, – я спрятала разочарованное лицо в волосах, изучая свою обувь.

– Зачем тебе подсвечник?

– А вдруг кто нападёт в этом тёмном коридоре?

Леон посмеялся. А я решила, что все-таки посидеть на полу – отличная идея. Он сел рядом. Мы молчали, прекрасно понимая, зачем оба тут сидим. К чему слова?

– А ты… – Леон, видимо, решил поддерживать светскую беседу. – Провидица?

– Не проси сделать тебе предсказание, я не буду этого делать, – резко ответила я.

– О нет. Ничего такого. Просто подумал, что это круто.

Я фыркнула, да так, что издала поросячье хрюканье. Сексуальнее и быть не может. Леон галантно сделал вид, что не заметил.

– Нет в провидении ничего крутого. Вечный хаос в голове. Не понимаешь, где твои мысли, а где чужие судьбы.

– Всё равно звучит круто… – Леон виновато опустил глаза в пол.

Он был похож на побитого щеночка, так хотелось взять его к себе домой, отмыть, приласкать, накормить и напоить.

“Нет, Октавия Ленар, это не твоего поля ягодка. Хотя… нет-нет и нет. Ему нравится Фрея, и откуда вообще эти мысли о том, что а вдруг, из-за друга, его чувства поутихнут и он переключится на тебя? Это глупо.”

Чувства не исчезают в моменте, им нужно время. А так как я близкая подруга Фреи, то глядя на меня, он каждый раз будет думать о ней.

“Забудь. Просто забудь. Пусть он останется в твоих фантазиях!“

Но Леон продолжал со мной говорить. Говорил и говорил: что-то о ящерицах, что-то об их декане-анимаге, который разрешал его изучать на парах, бессмысленные и беспощадные темы. А в моей голове били в колокол стоны Фреи и Дерека, которые перестали быть тихими и томными. От этого было ой как не по себе, настолько, что в голову лезли куда более интересные фантазии.

– Пошли отсюда!

– А как же… – Леон указал в сторону двери.

– Мы что с тобой швейцары или охранники?! Они там и без нас справятся. Мы пришли на вечеринку или как?

– А если их кто-то увидит?

Я вскочила с пола и направилась к двери, замахнулась рукой, чтобы постучать и прервать горе-любовников, но Леон не дал мне этого сделать. Рывком он оттащил меня от двери, прижал к стене своей мускулистой рукой и показал пальцем "Тшш".

– Что ты делаешь?! Хочешь тут до утра сидеть?! А если они вообще никогда оттуда не выйдут?!

Я агрессивно шептала ему в лицо свои возмущения, но затем поняла в какой позе мы находимся: я вжата в стену Леоном, могу ощущать его дыхание своими губами, он смотрит мне прямо в глаза, места для манёвра немного, а подсвечник я оставила на полу. Секунды превратились в вечность. Я была загипнотизирована этими глазами.

“Зачем он это сделал? Зачем остановил меня? Мы могли просто уйти и поболтать в другом месте, менее возбуждающем”.

Я зажмурилась. Меня охватила паника, что от такого зрительного контакта, появится какое-нибудь очередное видение, которое мне не понравится. А что, если понравится?

“Может, к чёрту все эти прятки и просто будь как будет?”

– Прости, но не надо им мешать, – Леон аккуратно отпустил меня, а я захотела выть на Луну.

“Можно мне, пожалуйста, хоть ещё немного ощутить рельеф его тела? Хотя бы минутку, хотя бы в такой странной позе?“

Леон отошёл и отвел взгляд, а видения всё так и не было. Списала всё на то, что не кончилось действие самогона.

“Могу ли я совершить глупость, а потом списать на то, что была пьяна? Да так делают все и почему-то только я задалась вопросами совести.”

Теперь я прожигала глазами голубоглазого ветеринара. И всё это под стоны наших друзей за дверью.

– Почему ты так смотришь? У меня что-то на лице?

– Ресничка, – произнесла первое, что пришло в голову.

– Что? Где?

Словно в бреду я подошла ближе к Леону и докоснулась до гладкой щеки. Он сегодня побрился и был не таким, как я представляла. От моего прикосновения мышца на его шее едва заметно дрогнула, а я уже была совсем в бреду.

“Почему Фрее – всё, а мне – ничего?”

Что на меня нашло, я не знаю. Даже в своих самых пьяных загулах я не позволяла себе таких вольностей, но этот парень просто сводил с ума.

Я подалась вперёд и поцеловала Леона, впилась в него губами, желая выпить всего без остатка. Леон был явно ошарашен моим поступком, стоял как истукан, и хоть его запах дурманил, но вот все эти разговоры ни о чем и бездействие, поубавили мой запал. И я отстранилась.

– Прости, просто эти стоны…

Тишину коридора снова нарушил звонкий голос Фреи и бас Дерека. Я смутилась и готова была бежать, что есть мочи, уже развернулась всем корпусом, но Леон, видимо, подумал или передумал… Черт его знает! Видений не было и я ничего не могла предугадать, но он развернул меня к себе лицом, обхватил щеки ладонями и поцеловал.

Я думала, что умру на месте, глаза сами собой закрылись. Я готова была отдаться ему прямо в этом грязном коридоре, чтобы все, кто были на портретах, смотрели и завидовали. Слишком дерзко для девушки без сексуального опыта, но, кажется, все мои внутренности полыхали.

Я запустила руки в волосы красавчика. Он обхватил меня за талию и прижал ближе. Наши дыхания переплетались, сбивались, снова находили друг друга. В местах, где Леон касался меня, кожа горела, но границ он не переходил. Мне не хватало воздуха и кружилась голова, но я продолжала целоваться с этим парнем из моих фантазий под аккомпанемент Фреи и Дерека. Я ощущала настроение Леона, пробивающееся через плотную ткань штанов, но до конца не была уверена, что именно его вызвало. Я, как девушка, как Октавия, или сама ситуация, в которой мы оказались.

Видение все-таки меня посетило: через пять минут в этот подвал ворвется комендант и разгонит всю вечеринку, а затем пойдёт по коридорам искать остальных "выживших". Нас с Леоном он просто спугнет, а вот Фрее и Дереку достанется по самые помидоры за разврат в стенах университета.

– Всё в порядке? Ты не хочешь? – сбивчиво спросил Леон, когда я резко отстранилась.

– Нам надо отсюда валить, сейчас припрется коменда.

– Ты видела?

– Да. И этим любовникам достанется больше всех, – я махнула в сторону злополучной двери.

Леон тяжело, но как-то с облегчением, выдохнул, провёл большим пальцем по губам. Я машинально отзеркалила жест и, поняв это, спешно убрала руку.

– Давай я. Это же моё видение было.

Мне уже было всё равно, что подумает Фрея. Я со всей дури постучала в дверь и что есть мочи крикнула:

– Если вы сейчас не прерветесь, то коменда отжарит вас куда посильнее!

– Твою мать, Вита! – взвизгнула Фрея, а я лишь посмеялась.

“На сегодня с меня явно хватит.”

Я совсем не спала и валилась с ног. Леон меня чуть-чуть взбодрил, но не слишком. Усталость с новой силой легла на плечи и я зевнула, едва не порвав рот.

– Я пошла к себе. Если хочешь – жди их сам, но мне что-то не хочется.

– Тебя проводить?

– Зачем? – я и правда не совсем понимала, зачем. А потом как поняла, или все-таки не поняла… Мозг сильнее плавился с каждой секундой.

“Нет. Хватит на сегодня впечатлений. Тем более, что если не усну раньше, чем вернётся Фрея, то придётся слушать её, пока она сама не решит прерваться. А я очень хочу спать.”

– Не стоит, правда. Я очень устала и хочу спать. Дойду и сразу упаду лицом в подушку. Думаю, даже раздеваться не буду.

Леон скромно кивнул и настаивать не стал. Я творила неподвластные логике вещи: то кидалась на него с поцелуями, то отвергала его инициативу. Но одно я знала точно – утро вечера мудренее.

Глава 4. Некрасивая подруга

“Дорогой дневник, я – полная дура”.

Так я озаглавила новую страницу дневника, помещая туда воспоминания о прошедшей вечеринке. Фрея и носа не показывала из своей спальни. Не хочу слушать оправдания и подробности того, как они вообще с Дереком оказались в той комнате, когда меня не было всего лишь час. Не хочу ничего слышать, из-за них я совершила что-то очень неадекватное и хотела бы забыть как страшный сон. За Леоном мне нравилось наблюдать издалека, нравилось ощущать эти бабочки в животе, фантазировать, но вчера мои фантазии перешли на новый уровень и мне не понравилось послевкусие.

“Занятия начнутся уже через час, мне еще надо успеть заскочить в библиотеку. Как всё успеть – ума не приложу!”.

Закрыла дневник, убрала в верхний ящик стола и спешно направилась к выходу, прихватив стопку прочитанных книг. Накинула куртку с капюшоном и натянула его по самый подбородок в надежде, что никто меня трогать не будет.

Мой план провалился, стоило мне переступить порог комнаты. Место встречи изменить нельзя, и на выходе из лифта я столкнулась с Леоном.

– Вита, доброе утро!

“Какое, блин, доброе утро, чувак?!”

– Ага. Я тороплюсь.

Я попыталась быстро ретироваться, но Леон схватил меня за локоть, останавливая.

– Слушай, может, поговорим о вчерашнем?

Я закатила глаза и натянула максимально каменное выражение лица, хотя внутри всё бурлило и кипело.

– Давай мы просто вернемся в ту точку, с которой начали, а именно туда, где мы не знакомы.

– Ну это как-то…

– Ладно. Давай останемся в той точке, где мы просто знаем, как друг друга зовут.

Леон снова стал похож на побитого щенка, а его чрезмерно привлекательный внешний вид путал все мысли.

– Я вчера перепила, была не в себе. Думаю, ты тоже. Давай просто забудем.

“Да, надо забыть. Ведь тебе нравится Фрея, а она вчера кувыркалась с твоим другом.”

Я не собиралась становиться тем средством, что помогло бы ему переключиться. Это для меня слишком, хоть соблазн и велик.

– Давай хоть книги помогу донести, – Леон потянул руки к моей стопке, я сначала думала отказать, но почему бы и не воспользоваться предложением. – Они очень тяжелые, и ты всегда носишь их сама?

– Я не обладаю практической магией, поэтому приходится выкручиваться самой, – Леон продолжал держать книги в руках. – А ты тоже собираешься нести их в руках?

– Зачем тратить ресурс на такие пустяки.

– Мне в целом, всё равно.

– Ты всегда такая…

– Какая?

– Колючая.

– Только с теми, кто задает слишком много вопросов.

– Понял. Молчу.

Леон, конечно, сильно помог, и у меня даже осталось время, чтобы успеть подняться в Башню Провидцев. Прощание вышло еще более неловким, чем встреча, но колокола уже трубили о начале занятий, и мы разошлись практически молча.

Башня Провидцев (или иначе – Башня Астрономов) была третьей по величине в Академии. “Чем ближе к звездам, тем ярче образы,” – повторяла день ото дня профессор Филаксис. Если ради более четкого предсказания надо забраться на гору, то я предпочту забиться в подвал.

– Ваша цель – научиться понимать то, что видите. Окружить видения заботой и любовью и передать людям и миру. Великие провидцы прошлого путешествовали, медитировали и впитывали энергию космоса годами, а затем предсказывали и несколько раз предотвращали конец света, помогали в поимке преступников и…

“Бла-бла-бла.”

– Быть провидцем – великое предназначение данное свыше! – продолжала профессор. Она всегда начинала свои лекции одной и той же заученной речью.

Всё это мы уже слышали, и мои одногруппники разделяли со мной эту скуку. Нас было всего пятеро: три девушки и два парня, и каждый мечтал о том, чтобы побыстрее свалить с этой лекции по истории провидения.

Профессор Филаксис много говорила и мало что показывала на практике. Так и живем: одна болтовня. Вот я, честно, не хотела бы предсказать конец света. Это уже слишком – такая ответственность! И никакой уверенности в том, что всё произойдет, как увидишь.

Лекция казалась бесконечно длинной. Рука уже ныла от конспектов, чернила кончались со скоростью света, но кого это волновало. Самопишущая ручка – это, конечно, хорошо, но так я точно ничего бы не запомнила. И есть в этой ноющей боли какой-то кайф, ощущаешь себя живым.

Нас, наконец, отпустили и настало время перекусить. Столовая находилась в главном корпусе, рядом с кафедрой боевой магии, ведь ребятам нужно было есть каждый час для восполнения баланса маны и для поддержания правильной диеты. От того все парни с боевого выглядели просто шикарно (если не приглядываться к их побитым лицам), а девушки… У девушек свои секреты. Взять хотя бы Тину – мелкая и худосочная. Сколько не ест – не толстеет, а мышечной массы и подавно нет, но заклинания плетет такие, что подгорит у любого.

“Интересно, Фрея уже в столовой?” – мысли о подруге начали снова посещать голову. Я чутка перезагрузилась и готова была обсуждать вчерашний вечер.

Фрея сидела в гордом одиночестве, спрятавшись за колонной. Видок у нее был какой-то не очень свеженький, но по-прежнему притягивал взгляды.

“И чего это она сидит одна?”

– Ну, привет, подруга дней моих суровых.

– Прости меня, Вит, – Фрея посмотрела на меня с таким искренним раскаянием, что я сразу сдалась.

– Ладно, проехали. Мне вот интересно, – я села напротив Фреи. – В какой момент времени ты придумала поставить меня на шухер?

– Да не придумывала я ничего! Ты должна была меня от этого спасти!

– Я это как понять должна была?

– Ты же ясновидящая!

– Но не телепат. Я мысли не читаю, подруга.

Фрея начала биться лбом об стол, а я смеялась.

– Хочешь о чем-то попросить – проси ртом, а не думай, что за тебя окружающие что-то додумают.

– Не смотри на меня так… – взмолилась подруга.

– Как так?

– С издевкой!

– Ну уж нет, это не я вчера… – я осеклась и закусила губу. Ну кое-что я вчера тоже натворила. – И как он? Скачки на жеребце понравились?

– Вита! Не говори такого в людном месте!

– Ты привлекаешь больше внимания, чем я.

У Фреи покраснели даже уши. Теперь она была не Грин, а настоящая Рэд. А судя по вздымающейся груди и тому, что она начала обмахиваться тетрадкой, воспоминания о проведенной с Дереком ночи не отпускали подругу до сих пор.

– Это было какое-то безумие, Вит. Я до сих пор не поняла, как мы там оказались. Но, черт возьми, это было прекрасно.

– И что дальше? Это был одноразово или вы продолжите общаться?

– Он пригласил меня вечером погулять.

– Отлично, значит, ты хорошо постаралась.

– Пресвятые макароны, не вгоняй меня в краску. Вчера было вчера, а как общаться с ним сегодня – понятия не имею.

– Я думаю, у тебя уж точно не должно быть с этим проблем, – я стащила из тарелки Фреи брокколи, зеленый овощ приятно хрустел на зубах и был как говорят “на зубок²”.

Фрея отдала мне свой поднос, сказав, что ей кусок в горло не лезет, а я и рада – не хотела стоять в очереди. Тушеная телятина растворялась во рту, а картофельное пюре через желудок попадало прямо в сердце.

– А ты как после вчерашнего? – Фрея перевела тему разговора на меня.

– О, тебе вдруг стало интересно?

– Вит… – Фрея виновато посмотрела на меня, а я не хотела делиться с ней эпизодом, произошедшем в коридоре. – Прости еще раз. А Тине я запретила приносить эту дрянь в Академию.

– Как будто её это остановит. Нормально всё. Отходняка нет.

– Это хорошо.

– Определенно.

Дожевала последние куски телятины и отставила поднос в сторону. Тот сразу же взлетел и занял своё почетное место на тележке с такими же подносами с грязными тарелками. Тележка наполнилась и укатилась в сторону кухни. Мы собрали свои вещи и разбрелись на пары.

Позже я и Фрея встретились в комнате, где подруга готовилась к встрече с Дереком, показывая мне то одно, то другое платье. Я же в тряпках не разбиралась и мне она казалась красивой в любом. В итоге она остановилась на небесно-голубом летящем сарафане, подпоясалась коричневым корсетом, натянула высокие сапоги и накинула легкую куртку. Я благословила Фрею и была просто счастлива, что, наконец, осталась одна. Было время привести мысли в порядок. И в этом отлично помогало поспать.

“Моя любимая кроватка, такая холодненькая, такая мягкая!”.

Сон, как назло, как рукой сняло, стоило полежать несколько минут в хлопковых объятиях. В голову лезли мысли о Леоне и о нашем поцелуе, и о том, какая же я всё-таки дура.

– Может, надо было забить на всё и пообщаться с ним? Может, я неверно истолковала предсказание? – говорила я с плакатом известного певца, что висел на стене. – Нет-нет. Иначе и быть не может! Октавия Ленар, ты просто в очередной раз сошла с ума!

Накрыла лицо подушкой и крикнула в неё что есть мочи. Это помогало выпустить пар и лишние эмоции, когда даже дневник не мог справиться с потоком мыслей.

– Я же была там. Мне же не показалось, что он был и не против… со мной… – лицо обдало жаром, а низ живота свело истомой.

За что моё тело так меня ненавидело?! Я ощущала себя похотливой извращенкой, которой только дай волю. Но нет! Вся эта воля оставалась наедине со мной, а стоило посмотреть предмету обожания прямо в лицо, так я тушевалась или начинала нести всякую чушь. Чем дальше в лес, тем злее волки. Чем дольше я думала, не переходя к действиям, тем больше загонялась из-за мелочей.

Потянулась рукой к магическому шару. Хотелось с кем-то поговорить. Листала сферы с портретами абсолютно бездумно, пока не натолкнулась на один, из-за которого сердце в пятки уходило каждый раз. Легкое зеленое свечение говорило, что он сейчас около шара и мог бы ответить. Но нет-нет. Этот этап я уже прошла и вряд ли мой звонок будет уместен спустя столько лет. Пролистала дальше, уводя знакомый до боли портрет куда подальше.

“Грег и Иван – вот беспроигрышный вариант, мои закадычные кореша. Но мы виделись с ними не так давно, и кажется, я их уже достала. Может, матери позвонить? Нет, она заболтает меня до смерти. Не сегодня”.

Запустила вызов и через несколько протяжных гудков из магического шара на меня смотрел Грег.

– Привет, дружище. Как твоё ничего?

– Вита! Вспомнила о друзьях? – Грег был где-то на торговой площади. Вокруг шумела толпа.

– О вас разве забудешь? Нет на вечер никаких планов?

– В таверну я не пойду.

– Ну почему сразу в таверну?! Просто думала прогуляться…

– Я сегодня не могу.

На фоне послышался девичий смех.

– А… Ты сегодня с Анжелой? Ну тогда пока.

– Ага. Давай в другой раз.

Грег был со своей новой девушкой. Я и не помнила дня, когда он был бы один.

“Остался Иван… Нет, не буду ему звонить. Бесит он меня что-то последнее время. И опять же из-за его воздыханий по Фрее. Всем вокруг нужна лишь Фрея. Как же это бесит!”

Но подругу я любила и желала ей всего самого лучшего. Она не виновата, что нравится парням, просто природа и текущая по её венам кровь нимфы сделала её чуть более привлекательной для самцов, чем других.

Шар замигал сам, и я даже испугалась. На меня с портрета смотрела пара голубых глаз – мне звонил Леон.

“Какого черта? И откуда у него контакт моего шара?!” – заерзала на кровати, не зная, что делать. – “Отвечать или не отвечать?”

Шар резко перестал сиять, пока я думала.

– Вот жеж… – слегка разочарованно выругалась.

Следом позвонила Фрея.

“Ой, только не говорите, что они там сейчас все вместе и решили позвать ещё и меня. Это уже совсем безумие!”.

– Октавия Ленар у аппарата.

– Чего не отвечаешь сразу?! – возмутилась подруга.

– По-твоему, мне больше нечем заняться, кроме как сидеть у шара и ждать твоего звонка? – парировала я.

– Ну, тебя! Давай, руки в ноги и дуй в парк.

– Что ещё сделать? Может ещё и отсосать?

– Вита, я же знаю, что ты просто лежишь на кровати, ну, максимум читаешь свои книжки. Пора выходить из тени, – шёпотом произнесла Фрея. – И тебя тут кое-кто ждёт.

– Вы втроём что ли?

– Да.

– И тебе нужно, чтобы я отвлекла Леона на себя?

– Он сам предложил тебя позвать!

– Эх, а могла бы закончить вечер тройничком.

Красные щеки Фреи и это изумленное выражение лица, когда она просто открывает и закрывает рот, меня дико и дико радовали. Она была похожа на рыбу, такую привлекательную рыбу, может, даже на лосося.

– Я не хочу идти.

– Можешь просить потом, что угодно, – умоляла подруга.

– Прямо совсем, что угодно? – уточнила я.

– В пределах разумного.

– Так не интересно, – я цокнула и откинулась на спинку кресла. – Ладно. С тебя должок, так и быть. Буду через полчаса.

– Вита, я тебя обожаю!

– Ага, прибереги эти сладкие речи для своих парней.

Фрея отключилась раньше, чем я сказала последнюю фразу.

“И как вообще вышло, что второй день подряд я куда-то прусь, хотя совершенно этого не хочу. Этот учебный год начался странно, очень странно”.

– И опять мне нужно переодеваться? А, в бездну, не буду. Пойду как есть, даже волосы не буду расчёсывать, – возмущалась я своему отражению в зеркале, но стрелки всё-таки подвела.

Я хоть и “некрасивая” подруга в нашей паре, но быть совсем уж страшной не особо хотелось. И каково было моё удивление, когда я пришла в парк и обнаружила там… только Леона.

Глава 5. Незапланированное свидание

Леон смотрел на меня в упор, в моей груди разгоралось пламя. Но не страсти – я была очень-очень-очень зла. По спине пробежала тысяча мурашек.

“Если сейчас из-за угла не выйдут Фрея и Дерек, я просто развернусь и уйду”.

– Вита! – Леон приветливо махал, я нервно улыбнулась в ответ.

– А где Фрея?

– Они куда-то… отошли. Наверное, вернутся скоро.

Я потерла переносицу и тяжело вздохнула, собираясь с мыслями.

– Не хочу показаться грубой, но, пожалуйста, скажи, что это не какой-то хитрый план?

– О чем ты? – Леон удивленно посмотрел на меня.

“Ладно, пусть живет. Выглядит вполне искренним”.

Я предположила, что это были проделки Фреи: она знала, что мне нравится Леон. В любом случае, я думала проветриться. С другом. Но Леон явно не входил в список моих друзей. Он вообще не входил ни в какие списки.

– Какой план? – вернулась из своих мыслей к Леону.

– Можем постоять подождать Дерека с Фреей или пройтись, найдут нас позже.

Отчего-то земля стала уходить из под ног. Моя стена из колкостей и злости постепенно разрушалась, выпуская из заточения обычную девчонку, у которой не было никогда отношений и которая совершенно не умеет вести себя с парнями. Я так долго была “своим в доску пацаном”, что даже мысль о том, что мы могли бы держаться за руки или еще раз поцеловаться, вводила в небольшую панику.

“Октавия, успокойся. Ты накручиваешь себя!” – закричало на меня подсознание.

– Давай пройдемся. Стоять я точно не хочу, – резюмировала я.

Леон улыбнулся – совершенно обворожительно – и мне показалось, что я поплыла, так сильно мои внутренности шатало из стороны в сторону.

“Ох, Октавия, что ты творишь. Этот парень не для тебя”.

Мысли снова увели к нашему поцелую, и щеки начали заливаться краской. Я спешно отвернулась и ушла вперед, в надежде, что он этого не заметил.

Мы прогуливались по тропинкам парка абсолютно молча. Никто не решался нарушить тишину между нами. Людей с каждой минутой становилось всё меньше, солнце зашло за горизонт. Завтра рабочий день, а потому в парке были одни лишь студенты, такие же как и мы. И в основном парочки.

Украдкой осмотрела Леона: свободная белая футболка, поверх распахнутая черная рубашка, такие же черные свободные брюки, белые кроссовки.

“На его фоне я явно проигрываю! Да я даже волосы расчесывать не стала!”

Если бы рядом была Фрея, это не имело бы никакого значения – на меня даже никто бы внимания не обратил, – но раз мы остались наедине, то предстать перед Леоном в таком непотребном виде было как-то чересчур опрометчиво, с одной стороны. С другой – мой внешний вид отражает меня настоящую, не скрытую за мишурой одежды и макияжа. Я пребывала в своём естественном состоянии и мне нечего стыдиться.

“Сама загналась, сама себя и переубедила. Люблю себя”.

– Как день прошел? – Леон первый нарушил тишину.

– Пойдет. Как обычно.

– Я никогда не был на вашем курсе. Наверное, там очень интересно.

– О нет. Там очень скучно.

– Разве видеть будущее – скучно?

– Мы не смотрим в будущее, а лишь обсуждаем прошлое и настоящее. Будущее настолько изменчиво, что мы можем опираться лишь на прожитый опыт, чтобы сделать какие-то выводы о том, что могло бы произойти.

Я устала идти и, увидев ближайшую лавочку, сразу же на неё села.

– Не будешь садиться?

– Я постою.

Леон остался стоять и теперь смотрел на меня сверху вниз и как будто бы изучал

– То есть… Ваши видения не являются истиной? – продолжил расспрашивать Леон. Я вздохнула. Эта тема была очень сложной, и я сама до сих пор не разобралась.

– Люди сами строят своё будущее. Независимо от того, что увидит провидец, исход может поменяться. Или, – я вскинула палец вверх. – Исход останется тем же, но путь будет иным. Сложно сказать.

– А как далеко ты видишь?

– По-разному. Бывает это что-то, что произойдет через час или через день, а бывает и через год. Сложно интерпретировать. Именно потому что не знаешь, какая карта сыграет. Бывает и такое, что видение не сбывается.

– Есть примеры?

– Куча! Но как говорит профессор, мы еще слишком неопытные и наши видения больше похожи на галлюцинации.

Я закинула локти на спинку лавочки и откинула голову назад, убирая волосы с плеч и даруя шее немного прохлады. Леон решился сесть рядом. Моя ладонь коснулась его плеча и непроизвольно дернулась, сжимаясь в кулак. Сразу же разжала, пытаясь сделать вид, что полностью спокойна.

– И часто у тебя видения?

– Тоже по-разному, то целый день приходы, то неделями нет. Никогда не знаю, когда это произойдет.

– А специально можешь предсказывать?

– Я уже говорила, что этим заниматься не собираюсь, – его вопрос меня разозлил. – И не проси. И вообще, почему мы говорим только обо мне?

Повернула голову на Леона, столкнулась с его пристальным взглядом и не смогла выдержать и секунды – сразу отвернулась, делая вид, что разминаю шею.

“Интересно, насколько глупо и дергано я выгляжу в его глазах?”.

– Я просто поддерживаю разговор. Ведь так можно лучше узнать друг друга.

– И зачем тебе узнавать меня?

– Ты… интересная.

Если бы я сейчас ела, то точно бы подавилась. У меня так сильно пересохло во рту от напряжения, что я начала припадочно кашлять и скрючилась пополам, перепуганный Леон начал стучать мне по спине. Молчаливым и агрессивным жестом я попросила его перестать.

“С чего это мне быть ему интересной? Тем, что набросилась на него, как какая-то извращенка?”

– Я почти ни с кем не общаюсь, – вдруг сказал Леон и сильно удивил меня этим заявлением.

– Да ладно! Ты же в футбольной команде, вокруг всегда толпы народу. Да и Дерек, вы же друзья.

– Я почти все время провожу в ветклинике, и единственные мои собеседники – это всякая живность. Они не особо разговорчивые.Хотя… есть и болтливые особи, – Леон улыбнулся, и я не сдержалась и ответила ему тем же.

Наши взгляды встретились и по телу пошла дрожь. Улыбки сошли с лица, и мы так серьезно смотрели друг на друга, не моргая, что глаза начало щипать. Проморгалась, отвела взгляд, смутившись. Заметила вдали Дерека и Фрею.

– О. А вон и ребята…

Я хотела окликнуть подругу, но Леон резко положил руку мне на колено. Мои глаза округлились от неожиданности.

“Это что такое вообще?!”

– Может, не будем их звать?

– П-почему? – я начала заикаться, хотя это мне не свойственно.

В глазах Леона читалась грусть.

“Что это? Ему тяжело видеть Фрею и друга вместе или… Да не может быть никакого или”.

“Октавия Ленар, красивый парень предлагает тебе провести вечер вместе наедине. Почему ты еще думаешь?! Откуда эти навязчивые мысли о том, что всё, что интересует Леона – это Фрея. Сама же задвигала ему о том, что люди сами строят своё будущее. Руки в ноги и вперед! Воплощать свои фантазии в жизнь!” – подсознание кричало, громко и с надрывом, и я безумно хотела ему поддаться.

– Ну… а…м… давай, – неуверенно ответила я. Леон улыбнулся еще более обворожительно.

Его горячая ладонь отпустила колено и протянулась ко мне. Казалось, если возьму его за руку, то умру.

– Побегаем?

Ответить я ничего не успела. Крепкая хватка Леона утянула меня за собой и я была безумно рада тому, что обувь позволяла совершить пробежку. Мы побежали, стремительно удаляясь от Фреи и Дерека. Обернулась через плечо, столкнулась с озадаченным взглядом подруги, но затем та выставила палец вверх в одобрительном “жесте” и меня это так позабавило, что я начала смеяться.

Мы бежали почему-то очень долго, моя дыхалка уже не справлялась. Я довольно выносливый человек, но это не сравнится с нападающим футбольной команды. Всю дорогу мы держались за руки, убежали довольно далеко вглубь парка, туда, где почти не было уличного освещения и нет-нет, да мог выскочить какой-то маньяк.

– Леон, остановись. Я сейчас сдохну! – я расцепила наши руки, уже не в силах больше бежать.

Сначала села на траву, а затем и вовсе легла, отдавая всю себя холодной земле. Леон сделал тоже самое. Наши пальцы снова коснулись друг друга и я опять вздрогнула.

“Может, если бы я сейчас была немного пьяненькой, пережить это было бы легче?”.

Закрыла глаза и сделала вид, что бабочки не собираются вспороть мне живот.

– Вита… – Леон позвал меня, и я открыла глаза и внимательно посмотрела на него. – Может, передумаешь насчет той точки, о которой ты говорила утром?

– Какой точки?

“Давай останемся в той точке, где мы просто знаем, как друг друга зовут,” – подсознание напомнило мои же слова.

Его голубые глаза смотрели на меня с такой теплотой, что воздух вокруг нас нагревался лишь от взгляда Леона. Видение пришло само собой. Опять, когда я с ним. Мы будем лежать на траве и смотреть на звёзды и всё будет довольно мило и непринужденно, а затем он спросит про Фрею. И я отвечу, что знаю о его чувствах. Он признается, что убежал, лишь бы не видеть её и друга, и будет делать вид, что ему не больно. А я отшучусь, постучу ему по плечу и скажу, что такое бывает, а затем мы просто вернемся в общежитие. На этом вечер окончится. Окончится двумя разбитыми сердцами.

– Твоя очередь, – прошептала я, в глазах начали собираться слёзы.

– О чем ты?

– Поцелуй меня, – мой голос утонул в ветре.

Леон меня не расслышал, а я не готова была к тому, чтобы он увидел, как я перед ним разрыдаюсь. Подалась вперед, схватила его за ворот рубашки, закрыла глаза и прильнула к его губам.

“В очереди за мозгами, Октавия, ты явно не стояла”.

Леон не ожидал такого поворота, и ответил на поцелуй не сразу. Но ответил.. Его руки обхватили меня за талию и посадили на себя.

“Долой детские сопли! Хочешь мужика – бери его!”.

Я словно с цепи сорвалась, жар волнами окутывал тело в местах, где его руки касались меня. Наши языки сплетались, создавали хаос к голове. Но к такому я не привыкла. Он мне… нравился и пугал. Пугал до онемения в теле, но я поддалась моменту. Я не хотела того будущего, что увидела и решила изменить его своей выходкой.

“Пусть и дальше думает о Фрее, но не сейчас. Сейчас я хочу, чтобы он думал только обо мне”.

И я была уверена, что так оно и было, потому как сложно скрыть то, что я ощущала бедрами, сидя на нем сверху. Либо он настолько похотливый самец, что ему неважно с кем и где. Но меня это волновало в последнюю очередь.

Леон перевернул меня на спину и уложил на траву, его рука бродила по телу, изучая каждый участок, куда могла дотянуться, дошла до бедра и сжала. Я не смогла сдержаться и выпустила сдавленный стон ему в губы. Голова кружилась, я не могла дышать. Леон отстранился от моих губ и начал целовать щеки, уши, прикусил за шею. Адекватность улетучивалась с каждой секундой. Мы лежали на траве в гребаном парке, где могут ходить люди или маньяки, или извращенцы, хотя кому как не мне рассуждать об извращенцах. Я и Леон совершенно не знали друг друга, разговаривали в совокупности каких-то полчаса! Надо отдать должное Фрее, она так вообще прыгнула в койку к Дереку через час знакомства. И я, кажется, была готова пойти по стопам подруги.

– Чёрт!

Я отстранилась от Леона и села, зарыв пальцы во взъерошенные волосы.

“Снова в голове Фрея. Всегда Фрея. Да что со мной не так?”

– Это какое-то сумасшествие… Это неправильно… – шептала себе под нос и тем самым немного пугала Леона.

– Вит, я…

– Не хотел, да. Я знаю, – резко бросила ему, не дав договорить и довольно грубо оттолкнула от себя, чтобы дать себе место совершить маневр и, возможно, сбежать.

– С чего ты это взяла? – голос Леона стал резким.

– А что, разве хотел? Я буквально заставила тебя и набросилась. А ты…

– Я по-твоему какое-то животное, реагирующее на течку у суки?

Его ассоциация была настолько внезапной и странной, что все мои аргументы рассыпались пеплом. Я спрятала лицо в своих коленях, прячась за волосами.

– Вита, что происходит? Я не пойму, если ты не расскажешь. Ты и правда то набрасываешься на меня внезапно, то ведешь себя так, будто я самый отвратительный человек в твоей жизни.

– Это не так… – я уже почти заскулила.

– Тогда что происходит? Прошу, посмотри на меня.

Я нерешительно исподлобья посмотрела на Леона Грейвза: он выглядел обеспокоенно. Я выпрямилась, вскочила и выпалила всё, как на духу.

– Я знаю, что тебе нравится Фрея! И всё, что между нами происходило или происходит, это лишь гормоны, алкоголь или минутная слабость!

Леон не отвернулся, также пронзительно смотрел на меня.

“Челюсть напряжена, вена на шее вздулась, пальцы сжались в кулаки. Он что, ударит меня сейчас?”

– И с чего ты сделала такие выводы? – медленно спросил Леон.

– С того, что я это видела! Видела этот грустный взгляд там, в подвале. Видела, как ты об этом мне скажешь. Леон, я не тот человек, с которым можно забыться. Я так не могу.

– Вот как…

Я отвернулась. Не смогла смотреть на него. Голос в голове кричал: “Беги!”, но ноги словно вросли в землю. В уголках глаз опять собирались слезы, но их было не сдержать. Соленая вода потекла по щекам, я ощущала себя жалкой. Я жалела, что рискнула, а не доверилась видению в этот раз, что была слишком импульсивной.

“Лучше бы и дальше сидела в комнате или напивалась в таверне с Грегом и Иваном.”

Собиралась уже пуститься в бега, приказывая ногам шевелиться, но крепкие и сильные руки Леона обхватили меня крест-накрест, прижимая к своей груди.

– Знаешь, я до конца не хотел верить слухам о том, что ты слегка сумасшедшая, – тихо произнес Леон рядом с моим ухом. – Знаешь, почему я выбрал ветеринарию?

– Откуда я должна это знать?

– Ты же всё обо всех знаешь, – Леон посмеялся. Его дыхание щекотало шею и немного успокаивало меня. – Животные, в отличие от людей, никогда не врут. Их эмоции и чувства такие, как есть. Они не играют в игры. Так и я, когда услышал все эти слухи о тебе, подумал, что надо непременно выяснить, насколько они правдивы.

– И? Убедился? Можешь уже отпустить.

– Не собираюсь я тебя отпускать. Ты сама согласилась пойти со мной.

– А как же Фрея?

– Да что ты заладила о ней! – Леон укусил меня за мочку уха и я взвизгнула. – Да, не буду отрицать, что твоя подруга – привлекательная женщина. И да, мне было неприятно в том подвале и немного даже грустно. Но потом пришла ты и всё изменилось.

Сердце сжалось от его слов, руки дрожали, а уши горели.

“Что этот ветеринар вообще несет?! Он произвел впечатление скромного и пассивного друга главного красавчика Академии, но теперь он такой резкий, напористый, такой… уровень его сексуальности возрос до небес! Неужели мои видения настолько бесполезны?"

Я мало того, что не обладала никакой магией, так еще и провидцем была хреновым. Толика сомнения все еще кричала во мне громче всего остального. Мозг отказывался верить в услышанное, принять то, что его интересую я, как Октавия Ленар, а не как подруга предмета обожания.

Леон развернул меня к себе, большими пальцами стер слезы с щек.

– Тебе не идут слёзы. Тем более, когда для них нет причин. И кажется, ты влезла без очереди.

Ладонь Леона легла на мою шею и притянула к себе. Страстный поцелуй снова заставил голову кружиться. Земля перестала быть опорой. Я таяла в его руках, поддавалась этой волне безумия. Я хотела верить в его искренность, верить его губам, его неприкрытому желанию. Да и как я вообще могла думать о Фрее наедине с парнем, ума не приложу.

“Октавия Ленар, держи себя в руках!” – кричало подсознание.

“Не хочу!” – противилась я в ответ, полностью теряя контроль над ситуацией.

Глава 6. Переваренные яйца и подгоревшая ветчина

– Куда ты меня привел?

– Это квартира моей сестры. Она сейчас в командировке, – Леон положил ключи на тумбочку в прихожей, помог мне снять куртку и включил свет едва заметным движением пальцев.

Сердце заходилось в бешеном ритме, ладони потели.

“Что я творю?! Зачем я сюда пришла?!” – взывала я к подсознанию.

“Октавия, тебе разве нужно пояснение?”

– И часто твоя сестра в командировке? – решила я отвлечь себя разговорами.

– Частенько, – коротко ответил Леон, пожимая плечами.

– Ммм… – многозначительно промычала я, осматривая старинные фрески и артефакты, что аккуратно стояли в ряд на полках.

Он выглядел расслабленно и уверенно, ни тени сомнений в его взгляде или действиях.

“И какая я по счету в этой квартире? И надо ли оно мне?”

“Надо! Твоя сексуальная энергия плещется через край. Уже на людей кидаешься!” – убеждало меня подсознание.

– Давай я сделаю предсказание. Ты скажешь: “Леон, и часто ты водишь в эту квартиру девушек?”

Я рассмеялась, удивившись тому, как Леон угадал мои мысли.

– Обломаю тебя и промолчу.

– Но ты ведь об этом подумала? – Леон заиграл бровями и я подавила в себе очередной смешок.

– Мне всё равно, кого ты сюда водишь.

– Звучит немного обидно, – Леон скорчил обиженную гримасу, а я пожала плечами:

– Как есть.

Мне и правда было всё равно, ведь сейчас здесь с ним я, а кто был до меня – совершенно не играло никакой роли. У меня на этот вечер были свои эгоистичные планы, даже если я рисковала после пожалеть и рвать на себе волосы от импульсивности своих поступков.

Я еще раз осмотрела квартиру и меня заинтересовали разного вида магические шары, сложенные в сундук.

– Чем занимается твоя сестра? – я взяла один шар в руки, и он отозвался на мои прикосновения, показывая какое-то старое кино.

– Она археолог. Сейчас изучает Великую Пустыню.

Вернула шар на место и повернулась к Леону, впиваясь в него хищным взглядом – наш разговор затянулся.

“Хочу уже увидеть, что у него под футболкой,” – промелькнула в голове мысль, принадлежащая больше тому, что у меня между ног, нежели разуму. Я, конечно, несколько раз видела, как он, потный после матча, снимает её на радость фанаткам, но сейчас этот вид будет только для меня. И так близко…

– То есть, мы здесь совсем одни?

Я смущалась от своих собственных пошлых мыслей, но решила не давать заднюю. Хватит, гормоны хлестали через край, я захлебывалась от эмоций. И если не дам им выход, то точно сойду с ума, по крайней мере, у меня была возможность это сделать.

– Ещё соседи.

– И даже никакой шумоизоляции?

Леон ехидно ухмыльнулся, как бы говоря: “Ты за кого меня вообще держишь?”, но мне нравился этот флирт, нравилось, что это всё наяву. Никакие сны не сравнятся с реальными ощущениями, какими бы осязаемыми они не были. Дрожь в теле, сбивчивое дыхание, возбуждение комом встало в горле. Мне было страшно, по настоящему страшно. Страшно раздеться перед парнем, страшно увидеть обнаженное мужское тело. Это всё для меня неизведанные тропы. Я боялась и одновременно пребывала в диком предвкушении.

“Ни за что не позволю оставить свет включенным.”

“Тогда ты ничего не увидишь!” – возразило подсознание.

– Хочешь вина?

“Очень хочу!” – хотелось бы ответить, но я отказалась.

– Не стоит.

– Почему? Ты же “Неубиваемая Ленар”.

Я закатила глаза, бабочки в животе по одной начали дохнуть. Подсознание напомнило тот сон, где мы с ним были на красном диване.

– Именно поэтому и не стоит. Некоторые слухи обо мне вполне себе правда.

– Расскажи.

Леон всё-таки открыл бутылку вина и достал два красивых винных бокала, они явно были сделаны не в нашем веке, очень интересные, из металла и все инкрустированные камнями. Из таких могли пить короли прошлого.

– Я слышал о том, что провидцы любят… выпить.

– Мы не любим пить. Для нас это своего рода необходимость. Когда пьешь – видения не приходят.

– Но ты же говорила, что они приходят хаотично.

– Да. Говорила. Но когда пьешь – точно не придут. Проверено на себе.

– Может, тогда стоит выпить? Чтобы ничего не отвлекало?

Леон подмигнул правым глазом, а меня кинуло в жар. Почти вырвала из его рук бокал и осушила залпом – не сдержалась. Так себе жест, но что есть, то есть. Бокал вина мне как мертвому припарка.

Леон забрал пустой бокал из моих рук и отставил в сторону. Воздух искрился от напряжения. Он медленно приближался, всё ближе и ближе. Губы почувствовали кислый привкус только что выпитого вина.

Это не подвал, где проходила студенческая вечеринка, не парк, где тут и там бродили люди. Мы были здесь совсем одни, и никто не мог помешать нам захлебнуться эмоциями и друг другом. Но было кое-что, что я должна была сказать до того, как нам окончательно снесет голову.

– Леон, подожди. Я должна предупредить, что я…

Леон вопросительно посмотрел на меня, а я не смогла произнести “девственница”. Он создавал впечатление опытного любовника, и я не раз слышала истории о том, как парни не хотели брать на себя ответственность. Моё молчание было громче слов.

– Я понял. Если ты не уверена…

– Нет. Я уверена. Просто предупреждаю, чтобы ты не разочаровался, – я посмеялась, как будто сказала какую-то шутку.

Леон одарил меня нежной улыбкой, которая разлилась по всему моему телу приятной дрожью.

“Боже, что я творю. Мы практически не знакомы, а я собираюсь отдать ему самое сокровенное, что хранила девятнадцать лет. Правда ли я готова к этому?”

“Ну раз я сейчас ты в его объятиях, то, наверное, готова. Иначе бы уже бежала так, что пятки сверкали!” – подначивало меня подсознание.

Леон притянул меня к себе ближе, наши дыхания переплетались в эмоциональном танце. Я оперлась руками на его плечи и подпрыгнула, обхватывая ногами его бедра. Его волосы были мягкими и приятными, что мне стало стыдно за состояние своих, спутанных и сухих, словно солома. На затылке волосы Леона были коротко выбриты и мягким ежиком щекотали подушечки пальцев.

Он с легкостью подхватил меня и понес в сторону спальни.

– Твоя сестра в курсе, чем ты собираешься заняться на её кровати?

– Она даже не узнает.

Снова поцелуй и жар по телу. Я подумала, что сгорю раньше, чем что-то произойдет. Холодные простыни, горячий мужчина. Эти контрасты заставляли сердце замирать. Я не ханжа и уж тем более не фанатка ванильных историй о первом сексе. Я из тех, кто читает эротические романы и по ночам под одеялом развлекается просмотром порно. Я всё знаю об анатомии человека и о том, как сделать себе приятно. И надеялась, что и Леон знает хотя бы половину о том, как расслабить женщину.

Моя блузка и брюки мгновенно полетели на пол. Леон стянул с себя ту самую свободную футболку, которая скрывала самое аппетитное – рельефный пресс, выдающиеся косые мышцы, крепкую грудь и (о боги!) сильные и, надеюсь, чувственные руки. Я стала героиней любовного романа, где герой – нереальный красавчик с божественным телом. Не сдержалась и провела кончиками пальцев по торсу, изучая каждый изгиб. На его фоне я проигрывала, хоть и не жаловалась на фигуру. Десерт, что поставили передо мной, был слишком сладок.

Леон припал губами к моей шее, опустился ниже, спустил лямку лифа, оголяя напряженную грудь и начал ласкать языком трепещущую от его действий плоть. Ощущения, захватившие все мои мысли, были куда лучше, чем все мои фантазии.

“Дневник явно порадуется новому воспоминанию. Я точно порадуюсь!”.

Влажный язык Леона круговыми движениями возбуждал всё больше и больше, я елозила как уж на сковородке, мысленно призывая не томить, а продолжать. Хотя откуда в моей голове были мысли – я была сгустком похоти. Язык ласкал один сосок, пальцы – другой. Леон настраивал меня как радио, ловил нужную волну и я покорно подчинялась, выдавая незамысловатую музыку, а именно – тихо стонала.

Показалось нечестным, что меня одну так мучали. Штаны Леона всё еще были на нём. Ловкими движениями я расстегнула пояс и пуговицы, поражаясь сама себе – будто делала это не раз и не два. Смотреть было слишком неловко, поэтому я наощупь сделала то, что сделала: обхватила рукой горячее желание Леона, поражаясь размерам и сомневаясь, что я справлюсь с ним. Леон сдавленно зарычал и прикусил мой сосок, я отреагировала моментально. Мы были как оголенные провода, состоящие лишь из животного желания.

Мою грудь оставили в покое. Я была рада и разочарована одновременно, губы Леона следовали ниже, ведя дорожку из поцелуев, рисуя языком круги на моих ребрах и животе. Горячие поцелуи оказались непростительно близко к центру моего удовольствия. Леон раздвинул мои ноги, провел языком по внутренней части бедра. Я непроизвольно выгнула спину, поражаясь ощущениям в теле. Каждое движение вызывало во мне ураган, унося остатки самообладания куда-то далеко-далеко, за пределы нашей планеты.

Легкая хлопковая ткань белья не оказалась препятствием на пути Леона. Он, захваченный порывом страсти, одним движением разорвал помеху. А затем меня пронзили тысячи игл, от основания до самой головы, ноги и руки свело приятной судорогой. Не было времени на смущение, не было времени даже дышать. Я отдалась моменту и позволила ему делать со мной всё, что ему заблагорассудится, лишь бы этот кайф не заканчивался.

Его язык творил что-то невероятное, стоны невозможно было сдержать. Каждый звук, вылетавший из моего горла, вгонял в краску.

“Как же сильно мне это было нужно!” – кричали мои мысли в голове.

Я почувствовала себя еще более живой, чем прежде. Нет, я и не жила до этого момента, а лишь существовала.

Леон отстранился, глядя на меня своими пронзительными голубыми глазами. Мне выдалась возможность перевести дыхание. Леон ухмылялся, змей искуситель.

– Не думай, что это конец. Я только начал.

О, как сексуально это прозвучало! Я готова была умереть на месте. Это была бы лучшая смерть.

– Расслабься.

Пальцы Леона коснулись чувствительного места и вошли внутрь. Очередная волна новых ощущений накрыла с головой. Меня било током, я горела на костре и представляла, что после всего возрожусь, как Феникс из пепла. Мои ноги топило в желании, которое вызывал Леон своими действиями. Низ живота тянуло, приближая не меньше, чем цунами, но у моего партнера были другие планы.

Леон выпрямился и посмотрел на меня сверху вниз, изучая, съедая, поглощая, разрывая меня на части своим взглядом. Мне хотелось кричать, плакать, смеяться, умолять продолжить. Он подтянул меня чуть ближе к краю кровати. Я уже была еле жива. А он был такой.. такой… я это не опишу словами – перед глазами всё плыло.

– Ты готова? – мягко и хрипло спросил Леон, а я закрыла глаза и неуверенно закивала.

Леон накрыл меня своим крепким телом, поцеловал, и произошло то, чего я так долго ждала. Резкий толчок заставил содрогнуться всё тело. Было не так приятно, как я представляла. Лицо исказила гримаса боли, и я закусила губу, чтобы не выругаться.

– Прости… – прошептал Леон, а затем поцеловал меня в висок. – Я могу продолжить?

Оценив свое состояние, я снова утвердительно кивнула.

Леон продолжил двигаться и на смену неприятным ощущениям пошла волна удовольствия.

“Мы сделали это!” – верещала я в своей голове.

Леон стал жадным, напористым. Пот застилал наши глаза. Меня переполняла до краев дикая обжигающая смесь из боли и наслаждения. Из меня вырывались такие звуки, какие я себе не могла позволить раньше. Я радовалась тому, что отдалась Леону, хоть и довольно поспешно.

Леон замедлился, а пульсация внизу моего живота достигла пика. Мне было и хорошо, и плохо одновременно, до тошноты. Леон отстранился и отвернулся. Я видела его спину, руки ходили вверх-вниз, а затем он содрогнулся, испуская из себя стон удовольствия.

“А тебе не кажется, что мы что-то забыли?” – вкрадчиво спрашивал голос в моей голове.

“Что?” – неуверенно спрашивала саму себя.

“Например, использовать средства контрацепции…”

“Да… Но… Всё же закончилось хорошо… Так хорошо…”

“Тебе просто повезло! А если он чем-то болеет?”

“Я не хочу думать сейчас об этом!”

“Теперь тебе придется думать об этом каждый раз…”

Съедаемая похотью, я повела себя опрометчиво, да и Леон как будто бы повел себя легкомысленно. Но правильная мысль пришла поздновато.

“Прерванный половой акт же тоже способ защиты?” – неуверенно задала сама себе вопрос.

“Нет… Это вообще не гарантия! Ты же знаешь…”

“Тогда остается только скрестить пальцы, что всё прошло без эксцессов. И что Леон следит за своим здоровьем.”

“Лучше о таком спрашивать до того, как прыгать к кому-то в койку!”

“Где было мое здравомыслие полчаса назад?!” – возмущалась я сама себе.

Я ругала себя за то, что могу испортить даже хорошие моменты своей жизни внутренними диалогами, но они помогали мне не сойти с ума.

Я села и обняла Леона сзади, упираясь грудью в его спину.

– Прости….

– О чем ты? – Леон повернул голову, чтобы лучше меня слышать.

– Я неопытная. Мне неловко.

– Когда двое людей перед друг другом обнажены, “неловко” – неподходящее слово.

Я спряталась в его спине, целовала. Рука потянулась к самому сокровенному, ощущения сказали, что его желание не смогло потухнуть за один раз.

– Вит… Остановись.

– Но я не хочу.

– Стоит остановиться. Тебе может быть неприятно.

– Говоришь как опытный растлитель, – пошутила я и поняла как это звучит только когда Леон недовольно на меня посмотрел. – Я хотела сделать тебе приятно тоже.

Мои ноги дрожали, а тело казалось деревянным.

– Всё хорошо, – он улыбнулся и снова очаровал меня. – Надо сходить в душ.

– В душ и без меня? – произнесла я игривым тоном.

Леон рассмеялся и поцеловал меня.

– Не думал, что ты такая…

– Какая?

– Активная.

Я смущенно хихикнула, но после его слов ощутила насколько сильно хочу спать, и что на большую активность всё же не способна. Истома накрывала с головой.

– Ложись, а я скоро приду. Поверь, так будет лучше. Я рад, что ты проявляешь внимание, но лучше послушай меня.

Спорить не было сил, и я позволила этому жеребцу решить всё за меня. Спать так спать. Тело отзывалось как-то странно. Наслаждение сменилось болью внизу живота. Я переползла поближе к подушкам, нырнула в мягкость перьев и накрылась одеялом, даже не думая о том, что полностью голая и что мне тоже было бы неплохо помыться. Леон ушел в душ и я не знаю, когда он вернулся. Он был нежен и просто божественен. Я будто скинула огромный груз, что лежал невостребованным как только началось половое созревание.

Мне ничего не снилось. Вообще. Абсолютно. Впервые за девятнадцать лет. Голова очистилась настолько, что я ненароком подумала, что, может, вместо того, чтобы пить, мне надо было просто найти себе парня для плотских утех?

“Парня… Кто мы с Леоном? Что это было? Секс на одну ночь или начало чего-то большего?”

В любом случае, я была ему безумно благодарна. Я ощущала такую легкость в теле, будто заново родилась.

Меня разбудили всевозможные вкусные запахи. На часах – шесть утра. До занятий еще два часа. С кухни доносились звон стекла и треск масла на сковороде.

“Сначала секс, а затем завтрак – я попала в сказку?”.

Собрала в охапку одежду, которую Леон сложил аккуратно на кресло (что за мужчина!) и прошмыгнула быстренько в душ. Живительная влага взбодрила тело и дух. Воспоминания о прошедшей ночи снова заставляли краснеть и немного визжать ( в душé, конечно же, а не вслух). Натянув несвежую одежду, немного расстроилась, но выбора не было. Неудобным было лишь то, что брюки неприятно натирали голое тело между ног, ведь Леон порвал моё белье.

– Доброе утро. Я – плохой повар, поэтому у нас на завтрак – переваренные яйца и подгоревшая ветчина.

– Зачем ты делал это сам? Мог же просто наколдовать, – даже подгоревшая, эта еда была очень аппетитной.

– Я даже колдую еду плохо. Обычно готовит сестра.

– О, так ты из тех, кто считает, что место женщины на кухне? – я посмеялась, а Леон не оценил мою шутку.

– Да. Именно поэтому я сейчас мучаю яйца.

– Лучше бы мучал их в постели.

Сама не ожидала, что скажу это, но Леону явно понравилось. Мне же хотелось провалиться под землю из-за своего длинного языка. Леон посмотрел на часы.

– До пар еще два часа. Если ты готова, то мои яйца к твоим услугам.

Я подавилась крекером, который успела стащить из корзинки с вкусняшками на столе. Кажется, мой противник силён.

– Давай оставим это на другой раз. Я очень хочу есть, – пришлось собраться, хоть соблазн снова смять простыни был слишком велик. Леон видимо забыл, что существует одежда, и щеголял в одних трусах.

Даже подгоревший, завтрак был съеден мной полностью. Не в моих правилах привередничать. Сама сожгла не одно блюдо, пока научилась готовить себе. Скатерть-самобранка – дорогое удовольствие.

Выйдя на свежий воздух, я будто промыла свой нос. Запах улицы перебивал всё, что было ночью, квартира же была пропитана сексом. Не думала, что это так сильно бросится мне в глаза.

“Надеюсь, Леон постирает постель перед тем, как вернется его сестра”.

– Я готов идти, – сказал Леон, закрывая за собой дверь, а затем переплел наши пальцы в крепкий замок.

– Может, пока без этих обнимашек на людях обойдемся?

– О нет. Я не согласен.

– Зачем это? Это же… смущает.

– Пусть смущает других, а не тебя.

Он был прав, но всё же руку я отобрала и спрятала в карман куртки.

– Ладно. Как скажешь, – Леон был явно недоволен.

Мы шли какое-то время молча, но потом всё же разговорились. Теперь Леон говорил больше, чем я, и его истории были смешными и забавными. Если слушать от начала до конца, то каждое сказанное слово обретало смысл. То, что он говорил мне на вечеринке, я совершенно не помнила.

Чем ближе была Академия, чем ближе подходили к общежитию, тем чаще в мои мысли врывалась Фрея. И тем сильнее голову забивали мысли, что все произошедшее, все чувства, были мимолетной слабостью. Но я ни о чем не жалела.

“Была не была, если моё сердце будет разбито – так тому и быть. Это мой опыт и я проживу его будучи благодарной”.

Глава 7. Торт или чесночные гренки?

– Искренне тебя поздравляю! И поднимаю этот бокал за то, что наша дорогая Октавия, наконец, нашла себе парня! – Грег поставил одну ногу на стол и прокричал тост на всю таверну.

Послышались громкие аплодисменты, а мне хотелось его придушить.

“Какой позор!”

– Я уже пожалела, что рассказала вам!

Я попыталась спрятаться под стол, пока толпа ликовала. Каждая собака в этой таверне знала меня. Ребята же были моей отдушиной, но что-то я не разделяла их веселья. Иван сидел чернее тучи. И я знала почему: из нашей троицы он один остался без пары, а новость о том, что Фрея начала встречаться с кем-то, его повергла в уныние.

“Надо было не рассказывать про Фрею…” – предположило подсознание.

Отмахнулась от своих мыслей, Грег вернулся, успев чокнуться со всеми завсегдатаями питейного заведения.

– Вань, взбодрись, будет и на твоей лужайке праздник! – Грег потрепал друга по плечу, но ему было не понять наших терзаний. Грег менял девушек каждую неделю.

– Как у вас с Анжелой?

– Мы расстались, так что я сегодня снова на охоте, – Грег подмигнул какой-то девчонке за соседним столиком, и та недвусмысленно улыбнулась, а затем едва заметно кивнула в сторону туалетов. – Кажется, птичка скоро будет в клетке.

– Мерзость! Не думал уже остепениться и быть серьезнее? – выпалила я не в первый раз.

– Он так не умеет, – Иван отхлебнул из своей кружки. – У нашего ловеласа ветер в голове.

– Ой, а ты у нас закостенелый холостяк с неразделенной любовью! Кто бы говорил. Сидит и смотрит на желанный торт через стекло, когда вокруг так много десертов, которые он еще не пробовал.

– Что за сравнение женщины с едой?! Не все парни такие неразборчивые как ты, Грег.

– Посмотрите-ка, нашла парня и думает, что узнала всё про мужчин! Хочешь верь, хочешь нет, но природу не обманешь. Есть мужчина и женщина. Пестик и тычинка, и дальше как в учебнике по биологии.

– Ты не прав, – я надулась, откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. Грег иногда такой мужлан, что удивляюсь, как дружу с ним так долго. – А я – торт или десерт? – с вызовом спросила друга.

– Ты, Вита, – чесночные гренки. Во всяком случае для меня. Вкусные, острые и хорошо сочетаются с пивом.

Я схватила горсть солёных орешков из пиалы и швырнула в друга. Грег с грацией кошки увернулся от атаки.

– Ты перебарщиваешь. Напился что ли? – Иван попытался вступиться за меня.

Мы с Грегом смотрели друг на друга, глаза в глаза, не моргая, а затем нас обоих прорвало на смех. Иван провел ладонью по своему лицу и тяжело вздохнул:

– Два идиота…

Меня никак не задевали слова Грега. Он был мне как старший брат, и я никогда не питала к нему никакого романтического интереса, поэтому пусть треплется сколько угодно. Мне же проще. Нет ничего хуже друга, который в тебя влюблен – это неизбежно влечет за собой страдания.

– Я могу есть чесночные гренки хоть каждый день!

Грег не успокаивался, я решила поддержать его парад метафор.

– А ты, Грег, для меня, как свиная рулька.

– Ты же ненавидишь рульку, – уточнил Ваня.

– Именно, но другим же нравится.

– Эй, я хотя бы сказал, что ты вкусная.

– Ты сказал, что я – закуска к пиву.

– Ладно, проехали. Это правда звучит ужасно.

Мы засмеялись и чокнулись бокалами. Грег попрощался со мной и Ваней, решив, что мы сегодня скучные. Он направился к той девице, с которой они безостановочно обменивались взглядами, и через каких-то пару минут они скрылись из области видимости. Мы с Ваней остались вдвоем.

– Что-то мы давно не ходили танцевать, не хочешь…?

– У меня времени нет. Надо готовиться к экзаменам, – Иван тяжело вздохнул. – Пропустить пару кружек с вами – это одно, а напиваться до поросячьего визга – уже перебор.

– Никто же не заставляет тебя напиваться.

– Ты же знаешь, что мне это не нравится. Я ходил с вами за компанию, чтобы… – Ваня остановился на полуслове.

Я понимающе кивнула. Он ходил на танцы только ради меня, чтобы я не ощущала себя одиноко, а Грег мог спокойно цеплять девчонок и не думать о том, что он привязан обязательством доставить меня до дома. В какой-то момент, мы все потеряли интерес к шумным вечеринкам. Куда приятнее нам стало проводить тихие и спокойные вечера за кружкой эля в таверне. Хотя, я уверена, Грег продолжает посещать клубы и дальше, только нас не зовет. Я выбрала Академию только ради них, чтобы было с кем коротать вечера, но потом появились Тина и Фрея. Парни заканчивают учиться и я начала ощущать как мы отдаляемся друг от друга. Но это нормально, у каждого из нас своя дорога. Я была бы плохим другом, если бы не желала им их личного счастья. Ваня же был в шаге от того, чтобы стать полноценным взрослым.

Последний курс – самый напряженный. Если не получишь лицензию по выбранной специализации, то колдовать вне дома будет просто запрещено. Нет ничего хуже неконтролируемой магии. Ты автоматически становишься угрозой для общества. С провидением чуть проще, но смысл тот же – без лицензии предсказывать и брать за это деньги нельзя. Но я давно решила, что если не прокатит с этим моим “предназначением”, то буду писать эротические романы или печь булочки. Еда, приготовленная магией, все равно имеет какой-то специфический привкус, ты становишься от неё как будто зависим. В Академии нас кормят именно такой едой, но в общежитии многие готовят сами.

На парах по истории магии, которые должны посещать все первокурсники, рассказывали, что раньше магии было так мало, что люди, ей обладающие, подвергались гонениями и сжигались на костре. Но затем неизвестное тело пролетело мимо Земли, ядро дало трещину, создало борозды, по которым течет чистая мана, пропитывающая всё живое, даруя человечеству способности, которыми они не обладали. Никто доподлинно не знает, насколько хватит ресурса, оттого нас учат обходиться и без магии. Мне это подходило больше остальных.

– Скучно.

– У тебя же парень появился, почему ты не с ним?

– У него тренировка, да и не люблю я это вот, чтобы всё время вместе проводить, как Фрея… Ой, прости.

Ляпнула не подумав, Ваня сделал вид, что его это никак не волнует.

– Тебе не за что извиняться.

– Может, стоит послушать Грега и как-то встряхнуться.

– Не хочу.

– Вань, ну правда. Ты всё время такой грустный, но, чёрт возьми, ты же не сделал ничего, чтобы как-то исправить ситуацию с Фреей! – Иван уже порядком подбешивал этими вздохами и охами. Как будто мы виноваты в том, что Фрея не обращает на него внимания.

– Что ты хочешь от меня, Октавия?

– Когда ты называешь меня полным именем, у меня мурашки по коже. Будто отец отчитывать будет.

Ваня махнул Шону, чтобы тот обновил напиток.

– Фрея отшила меня и хватит уже обо мне переживать, не маленький.

– Она не отшивала тебя.

– Ну да, как же. Тогда, на первом курсе, ты привела её с нами познакомиться и я сам слышал, как вы обсуждали, какой я страшный.

– Да не было такого! – я была поражена, но предполагала, что могла что-то и позабыть. – Может, мы говорили не о тебе?

– Обо мне. Да и твои видения никогда не говорили, что у нас может что-то быть.

– Мои видения! Нашел, чему верить! В них у тебя четыре жены, а пока всё, что я наблюдаю – как ты заливаешь эмоции элем! И вечно один! – Я перевела дыхание и осушила бокал залпом.

– Всё, я не хочу это обсуждать.

– Вань, – я накрыла руку друга своей ладонью. – Да будет у тебя девушка. Может одна, может две, может десять. Всему своё время и место. А четыре жены – это уже опционально, потому как не я решаю, с кем тебе быть и когда. Это лишь один из вариантов твоего будущего, и пока я вижу, что к нему ты будешь идти долго, если продолжишь так загоняться. И вообще бесите со своей Фреей, как будто на ней свет клином сошелся! А вообще… посмотри туда, – я обратила внимание Вани на девушку за тем же столиком, где ошивался Грег, которая довольно пристально смотрела на нас с ним. – Мне кажется, она скучает без своей подружки. И эта девушка не сводит с тебя глаз.

Ваня постарался незаметно подсмотреть из-за моего плеча, на кого я указываю.

– В розовой футболке?

– Именно. И она в твоем вкусе. Просто ты как будто ослеп и перестал замечать всех вокруг.

“Великий Магистр, ты говоришь как Грег!” – воскликнуло подсознание, и я непроизвольно выпрямила спину от осознания этого факта.

“Я хотя бы не сравниваю людей с едой.”

– Может, ты и права. Предлагаешь тебя бросить?

– В меня уже не лезет алкоголь, я пойду домой. Пока еще могу грести.

– Справишься сама?

– Куда ж я денусь. Буду ждать потом рассказ, как всё прошло.

Ваня решительно встал, поцеловал меня в щеку и пошел в сторону бара, попросил Шона налить еще пару бокалов, забрал напитки и присоединился к другому столику.

“Кажется, у парней и без меня всё прекрасно”.

Вышла на улицу, отвязала лодку и села на весла.

– И почему никто не додумался приделать какой-нибудь моторчик для таких, как я, чтобы лодка сама меня везла? Это же бы снизило нагрузку на магический поток! Но нет, зачем заморачиваться ради сотни бесполезных магов, пусть гребут. – Бубнила себе под нос, пытаясь усесться так, чтобы не перевернуть лодку.

С каждым днем по вечерам становилось всё холоднее. Ветер пробирал до костей. Пришвартовала лодку к причалу общежития и бегом помчалась в горячий душ. От гребли я вся вспотела, от чего воздух казался еще более холодным.

“Интересно, Леон уже освободился?” – наконец, вспомнила я о… о парне, с которым переспала на днях.

Впереди выходные и мы совершенно не обсуждали, чем займемся. Мысли уводили к воспоминаниям о нашем сексе. Первые пару дней меня одолевало ощущение, будто я пробежала марафон. А потом мы были так заняты на занятиях, что виделись разве что утром, когда шли в Академию. Ребятам я рассказала о Леоне, но называть его моим парнем язык не поворачивался. Это уже додумки Грега. Мы с Леоном ничего не обсуждали, просто болтали, и не было ничего такого, как пишут в романах, когда новоиспеченная парочка не может оторваться друг от друга. Было как-то… скучно. Это печалило и злило.

Направилась к лифту, погруженная в свои мысли, не обращая внимания ни на что вокруг, пока не увидела как Леон и Фрея стояли в коридоре и о чем-то разговаривали. Мои ноги будто пригвоздили к полу. Я застыла на месте не в силах сделать шаг, но в следующую секунду я уже обнаружила себя прячущейся за углом. Тело среагировало раньше, чем я хоть что-то осмыслила. Леон был в своей футбольной форме, волосы – мокрые после тренировки, как и футболка, которая липла к телу, открывая всем его фигуру. Фрея смеялась и стояла к нему слишком близко. Хотелось то ли вцепиться ей в волосы, то ли выцарапать ему глаза. Центр управления Октавией Ленар выдавал ошибку, мигая красным. “Опасность! Опасность!”.

“Что это за чувства? Ревность?”

“Они же просто разговаривают! Хватит додумывать, и почему ты вообще прячешься?!” – пыталось привести меня в чувства подсознание.

Совладать с эмоциями не получалось, поэтому решила, что прятаться – безопаснее. Я не слышала ни слова из их разговора, так как стояла слишком далеко. Как же хотелось подслушать!

– Ты чего тут делаешь? – знакомый голос заставил взвизгнуть.

“Тина Спиннер, чтоб тебя!”

– Просто стою. Иди, куда шла, – я подтолкнула подругу под спину.

– Фи, как грубо. И тебе привет.

Тина явно обиделась, толкнула меня плечом, из меня вырвалось тихое “Ай”. И как назло она пошла к лифтам. Тина поздоровалась с Леоном и Фреей, а затем указала пальцем в место, где я стояла. Три головы одновременно повернулись, и на меня воззрились шесть глаз. Не знаю, успела ли вовремя спрятаться за стену, но решила, что пора уносить ноги.

“А зачем? Надо ли?” – уточняло у меня подсознание.

“Надо, надо!”

Я побежала, свернула за угол, попала в коридор, во второй, в третий.

“Лестница! Отличная альтернатива и полезно. Еще немного физической нагрузки и буду спать как младенец”.

Открыла тяжелую дверь, ведущую к старинной винтовой лестнице, которая была не в самом лучшем состоянии, но еще использовалась по назначению. Раз пролет, два пролет. Живот свело от напряжения, и вся выпивка просилась наружу. Я припала к одному из подоконников, пытаясь отдышаться. Кожа на щеках горела от бега, дыхание спёрло. Толкнула окно, оно не сразу, но поддалось, провернувшись на оси посередине.

– Фух, свежий воздух… – вдохнула полной грудью вечернюю прохладу, остужая голову, в буквальном и переносном смысле.

“Леон не пошел за мной? А Фрея?” – расстроенно начала внутренний диалог.

“Ты же сама захотела сбежать, так почему теперь тебя расстраивает, что за тобой никто не пошёл?” – отвечало подсознание.

“Может, я из тех, кому надо, чтобы за ними бегали?”

“Определенно нет”.

“Тогда что со мной не так?”

Сползла по стене на пол. На лестнице было тихо, темно и безлюдно. Самое то для такой психованной как я.

“И почему я раньше сюда не приходила? Как же тут спокойно…”

Освещала мое убежище только луна, пробивающаяся через редкие окна, словно протыкая лестничную башню световыми мечами, как подушечку для иголок.

На восьмой этаж я подняться была не в состоянии. Мышцы свело, навалилась дикая усталость вкупе с небольшим похмельем.

“Не буду больше пить этот эль, от него вечно болит голова на утро.”

Решила посидеть немного на полу, а потом пойти назад, чтобы подняться на лифте, но совершенно не заметила как уснула.

Во сне я бежала по лавандовому полю, смеялась, улыбалась, на мне была соломенная шляпка ручной работы. Так странно, ведь я не люблю шляпы, но выглядело симпатично. Я была не одна, но кто со мной? Не вижу, да и не важно. Солнышко так приятно грело. Что это? Момент из счастливого будущего или просто плод фантазии, жажда быть свободной от всех навязчивых мыслей. Просто я, природа и кто-то очень важный рядом, кто-то, кто согревал сильнее солнца.

По щекам потекли слёзы. Я проснулась от того, как чья-то рука аккуратно вытирает их. Открыла глаза, рядом сидел Леон, а я была накрыта его курткой. Видимо это и согрело меня.

– Снилось что-то плохое? – тихо спросил он.

Оттолкнула его руку и ладонями протерла лицо сама, не хотела, чтобы он видел меня с опухшими от слез глазами.

– Нет. Очень даже хорошее.

– Тогда почему ты плакала?

– Не знаю. Такое бывает.

Мы разговаривали шёпотом, и даже наши тихие голоса эхом наполняли всю башню.

– Собираешься и дальше тут сидеть?

– Тут довольно-таки неплохо, не находишь?

– Мне уйти?

– Как хочешь.

– Тогда никуда не пойду, – Леон положил мне руку на плечо и заключил в объятия. Это было неожиданно, сердце отреагировало барабанной дробью. – Я соскучился.

– Да ладно. Стоял там, веселился с Фреей. Явно не скучал.

– Кажется, ты пытаешься меня в чем-то обвинить? – Леон взял меня за подбородок и развернул к себе, чтобы посмотреть прямо в глаза. От его взгляда меня пробивала дрожь. – Хочешь, чтобы я как верный пес был только подле хозяйки?

“Что-то мужчины сегодня сыплют метафоры один за одним. Раздражает”.

– А может хочу! – я выпрямилась и отстранилась. – Сможешь сделать это для меня?

– Только если ты тоже перестанешь общаться с остальными парнями, – Леон усмехнулся.

“Вот хитрый лис!”

– Ладно, живи.

Леон притянул меня к себе ближе и поцеловал, центр управления Октавией ликовал, сменил красный сигнал на зелёный.

“Ох, как же хорошо…”

Закрыла глаза, забыв обо всем, отдавшись моменту. Когда Леон поцеловал меня, голова опустела до того, что в ней остались только самые похотливые мыслишки. Запустила руку ему под футболку, поняв, что он не переодевался. Видимо, и правда искал меня. Рядом на ступенях стояла спортивная сумка. Руки нащупали рельеф мышц и это было именно тем, чего я хотела.

“Моё! Никому не отдам!”

– Так-так. У кого-то поднялось настроение, я смотрю, – Леон убрал от себя мои руки, и я расстроилась. – Мне надо в душ, я воняю как помойный енот.

Я наклонилась к шее Леона и вдохнула аромат его тела. Запах его пота меня совершенно не отталкивал.

– По-моему, и так нормально.

– Этот жест был… довольно сексуальным, – Леон усмехнулся, я закусила губу.

– Я могу помыться у тебя?

– У меня?! – вопрос Леона был для меня неожиданным.

– Дерек и Фрея заперлись в нашей с ним комнате. Боюсь, я там буду лишним.

– Они что специально это делают? – возмутилась я.

– Нет. Просто я должен был помыться и свалить. Именно это и обсуждали у лифтов, но мне пришлось искать тебя.

– То есть я виновата?!

– Ну, немного. И если я правильно помню, в прошлый раз ты хотела помыться вместе, – Леон провел рукой по моей шее, убирая спутанные волосы назад.

Эти разговоры отзывались во всем теле мелкой дрожью нетерпения. Но приводить его в свой хаос и бардак что-то не хотелось.

“Может, использовать спальню Фреи? Там хотя бы пахнет приятнее”.

– Леон, ответь мне на один вопрос, – прежде чем привести в свою обитель парня, я должна была убедиться, что оно того стоит.

– Да.

– Мы… Ты и я… – слова застревали в глотке. – Что между нами?

– Хочешь это как-то назвать? – Леон улыбнулся.

“Да кто улыбается в такой момент!” – возмущалось подсознание.

– Было бы неплохо. Понятнее.

Леон встал с пола, увлекая меня за собой. Высунул голову в окно и закричал:

– Октавия Ленар, ты мне нравишься! Будешь моей девушкой?

– Идиот, ты что творишь вообще?! – я потянула его назад и закрыла окно, заливаясь краской.

– А ты не этого ждала?

– Зачем же орать на всё общежитие!

– Чтобы ни у кого не возникало вопросов, что ты – теперь моя.

“О, Великий магистр! Я сейчас умру от смущения и умиления на месте! Это было так романтично и так безумно!” – подсознание билось в экстазе.

– Я еще ничего не ответила, – хотелось сбить с лица Леона эту счастливую и дебильную улыбку.

– Ах, значит, так! – Леон присел и подхватил меня за талию, запрокидывая к себе на плечо и следом шлепая по заднице. – Осталось только заставить тебя стонать моё имя всю ночь!

– Прекрати говорить эти смущающие вещи!

– Сначала просишь меня как-то назвать наши отношения, а потом даешь заднюю. Может, тебе пора прекратить, а не мне.

– Ладно-ладно! Опусти! Я все поняла!

Леон поставил меня на ноги и протянул мне свою руку. Я неуверенно коснулась его раскрытой ладони, теплой и немного шершавой. Он переплел наши пальцы, его лицо разве что не светилось от самодовольства.

– Идиот.

– Такой же как ты.

Глава 8. Если хочешь, я могу уйти.

Леон без промедлений направился в душ, а я тем временем шуршала по углам, пытаясь хоть как-то прибрать устроенный мной бардак. Да, мы жили здесь с Фреей вместе, но делили обязанности: я готовлю, она убирает. После того, как Фрея начала встречаться с Дереком, уборка застопорилась, да и есть дома мы перестали. Всего за неделю наша комната превратилась в помойку.

“Зачем я вообще разрешила ему ко мне прийти?!” – спрашивала сама у себя.

“Да ты особо и не сопротивлялась. Разве наша извращенская душонка не скучает по страстным объятиям в ночи?”

“Хватит!”

Губы горели после поцелуев – у Леона отросла небольшая щетина за то время, что мы не виделись. Это придавало ему более взрослый и мужественный вид, но гладко выбритая мужская кожа куда приятнее на ощупь. Хотя эта легкая небрежность делала его еще сексуальнее.

Вещи разлетались направо и налево, шкаф норовил рассыпаться на части от моего усердия. Нет цели убрать – есть цель скрыть. На сушилке висело наше с Фреей нижнее белье: хлопковое – моё, кружевное – её.

“Какой стыд!”

Стыд я испытала от того, что моё белье больше подходило маленькой девочке, нежели молодой женщине. Даже в этом Фрея меня обскакала. Если бы я не была её подругой и не любила её, то как пить дать ненавидела бы за всю эту “идеальность”.

Конечно, Фрея не была идеальной. Фрея была истеричкой, похуже меня. Для неё в норме вещей швырнуть что-то в окно, наорать на стену, сразу же бросить то, что начала, если не получилось с первого раза. Но она старалась. Старалась справиться с самой собой, хоть пока и проигрывала. Несмотря на её довольно горячий нрав, Фрея была помешана на том, чтобы вещи лежали на своих местах, даже если их покрывает километровый слой пыли. Я же ненавидела пыль и грязь, а вот состояние вещей меня волновало в последнюю очередь. Мы с Фреей были как плюс и минус. Где-то больше, где-то меньше, идеально дополняли друг друга, но смириться с тем, что на неё западали парни штабелями было тяжело. Но вроде я неплохо справлялась? Или всё-таки нет?

Парень, от которого у меня поджилки трясутся, сейчас моется в моей ванной, а я сижу и размышляю о том, какая классная у меня подруга. Настолько, что и этот самый парень оценил.

“Октавия, надо больше любить себя!” — кричало подсознание.

“Я люблю,” – отвечала я.

“Врешь!”

Вру. Я совсем не уверена в себе. Слова Леона о том, что я ему нравлюсь, не могли не радовать, но я им не верила. Дура? Дура.

“Какая к черту разница, если он сейчас со мной наедине в моей спальне. Буду брать от этой жизни всё!”.

Мысли сменялись одна за другой и чем дальше, тем они становились пошлее и откровеннее. Я настолько перевозбудилась, что готова была сдуться. Мне пришлось по-быстрому достать дневник и выкинуть большую часть образов в него.

– Что делаешь?

Леон застал меня в тот момент, когда волшебная ручка была приставлена к виску как пистолет.

– Ничего, на что стоило бы обращать внимания.

Захлопнула дневник и спрятала в верхний ящик стола, так и не избавившись от той части, где я творила с Леоном всякие непотребства. Теперь будет немного тяжелее совладать с собой.

– Грязные секретики? – Леон ухмыльнулся, а мои глаза были прикованы совсем не к его улыбке.

Этот самец стоял передо мной в одних трусах, красуясь своим телом.

“Как вообще перед таким можно устоять?! Такими темпами я стану похожа на помидор”.

– Мы не настолько близки, чтобы я рассказывала о себе всё.

– Октавия, если ты не заметила, то ты вообще ничего о себе не рассказываешь. Болтаю из нас только я.

– Это ты-то болтаешь? Да ты меня завалил вопросами, и я так-то отвечала!

– Ты отвечала только, чтобы я отстал. Думала, я это не заметил? – Леон приблизился ко мне. – Я бы хотел узнать о тебе больше.

Вода стекала с его волос, каплями падала на плечи и спускалась по торчу. Я невольно сглотнула.

“Оближи его…” – подсказывало подсознание.

Я перевела взгляд на окно, борясь со своей внутренне извращенкой.

– И что бы ты хотел обо мне узнать?

– Ну, например, любимый цвет.

– Синий.

– Книга?

– “Ромео и Джульетта” Шекспира.

– Так ты романтик, – Леон улыбнулся, пол начал уходить из под ног.

– Вообще-то это – трагедия.

Леон обнял меня, поймав в капкан. Я выпрямилась, как натянутая струна под его натиском. Леон поцеловал меня в шею, голова закружилась, хотелось еще и еще.

– Еще вопросы есть? – сбивчиво спросила я, ловя ртом воздух. – Если нет, то я следующая в душ.

Увернулась от его поцелуев и проскользнула под мышкой, скрывая смущенное лицо.

– Помни, что я тебя жду! – игриво кинул Леон мне в спину.

“Как же! Ждет он!”

Стоило мне выйти из душа, подготовившись морально и физически к страстной ночи, как я нашла Леона спящим на моей кровати. Это было безумно мило и… немного расстраивало, самую малось. И чего я собственно ждала? Мы оба устали. Он после тренировки, я – после гребли и беготни по коридорам.

“А я ведь специально украла у Фреи одну из красивых ночнушек.”

Грустно вздохнул, я легла, примостившись рядом с Леоном. Меня одолевали совершенно новые ощущения: я волновалась, радовалась, грустила и одновременно желала его. Так много эмоций слились воедино, что сердечко не выдерживало, и у меня начало спирать дыхание.

Леон во сне перевернулся на бок и накрыл меня своей сильной и довольно тяжелой рукой. Благо, не храпел. За это в нашей “паре” буду явно отвечать я. Фрея всегда жаловалась, что от звуков, что я издаю во сне, стены дрожат. Меня волновало то, как Леон мог отнестись к этой моей особенности. Мама говорила, что всяких таких мелочах надо сообщать “на берегу”, но у нас с Леоном всё развивалось как-то слишком быстро, странно, сумбурно.

Пока лежала, смогла еще раз его рассмотреть. Красивый пёс, ничего не скажешь. Протянула руку к дневнику и всё-таки убрала похотливые мыслишки куда подальше. Всё лучше, чем не спать всю ночь, или не дай бог разбудить его.

“Может разбудишь?” – гребаное похотливое подсознание снова дало о себе знать.

“Нет, нет. Он устал, пусть отдохнет.”

Сердце стучало в висках, в конечностях. Здравый смысл боролся с похотливой извращенкой. Ворочалась в попытках лечь поудобнее: то на один бок перевернусь, то на другой. Расслабленное лицо Леона было в сантиметре от моего носа, его грудь медленно вздымалась. Красиво, просто красиво.

“Говорил, что соскучился, а сам уснул,” – возмущалось подсозание.

“Еще и так нагло и бесцеремонно! В моей постели! Мы об этом не договаривались. Не слишком ли это быстро после одной ночи вместе, и пары коротких диалогов?” – вторила я в ответ. – “Бесит.”

Зажала Леону нос указательным и средним пальцами. Сначала ничего не произошло, но вскоре нужный эффект был достигнут. Я сдалась под давлением своего внутреннего голоса и всё же решилась разбудить Леона.

– Ох, я, кажется заснул, – он пытался проморгаться, потер глаза.

– Тебе не кажется, – обиженно подытожила я.

Леон пристально посмотрел на меня сквозь завесу полумрака комнаты. В голубых глазах отражался лунный свет.

– Мы не договаривались, что ты будешь здесь спать.

– Если хочешь, я могу уйти, – Леон обворожительно улыбнулся, а я поплыла. – Ты готова отправить меня снова сидеть под дверью, где Дерек и Фрея…

Швырнула в эту наглую ухмылку подушку, та была ловко перехвачена и откинута в сторону. Я снова оказалась в капкане сильных рук, прижатая всем телом к кровати.

– Так мне уйти? – голос Леона ласкал слух, а его губы оставляли дорожку из легких, едва ощутимых поцелуев на шее, от которых немели конечности.

“И почему он вызывает во мне такую бурю? Так было бы с любым или только с ним? Это из-за его внешности или из-за того, что он так нежен и аккуратен? Интересно, сколько у Леона было девушек? Самый тихий из красавчиков оказался змеем-искусителем, а я как дева из легенд, что сорвала это дурацкое яблоко с Древа Желаний”.

За потоком мыслей не заметила, как рука Леона скользнула вдоль тела, задрала тонкую ткань ночнушки и оказалась у меня между ног. Не смогла сдержать стон. От низа живота до самой головы разливалось тепло, волна удовольствия накрывала меня снова и снова. Какой же он всё-таки гад! Это нечестно, я была лишена возможности сопротивляться, мне это нравилось так сильно, что когда он на миг замирал, хотелось кричать, чтобы не останавливался. Он мучил моё тело своими ловкими пальцами, доводил до исступления.

Поцелуи стали горячее и напористее, ласкали чувствительную грудь. Хотелось отрубить себе голову, потому что она шла кругом. Он дергал за ниточки, а я послушно подчинялась. Это не просто приятно, секс с Леоном – феерия, настоящее волшебство. Магия без магии. Если бы я не поцеловала его тогда в подвале, было бы у нас что-то? Или он так и остался бы красивым мальчиком, за которым я наблюдала с трибун?

Желание Леона камнем упиралось в бедро. Всё в его теле было идеально, даже мужское достоинство, которое раньше, при просмотре соответствующего кино, не вызывало во мне такого отклика.

Ноги свело и пробило дрожью. Пальцы Леона ускорились, было очень жарко и влажно. Я выгнула спину, подаваясь навстречу его руке. Возбуждение достигло пика, вырвалось наружу громким стоном, а затем также резко отпустило, оставляя после себя приятное послевкусие. Я почувствовала свободу в теле, удовольствие разливалось по моим венам.

“Что он сделал? Почему это было так хорошо? К этому можно и привыкнуть!”

– Что ты со мной сделал, Леон? Я не ощущаю ни рук, ни ног, – хватала ртом воздух, а по щекам, кажется, потекли слёзы. Жестокая пытка. Слишком. Я просто не готова была к такому кайфу. И слезы эти были от радости.

– Ничего особенного. Просто заплатил за ночёвку.

– Идиот. Я бы тебя не выгнала.

– Я не мог быть уверен.

Первая ночевка с парнем под боком превратилась в бессонную ночь. Мы были как звери, что не могли насытиться пойманной добычей. Распотрошили тушку, быстренько разделались с мясом, а потом еще долго обсасывали кости одну за другой. Отдохнуть явно не получилось. Но эта усталость не шла ни в какое сравнение с любой другой. Та усталость, от которой хочется петь, танцевать и совершать великие подвиги.

– Вита, ты дома? Тебя мать потеряла!

Фрея влетела в общую комнату и искала меня. От её крика мы с Леоном сразу же проснулись. Я вскочила как ошпаренная, поняв, что забыла закрыть дверь в свою спальню. Нос Фреи чуть не столкнулся с полотном, когда захлопнула дверь.

– Ты что творишь, придурошная?

– Я не одета, сейчас выйду.

– Да мне всё равно. Матери позвони, твой магический шар недоступен.

– Будет исполнено! – прокричала из-за закрытой двери.

– Ты что убралась? В лесу что-то сдохло?

Мне хотелось провалиться под землю. Леон молча смотрел на меня с кровати, прикрытый лишь тонкой простыней.

– Я сейчас… – одними губами прошептала Леону, накинула халат, поверх несчастной и помятой ночнушки. Придется купить Фрее новую, Леон не сдерживал себя и порвал её в нескольких местах.

Фрея была бодра и свежа, в отличие от меня. Копалась в своем чемоданчике со склянками.

– Ты уходишь? – с надеждой спросила подругу.

– Да. Мне надо сварить к следующей неделе Зелье Удачи, но у меня тут не хватает ингредиентов. Придется или пойти в лабораторию поискать, или бегать по лавочкам. Эх. Все-таки нет, – Фрея перевела на меня взгляд и внимательно осмотрела. – Ты чем вообще занималась? Это что – моя ночнушка?

Лямка предательски торчала из халата, я неловко пыталась её спрятать. Слов подобрать было невозможно.

– Ты что – не одна?! – шепотом кричала на меня Фрея. Хотя в глазах её искрился огонек интереса. – Октавия Ленар, ты что творишь? А если комендант увидит? Она же три шкуры с нас спустит!

– А сама-то! Где всю ночь шлялась? – продолжала также шепотом орать на подругу.

– В планетарии была. Ты что все мозги пропила со своими дружками?!

– Как в планетарии? – я косо посмотрела на дверь своей спальни.

“Леон сказал, что Фрея с Дереком были в их комнате”.

– Вот так. Готовилась к паре по астрологии на понедельник с Каспией. Мы строили натальную карту. Я же говорила об этом. Кстати, тебе тоже надо готовиться.

Гребаная астрология. Она была одним из главных предметов у провидцев. Нет-нет, да обращались за дополнительной помощи к звёздам.

– Так. Я всё поняла. Разберусь, – нервно затянула пояс на халате потуже.

– Давай уж разберись. Я ухожу, и чтобы когда вернусь – никаких парней, я буду спать.

– Всё-всё, не злись.

Проводила Фрею, а саму переполнял гнев.

“Это что за пакостничество от Леона Грейвза! Обманул, воспользовался и лежит там такой из себя герой-любовник”.

“Или скорее горе-любовник”, – уточнило подсознание.

Почти с ноги открыла дверь в спальню.

– Я уж думал, ты заставишь меня по простыням уходить через окно, – пошутил Леон.

– Леон. Ответь мне, зачем ты обманул меня и сказал, что Фрея с Дереком заняли вашу комнату?

– Это она тебе сказала?

– Не надо это делать.

– Что?

– Отвечать вопросом на вопрос. Я жду конкретный ответ.

Леон больше не казался милым, черты лица стали более острыми, взгляд холодным. Не понравилось, что поймали с поличным?

– Ну, немного приукрасил действительность. Нам же было хорошо, чего так злишься?

– Начинать отношения с таких глупых манипуляций, это просто…. – я пыталась подобрать описание тому, что происходит. – Просто жесть. И для чего?! Как будто бы я отказала тебе в сексе, предложи ты прямо!

– Ты преувеличиваешь, Октавия.

– Я просто не понимаю, зачем тебе это было нужно. Сначала кричал в окно все эти смущающие и романтичные вещи во всю глотку, а потом… вот это.

– Я понял тебя, Октавия.

– Да ну хватит! Хатит произносить моё имя таким тоном! – закричала я, чувствуя как Леон пытается снова манипулировать мной, произнося раз за разом моё имя.

Леон спешно оделся и подошел ко мне вплотную. Сверху вниз он смотрел на меня с очень злым выражением лица.

– Не надо на меня кричать, – каждым словом он забивал в моё сердце гвоздь.

– Уходи.

– Как скажешь, – Леон прошел мимо, его челюсти были напряжены, а на шее вздулась вена.

“Что это? Он злится? Ведь это не я обманула его, а он – меня. Что за бред?!”

Входная дверь громко хлопнула. Я продолжала сжимать пояс халата до боли на коже. Бред. Полное сумасшествие. Мог отшутиться, сказать что-то в духе: “Боялся, что ты снова убежишь или откажешь”. Я бы тоже пошутила в ответ и мы бы посмеялись и замяли всё, но нет. Он злился на меня. И это его “Это она тебе сказала?”.

“Да кто он такой вообще?! Фрея – твоя самая близкая подруга, которая никогда в жизни не давала в себе усомниться,” – возмущалось вместе со мной подсознание.

“Леон Грейвз, возможно, твой образ в моей голове был намного привлекательнее, чем то, с чем я сейчас столкнулась”.

Глава 9. Во всем нужен баланс

– Вы так и не разговаривали?

– Нет, – со злостью запихивала в себя еду, как будто это была последняя еда в мире.

Фрея злилась вместе со мной.

– Да что он о себе возомнил вообще? Хочешь я поговорю с Дереком и…

– Не надо. Это лишнее.

– Ты не хочешь понять, что это было?

– Я не сделала ничего, за что стоит меня игнорировать. Если он так решил себя вести, то флаг ему в руки и барабан на шею. Бегать за ним не собираюсь.

– Вит, – подруга коснулась моего плеча. – Я чувствую себя виноватой во всем этом.

– Ты то тут причем?!

Я поделилась с Фреей всем, что меня терзало. О моих видениях, о симпатии к ней Леона, выложила все карты на стол. Мне нужно было с кем-то поговорить и чтобы меня поняли, мне нужно было, чтобы кто-то оценил всю ситуацию со стороны.

– Во всем виновата только я и мой воспаленный мозг, – продолжила я. – Сначала думала, что ему нравишься ты, и мне его было жаль, когда вы с Дереком начали встречаться. Потом мы вроде поговорили и разобрались, и была не была, поверила его сладким речам. А потом эта абсолютно тупая ссора, в которой не было ничего такого! И что в итоге? Тотальный игнор. Что это за приколы: приманить, а потом оттолкнуть?! Меня такое не устраивает.

– Ну вот поэтому и чувствую себя виноватой, если бы не позвала тебя тогда…

– Я ни о чем не жалею. Спасибо Леону Грейвзу за то, что хоть кто-то меня, наконец-то, трахнул! – подняла бокал с соком, как будто произносила тост.

– Тебе же не приходят больше видения?

– Не хочу об этом говорить.

– Это значит, что не всё в порядке. Давай, я поговорю с ним.

– Фрея, ты вообще слышишь, что я тебе говорю?! – подруга начала меня раздражать. – Он оказался не тем человеком и всё.

Фрея выглядела грустной, это её не красило. Никто не должен грустить из-за тупых мужчин!

– Я точно буду в порядке. А ты прекрати вот это вот всё, дай мне остыть. Нас с Леоном по сути не связывало ничего. Называть нас парнем и девушкой было поспешно.

– Знаешь, клин клином так-то вышибают. Может, подыщем тебе другого?

– Да к чёрту все, Фрея! Я, может, просто не рождена для отношений.

– Не говори так. Каждый заслуживает свою вторую половинку.

– У меня есть ты, – легла головой на плечо подруги.

– Прости, но мне нравятся мужчины.

– Разбиваешь мне сердце.

Фрея была безусловно права в том, что со мной что-то не так. Видения перестали приходить, их как будто выключили. С одной стороны – это было прекрасно, с другой – пугало, ведь предсказания – моя неотъемлемая часть, как бы сильно она мне не нравилась. Я записалась на консультацию к профессору Филаксис и рассказала о своей проблеме. Никто не знал доподлинно, сколько ей лет – может, тридцать, а может и сто тридцать. Выглядела Инга Филаксис отлично, была бодра, весела, проницательна и очень любила поговорить. Вести лекции – истинное призвание профессора.

– Магические потоки в нашем теле неразрывно связаны с эмоциональным состоянием, Октавия. Если в голове неспокойно, то и твоя магия будет давать сбой. С тобой не происходило никаких потрясений последнее время?

“Если не считать эти странные идиотские моменты с Леоном, то ничего такого и не происходило. Неужели Фрея права, и это меня сломало? Это же такой пустяк, почему такая реакция.”

– Ничего серьезного не происходило, – ответила я профессору.

– О, девочка моя, это не обязательно должно быть что-то серьезное. А в вашем возрасте и подавно. Любая мелочь может стать триггером.

Я смотрела в пол и теребила руки. Профессор заварила чай, но я к нему так и не притронулась.

– Из-за мальчика переживаешь? – профессора не обмануть, да и у меня после вопроса всё было написано на лице. – Я не заставляю рассказывать. Выпей чаю, он приведет мысли в порядок.

Я отхлебнула немного из кружки, тепло пошло от горла к животу. Это был явно непростой напиток, скорее всего, либо с зельем, либо зачарован. Я ощущала привкус магии на языке, такого нет, когда просто завариваешь травы. Он был сладким и как будто взрывающимся, щекотал язык. Разная магия отличалась на вкус и запах. Магия Фреи казалась травой после дождя, Тины – горящими поленьями в костре, папы – свежим хлебом, мамы – холодным озером, а Леон… Леон на вкус и запах был как терпкий кофе. Сравнения Грега уже не казались такими абсурдными, когда я попыталась выразить свои ощущения. Чесночные гренки так чесночные гренки. Под пиво так под пиво.

– Помогло? – профессор Филаксис вывела меня из транса.

– Что вы добавили в этот чай?

Глаза профессора сузились, она улыбнулась во весь рот.

– Всего лишь ромашковый чай для успокоения нервов.

– Вкус… странный, – я отодвинула от себя чашку подальше.

Профессор переплела свои пальцы и положила на них подбородок. Она внимательно посмотрела на меня.

– Что не так с моим чаем? Скажи мне, Октавия, будь так добра.

Я описала профессору свои ощущения от чая, смущаясь и заикаясь. Я как будто была на допросе.

– Очень интересно. Думаешь, я что-то туда подмешала?

– Дума, это не просто ромашковый чай. Больше мне сказать нечего.

– Распознавать состав веществ – сложное умение. Может, твой тест был ошибочный?

– Это скорее опыт, – посмеялась себе под нос. А затем сказала громче: – Соседка учится на курсе зельеварения.

Чего я только не пила. Мне не сложно заметить какие-то изменения, Шон часто давал мне попробовать новые коктейли до того, как добавит их в меню. Нередко он баловался с разными порошками, усиливающими вкус напитка. А в клубах, куда мы ходили с Грегом и Ваней, в бокалы часто подмешивали зелье веселья. И если другим нравился настигающий их эффект, то я довольно придирчиво относилась к такого рода добавкам.

– Если посадить зёрнышко, оно обязательно, при должном уходе, превратится в дерево. Если в тебе есть хоть капля той или иной магии, то можно развить её до водопада.

– Я научилась жить и без неё.

– Упрямица, Октавия Ленар! – профессор отвесила мне щелбан.

– Профессор, ну вы чего?

– Допивай чай и дуй приводить мысли в порядок. И, Октавия… – серые глаза Инги Филаксис заглянули в самую душу и сердце. – Не замыкайся. Не пытайся сдерживать эмоции – это только вредит. И тебе и окружающим. Хочешь кричать – кричи, плакать – плачь, смеяться – смейся. Твоя голова должна быть всегда на плечах, но пока ты прячешься за маской “У меня всё хорошо!” сердце трещит по швам, разрываемое изнутри всем этим потоком эмоций. Не смей хоронить талант в таком юном возрасте!

– Спасибо, профессор.

– Всё, иди! И не забудь, что послезавтра я жду от тебя доклад на тему “Магические потоки человека как важнейший энергетический ресурс”.

– Но вы его не задавали… – озадачилась я.

– А теперь задаю! Отвлечешься немного, – профессор игриво подмигнула мне.

– А как же “привести мысли в порядок”?

– Я уверена, ты со всем справишься. Такую прилежную студентку еще надо поискать!

Я улыбнулась, поклонилась и попрощалась с профессором. Больше, чем уверена, что она знала обо всем, видела или нагадала. Её слова подбодрили меня.

“Если такой человек, как Инга Филаксис, говорит, что я справлюсь – значит, справлюсь!”

Никогда не думала о своем “проклятии” как о… таланте. Видимо, пришло время принять свою темную сторону. Профессор придала мне уверенности, не сказав ровным счетом ничего. Простое: “Ты справишься!”, и я уже готова горы свернуть. Профессор увидела во мне что-то. Однако я не отрицала той вероятности, что мой удел – видеть всякую гадость. Кто-то же должен.

Чай профессора помог поставить мозги на место, как она и обещала.

“Надо будет Фрею расспросить, что это могло быть, или самой понюхать эти её банки и склянки с ингредиентами.”

“Хотя это может быть что угодно, даже крысиный хвост,” – подкинуло дегтя подсознание.

“Фу.”

– Говорите, не держать в себе, профессор? Последую вашему совету, – уверенно произнесла вслух. Проходившие мимо студенты покосились на меня с опаской.

Я решила, что выскажу Леону Грейвзу всё, что о нем думаю прямо сейчас. И мне все равно, чем он занят и с кем находится.

“Вздумал игнорировать меня? Никто не смеет игнорировать Октавию Ленар, тем более после того, как у нас был секс и громкие слова о том, что я ему “нравлюсь”. Пора расставить все точки над И”.

Достала магический шар, нашла контакт Леона – неактивен. Сейчас бы пригодилась поисковая магия. Грег, мой дорогой Грег, позвоним тебе. Не зря же он учится на сыщика.

– Привет, Вит. Я сейчас занят.

– Грег, нет времени объяснять. Я кину тебе контакт – найди мне местоположение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Сиденье для гребцов на мелких беспалубных судах (шлюпках, лодках и пр.) – здесь и далее прим. автора.

Вернуться

2

al dente (ит.) – на зубок

Вернуться