Анна Евдо
На самом деле

Глава 1

– Мне хо-ро-шо самой по себе!

– Хорошо, что хорошо. Но если ты скажешь, что, ступив на дорожку, которая ведёт к тридцатилетию, не хочешь, чтобы стало лучше, я тебе ни за что не поверю. И не закатывай там глаза, прячась за дверцей!

– И-ин, мне только-только исполнился двадцать один год, поэтому давай без вот этой дешёвой драмы про возраст. Кстати, твой третий глаз научился не только судьбу предсказывать, но и сквозь стены видеть?

Невысокая девушка в необъятной футболке, которая больше смахивала на плащ-палатку, выбралась из недр холодильника с куском сыра и пачкой сливочного масла. Русые волосы выбились из небрежной гульки, собранной на макушке, и она сдула их со лба. Её подружка, ладная брюнетка с аккуратным удлинённым каре, перехватила продукты и указала подбородком куда-то себе за спину.

– Раз уж мы устраиваем обжорство на ночь глядя, тащи вино.

– Инка, ну какое вино? Мы же хотели доклад по презе добить.

– Чем оно нам помешает?

– Да я на втором бокале начну носом клевать, ты же знаешь.

– А я без допинга зазеваю на докладе с первого абзаца.

– Ты на всех лекциях зеваешь, едва они начинаются. Так что считай, что отоспалась не на один доклад вперёд.

– Вилка, не остри, а! – Инна щедро намазала маслом куски белого пористого хлеба и накрыла их толстыми пластиками сыра. – Вообще, это мой дом и я тут хозяйка. Как скажу, так и будет.

Ничуть не смутившись, Виола показала подруге язык и, намеренно громко стуча босыми пятками по полу, пошлёпала в гостиную за бутылкой вина, которое, по мнению Инны, должно было соответствовать комнатной температуре, чтобы полнее раскрывать свой сложный многослойный букет.

– Вздумаешь уснуть, – предупредила Инна, передавая штопор вернувшейся Виоле, – я нарисую тебе усы, которые фиг ты чем ототрёшь, сфоткаю тебя в неприличных позах и залью в сеть!

– Хм, это что-то новенькое, – хмыкнула Вилка, пока подруга ставила в микроволновку блюдо с подготовленными бутербродами. – Вносишь разнообразие в список под названием «Шантаж лучшей подруги»?

– Раз ты не хочешь знакомиться с парнями, то пусть с тобой знакомятся девчонки! – Как ни в чём не бывало парировала Инна, выставила таймер и открыла верхний шкафчик. – Можешь не сомневаться: нарисую правдоподобно самым лучшим перманентным маркером. Подберу ракурс и выложу на сайте знакомств. Создам тебе профиль в Мамбе, будешь там самым загадочным чика-боем. Все захотят узнать, какой взгляд скрывается за загадочно опущенными девчачьими ресницами.

– Вот они меня и выдадут, – пробка выскочила с глухим хлопком, Виола повела носом над отрытым горлышком и одобрительно причмокнула.

– В смысле, выдадут? – Инна достала большие бокалы и подвинула их к Виоле.

– Парней природа одаривает шикарными ресницами гораздо чаще, чем девчонок. – Густое бордо красиво наполнило бокалы на треть. – У меня как раз девчачьи. Не спорю, что не самые никудышные, но до упасть-не-встать нам с ними, как до Австралии пешком.

Виола подхватила свой бокал, звякнула его ободком о край Инкиного и забралась с ногами на кухонный диванчик.

– Кстати, неплохой сайт знакомств и… – Инна выдержала красноречивую паузу, дождалась, когда Виола закатит-таки глаза и рассмеялась: – Общения! А ты о чём подумала, извращенка?

– Ни о чём я не подумала, – огрызнулась Вилка и демонстративно открыла крышку ноутбука.

– Ещё как подумала, не отнекивайся! – подначила Инка и, отставив бокал, метнулась к засигналившей микроволновке.

К горячим бутербродам добавились здоровенные оливки, фаршированные чем-то неизвестным, но обалденно вкусным, и нарезка дорогущей сыровяленой колбасы. Ими Инну бесперебойно снабжали родители, которые купили дочери отдельную квартиру, едва ей исполнилось восемнадцать. Они поддерживали привычный для неё уровень комфорта, пока она баловалась учёбой в университете, и ненавязчиво подыскивали достойного их сокровища мужа, чтобы плавно передать её из одних надёжных рук в другие, желательно до получения диплома, а не то своенравная Инка учудит устроиться на работу, чем женщины в их семье не грешили уже несколько поколений.

Инну такой расклад более чем устраивал. Она плыла по течению, ни в чём себе не отказывая. Пользовалась благосостоянием папы с мамой, флиртовала направо и налево, крутила ни к чему не обязывающие романы, порой параллельные, и брала от жизни по максимуму и чуточку больше.

Бутылка вина перекочевала на стол, бесцеремонно подвинув ноут. Инна заняла стул, изящно скрестив стройные ноги.

– Давай по глоточку, по кусочку, пробежимся по парочке профилей, – она помахала в воздухе телефоном, на экран которого уже успела вывести нужное приложение, – и плотно займёмся моим докладом. Хотя всем будет начхать, что я буду вещать, потому что я надену суперстрогую юбку-карандаш, которая выгодно подчеркнёт мои бёдра. Гладко зачешу волосы и выделю губы так, что каждому будет интереснее следить за тем, как умопомрачительно они двигаются, а не что говорят.

Она изобразила, как это будет, чуть растягивая слова.

– На мне твои уловки не работают, так что не старайся! – Виола подцепила бутерброд, закинула в рот большую оливку и отхлебнула вина.

– Ты чего такая скучная сегодня? – Инна надула те самые умопомрачительные губы и тоже пригубила вино.

– А давай сделку, – внезапно развеселилась Виола. – Мы быстро и без нытья разбираемся с твоим докладом, а потом ты покажешь мне, с кем мамбишься в оранжевом виртуальном пространстве.

– Умеешь ты простимулировать, – Инка широко улыбнулась и пересела к подруге, откровенно потирая ручки с безупречным маникюром.

Глава 2

Доклад был откорректирован за считанные минуты. Виола, как всегда, быстро и чётко пересобрала абзацы, добавила пару фраз, памятуя вопросы, которые задавали ей самой по похожей теме. Она поступила на экономику как раз целенаправленно, в отличие от взбалмошной подруги, которая решила, что ей не помешает профессиональная подготовка, чтобы считать деньги мужа, семейные инвестиции и разбираться в домашнем бюджете в будущем.

Бокалы опустели и наполнились заново. Закуски редели со скоростью семечек.

– Смотри, например, как тебе такой экземпляр? – Инна переставила ноут на подоконник, пролистнула по экрану и развернула телефон к Виоле.

– Очки чёрные нацепил, чтобы самому от собственной красоты не ослепнуть? – Вилка безучастно прошлась на накачанному мужскому торсу неестественного бронзового оттенка. – Или вокруг глаз этим автозагаром мазать нельзя, вот и прячет круги панды?

– Отключай зануду! Можно подумать, тебе с ним на научную конференцию идти выступать, – фыркнула Инна. – С этим мальчиком можно неплохую пляжную фотосессию запилить, – она поиграла идеальными бровями, – с ни к чему никого не обязывающим продолжением по-взрослому.

– Угу, а для продолжения он облачится в ростовый презик, чтобы, божечки-упаси, не заразиться натуральным цветом кожи. – Вилка вдруг расхохоталась: – Представляй его потом в каждом ряженом, раздающем рекламу и флаеры на улице возле кафешек.

– Хочешь серьёзного? – пробормотала Инна, летая пальцем по экрану. – Их тут тоже завались. Получите, девушка, распишитесь!

Она сунула под нос подруги фото парня в строгом пиджаке и рубашке с расстёгнутой верхней пуговкой. Он надменно и слегка устало смотрел прямо и в то же время сквозь камеру и любого, кто смотрел на него.

– Вот с этим как раз можно на раз замутить, не запоминая имён.

– И-и-и? – Инна ткнула Вилку локтем в плечо.

– Я пока не дошла до подходящей степени отчаяния, пофигизма или охотки, – Виола подхватила бокал и откинулась на спинку дивана.

– Тогда отложим его про запас под настроение, которое может поменяться очень даже внезапно, – Инка не собиралась сдаваться. – Следующий!

Виола поперхнулась вином и закашлялась. Отмахнулась от застучавшей по её спине Инне, всучила ей пустой бокал и забрала телефон.

– Толик тут какими судьбами затесался? – Виола отдышалась, рассматривая профиль задумчивого парня. – Анатоль, 25 лет, философ-романтик. – Она перевела ошарашенный взгляд на Инну. – Снабженец, который целыми днями ковыряется в компе и заполняет кучу накладных в офисе моего отца… Ему, кажется, двадцать семь. Он носит идеально выглаженные рубашки с обрямканными манжетами и… Ин, я в шоке. Анатоль! Не пальцем деланный, ты смотри. Романтик-философ в грубом свитере с высоким горлом и профессиональной укладкой в якобы небрежном стиле… Ещё поди поэт и утончённый театрал? – Виола бегала глазами по личной информации от Толика-Анатоля. – Цирк с конями и театр абсурда враз мне не потянуть. Давай уж лучше того одноразового, утомлённого жизнью бизнесмена.

Виола примостила телефон на край стола и отдёрнула руку, словно обожглась.

– Может, он непонятый гений, а ты его сразу обсмеяла и в лицемеры записала. На работе такой, в душе – совсем другой. Зато виртуально может себе позволить быть тем, кем хочет на самом деле, – пожала плечами Инка. – Забей. Хотя теперь мне самой любопытно взглянуть на этого А-на-то-ли-я. Навестим твоего родителя как-нибудь вместе?

– Ты и без меня повод придумаешь, – Виола начала выбираться из-за стола. – Всё, я в душ и баиньки. А ты развлекайся!

– Вил, ну вот что ты взъелась? Представь, что это просто игра! – Инка не дала подруге пройти. – Ещё один, пожалуйста, Полистай сама наугад. – И добавила под неуступчивым взглядом Виолы: – Последний на сегодня, клянусь!

– Хватит с меня врунов и хамелеонов, – не уступила Виола и попыталась перелезть через Инку со спины.

– С каких пор ты стала такой категоричной нетерпимой судьёй? – Инна зажала ногу Виолы, не пропуская.

– С тех самых, как устала от бесконечного маскарада, – Вилка начала злиться. – Как будто ты не знаешь.

– Перестань уже! Полгода прошло, как вы расстались, а ты продолжаешь посыпать голову пеплом и живёшь отшельницей! Молодость пролетит, а ты не заметишь! – Инна упрямо встретила взгляд Виолы, в котором заполыхала ярость и обида на неё саму, и смягчила тон: – То, что твой бывший оказался говнюком, не означает, что все парни дерьмо. А даже если и так, то кто тебе мешает использовать их как удобрение?

– Не хочу я никого использовать, – глухо отозвалась Виола и села на диван. – И чтобы меня использовали – не хочу.

Она словно сдулась. Плечи поникли, взгляд потух. Даже короткие волоски на висках перестали пушиться и спрятались за ухо. Виола взяла телефон, кивнула Инке разблокировать экран. Закрыла глаза, погоняла подушечкой указательного пальца по гладкой поверхности. Открыла глаза и застыла.

– Блин! – с досадой и раздражением выдохнула рядом Инка. – Лёгок на помине.

Им подмигивал улыбчивый шатен с короткой стрижкой. Он немного отклонил голову, выгодно демонстрируя очаровательную ямочку на левой щеке. Простая белая футболка подчёркивала широкие плечи и спортивное худощавое тело без лишних бугров мышц.

– Отменная насмешка получилась, – проговорила Виола, крепче сжимая телефон. – Из тысяч мужчин, которые здесь есть, я безошибочно нашла именно его. Арсений двадцати двух лет, помешанный на волейболе. Красивый, как боги Олимпа, и такой же похотливый и лживый, как они. Хотя здесь написал чистую правду.

– Давай поднимем шум, что он плохой игрок, что от него воняет потом и, вообще, что у него маленький член, с которым он не умеет обращаться.

Виола покачала головой, вкладывая телефон в руки расстроившейся Инки.

– Он отличный игрок. Не только на спортивной площадке. От него не воняет. Он приятно пахнет. У него нормальный член, пусть мне и не с чем сравнивать. Он умеет с ним обращаться. Во всяком случае, мне нравилось. – Виола наконец выбралась из-за стола и потрепала Инну по плечу. – Раньше я думала, что сдохну без него. Теперь… я не хочу иметь с ним больше ничего общего, ни хорошего, ни плохого, ни в реале, ни в сети. У него своя жизнь, а у меня – своя. Даже если он до сих пор думает по-другому и даёт мне время остыть. – Она улыбнулась и разлила остатки вина, которого оказалось ровно по глотку для каждой из них. – Не бойся, Ин, я сдохну, надеюсь, в глубокой старости, когда жизнь закончится, а не кто-то в ней. Мне на самом деле хорошо самой по себе. Просто поверь.

Девушки снова чокнулись. Виола чмокнула подругу в темечко и отправилась в душ.

– Прости, Вилка, аутотренинг – это, конечно, хорошо, но сравнительный анализ точно не повредит, – пробормотала Инна, допила последние капли действительно вкусного вина и оживила погасший телефон.

Глава 3

Душевую кабину заполнил пар. По стенкам стекали крупные капли конденсата, а кожа на пальцах, ладонях и ступнях Виолы превратилась в пористую губку. Однако Вилка продолжала стоять под массажными струями, которым никак не удавалось расслабить её плечи.

Инка любила размах во всём. Ванная комната была похожа на полноценную студию, продуманно разделённую на несколько зон. Вместительная душевая занимала ближайший угол к двери. Зеркало в полный рост рядом с ней встречало каждый образ до и после желаемых процедур. Прозрачные стеклянные полочки вдоль всей его длины могли поспорить набором уходовой косметики с лучшими спа-салонами. Далее шла раковина, похожая на большую ракушку-веер. Декоративная пальма с частыми острыми листьями-стрелами отделяла туалетную нишу. Повсюду можно было легко найти стойки с ароматическими диффузорами, гигиеническими мелочами, корзинки и корзины с салфетками и полотенцами, вешалки с халатами. Завершающей точкой служил плетёный гарнитур из маленького столика с двумя креслами, в которых чудесно отдыхалось с масками на лице и вкусным полезным чаем в изящных чашках. Огромная ванна-джакузи располагалась у дальней стены. По размерам эта комната была равноценна большой спальне, но Инна строила планы на расширение с сауной и кедровой бочкой в следующей городской квартире, а чтобы представить банный комплекс в её будущем собственном доме, и вовсе не хватало никакой фантазии.

Виола обещала себе не жить прошлым. Что было, то было. Вернись она назад, всё бы повторилось. Только воспоминания обрушились на неё тропическим ливнем, который превалировал в любимых настройках душа Инны.

«Я пережила, справилась, просто постою в душе чуточку дольше сегодня», – Виола прикрыла глаза, подставляя лицо под тёплый искусственный дождь.

С Арсением они познакомились на сборном концерте, который был устроен на центральной площади в честь дня города. Разные компании легко смешались. Шутки, смех, пиво рекой. Он пригласил её на медленный танец, да так больше и не отпустил от себя в тот вечер. Постоянно держал за руку, обнимал за талию, подсаживал себе на плечи. А она подпевала во весь голос и остро чувствовала отпечатки его пальцев и ладоней на своей коже.

Они прогуляли всю ночь. Под утро он проводил её домой. Поцеловал в темноте подъезда, и она пропала окончательно и бесповоротно на целых три года. Влюбилась впервые за семнадцать с половиной лет.

Подростковые увлечения обошли её стороной. Классный актёр, красивая мордаха, симпатичный одноклассник, хороший сосед – все они не задевали никаких тайных струн, от которых сносит крышу, сводит желудок, шумит в ушах, а пульс бьётся одновременно в груди, горле, висках и кончиках пальцев. А тут её сердечко внезапно сошло с ума и заколотилось на запредельных оборотах от него – парня с самым шикарным именем, с самой шармической ямочкой на щеке, с самыми гипнотическими светло-карими глазами, с самой чудесной разницей в росте почти в тридцать сантиметров, когда так удобно греться у него под мышкой.

Он стал её первой любовью. Её первым мужчиной. Её неожиданным заветным желанием.

Она парила в эйфории, а реальность обрушилась банально и по-пошлому шаблонно.

Арсений готовился к областному чемпионату по волейболу. В тот день он в спешке оставил дома подготовленный пакет документов с копиями и заверенными справками, которые должен был передать тренеру. Отвлекать Арсения звонком было бессмысленно, и Виола решила сама завезти бумаги на стадион перед своими парами в университете.

Некоторые ребята из его команды разминались на площадке. Она уже почти прошмыгнула к раздевалкам, когда они заметили её и вдруг всполошились.

– Ви! Вил! Погоди!

– Виола, Арс сейчас придёт!

– Вилка, лучше тут подожди, а то мы там жуткий срач устроили.

Она рассмеялась и отмахнулась от них, мол, напугали ежа голым задом.

– Виола, – ей шутливо поклонился друг Арсения, преграждая путь.

– Что-то слишком много попыток не дать мне пройти, – покачала она головой, обогнула его и распахнула дверь в раздевалку.

Как там она только что подумала: напугать голым задом? Именно он встретил её, красуясь продолжением обнажённой спины над резинкой спущенных шорт Арсения. Сам он даже не оглянулся, ритмично наяривая между стройных женских ног в шерстяных гетрах, которые собрались ассиметричными гармошками вокруг широко расставленных лодыжек.

– Дверь закрыл! – рыкнул Арс, ускоряясь.

Виолу словно выкинуло за борт. Нужно бы набрать воздуха про запас, а она, наоборот, часто дышала и никак не могла понять, что тонет без единого шанса выплыть. В уши забился звук хлёстких чавкающих шлепков, а в нос – запах чужого секса.

Сквозняк начал раздражать Арсения, и он зло обернулся. Замер. Прошипел что-то себе под нос и оттолкнул громко постанывающую девицу, параллельно одёргивая её задранную до поясницы короткую юбку. Девушка начала возмущаться, но тоже заметила Виолу.

– Выметайся, – бросил девчонке Арсений.

Она стрельнула в него обиженным взглядом, но молча покинула раздевалку, пихнув Виолу плечом и громко хлопнув дверью.

Он поправил штаны, потряс головой, собираясь с мыслями, и полностью развернулся.

– Ола, давай без трагедий, ладно?

– Спасибо на том, что не заявляешь, что я всё не так поняла и что это ничего не значит.

– Я всегда считал тебя умной, – Арс переступил с ноги на ногу. – Но это на самом деле ничего не значит.

Вместо того, чтобы уйти, Виола словно приросла к полу, продолжая внутренне захлёбываться и идти ко дну. Арсений неверно истолковал её замешательство.

– Ты это ты. Единственная такая. Остальные – времянки, как палатки на ночь. А ты дом.

– Вокруг которого все лужайки и газоны заполнены палатками, – криво усмехнулась Виола.

– Ола, – особенное имя, которым её называл только он. – Они просто любительский спорт. Трофеи. Тренировки, чтобы быть в форме. Количество на время. Ты – профессиональный уровень качества. Уж в этом я разбираюсь.

– Наверное, я должна быть польщена, – Виоле стало душно, внутри больно зажгло.

– Это не комплимент. Это факт. Только тебя я познакомил с родителями. Предложил жить вместе. Вижу в будущем. На всех мероприятиях и важных событиях рядом со мной только ты. На таких, как ты, женятся, когда встают на ноги.

– А я взяла да подвернулась тебе раньше, – сыронизировала Виола, опасаясь, что может грохнуться в обморок, потому что дышать стало совсем нечем.

– Видишь, ты у меня умница, – улыбнулся Арсений, ошибочно приняв её слова за шутку. – Ещё пара-тройка лет – и поженимся, детишек заделаем.

Виола вытащила из сумки папку с документами и аккуратно положила её на лавку.

– Ты забыл, а они вроде срочные.

– Точно! Спасибо, – Арсений шагнул к ней.

Виола отшатнулась, наконец-то отлипнув от пола.

– Не подходи, иначе меня стошнит прямо здесь, а ты вроде не хотел трагедий.

Она взялась за ручку двери и на секунду зажмурилась.

Виола хлопнула по регулятору душа. Вытерлась насухо и накрутила высокий тюрбан из полотенца. Протёрла ладонью запотевшее зеркало и уставилась на своё отражение.

Организм человека – удивительнейшая вещь. Она тогда воочию убедилась, что Арсений ей изменяет, а сама больше всего боялась выйти наружу и пройти мимо кучи других парней, которые давным-давно знали о её ветвистых рогах.

Глава 4

– Всё у неё хорошо, – бурчала себе под нос Инна. – «Ха-ра-шо. Лучше всех. Самой по себе и на самом деле! Так и есть», – незлобно передразнивала она Вилку, пока её длинные пальцы летали по экрану телефона. – Поэтому бесконечный душ, как только всплывает Арс. Поэтому застывшие слёзы, которые, конечно, придают загадочного блеска и ледяной отстранённости взгляду, но очень вредны для нервных клеток и цвета лица. Поэтому неряшливые пучки на голове и растянутые майки на плечах. Потому что хорошо же и этим же всё сказано. Точка. – Инна переключилась на ноут и с воодушевлением открыла несколько окон. – Но кто сказал, что в хорошо не бывает восклицательного знака, вопросительного знака и многоточия, например?

Из коридора послышался щелчок замка и поворачиваемой ручки.

– Моя ванная тебя всё-таки выпустила и не утянула в подводное царство? – крикнула Инка, не отрывая взгляда от монитора.

– Морского царя удар хватит от такого утопленного подарка – никакие скаты не откачают, – отозвалась Виола. – Я спать!

– На новом месте сама знаешь кто приснится, – громко отозвалась Инна и добавила гораздо тише: – Так, немного фильтров и обработки в фотошопе. Мне много не надо. Давай, Инна, вспоминай, как это делается!

Она едва успела свернуть страницу, потому что в дверном проёме неожиданно появилась Виола.

– Я у тебя уже не раз ночевала, так что новое место неактуально, – как бы между прочим бросила Вилка, наливая полный стакан воды.

– Я сменила диван в гостевой комнате и застелила совершенно новое постельное, – глядя в упор на подругу, парировала Инна. – Мне тоже водички налей.

Виола фыркнула, достала из холодильника стеклянную бутылочку воды и поставила перед Инной.

– Мне – спокойной ночи, а тебе, – она дёрнула подбородком в сторону ноута, – богатой на улов!

– Она точно обещает быть интересной, в отличие от твоей, – оставила за собой последнее слово Инна и, дождавшись, когда подруга скроется из виду, вернулась к тому, что не успела закончить.

Инна проснулась, но не смогла сразу понять, что её разбудило. Она по будням-то позволяла себе прогуливать ранние пары, ненавидя подъём по будильнику, а уж утро выходных всегда считалось неприкосновенно-священным.

Инка дотянулась до телефона. На экране высветилось время 08:27. Она рухнула обратно на подушки: «Что за чёрт? С какой стати я подорвалась ни свет ни заря?!»

В квартире стояла уютная тишина. О звукоизоляции от соседей и лифта в подъезде они с родителями позаботились в первую очередь. Животных, требующих внимания, у неё не было. Вилка бы шуметь не стала… Инна подскочила, втягивая носом воздух.

– Блины! Ажурные на топлёном молоке. – Она накинула халатик и поспешила в кухню.

Виола ловко орудовала двумя сковородками, успевая зачерпывать тесто, переворачивать, подкидывая, ровные кругляши и смазывать их сливочным маслом. Инка на ходу подхватила из растущей стопки самый верхний блин и плюхнулась на стул.

– Воришка, – не отвлекаясь от процесса, шутливо пожурила Виола. – Как ты их чуешь? Тебя же ни пушка, ни пожар не разбудит, но на блины ты и с того света примчишься, путаясь в собственных ногах.

– Только никому не рассказывай этот секрет, особенно моему тренеру и косметологу, – Инка облизала пальцы и направилась к кофемашине.

– Ха, боишься, что они проклянут, а кто-то посторонний воспользуется и сглазит твой беспробудный сон? – Виола откинула на тарелку очередные два блина.

– Не-а, – Инна поставила под раздвоенный носик две белые чашки. – Просто я жадная. Не хочу ни с кем делиться твоим фирменным блюдом.

– Тогда не забудь сделать сноску крупным шрифтом, когда снова сватать меня решишь, – Виола начала выводить тонкой струйкой буквы на дне сковороды: – О-т-дам в хорошие руки при условии, что опция объекта печь блины остаётся в единоличном пожизненном владении дарителя.

– Отличная идея, но если одариваемый мне понравится, то с ним согласна поделиться, – Инка невозмутимо отбила подачу с подковыркой и, пританцовывая, понесла готовый кофе к столу. – Закругляйся. Будем завтракать. Посмотрю, что найдётся к твоим волшебным блинам в моём обыкновенном холодильнике.

Налопавшись от пуза, подруги сделали ещё по чашке кофе и расположились валетом на диванчике. В кухне витал тёплый вкусный дух. Нежные лучи весеннего солнца заигрывали с прозрачным тюлем. Не нужно было никуда торопиться. Слышались равномерные присёрпывания и отдельные восклицания в ответ на пролистываемые в сетевой ленте новости.

– Ви, – позвала Инна, – ответь без раздумий: будь осторожен или рискни?

– Осторожен.

– Значит берём «рискни», – набрала в телефоне Инка.

– У тебя новая забава: спроси Виолу и сделай наоборот?

– Это старая забава с длиннющей бородищей, – Инна продолжила сканировать экран. – А я предпочитаю стильную короткую щетину или гладковыбритый вариант.

– Я так понимаю, как раз они и клюют, – Вилка запрокинута голову и от души потянулась.

– Клёв отменный! К чёрту удочки, закидываем невод, – пальцы Инны порхали, как крылышки колибри.

Виола растопырила пятерню и приставила ладонь к макушке наподобие короны:

– Чего тебе надобно, дева?

– Совсем сдурела у меня подруга, – Инка тут же включилась в ассоциации и поклонилась: – Отрицает свою женскую природу.

Виола заливисто рассмеялась:

– Загадай лучше для себя, прекрасная добрая душа, раз подружке любо разбитое корыто.

– Давай мне тогда невидимый защитный щит, – Инна хитро прищурилась и села по-турецки. – Потому что для подружки я сама решила стать золотой рыбкой.

Она развернула телефон экраном к Вилке, которая уже почти улеглась горизонтально, но резко дёрнулась вверх. Девушка застыла, глядя на собственное тщательно отретушированное в фотошопе отражение, качественно скрещенное с яркой желто-зелёной змеиной чешуёй, на которую явно расщедрился искусственный интеллект. Легко можно было подумать, что Виолу подловили на тематической вечеринке или выбрали крайне удачный снимок после профессиональной фотосессии, на которой модели позировали в нетривиальных злодейских образах.

– «Мамба, 22 года», – Виола медленно прочитала надпись под изображением и перевела стремительно теряющий первоначальное недоумение взгляд на Инну.

– Зелёная мамба, – с вызовом уточнила Инка. – Ядовитая быстрая красавица.

– Мамба приползла в Мамбу, – скривилась от подобной тавтологии Виола.

– Не приползла, а почтила своим обществом. И между делом вышла на охоту, – ничуть не смутилась, растягивая звуки, Инна. – Сотня сообщений за ночь. Но, – она подняла указательный палец, – чтобы было интереснее, а кое-кому – чуточку спокойнее, есть ещё два профиля. Кардинально противоположных. Хочешь посмотреть?

Глава 5

Виола прожигала Инку абсолютно змеиным взглядом: жутко, но глаз отвести совершенно невозможно.

– Не хочу, – прошипела она, соскочив с дивана.

– Ви-и-ил, – Инна упрямо поджала губы, наблюдая за напряжённой спиной подруги.

– Как обычно, ни толики раскаяния и вселенская уверенность в собственной правоте! – закипела Виола, не оглядываясь и с грохотом сваливая грязную посуду в раковину. – Втемяшилось в голову и плевать, что я уже сказала, что мне этого не нужно. Ты же всегда права и знаешь лучше всех!

– Два других профиля, пожалуй, удалю. Натурально брызжешь ядом – стопроцентное попадание получилось, – не уступала Инна, хотя свесила ноги на пол и распрямилась.

– Ты меня вообще слышишь?! – Виола развернулась, её глаза подозрительно заблестели.

– Вилка, это же просто игра, – слегка притормозила Инна.

Она приготовилась отражать нападки разъярённой фурии, а перед ней вдруг возник беззащитный воробышек.

– Позор это, а не игра, – Виола стиснула кулаки и сильно зажмурилась, не позволяя просочиться ни единой слезинке. – Не хочу реветь. Не хочу! Не хочу…

Инна отложила телефон и подошла к Виоле.

– Ну, ты чего? – Она обняла подругу, преодолевая сопротивление Вилки. – Ещё и позор какой-то притянула за уши.

– Женщина-змея, серьёзно? – Виола перестала вырываться и распахнула повлажневшие ресницы. – Ин, ну какая из меня фам фаталь¹? Арс тусуется на этой Мамбе. Я сама Толика там случайно высмотрела. Он такой же Анатоль, как я Вамп. Меня так же могут узнать общие знакомые. Ещё на смех быть поднятой до полного счастья не хватало.

– Тебя волнуют общие знакомые или Арс? – на лице Инны появилось учительское допросное выражение.

– Я ни от кого не жажду лишнего внимания к своей персоне. Вообще никакого не жажду. – Вилка не обняла Инку в ответ, но прислонилась щекой к её щеке. – Только всё успокоилось, как ты громогласно объявляешь: «Ваш выход, мисс Мамба!» Вуаля! Жалкая, наивная, верная простушка Виола пустилась во все тяжкие, став ещё более жалкой разбитной ВиВи.

– Забери свои слова обратно, иначе я обижусь, – Инка подавила смешок, сохраняя строгие нотки в голосе.

Виола посмотрела на неё в недоумении.

– Я сваяла крутое изображение без пошлости и развязности, а ты углядела в изысканной девушке в стильной чешуе в королевских цветах зелени и золота всего лишь разбитную ВиВи?! Вот это точно позор. Позорище на мою голову!

– Ты невозможна и абсолютно непоколебима, – обреченно вздохнула Виола.

– А ты – упёртая бараха! – не осталась в долгу Инка и лёгонько ущипнула Вилку под лопатками. – Я не хотела тебя расстроить.

– Я знаю, – Виола наконец обняла Инну. – Давай ещё по чашке кофе и покажешь мне весь масштаб катастрофы.

– У-и-и! – взвизгнула Инка и метнулась к телефону, зависла над ним на секунду и подозрительно оглянулась на Виолу: – Уверена?

– Нельзя же пустить столько стараний коту под хвост, не оценив хотя бы одним глазком. – Вилка запустила кофемашину и хлопнула ладонями по столешнице. – Пора бы научиться плевать с высокой колокольни на то, что и кто подумает! Я же… – она замолчала, красноречиво ожидая, чтобы подруга подхватила столь любимую ею фразу.

Инна немедленно присоединилась, и они закончили в унисон:

– … красивая, свободная, самостоятельная женщина, которая в любимицах у собственной жизни!

Девушки рассмеялись и вновь бок о бок оккупировали диванчик.

– Готова? – Инна подозрительно просканировала лицо и позу Виолы.

– Нет, но не переживай, – Вилка толкнулась плечом в плечо подруги, – никакого подвоха. Разбивать твой телефон или заходиться в истеричном припадке, требуя вычистить весь этот беспредел, я не собираюсь. Восторга тоже не обещаю, но да-да-да: любопытно уже до жути. Так что давай показывай!

Инка цокнула языком и открыла то же изображение с девушкой-змеёй.

– Признай, что получилось красиво.

– Красиво, – Виола рассматривала словно подсвеченную изнутри картинку. – У неё нет отбоя от той упомянутой сотни жаждущих?

– От «Пошипишь для меня?» и «У меня есть действенное противоядие» до «Покажи язычок», «Оригинальный ход» и «Факир сражён наповал», – подтвердила Инна, проваливаясь во вторую учётку.

– Ты к чему привязала эти профили, когда у тебя своих хоть отбавляй? – брови Виолы изумлённо полезли на лоб.

– Я тебя умоляю, у меня уровень богини по таким штучкам, – отмахнулась Инна. – Зацени.

Виола склонилась ближе, рассматривая фотографию. На ней точно были они с Инкой, когда совсем недавно смотрели фильм, усевшись на полу в гостиной с коробочками китайской еды. Инне приспичило запечатлеть тот момент для истории, но Виола не знала, что Инка сделала несколько кадров. На выбранном Вилку было видно по пояс. Она над чем-то смеялась, закрыв нос и рот сложенными домиком ладошками. Себя Инна обрезала, оставив лишь кусочек плеча и локтя так, что становилось понятно, что рядом кто-то есть, но определить парень или девушка не получалось. К тому же она обработала фото: фон стал более размытым, распущенные волосы Виолы стали почти чёрными и отсвечивали синеватыми всполохами, как будто она находилась в кинотеатре перед большим экраном.

– Кстати, здесь тебя даже труднее узнать, – заметила Инка.

– «Д_ружба, 23 года», – прочитала Виола, запнувшись на разделении букв. – Полагаю, Змея для разврата, а Д-подчёркивание-ружба для приятельского общения с возможными привилегиями.

– Почти пр-равильно полагаешь, потому что р-разврат исключительно по твоему собственному желанию, – програссировала Инна. – Пора воспользоваться по полной программе всеми сторонами твоей личности. Флиртуй, заманивай, отшивай, кусай, дружи, знакомься и влюбляйся! Об-щай-ся! А надоест – хлоп! – Она перевернула телефон экраном вниз. – Абонент не в сети. И всё. Никаких дополнительных объяснений не нужно.

– Как у тебя всё просто, – Виола вглядывалась в фото, соглашаясь с Инной в том, что узнать её тут было очень сложно.

– Главное – не усложнять, – фыркнула Инка и вновь запорхала пальцами по экрану. – Вот тебе се ля ви² как есть. Ты на самом деле без ретуши и прочих примочек.

«P.S., 21 год» под фото аккуратной мочки уха без прокола с завитком русых волос.

– Постскриптум? – Виола, не моргая, уставилась на Инку, которая самодовольно светилась, как супермощная лампочка.

– Примитивный тест на коэффициент интеллекта. Ты у нас вечная скрытая недосказанность. Вроде изучил, но всегда остаётся новое добавление, тот самый постскриптум. – Инна перевела дыхание. – Для кого-то это могут быть инициалы имени. Снова загадка и предположения, что опять же вызывает интерес. Ну и, – она поджала губы, а затем прошептала: – Тайный намёк по звучанию. Тогда сразу будет понятно, кто зачем к тебе пришёл.

– ПиЭс, – произнесла вслух Виола. – И что?

Инка одарила подругу покровительственным взглядом:

– А то. Пыс-пис. Для кого-то мир, который «peace», а для кого-то те самые писи-миси-кис-киси.

– О боже, да тут целая наука! – воскликнула Вилка, закатывая глаза в тысячный раз за последние сутки.

– Ты же у нас любишь научный подход, вот и экспериментируй, – рассмеялась Инна. – Но прежде чем ты пропадёшь в море сообщений, предупреждаю, что Арс уже тебя вычислил.

Виола молча уронила лицо в ладони. Инка терпеливо дождалась, когда Вилка устанет сидеть, скрючившись в три погибели.

– Добивай, – проговорила Виола, возвращаясь в вертикальное положение.

– Наоборот, я тебя сейчас заинтригую, – глаза Инны азартно засверкали. – Каждой твоей мамбической ипостаси написал один и тот же парень.

Глава 6

– Где все хорошие девчонки? – насмешливо переспросил Мирон. – Ад, ты серьёзно?

– Более чем, – ответил Вадим, проверяя бакли³ на роликах.

– Пара вертов⁴ или один грэб⁵ – и все плохие и не очень плохие девчонки твои. На фига тебе хорошие?

– Да как-то давно их не встречал. Поговорить охота без визгов-писков, – Вадим вставил в ухо наушник и запустил плейлист в телефоне. – Покатили!

Мирон отшвырнул на лавку пустой рюкзак и догнал Вадима, который как раз втыкал в ухо второй наушник.

– Наговоришься, когда станешь старым пердуном, а пока самое время снимать нехороших девочек, – он недвусмысленно зыркнул на бессменную группу охотниц в коротких юбках у парапета, которые выставляли напоказ абсолютно всё и оставляли место лишь для самых очевидных фантазий.

Вадим никак не прокомментировал намёк друга и прибавил скорости.

– Слушай, а ведь меня заело, – выдал Мирон вечером, отрываясь от телефона, когда Вадим вернулся в кухню после душа.

– Что именно?

– Где найти хороших девчонок, – напомнил Мирон.

– И что скажешь?

– Вариант номер один: они сидят по домам.

– Да ты Шерлок, – ухмыльнулся Вадим и присосался к бутылке с водой.

– А то, – хохотнул Мирон, вытягивая под столом длинные ноги. – Вариант номер два: они шифруются и прикидываются плохими.

Вадим закрутил крышку, выкинул пустую бутылку и привалился к рабочей столешнице, сложив руки на груди. Мирон молча постукивал пальцами по экрану телефона.

– Варианта номер три не будет? – выгнул одну бровь Вадим.

– Больше ничего в башку не лезет, – пожал плечами Мирон.

– Вот так друзей и теряют, – серьёзно заметил Вадим. – Обходить все дома и квартиры – как искать иголку в стоге сена, а устраивать проверку плохим девчонкам просто пока не прёт. Придётся выкручиваться самому.

– Погоди, – Мирон подтянулся повыше на сидушке, отклонившись на спинку так, что стул качнулся, встав на задние ножки. – Есть одна идея.

Стул натужно скрипнул, и Вадим поморщился, занимая точно такой же напротив друга.

С Мироном они познакомились на первом курсе. Год жили в разных общагах. Со второго курса начали напополам снимать неплохую двушку в спальном районе, которую в скором времени придётся либо переоформлять на кого-то одного из них, либо вообще от неё отказываться и переезжать в другое место. Всё будет зависеть от намечающихся перспектив после защиты диплома.

– Если ты расхерачишь очередной стул, то следующий месяц вся аренда на тебе, – пробурчал Вадим, подгоняя взглядом Мирона озвучить уже наконец его гениальную мысль.

Мирон скорчил дурацкую рожу, но вернул стул в устойчивое положение. Разблокировал телефон и развернул его экраном к Вадиму.

– Сайт знакомств.

– Пф-ф, – брезгливо фыркнул Вадим. – Издеваешься?

– Ты сам хотел с девочками поговорить, – набычился Мирон. – Вот тебе шанс, даже вставать с дивана не надо. Болтай хоть сутками. Решишь вдруг какой-нибудь тараторке приболтать, выйдете в реал. А ни одна языком не устроит, – Мирон пошло усмехнулся, – так другую попробуешь – их тут тьма сколько.

Вадим разглядывал оранжевую эмблему.

– Раз ты не отказался в первую же секунду, Ад, – усмехнулся Мирон, запуская страницу регистрации. – Придумывай себе ник.

Он вновь откинулся на спинку стула, собираясь ждать, пока друг допетрит, что «Ад» и есть самый оптимальный вариант. Производная от «Вад» легко превратилась в «Ад», особенно учитывая, что Вадим порой устраивал для соперников на роллердроме. Только Вадим его удивил, быстро набрав в окошке какую-то цепочку знаков и натыкав галочек по остальным вопросам.

– Готово.

– Яч… Кто?! – Мирон переводил озадаченный взгляд с экрана на Вадима. – Однако ж, ну и тайные фантазии у вас, агент Смит! – он громко заржал.

– Мы же собираемся разоблачать хороших девочек, – спокойно парировал Вадим. – Так что посмотрим на их фантазии, кто клюнет на такую удочку.

– Ячсмит, 22 года, – наконец смог прочитать Мирон. – Ты откуда это откопал?

– Нижняя строка клавиш, первые шесть букв слева направо. Верхний «Йцукен» звучит слишком анимешно, а средний «Фывапр» похож на отрыжку.

Мирон вывел клавиатуру на экране и захохотал:

– А чё не «Эждлор»? Почти имя рыцаря. Или эльфа – по ним, кстати, сейчас девчонки тащатся. – Он закатил глаза и показал Вадиму средний палец, предупреждая: – Заткнись! У меня младшая сестра, и я запарился гонять за доставкой то брелоков, то тетрадок, то ещё какой-нибудь хрени с этими остроухими ребятами.

Мирон окинул Вадима оценивающим взглядом:

– Фото после душа девочкам точно зайдёт. Уверен, что хорошие ищут и рассматривают их похлеще плохих. Что им остаётся, бедолагам, раз в реале плохишини берут всё в свои руки, пока кто-то пялит глаза в пол и светофорит свекольными щеками. Но дверной проём и кухонный гарнитур вообще не катят как фон. – Он хлопнул ладонями по столу. – Так, помнишь, летом мы ходили в поход? Во-о-от оттуда сейчас забабашим тебе аву.

– Чем бы дитя не тешилось, лишь бы от меня отстало. Перекусим чем-нибудь? – Вадим направился к холодильнику, пока Мирон увлечённо рылся в галерее.

– Мхм, я бы вообще пожрал нормально, – не поднимая глаз, буркнул Мирон. – Нашёл. Красавчег!

Вадим заглянул через плечо друга.

– Ставь ту, где в футболке и с рюкзаком. И гору видно.

– Гарантирую, что с футболкой на шее девчонкам понравится больше. Просто доверься моему намётанному глазу.

– А то что, пририсуешь мне эльфийские уши?

– Не исключено.

– Рон, – в голосе Вадима зазвучали стальные ноты, когда он сделал акцент на предлоге: – В футболке.

Мирон демонстративно сдался, подняв обе руки вверх.

– Да будет так, мой неискушённый друг. В футболке кадры тоже ничего. Плюс загадочнее – что же там под ней: кожа да кости или рельефные мышцы и кубики пресса?

Едва из тарелок исчезли остатки котлет с макаронами, Мирон придвинул телефон на середину стола.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Femme fatale (фр.) – Роковая женщина.

Вернуться

2

C’est la vie! (фр.) – Такова жизнь!

Вернуться

3

Бакли – специальные застежки на роликах.

Вернуться

4

Верт – вращение.

Вернуться

5

Грэб – захват рукой какой-либо части ролика, либо ноги при выполнении прыжка.

Вернуться