Дмитрий Коровников
Адмирал Империи – 29

Глава 1

Место действия: двойная звездная система HD 21195, созвездие «Эридан».

Национальное название: «Екатеринославская».

Нынешний статус: «спорный» сектор пространства.

Претенденты: Российская Империя, Американская Сенатская Республика, Османская Империя.

Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 190 световых лет.

Точка пространства: орбита планеты Никополь-9.

Борт линкора «Мичиган».

Дата: 10 марта 2215 года.

– Ну что, коммандер, вот мы и встретились, – с ироничной усмешкой произнесла Таисия Романова, глядя сверху вниз на избитого и окровавленного американского офицера, распростертого у ее ног на полу капитанской рубки «Мичигана». – Только на этот раз уже лицом к лицу. И в несколько иных обстоятельствах, нежели вы рассчитывали, не так ли?

Командир захваченного русскими абордажниками американского линкора медленно поднял на княжну полный боли и затаенной ярости взгляд. Разбитые в кровь губы Дика Парсонса дрогнули, силясь что-то произнести, но вместо слов с них сорвался лишь сдавленный хрип вперемешку с кровавой пеной. Похоже, гордый «янки» никак не желал смириться с столь унизительным для него исходом сражения.

– Кстати, помнится, совсем недавно вы бравировали и грозились меня, так сказать, осчастливить своим вниманием? – продолжала язвить Таисия, склонив голову набок и прищурившись. – Что ж, должна признать, вам это действительно удалось! Я полностью удовлетворена исходом нашей встречи. Правда, думаю, не совсем тем способом, на который вы изначально рассчитывали…

Парсонс попытался что-то прохрипеть в ответ на колкость княжны, но очередной приступ боли заставил его вновь замолчать и стиснуть зубы. Похоже, недавний красноречивый оппонент Таисии мог сейчас отвечать на ее сарказм лишь стоном, полным бессильной ненависти.

Еще раз смерив пленника презрительным взглядом, словно какое-то мерзкое насекомое, Таисия повернулась к офицерам своей группы, что терпеливо ожидали дальнейших приказаний, стоя рядом.

– Докладывайте, господа, – коротко бросила великая княжна, внимательно оглядывая лихих космодесантников, чьи боевые скафандры были покрыты копотью и кровью недавнего абордажного боя. – Что там с остальными кораблями вражеского авангарда?

– Сообщают, – чеканя каждое слово, отрапортовал ближайший к Таисии гвардейский капитан. – Помимо «Мичигана» все семь линкоров дивизии «Джерси Блюз» успешно захвачены нашими славными ребятами в рекордно короткие сроки и практически одновременно. Сопротивление противника сломлено повсеместно, остатки вражеских экипажей перебиты в абордажных схватках или сдались в плен. Операция завершилась нашей безоговорочной победой!

Услышав столь обнадеживающую весть, Таисия удовлетворенно кивнула и едва заметно улыбнулась уголками губ. Да, ее расчет полностью оправдался. Русским космопехам удалось провернуть дерзкую и практически самоубийственную операцию по молниеносному захвату вражеской эскадры. И теперь в ее руках оказались восемь мощнейших американских линкоров – тех самых, что буквально полчаса назад наводили ужас на корабли эскадры Таисии. Это был оглушительный успех, Пусть дредноуты в данный момент находятся не в лучшем своем состоянии, но подшаманить на верфях – и они снова в строю, только уже в нашем…

А ведь еще совсем недавно ничто не предвещало столь ошеломительного триумфа. Когда неприятель, даже не подозревая о затаившейся на Никополе-9 засаде, увлекся преследованием отступающих русских кораблей и вплотную приблизился к их арьергарду, княжна отдала решающий приказ. И тут же из-за изумрудного диска планеты, словно стая разъяренных коршунов, в атаку ринулась целая армада из десантных модулей и штурмовых ботов. Сотни закованных в броню штурмовиков, ведомые лично Таисией пошли в атаку.

Операция по захвату вражеских кораблей была продумана тщательнейшим образом. Пока основные абордажные партии рвались к уцелевшим кораблям авангарда «Джерси Блюз», четыре МДК, забитые до отказа «преображенцами», дождавшись своего часа, вынырнули с поверхности Никополя и пристыковавшись к вражеским кораблям. Гвардейцы тут же хлынули на палубы линкоров, сокрушая и уничтожая в зародыше всякое сопротивление.

Американцы, застигнутые врасплох, даже не успели как следует среагировать на внезапный удар. Русские космодесантники, пользуясь замешательством противника, с лихой удалью и безжалостной стремительностью прорвались во внутренние отсеки вражеских линкоров. Сминая на своем пути наскоро возводимые баррикады, круша заслоны из охваченных паникой ««моряков»» «янки», закованные в броню наши абордажники прорубали себе дорогу к жизненно важным отсекам. Их целью были в первую очередь были мостики.

На каждом из восьми американских линкоров авангарда закипела чудовищная мясорубка, заполняя тесные коридоры грохотом выстрелов, лязгом скрещивающихся клинков и предсмертными криками умирающих. Атакующие дрались с лихим напором и отчаянной смелостью, стремясь как можно скорее подавить очаги сопротивления и подчинить себе вражеские линкоры. Обороняющиеся, даже застигнутые врасплох, тем не менее бились с остервенением обреченных, понимая, что им уготована незавидная участь – плен или смерть.

Но несмотря на все усилия «янки», после появления четырех штурмовых батальонов «преображенцев» исход боя был практически предрешен. У русских было незначительное численное превосходство, но гораздо лучшая подготовка и более мощное вооружение. А главное – внезапность и напор атаки были на нашей стороне. Защитники вражеских кораблей, деморализованные и дезорганизованные стремительным штурмом, группа за группой складывали оружие и сдавались на милость победителей…

Дерзкая операция по захвату дредноутов авангарда противника благополучно завершилась, но времени на раздумья и почивании на лавраз не оставалось. Пока основные силы контр-адмирала Ди Сеннны приходят в себя после недавнего взрыва топливной станции, там за планетарным геоидом, нужно действовать максимально быстро и решительно. И Таисия, хищно прищурившись, уже отдавала приказы:

– Слушайте мою команду, – звонко разносится по мостику «Мичигана», заваленного телами, голос капитана-командора Таисии Романовой, мгновенно привлекая внимание всех присутствующих. – Немедленно свяжитесь с «Пантелеймоном» и всеми остальными кораблями нашей эскадры. Передайте им: идти на сближение, немедленно взять захваченные американские линкоры на буксир магнитными тросами и тянуть их на всех парах к Никополю-4. Туда, где нас с нетерпением ожидают наши. Давайте только в темпе вальса, пока Ди Сенна не очухался!

Офицеры тут же бросились исполнять распоряжение княжны. На всех частотах зазвучали ее слова, ретранслируемые передатчиками по эфиру. Практически через несколько минут после этого по обшивкам американских уже трофейных кораблей застучала, вспыхивая разрядами, толстые магнитные канаты, вгрызаясь в толстую броню. Пробитые и искореженные в недавнем бою исполинские линкоры как безвольные бычки сначала содрогнулись всем корпусом, словно от боли, а после начали разворачиваться в направлении куда их уже тянули русские крейсера.

И пока наши израненная эскадра начинала свой путь к спасительной столичной планете, перед мысленным взором Таисии пронеслись яркие, словно кадры из фильма, воспоминания о том, как она вообще оказалась здесь – на краю Богом забытой звездной системы, на орбите Никополя-9, вдали от отца и основных сил русской группировки. Еще сутки тому назад Таисия и не предполагала, что ей придется вот так, с горсткой кораблей, в одиночку прикрывать столь важный стратегический объект. Но события последних часов развивались настолько стремительно и непредсказуемо, что едва ли кто-то мог предвидеть такой поворот.

…Таисия Константиновна на своем любимом линкоре «Афина» отступала вместе с отцом и кораблями адмирала Дессе от межзвездного перехода «Таврида-Екатеринославская». Они были вынуждены отойти после совершенно неожиданного появления в нашем тылу 1-го «ударного» космофлота под командованием адмирала Коннора Дэвиса, выскочившего словно чертик из табакерки из, как оказалось, мобильных подпространственных врат прямо в непосредственной близи от русских боевых порядков. Такого не ожидал никто. Использование переносных врат для прыжка целого флота в тыл противника – об этом раньше и помыслить не могли, считая совершенно невозможным и невероятным. Тем не менее, это было правдой.

И это внезапное появление в итоге дорого обошлось эскадре Дессе и императора. Увлекшись преследованием и добиванием жалких остатков авангарда Фрэнка Корделли, русские космофлотоводцы, сами того не подозревая, попались на крючок «янки». Позволили втянуть себя в изматывающую погоню за, как оказалось, приманкой, растянули боевые порядки и приблизились к сектору перехода. И тут, в самый неподходящий момент на нашу эскадру с «фланга» свежие и полные мощностей корабли Коннора Дэвиса обрушились всей своей чудовищной огневой мощью.

Внезапная атака едва не привела к катастрофе. Нашим ничего не оставалось, кроме как начать спешный отход в глубь звездной системы, отступая под огнем полутора сотен вражеских вымпелов, пытающихся зажать русские корабли в клещи. Адмирал Дессе приказал всем уцелевшим вымпелам немедленно разворачиваться и уходить к Никополю-4, к столичной планете…

Мы ушли а через стационарный переход в систему буквально потоком хлынули корабли 6-го «ударного» Нейтена Джонса. Дэвис приказал контр-адмиралу Ди Сенне с дивизией «Джерси Блюз», взяв топливозаправщики, двигаться к Никополю-9 для захвата стратегических запасов интария, без которого была немыслима дальнейшая операция по захвату «Екатеринославской». У американцев просто не оставалось выбора – или захват ценнейшего топлива, или отступление и провал всей кампании из-за нехватки горючего.

В это время в наших походных колоннах, буквально бегущих от перехода «Таврида-Екатеринославская» царила нервная, напряженная атмосфера. После тяжелого боя и вынужденного отступления на лицах всех от императора до рядового канонада была заметна усталость и подавленность. Как раз в это время на линкоре «Москва» уже битый час шел разговор Константина Александровича с адмиралом Дессе.

Последний раз за разом пытался убедить императора бросить часть сил на оборону Никополя-9 с его бесценными запасами интария, но неизменно натыкался на жесткий и бескомпромиссный отказ. Государь-император был непреклонен и говорил адмиралу что слишком многое поставлено на карту, и нельзя распылять оставшиеся боеспособные корабли. По мнению императора, нужно было собрать все силы в кулак в секторе Никополя-4, сделав эту планету местом решающего сражения с армадами «янки». Только там он видел хоть какие-то призрачные шансы на победу.

– Ваше Величество, умоляю, поймите! – в который раз с отчаянием воскликнул адмирал, сверля Константина пронзительным взглядом. – Если мы отдадим врагу Никополь-9, его стратегические запасы интария обеспечат топливом весь американский флот на много недель вперед! Они смогут наступать, не опасаясь проблем со снабжением. Это будет подлинной катастрофой!

– Адмирал, мое решение окончательное и обсуждению не подлежит! – резко оборвал старого командующего, император, хмурясь и нервно барабаня пальцами по подлокотнику кресла. – У нас почти не осталось боеспособных кораблей, кроме пожалуй что гвардейских дредноутов, которые я вам точно не отдам! Я не затем холил и лелеял Гвардейскую Эскадру, собирая в нее по крупицам лучшие корабли Империи, чтобы вот так потерять их в сражении за какой-то там интарий…

– Но, государь… – начал было Дессе, но Константин жестом оборвал его на полуслове.

– Вы знаете мою позицию, Павел Петрович. И я не намерен ее менять, – жестко отчеканил император. – Отныне с теми силами которые у нас остались под рукой мы сражаемся только за Никополь-4. Что же касается 9-й планеты с топливом… Что ж, придется пожертвовать ею. Ставки слишком высоки, и мы не можем позволить себе распыляться. Или вы сомневаетесь в моем решении, адмирал?

Константин смерил Дессе тяжелым, пронзительным взглядом, в котором читался откровенный вызов. Старый космофлотоводец лишь устало покачал головой и медленно поднялся со своего места.

– Никак нет, Ваше Величество, – с горечью произнес он. – Ваша воля для меня закон. Но молю Бога, чтобы это решение не стоило нам в итоге слишком дорого…

С этими словами командующий Северным флотом, тяжело ступая, покинул отсек. Оставшийся в одиночестве император еще долго сверлил мрачным взором закрывшуюся за Дессе дверь. В глазах Константина плясали безумные огоньки – огоньки решимости идти до конца, невзирая ни на что, даже на недавнее поражение и бегство…

Адмирал Дессе, между тем не желал сдаваться. Он покинув линейный корабль императора первым делом направился на «Афину» Таисии Романовой. Павел Петрович знал, что великая княжна одна из немногих, к кому прислушивается император. И сейчас она оставалась последней надеждой если не образумить царя, то хотя бы попытаться убедить его не бросать Никополь-9 на произвол судьбы.

Таисия, узнав от командующего о решении отца, пришла в неописуемую ярость. Тася знала своего отца другим – умным и расчетливым, умеющим думать и принимать правильные решения. Но как же давно это было. Сейчас император уже в который раз демонстрировал чудеса недальновидности и упрямства. Не хуже Дессе понимая важность защиты Никополя-9 капитан-командор Романова закипая от возмущения, прибыла на лейб-флагман, ворвалась в царские апартаменты, и по привычке уткнув руки в бока, воскликнула:

– Отец, ты понимаешь, что делаешь? – с порога выпалила Таисия, сверкая глазами и сжимая кулаки. – Как ты можешь бросать Никополь-9?! Ведь это ключевая планета, без ее топливных запасов мы попросту не сможем продолжать войну! Одумайся, пока не поздно! Нельзя отдавать «янки» ни одного литра интария. Без него Коннор Дэвис будет также беззащитен и связан по рукам и ногам, как это произошло с Джонсом и Уоррен в «Тавриде» неделю тому назад…

Константин, до того мрачно изучавший на тактической карте кадры недавно окончившегося сражения и появления практически из ниоткуда целого космофлота врага, медленно развернулся к дочери. В его глазах плескалась целая буря противоречивых эмоций – от раздражения и усталости до глухой обреченности и даже отчаяния. Голос императора звучал жестко и бескомпромиссно:

– Таисия, перестань! Я уже принял решение и обсуждать его более не намерен. Никополь-9 придется оставить это факт. У нас просто нет сил, чтобы ее защищать. Все резервы и действующие корабли будут нужны у Никополя-4, где решится судьба «Екатеринославской». Поверь, Коннор Дэвис первым делом поведет свою армаду именно к центральной планете…

Но княжна не желала сдаваться. Она умоляюще сложила руки в молитвенном жесте, пытаясь воззвать к разуму и стратегическому чутью отца:

– Папа, ну пойми же ты. Без топлива «янки» не смогут вести активные боевые действия! Их корабли попросту встанут… Нельзя допустить, чтобы интарий попал в руки врага. Прошу, отправь хотя бы дивизию к планете! Умоляю!

Таисия готова была рухнуть перед отцом на колени, несмотря на присутствие в этот момент в каюте офицеров гвардии из личной охраны императора – лишь бы достучаться до него и предотвратить фатальную ошибку. Но Константин Александрович был непреклонен. Казалось, все мольбы и доводы дочери натыкались на непроницаемую стену его невероятного упрямства.

– Довольно! Что с тобой?! Я такой тебя видеть не привык, – раздраженно бросил император, грохнув кулаком по столу так, что задребезжали хрустальные фужеры. – Я более не желаю это обсуждать. Капитан-командор, ни одного корабля к Никополю-9 я не отправлю! Прекратите истерику и займитесь делом. Лети готовь свою «Афину» к скорому бою за столичную планету системы. Твой линкор мне скоро понадобится в строю…

Ларчик открывался просто, ведь на самом деле Таисия только перед разговором с Дессе узнала об аресте своего лучшего друга и верного соратника – блестящего космофлотоводца контр-адмирала Александра Василькова, то есть меня. И что самое ужасное – арестован я был, оказывается, по личному приказу самого императора!

За спиной Таисии Константиновны состоялось скорое и закрытое заседание некой Чрезвычайной Следственной Комиссии. Возглавлял ее мерзкий царедворец и интриган, канцлер Шепотьев. И вот результат – Васильков вместе с группой ближайших подчиненных был схвачен лично гвардейцами Константина и посажен на гауптвахту. Про гауптвахту Тася только лишь догадывалась, потому, как не знал, что я в этот момент в отключке после лошадиной дозы транквилизитора уже летел на по направлению к Никополю-4, опережая наши походные колонны…

Шоку и негодованию Таисии не было предела. Она то была уверена – все выдвинутые против меня обвинения не стоят и ломаного гроша. Все мои действия, все так называемые «авантюры» и «своеволие», вменяемые мне в вину Следственной Комиссией, на самом деле были продиктованы лишь одним стремлением – нанести врагу максимальный урон и отстоять интересы державы. Ни о каком заговоре или измене не могло быть и речи. Причем до княжны также дошли слухи, что под сурдинку расправились с Самсоновым и капитанами кораблей, которые помогали Василькову в его «делишках».

Таисия же узнала об этом чудовищном судилище лишь постфактум, за что корила себя неимоверно. Сам процесс был организован в глубокой тайне, скоротечно и за закрытыми дверями. Княжну не поставили в известность, опасаясь ее вмешательства и защиты обвиняемых. Я, Самсонов и другие узники были обречены. Нам вынесли приговор по сфабрикованным материалам и лжесвидетельствам. И вся эта грязная история всплыла наружу лишь сейчас, поставив капитана-командора Романову перед свершившимся фактом.

И вот сейчас стиснув зубы, Таисия вновь перешла в атаку, решив, во что бы то ни стало выяснить судьбу опального контр-адмирала и других арестованных офицеров. В конце концов, я был ее другом и верным соратником. Бросить его в беде княжна не могла и не хотела.

– Ваше Величество, я требую немедленного ответа, где сейчас находится контр-адмирал Васильков и другие арестованные?! – звенящим от напряжения голосом произнесла Таисия, сверля отца взглядом, полным отчаяния и решимости. – Я хочу лично удостовериться, что с ними все в порядке. И я настаиваю на их немедленном освобождении! Суд над ними был незаконным, и ты это прекрасно знаешь!

Константин Александрович побагровел. Его глаза метали молнии, а желваки на скулах ходили ходуном от с трудом сдерживаемого гнева. Однако голос императора, вопреки буре чувств, прозвучал на удивление ровно и холодно:

– Ты забываешься, дочь. Ставить под сомнение решения Следственной Комиссий?! Васильков и остальные получили по заслугам. Виновность их полностью доказана. А будут ли они и дальше гнить в трюме или окончат жизнь иначе – уже не твоя печаль…

Таисия задохнулась от возмущения и обиды за друга.

– Что ж, поздравляю, Ваше Величество! – прошипела Романова, с вызовом вскидывая подбородок. – Считайте, что своими дурацкими приказами вы подписываете всем нам смертный приговор. Во-первых, как только американцы завладеют запасами топлива нам долго не продержаться. Во-вторых, арестовав Василькова и Самсонов – вы лишаете космофлот двух лучших, помимо Дессе, конечно, адмиралов. Все это непременно очень скоро скажется в секторах сражений.

Последние слова Таисия буквально выплюнула императору в лицо. Ее душили слезы горького разочарования в собственном отце, на которого она еще совсем недавно молилась и которым так гордилась. И вот теперь… Теперь все летело в тартарары! Не в силах больше находиться в одном помещении с императором, княжна резко развернулась на каблуках и решительно направилась к выходу.

– Куда?! А ну ка подожди, я кому сказал! – воскликнул император, сжимая кулаки и краснея перед замеревшими и вытянувшимися по стойке «смирно» офицерами гвардии, которые в этот момент находились здесь же. – Вернись немедленно, неблагодарная девчонка! Ты не смеешь так со мной разговаривать, я не потерплю неповиновения…

Но Таисия его уже не слушала. Яростно распахнув дверь каюты, княжна уже на пороге бросила через плечо прощальную реплику, прозвучавшую словно гром среди ясного неба:

– Похоже, в Ставке совсем не осталось настоящих стратегов, способных на поступки и вообще на мыслительную деятельность… Что ж, тогда этим займусь я…

Глава 2

Место действия: звездная система HD 21195, созвездие «Эридан».

Национальное название: «Екатеринославская».

Нынешний статус: «суверенный» сектор контроля Российской Империи.

Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 190 световых лет.

Точка пространства: 162 миллиона километров от перехода «Таврида-Екатеринославская».

Борт линкора «Афина».

Дата: 9 марта 2215 года.

Покинув императорские покои, Таисия буквально стрелой пролетела до своего шаттла. Бессильное негодование и чувство вопиющей несправедливости душили ее, не давая дышать. Все ее существо восставало против решения отца бросить Никополь-9 на произвол судьбы, а опасение за судьбу ее друга еще сильнее выбивали из колеи. Как отец мог так поступить?! Ладно, сначала решу проблему Никополя, затем, найду Сашку, – кивнула сама себя Тася, запрыгивая в офицерский вельбот…

Через каких-то пять минут стремительным шагом княжна уже неслась по гулким коридорам своего флагмана, то и дело едва не сбивая с ног попадающихся на пути матросов и офицеров. В ее пылающих гневом глазах читалась неукротимая решимость действовать, несмотря ни на что. Раз отец в приступе маразма решил отдать Коннору Дэвису «Екатеринославскую», она, сделает все возможное, чтобы предотвратить катастрофу! И никакие запреты не встанут на ее пути…

Ворвавшись на мостик «Афины», Таисия с ходу начала раздавать приказы и распоряжения ошеломленным вахтенным офицерам. Ее резкий, не терпящий возражений тон не оставлял никаких сомнений в серьезности намерений княжны.

– Всем по местам! Срочно подготовить корабль к походу! – звенел под сводами отсека ее звонкий девичий голос. – Проверить исправность систем… К черту разрешения на выход из колонны! Курс – Никополь-9…

Операторы засуетились, передавая указания Таисии по отсекам. Застигнутая врасплох команда в спешном порядке готовила «Афину» к выходу из походного ордера. Тася торопилась. С одной стороны надо успеть к месту назначения, с другой сейчас как никогда надо действовать максимально быстро. Она прекрасно знала своенравный и деспотичный характер отца. Уходить подальше от отступающей русской эскадры надо было, не дожидаясь, пока император предпримет попытку остановить свою строптивую дочь.

И опасения Таисии Константиновны оказались не напрасны. Едва узнав о ее своеволии, император вышел из себя. С перекошенным от гнева лицом он мерил шагами каюту то и дело бурча себя что-то под нос. Своенравие Таси и раньше доставляло немало хлопот, но сейчас оно могло привести к катастрофическим последствиям, прежде всего для нее же самой. Ну и что касаемо линкора княжны, Константин Александрович конечно же не желал лишать свою потрепанную недавними боями эскадру одного из лучших дредноутов Империи. «Афина» нужна была ему для обороны центральной планеты, к которой Коннор Дэвис, по мнению царя, прибудет первым делом…

Скрипнув зубами, император решительно направился к пульту селектора внутренней связи. Мгновение спустя в каюту быстрым шагом вошел полковник его личной гвардии Демид Зубов – высокий, статный офицер в идеально подогнанном мундире лейб-гвардии Преображенского полка. Видный молодой человек с тонкими, породистыми чертами лица и холодным взглядом серых глаз, в которых, казалось, застыл лед.

– Полковник, у меня для вас особое поручение, – произнес Константин, едва Демид переступил порог. – Моя дочь вознамерилась нарушить прямое указание и убыть на своем корабле из состава эскадры. Немедленно возьмите отряд гвардейцев, отправляйтесь на «Афину» и любыми средствами воспрепятствуйте этой авантюре. Линкор княжны не должен покинуть строй, чего бы это ни стоило!

– Любыми средствами, Ваше Величество? – спокойно уточнил Зубов, глядя императору прямо в глаза. Его голос звучал ровно, но во взоре мелькнула тень удивления. – Значит ли это, что в случае неповиновения княжны я могу…

– Да, черт возьми! – отмахнулся Константин Александрович, перебивая полковника на полуслове. – Даже если придется применить силу и арестовать мою своенравную дочурку – делайте это без колебаний! Я не потерплю нарушения субординации даже от нее. Таисия зашла слишком далеко, настало время преподать ей урок.

– Слушаюсь, Ваше Императорское Величество! – отчеканил Демид, щелкнув каблуками и разворачиваясь к выходу. Ледяная невозмутимость, с которой он выслушал гневную тираду Константина говорила о многом. Этот офицер явно привык беспрекословно исполнять любые приказы, какими бы жесткими и неоднозначными они ни были. В принципе императора за это и ценил Зубова, карьера которого росла как на дрожжах. В свои тридцать пять лет он уже был полковником гвардии – что приравнивалось в космофлоте к званию контр-адмирала.

Демид Зубов быстрым шагом покинул личные покои государя. Будучи заместителем начальника личной охраны императора, он часто видел княжну, знал ее повадки и знал, что девчонка скора на подъем. А значит, надо действовать быстро. Поэтому уже через несколько минут десантный шаттл с двумя десятками гвардейских штурмовиков-«преображенцев» на борту стартовал с императорского флагмана, взяв курс на «Афину». Судьба безрассудной самоволки княжны должна была решиться в самое ближайшее время…

В это время на капитанском мостике своего линкора Таисия застыла перед обзорным экраном, вперив горящий взгляд в видневшиеся вдали темные силуэты кораблей, идущих рядом. Резко обернувшись, княжна впилась пронзительным взглядом в стоящего рядом кавторанга Аристарха Жилы – невысокого жилистого офицера с лихо закрученными усами и взглядом матерого космоволка.

– Аристарх Петрович, давайте команду на разворот корабля, Мы покидаем походный ордер! – отрывисто приказала княжна, впиваясь глазами в Жилу, поддерживает ли он ее авантюру. – Курс – Никополь-9… Нам нужно прийти на помощь гарнизону как можно скорее. Потянем время – и планета будет потеряна. А вместе с ней – и весь наш флот…

Жила на секунду замялся, переводя взгляд с тактической карты, на которой светился Никополь-9, на Таисию и обратно. Приказ княжны шел вразрез с указаниями императора, а в военное время пререкания со старшим по званию могли стоить головы. Но в то же время он не мог не признать правоту Таисии – потеря стратегических запасов топлива означала смерть для нашей группировки и новые возможности для «янки». К тому же Аристарх Петрович слишком любил и уважал княжну, что при любом раскладе не смог бы ей перечить. Поэтому кавторанг кивнул и отдал соответствующие распоряжения по внутренней связи.

И в тот самый момент, когда «Афина» уже начала разворот, на экранах сканеров обнаружения возникла цель.

– Госпожа капитан-командор, – воскликнул дежурный, разворачиваясь к Таисии. – Неопознанный объект приближается по направлению к нам на большой скорости. Сканеры идентифицируют его как десантный модуль военно-космических сил Империи. Наглецы идут прямо на сближение, даже не запрашивают разрешение на стыковку!

– Кто такие? – вскинулась Тася, отвлекаясь от своих дел.

– Номерной гвардейский шаттл с «Москвы»…

Таисия нахмурилась, сжав губы в тонкую линию. Какого черта гвардейскому шаттлу понадобилось здесь?! Что они задумали? Отец решил нанести визит, чтобы лично запретить мне лететь к Никополю?

Впрочем, терзаться догадками Таисие Константиновне пришлось недолго. Голос дежурного офицера вновь разорвал напряженную тишину мостика:

– Ваше Высочество, получаю сигнал со стыкующегося модуля. Говорят, что прибыли по личному распоряжению Его Императорского Величества Константина Александровича…

Значит, отец все-таки решил вставить ей палки в колеса, прислав боевой шаттл? Ну что ж, пусть попробуют ее остановить! Резким жестом руки княжна развернулась к дежурному.

– Стыковку не разрешать! – замотала головой Тася, окончательно понимая что это за ней. – Закрыть створки!

– Поздно, они уже внутри, – развел руками оператор.

В эти секунды в ангаре «Афины» на нижней палубе с металлическим лязгом пристыковался к пирсу приземистый десантный модуль, похожий на хищного стального ската. Вид десантного челнока и профессионализм пилота, резко и ловко посадившего челнок заставили местных техников и механиков удивленно переглянуться между собой. Это кто такие дерзкие? Не каждый день в самый разгар подготовки и без разрешения на борт вдруг заявляется непрошенный гость с золотыми гвардейскими орлами на бортах.

Створки шлюза с шипением разошлись в стороны, и из недр шаттла выплеснулся поток вооруженных до зубов космодесантников в новейших боевых скафандрах модели «Ратник-500». Массивные, облитые золоченой сталью фигуры двигались четко и слаженно, держа оружие наизготовку. Свет ангарных ламп тускло отражался в глянце их зеркальных забрал, придавая облику гвардейцев сходство с боевыми киборгами.

Во главе группы чеканил шаг статный офицер без шлема. Двадцать «преображенцев» из личной охраны императора – его телохранители, а значит, лучшие из лучших молча следовали за своим командиром, готовые к любой нештатной ситуации.

Техники и пилоты истребителей в ангаре недовольно и с опаской расступались перед грозной вереницей незваных гостей, не решаясь стоять у них на пути, чтобы не быть растоптанными. Словно волки посреди стада овец, закованные в броню гвардейцы целеустремленно двинулись к лифтовым капсулам, ведущим на верхную палубу линкора. Тишину ангара нарушал лишь мерный грохот их тяжелых ботинок по металлическому настилу. «Афина» вздрогнула, словно в недобром предчувствии. Развязка приближалась с каждой секундой…

Таисия Константиновна мерила шагами мостик, нервно постукивая каблуками сапог по палубе. Выражение ее лица не предвещало ничего хорошего. Княжна кипела от эмоций. Она, еще не отошедшая от разговора с отцом, мгновенно поняла смысл прибытия команды с императорского линкора. Эти бравые молодцы прилетели, чтобы остановить ее, силой вернуть «Афину» в строй. Вот только княжна не собиралась менять уже принятое ей решение. Пусть только попробуют встать на ее пути – здоровыми эти парни с «Афины» уже не уйдут.

– Что будем делать Таисия Константиновна? – Аристарх Петрович чесал кулак, намекая на хорошую драку. – Я уже дал сигнал нашим парням… Джем только вашей отмашки…

– Хорошо, спасибо, – кивнул Тася, удовлетворенно. – Мой приказ таков: Немедленно остановить гвардейцев, разоружить их и вышвырнуть с корабля к чертовой матери! Пускай возвращаются к папеньке и доложат, что не на ту напали. Отправьте им навстречу штурмовые команды, и пусть разберутся на месте.

Жила кивнул, и улыбнувшись, связался со старшими групп «морпехов». Его глаза недобро прищурились – кавторанг и сам был не прочь поучить зарвавшихся царских прихвостней хорошим манерам. Спустя минуту по всему крейсеру завыли сирены боевой тревоги, созывая абордажные партии. Шестьдесят космопехов «Афины», облаченных в массивные боевые скафандры предыдущих поколений «Ратник-400» и «350», ринулись на перехват гвардейцам Зубова. В коридорах корабля повисло напряженное ожидание, словно в самом воздухе потрескивали электрические разряды.

Все понимали, чем закончится визит отряда «преображенцев». Столкновение двух групп космопехов произошло на одном из подуровней средней палубы линкора, в узком переходе между лифтовыми шахтами и одной из орудийных батарей. Заслышав грохот тяжелых ботинок по полу, бойцы с «Афины» мгновенно рассредоточились, перекрывая коридоры плотным кордоном. Гвардейцы, едва завидев заслон, остановились, посмотрев на своего командира. Несколько секунд тишины, и вот уже Демид Зубов выступил вперед, обращаясь к «морпехам» Таисии:

– Именем Его Императорского Величества, приказываю вам немедленно пропустить нас к ее высочеству княжне, – произнес он нарочито пафосно, пытаясь этим смутить стоящих перед ним офицеров. – Мы прибыли на корабль по приказу государя. Отойдите с нашего пути, и мы избежим ненужного мордобоя…

Один из офицеров штурмовой команды сделал шаг навстречу Зубову.

– Не тебе, полковник, раздавать здесь приказы! – прорычал космопех, выразительно похлопывая ладонью по кобуре с плазменным пистолетом. – Валили бы вы обратно, покуда целы гвардейцы. Княжна ясно дала понять, что вам тут не рады. Еще шаг и ляжете все!!

Демид гордо вскинул подбородок. Его глаза полыхнули ледяным презрением. Полковник не привык слышать в свой адрес столь оскорбительные слова.

– Вы смеете угрожать офицеру императорской гвардии? Да вы в своем уме, капитан?! За одно это вас ждет трибунал!

Договорить полковник не успел. Один из ретивых космопехов «Афины», не выдержав наглости Зубова, с ревом кинулся вперед, на ходу вскидывая винтовку и метя прикладом в грудь ближайшего к себя «преображенца». Однако ударить не успел. Мгновенным, почти неуловимым движением гвардеец перехватил оружие, как пушинку вырвал его из рук опешившего бойца и с размаху саданул тому этим же прикладом в забрало шлема. Бронестекло конечно же не лопнуло, но «морпех» от сильного удара рухнул на палубу несколько оглушенный.

Это тут же стало сигналом к началу общей свалки. Рыча от ярости, космопехи с обеих сторон сшиблись в рукопашной, круша и молотя друг друга, словно у них отказали предохранители. Даже понимая всю абсурдность ситуации, никто не желал уступать. В тесном коридоре вспыхнула ожесточенная схватка, которая, впрочем, продлилась недолго. Несмотря на численное превосходство, бойцы «Афины» явно уступали в классе прибывшим с императорского флагмана гвардейцам. Вернее уступали их латы. Новейшие скафандры «Ратник-500», усиленные сервомоторами, наголову превосходили устаревшие бронескафандры космопехов Таси.

Демид Зубов и его подчиненные, работая в слаженной связке, без лишних церемоний теснили и расшвыривали по сторонам несчастных штурмовиков с «Афины», словно те были сделаны из бумаги, а не закованы в сталь. В дело шли приклады, ботинки, кулаки, закованные в боню перчаток. Оружие никто применять не стал, устав подобные выходки выжигал из штурмовиков еще на стадии кадетства.

Демид Зубов несмотря на высокий ранг был первым в этой мясорубке, подраться он никогда не был прочь. В какое-то мгновение полковник схватил зазевавшегося капитана, того самого, кто дерзил ему, за ногу и буквально швырнул его в толпу соратников, опрокидывая целый строй как кегли. Именно настолько превосходили доспехи гвардейцев стандартные бронескафы космопехов «Афины».

Думаю, вы уже поняли, что исход схватки был предрешен. Методично и неумолимо, шаг за шагом гвардейцы прорубали себе путь к лифтам, сминая любое сопротивление на своем пути. И вот уже последний боец «Афины» с хрустом впечатан в переборку могучим ударом огромного кулака в бронированной перчатке. Палуба вокруг была усеяна стонущими и корчащимися телами космопехов в помятых скафандрах. В отличие от них гвардейцы по-прежнему все как один стояли на собственных ногах, будто ничего особого не произошло…

Тася, как только узанала о плачевном исходе стычки своих космопехов с гвардией, многозначительно хмыкнула, еще раз удостоверившись в превосходстве последнего поколения ДОСпеха, и тут же облачилась в свой личный «Ратник-500». Да у нее был точно такой же «Ратник», как и у «преображенцев» – так сказать связи помогали. Вокруг нее суетились встревоженные офицеры вахты и кавторанг Жила, лихорадочно обсуждая планы обороны мостика. Аристарх Петрович в отличие от княжны не так философски отнесся к позорному поражению своих штурмовиков и сейчас сильно злился, прежде всего на этих выскочек из личной охраны царя.

– Если эти змееныши решили помериться яйцами, – кивнул Жила, переглядываясь со своими подчиненными, которые также спешно облачались в броню, в ожидании второго раунда разборок. – Что ж, выкатим им свои… Посмотрим у кого больше.

За спиной Таисии, стаявшей молча и о чем-то размышлявшей, уже рычала и щелкала затворами собравшаяся в рубке толпа вооруженных космоматросов в тяжелых боевых скафандрах. Пусть только сунутся! Напряжение на капитанском мостике звенело, словно натянутая струна. Каждый замер на своем месте и не сводя глаз со входа.

– Они уже здесь…

Двери разошлись в стороны, впуская в гостей. В проем вломились гвардейцы императора, ворвавшиеся на капитанский мостик, как к себе домой. Видя, что происходит и что их уже джут, «преображенцы» мгновенно расположились полукругом, вскидывая оружие. Впереди грозной группы стоял Демид Зубов. Забрало его шлема было поднято, являя ошеломленным взглядам красивое лицо с пронзительным стальным взором и высокомерной полуулыбкой. Полковник обвел сгрудившихся на мостике офицеров и космоматросов уничтожающим взглядом и неторопливо двинулся вперед.

Таисия Константиновна, раскрасневшаяся от гнева, тоже шагнула навстречу Зубову. Княжна была готова броситься на этого наглеца прямо сейчас, и удержаться от немедленной атаки ей стоило невероятных трудов.

– Капитан-командор, – с едва уловимой иронией произнес Демид, склоняя голову в намеке на приветствие. Мягкие интонации его голоса резко контрастировали с непреклонным выражением глаз. – По приказу Его Императорского Величества я прибыл проследить за тем, чтобы «Афина» не покидал строй кораблей эскадры. Боюсь, ваши планы лететь к Никополю-9 более неосуществимы. Прошу вас отдать приказ линкору – вернуться на место в походном ордере… Не усугубляйте ситуацию, ваше высочество.

Зубов говорил спокойно и размеренно, словно не замечая руки Таисии, которую она держала на эфесе своей, пока деактивированной сабли, а также свирепые лица космопехов за ее спиной. Казалось, этот офицер полностью уверен, что устоит даже против всего экипажа «Афины». В позе полковника сквозила непоколебимая уверенность и готовность идти до конца.

На мгновение повисла гнетущая пауза. Таисия, багровая от ярости, не сводила пылающего взгляда с ненавистного ей полковника, которого она часто видела в сопровождении отца. Видела, даже, надо признать, любовалась его статью, невозмутимостью и красотой. Но не была близко знакома. Сейчас же после того, как этот наглец смеет указывать ей, дочери императора и боевому офицеру, приводила княжну в неистовство. И плевать, что за спиной Зубова стоят два десятка его головорезов, готовых ринуться в бой по первому слову командира. Лично ей отступать некуда.

– Не вам, полковник, приказывать мне на моем же корабле! – прошипела сквозь зубы Таисия, делая угрожающий шаг вперед. – И не важно по чьему приказу вы здесь оказались. Мне на это плевать! Я не стану подчиняться глупым и безрассудным указам, какими бы высокими печатями они ни были подкреплены.

Голос княжны сочился нескрываемым презрением. За ее спиной одобрительно зарычали матросы, вскидывая оружие и нацеливая его на гвардейцев. Жила и другие офицеры нервно переглядывались, чувствуя, что вот-вот грянет буря.

– Хотите я дам вам совет, полковник? – звенящим от напряжения голосом продолжала Таисия. – Немедленно убирайтесь с моего корабля, иначе вы и ваши люди отправитесь назад на лейб-флагман в передвижных медкапсулах, так как сами идти не сможете…

– Благодарю за совет, – кивнул Зубов, ничуть не смутившись под дулами винтовок. – Но боюсь я им не воспользуюсь.

За его спиной гвардейцы, повинуясь молчаливому приказу, в свою очередь взяли космопехов «Афины» на прицел, готовые в любой момент открыть огонь на поражение. Обстановка на мостике накалилась

– Что ж, тем хуже для вас, – хмыкнула Тася, делая шаг вперед.

– Ваше высочество, я прошу вас в последний раз, – с расстановкой произнес Зубов, глядя Таисии прямо в глаза. Его голос звучал по-прежнему ровно и спокойно, но в нем явственно слышались нотки тревоги. Полковник прекрасно понимал, что простыми разговорами дело на закончится. – Не усугубляйте ситуацию. Подумайте о последствиях. Неповиновение прямому указу императора в боевой обстановке – это измена и бунт. Вы губите не себя, а прежде всего экипаж «Афины»…

В этот миг в душе Таисии что-то дрогнуло. Княжна действительно не подумала о судьбе своих подчиненных. Всем кто оказался с ней рядом, в отличие от нее самой за все проступки точно не поздоровится. Судьба Василькова, командующего Самсонова и иже с ними была тому подтверждением. Эти люди: Жила ее офицеры и матросы на «Афине» пойдут за ней до конца, так как вверять в своего командира и любят. Но что с ними будет потом?

И почему этот гвардейский полковник вдруг так печется о судьбе ее людей? В пылу яростного спора она вдруг по-новому взглянула на стоящего перед ней мужчину. Зубов уже не улыбался так ехидно и нагло, он смотрел на нее скорее глазами друга и человека не равнодушного. Это не был взгляд того контр-адмирала, вернее уже вице-адмирала Красовского, чьи холодные глаза выдавали такой же холод души. Нет, сейчас Тася увидела перед собой добрый, сочувствующий взгляд.

А дальше она снова поймал себя на мысли, что любуется этим мужчиной. Высокий, статный, с благородными чертами лица и умными, проницательными глазами. В его осанке и движениях сквозили порода и достоинство, сила и уверенность прирожденного аристократа и воина. Это застала княжну врасплох.

«Что за чертовщина?! – мысленно одернула она себя княжна, чувствуя, как вспыхнули щеки. – О чем я только думаю в такой момент?! Романова, ты совсем спятила – млеть перед врагом, словно кисейная барышня. Соберись, тряпка!»

Таисия, злясь сейчас на себя, яростно тряхнула головой, прогоняя наваждение. Зубов ее противник, посмевший встать на пути. И она сейчас преподаст ему урок, чтобы неповадно было. Княжна обвела взглядом застывшие в напряжении лица своих людей. В глазах офицеров и матросов читалась растерянность пополам с мрачной решимостью. Они явно не понимали, почему их командир медлит, не отдает приказ атаковать.

Кавторанг Жила, нахмурившись, вопросительно приподнял бровь, глядя на Таисию. В его взоре сквозило плохо скрываемое недоумение и горел огонь скорой битвы. Рука Аристарха Петровича уже тянулась к пистолетной кобуре. Заметив этот красноречивый жест своего старпома, Таисия встрепенулась и снова пришла в себя.

– Довольно болтовни, полковник! – отчеканила Таисия ледяным тоном, надменно вскидывая подбородок. – Здесь и сейчас я не подчиняюсь ни вам, ни вашему обожаемому императору. Как командир корабля я буду действовать по своему усмотрению. И плевать мне на ваши жандармские замашки!

Голос княжны креп с каждым словом, набирая силу. За ее спиной одобрительно загудели мрачные космопехи. Они только и ждали сигнала, чтобы ринуться в бой и смести дерзких гвардейцев с палубы мостика. Жила окинул Зубова многообещающим взглядом: мол, допрыгался, голубчик?

Демид, казалось, и бровью не повел.

– Это ваше окончательное решение?

Мертвую тишину прорезал резкий, повелительный голос Таисии:

– Аристарх Петрович, продолжайте маневр разворота! Курс, как и прежде, на Никополь-9…

Глава 3

Место действия: звездная система HD 21195, созвездие «Эридан».

Национальное название: «Екатеринославская».

Нынешний статус: «суверенный» сектор контроля Российской Империи.

Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 190 световых лет.

Точка пространства: 162 миллиона километров от перехода «Таврида-Екатеринославская».

Борт линкора «Афина».

Дата: 9 марта 2215 года.

На капитанском мостике «Афины» напряжение, казалось, можно было резать ножом. Таисия и Демид, замерев друг напротив друга, яростно сверлили один другого взглядами, полными огня. Полковник медленно поднял руку, указывая на княжну:

– Ваше высочество, вы должны немедленно подчиниться приказу Его Императорского Величества! – отчеканил он, чеканя каждое слово. – Бросьте эту безумную затею и вернитесь на флагман «Москва». Или, клянусь, я собственноручно отстраню вас от командования и силой доставлю на лейб-линкор!

В ответ Таисия лишь рассмеялась, откидывая голову назад. Ее звонкий голос эхом разнесся под сводами рубки, словно удар хлыста.

– Да ну? Вот так прямо возьмешь и отстранишь? – ехидно осведомилась она, в упор глядя на гвардейца и переходя на «ты» – Давай, поглядим…

С этими словами княжна выхватила из ножен на бедре плазменную саблю, активировав ее нажатием кнопки. Узкое лезвие, окутанное голубоватым сиянием, с шипением рассекло воздух, словно росчерк молнии. Не успел Зубов и глазом моргнуть, как Таисия стремительно бросилась в атаку, занося клинок для сокрушительного удара.

Полковник, застигнутый врасплох, лишь чудом успел отклониться в сторону. В следующую секунду в его руке тоже сверкнула активированная сабля, и два скрещенных клинка с плазменной кромкой затрещали, высекая искры.

Начался поединок. Сталь и плазма с лязгом и шипением сталкивались вновь и вновь, освещая напряженные лица дуэлянтов призрачными всполохами. Двигались оба стремительно, рубили и кололи беспощадно, как заклятые враги.

Ошеломленный этой внезапной дуэлью экипаж «Афины», а также гвардейцы, еще более шокированные происходящим, застыли на местах, боясь шелохнуться. Никто не смел вмешиваться в схватку. Вокруг сражающихся образовался своего рода круг, и все, кто в него входил, невольно отшатывались назад.

Кавторанг Жила в этот момент вдруг осознал, что Таисия сражается без шлема. В пылу схватки она попросту забыла его надеть. Княжну могло спасти лишь чудо – достаточно одного удачного удара, чтобы отсечь ей голову. Аристарх Петрович хотел было уже рвануться к Тасе на помощь, но сдержался, понимая, что тем самым нарушит правила и княжна его за это не простит и не похвалит. Поэтому кавторанг застыл на месте, готовый в любой момент поддержать Таисию Константиновну.

Жила с некоторым облегчением выдохнул, когда Зубов, отбив очередной выпад Таисии, вдруг сам сорвал с головы свой золотой глянцевитый шлем, отсоединив крепления. Его лицо блестело от пота, а глаза полыхали лихорадочным огнем. С презрительной усмешкой полковник отшвырнул сферу в сторону, словно бросая княжне вызов:

– Раз уж вы так неосмотрительны, ваше высочество, то и я не стану прятаться…

Таисия оскалилась в презрительной ухмылке, мол кавалер выискался. Теперь она и Демид сражались лицом к лицу, не скрывая эмоций и не щадя друг друга. Казалось, весь мир для них перестал существовать – были лишь два сверкающих плазменных клинка, скрещивающихся в стремительных выпадах и контратаках.

Мало кто из присутствующих на мостике мог похвастать тем, что видел настолько захватывающий поединок. Княжна и полковник кружили по тесному пространству рубки в стремительном танце, и движения их казались почти нечеловеческими. Сверкающие плазменные клинки, словно крылья диковинных птиц, рассекали воздух, оставляя за собой огненные всполохи. Снопы искр разлетались веером, превращая схватку в некое феерическое действо.

Сила и ловкость дуэлянтов, помноженные на возможности новейших скафандров делали их похожими на неуязвимых богов войны из древних легенд. Они буквально парили над палубой, почти не касаясь ее ногами, с легкостью ускользая от ударов и проводя обманные финты. Сложнейшие движения, которые и не снились балетным примам «Большого», исполнялись с филигранной точностью и изяществом.

С каждой минутой бой набирал обороты. Становилось ясно, что ни один из противников не уступает другому ни в мастерстве, ни в скорости. Выпад следовал за выпадом, контратака сменяла блок, и снова плазменные лезвия, треща, скрещивались в воздухе, отбрасывая причудливые отсветы на лица сражающихся, а броня доспехов скрипела от трения при соприкосновении.

Демид все время отступал, тем не менее, делал это уверенно, легко парируя все удары великой княжны. Тасин же клинок так и порхал, норовя достать противника, то справа, то слева, то сверху. Но Зубов, не уступая Романовой в мастерстве, отражала каждый выпад, успевая при этом контратаковать с невероятной скоростью. Его сабля была будто продолжением руки, послушным инструментом, способным как защитить, так и поразить. Однако гвардейский полковник ни разу не перешел в атаку.

По мере того, как дуэль затягивалась, в душе Таисии Константиновны все больше росло изумление. Она была уверена, что быстро одолеет Зубова, но тот демонстрировал поистине фантастическое искусство фехтования. Таисия с удивлением ловила себя на мысли, что даже ее наставник и друг Александр Васильков, слывший непревзойденным мастером клинка, вряд ли смог бы потягаться с гвардейцем на равных.

Это открытие одновременно и восхищало, и пугало княжну. Впервые она встретила достойного противника, и теперь уже не была так уверена в собственной победе. Мелькнула даже крамольная мысль: что если этот красавец все же сумеет взять над ней верх? Сердце девушки сжалось от дурного предчувствия.

Перешептывающиеся космоматросы «Афины» и гвардейцы императора, прижавшиеся по краям рубки, во все глаза следили за схваткой. На их лицах отражалась целая гамма эмоций – от неверия и шока до восторга и боязливого трепета.

Кавторанг Жила хмурился все сильнее, не отрываясь, глядя на сражающуюся пару. Его грызло нехорошее подозрение, что капитан-командор не в полной мере восстановилась после ранения, полученного еще в «Тавриде». Это было видно по учащенному дыханию княжны и уже не такой резвости в действиях. Аристарх Петрович застыл в стойке, боясь сглазить, но готовый в любой момент ринутся на помощь. А сабли поединщиков тем временем продолжали свой стремительный, завораживающий танец под аккомпанемент скрежета сервоприводов и хриплого дыхания дуэлянтов.

Самые худшие опасения Жилы начали сбываться. Мало-помалу Таисия стала сдавать позиции, невольно отступая под безжалостным напором Зубова, который тоже все видел и явно почувствовал усталость Таси. Как ни старалась княжна, но недавние тяжелые ранения, пусть и залеченные в медкапсуле, неумолимо брали свое. Сказывались большая кровопотеря и общая слабость организма, не до конца восстановленного ускоренной регенерацией.

Романова начала сдавать. Ее движения утратили первоначальную стремительность и точность, в них появилась доля скованности. То тут, то там княжна допускала мелкие ошибки и промахи, на которые тут же безжалостно указывал клинок полковника, вынуждая ее отступать. Электроника «Ратника-500» изо всех сил пыталась компенсировать промахи хозяйки, придавая ее рукам и ногам недостающую скорость. Но, увы, даже самые продвинутые сервомоторы не могли полностью заменить живую силу, мало-помалу утекающую из тела девушки.

Слабость в израненом теле постепенно нарастала, а вместе с ней приходило отчаяние. Романова понимала, что промедление дорого ей обойдется. В какой-то миг Таисия, выбиваясь из последних сил, попыталась провести обманный маневр. Ее клинок, сверкнув, описал замысловатую спираль, метя, казалось бы, в корпус Зубова, но в последний момент вильнул в сторону, целя в незащищенную шею.

Увы! Полковник мгновенно просчитал этот трюк. Коротким, почти незаметным движением он поймал запястье княжны своим клинком, рванул вверх и одновременно ударил ногой, подсекая Таисии колени. Не успела девушка и глазом моргнуть, как ее сабля с жалобным звоном отлетела в сторону, а сама она распласталась на палубе.

В следующий миг полковник навис над поверженной противницей, приставив к ее горлу пылающее лезвие. Он что-то говорил – Таисия видела, как беззвучно шевелятся его губы. Но шока и отчаяния княжна не слышала ничего. В висках стучала только одна мысль: «Проиграла! Всё…Какой позор!»

– Ну, давай, добивай! – воскликнула она в отчаянии, возможно, сейчас действительно веря, что Зубов доведет дело до конца.

Вместо этого полковник отбросил свое оружие и буквально рухнул сверху на княжну, прижав ее к полу.

– …Не пытайтесь сопротивляться, ваше высочество! – донесся до Таисии все тот же полунасмешливый голос полковника, заставив ее вздрогнуть. – Ваша партия окончена. Признайте поражение и верните «Афину» в строй…

Издевательская ухмылка Демида резала капитану-командору сердце не хуже плазменной сабли. Опозоренная, раздавленная, униженная, она лежала, не в силах пошевелиться, скованная железной хваткой «Ратника-500». Бессильная ярость рвала Таисию на части, жгучий стыд плавил щеки.

А самым страшным и нестерпимым было видеть горькое разочарование и неверие в глазах ее подчиненных. Особенно тяжело было встречаться взглядом с Жил ой. В глазах кавторанга застыл немой укор пополам с сочувствием и злобой, направленной на ее победителя. Таисия уловила в глазах кавторанга решимость и готовность к самым отчаянным действиям. Она прекрасно знала Аристарха Петровича и как он вел себя в ситуации, когда ей угрожала опасность. Не было ничего и никого в Галактике, чтобы могло остановить и испугать Жилу в тот момент. И действий Аристарх Петрович уже медленно, будто нехотя, потянулся к висящей на бедре кобуре.

Мгновенно все встало на свои места. Таисия поняла – сейчас ее верный соратник выхватит пистолет и вышибет гвардейцу мозги, пытаясь освободить своего обожаемого командира. Это станет сигналом к кровавой бойне. Этого допустить было нельзя ни в коем случае.

Лихорадочно ища выход, Романова вдруг осознала, насколько близко нависло над ней лицо Зубова. Глаза полковника оказались вдруг так близко, что можно было различить каждую прожилку. Его дыхание, частое и хриплое после схватки, обжигало щеки Таисии. В этот миг, быть может, впервые в жизни княжна ощутила странное, доселе неведомое чувство. Какой-то импульс, невидимый разряд пробежал по ней, заставив все внутри сжаться в тугой комок.

Не раздумывая ни секунды, Таисия рванулась вперед, делая единственное, что могло шокировать противника и дать ей крохотный шанс. Шанс настолько призрачный и безумный, что ни один нормальный человек на него бы не решился. Но, так сказать, отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Губы Таисии впились в губы полковника Зубова страстным, жарким поцелуем. Это было настолько неожиданно и нелепо в сложившейся ситуации, что полковник на миг опешил. Его хватка на краткий миг ослабла, а в глазах отразилось искреннее изумление напополам с шоком. Княжне этого мгновения хватило. Извернувшись всем телом, она что было силы двинула коленом в живот застывшему Зубову. Тот, скорее не от удара, а от поцелуя невольно разжал руки. Таисия, вложив в рывок всю ярость и силу пневмо-поршней, вырвалась из его хватки, перекатилась по палубе и вскочила на ноги, на ходу подхватывая упавшую саблю.

Повисшая на мостике тишина была настолько глубокой, что, казалось, звенела в ушах. Застывшие в немом вопросе, что это было, космомоярки и гвардейцы таращились на невероятную сцену, будто громом пораженные. Их вытаращенные глаза, отвисшие челюсти и приоткрытые рты, а у кого-то и широкие улыбки, красноречиво свидетельствовали – такого финта от княжны не ожидал никто.

Кавторанг Жила так и застыл с занесенной над кобурой рукой, боясь шелохнуться, забыв, что только что хотел пристрелить полковника. Его взгляд метался, словно пытаясь угадать – что это, черт побери, только что было?! Поцелуй? Серьезно? Да Таисия Константиновна скорее удавилась бы, чем покорно подставила губы какому-то слащавому мужику!

Тем не менее, это было правдой и глаза кавторанга не обманывали.

А дальше события понеслись с головокружительной быстротой. Опомнившийся от шока Зубов попытался встать, опершись на руку. Но едва он приподнялся, как острие плазменной сабли уперлось точно ему в кадык. Таисия, на лице которой застыла смесь презрения и мрачного торжества, возвышалась над поверженным полковником подобно разгневанной валькирии.

– Ну что, господин гвардеец, и кто теперь оказался сверху? – процедила она сквозь зубы.

– Коварство и интриги – вот, значит, ваш путь к победе, Таисия Константиновна? – произнес он с горькой усмешкой. – Что ж, я ожидал от вас большего. Думал, вы все же предпочтете честный бой, а не постыдные трюки. Похоже, я ошибся в вас…

От этих слов щеки Романовой вспыхнули. В словах полковника явственно слышался упрек, но было в них что-то еще. Ладно это все лирика. Предаваться рефлексии было некогда. Очнувшаяся Таисия вновь ощутила себя командиром. Резко вскинув подбородок, она смерила застывших в оцепенении гвардейцев ледяным взглядом. И одного ее повелительного кивка хватило, чтобы ее «матросы» и офицеры опомнились, мгновенно беря незваных гостей на прицел своих винтовок.

– Немедленно разоружить и заковать этих молодчиков в наручники, – рявкнула княжна, указывая острием сабли на «преображенцев». – А после вывести их с мостика, а то устроили тут ринг…

Люди княжны повинуясь воле своего командира, быстро окружили ошеломленных гвардейцев. Те, лишившись предводителя, даже не думали сопротивляться. Покорно сложив оружие, они позволили себя обыскать и сковать руки за спиной магнитными наручниками. После чего конвой из дюжины дюжих матросов повел их прочь с капитанского мостика.

Зубов с мрачной обреченностью наблюдал за этой сценой. Поймав на себе насмешливый взгляд Таисии, он скривился, словно от зубной боли.

– Нечестный прием, ваше высочество, недостойный офицера.

Но Романова лишь передернула плечами:

– Зато эффективный, господин Зубов. Не мне вам объяснять, что на войне хороши любые средства. Вы бы предпочли, чтоб я проиграла в дуэли? Ну, уж нет! Не дождетесь…

И тут Таисия осеклась, поймав на себе странный, пристальный взгляд Жилы. И не было в этом взгляде ни тени одобрения. Скорее тревога, словно кавторанг подозревал нечто такое, о чем княжна и сама боялась себе признаться. Смущение и замешательство накрыли Таисию с головой. Щеки вновь вспыхнули – на сей раз не от гнева, а от странного волнения. Опустив глаза, княжна принялась что-то невнятно бормотать, словно оправдываясь:

– И ничего такого в этом нет. Просто уловка, военная хитрость, не более того… Суровая необходимость, продиктованная тактикой боя… Все понятно?!

Но даже самой себе эти слова показались жалкой и неубедительной ложью.

Спустя пару минут княжна лично повела закованного Зубова в коридор туда, где под усиленной охраной стояли остальные гвардейцы.

– Аристарх Петрович готовьте корабль, приказ остается прежним, – выходя из рубки бросила она через плечо, боясь сталкиваться с Жилой глазами. – Я лично отконвоирую господина полковника к его шаттлу…

Всю дорогу Демид и Таисия не сказали друг другу ни слова, но воздух меж ними буквально искрил от напряжения.То и дело они украдкой бросали друг на друга странные, загадочные взгляды. Во взоре Демида читалось смятение пополам с невольным восхищением отчаянной храбростью и находчивостью этой девушки. Таисия же изо всех сил пыталась сохранить на лице маску ледяной неприступности, но получалось из рук вон плохо.

Уже у самого люка десантного модуля, за которым маячили хмурые фигуры гвардейцев под прицелом винтовок штурмовиков «Афины», Зубов вдруг остановился. Развернувшись к княжне вполоборота, он окинул ее долгим, пронзительным взглядом, от которого у Таисии по спине побежали мурашки. А затем, криво усмехнувшись, произнес:

– А знаете, Таисия Константиновна, будь все иначе, я, пожалуй, и впрямь не отказался бы от вашего поцелуя. Да только, боюсь, для того должны сложиться иные обстоятельства. Не столь… гм… драматичные, что ли?

– Не обольщайтесь. Вам мало шансов светит заполучить еще один поцелуй от меня. Считайте прошлый – недоразумением, досадным эпизодом.

Уже готовая дать команду задраить люк, княжна вдруг замерла. Внезапно, как вспышка молнии посреди ясного неба, в ее голове родилась совершенно безумная идея. Настолько сумасбродная и противоречащая всякой логике, что поначалу Романова отмела ее как абсолютно невозможную.

Но чем дольше Таисия размышляла, тем отчетливей понимала – другого выхода нет. Во-первых, если она сейчас выпустит гвардейцев, то уже через считаные минуты на «Афину» заявится подкрепление. Уже не два десятка «преображенцев», а две сотни. И что с ними тогда прикажете делать? Тася с укором посмотрела на своих побитых «морпехов» из конвоя. А, во-вторых…

Медленно, словно нехотя, Таисия развернулась к застывшему в ожидании Зубову. На ее устах заиграла странная, загадочная полуулыбка, в которой читался отблеск какой-то дерзкой, ошеломляющей задумки. Не спуская глаз с ошарашенного полковника, княжна сделала плавный шаг ему навстречу и елейным голоском произнесла:

– Знаете что, господин гвардеец? А оставайтесь-ка вы у меня на «Афине» погостить подольше! Раз уж вам так приглянулся наш корабль, грех не предоставить вам возможность насладиться его гостеприимством сполна.

Демид моргнул, явно не веря своим ушам. Растерянность на его лице сменилась подозрением пополам с откровенной опаской. Похоже, полковник впервые в жизни не знал, как реагировать на подобный поворот. Да и немудрено не каждый день тебя берут в почетные пленники на собственном корабле царственные дочери.

– Ребята, – обратилась капитан-командор к своим штурмовикам. – Отведите наших гостей на гауптвахту. Пусть расположатся с комфортом. Некоторое время они пробудут у нас на «Афине».

«Морпехи» совершенно ошеломленные, переглянулись между собой, но вслух возражать, естественно, не стали, и начали выталкивать «преображенцев» из шаттла обратно на пирс.

– Что вы задумали, ваше высочество? – непонимающе посмотрел на княжну, Демид Зубов.

Улыбнувшись и развернувшись на каблуках, Таисия молча зашагала прочь…

Глава 4

Место действия: звездная система HD 21195, созвездие «Эридан».

Национальное название: «Екатеринославская».

Нынешний статус: «суверенный» сектор контроля Российской Империи.

Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 190 световых лет.

Точка пространства: 162 миллиона километров от перехода «Таврида-Екатеринославская».

Борт линкора «Афина».

Дата: 9 марта 2215 года.

Громкое эхо шагов полковника Демида Зубова и двадцати его «преображенцев» разносилось по коридорам «Афины». Гвардейцев под конвоем местных «морпехов» вели на гауптвахту, располагающуюся в одном из дальних секторов нижней палубы. Княжна приказала не бросать «преображенцев» в общую камеру, а разместить в отдельном помещении, предварительно сняв с пленников магнитные наручники. Для надежности мостик с гауптвахтой был перекрыт по приказу Таисии Константиновны двумя усиленными постами корабельной стражи.

Пленников поместили в просторный кубрик, оборудованный спартанскими лежаками и узким обеденным столиком. Выглядела эта комната как настоящая монашеская келья.

– Что будем делать, господин полковник? – обратился к Зубову мрачный сержант Бунтарев, чье лицо пересекал свежий шрам, оставленный в недавней стычке с местными. – Может сбросим так сказать оковы рабства, – «преображенец» кивнул на магнитные наручники

– Ждать, – коротко бросил Зубов, усаживаясь на лежак и внимательно осматривая кубрик. – Капитан-командор Романова желает со мной поговорить. Не думаю, что нас здесь надолго задержат.

– Но ведь она же сама приказала вас заковать и бросить в карцер, – не унимался Бунтарев. – Неужели вы верите, что эта девчонка одумается? Упрямство и своеволие у нее в крови, как и у папаши!

– Следите за языком, сержант! – прикрикнул на подчиненного Зубов. – Вы говорите сейчас о царственных особах, а не о своих друзьях!

– Простите, господин полковник, – насупился Бунтарев, отходя в сторону и переглядываясь со своими товарищами.

Зубов же откинулся на неудобном лежаке, прикрыл глаза и стал перебирать в голове недавние события. Поединок с княжной и ее неожиданная хитрость с поцелуем не выходили у него из головы. Гвардеец проклинал себя за минутную слабость, позволившую Таисии вырвать у него победу.

Звук открывающейся автоматической двери, ведущей в карцер, вывел полковника из раздумий. Демид поднялся. На входе в кубрик показалась стройная фигура Таисии Константиновны. За спиной Таси возвышались два дюжих «морпеха», готовые по первому приказу растерзать пленников. Однако княжна жестом руки отослала их прочь. Шагнула в помещение и прикрыла за собой дверь.

– Оставьте нас, господа гвардейцы. Мне нужно поговорить с вашим командиром наедине.

«Преображенцы» вопросительно уставились на Зубова. Тот согласно кивнул, и гвардейцы молча отошли в другую часть помещения.

– Мы можем поговорить откровенно, господин полковник? – с ходу начала княжна, глядя Демиду прямо в глаза.

– Я весь внимания, ваше высочество, – учтиво склонил голову Зубов. – Готов ответить на все ваши вопросы.

– Это хорошо, – кивнула Таисия, прохаживаясь по кубрику. – Во-первых, я хочу извиниться за ту вольность, что позволила себе на мостике. Поверьте, у меня не было другого выхода. Мои люди и ваши гвардейцы могли начать бессмысленную бойню, а я этого не хотела.

– Вы о поцелуе? О, я все прекрасно понимаю, княжна, – усмехнувшись, ответил Зубов. – И вовсе не держу на вас зла. Наоборот, я восхищен вашей находчивостью и умением принимать неординарные решения в критической ситуации.

Таисия слегка покраснела от этих слов, но совладала с эмоциями и продолжила:

– Полковник, вы понимаете всю серьезность ситуации? – наконец произнесла Таисия Константиновна, глядя прямо в глаза Демиду.

– Так точно, капитан-командор, – кивнул тот.

– И все равно мешаете мне?

– Я не выполнял приказ Его Императорского Величества…

– Оставьте ваш официоз, – вспылила Тася. – Неужели вы не понимаете, что сейчас решается судьба гораздо большего? Мы говорим о будущем всей «Екатеринославской»!

– Ваше высочество, – полковник слегка наклонил голову, – мой долг – служить императору, а не оценивать его решения. Если Константин Александрович счел нужным не позволять вам лететь туда, куда вы собрались, значит на то есть веские причины.

Княжна в сердцах топнула ногой.

– Полковник, вы или глупец, или слепец! – выпалила Таисия Константиновна.

– Вы то извиняетесь, то снова переходите на оскорбления, – пожал плечами молодой человек.

– Согласна, извин…, – княжна снова сбилась. – Ладно, у нас мало времени, поэтому слушайте меня внимательно. Я прекрасно отдаю себе отчет в своих действиях и поступаю так неспроста.

– Продолжайте, Таисия Константиновна, – лишь молвил Зубов, готовый внимательно выслушать доводы княжны, видя как ей сейчас непросто.

Хоть полковник и был буквально несколько минут назад унижен, обезоружен и взят в плен, он не испытывал к Тасе негатива.

– Никополь-9, полковник, планета с колоссальными запасами интария, от которого зависит весь наш космофлот, да и способность американцев продолжать эту войну, – с жаром начала объяснять Тася. – Там сейчас находится только небольшая эскадра наших кораблей для охраны, состоящая всего из нескольких только что отремонтированных кораблей. Противник в свою очередь уже наверняка отрядил туда свои силы для захвата. Вы же понимаете, что будет, если американцы завладеют этими ресурсами?

Зубов молча кивнул, признавая весомость доводов княжны. Он прекрасно знал стратегическое значение запасов интария на Никополе-9.

– Поэтому я должна во что бы то ни стало добраться до планеты и помочь нашим отбить возможную атаку! – продолжала Таисия. – А мой отец, в своем ослеплении и нежелании меня слушать, запрещает мне это сделать… Не пожелал он слушать и командующего Дессе… Вот почему я вела себя с императором так вызывающе на «Москве», когда вы были этому свидетелем…

Княжна замолчала, с надеждой вглядываясь в лицо Зубова, пытаясь уловить его реакцию на свои слова. Демид же поймал себя на мысли, что ему все больше и больше импонирует горячность и искренность Таисии. Недаром он с интересом наблюдал за ней последние несколько лет, когда она посещала отца на лейб-линкоре и во дворце, а сам полковник был тогда начальником караула и среди прочих офицеров охраны императора часто видел его дочь.

Однако сейчас перед ним была уже не юная взбалмошная девчонка, а капитан-командор, четко осознающая свой долг перед Империей. И хотя Демид давно и прочно подавлял в себе какие-либо романтические чувства к княжне, сейчас он не мог не восхититься ею и ее смелым порывом. С другой стороны, верность присяге и долг перед императором раздирали душу молодого полковника. Он метался между двумя равно притягательными полюсами – желанием помочь Таисии и слепым подчинением приказу Константина. Несколько долгих мгновений в переговорном закутке висела тягостная тишина.

– Послушайте, мне нужна ваша помощь, – продолжила Таисия, подходя к гвардейцу почти вплотную. – Я прекрасно понимаю, что своими действиями ставлю вас под удар и вас… Но на кону судьба всей Империи!

Полковник поднял глаза на Таисию и увидел в них неподдельную мольбу и искренность. Эта девушка совсем не походила сейчас на блистательную гордую княжну. Перед Зубовым стояла отчаявшаяся, но полная решимости девушка, готовая на все ради спасения Отечества. И это черт возьми ой как подкупало.

Демид глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Он понимал, что нарушение прямого приказа императора – это не просто должностное преступление. Это прямая дорога под трибунал со всеми вытекающими. Но с другой стороны, в словах Таисии был резон. Если они сейчас не помогут Никополю-9, то потом будет уже поздно.

Гвардеец испытывал к дочери императора весьма противоречивые чувства. Где-то в глубине души он уже давно восхищался этой своенравной кареглазой красавицей. Восхищался ее смелостью, решительностью, готовностью отстаивать свои принципы даже перед лицом отца-самодержца. И сейчас, глядя в ее полные мольбы глаза, он понял, что не сможет ей отказать.

Зубов расправил плечи и твердо произнес:

– Что ж, не знаю чем все это закончится, но… Но я с вами, Таисия Константиновна…

Лицо княжны, которая на самом деле абсолютно не рассчитывала на подобный исход, и решилась на разговор с Зубовым по принципы – все равно терять нечего, просияло от радости. Она порывисто обняла гвардейца за шею и запечатлела на его бритой щеке поцелуй.

– Спасибо! Вы не представляете, как много это для меня значит!

Зубов смущенно отстранился, чувствуя, как бешено колотится его сердце от близости княжны.

– Перестаньте меня так баловать, ваше высочество, – сдавленно произнес он.

– Ой, извините, – теперь уже смутилась Тася.

– Что от меня требуется, Таисия Константиновна? – чтобы поскорей увести разговор в другое русло, протараторил Зубов. – Ведь у вас уже есть план, так?

– План такой себе, но возможно получится, – усмехнулась княжна. – Мы знаем, что возможно уже сейчас, видя как «Афина» покидает колонну, мой батюшка уже распорядился послать сюда роту своей охраны.

– Думаю, «преорбаженцы» уже в шаттлах, – согласившись, кивнул полковник.

– Именно поэтому вы должны без промедления связаться с «Москвой» и сообщить, что у вас все в порядке и вскоре вы доставите меня на флагман в сопровождении гвардейцев. А я тем временем уведу «Афину» подальше от походного ордера. Понимаете, нам надо выиграть время, Демид.

– Должно сработать и подарить вам несколько лишних минут, – согласился Зубов, почесав подбородок. – Хорошо, я все сделаю в точности, как вы того желаете. Только будьте осторожны. Император будет в ярости, когда узнает об обмане.

– Я готова рискнуть, – твердо ответила Таисия, глядя Зубову в глаза. – Когда же все закончится, и мы благодаря прибытия «Афины» к Никополю-9, отстоим планету, надеюсь, он поймет и простит меня. И вас тоже, полковник.

– Не очень на это рассчитываю, если честно, – криво усмехнулся Зубов…

Дальнейшие события разворачивались стремительно. Зубов связался с линкором «Москва» и доложил, что он со своими гвардейцами и княжной сейчас прибудет на борт лейб-корабля императора. Это известие успокоило императора и дало нашим заговорщикам так необходимое для осуществления задуманного время.

Когда же на «Москву» наконец прибыл обещанный шаттл с гвардейцами, на его борту не оказалось ни Зубова, ни Таисии. Лишь несколько рядовых «преображенцев» растерянно топтались в десантном отсеке, не понимая, что все-таки произошло. Для императора все стало ясно – хитроумная княжна снова обвела его вокруг пальца, на сей раз заодно с одним из самых верных офицеров охраны.

Но было уже поздно. Стремительная «Афина» на «форсаже» уже уходила в темноту космоса, не давая никакого шанса шедшим в недавнем прошлом рядом с ней дредноутам успеть накинуть на себя поводок магнитных тросов.

– Где моя дочь?! – гневно вопрошал Константин Александрович, почему-то решив выместить свой гнев на личного адъютанта.

Это происходило в тот момент когда линкор княжны, вместо того, чтобы вернуться в строй, наоборот, ускорился и стал удаляться от эскадры. Император наблюдал это в прямом эфире на экране своего монитора.

– К нам пристыковался модуль с гвардейцами Зубова, государь, – доложил адъютант. – Однако самого полковника и княжны Таисии на его борту нет. Рядовые говорят, что их командир остался на «Афине» и между ним и вашей дочерью состоялся какой-то разговор…

– Что за ерунда?! – взорвался император, вскакивая с кресла. – Немедленно свяжите меня с этим Зубовым! Живо!

Офицеры связи засуетились вокруг пульта, пытаясь нащупать сигнал коммуникатора полковника. Но тот молчал, как будто его обладатель находился вне зоны доступа. Или попросту отключил идентификационный браслет.

– Ваше величество, сигнал полковника Зубова не отслеживается! – выпалил побледневший связист. – Похоже, он намеренно прервал связь.

– Какого дьявола здесь происходит?! – воскликнул Константин Александрович, заходив по отсеку. – Они что там, сговорились? Таисия, Зубов… Это же невозможно! Хотя зная мою дочь и ее умение стрелять глазками направо и налево… Хммм…

Внезапно дверь на мостик императорского флагмана с шипением отворилась, и в проеме показался статный силуэт мужчины в мундире вице-адмирала. Это был Александр Михайлович Красовский – командующий 10-й линейной дивизией, чьи корабли шли сейчас рядом с «Москвой».

– Ваше величество, – склонил голову в почтительном поклоне вице-адмирал. – Разрешите обратиться?

– Александр Михайлович? – удивленно произнес император. – Вы здесь какими судьбами?

– Счел своим долгом лично засвидетельствовать почтение, государь, – слегка поклонился Красовский, заговорщически посмотрев на Константина Александровича. – Я по поводу недавнего инцидента…

– Подойдите ближе…

Красовский приблизился к императору и вполголоса произнес:

– Государь, боюсь, я знаю, что происходит и происходило на флагмане капитана-командора Романовой, – Красовский наклонился к уху государя. – Ваша дочь и полковник Зубов вступили в сговор. Не спрашивайте, как мне это стало известно. Скажем у меня есть на «Афине» уши… К тому же я сейчас прямо из ангара, на стыковочный пирс которой за пять минут до моего прибытия сел шаттл с вашими «преображенцами»… Гвардейцы рассказали мне, что на «Афине» произошел вооруженный конфликт. Якобы княжна пыталась разоружить и арестовать «преображенцев».

Император удивленно вскинул брови.

– Но сейчас это неважно, – продолжал шептать на ухо царю, Александр Михайлович. – А важно то, что полковник вашей личной охраны обманув вас и не выполнив вашего указания, сговорился с Таисией Константиновной перейдя на ее сторону…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.