Татьяна Первушина
Проклятый перстень Бурбонов

Проклятый перстень Бурбонов

Дела земных людей в руках Царя небесного

Глава первая. Покер по четвергам

Теплый июньский ветерок ласково шуршал в кронах реликтовых деревьев Морозовского сада(1), каким-то чудом еще сохранившихся до наших времен.

Постепенно спускающаяся на Большой Трехсвятительский переулок ночная темень ласково укрывала старинные московские переулки небесным пледом, словно убаюкивая их под старинную колыбельную…

Наползающую на дома тьму изредка оживляли периодически включающиеся в квартирах люстры и другие осветительные приборы. Казалось, что окна хлопали сонными глазами, но потом, успокоенные ночной колыбельной, снова закрывали их.

В квартире на третьем этаже, в просторной гостиной с огромными окнами, плотно закрытыми тяжелыми гобеленовыми шторами, царил полумрак. Высокий торшер с вышитыми на абажуре павлинами слабо освещал комнату, придавая ей некую таинственность.

Антикварная мебель в «екатерининском» стиле поражала своей изящностью и практичностью одновременно: обитые цветным шелком пузатые кресла и банкетки из красного дерева так и манили удобно расположиться в них.

Огромные напольные китайские вазы, словно притихшие под строгим взглядом своей госпожи арапчонки-пажи, стояли по углам гостиной.

В дальнем углу гостиной в полумраке почти до самого потолка высились гигантские напольные часы с дорогими инкрустациями. Равномерный ход этого антикварного чуда из красного дерева создавал размеренному и отлаженному быту спокойный звуковой фон.

В старинном комоде красного дерева с золотыми виньетками во всем своем многообразии красовался великолепный русский и мейсоновский фарфор.

Роскошную обстановку этой чудо-гостиной завершал стол-яйцо из красного дерева, с золотыми «когтями» на ножках.

За столом сидели четверо мужчин и играли в покер; как всегда, по четвергам они предавались этому увлекательному занятию.

Все мужчины были весьма зрелого возраста, лишь один из них был еще очень молод. Изящные очки с затемненными линзами в золотой оправе делали его молодое ухоженное лицо немного хищным.

Мужчина нисколько не смущался, что остальные игроки были намного старше его. Он был баснословно богат благодаря наследству, недавно «свалившемуся» на него из-за океана, поэтому чувствовал себя вполне комфортно. Звали его Рудольф Левандовский. Недавно он открыл свою картинную галерею, в которой собирал раритеты из частных коллекций, выкупая их у обедневших любителей искусства, и весьма гордился этим.

В качестве играющего крупье за столом восседал тучный седовласый мужчина в бархатном жилете с приколотой на нем золотой цепочкой с необычным медальоном, на котором был изображен один из масонских символов буква G(2). Этого господина звали Лев Витольдович Штольц. Все относились к нему с большим уважением и всегда прислушивались к его советам. Лев Витольдович руководил одним из обществ московских коллекционеров вот уже много лет и снискал себе славу истинного ценителя искусства.

Третий игрок – мужчина лет пятидесяти, худощавый брюнет с большими залысинами, сидел с прямой спиной и внимательно следил за игрой. Звали его Иван Николаевич Нужнов. Он занимал какой-то важный пост в одном из государственных учреждений, и о его страстном увлечении покером знали только присутствующие в этой гостиной. Как говорится, «по долгу службы» такое компрометирующее занятие как игра в покер было абсолютно неприемлемо для него.

Четвертый игрок, Борис Аркадьевич Айсман – хозяин этой роскошной квартиры, битком набитой антиквариатом. Это был коллекционер, как говорится, «по зову души, разменявший шестой десяток». Собирать предметы искусства он начал еще в студенческие годы, чему способствовала его работа в одном из музеев Москвы.

Долгие годы Борис Айсман не просто скупал различные раритеты, но и внимательнейшем образом перед каждой покупкой изучал историю появления и различные, связанные с этим легенды и мифы.

Сегодня игра несколько затянулась. Игроки подолгу обдумывали каждый шаг, перед тем как сделать ставку или наоборот, сбросить карты. Это объяснялось тем, что все они прекрасно понимали, что игра в этой гостиной – скорее что-то вроде общения членов некоего клуба, чем просто азартная игра. Тем более, что ставки были по их меркам смехотворные. Гораздо более игроков занимала приятная беседа, в которой в довольно интимной обстановке, неторопливо обсуждались новости мира коллекционеров.

– А что вы скажете, Лев Витольдович, к примеру о влиянии некоторых драгоценных камней на линию судьбы их владельцев? – прорезал тишину звучный голос Рудольфа Левандовского. Обращаясь к самому уважаемому члену их сегодняшнего «собрания», Рудольф даже немного склонил голову вправо и, как прилежный ученик, и робко взглянул на маститого коллекционера.

Лев Витольдович, на секунду оторвав взгляд от своих карт, внимательно посмотрел на задавшего вопрос «юнца» и медленно заговорил:

– История знает множество примеров различного влияния драгоценностей. В том числе весьма и весьма негативного, на их владельцев. Существуют такие минералы, которые всегда интересовали алхимиков и оккультистов. Например, такой минерал как морион, согласно легендам, питается людским горем. Не зря еще в 18 веке его так боялись горняки в России. Или, скажем, рубин издревле считался «застывшими слезами Зевса», поэтому ему приписывались самые разнообразные мистические свойства, в том числе и то, что рубин может помочь стать его владельцу властелином мира.

– Я что-то слышал об этом, – закивал головой Рудольф, обрадованный тем, что «мастер» столь подробно отвечает на его, к слову сказать, весьма спонтанный вопрос, заданный в основном лишь для того, чтобы как-то разрядить тягучую обстановку затянувшейся игры. – Но я слышал также и о том, что такой камень как аркенстон, также известный как «Сердце Горы», стал прообразом знаменитого толкиновского Кольца Всевластия, сводившего с ума его обладателей, и вдохновил автора на создание «Хоббита».

– Но не надо забывать, господа, – вступил в беседу Иван Николаевич, автоматически делая фолд (сбрасывая карты), – что не лишним будет помнить, что даже самые великие сокровища могут привести к раздору и беде, если они вызывают в нас жадность и гордость. Вот вы говорите, аркенстон… А помните, какое проклятие было выгравировано на этом камне? – Нет? А я помню, потому что только недавно изучал эту историю: «Богу Ноденсу. Сильвианус потерял кольцо… тем, кто носит имя Сеницианус, пусть не прибавится здоровья ни на толику, пока кольцо не вернется в храм Ноденса». Ну, или что-то приблизительно похожее. За перевод, правла, я точно не ручаюсь. Но смысл проклятия вполне ясен.

– Проклятие не всегда бывает выгравировано на самой драгоценности, – вновь вступил «фаготом»(3) Лев Витольдович в разговор, – дело в том, что некоторые драгоценности, особенно те, что были найдены в древние или средние века, несут сами по себе угрозу здоровью и даже жизни их владельцев. Но человечество никогда не останавливали негативные качества драгоценных камней или украшения – в основном все восхищались их красотой, а некоторые даже стремились использовать приписываемые им магические свойства. Приведу пример.

«Наполеон Бонапарт подарил опал «Пожар Трои» своей любимой жене – Жозефине. Но в 1814 году Жозефина умерла. А камень пропал, как говорили тогда, растворился в воздухе.

А в начале 20 века опал «Пожар Трои» внезапно и таинственно был приобретен австрийской казной.

Этот же «Пожар Трои» исчез в начале Второй мировой войны и с тех пор никаких сведений об этом таинственном камне нет…»

Все слушали «мастера», затаив дыхание. Борис Аркадьевич Айсман, с особым любопытством внимавший говорившему, даже уронил карты на стол. Смутившись, он извинился перед остальными игроками и предложил на время прервать игру, чтобы насладиться великолепным итальянским вином, которое ему прислал в подарок его старинный знакомый из Пьемонта.

Все улыбнулись, снисходительно прощая Айсману конфуз с покером, и с радостью откликнулись на приглашение испробовать дорогой напиток из неббиоло(4).

Айсман ленивым движением руки позвонил в серебряный колокольчик, стоявший рядом с ним на столе.

Через несколько мгновений в гостиную вошла довольно миловидная высокая девушка с огненно-рыжими волосами. Приветливо улыбаясь, она внесла в гостиную огромный серебряный поднос, на котором стояли четыре хрустальных бокала с золочеными ножками и бутылка итальянского вина.

Разлив по бокалам темный ароматный напиток, девушка с застывшей на лице приветливой улыбкой так же тихо, как и вошла, удалилась, осторожно прикрыв за собой дверь.

Гости принялись наслаждаться изысканным вином. Но разговор, начавшийся до этого, видимо, разбудил в них профессиональноe любопытство, свойственное любителям древностей.

Особенно казался взволнованным Айсман.

– Борис Витольдович, – нервно прокручивая бокал за тонкую ножку, спросил он «мастера», – а ведь опал принято считать минералом космического происхождения, потому что он представляет собой накопитель энергии, отражающий настроение носителя.

– Существует даже теория, что опал образуется в жерлах вулканов, – подал голос Иван Николаевич, смакуя превосходный напиток. Или, к примеру, давным-давно кочевые арабы считали, что опалы – это магические камни, упавшие с небес во время грозы.

– На санскрите этот камень упоминался как «Упала», что приблизительно переводится как «драгоценный камень», тогда как греческий термин «Опаллиос» и латинское слово «Опал» означали «увидеть изменение цвета», – решил похвалиться своими энциклопедическими знаниями Рудольф.

– Голубчик, – меланхолично вторил ему Лев Витольдович, – не надо забывать, что опал одновременно считается целебным и, наоборот, убийственным, приносящим горе и разочарование. Все зависит от того, кто является обладателем опала.

Эта фраза его была предназначена скорее Борису Аркадьевичу, необычайно взволнованно слушавшему каждое его слово, что необычайно льстило ему. Поэтому он с достоинством продолжил:

– Опал многие тысячелетия весьма ценился людьми, но многие таинственные и трагические события, связанные с этим мистическим камнем, привели к убеждению, что носить его на теле очень опасно. Именно поэтому опал долгое время воспринимался как роковой камень. Многие, например, считали, что опал может привести его владельца к черной магии и даже отдать его во власть Сатаны.

После этих его слов все замолчали на некоторое время.

Неловкую паузу разрядил Иван Николаевич, который, вставая из удобного кресла, стал откланиваться:

– Господа, спасибо за хорошую игру, но, прошу простить меня, служба…

Все стали прощаться, обмениваясь дружескими рукопожатиями…

Когда гости разошлись, Борис Аркадьевич вернулся в гостиную и, держа в руке бокал, несколько раз прошептал: «Все зависит от того, кто является обладателем опала…»

Глава вторая. Разбитые надежды

Стремительно и безжалостно разорвав гнетущую тишину в квартире Арсения Пономарёва, симпатичного молодого человека лет двадцати пяти, старинные механические часы с кукушкой пробили полночь.

Сперва раздалось глухое шипение и довольно неприятный скрежет, словно кто-то тер наждачной бумагой по эмалированному тазу. Затем широко распахнулась небольшая полукруглая дверца в верхней части деревянного домика с циферблатом, и оттуда, словно пулька из игрушечного пистолета, вылетела черная металлическая кукушка с белыми эмалированными глазками.

Но поскольку ее лапки были прочно привязаны к корпусу часов медной проволокой, то, разумеется, никуда кукушка не улетела, а хрипло, словно выругалась, произнесла знаменитое «ку-ку». И так двенадцать раз.

После каждого очередного «ку-ку» раздавался глухой звук гонга, словно аккомпанемент металлической певунье.

Откуковав наконец полночь, кукушка с равнодушными белыми глазками так же стремительно, как и выскочила недавно, скрылась в своем логове, и полукруглая деревянная дверца с хрустом захлопнулась за ней.

Когда наконец все стихло, сидящий на старом рыжем флоковом(5) диване Арсений Пономарёв, словно пробудившись ото сна, устало зевнул, потянулся и, с неохотой встав с дивана, сперва поднял с пола выпавшую из его рук старинную книжицу, похожую на пухлую школьную тетрадку, потом медленно подошел к часам, сложил руки на

груди и, словно задумавшись о чем-то далеком, долго смотрел затуманенным взором на закрытую дверцу, за которой только что скрылась неутомимая кукушка.

Через несколько мгновений, очнувшись от внезапного оцепенения, Арсений протянул руку к металлическим кружочкам на цепочках и аккуратно потянул их по очереди вниз. Металлические «еловые» шишки на конце каждой цепочки поползли вверх. Когда они достигли нижней панели домика, Арсений удовлетворенно хмыкнул и вернулся на диван.

Спать ему категорически не хотелось. И хотя сегодня Арсений встал непозволительно рано, аж в семь утра, но заставить себя лечь в кровать сейчас он так и не смог. Мысли, одна другой тревожнее, заполняли его мозг и стучали маленькими невидимыми молоточками, словно стая неугомонных дятлов.

Подумать только! Сегодня ему после полугода молчания позвонила Милена. Его первая любовь, связь с которой оборвалась два года назад.

Когда Арсений увидел незнакомый номер входящего звонка, то сначала не хотел отвечать, думая, что это назойливая реклама или вовсе мошенники.

Но телефон звонил и звонил, поэтому после некоторого раздумья Арсений все же решил «алёкнуть».

– Сеня, привет! – разорвавший тишину знакомый голосок сразил его наповал. – Это я. Я взяла билет в Москву. Вылетаю завтра. Как прилечу, наберу тебя. Надо встретиться. У меня к тебе важное дело.

У Арсения что-то словно оборвалось внутри. Он не сразу пришел в себя, но когда осознал, кто именно звонит, то услышал только короткие гудки в айфоне.

Та, что разбила его жизнь два года назад, и в этот раз не особо беспокоилась о его настроении. Выдав информацию о своем приезде, Милена, не задумываясь, повесила трубку.

            ***

Милена! К слову сказать, Арсений так и не смог забыть ее окончательно до сих пор, как ни старался.

Но так уж устроен человек. Если бросает кого-то он сам, то со временем забывает о несостоявшихся отношениях. С удовольствием ищет новых встреч, новые впечатления.

А вот если кто-то бросил его самого, то душевная рана затягивается весьма болезненно и очень долго, при этом доставляя массу неприятных ощущений покинутому.

У Арсения и Милены получилось именно так. Они были страстно влюблены друг в друга. И вот когда Арсений уже подумывал о том, чтобы сделать Милене предложение руки и сердца – а для них обоих это была первая настоящая влюбленность, переросшая в серьезные отношения – Милена неожиданно ошарашила его новостью: она уезжает на ПМЖ в Канаду вместе с родителями! Подумать только! Ничего не сказала ему, хотя наверняка долго выправляла документы для переезда. И до самого последнего дня продолжала встречаться с ним, целовалась, иногда даже оставалась ночевать у него. И вдруг такое: «Знаешь, Сень, ты только не расстраивайся, пожалуйста, но завтра я улетаю в Канаду. Едут родители, а без них я не могу, да и не хочу здесь оставаться». Эти ее слова, словно выстрел в упор, сразили Арсения наповал, и он еще долго не мог очухаться.

Сначала Арсений решил, что Милена шутит. Ну, не может же вот так играть с его чувствами любимая девушка, не может так нагло предать их любовь.

Он-то ведь думал, что у них все серьезно. И Милена, надо отметить, никогда не давала ему повода сомневаться в искренности ее чувств. И тут такое…

Она тогда сказала всю эту шокирующую чепуху ему по телефону. Видимо, не рискнула встретиться и объясниться, как следует.

Услышав «приговор», Арсений, в бешенстве не раздумывая, сразу нажал «отбой» после ее ужасных слов об эмиграции, да со всего маху швырнул айфон об стенку.

Мобильный разбился вдребезги. Пришлось бежать в магазин, покупать новый, переставлять симку.

Но, сколько после этого Арсений ни перезванивал Милене, трубку она так больше и не взяла. А через какое-то время вообще отключилась от сети, и электронная равнодушная фраза «абонент не отвечает или временно не доступен» стала привычным ответом Арсению на протяжении многих и многих дней.

Молодость – пора наива и упорства. Арсений какое-то время продолжал названивать предательнице-Милене. Потом, не выдержав, даже поехал к ней домой, но дверь ему никто не открыл.

Сердобольная соседка, спускаясь по лестнице, увидев сидящего на ступеньках Арсения, узнала его, сочувственно посмотрев на него, сказала: «Да не жди ты ее, уехали они все… Из России уехали навсегда. А квартиру на продажу выставили…»

Арсений тогда плохо помнил себя. Вернувшись домой, он какое-то время самозабвенно напивался и жалел себя. Временами в нем вспыхивала ярость и ему хотелось только одного: встретить коварную Милену и сказать ей в лицо все, что он о ней думает.

Потом наступила полоса безразличия. Он даже не боролся со своей апатией, просто медленно закисал, стараясь не думать о завтрашнем дне.

            ***

В то время Арсений Пономарёв, несколько лет назад закончив исторический факультет МГУ, работал младшим научным сотрудником в Государственном историческом музее.

Конечно, не ахти какая должность, но Арсений, всегда увлекавшийся историей и археологией, мечтал написать диссертацию на тему «Легенды Москвы и их исторические корни», поэтому пока его вполне устраивало и место работы, и свободный график, позволяющий искать материалы для диссертации.

После разрыва с Миленой Арсений «забил» на диссертацию и даже перестал ходить на работу, что сразу же обернулось увольнением, правда, по его просьбе, руководство, оценив сердечные муки Пономарева, сжалилось и вынесло вердикт: «по собственному желанию».

Арсению теперь не для кого стало зарабатывать, и он погрузился в длительную депрессию, с утра до вечера возводя в культ свою тоску по несчастной любви.

Пономарев вырос, как принято говорить, в неполной семье. Когда он был совсем маленьким, его родители погибли в автомобильной катастрофе. И его забрал к себе и воспитал дедушка, академик РАН. Дед потакал Арсению во всем, потому что любил до безумия своего единственного внука.

Но прошло уже три года, как не стало и деда. И поэтому Арсений сейчас был предоставлен самому себе. Как ни парадоксально, но ему даже не с кем было посоветоваться по поводу предательства Милены.

Друзей он не приобрел – все свободное от любви время, пока у него был роман с Миленой, приходилось отдавать работе, потому что он копил на свадьбу, работал днем и ночью, иногда даже подрабатывал ремонтом компьютерной техники частным образом, так как параллельно с историей увлекался компьютерными технологиями и сильно преуспел в этом в последние годы. Какие уж тут друзья… Приходил домой к ночи и сразу же падал на диван, почти тут же засыпая.

Друзья детства давно разлетелись, кто куда. Вот и сидел Арсений дома один как сыч. И в периоды ремиссий своей затянувшейся депрессии тешил себя мыслью, что все у него когда-нибудь будет хорошо.

А потом произошло то, что и должно было произойти. Он наконец-то «переболел» этой ненавистной любовью. И наступило выздоровление, а вместе с ним переосмысление жизненных ценностей.

Глава третья. Детективное агентство «Цапа»

Помог ему в этом его друг детства, Андрей Цынин.

Однажды совершенно случайно они встретились на улице возле их старого дома, куда Цынин приехал по делам. Андрей давно уехал с родителями из их общего с Арсением двора, и они долгое время не общались. Но детская дружба – все же самая крепкая – не пропала даром.

Молодые люди сразу же узнали друг друга, хотя прошло немало лет с их последней встречи.

Цынин за годы, что они не виделись, из толстого неуклюжего подростка превратился в поджарого смуглолицего красавца даже немного выше Арсения. Его круглые карие глаза-вишни с восхищением перебегали с одной симпатичной девушки на другую, часто вызывая ответную реакцию.

Цынин, зная Пономарева с детства, при первом же взгляде понял, что с Арсением случилось что-то нехорошее. Не спрашивая, почему тот так плохо выглядит, словно вернулся из мест не столь отдаленных, он, не раздумывая, кинулся другу детства на выручку.

Для более комфортной беседы по душам парни решили завернуть в ближайшее кафе и, усевшись там в одном из его уютных уголков, разговорились «по душам».

После подробного рассказа Арсения, сопровождаемого крепкими словечками и печальными выводами о своей невезучести в любви, да и в жизни в целом Андрей посмотрел серьезно на друга детства и сказал:

– А знаешь, Пономарь (эта кличка с детства прилипла к Арсению), ведь все это даже к лучшему. Нет, я не радуюсь, что твоя девушка предала тебя. Это, конечно, ей минус в Карму (любимое выражение Цынина еще с детства), но дело-то в тебе самом. Ты даже не знаешь, что ты теперь абсолютно свободен и готов к новым свершениям, а может, даже и к открытиям.

Арсений, словно очнувшись от болезненного сна, неуверенно и с удивлением смотрел на друга.

– Поясни, – наконец произнес он сдавленным голосом.

– Дело вот в чем. Я недавно открыл детективное агентство, – ошарашил его Андрей, – и предлагаю тебе стать моей, так сказать, правой рукой, моим заместителем. Работы будет очень много, так что свободного времени у тебя не будет практически никогда, а значит, не будет времени и на нытье и самобичевание. При этом ты поймешь, что помогать людям, попавшим в беду – это высочайшее предназначение человека. Ты натура увлекающаяся, цельная, у тебя прекрасный аналитический ум, обширные знания компьютерных технологий, но главное – ты мой друг. И я полностью могу на тебя положиться во всем. Ну, что, пойдешь ко мне работать? – и он с огоньком посмотрел на изумленного Арсения.

Тот недоуменно пожал плечами и без особого энтузиазма произнес:

– Это что же, за неверными женами и мужьями надо следить? Фоткать их адюльтеры и получать за это гонорар и ответную ненависть другой стороны?

– Ну, вот откуда такие пессимистические нотки в голосе? – рассмеялся Андрей, – кстати, адюльтеры наше агентство в работу не берет, только если они проходные при расследовании убийств или похищений. В основном мы работаем с элитными клиентами, по рекомендации, с очень узким кругом людей, которые нам доверяют. Ну, например. как «сарафанное радио», понимаешь?

Видя, что друг все еще смущен и не может разобраться в самом себе, Андрей налил им по рюмке коньяка и начал рассказывать:

– Расскажу тебе, как лично я пришел к этому. Несколько лет назад я, закончив юридический, познакомился с одним высоко профессиональным частным детективом и начал помогать ему в расследованиях, при этом получая массу адреналина и положительных эмоций, а кроме того, неплохие гонорары. Но потом, – Андрей на секунду замолчал, сглатывая комок в горле, – моего наставника и друга убили. Отомстили за раскрытие одного резонансного преступления. Просто наняли киллера – и застрелили.

Я долго не мог прийти в себя после этого. Полиция расследовать дело не стала, сказали, «висяк» стопроцентный, киллер нигде не «напачкал», ни отпечатков пальцев, ни следов ДНК. Ствол с глушителем киллер сбросил прямо на месте убийства, камеры видеонаблюдения ничего не дали. Просто темный силуэт в арке дома, возле которого и был застрелен мой друг, киллер был в черном спортивном костюме с капюшоном, в темных очках, даже не ясно было, мужчина это был или женщина. Вот так вот…

И что ты думаешь? Я не сдался! Я все-таки нашел киллера! Правда, не сразу. На это ушли месяцы, но я нашел человека, выстрелившего в моего друга. И передал его полиции. И знаешь, Сень, после этого случая я понял, что это и есть мое настоящее дело. Искать преступников. Делать мир, так сказать, чище.

Но для службы в полиции я совершенно не гожусь: во-первых, возраст уже не тот, чтобы с нуля учиться, во-вторых, частный сыск для меня лично более привлекателен – сам себе режиссер, как говорится, а в-третьих, больше возможностей для выбора дел.

Арсений со все возрастающим интересом слушал друга.

– А какой выбор дел? – спросил он, наливая себе очередную рюмку.

– Дело в том, что я занимаюсь только загадочными, интересными преступлениями, если можно так выразиться, – продолжил Цынин, подцепляя вилкой кружочек лимона, – например, какими-нибудь эпатажными кражами предметов искусства или пропажей людей. А среди современных нуворишей это сплошь и рядом. И знаешь, когда ты вгрызешься в эту тему, то позабудешь о своих теперешних страданиях и о предательстве девушки. Романтика будет у тебя каждый день и в больших количествах, это я тебе обещаю. И кто знает, может на просторах расследований тебе однажды встретится настоящая любовь, которая не предаст и не продаст, которую ты узнаешь сразу же, как впервые посмотришь ей в глаза, – и Цынин с прищуром посмотрел на впавшего в ступор Пономарёва.

Предложение Андрея буквально ошарашило Арсения. Он попросил пару дней на раздумья. Но уже утром следующего дня позвонил Цынину и сказал, что готов помогать в его расследованиях чего бы то ни было.

Глава 4. Симфориана

Со случайной встречи друзей детства прошло уже полгода. Арсений постепенно втянулся в работу частного детектива. Жизнь понемногу начала налаживаться.

Андрей Цынин, желая потрафить Пономареву, переименовал свое детективное агентство в «Цапу» (Цынин Андрей – Пономарев Арсений – «Цапа»), и теперь Арсений ежедневно получал здоровую порцию адреналина, постепенно забывая о девушке, что так предательски поступила с ним.

Дела, за которые брались сыщики, были очень интересными и загадочными и, на первый взгляд, казались неразрешимыми. Но смекалка Цынина и неожиданный творческий подход к раскрытию преступлений Пономарева почти всегда давали стопроцентный результат «на выходе». И «сарафанное радио» об элитном детективном агентстве со смешным названием «Цапа» вовсю гремело по Москве и далеко за ее пределами.

Творческий подход Пономарева заключался в следующем. Арсений, неожиданно для самого себя, научился сопоставлять вводные данные преступлений с историческими местами Москвы, а также с преступлениями, произошедшими многие годы и даже века назад, но именно в этих же местах.

На него словно снисходило озарение, когда он долгими вечерами и ночами штудировал криминальные хроники Москвы прошлых веков.

Преступления, как ни парадоксально это было, оказывались схожи по способам их исполнения, а также характерам преступников и их мотивациям. Словно невидимые нити связывали эти преступления, разделенные десятилетиями и даже столетиями. Арсений никому не рассказывал о своих открытиях. Даже Андрею, которого очень уважал. Просто он не понимал, как объяснить эти «нити» и, по правде говоря, боялся, что Андрей, обладающий рациональным характером и не верящий в «чудеса», его просто засмеет.

Иногда ему удавалось «напасть на след» современного преступника, только досконально изучив истоки аналогичного преступления, произошедшего в этом же месте Москвы, но только очень-очень давно.

Андрей Цынин был немало удивлен детективными успехами его друга детства, но не позволял себе в открытую нахваливать Пономарева, дабы «не испортить компот».

Но с некоторых пор он стал подмечать в Арсении безудержную страсть к историографии и краеведению. Порой Арсений даже не слышал, что ему говорит Андрей, так он зачитывался очередным историческим исследованием.

Сперва Цынин решил, что Арсению просто не совсем интересна его новая профессия частного сыщика и что тот, штудируя очередную монографию, просто готовится к написанию диссертации, о которой мечтал всегда.

Но когда Арсений впервые применил «метод Пономарёва», как тот сам его окрестил, к одному загадочному преступлению, и только благодаря этому методу преступник был найден, Цынин больше вопросов не задавал и перестал иронизировать над Арсением, с уважением относясь к его постоянным краеведческим изысканиям.

Благодаря «методу Пономарёва» слава детективного агентства «Цапа» быстро разлеталась по стране и даже за ее пределами.

И вскоре клиентов агентства стало так много, что друзьям пришлось нанять на работу секретаря-администратора, чтобы «ставить в очередь» сыпавшиеся со всех сторон «элитные» заказы и определять первоочередность по степени важности.

            ***

На работу секретарем неожиданно единодушно была принята невзрачная девушка с весьма звучным и редким именем Симфориана(6).

Немного подустав от нескончаемого потока кандидаток, откликнувшихся на вакансию, размещенную на сайте «SuperJob.ru», Андрей и Арсений, почти задыхаясь от многообразия французских ароматов, шлейфами тянущихся за каждой девушкой, еле сдерживали зевки и недоуменно переглядывались, не решаясь сделать окончательный выбор.

Вроде бы все девушки были симпатичные, длинноногие, половина из них блондинки, весьма манкие, были даже настоящие красотки, а некоторые даже умные…

Но что-то останавливало друзей в принятии окончательного решения. «Мы с вами свяжемся», – галантно распахивая дверь, улыбался Цынин каждой кандидатке, выпроваживая ее из офиса после очередного собеседования.

– Андрюха, – после нескольких часов беседы с кандидатками наконец не выдержал Пономарёв, – у меня уже от них голова кружится, давай примем кого-нибудь, да и дело с концом. Не справится с обязанностями, заменим – вон их сколько, словно бабочек в поле.

Но Цынин упрямо покачал головой:

– Терпи, Пономарь, мы не можем отвлекаться на стажировку секретарши, у нас и своей работы полным-полно. Надо просеять всю массу.

В этот самый момент дверь кабинета широко распахнулась, при этом сильно хряпнув по подвесному шкафу, в котором сразу же дружно зазвенели стаканы и чашки, и на пороге возникла весьма экстравагантная особа.

Девушке на вид было лет двадцать пять – двадцать шесть. Хотя, если приглядеться, она просто выглядела старше из-за нелепого вычурного наряда.

Брючный костюм цвета высохшей травы сидел на ней, словно был куплен «на вырост». Правое плечо немного «съехало» вниз и от этого правая рука казалась длиннее левой.

Огненно-рыжая шелковая блузка кусочками проглядывала из-за множества разнокалиберных деревянных бус, которые рядами свисали с тонкой шеи чудачки.

Круглые бусины шоколадного и желтого цветов, ромбовидные белые и темно-зеленые бусины, а также множество мелких бусин разных цветов – все это деревянное великолепие, казалось, тянуло шею незнакомки к полу.

Но странная девушка, несмотря на тяжесть своих деревянных вериг, все время упрямо поднимала округлый подбородок, как бы демонстрируя свой курносый носик, и при этом постоянно поправляла левой рукой большие круглые очки, которые, казалось, вот-вот упадут с ее носа.

Венчала все это великолепие коричневая шляпа «федора»(7), украшенная разноцветными лентами.

Шляпа федора была нахлобучена на каре неопределенного цвета, что-то среднее между светло-русым, пепельным и цветом высохшей травы, с связи с чем волосы почти сливались с костюмом.

Сыщики замерли и только с опаской следили за малейшим движением незнакомки, в глубине души надеясь, что эта странная особа просто ошиблась адресом.

Ничуть не смущаясь произведенным эффектом своего появления, девушка неожиданно мелодичным голоском протянула:

– Добрый день, господа. Меня зовут Симфориана Ильинична Поспелова, для знакомых я просто Сима. Я претендую на должность секретаря вашего детективного агентства.

В гробовой тишине, воцарившейся сразу после этой монументальной фразы, Симфориана прошла вперед и, эффектным жестом сняв шляпку, присела на один из стульев напротив господ частных сыщиков и замерла в ожидании ответа, буравя их суровым взглядом.

«Довыпендривались, – с горечью подумал Цынин, – клиника пошла».

– Расскажите, пожалуйста, немного о себе, – замогильным голосом произнес Арсений, понимая, что Андрюха сейчас в ступоре, и надо как-то исправлять ситуацию.

Симфориана, подбоченясь, неожиданно отрекомендовала себя на «все сто»: москвичка, за плечами истфак МГУ, пишет кандидатскую, не замужем, детей нет, коммуникабельна, аналитический склад ума, ответственна, умеет оперативно решать поставленные задачи.

Желая прервать этот бурный словесный поток, Андрей Цынин поднял вверх руку, как бы давая понять кандидатке, что сказанного ею вполне достаточно, и задал сакраментальный вопрос:

– Скажите, пожалуйста, ваши родители руководствовались какой-то особой мыслью, давая вам столь редкое имя?

Скорее всего, Цынин надеялся, что девушка взорвется и начнет резко отвечать, чем поставит точку на своей кандидатуре.

Но, к его величайшему удивлению, Симфориана опять-таки дала подробный ответ на данный вопрос.

Воцарившееся снова неловкое молчание было внезапно прервано Арсением Пономарёвым. Он довольно вкрадчивым голосом спросил:

– А вот скажите, пожалуйста, Симфориана, почему вы предпочитаете деревянные бусы? Мне это, как человеку, увлекающемуся всем необычным, очень хотелось бы знать.

Симфориана, не моргнув глазом, опять затараторила:

– Понимаете ли, издавна дерево использовалось человеком в быту. Поэтому совершенно не случайно, что первые женские украшения делались именно из дерева. Деревянные бусы многие предпочитают носить от сглаза, порчи, различных бед и болезней. Потому что дерево впитывает в себя биоэнергию земли и потом отдает ее человеку.

Цынин, уже вполне овладевший собой, сипло спросил:

– Какую тему для диссертации вы выбрали?

– Я пишу диссертацию на тему «Развитие ювелирного искусства конца 19 – начала 20 века и его влияние на хронику преступлений».

– Мы берем вас! – вскочил со стула крайне возбужденный Пономарёв.

Цынин с удивлением уставился на напарника. Но тот, сдвинув брови, сурово взглянул на него и направился прямиком к Симфориане.

– Знаете, уважаемая Симфориана, – аккуратно взял он ее под локоток, – я тоже окончил истфак и тоже работаю над диссертацией. Она называется «Легенды Москвы и их исторические корни». Я думаю, что мы с вами найдем много общих тем и для разговоров, и для наших диссертаций.

Симфориана, сияя от счастья, улыбнулась Арсению и преданно посмотрела ему в глаза. От этого ее теплого, почти ласкового взгляда Арсений почувствовал, как у него что-то кольнула в позвоночнике и по телу прошла дрожь. Он смутился.

– Главное, чтобы вы нашли много общих тем для нашей работы, – беззлобно пробурчал изумленный Цынин и пошел мучить кофемашину.

Так Симфориана Ильинична Поспелова, «можно просто Сима» в одночасье была принята на работу секретарем-администратором в детективное агентство «Цапа».

Глава пятая. «Люди легко верят тому, чего страстно желают» (Вольтер)

Борис Аркадьевич Айсман, один из четырех игроков в «домашний» покер, о которых мы рассказывали в первой главе, будучи весьма богатым человеком и довольно известным московским коллекционером предметов искусства, тем не менее был глубоко несчастен. У него не было детей.

Несмотря на многолетний брак с обожаемой им Тамарой Всеволодовной, потомства у них так и не случилось.

Оба – каждый по отдельности и вместе – они тяжело переживали этот неприятный момент. Но небеса, видимо, решили за что-то наказать их.

Правда, у Тамары Всеволодовны за океаном была любимая племянница, которая только недавно сменила московскую квартиру на монреальскую, уехав вместе с родителями в Канаду на постоянное место жительства. Племянница, пользуясь современными достижениями науки и техники, регулярно звонила тетушке по ватсапу и даже общалась с ней по скайпу.

Но все равно это была лишь малая толика душевного тепла, и ею никак нельзя было заменить общение с собственными детьми, которых Тамара Всеволодовна была лишена по определению.

Никогда не работавшая официально и в основном ведущая домашнее хозяйство при помощи домработницы, Тамара Всеволодовна частенько грустила, навевая тем самым тоску смертную на своего супруга, который стремился многочисленными подарками (в основном драгоценными ювелирными украшениями) хоть как-то сгладить тревожные мысли супруги.

Постепенно, когда через много лет надежды Айсманов на продолжение рода окончательно угасли, в голове Бориса Аркадьевича стал вырабатываться определенный образ мыслей, а именно: он во что бы то ни стало хотел ребенка, неважно, сына или дочь. Для того чтобы наследник мог продолжить его дело, скрасить старость и вообще, чтобы не считать себя обделенным судьбой. Правда, в сложившейся ситуации Айсману можно было надеяться лишь на чудо, настоящее чудо… Но он не терял надежды…И был готов даже на то, чтобы в один прекрасный день у их двери был обнаружен подброшенный младенец.

В волшебство эко было уже поздно верить по возрастному принципу, а к суррогатным матерям Борис Аркадьевич испытывал острое недоверие и считал большинство из них коварными интриганками. Но он находился в постоянном поиске так называемого «чуда». И вот однажды эти мысли и мечтания привели его на сайт с довольно сомнительной репутацией. На этом сайте рассказывалось о силе мысли и мистических свойствах минералов и драгоценных камней.

Поначалу Айсман довольно скептически относился к текстам, размещенным на сайте о магии и чудесах. Но лишь до того момента, пока в одной статье не наткнулся на нечто вроде магического приворота на продолжение рода при помощи камней и минералов.

«Вот оно! – словно пробило коллекционера. – Не зря я столько лет занимался поиском и скупкой предметов искусства. Это сама Судьба помогает мне обрести настоящее семейное счастье…»

И он, что называется, «с головой» окунулся в темные волны магических изысканий, выписывая различные рецепты в особую тетрадочку, которую хранил у себя в антикварном письменном столе из массивного дуба.

За несколько лет систематического ежедневного погружения в историю магических приворотов и различных способов исполнения своей заветной мечты, Борис Аркадьевич буквально проглатывал раритетные книги по алхимии, кабалистике, астрологии и даже йоге…

И с каждым днем его мечта, как ему казалось, приближается к исполнению.

Тамаре Всеволодовне он, разумеется, ничего не рассказывал о своих таинственных занятиях, не желая доставлять ей лишних треволнений. Супругу свою он нежно любил и искренне верил в то, что уже скоро они обретут семейное полноценное счастье. Как именно – об этом Борис Аркадьевич старался не думать. Старался не думать он и об их весьма зрелом возрасте, особенно Тамары Всеволодовны, которая уже наверняка сама бы не смогла родить…

«Главное – верить, а там – будь что будет!» – внушал себе коллекционер.

И вот в один прекрасный день он наконец нашел то, что искал столько лет.

Один средневековый рецепт обретения наследника, полный магических приворотов при помощи различных амулетов и талисманов, показался ему вполне чудодейственным и достойным внимания.

Некий орден, ведущий свое происхождение от мистического ордена тамплиеров и некоторых групп розенкрейцеров излагал в доступном для изучения манускрипте, правила проведения некоего магического ритуала для того, чтобы обрести наследника.

Практически «слетевший с катушек» от радости Айсман действительно поверил в то, что получил высшее откровение.

И вот уже несколько лет он скупал по различным аукционам частным нужные для проведения обряда драгоценные камни и минералы, о которых говорилось в этом привороте.

В его коллекции находилось уже несколько драгоценных экспонатов, а именно: великолепный сиреневый звездчатый рубин из Северной Каролины, так называемый «камень жизни», огромный цейлонский гранат и якутский пироп, связанные мистическими нитями с греческой богиней плодородия Деметрой, розовый бразильский топаз, который издревле считался волшебным камнем для зачатия, а также темно-красный коралл «бычья кровь», используемый в древних ритуалах для привлечения удачи и одновременно являющийся амулетом для детей…

В магической коллекции Бориса Аркадьевича не хватало лишь одного предмета… А именно – чудодейственного опала, который на Востоке традиционно считается «семейным камнем», помогающим хранить крепость брака и приумножать счастье супругов.

Опал издревле считался магическим мощнейшим амулетом. А по утверждению средневековых мистиков, чей манускрипт столь неожиданно попал в руки Айсмана, именно опал должен был завершить магическую комбинацию и вместе с остальными предметами его мистической коллекции совершил бы чудо, подарил бы Борису Аркадьевичу наследника.

Коллекционер буквально дрожал в предвкушении… Он долго и скрупулезно изучал все известные миру опалы и однажды во сне ему пришло откровение… Для достижения своей мечты коллекционеру требовалось заполучить один-единственный опал, но какой… Кровь леденела у него в жилах при одной мысли о том, что за опал ему понадобится для исполнения свой мечты…

Но, как сказал однажды Джеймс Шарп, «для тех, кто мечтает о великом и не сомневается в своем мужестве, найдется место на вершине».

И Борис Аркадьевич Айсман тоже перестал сомневаться в монументальности и реалистичности своих «воздушных замков» и с головой ринулся «во все тяжкие».

Глава шестая. Серьезный клиент

На следующее утро, едва войдя в офис агентства, Арсений Пономарёв застыл в немом удивлении.

Невероятно эффектная молодая женщина, одетая в белоснежное платье с вышитыми на нем красными розами и красные туфли на шпильках, приветливо улыбаясь, угощала кофе незнакомого лысоватого полного мужчину средних лет, сидящего в кресле у журнального столика и постоянно вытирающего пот со лба и затылка огромным клетчатым носовым платком.

Волосы красотки были ярко-русого цвета и забраны в узел на затылке. В ушах – изящные золотые сережки с рубинами.

Изумленный увиденным Арсений сперва подумал, что, возможно, какая-то посторонняя женщина случайно забрела к ним в офис и вместе со своим спутником решила побаловаться кофе в отсутствии хозяев.

Но поймав строгий взгляд «незнакомки» в изящных модных очках, Пономарёв неожиданно узнал в молодой красотке вчерашнюю «серую мышь» в нескладном брючном костюме и лишний раз подивился талантам новоиспеченного секретаря

Не успел Арсений прийти в себя от секретарской эскапады, как Симфориана подошла к нему и тихо произнесла:

– У нас очень серьезный клиент. Зовут Борис Аркадьевич Айсман, известный коллекционер.

И обернувшись к лысоватому мужчине, елейным голоском сказала:

– Борис Аркадьевич, познакомьтесь, пожалуйста, это один из владельцев нашего агентства, Арсений Пономарёв.

И не спрашивая ошарашенного Арсения, хочет ли он кофе, круто развернулась на каблуках и стремительно удалилась в «свой угол», где был установлен компьютер и прочая офисная техника.

Арсению не оставалось ничего другого, как пожать потную ладошку вскочившего на ноги Бориса Аркадьевича и, усевшись на стул напротив, изобразить на лице сосредоточенное внимание.

Андрея Цынина он решил не дожидаться, чтобы не портить реноме агентства и, взяв листок бумаги и карандаш, постарался как можно тщательнее выслушать нового клиента.

Борис Аркадьевич, нервно прихлебывая горячий кофе из изящной фарфоровой кружечки, начал путанно рассказывать.

– Понимаете, господа, – тихим голосом начал свой рассказ коллекционер, периодически оглядываясь на Симфориану и как бы ища в ней поддержки, – недавно на закрытом интернет-аукционе я приобрел необычайно редкий и дорогой перстень для своей коллекции. Оплатил баснословную сумму и поместил по возвращении домой перстень в свой сейф. И иногда по вечерам вынимал драгоценность из сейфа и подолгу рассматривал его. Но радость моя, увы, длилась недолго…

            ***

Внимательно слушавший коллекционера Арсений неожиданно вспомнил о таинственных событиях, описанных в той самой старинной тетрадке, что упала с его колен, когда механическая кукушка настенных часов вырвала его из мечтательной дремы.

В тетрадке, которую он взял в отделе рукописей Государственного исторического музея под роспись, были изложены воспоминания некоего графа Калюжного.

Граф Калюжный, живший в Москве в середине XIX века, обладал весьма недурным вкусом и время от времени приобретал изящные драгоценности, пополняя свою коллекцию. И в 1870 году, когда он путешествовал по Испании, ему посчастливилось купить у одного заморского купца красивое золотое ожерелье с алмазами.

Ожерелье сразу привлекло внимание графа, так как с первой же минуты приковало его взгляд к себе. Алмазы, довольно крупные, играя на солнце, излучали ослепительный блеск. И граф сразу же подумал о том, что это ожерелье может стать достойным подарком его невесте, Анастасии, настоящей красавице и к тому же происходящей из старинной дворянской семьи.

Граф так и видел это ожерелье на прелестной шейке будущей графини. Поэтому он, даже не торгуясь, купил драгоценность. И лишь усмехнулся, когда купец что-то сказал ему про мистическую силу этих алмазов, которые якобы приносят несчастья тем, кто не ведет свой род от ахеменидских(8) царей.

            ***

Пономарев, не успевший прочитать воспоминания графа Калюжного до конца, тут же себе дал слово, что обязательно по возвращении домой «осилит» их.

Эти его размышления прервал переходящий временами на визг голосок коллекционера и осуждающий взгляд Симфорианы, которая, поняв, что «шеф блуждает в заоблачных далях», попыталась вернуть его к действительности и уронила на пол дырокол. Наконец Арсений очнулся от грез и прислушался к тому, что говорил коллекционер.

– Понимаете, – со свистом шептал Айсман в волнении, там, – понимаете! – он повысил голос до визга, – перстня не было!

– Борис Аркадьевич, – с легким скепсисом обратился к нему Арсений, – вы проживаете в квартире один?

– Я живу вместе с супругой, Тамарой Всеволодовной, – отвечал тот, – но, поверьте, это кристально чистая душа, из потомственной московской интеллигенции, с дворянскими корнями в родословной. Она не имеет к произошедшему ни малейшего отношения. За нее я полностью ручаюсь.

– То есть вы утверждаете, что сейф не был взломан?

– Ну, конечно же! Ни малейших признаков проникновения. Вчера вечером я как раз хотел в очередной раз полюбоваться раритетом. Открыл сейф и чуть не потерял сознание. Потом, как только немного пришел в себя, позвонил друзьям. А они уже дали ваш адрес.

– Кто-нибудь, кроме вас, знал код к сейфу?

– Не думаю, да и кому это надо? – вскинул светлые бровки коллекционер, – у меня дома почти не бывает гостей, я веду очень замкнутый образ жизни. Только трое близких друзей приходят ко мне по четвергам для игры в покер, так сказать, по маленькой.

– А скажите, Борис Аркадьевич, – кто-нибудь знал о том, что вы купили этот перстень?

– Ну, конечно же, знали аукционисты, потом я своим друзьям похвалился, но друзья тоже коллекционеры, а у нас свой кодекс чести.

– Можете назвать имена своих друзей, которым вы рассказали о покупке перстня?

Айсман сперва недовольно надул губы. Но потом, встретив прямой взгляд Пономарева, изрек:

– Пожалуйста, у меня есть три близких друга, с которыми мы по четвергам играем в покер у меня дома, так сказать, «по маленькой». Это нужно не только для развлечения, но и для того, чтобы в дружеской компании обмениваться новостями из мира коллекционеров, поскольку и я и мои друзья – страстные собиратели всевозможных предметов искусства. Итак, это Лев Витольдович Штольц, Иван Николаевич Нужнов и Рудольф Левандовский, самый молодой в нашей компании.

Арсений записал имена и телефоны тех, которых перечислил Айсман и задал следующий вопрос:

– А кто-нибудь еще, кроме ваших троих друзей, появлялся за последние дни в вашей квартире?

– У нас есть приходящая помощница по хозяйству, – пробубнил Айсман, – Риточка, нам ее порекомендовали наши старинные друзья, у которых она тоже работает. Но Риточки вчера даже не было у нас. Так что я в полном недоумении.

Внезапно Айсман схватился за сердце, охнул и воскликнул: – помогите мне, пожалуйста! Умоляю вас! Если вы не найдете мой перстень, то я пропал! Я готов заплатить за ваши поиски, если они увенчаются успехом, миллион!

Арсений кашлянул. Если коллекционер готов выложить миллион за поиски драгоценности, какова же реальная цена этой перстня?!

Но вслух он произнес только следующую дежурную фразу:

– Уверяю вас, уважаемый Борис Аркадьевич, не беспокойтесь. Мы возьмемся за это дело. Но для начала расскажите подробно о том, что это за перстень и почему он стоит столь дорого.

Айсман, казалось, вновь пришел в себя после бурной вспышки и тихим голосом забубнил:

– Понимаете, этот перстень – в буквальном смысле этого слова настоящее чудо света, артефакт! Вот, смотрите, – и он открыл в своем айфоне фотографию изумительной красоты перстня. Крупный голубовато-синий камень был обрамлен в золото, по краям его были рассыпаны бриллианты.

Из рассказа встревоженного коллекционера Арсений, а также внимательно слушавшая их беседу Симфориана, расположившаяся со стопкой документов неподалеку, узнали следующее.

Перстень, который приобрел Айсман, оказался тем самым «роковым» перстнем, «погубившим своих пятерых хозяев», а именно королевскую испанскую династию Бурбонов во главе с королем Альфонсо XII(9).

В историю этот перстень вошел вместе со своей смертоносной славой еще в XIX веке под именем «Перстень короля Альфонсо XII».

Голос Айсмана то бурно взывал к слушателям словно горный ручей, то понижался до полушепота, напоминая шуршание осенней листвы:

– Когда-то давно, на рубеже XV-XVI веков Испания завоевывала большие территории в Новом Свете и имела множество колоний. И вот однажды, при разорении святилища индейцев конкистадоры обнаружили необычайно красивый алмаз. Камень был небольшого размера, но буквально приковывал к себе взгляды и заворожил завоевателей.

Король Испании, получив камень в подарок от конкистадоров, приказал придворному ювелиру вставить его в золотое кольцо.

Когда же молодой Альфонсо влюбился в свою юную кузину Луизу де Монпансье, то в качестве неофициального свадебного подарка преподнес ей этот перстень. А во время венчания надел невесте этот перстень на палец. Спустя два месяца молодая королева скоропостижно скончалась, всего через два дня после своего восемнадцатилетия.

Овдовевший король передал этот перстень на хранение вдовствующей королеве Христине, своей бабке. Та продела в него шелковую нить и стала носить перстень на шее вместо медальона. И через несколько дней умерла. Никто не встревожился, потому что вдовствующая королева была в преклонном возрасте.

По наследству злополучный перстень достался инфанте Марии дель Пилар, внучке Христины. Она надела его на средний палец правой руки и через четыре дня умерла от паралича.

Поползли дурные слухи о перстне. Король Альфонсо, испугавшись, убрал кольцо в сейф.

Через какое-то время король сделал предложение руки и сердца младшей сестре своей первой жены, Христине.

Спустя какое-то время юная королева стала жаловаться, что кольцо нагревается и меняет цвет с желтого на черный. Испугавшись, она перестала носить злополучное кольцо. Но рок неумолимо преследовал королевскую семью. Вернувшись с бала, Христина легла спать и не проснулась на утро.

Альфонсо XII отправил смертоносное кольцо в казну и позабыл о нем.

Но вот однажды, в 1885 году ему приснился странный сон. Один из его предков явился ему во сне и сообщил королю, что если он наденет кольцо на палец, то умрет. Якобы этот камень небесный и человек не должен его носить. При этом он истолок кольцо в ступе. Из серого порошка, в который превратился перстень, выползла змея, ужалившая свой хвост, а затем обвилась вокруг шеи короля и стала душить его…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.