Николай Степанов
Собиратель теней. Тайны древнего замка

Глава 1
Пуст в пустоте

Интерлюдия…

Граф Шумский не сомневался, что теперь добыча никуда от него не денется. Если б знать заранее, что молодой человек, интересующий герцога Драунского, на которого работал Шумский, сам заявится в «мышеловку», не пришлось бы тратить столько усилий в столице. А то, что Алтон прибыл на курорт со своей возлюбленной, вообще стало бесценным подарком.

Граф расположился в главном здании курортного городка, на своем рабочем месте, которое, по легенде, занимал. Небольшой кабинет вмещал двухтумбовый стол из темного дерева, кресло, пару книжных шкафов и четыре стула для клиентов. Слева от стола висела картина с батальной сценой, справа располагалось окно в полстены, из которого в комнату проникал яркий солнечный свет.

Шумский в нетерпении поднялся с кресла и принялся прохаживаться возле окна. Настроение в предвкушении предстоящего разговора с Алтоном взлетело до небес. Граф ощутил внутренний подъем, чего с ним давно не случалось.

«Теперь точно вытащу из него все самое сокровенное – парнишка ведь не допустит страданий своей девицы, – размышлял Шумский. – Влюбленные – лучший материал для дознания. Сначала пытаешь дамочку, и ее кавалер выкладывает любые тайны, потом меняешь их местами. Работать с парочками всегда одно удовольствие! Полагаю, из пленников получится выдавить и какую-то часть информации, которую не удалось получить от Атимы. Наверняка сбежавшая амазонка и Алтон связаны друг с другом. Одно непонятно: кто из людей барона Кустинского настучал в тайную канцелярию, и кто сумел отключить самую надежную защиту дома? С этим тоже надо побыстрее разобраться. Не позволю, чтобы меня безнаказанно дурачили, да еще столь ощутимо. Уверен, что здесь не обошлось без Алтона – до того момента, как я столкнулся с ним, у меня никогда не было осечек».

Граф подошел к окну и бросил взгляд на тот самый «лучший домик» курортного городка. Из кабинета был виден только верхний край крыши:

«Парочка наверняка представляла сказочный отдых, а вместо этого нарвались на меня. Я им обязательно устрою „сказочку“. Правда, недобрую, и с трагическим концом. А что поделаешь, если могущественным людям невыгодно, чтобы эти двое жили?»

Курортная зона на берегу озера Рахна славилась на все королевство идеальными условиями для отдыха. Мягкий климат, много солнца, чистейшие песочные пляжи, источники с лечебной водой недалеко от берега и особенная аура местности, благотворно влияющая на здоровье…

Однако и в этой бочке меда имелась своя ложка дегтя: место отлично подходило для разборок с неугодными волшебниками. Побережье имело уникальный фон, где работала только целительская магия. Использовать другие заклинания на территории курорта не могли даже высокоранговые чародеи.

Впрочем, владелец курорта, герцог Драунский, он же – постоянный наниматель Шумского, уже давно не использовал зону отдыха для подобных целей. Зачем портить репутацию места, приносящего огромную прибыль?

Однако, как считал Шумский, на него обычные правила не распространялись. Главное – выполнить задание герцога. А оно состояло в том, чтобы уничтожить Алтона. Этого наглого выскочку Шумский уже начал считать личным врагом, поскольку из-за него потерял несколько своих людей, упустил важную пленницу и попал в поле зрения тайной канцелярии.

И вдобавок лишился очень важных бумаг.

В особняке барона Кустинского, куда неожиданно нагрянули люди тайной канцелярии, хранились документы с пикантным компроматом на важных вельмож Миригии. Пришлось спешно организовать поджог, чтобы бумаги не попали в руки королевских дознавателей. В огне пожара граф потерял «ключи», которые прежде открывали доступ в дома титулованных дворян, заставляя их оказывать помощь Шумскому в его весьма неблаговидных делах.

Своим головорезам граф приказал схватить парочку и доставить для приватного разговора в одно из подвальных помещений. В домике, куда поселили победителя турнира и его подругу, к их приезду все было уже подготовлено. Шумский даже решил применить новые разработки своих алхимиков. Пропитанные контактным ядом полотенца и белье должны были вызвать оцепенение пленников. На них же затем планировалось испытать и противоядие… Граф всегда старался совмещать приятное с полезным.

Затягивать с их захватом Шумский не собирался, и для подстраховки приготовил еще и сонный газ – вдруг клиенты не захотят умыться с дороги или лечь в постель? Уж очень ему хотелось поскорее пообщаться с Алтоном. А потом… В конце концов, любой человек может неосторожно заплыть далеко от берега и утонуть. Как говорится: нет человека – нет проблемы.

«Что-то мои волкодавы не спешат, – задумался граф. – Уже давно должны были доставить и доложить. Опять с этим Алтоном все не слава Варду. Но здесь-то что могло пойти не так?»

Волкодавами Шумский называл троицу своих смертоносных бойцов. Их готовили далеко на юге Миригии по специальным методикам. По окончании обучения каждый боец даже без артефактов становился невосприимчив к магии. А убивать их учили с раннего детства.

– Аргос, прибыл герцог, зовет к себе, – в комнату заглянул управляющий курортного городка.

– Сейчас буду, – подскочил граф, изображая из себя усердного клерка.

Он только сегодня устроился одним из помощников управляющего, назвавшись Аргосом Лужским, «понизив» себя до нетитулованного дворянина. Неожиданное появление Драунского не могло не насторожить. Похоже, произошли какие-то изменения в планах.

– Граф, я очень надеюсь, что Алтон и его дама еще живы!? – нервно произнес герцог вместо приветствия.

Предчувствия графа не обманули.

– Скорее – нет, чем да, – спокойно ответил он. Чуйка подсказывала, лучше озвучить худший вариант из возможных. – Что-то произошло?

– Победителем турнира вдруг заинтересовался король. Приказал доставить чемпиона к нему сразу после возвращения в столицу.

– С чего вдруг?

– Откуда я знаю? Ты мне можешь четко ответить: он жив или нет?

Стоявший возле окна граф заметил своих бойцов, возвращавшихся с задания. Шли те же трое, значит – пленных нет, иначе хотя бы один остался охранять. А по слегка поспешной походке наблюдатель определил, что у них проблемы.

– Если позволишь тебя сейчас покинуть, через пять минут дам точные данные.

– Действуй, жду.

Разговор с неудачливыми исполнителями занял совсем немного времени, серьезно озадачив графа. Произошло то, чего просто не могло произойти. И вдобавок обнаружилась серьезная ограниченность волкодавов. Они могли хватать, убивать, уходить от погони, однако на большее их мозга не хватило.

– Вы, двое, бегом на место портала. Никого туда не пускать.

Когда Шумский вернулся, он выглядел ошарашенным и даже не стал этого скрывать. Докладывать начал сразу:

– Они живы. Но это – единственная хорошая новость.

– И каковы остальные, граф?

– Обоих нет на территории городка. Ушли кровавым порталом.

Герцог резко поднялся со стула:

– Шутить изволишь!? – грозно произнес он.

– Я похож на шутника? Мои бойцы не успели на какое-то мгновение. Увидели только овал с кровавой каймой, в котором исчезла наша парочка. Затем растворился и сам портал.

В комнате повисло молчание, которое было прервано лишь через минуту.

– Граф, они сумели уйти от тебя здесь? Сможешь это вразумительно объяснить?

– Думаю, неуловимый Алтон – явно не тот, за кого себя выдает, – пробурчал Шумский. Мягкость из его голоса куда-то улетучилась.

– Как будто это сразу не было ясно, – иронично заметил Драунский.

– Я не о том, герцог. У него очень древняя кровь. И к нашему погибшему королю она вряд ли имеет отношение.

– Провалиться мне к исчадьям мрака! – Драунский опустился на стул. – А ведь ты можешь оказаться прав…

– Ты знаешь, кто в последний раз создавал кровавый портал?

– Разумеется. Но он же… – герцог покачал головой, словно не верил собственным догадкам. – И ты упустил такого…?!

– Потому и упустил, что не знал, с кем имею дело. Когда кролик, на которого охотишься, вдруг оказывается медведем…

– И где нам теперь искать твоего «медведя»?

– Думаю, он обязательно вернется в столицу. И, если не дурак, сразу обратится в тайную канцелярию.

– У него есть, что нам предъявить?

– Нет. Меня он не знает. Заселить их заселили, препятствий не чинили, а они сами вдруг ни с того – ни с сего сорвались с места и убыли в неизвестном направлении. Надо бы академии претензию выставить. Зачем присылать на курорт тех, кто не собирается здесь отдыхать? Мы же не исключаем того, что парень мог иметь портальный свиток, покинуть курорт и…

– Неплохая мысль, граф. Так и сделаем. А сейчас… Не сходить ли нам туда, где твои люди видели портал?

– Собирался предложить именно это. – К графу опять вернулся привычный тембр голоса.

Когда вельможи вышли на мыс, увидели лишь выжженный участок земли. Один из волкодавов объяснил, что горелой проплешины раньше не было:

– Видели только следы крови, – добавил он.

– И эти следы кто-то уже подчистил, – мрачно произнес Драунский, взглянув на графа. – Ты понимаешь, что это значит?

– За чемпионом кто-то присматривал.

– И этот «кто-то» теперь может первым узнать, чьим отпрыском является Алтон.

– Если он, конечно, взял образец крови.

– Не надо считать врага глупее себя, Шумский. Лучше подумай, кто бы это мог быть?

Они молча вернулись в кабинет герцога.

– Слышал, у тебя возникли проблемы с тайной канцелярией?

– Мы всегда с ними не ладили. Но у них еще зубы не выросли, чтобы меня достать.

– Хорошо. Пока на пару дней останься здесь. Узнай, кто мог присматривать за Алтоном. Потом жду у себя.

Герцог стремительно покинул кабинет.

Шумский отправился к регистраторам.

– Кто-нибудь в течение часа пытался покинуть наш городок? – спросил он у дежурной.

– Нет, господин Аргос. Из клиентов никто не обращался.

– Из клиентов? А были и другие?

– Виконт Парнамский к нам заходил. Спрашивал, есть ли свободные номера, но сразу регистрироваться не стал. А недавно покинул городок.

– Когда это случилось?

– Полчаса тому.

Шумский поспешил к порталу. Еще утром он распорядился, чтобы портал работал лишь на прием, а отбывающих выпускали по особому разрешению.

Виконта в здании ожидающих не обнаружилось. Мало того, его там видели только в момент прибытия.

«Воспользовался портальным свитком? Очень похоже на бегство. А зачем тебе бежать, если…»

Граф также узнал, что Драунский уже воспользовался порталом, чтобы вернуться к себе, и медленно направился обратно к городку.

«Наверняка Парнамский что-то пронюхал. И мне это уже сильно не нравится. К счастью, виконт не из тех, кто попрется в тайную канцелярию, но переговорить с ним будет нелишним».

* * *

Когда вместе с теневыми образами проводил ритуал создания портала, как-то не думал о конкретном месте, куда собирался бежать – в голове билось лишь огромное желание спасти Борину, а потому сильнее всего стремился оказаться там, где ей ничего не угрожает.

Очень удивился, оказавшись среди развалин неподалеку от квадратной площадки, где у меня когда-то отобрали одну из теней.

«Опять живая степь? Неужели это – самое безопасное место для меня даже в буйный сезон?»

– Где мы? – спросила девушка, прижавшись к плечу.

– Среди руин очень древнего поселения в живой степи. Предлагаю здесь и заночевать.

Создание портала забрало много сил, и сейчас я едва стоял на ногах. Больше всего хотелось упасть и поспать хотя бы на пару часиков.

– Как ты себе это представляешь? Здесь же…

– У меня тут имеется собственный уголок, где нас никто не побеспокоит. Пойдем.

Ветер сегодня не особо свирепствовал, поэтому при разговоре не требовалось особо напрягаться.

– Что у тебя есть? Откуда? Разве…

– Самое страшное позади, солнышко! – Обнял ее крепче. – Теперь все будет хорошо.

«Ты привел мне человека с тенями?» – в голове проявился голос здешнего алтаря.

Похоже, его услышал и Ялгус. Паренек заволновался.

«Кто это?» – спросил он беззвучно.

«Какое интересное привидение!» – алтарь переключил внимание на нашего невидимого друга. Практически сразу появились полупрозрачные фигуры и зазвучали голоса:

– Какой милый мальчик!

– Посмотрите, какая у него яркая аура!

– Ты чей, малыш?

Местные привидения выползли из своих домов и принялись обсуждать Ялгуса. Судя по восторженным комментариям, он им чем-то приглянулся.

– Откуда их столько? – Борина еще теснее прижалась ко мне.

– Из подземелий. Тут под каждым разрушенным домом имеется подвал.

Ялгус обрел видимость и старался держаться рядом. Его, похоже, сильно смущало повышенное внимание чужих.

На фоне других привидений паренек смотрелся намного ярче. Он выглядел более плотным и более живым, как бы странно это ни звучало.

– Так, господа и дамы! – громко произнес я. – Рад вас приветствовать. Меня, я надеюсь, вы помните. Эту красавицу зовут Борина, а мой друг – виконт Ялгус Керлинский. Прошу любить и жаловать.

– Он еще и вельможа!

– Надо будет обязательно пригласить его в гости.

– Рады вас видеть, юный виконт.

На мое приветствие никто не прореагировал. Все были заняты Ялгусом. Он растерялся.

«Алтарь, как бы им намекнуть, что мы устали с дороги и хотели бы отдохнуть. Опять же, хватит смущать паренька…»

«Ты мне тень принес?» – алтарь вернулся к тому, с чего начал.

«Не в этот раз. Ты еще за прошлые нормально не рассчитался».

«Долгов между нами нет!» – отрезал вымогатель.

«Согласен, поэтому я и не принес тебе ничего. Просто заглянул в гости. Мне ведь каждый из них что-то обещал в прошлую встречу».

«Ты пришел за обещанным? А готов ли ты принять дары наших привидений?» – въедливо спросил алтарь.

Мы с Бориной неспешно двигались к моему подвальчику. К Ялгусу тем временем подплыло привидение девчонки примерно такого же, как он, возраста, может чуть младше. Девчушка схватила его за руку и сказала:

– Полетели, че покажу!

Он посмотрел на меня и, получив одобрение, сбежал от толпы взрослых привидений. Вскоре мы оказались в подвальчике.

– Мои хоромы. Располагайся.

– Да, это намного лучше отравленных полотенец и простыней. Жаль, все удобства во дворе. И озера поблизости нет, – с грустью произнесла девушка.

На мгновенье представил ее настроение:

«Оказаться в раю, только для того, чтобы сбежать, спасаясь от смертельной опасности? Кто-то должен будет ответить за эту подставу, и я знаю имя этого человека».

– Значит, не отравимся и не утонем, – решил немного подбодрить подругу.

– Мы здесь надолго?

– Немного восстановлюсь после портала, и отправимся к отцу Игуна.

– Так мы недалеко от Ибериума! – радостно воскликнула Борина. Правда, быстро погрустнела: – И сколько нам добираться по степи? Ты ведь не скоро сможешь новый портал сделать?

– Такой же, как на берегу озера, я вообще не знаю, когда сумею сделать. Но вдруг получится что-то попроще?

«Эй, про меня не забыл?» – снова обозначил себя алтарь.

«Нет, а ты имеешь, что предложить?»

«Ты мне – тень, я тебе – пару советов».

«Каких?»

«К кому лучше заглянуть с пользой для твоего развития».

«Кто пригласит, к тому и пойду. Неужели они не хотят побыстрее вернуть долг?»

«Ну-ну… Долго же ты будешь ждать, Алтон».

Ждать я не стал. Глаза уже слипались, сначала присел, затем Борина уложила меня, предложив свои колени вместо подушки. Не заметил, как уснул, а проснулся от громкого голоса Ялгуса.

– Алтон, там…

– Да тише ты, – зашипела на него девушка. – Ну вот, разбудил.

– Ой, я не хотел… – принялся оправдываться друг.

– Что там случилось? – сонно пробормотал я.

– У них в трех домах привидения на грани. Их даже к алтарям привязали, чтобы бед не натворили, – стал объяснять Ялгус. – Я проговорился, что ты можешь помочь. Мне не поверили. Все, кроме Аргиды. Над нею теперь все смеются. Это несправедливо!

– Аргиды?

– Мою… знакомую так зовут.

– Ладно, друг. Пойдем, попытаемся восстановить справедливость. А ты уверен, что мне по силам справиться?

– Конечно. Там с домашним алтарем проблемы. Как у нас было.

Сразу сообразил, что речь не об алтаре теней. Мы подошли к развалинам на самом краю поселения. Аргида показала, как проникнуть в подвал. Внизу мы наткнулись на злобную старуху. Она действительно походила на сумасшедшую. Кинулась к Ялгусу, но короткий поводок не позволил отойти от зеленоватого камня с коричневыми разводами.

На него я и направил удар пустоты. Единственное, чего не учел – разрушение привязки. Ведь камушек на мгновение исчез, выпустив на свободу привидение, и оно кинулось на Ялгуса. Тот сразу покинул подвал, а Агрида быстро ухватила старуху за ноги, закричав:

– Тетя, не надо!

– Дрянная девчонка! Да я тебя на куски порву, а этих двоих…

Только сейчас она приметила нас и тут же отбросила девочку в сторону.

Слава Варду, в этот момент заработал очищенный алтарь. Оказывается, загрязнением являлись зеленые включения, а сам камень был каштанового цвета. С его появлением начали разглаживаться морщины на лице привидения. Несколько секунд – и перед нами предстала женщина лет сорока, которая стала выглядеть даже ярче своей племянницы.

– Аргида, девочка моя, извини…

– Тетя Лирза, ты вернулась!

Привидения обнялись. Вернувшийся в подвал Ялгус гордо произнес:

– Говорил же, что у моего друга все получится!

– Живой человек? – Теперь во взгляде тети Лирзы злобы не было, ее сменило любопытство. – Он сумел очистить мой алтарь?

– Его зовут Алтон, рядом Борина, – представила нас девочка. – А это мой новый друг, Ялгус. Он виконт, представляешь?!

– Ты сделал большое дело, парень, – обратилась Лирза ко мне. – Спасибо. Чем тебя одарить?

Надо же! Прямо сразу и одарить? Так и хотелось спросить о том, что у нее имеется, но посчитал это слишком бестактным.

– Был бы очень рад любым знаниям по магии, уважаемая Лирза.

– Хороший выбор, молодой человек, – похвалила она. – Могу передать два заклинания из водной стихии. Тебе или твоей девушке? Выбирайте. Учти: передать их еще кому-то не получится.

– Борине, – ответил, не раздумывая. – Ей они больше пользы принесут, а у меня собственные учителя имеются.

– Хорошо, – кивнула полупрозрачная женщина.

Она подплыла к девушке и коснулась ладонью головы.

– Спасибо огромное! – воскликнула Борина. – Это… это бесценно!

– То, что сотворил твой парень, еще более ценно для меня. Только вот он сам остался без подарка, а это неправильно. Но у меня есть, чем ему отплатить.

– Вы уже… – начал было отказываться я, но был остановлен.

– Не перебивай старших! – Лирза повернулась к племяннице. – Сколько еще у нас таких же больных?

– Двое. Эздин и Рамила.

– Хорошо. Значит, у нашего кузнеца попросишь перстень, а у лекарки – браслет. Перстень хорош для усиления любых трех заклятий. Ты их сможешь менять каждое утро, а браслет способен излечивать раны. – Она присмотрелась ко мне. – В твоем случае – легкие. Был бы целителем, справился даже с самыми опасными.

Вскоре Аргида повела нас к другим пострадавшим, чьи жилища также оказались на отшибе. В свой подвальчик мы вернулись обладателями перстня и браслета.

– А это что за делегация?

Нас поджидали шесть привидений.

– Уважаемый, Алтон… – начал самый крупный из них.

«Вот я уже и уважаемый. А до этого смотрели, как на пустое место. Хотя мы с Акелой их спасли».

– … мы поражены твоими способностями и хотели бы воочию убедиться, что…

Здоровяк мне сразу не понравился. На его полупрозрачной физиономии было крупными буквами написано, что пытается обмануть. Убедиться он желает, видите ли. Решил не тратить время на выслушивание.

– Сил осталось только на одно заклинание, поэтому помогу единственной среди вас женщине. И не бесплатно. Заодно сможете убедиться, в чем вам там надо. Если она пустит в свой дом.

Дамочку я выбрал из-за ее очень бледного вида. Сторговались на одно заклинание из стихии земли, которое лично одобрил Плат, мой теневой образ.

Дом женщины, как и следовало ожидать, также оказался на окраине, но поближе к центру, чем предыдущие. Наблюдателей к себе она пустить отказалась, однако после очищения алтаря буквально навязала премию из накопленных при жизни золотых монет. Мои попытки отказаться разбились об железный аргумент привидения:

– А зачем они мне, сынок? Когда жива была, все откладывала на потом, в куске хлеба себе отказывала. Скопила тысячу монет… и для чего они мне сейчас? Даже с тобой не могла ими расплатиться за доброе дело. Истину говорят: не в деньгах счастье. Так потрать их вместо меня на приятные безделушки для себя и своей подруги. Возьми, будь так добр.

Пришлось уступить. Ведь мертвым, пусть даже духам, деньги точно не нужны.

– Все, я пуст, – выйдя из подвала заявил во всеуслышанье.

– Не желает ли уважаемый Алтон погостить у нас несколько дней? – снова подкатил хитрозадый.

– Нет. Ждите, когда загляну в следующий раз. Будет хороший прием – может и погощу, а сейчас нам надо уходить. Дел много.

Мы направились прочь из поселка.

– Ты же говорил, что пуст. И как мы будем идти через степь? – спросила девушка. – Да еще с тяжелым мешком золота.

– Прорвемся, – я ободряюще подмигнул ей.

А сам подумал:

«Это я в пустоте пуст. А во всем остальном какие-то силы еще остались».

Глава 2
Загадки происхождения

Интерлюдия…

Анализатор крови показал иллюзию двух гербов, которые Парнамскому были прекрасно известны. Однако полученный результат абсолютно ничего не давал, поскольку последний представитель с родовым знаком в виде украшенного молнией щита на фоне тучи, выпускающей грозовые разряды, погиб полсотни лет тому. А со вторым гербом, изображавшим надкушенную золотую монету в рамке из двух топоров, все было еще сложнее.

«Неужели анализатор дал сбой? Или я сам плохо рассмотрел иллюзии? – размышлял виконт. – А перепроверить никак не могу – и того количества, что удалось собрать, едва хватило, чтобы получить хоть какой-то результат».

Иллюзорное изображение гербов над артефактом из-за мизерного количества крови и ее загрязненности землей проявилось совсем бледно и всего лишь на несколько мгновений.

«Может просто не рассмотрел, как следует? Вряд ли. И что мне это дает в итоге? – Парнамский пытался разгадать странную головоломку и хоть как-то объяснить то, чего быть не должно. Он уже даже начинал жалеть, что взял образец с места кровавого портала, через который Алтон с подругой сбежали из курортного городка. – Может кто-то научился создавать артефакты, в которых используется законсервированная кровь? Но даже она не может храниться более полувека. Нет, это уже из области сказок…»

Виконт слышал о запрещенной магии с применением крови умирающего одаренного, но и там она выступала лишь мощным усилителем заклинаний. Например, помогала сделать из короткого портала дальний…

Древний артефакт, при помощи которого можно было узнать род предков, оставивший максимальное наследие в крови, хранился в особом отделе столичной библиотеки. Доступ туда, причем довольно ограниченный, имели лишь титулованные дворяне. Например, виконт мог наведаться в потайную часть книгохранилища только раз в год, граф – три, герцог – десять…

Такой артефакт был далеко не единственным в королевстве, но лишь к этому у Парнамского имелся свободный доступ. Другие варианты требовали оформления запросов с указанием причин плюс немалых финансовых затрат, но и даже после всего этого предстояло долгое ожидание своей очереди. Причем, анализировали те артефакты исключительно свежую кровь, еще не успевшую остыть. Зато после такого тестирования заявителю выдавали официальную бумагу, в которой точно указывалась доля родовитой крови предков (если таковые имелись) и ресурсы, на которые тот мог претендовать.

Чтобы проверить свои догадки, Парнамский нашел фолиант «Летопись знатнейших родов прошлого». Отыскав там изображение только что увиденного герба, убедился, что последний его представитель, шестнадцатилетний граф Лисент Громовский, был убит на дуэли пятьдесят восемь лет назад. К моменту гибели графа некогда могущественный и богатый род захирел, а от былого величия остались лишь воспоминания.

«Алтону, насколько я знаю, еще нет и двадцати пяти. Короче, ерунда получается. Честно говоря, о подобных результатах докладывать нельзя. Зеонский может подумать, что его дурачат, а испытывать на себе гнев маркиза никак не хочется».

Со вторым родом картина складывалась еще невероятнее относительно возможной принадлежности к нему Алтона. Представителей этого семейства неоднократно, как при прежнем правителе, так и при нынешнем, с особой тщательностью специально искали по всей Миригии. Никого найти так и не удалось. Последним здравствующим на сегодняшний день человеком из этого рода оставалась единственная женщина, которая стопроцентно не могла никого родить, несмотря на усилия самых искусных целителей.

«Может при возникновении портала с кровью парня что-то произошло? Артефакт с этими изменениями справиться не смог и выдал ошибочный результат… – придумал себе хоть какое-то объяснение виконт. – Безусловно потребуется повторный анализ. А теперь, что касается портала…»

Парнамский принялся за новые поиски. Ни у Громовских, ни у Золотетских о кровавых порталах не упоминалось. Заклинание, как оказалось, создавали Граневские, точнее, лишь один из них – герцог Юлгин Граневский, проживавший в Миригии три века назад. Этот маг тогда входил в десятку сильнейших волшебников королевства. В книге особо отмечалась любвеобильность герцога, менявшего жен, как перчатки, и имевшего от них множество дочерей. Остепенился вельможа только после сорока пяти, остановившись на избраннице, которая в течение пяти лет родила ему троих сыновей. Герб Граневских был самым незамысловатым: пентаграмма, а внутри – квадрат, содержащий треугольник.

О дочерях герцога вообще не упоминалось. Кем они стали, за кого вышли замуж… Виконту, правда, удалось найти сведения о пересечении этих фамилий. Граневские и Громовские одно время дружили. Вполне могли и породниться.

«Граневские давно потеряли могущество, но несколько представителей до сих пор живы. Если не ошибаюсь, на каком-то балу пересекался с бароном Граневским, но имени не запомнил».

День близился к полудню, и виконту пришлось прервать поиски из-за намеченных встреч с информаторами. Покинув библиотеку, Парнамский направился к карете, которую использовал именно для подобных встреч.

– Виконт, только не надо делать глупостей. У меня к тебе деловой разговор, – раздался мягкий мужской голос. В салоне уже находился незнакомец. И он явно был не из информаторов.

– Деловой разговор? В моей карете? – Парнамский догадывался, кто это, но все равно спросил: – С кем имею честь?

– Граф Шумский. Надеюсь, не стоит объяснять, чьи интересы я представляю?

– Мне важнее знать, что тебе от меня нужно, граф?

– Для начала – распорядись, куда ехать, а то кучер еще тревогу поднимет. Оно нам надо?

Виконт открыл окошко за своей спиной и приказал направляться домой.

– Я тебя слушаю, граф. Чем обязан столь внезапному визиту?

– Прежде, чем я начну отвечать, закрой окошко и установи полог молчания. Наша беседа не предназначена для чужих ушей.

Парнамский возражать не стал. Выполнив пожелание непрошеного гостя, произнес:

– Можешь говорить, граф.

– Нам известно, что на озере Рахна ты стал свидетелем весьма некрасивого поступка двоих молодых людей, которые, вместо того, чтобы наслаждаться отдыхом, решили внезапно покинуть курорт, чем нанесли оскорбление одному уважаемому человеку.

– Какая интересная версия побега! – произнес Парнамский, но развивать тему не стал, зная, насколько опасен собеседник.

– У тебя имеется другая? – спросил граф.

– У меня нет необходимости их придумывать. Одно знаю точно: без веских причин с лучшего курорта не сбегают.

– Их, молодых, разве поймешь? Может повздорили, может сервис не понравился… Вариантов много. Но цель нашей встречи не в этом. Мне доложили, что ты прихватил кое-что с места появления кровавого портала, через который неблагодарные покинули гостеприимный курорт.

– Допустим, – не стал отрицать виконт. – Уверен: ты к этой вещи не имеешь никакого отношения.

– Я – да. Но владелец курорта не любит, когда на территории его владений обижают клиентов.

Парнамскому очень хотелось съязвить по поводу обиды. Он сам видел «безобидных» головорезов, преследовавших молодых людей. Наверное, как раз для того, чтобы парень с девушкой не обиделись. Однако вслух он произнес:

– Напомню, что на территории курорта чары не действуют, граф. Или ты считаешь портал результатом целительской магии? Хотя, если он помог кому-то выжить…

– Клиенты могли случайно выйти за территорию курорта, но это – не повод подбирать чужие оставленные вещи! – с нажимом в голосе произнес гость.

– Граф, ты сейчас пытаешься обвинить меня в воровстве? Может еще и в суд на меня подашь?

– Если потребуется, я сам стану и судьей, и палачом, – жестко заявил Шумский.

– Вот уже и угрозы пошли… И это вместо того, чтобы прямо спросить. Еще раз повторяю: что от меня нужно?

– Хорошо, уговорил, – нахмурился гость. – Что показал библиотечный анализатор?

– Чушь он показал, – раздраженно ответил Парнамский. – Даже не знаю, с чем идти к своему начальству.

– Можно конкретнее?

– Да, пожалуйста. Граневские и Громовские. Иллюзия – не скажу, чтобы четкая, но и крови у меня было пару капель.

– А почему сразу – чушь? – решил уточнить Шумский.

– Если с первыми, хоть с огромной натяжкой, еще куда ни шло, то вторые… Прошло более полувека, когда последний из рода погиб на дуэли.

Виконт с самого начала разговора ждал именно этого вопроса и напряженно решал, что и как сказать Шумскому. Выбрал две фамилии, показанную анализатором поставил в конце, как и пояснения по ней. Если граф каким-то образом умел отличать правду от вранья, то такое построение ответа не вызовет сомнений.

– И ты так это запросто рассказываешь? – Шумский посчитал слова собеседника правдой.

– Граф, мне известна твоя репутация. Ссориться нет никакого желания, особенно – по пустякам. Ты выполняешь приказы своего начальства, я – своего. К тому же, информация однозначно требует проверки из-за своей невероятности. И библиотечному артефакту я бы ее в следующий раз не доверил.

– Может, ты и прав, – через минуту произнес Шумский. – Перепроверка действительно необходима. Осталось отыскать мальчишку. Не помнишь, что там полагается за найденного отпрыска старого рода?

– Смотря, кому его представить. Если королевским чинушам, то одно. Если вельможе, в чьем временном владении сейчас земли ушедшего рода, то сумма вознаграждения будет в разы больше. Никто ведь не хочет терять земли, которые давно считает своими.

Принадлежавшие ранее могущественным родам владения в Миригии передавались в аренду. Чаще всего – вельможам, что жили по соседству с угасшим семейством. Если вдруг обнаруживался счастливчик с выявленным родством, по указу короля ему могли вернуть собственность предков.

Однако далеко не каждому, в ком находили следы могучих родов древности, возвращали титул и земли рода. Многое зависело от чистоты крови. Точнее – от содержания в ней древнего наследия, которое определялось полнотой иллюзии гербов над анализатором, пусть даже библиотечным. В случае с Алтоном оба изображения являлись полными.

– Есть еще вариант: взять парня в вассалы и отжать себе владения старого рода, если оно того стоит, – озвучил идею Шумский.

– Это уже не нам решать, граф.

– Согласен, виконт. Тогда пора прощаться. Беседа получилась довольно познавательной.

Шумский выглянул в окно салона и исчез, появившись в проулке справа от дороги. Еще и рукой помахал, улыбаясь.

«Зачем эта показушная демонстрация владения короткими порталами? Запугать решил? Надеюсь, сюрпризов он мне здесь не оставил?» – с опаской подумал Парнамский.

Виконт внимательно осмотрел карету и заметил под сиденьем Шумского заплатку на месте дыры от недавнего попадания арбалетного болта. В прошлую поездку этой заплатки не было, и Парнамский заволновался. Приказал кучеру свернуть с главной улицы и сразу за поворотом покинул карету, велев отправить ее домой и скрупулезно осмотреть весь салон.

Пройдя всего несколько метров, виконт заглянул в оказавшийся поблизости ювелирный магазин, чтобы через витрину посмотреть, не появятся ли вскоре те три типа, которых он видел в курортном городке.

За экипажем никто не проследовал.

«Береженного и Вард бережет! – подумал Парнамский. – Вечером расспрошу о результатах проверки. Мне чужие „подарки“ не нужны. Придется для встречи с информаторами нанять городскую карету».

Интерлюдия…

Старые связи Кортиса с преступными элементами столицы вскоре дали первые результаты. Встретившись с Бродягой, баронет выяснил, что у Парнамского намечены две важные встречи с кем-то из криминальных авторитетов. Поскольку на них могла проскочить важная информация относительно Алтона, баронет предложил главарю попытаться выяснить, о чем виконт хочет договориться с конкурентами Бродяги, и свои услуги в этом нелегком деле.

Разузнав, что виконт встречается со своими людьми в личной карете, баронет пробрался во внутренний двор особняка Парнамских и немного поработал с интерьером салона, установив небольшой, но очень полезный артефакт. Из-за того, что вещица была совсем крохотной, она не могла работать постоянно, максимум – полчаса беспрерывной работы. Ее требовалось в нужный момент включать и выключать, дабы не разрядилась. По этой же причине и активатор магического устройства мог функционировать с расстояния не далее пяти шагов.

Для выполнения задуманного Кортис решил подменить кучера, слегка подправив собственную внешность. Он воспользовался тем, что виконт нечасто разъезжал в карете и не имел привычки общаться со слугами.

Утром Парнамский отправился к библиотеке, где застрял надолго. Ожидая его на козлах, баронет уже начал волноваться, что обе встречи не состоятся, когда кто-то вдруг забрался внутрь салона. Это стало понятно по неожиданному покачиванию кареты на рессорах. Практически через минуту подошел и виконт.

«Если незнакомый пассажир проникает внутрь порталом, – рассуждал Кортис, – вряд ли он – обычный информатор. Значит…»

«Кучер» активировал артефакт еще до того, как Парнамский приказал править к дому. Когда разговор закончился, виконт покинул карету и спешно зашел в ювелирный. Незнакомец, похоже, исчез еще раньше.

Кортис, как и было приказано, направил пустой экипаж к особняку хозяина. Вернув карету, отправился к своему особняку, где они вместе с Ургасом прослушали записывающий артефакт.

Когда запись разговора двух вельмож закончилась, слушатели еще долго сидели молча. Первым заговорил волшебник:

– А они точно говорили про моего ученика? – задал он вопрос скорее самому себе. – Вот тебе и выходец из другого мира. Ума не приложу, как он мог породниться…

– Может, ошибка? – неуверенно произнес Кортис.

– Думаю, повторная проверка расставит все по местам, мой друг. Но главное, что наш Алтон сумел одурачить Шумского и сбежал от него. И что получается? Вместо того, чтобы уберечь парня и Борину, тайная канцелярия отправила их прямиком к тем, кто на них охотился.

– Мастер, я уже запутался в охотниках. Проще, наверное, перечислить тех, кто не пытается навредить нашему Алтону. Если же он и вправду окажется наследником древнего рода…

– Но ведь он – чужак! Прибыл сюда из другого мира. Как он может быть…

– Алтон говорил, что сирота. Родителей своих никогда не видел. И еще неизвестно, как он попал в тот свой мир, – высказал сомнения баронет.

Они разговаривали в кабинете мастера. Тот, по обыкновению, сидел в любимом кресле, Кортис – напротив, оккупировав стул.

– В разговоре пассажиров упоминался кровавый портал. Я знал, что Алтон освоил портальную магию на короткие расстояния, однако кровавый портал – это совсем другой уровень. И для него нужна особая кровь, – со значением произнес Ургас.

Учитель магии взял со стола чашку любимого отвара. Сделав пару глотков, продолжил:

– Хотелось бы знать, куда нашу парочку перенесло? Слышал, дальность такого портала не уступает тем, что создают дреги.

– А какой у него выбор? Столица отпадает, наша деревня – тоже. Остается лишь Ибериум.

– При первом создании портала такого уровня парень вряд ли способен выбрать направление. – Ургас покачал головой. – Но в одном ты прав: это должно быть безопасное место. Полагаю, на границе Миригии их сейчас точно никто искать не станет.

– Что будем говорить графу Нимскому? – спросил Кортис. – Скрывать от него все, что известно Шумскому и Парнамскому, думаю, не стоит.

– Согласен. Особенно – что герцог Драунский тоже охотится на Алтона. Сделаем так. Ты свяжись с Нимским, а я попробую узнать о Граневских и Громовских. Кем они были, что за ними значится сейчас, и чем грозит Алтону заявление своих прав на титул.

– Уверен, что ему это нужно? – засомневался баронет.

– К сожалению, его желания никто спрашивать не станет. Как говорят шахматисты, на игровой доске появилась проходная пешка. Одним станет интересно вывести ее в ферзи, другим, которых гораздо больше – навсегда убрать из игры.

– И какую сторону выберет тайная канцелярия?

– Нимский всеми силами будет противостоять Шумскому из-за потери своих людей. Однако над ним тоже есть начальник…

– Да. Ситуация – хуже не придумаешь. Как бы нам Алтона предупредить?

– Попробую передать письмо с поздравлением отцу Игуна, его сын ведь поступил в академию. А между строк напишу послание для Алтона.

Отец менталиста служил капитаном пограничников на заставе неподалеку от Ибериума. В свое время именно он отправил сына и его друзей к учителю магии, поскольку хорошо знал волшебника.

– Птичьей почтой отправишь?

– Нет, слишком долго. Попрошу декана водного факультета послать через портал. Дорого, но не экономить же, когда цена вопроса – жизнь Алтона и его подруги.

– Согласен. – Кортис поднялся. – Пойду, выдам задание ученикам на вечер, и – в канцелярию.

– А я пройдусь до академии. Профессор, как мне говорили, нередко там ночует. Думаю, не откажет в помощи, ведь речь идет не только о моем ученике, но и о его лучшей ученице.

Глава 3
Старый знакомый

Интерлюдия…

Капитан Ашкун давно не получал писем от сына. В послании, пришедшем две декады тому, Игун сообщал о переезде в столицу и намерении поступить в местную академию. Сын, по обыкновению, немного сообщил об Алгае, Ишиде, наставнике и его помощнике, но основную часть письма посвятил приключениям Алтона, который умудрился в буйный сезон побывать в живой степи и вернуться оттуда живым.

Сам Ашкун писал сыну еще реже. За прошедший год пограничник отправил всего три письма. Ему бы надо было в ответ черкануть хоть пару строк, однако ситуация на заставе не располагала к откровениям на бумаге. Хороших новостей в обозримом будущем не предвиделось, а плохими расстраивать сына не хотелось.

«Если надумал, конечно, пусть поступает. Значит, они с ребятами сумели заработать на учебу. Академический диплом откроет ему совсем другие перспективы, – размышлял капитан. – Хорошо, что Алтон рядом. И радует, что не ошибся в нем – парень всегда протянет руку помощи. Вот и пусть пробивают себе дорогу в жизни, а я уж как-нибудь сам разгребу проблемы».

На самом деле, предпосылок расправиться с неожиданно свалившимися бедами пограничник не видел.

А начались они сразу после того, как его ребята захватили очень крупную партию контрабанды. Клубни рункопса являлись ценным алхимическим сырьем и в Миригии стоили немалых денег. Налог на их ввоз составлял половину цены товара, и в итоге выгода от незаконной продажи выливалась в весьма кругленькую сумму. Некоторые ради такого навара в буйный сезон шли на риск, неоднократно проворачивая крупные махинации.

Однако в тот день им не повезло. Когда Ашкун задерживал контрабандистов, они попытались отбиться от пограничников, оказав вооруженное сопротивление, в результате которого погибли два бойца погранслужбы. Затем нарушители перешли к угрозам, прикрываясь именем бургомистра Ибериума. Пришлось доходчиво объяснить, насколько они не правы.

Капитан поначалу решил, что пойманные с поличным просто пытались его запугать, однако на следующий день к ним заявился действительно сам бургомистр. Сначала он, не краснея, предложил долю прибыли, а когда это заманчивое предложение проигнорировали, перешел к угрозам.

Смерть бойцов, наглость контрабандистов и самодовольная рожа чиновника вывели Ашкуна из себя до такой степени, что он сорвался и начистил высокопоставленную морду. Глава города покидал заставу, грозя лично капитану и всем пограничникам страшными карами.

О клубнях рункопса Ашкун, как и положено, доложил новому начальнику пограничного округа майору Оршизу Фиунскому, имевшему титул баронета. Тот сменил прежнего всего пару месяцев назад. Разница в стиле руководства проявилась с первых дней: на заставе Фиунский появлялся довольно редко, предпочитая удобный кабинет в здании городской управы. Майор сильно обрадовался перехваченной контрабанде: теперь появился повод наведаться в столицу, лично сдать дорогой конфискат и продемонстрировать вышестоящему руководству эффектность своей работы – с первых же дней такой улов. Баронет без зазрения совести снял с границы три десятка лучших бойцов для собственной охраны и отправился в главный город королевства.

Сразу после отъезда начальства на голову капитана посыпались многочисленные беды. Первой стал отзыв полкового волшебника на отдаленную заставу округа. Затем кто-то обчистил казну заставы, и начались перебои с поставками из города продовольствия. Когда капитан прибыл с разбирательствами, ему наплели про нападение неизвестных на продовольственные обозы, и вдобавок самого обвинили в ненадлежащей организации обеспечения безопасности своих тылов. Так ничего и не добившись, ему пришлось самому закупать продукты в деревнях, но затем объявили о задержке жалования пограничникам.

Капитану снова пришлось отправляться в Ибериум, прорываться к чиновникам, ругаться, угрожать, однако все его усилия действия не возымели. Никто толком так и не объяснил, из-за чего не проходят их выплаты.

На заставу капитан вернулся морально разбитым, а на следующее утро резко почувствовал недомогание. Не сумев поставить диагноз, деревенский лекарь высказал предположение, что без магии тут не обошлось. После таких выводов очень захотелось вместе с отрядом пограничников заглянуть «в гости» к бургомистру. Не получилось – как нарочно тот неожиданно покинул город.

«Если ворваться в Ибериум и затеять разборки, меня сразу объявят провокатором и зачинщиком беспорядков. Как бы еще и сыну потом не досталось», – размышлял Ашкун.

Он сидел за столом в рабочем кабинете, ощущая ломоту во всем теле. Как ни странно, прекрасно помогавшие ранее укрепляющие настойки сейчас не облегчали состояние больного ни на йоту.

В дверь постучали, в кабинет вошел капрал Ленкур.

– Совсем хреново? – спросил он, взглянув на капитана.

– Да уж, бывало получше, – Ашкун закашлялся.

– Эх, сюда бы Ишида. Он бы враз хворь одолел…

Когда Алтон сотоварищи через степь выбирались во владения графа Динского, Ленкур был у них проводником. Вместе мужики пережили много тягот и опасностей, но главное – уцелели в походе.

– Не о хвори моей нужно думать, а о заставе. Нам скоро людей будет нечем кормить.

– Предлагаю отправиться в степь. Глядишь – и раздобудем какие-то трофеи.

– И толку? Продавать ты их где собираешься – в Ибериуме? А там все торговцы уже науськаны губернатором. Разве что за гроши купят.

– Надо бы нашего полкового чародея вернуть, – предложил капрал. – Может у него есть знакомый целитель?

– Целители задарма не работают. Чем платить? – тяжело вздохнул капитан. – Эх, не надо было себя сдерживать, когда эту поганую рожу чистил. Сейчас не так обидно было бы.

Видя состояние командира, капрал уже отправил гонца на дальнюю заставу за полковым магом. Тот мог хотя бы более точно определить причину болезни, если тут действительно не обошлось без чар. Вылазку в степь он втайне тоже уже подготовил, собрав самых опытных добытчиков.

Ленкур понимал – продать артефакты легально в Ибериуме не получится, но в любом городе существовал теневой рынок, где любую ценность можно было реализовать даже за более выгодную цену. Деньги сейчас требовалось достать как можно скорее.

– Срочное послание капитану Ашкуну! – донесся с улицы громкий голос.

– Бургомистр приготовил новую подлянку? – проронил командир пограничников.

– С него станется, – кивнул капрал.

– От кого послание? – спросил он прибывшего гонца почтовой службы.

– Из столичной академии. Прибыло портальной доставкой. Приказано вручить лично в руки господину Ашкуну после предъявления документа.

Капитан показал свои бумаги и получил свернутый лист бумаги с вензелями академии. Развернул и принялся читать.

«Привет, дружище. Поздравляю тебя! Игун поступил в академию по результатам турнира претендентов. С ним вместе прошли и все, кого ты направил в мою школу. Благодаря такой удаче, меня пригласили преподавать в том же славном заведении. Так что с меня причитается, и при первой же возможности отблагодарю. В особенности – за Алтона, который выиграл турнир и сейчас отдыхает на озере Рахна. Парень очень талантлив, хоть ему и достается по жизни. Глядя на него, вспоминаю твою удачливость в горах Ниугурта, ведь только благодаря ей мы и выжили. Ладненько. В общем, при первой же возможности приезжай в столицу. Неплохо бы с огоньком отметить гору значимых событий.

Мастер Ургас».

– Капрал, можешь поздравить. Все наши поступили в столичную академию.

– Поздравляю! – Ленкур пожал руку капитану. – А разве вступительные сейчас, а не через…

– Они прошли как призеры турнира претендентов, а Алтон вообще занял первое место.

– Этот горец далеко пойдет.

– Согласен, – протяжно ответил Ашкун.

– Что-то не так? – напрягся Ленкур.

– Мне кажется, что с этим посланием не все ясно. Там явно имеется некий скрытый смысл, но из-за хвори башка плохо варит, не могу уловить, какой.

– Кто-то написал между строк гораздо больше, чем в них самих?

– Точно – между строк! – Капитан сразу вспомнил события на южной границе Миригии, когда они вместе с Ургасом попали в окружение и едва не погибли.

Студент Ургас в те годы проходил практику в должности полкового мага. Вместе с ним тогда еще старший капрал Ашкун преследовал нарушителей. Они настигли бандитов у подножия гор Ниугурта, и даже сумели взять двоих живыми, но буквально через несколько минут на отряд из двух десятков бойцов напала сотня головорезов.

Пограничникам пришлось отступить в пещеру, потеряв убитыми и задержанных, и треть бойцов отряда. Причем, один из пленников явно собирался что-то сказать. Его внесли в пещеру, где он и умер от ран, только успев вытащить из кармана лист с несколькими строчками. Ашкун просто спрятал бумагу в карман, поскольку было не до нее – бой продолжался.

Первую атаку на пещеру бойцы отбили, но шансов выдержать следующий натиск у них не было. Вот тогда напоследок капрал и решил посмотреть скомканную бумажку. Поднес ее к факелу, и между строк проявились другие слова, которые Ургас успел разобрать.

Оказывается, беглецы целенаправленно шли именно к этой пещере: нее имелся и другой выход. А способ его найти указывался в записке, которую нужно было нагреть на огне.

– Ленкур, огоньку не найдется?

* * *

Покинув руины, я вспомнил свою первую встречу с привидением, которая тоже произошла на просторах живой степи, но в другом месте. Причем, тогда Игун утверждал, что призраки и привидения сильно отличаются друг от друга. Дескать, вторые непрозрачны и способны нанести ощутимый вред человеку.

В пещере, которую мы посетили вместе с сыном Ашкуна, обитал милый карапуз. Прозрачный, как стекло. Однако стоило дотронуться до двери, которую он охранял, и перед нами предстал злобный старик, едва не убивший Игуна. Выглядел он – не отличишь от живого.

После этого случая я больше не удивлялся ни прозрачности, ни невидимости привидений, хотя накануне пограничник утверждал, что привидения прозрачными не бывают. Гораздо позже выяснилось, что утверждение верно лишь для неодаренных духов.

«А ведь тот старик приглашал в гости, когда я стану сильнее. Еще и Оргина какого-то называл. Интересно, сейчас бы мой уровень его устроил?»

«Помнишь Оргина? – неожиданно прозвучало в голове. – И меня не забыл? Молодец! Заходи в гости».

Я вздрогнул от неожиданности и остановился. Шагавшая следом Борина уткнулась в спину. Ветер к тому времени решил напомнить про буйный сезон, нещадно сбивая с ног.

«И как я найду твою пещеру?»

«Заходи!»

Прямо передо мной возникло кольцо портала. Схватил девушку за руку, предупредил Ялгуса. Когда тот доложил о готовности, шагнул в портал, сразу оказавшись в пещере перед дверью.

– Ой, где мы? – спросила Борина, крепче сжимая мою ладонь.

– Зашли проведать одного хорошего знакомого, – сообщил ей.

– Где он?

– Здесь, я милое создание, – проявился старик.

Как и в прошлый раз, он мало чем отличался от живого, но выглядел более добродушным.

– Ты умеешь создавать порталы? – спросил его.

– В буйный сезон живую степь переполняет энергия. В это время мне многое по силам. Хорошо, что ты заглянул именно сейчас.

– Случайно получилось, – не стал скрывать я.

– Может быть, может быть… – Старик принялся очень внимательно меня рассматривать. – Помнишь, я говорил, что буду ждать тебя?

– Помню, но ты не объяснил, зачем.

– Тогда еще не пришло время, а сейчас ты сможешь узнать некоторые тайны этого места.

– Это обязательно? – В пещере я ощущал себя неуютно, а с учетом прошлого опыта, когда чудом не попал в капкан…

– Конечно. Нельзя отказываться от даров древних волшебников.

В прошлый раз меня чуть не покоцало монструозными капканами. Не верилось, что в пещере прошли изменения к лучшему.

– Что-то я нынче не очень настроен…

– Нельзя обижать хозяев, – перебил он меня на полуслове, а беззвучно добавил:

«Хочешь, скажу твоей подруге про магию пустоты?»

«Нет» – поспешил ответить, досадуя, что и он принялся меня шантажировать. Вслух сказал:

– Раз нельзя – не будем. Говори, что нужно сделать.

– Девушка, вы не будете возражать, если я на несколько минут уведу вашего кавалера? Хотел бы и вас пригласить, но, увы, вход туда открыт лишь мужчинам.

– Это не опасно?

– Ну что ты! Какая опасность? Просто небольшая прогулка.

– Да, конечно, я подожду, только недолго, если возможно.

– Кстати, детям и питомцам заходить туда также запрещено! Меня все поняли? – строго спросил старик.

Мысленно приказал Ялгусу охранять девушку. Лишь после этого страж пещеры отворил знакомую дверь, плотно прикрыв ее, когда мы зашли внутрь.

В той комнате все оставалось по-прежнему. Стол, кубки, которые в прошлое посещение после снятия иллюзии оказались капканами. Единственным изменением оказалась дверь в стене справа от опасного стола.

– Вижу, ты ее заметил, Алтон.

«А ведь я не называл старику имени. Умеет читать мысли? Мои или Борины?»

– Тогда ее не было, – кивнул привидению.

– Не так, парень. Просто кое-кто был не способен ее видеть. А значит, не мог войти.

– А сейчас могу? – задал вопрос, едва сдерживая себя, чтобы не потянуть за ручку.

– Попробуй, – предложил старик и через пару секунд добавил. – Деваться-то все равно некуда: для тех, кто видит вторую дверь, первой не существует.

Резко оглянулся – место входа теперь занимала сплошная стена.

«Писец, забаненный наглухо! Он еще и издевается!»

«Не спеши, Алтон, – в голове возник голос Плата. – Четко обозначь себя, как гостя. В древние времена в здешних местах гость являлся неприкосновенным».

Думал недолго. Обратился к привидению со следующими словами:

– На правах гостя не будет ли с моей стороны наглостью просить стража этой пещеры указать путь, который не потревожит покой хозяина здешнего места?

– Гостя? – глаза старика расширились.

– Ты же меня пригласил, да еще и портал создал. Думаю, это тянет на звание почтенного гостя. Или я не прав?

– И ведь не поспоришь, – недовольно хмыкнул старик. Он махнул рукой, и на ручке двери выступили шипы, которые ему вреда не причинили. Дверь с противным скрипом отворилась, и мы вошли в новую комнату.

«Ежики эбонитовые с алмазными иголками! Опять иллюзия? Это у кого же так фантазия разыгралась…»

Слов у меня не было – все вокруг сверкало и переливалось бликами так, что стало больно смотреть на горы золота и бриллиантов. У меня просто дух захватило от увиденного, а когда вспомнил, что надо бы и кислороду малость вдохнуть, заурчало в животе. Еще бы – со вчерашнего вечера ни крохи во рту не было.

– Как тебе убранство комнаты? – спросил старик, ожидая восторженных слов.

– У нас говорят – красна изба пирогами. А блестящими побрякушками сыт не будешь.

– Хочешь сказать, тебе этого не надо? – привидение взглянуло с хитрым прищуром.

«Точно очередную подлость задумал! Опять попытается какую-нибудь иллюзию впарить. Как там в мультике про золотую антилопу – горы монет превращаются в черепки? То-то будет весело тащить их через всю степь, а потом выбросить».

– Конечно, нет! Что я – сорока на блестящее кидаться?

Говорил я одно, а червячок сомнения заставлял думать совершенно иное:

«Громов, ты точно дурак, коли от денег отказываешься. А если считаешь, что дуракам везет, то сейчас – не тот случай».

Звон падающих драгоценностей отвлек от мыслей. Повернул голову и увидел еще одну дверь, которую прежде закрывали богатства, валявшиеся сейчас под ногами.

– Возможно, в следующей комнате найдется то, что тебе необходимо. Но открыть ее должен сам гость. И учти: чем тяжелее и смертоноснее окажется вход, тем ценнее будет дар.

– Хочешь сказать, если за дверью нечто грандиозное, меня тут вообще прибьет?

– Мой хозяин при жизни был большим выдумщиком. Потому ничего исключать нельзя. Хочешь отказаться?

Оглядываться не стал, ведь появление нового выхода означает исчезновение предыдущего. Так какой смысл отказываться?

Хотел осторожно дотронуться до ручки, проверяя, нет ли на ней шипов, но скоба внезапно превратилась в металлическую пасть и ухватила кисть зубами.

– Больно же! – вскрикнул, чувствуя, как потемнело в глазах.

Стиснув челюсти до скрежета, потянул руку на себя. Несмазанные петли заскрипели, ударив резким звуком по ушам. Левой рукой ухватился за край створки и потянул сразу двумя.

– Какого бана!!! – прошипел, сдерживая выражения покрепче, когда выскочившие из дверного полотна шипы пронзили левую ладонь.

«Из меня тут калеку хотят сделать?! Все равно пройду! Платон я или тварь бесхребетная?! Бить или не бить?! Уж полночь близится, а Громова все нет… Молилась ли ты…»

Осознание, что едет крыша, нарисовало в сознании картинку себя, любимого, с дымом из ушей. И тут я дернул дверь с такой силой, что сорвал ее с петель. Руки сразу освободились. Пошатываясь, вошел внутрь.

– А где стол с яствами?

Серые стены, потолок и пол. Из мебели – всего одна тумбочка. Направился к ней.

«Главное – не рухнуть в обморок».

На автомате пытался остановить кровь, пользуясь уроками теневых образов, но получалось плохо. Сконцентрироваться, получив многочисленные раны, не получалось. Правая рука вообще не слушалась, поэтому ящик выдвинул левой. Внутри валялся осколок стекла, который тут же впился в ладонь.

«Они тут что, сговорились?! Каждый так и норовит продырявить мою шкурку!»

«Единение с пустотой достигло второго уровня. Доступно два заклинания», – прозвучал в голове голос, а вместо тумбочки нарисовалась очередная дверь.

– Ты справился, пустотник, – объявил старик. – За этой дверью твоя подруга и выход из пещеры.

С чем конкретно я справился, даже не стал выяснять. А вот тревожить Борину после «просто небольшой прогулки» не хотелось.

– И ты выпустишь гостя в таком виде? – возмущенно произнес я, показывая на собственные руки.

– Да, негоже пугать девочку, – согласилось привидение. Он приблизился почти вплотную. – Замри и не дергайся.

Выросшим из пальца когтем старик процарапал чуть ниже локтя какую-то загогулину.

«Точно, сговорились. И этот туда же!»

– Это что, татуировка? – пробормотал, глядя на него мутным взглядом.

– Руна малого исцеления. Попробуй активировать.

«Еще б еще знал… Ежики эбонитовые, а ведь я знаю!»

Стоило обратиться к причудливому значку, и мои раны зарубцевались за несколько секунд.

– Это малое исцеление!?

– Да, но усиленное твоим браслетом. Ты ведь собирался его отдать целителю?

– И сейчас намерен.

– Не стоит, Алтон. Он может сильно затормозить твоего друга в развитии.

Не стал брать под сомнение слова привидения.

– Спасибо за совет.

Новая дверь открылась бесшумно.

– Алтон! – обрадовалась Борина. – С тобой все хорошо? Почему ты такой бледный?

– Твой парень в порядке, – сообщил старик. – А за причиненные волнения вот тебе подарок.

Привидение буквально из скалы вытащило сверток и опустило в мою торбу.

– Потом посмотришь. Сейчас на выходе из пещеры появится портал. Поспешите, он скоро исчезнет.

– А куда он приведет? – спросил я.

– Куда нужно, Алтон. Но вы можете и не успеть.

Мы быстро побежали на выход.

Глава 4
Встреча возле границы

Выскочив из портала, мы оказались в густом пылевом облаке. Когда же пыль осела…

«Ежики эбонитовые рядами и колоннами! Эти здесь с какого перепугу?!»

Дюжина рогатых осьминогов с меня ростом, имевших, помимо щупалец, еще по две громадные клешни, окружили стаю каких-то шакалов и методично их кромсали, постепенно снижая поголовье. Представители семейства псовых хоть и огрызались, но ничего существенного противопоставить не могли.

Однако, заметив нас, осьминоги, резко сменили приоритеты.

– Можно, я? – спросила Борина. Я молча кивнул.

В следующее мгновение девушка выпустила веером паровые спирали. Они, словно пружины, мгновенно устремлялись к монстрам, а, попав в цель, отрывались от ладоней Борины, мощно выстреливая в осьминогов. Это как с растянутой резиной: кто первый отпустит – тот и молодец, а зазевавшемуся – прилетевший «нежданчик». Заклинание девушки показало свою эффективность, сразу пять тварей отбросило назад. Правда остальные мигом кинулись к моей подруге, которая не успевала ответить новым ударом. Когда спруты находились уже в трех шагах от нее, с перепугу шарахнул тем, что первым попалось под руку, не особо сознавая, что именно делаю.

Дальше произошло невероятное: из моей ладони вылетел стеклянный кристаллик, угодил в первого монстра, затем метнулся ко второму, третьему… После десятого вернулся обратно, а застывшие на месте твари одновременно взорвались.

Двое оставшихся – из тех, кому первыми досталось от Борины, геройствовать не рискнули и дернули от нас со всех щупалец. Правда, за ними тут же следом бросились шакалы, гонимые жаждой мщения за погибших сородичей.

«Понравились чужаки? Это еще один подарок от меня, – донесся едва различимый ехидный голос старика. – Не забудь собрать трофеи».

Очень захотелось указать конкретное место, где я видел такие «подарки», но в последний момент сдержался и сухо поблагодарил привидение.

Сзади меня обняла Борина:

– Алтон, спасибо! Я так испугалась!

Не стал рассказывать о собственном страхе, типа – у меня все под контролем:

– Раз твой питомец не вмешался, значит все нормально.

– Извини, я не успела сказать. Он в степи почему-то ведет себя необычно. Словно испугался чего-то.

– Да? Очень странно. Вроде повышенный магический фон, наоборот, должен на него благотворно влиять.

– Мар дал понять, что пока не разобрался, но с ним происходит что-то непонятное, – доложил Ялгус. – А я просто не успел среагировать, извините. Никогда раньше таких тварей не видел.

«Да, как-то первая схватка у нас получилась не очень. Надо было не отпускать от себя Борину», – сделал себе пометку.

– Надеюсь, это для Мара не опасно? – спросил призрака.

– Вроде ухудшений нет. – Ялгус продолжал оставаться невидимым.

– Алтон, а каким заклинанием ты их уничтожил? – Я ждал и опасался этого вопроса. Но разве мою отличницу проведешь…

– Пока и сам не знаю. Тот старик выдал парочку, предупредив, чтобы при чужих я ими не пользовался. Борина, нам нужно поскорее собрать трофеи, пока другие монстры не набежали.

Провалившиеся сюда из чужих миров твари после их уничтожения обращались в весьма ценный магический минерал – рунит. Его основная часть возвращалась обратно в свою реальность, но меньшая все же оставалась в живой степи. Эти дорогостоящие камешки мы и принялись искать.

«Алтон, ты же говорил, что в пустоте пуст. И вдруг выдал такое…»

«Это заклинание имеет отношение к магии пустоты?» – мы с Ялгусом общались мысленно, чтобы не посвящать девушку в смертельно опасную тайну.

«Самое прямое, – ответил он. – Это – цепь пустоты. В твоем случае – на десять звеньев».

Ялгус в теории знал о многих заклинаниях магии пустоты – их названия и внешние проявления, но сам мог их воспроизвести лишь по обмену.

«Может, я у старика в пещере подзарядился? Мне сказали, что достигнут второй уровень единения с пустотой и наделили двумя новыми заклинаниями. Какими, не объяснили».

«Ух, ты! Везет же!»

«Ты бы еще видел, какими усилиями мне это „везение“ досталось. Чуть без рук не остался, и от боли не лишился рассудка».

«Извини, не знал. Кстати, глянь возле левой ноги – вроде еще один трофей валяется».

Ялгус оказался прав.

– Больше ни одного не вижу, – доложила Борина, собрав пять камушков с синими прожилками.

– Тогда уходим. Нам, как мне кажется, туда.

На горизонте разглядел крыши домов. Старик подбросил нас к заставе, при этом предоставляя возможность или заработать, или погибнуть.

Мы спешно покинули место краткой схватки и вскоре заметили всадников.

– Алтон? Не думал, что ты прибудешь так скоро. Приветствую! – радостно поздоровался Ленкур, спешившись. – Борина, мое почтение.

Также не ожидал, что кто-то из пограничников рискнет направится в живую степь. Буйный сезон, конечно, близился к завершению, но пока еще не особо стремился сдавать свои позиции.

– И мы рады тебя видеть.

Всадники тоже спешились, а мы со старым знакомым пожали друг другу руки.

– Степь точно тебя любит, если даже в буйный сезон ты умудряешься там выживать.

– Самая большая опасность исходит от людей, а в степи их сейчас почти нет. Как у вас дела?

Складывалось впечатление, что наш бывший проводник заранее знал о моем прибытии, хотя еще вчера я и сам никуда не собирался.

– Ашкун тебя ждет, – сообщил капрал. – Он очень плох.

– Что произошло?

По пути к заставе Ленкур рассказал о последних событиях на погранзаставе. И сразу стало ясно, что проблемы пограничников опять создали городские чиновники, не погнушавшись даже применить против Ашкуна магию, чтобы отомстить за то, что человек честно исполняет свой долг.

– Капитана нужно спасать, да и с жалованием как-нибудь скорее разобраться. Если наши бойцы сами пойдут вытрясать свои деньги, будет только хуже.

Ленкур проводил нас в тот же дом, где я останавливался по прибытии в этот мир. Вспомнил свои первые шаги в новой реальности: схватку с дрегами, в результате которой меня перенесло в степь, встречу с Игуном и Алгаем, стычку с угаями, первое знакомство с магией…

– Привет, Алтон, здравствуй, Борина! – капитан встретил нас доброй улыбкой. – Ургас в своем послании известил, что вы, скорее всего, здесь объявитесь. Только я не думал, что выйдете из степи.

Выглядел Ашкун крайне изможденным. Раньше я его таким не видел.

– Очень рады вас видеть, капитан. – Пожал ему руку. – Ленкур рассказал о ваших бедах. Одну из них я попытаюсь решить прямо сейчас.

– Да ладно сразу о проблемах. Лучше расскажи, как твои дела, что там у наших? Игун хоть и старается держать меня в курсе, но обо всем ведь не напишешь.

– Одно другому не мешает, капитан. Вы присядьте, а я буду рассказывать и лечить.

– Ты еще и лекарем заделался? – удивился он. – Да только зря все это – мне тут нашептали, что хворь магическая, и без целителя…

– Как раз мой профиль, – успокоил я больного.

– Алтон, но этого не может быть, – капитан смотрел с недоверием.

– Ты – целитель? – не удержалась от вопроса Борина.

– Помнишь, нам подарили браслет? – напомнил ей.

– Так ведь им можно заживить лишь неглубокие раны.

– Сейчас проверим.

Дождавшись, когда Ашкун устроится в кресле, приложил ладонь к его шее и активировал руну. Изменения не заставили себя ждать: буквально на глазах исчезла бледность, приподнялись уголки губ, прояснился взгляд…

«Неужели какая-то руна способна прогонять магические болезни, даже если у ее обладателя никогда не было способностей к целительству? Такое ощущение, что древние волшебники знали гораздо больше нынешних».

– Алтон, ты творишь чудеса! Мне уже намного лучше, – словно не веря в происходящее, радостно воскликнул больной.

– Чего я еще про тебя не знаю, милый? – прошептала Борина. – Одним браслетом такого не сделать.

– Все расскажу, но позже, – также тихо ответил ей.

Ленкур, который вошел в дом капитана вместе с нами, недоуменно переводил взгляд с меня на Ашкуна и обратно. Наконец, произнес:

– Я и раньше знал, что ты непростой малый, но не до такой же степени…

– Честно говоря, сам не верил, что получится, – начал оправдываться я.

– Спасибо, Алтон. Теперь-то мы поборемся. А сейчас наша очередь тебя удивлять, – сказал капитан. Он достал из кармана бумагу и протянул мне. – Прочитай, это переслал твой учитель.

У меня сразу возникло множество вопросов:

«Откуда он узнал? Как мог так быстро переслать письмо? Почему…»

Развернул бумагу, принялся читать.

«Ашкун, у тебя в скором времени должны появиться Алтон и Борина. Они сбежали от крайне опасных людей, оставив в точке портала немного крови парня. К сожалению, она попала в руки врагов. Нам удалось подслушать беседу Шумского и Парнамского (Алтон их знает). Эти двое говорили о результатах исследования, проведенного анализатором. По словам Парнамского, артефакт указал два древних рода: Граневских и Громовских. Причем, потомков вторых вообще не осталось. Из наследства – имение, в которое уже полвека никто не может проникнуть из-за мощной защиты. Скорее всего парню, предстоит новая проверка. Если данные подтвердятся, и Алтон сумеет попасть в имение, ему светит титул графа, а в придачу – три новых недруга, между которыми разделены земли Громовских. Кроме того, в академию пришел запрос от короля. Монарх желает через пять дней видеть парня и его девушку в своей резиденции. Чем это грозит, пока не знаю. В столицу они должны попасть не позже этого срока. Желательно, тайно. С посланием обязательно ознакомь Алтона».

– Ого! – не удержался я от восклицания. После небольшого раздумья повернулся к девушке. – Ты хотела бы стать графиней?

– Нет. Мне, кроме тебя, никто не нужен, – сразу ответила она.

– Дело в том, что твоего парня прочат в графы, – пояснил капитан.

– Что? Это шутка?

– Алтон, дай девушке почитать письмо, – попросил Ашкун.

По ходу ознакомления с посланием, глаза подруги становились все больше. Закончив читать, она тяжело вздохнула и промолвила:

– Эх! А я ведь даже не дворянка!

– И что?!

– Вдруг ты захочешь взять за себя ровню?

– Нам, горцам, законы не писаны! – пафосно заявил я. – Мне их графство, если честно, нафиг не сдалось.

– Если информация дошла до короля, вряд ли ты отвертишься, Алтон. А затея опасная. Земли Громовских тебе без боя не отдадут, но и отказаться от них нельзя. Самое худшее, если информация о твоем возвышении станет известна до получения титула. Многие сразу захотят избавиться от неучтенного графа.

– Опять? Как будто у меня прежних врагов мало!

– Алтон, я слышала, ученики академии находятся под защитой короля. Тебя не должны…

– Конечно, мы воспользуемся всеми привилегиями академии, подключим тайную канцелярию, но прежде всего будем надеяться на себя.

Очень захотелось вернуться на просторы живой степи в поселок, где обитали привидения. Привести в порядок подвальчик и спрятаться от всяких баронов, графов и герцогов. Но еще больше желал, чтобы спрятались те, кто мешает жить мне и моим друзьям. Лучше всего, чтобы они перешли в мир иной. Взять того же бургомистра – эта сволочь собиралась подло убить Ашкуна!

– Надеяться нужно на себя и своих друзей, Алтон, – уточнил капитан. – И такие у тебя имеются.

– Согласен. А теперь давайте подумаем, как нам наказать бургомистра и отжать у него жалование пограничников. У меня еще со времен званного ужина чешутся руки начистить морду этому типу.

– Может тебе не стоит лезть в это дело? – нахмурившись, произнес Ашкун.

– А как иначе? Я ведь старший капрал.

– Бывший, – уточнил Ленкур.

– Бывших пограничников не бывает, – возразил ему.

– Вот тут ты прав, – согласился капитан. – Есть предложения?

– Как без них… – Я принялся доставать из сумки недавние камни с синими прожилками. – Для начала предлагаю решить финансовые проблемы заставы.

Интерлюдия…

Впервые мысль сменить хозяина возникла у виконта Парнамского, когда маркиз Зеонский отчитал его, как мальчишку. И это при том, что виконт несколько раз рисковал собственной жизнью, выполняя его опасные поручения.

Выслушав доклад о проделанной работе, Зеонский обвинил подчиненного во всех грехах и намекнул, что подыщет на его место более удачливого вельможу.

«Так и хотелось объявить об обоюдности этого желания. Дескать, раз я не устраиваю, может и мне подыскать более мудрого сюзерена?»

Покинув столичный особняк, виконт направился к стоянке карет. Заскочил в салон и приказал кучеру править к дому, а сам продолжил размышлять:

«После разговором с графом Рунским господин явно хочет поскорее прибрать к рукам Алтона. И он такой не один: заграбастать парня мечтает и тайная канцелярия, и герцог Драунский… А я, значит, паршиво работаю. Как же сегодня хотелось послать маркиза куда подальше! Еле удержался, чтобы не наговорить резкостей».

На самом деле, по покинуть господина собственной инициативе виконту не позволяла присяга вассала. Требовались крайне веские причины, которые сам король посчитал бы таковыми. Одна из них – покушение на действующую власть, другая – воровство из государственной казны. Однако ни в первом, ни во втором преступлении Зеонский повинен не был.

При большом желании Парнамский мог доказать, что его господин нарушил запрет на невмешательство в дела королевской академии и устроил там беспорядки, но маркизу в этом случае ничто не помешает свалить всю вину на погибшего барона Тарнутского.

«Нет, по пустякам монарх наказывать не станет, разве что пожурит немного. Зато мне уж точно достанется по полной. Пожалуй, рановато идти против господина. Хорошо, что я не все ему рассказал».

В докладе Зеонскому виконт немного исказил свои видения в городской библиотеке. Он назвал те же две фамилии, что и Шумскому, однако посетовал на нечеткое изображение гербов.

Такой результат абсолютно не устроил маркиза, который и до доклада пребывал в скверном настроении. Как итог: обвинение в некомпетентности, медлительности и прочих грехах, не позволивших выполнить простейшее задание.

О беседе с Шумским возле библиотеки Парнамский тоже умолчал, опасаясь, что маркиз посчитает контакт с графом предательством.

«Неужели настроение Зеонского испортилось после встречи с королевой? Чем он мог ей не угодить?»

Вдова прежнего монарха, она же – супруга нынешнего, нечасто удостаивала подданных своей аудиенцией. Тем не менее, королева могла отправить вызов любому из вельмож, чтобы пообщаться накоротке. Аудиенциями такие встречи назвать можно было условно, поскольку в зале, кроме самой королевы, обязательно находились фрейлины, да и темы бесед обычно касались вопросов взаимоотношений дворян. Королева могла попросить помириться враждующие рода, похлопотать о замужестве своих протеже, дать ценный, с ее точки зрения, совет…

«А вот с супругой короля я бы пообщался с удовольствием. Очень хотелось бы посоветоваться по одному весьма щекотливому вопросу».

Пришедшая идея целиком захватила Парнамского, но требовался веский повод для встречи.

«Может мне опять приударить за ее новенькой фрейлиной? – задумался виконт. – На последнем королевском балу девица была не против моих знаков внимания. Усилить напор, чтобы королева заметила мои ухаживания? Она весьма трепетно относится к своим фрейлинам, глядишь – и позовет на пару слов».

Вельможа стал вспоминать, у кого из знатных вельмож должен состояться званый прием, на котором было объявлено о высочайшем присутствии.

«Точно! У кузена его величества через три дня день рождения. Если потороплюсь, могу успеть получить приглашение. Раз уж меня практически отстранили от дел – буду отдыхать. А там посмотрим, насколько я некомпетентен».

Подъехав к ограде собственного особняка, Парнамский с удивлением заметил возле парадного входа чужую карету. Гостей он не ждал, однако кто-то явно пожаловал. И этот «кто-то» был явно не из тех, кому можно отказать в приеме.

Дворецкий доложил, что гость представился графом Нимским и предъявил бумагу из тайной канцелярии.

– Виконт, у меня имеется несколько очень важных вопросов, касающихся студента королевской академии Алтона, а также графа Шумского, – вместо приветствия начал разговор нежданный гость. – Предлагаю начать со второго, чтобы услышать все, о чем ты говорил с графом во время встречи возле городской библиотеки.

Глава 5
Интересный молодой человек

Интерлюдия…

Его величество Урден Первый, прослушав доклад своих личных шпионов, остался доволен переполохом, поднявшимся среди вельмож его ближнего круга после утечки информации о монаршей заинтересованности неким человеком. Возмутителем их спокойствия стал обычный с виду парень, лишь недавно прибывший в столицу, который умудрился перейти дорогу одному из наиболее влиятельных представителей высшей знати, маркизу Зеонскому.

Тайной канцелярией на Алтона уже было собрано весьма солидное досье. Бегло перелистав его Урден выяснил, что этот молодой человек еще до приезда в столицу успел каким-то образом столкнуться с несколькими титулованными дворянами. При этом сам, будучи всего лишь одаренным простолюдином, не просто уцелел, но даже вышел победителем в противостоянии с настоящими волшебниками.

В досье сообщалось о жесткой схватке молодого человека с сотней кочевников на границе Миригии, в которой его отряд всего из пяти бойцов сумел остановить и уничтожить превосходящие силы противника. Отмечалось там и странное нападение на Алтона дрега, причем явно не рядового. Однако и в схватке с ним паренек «вышел сухим из воды», а дрег остался без головы.

Плюс ко всему монарха привлекла победа Алтона в турнире претендентов, ведь по словам его советников, уровень соревнований в этом году оказался чрезвычайно высоким. И получалось, что предыдущие успехи молодого человека были не случайными. Перечислялись и другие факты: парню удалось справиться с бароном Тарнутским, избежать гибели, когда за него принялся граф Шумский, а также сорвать планы графов Рунского и Динского.

Завершали досье сообщения о проходе Алтона через живую степь в буйный сезон…

«Думаю, что это не вся информация о победителе турнира. Похоже, некоторые мои подданные знают больше, однако ни один из них пока не удосужился сообщить о том, почему они так увлеклись охотой за этим одаренным. Спрашивать бесполезно – наверняка отделаются дежурной фразой о незначительности Алтона, или о желании сначала выяснить, а потом решать, стоит ли обращать высочайшее внимание на простолюдина. Ну-ну, будет интересно понаблюдать за их физиономиями, когда начну задавать неудобные вопросы».

В итоге король решил немного потрепать нервы наиболее активным «охотникам»: маркизу Зеонскому и герцогу Драунскому. Пусть подергаются.

Судьба самого Алтона короля ничуть не волновала, а вот возня вокруг него забавляла. Было интересно понять, насколько далеко готовы пойти два знатных вельможи, чтобы заполучить так называемого горца, от которого оба поначалу собирались просто избавиться.

Урден даже решил подключить к игре королеву, поручив ей переговорить с Зеонским – чисто по-женски похлопотать о судьбе одной студентки столичной академии.

Сейчас монарх двигался по дворцовому коридору в покои ее величества.

– Как поживаешь, Элира? – спросил он после того, как вошел в зеленую гостиную.

Супруга возлежала на небольшом диванчике цвета морской волны. Королева строго следила за своей внешностью, стараясь выглядеть моложе. Совершенная фигура и лишенное морщин лицо могли принадлежать женщине слегка за тридцать, хотя к ней уже коварно подбирался полувековой юбилей.

Королева поправила волнистые русые волосы, улыбнулась вошедшему и ответила приятным голосом:

– Превосходно. Твое задание выполнила. Зеонский после моих советов не мешать любви Борины и ее дружка, впал в бешенство, хотя очень старался этого не показывать.

Наедине венценосная пара не придерживалась этикета, поэтому женщина так и осталась на диванчике, а монарх, выглядевший немного старше своих сорока пяти, придвинул кресло чуть ближе, удобно расположившись в нем. Только после того продолжил разговор:

– Даже не нагрубил?

– Похоже, собирался. Однако, когда я упомянула, что Тарнутский хотел превратить бедняжку в магическую рабыню, резко спал с лица.

– Но виниться в том не стал, как я понимаю?

– Нет. Немного подумав, сказал, что знать не знает ни о какой Борине, ни о причастности Тарнутского к ее похищению, ни о коварстве своего бывшего вассала, а потому и мешать неизвестной ему девушке в чем-либо не имеет ни желания, ни возможности.

– Отлично! – Урден усмехнулся, представив физиономию маркиза. – А я решил немного осложнить жизнь Драунскому, приказав доставить Алтона сразу после возращения парочки из курорта. Наблюдал, как мой вельможа малость побледнел.

– Терпеть его не могу, хоть и понимаю его полезность.

– Хорошо, что понимаешь. – Король кивнул, и продолжил: – Но, знаешь, о чем доложили, через полдня после нашей беседы?

– Неужели Драунский успел убить обоих до получения твоего приказа?

– Ему не удалось, хотя все к тому шло.

– Кто-то вмешался? – без эмоций в голосе спросила дама.

– Сам Алтон, – произнес монарх. – Он вместе с подругой сбежал с курорта.

– От графа Шумского?

Из тайной канцелярии уже не раз приходили сведения о графе, но о том, что этот опасный человек работает на Драунского, стало известно недавно. Правда доказательств причастности Шумского ко многим темным делам у тайной канцелярии не имелось, только показания простолюдинов, которые в суде над титулованными дворянами во внимание не принимались.

– Именно! Говорят о портале. Помнишь мыс, где магия из-за фона курортного городка не блокируется?

– Как же, помню! Чудесное местечко с отличным видом на озеро! Алтона снабдили портальным свитком? Неужели герцог Орданский…

– Ты не поверишь, но о том, что граф Шумский работает на Драунского, мой глава тайной канцелярии сам узнал всего пару дней назад.

– Так может пора назначить нового главу? – небрежно обронила королева.

– Не стоит. Недавно из тайной канцелярии поступил ряд весьма ценных документов, проливших свет на деяния некоторых моих подданных.

– О них твои шпионы не знали?

– Сам удивился, дорогая!

– Полетят головы некоторых подданных?

– Зачем же? Сама знаешь, за грехи нужно платить. Вот пусть платят золотом. А будут кочевряжиться – устроим показательную порку в назидание другим.

В свое время после гибели прежнего короля эти двое договорились о взаимовыгодном браке. Женитьба на вдове позволила новому правителю решить сразу несколько проблем в передаче власти. Нынешний монарх сразу предстал не заговорщиком, а мудрым и чутким человеком, сумевшим в трудную минуту поддержать жену прежнего правителя и подавить мятеж. Правда, для этого ему пришлось уничтожить часть своих сторонников – из числа тех, кто претендовал на роль назойливых советников в распределении власти в Миригии.

В результате переворота новый король уничтожил наиболее рьяных сторонников прежнего монарха и конкурентов из своего лагеря. С остальными полюбовно договорился. Причем, не без помощи первой леди. Вдова не испытывала пылких чувств к погибшему мужу, а детей она не могла родить из-за могучего проклятия.

Благодаря скоординированным действиям обоих, смута быстро закончилась, а желающих не признавать нового короля среди живых заговорщиков не осталось.

Урден Первый особо не расстраивался из-за отсутствия наследника. В любой момент он мог ввести в семью любого из трех бастардов, о которых прекрасно знала супруга. Однако при таком варианте развития событий нешуточную проблему создавало отсутствие королевских регалий по мужской линии. Зато оно же гарантировало неприкосновенность леди Элиры: оставаясь мужем королевы, нынешний монарх обеспечивал полную легитимность своей власти.

Добыть регалии правителя Миригии по мужской линии пока не удавалось никому, хотя место хранения было известно. Однако «пропуска» туда так и не нашлось, а без него все попытки для немногих смельчаков, решивших попытать счастья, заканчивались летальным исходом.

– А что ты будешь делать с Алтоном? Его ведь могут и убить. – Королева сменила позу, нарочно неторопливо опустив стройные ноги на пол.

– Пока не решил. Сначала хочу посмотреть, кто из моих приближенных возьмет этот «приз», и что попытается с ним сделать.

– Известно, где одареный находится сейчас?

– Нет, но через порталы Миригии не проходил точно.

– Тогда при чем тут портальный свиток? – королева удивленно подняла бровь.

С помощью портальных свитков можно было попасть на один из стационарных порталов. Разовые артефакты зачастую имели привязку к определенному портальному пункту. Существовали и другие – с правом выбора любого портала, стоившие в три раза дороже.

– Вот тут и начинается самое интересное, дорогая. По некоторым данным портал, которым воспользовался Алтон, был кровавым.

– Даже так? – Маска безразличия слетела с лица красавицы. – И насколько можно верить этим данным?

– Пять из десяти, что они верны. Просто картинку наблюдали издали. Могло и показаться.

– Если это окажется правдой, нам стоит присмотреться к этому чересчур прыткому парню. Уверена, что он не имеет никакого отношения к горцам.

– Согласен, но пока не буду показывать, что проявляю к нему интерес.

– А как же приглашение через Драунского? Да и мое вмешательство наверняка не останется без внимания.

– Все просто, дорогая. Тебя, как нежную натуру, впечатлила история юной простолюдинки, добившейся больших успехов в учебе, а потом пострадавшей от похитителей и едва не ставшей магической рабыней Тарнутского. А мой интерес объясняется банальной обязанностью заботливого монарха. Как не отметить абсолютного победителя турнира личным участием? В прошлые годы все заканчивалось выявлением лидеров по отдельным направлениям магии, а тут – необычный случай.

– Да. – Элира кивнула, полностью соглашаясь с супругом. – Кстати, помнишь, что нам послезавтра следует появиться на дне рождении твоего кузена?

– Секретарь утром напомнил. Подарок ему уже подготовили.

– Отлично. А я сегодня буду занята с портнихой на финальной примерке платья.

* * *

Финансовую проблему решили в тот же день, поскольку Ленкур быстро нашел торговцев, которым личная выгода была дороже отношения местного губернатора. За наши трофеи из степи пограничник без труда выручил пять тысяч золотом, и это – без учета двух самых крупных экземпляров рунита, которые я оставил себе.

Следующим шагом наметили «разборки» с банком. Тут я размышлял недолго, решив использовать знания, почерпнутые из кинематографа моего прежнего мира. Идею подсказала комедия «Блеф» с Челентано в главной роли. А еще решила помочь Борина. Выслушав мою идею, она предложила содействие в предстоящем спектакле. Утром мы вместе отправились в центр города, по пути заглянув в один из лучших магазинов Ибериума. Мне немного изменили внешность, состарив лет на десять.

В магазине мы выбрали шикарный костюм и несколько ювелирных украшений моей даме. Во время примерки она без умолку щебетала, то и дело упоминая при продавцах о богатстве своего жениха. Мне отвели роль преподавателя столичной академии, который развлечения ради наведался в живую степь и там, как обычно, раздобыл массу дорогих трофеев. Из трескотни невесты окружающим стало ясно, что перед ними могучий волшебник, которому ничего не стоит в буйный сезон наведаться в живую степь и заработать на трофеях кучу денег.

Борина разузнала, что в этом магазине работает родственник клерка того банка, который задерживает выплаты пограничникам. В разговоре болтушка вскользь упомянула, что ее жених собирается заглянуть в ближайший банк, чтобы открыть новый вклад на ее имя, если понравятся условия. Нам сразу порекомендовали определенное отделение, куда мы, приодевшись, и направились.

«Светить» свои документы не собирался, понимая, что меня могут искать даже здесь. Борина для моих недругов в столице тоже представляла интерес, но уже завтра мы собирались покинуть Ибериум. Вряд ли новости успеют дойти до нужных людей, если речь пойдет лишь о Борине. Это я наделал много шума перед тем, как покинуть город, а потому местные чиновники сразу поспешат доложить хозяину здешних земель…

В банке нас уже ждали. Собирались пригласить в отдельный кабинет, но я воспротивился:

– Хотелось бы сначала посмотреть, как здесь работает общий отдел. Один мой знакомый советовал всегда сначала оценивать общую обстановку, а его советы меня еще ни разу не подвели.

Старший клерк был вынужден выполнить желание солидного клиента. Естественно, в то же время в банке находился Ашкун, пытаясь «выбить» жалование пограничников. К моему появлению в общем зале разговор велся на повышенных тонах.

– Я узнавал, деньги еще несколько дней назад были переведены на счет вашего отделения. Почему банк отказывает в выплатах тем, кто служит его величеству?! – выдал капитан.

– Не могу знать. Денег на счета не поступало, поэтому ничем помочь не могу.

– Ваш банк оплачивает жалование государственным служащим? – с некоторым пиететом спросил я сопровождающего клерка.

– Не имею удовольствия вас знать, господин, – поднялся со стула капитан. – Прошу извинить, если побеспокоил, однако терпеть такое безобразие больше нет сил! Этот банк должен выплачивать жалование, но уже который день не выполняет свои обязательства.

– Странно, а говорят, правитель не ошибается, отбирая банки для выплаты своим службам. Надо будет поговорить с ректором академии, пусть шепнет королю о непорядках.

– Это лишь досадное недоразумение, – поспешил вмешаться сопровождавший нас клерк. – Просто новенький сотрудник не разобрался в ситуации. Он будет немедленно уволен. Вопрос решу лично за пару минут, – пообещал он. – Господин Ашкун, вы готовы забрать жалование сегодня?

– Несомненно, – ответил он.

Когда капитан вышел из банка с деньгами, я продолжил спектакль:

– Дорогая, хоть я и собирался открыть тебе счет на три тысячи, однако этот банк уже не внушает мне доверия.

Борина почти натурально чуть не расплакалась, и мне пришлось «уступить», но все же втрое сократив обещанный вклад. По лицу старшего клерка было заметно, что он мысленно кусал локти, подсчитывая упущенную выгоду.

– Надеюсь, вы не станете беспокоить ректора из-за нерасторопности нашего бывшего сотрудника? – спросил он, сделав ударение на слове «бывший», когда мы направились к выходу.

– Поскольку все так скоро уладилось, мы не будем отвлекать важных людей от их не менее важных дел.

Думаю, что при наличии времени я бы мог еще вытрясти из банка мзду за свое молчание, но нам требовалось спешить. Следующим пунктом разборок значился дом нового городского волшебника. Борина, по моей просьбе, к нему не поехала – мало ли как пойдет разговор?

В Ибериуме Кархон появился месяц назад, сменив Одоха. По словам капитана, новый маг сразу «спелся» с бургомистром и главой жандармерии.

К главному городскому волшебнику мы явились с просьбой проверить якобы найденный клад на отсутствие магических ловушек и проклятий. Представились жителями одной из деревень, которым несказанно повезло отыскать наполненный монетами глиняный горшок. Объяснили, что собирались обратиться к бургомистру, но того не оказалось в городе.

– Кто еще знает о кладе? – строго спросил выглядевший недовольным чародей.

– Мы ж не дурни какие-то, чтоб о золоте болтать почем зря, – роль удачливого селянина исполнял отец Алгая. – Я, да сосед мой о том ведаем. Родичам – и тем ничего не сказали. Место там нехорошее, вдруг клад угайского шамана сыскать сподобились? Так ведь и без рук остаться недолго от чар поганых.

Соседа изображал я.

Волшебник, удостоверившись, что о золоте никому не известно, с показной неохотой согласился поехать посмотреть на клад, который ему описали во всех подробностях. Мы воспользовались знаниями о проклятых сокровищницах, полученными от Ургаса. В нашем рассказе упоминались и пещера, в которую мы с соседом якобы по пьяни провалились, и горшок в нише возле самой земли, и голоса, заставившие нас протрезветь, когда узрели золотой блеск.

– Только учтите, – предупредил маг. – Шаманы часто вместо золота оставляли иллюзию. Если там не будет клада, а лишь обманка – с вас две монеты серебром. Я задарма ездить не намерен.

Мы согласились.

Жадность не позволила городскому чародею прихватить с собой парочку жандармов для сопровождения. Похоже, клад он собирался присвоить себе, а удачливых селян пустить в расход. Наивный…

Стоило нашей телеге отъехать от города, как волшебник получил по темечку тупым тяжелым предметом. Очнулся он, обвешанный блокираторами магии. Допрос проводили на заставе.

Ашкун всего за несколько минут «разговора по душам» заставил пленника рассказать о причастности волшебника к незаконным делишкам бургомистра, и о проклятии, едва не погубившем капитана. Самым важным оказался тот факт, что городской чиновник не платил налог с добычи хозяину земель графу Рунскому. Деньги оседали в руках главного жандарма и бургомистра.

Делиться с волшебником Ибериума никто не собирался. Когда его привлекли к наказанию капитана, то пообещали в будущем одну десятую долю от прибыли, если все получится.

– И ты, конечно, согласился? – спросил Ашкун, сверля взглядом допрашиваемого.

– У меня не было выбора, – ответил тот. – Когда речь заходит о таких деньгах, нужно сразу соглашаться, иначе прибьют.

– Как это собирались сделать со мной?

– Даже несмотря на то, что вы находитесь на королевской службе, – добавил волшебник. Виновным он себя не считал, но готов был сделать все, чтобы выжить, когда ему намекнули, что могут отвезти в степь и там оставить.

Капрал Ленкур предложил другой выход из ситуации:

– Капитан, стоит ли нам скидывать нынешнего бургомистра, если новый может оказаться ничуть не лучше?

– Хочешь оставить все, как есть? – нахмурился Ашкун.

– Нет. Неуважаемый маг напишет письмо графу Рунскому, где сообщит о преступной жадности нашего бургомистра. В двух экземплярах. Один мы покажем чиновнику, а второй припрячем, пообещав, что письмо и его копия могут попасть в ненужные руки.

– Предлагаешь шантаж?

– С этими подлецами по-другому нельзя, – подтвердил капрал.

– А вдруг маг заявит, что его заставили написать письмо под пытками? – засомневался я.

– Даже если и заявит, расследования не избежать, а вельможам известно много способов добиться правды. Причем, большинство из них несовместимо со здоровьем допрашиваемых, – пояснил Ленкур.

– Думаю, теперь волшебнику стоит немедленно покинуть Ибериум, иначе его быстро на ноль помножат, – промолвил я.

– Если не дурак, то и сам догадается, что тут ему жизни не будет.

Глава 6
Новый студент

На выходе из юго-западного портала столицы нас встречали баронет Кортис и граф Нимский. Точное место и ориентировочное время прибытия им стало известно из ответного письма Ургасу. В нем капитан Ашкун благодарил волшебника за радостную новость о поступлении сына в академию и обещал через пять дней приехать в главный город Миригии. Между строк его послания сообщалась дата нашего с Бориной прибытии в столицу через конкретный портал.

– Едем сразу в академию, молодые люди, – распорядился Нимский, когда мы оказались в его карете. – Баронет Кортис следует в свой особняк в другом экипаже. К нему тоже подсели молодой человек и барышня примерно нашей комплекции.

– Заметаем следы? А зачем нам в академию? – спросил графа.

– Вот твой студенческий билет. – Вместо ответа Нимский передал мне картонную карточку с печатями и моими данными. Велел приложить большой палец к золотистому кружку в центре, после чего документ засиял. Затем протянул похожую карточку Борине: – Твой пропуск наверняка аннулировали, вот новый.

Не проронив ни слова, девушка тоже активировала карточку.

– Погодите, но до начала нового учебного года… – начал было говорить я.

– Особым приказом ректора ты принят на первый курс. И до начала учебного года придется сдать все годовые зачеты и экзамены, поэтому свободного времени для прогулок по городу в ближайшее время не предвидится. Жить будешь на территории академии в домике Борины, если она не возражает.

– Не возражаю, – поспешно согласилась девушка и покраснела.

– Она и поможет тебе с изучением предметов первого курса. К счастью, их немного.

– Спасибо, – зачем-то поблагодарила она.

– Пользуйся! – Усмехнулся граф.

Значит меня решили перепрятать… Такая рокировка мне не слишком нравилась – в особняке Кортиса хотя бы имелся мощный бонус в виде привидений, но с тайной канцелярией не поспоришь. Опять же, может враги наконец-то оставят моих друзей в покое при отсутствии в поместье «главного приза»?

– Помимо учебы, мне что-то еще нужно будет делать? – Нутром чуял – в покое меня не оставят.

– Несомненно, Алтон. Обо всем узнаешь чуть позже. Уже совсем скоро тебя ждет одно важное задание.

– Какое?

– Ургас говорит, что тебе по силам сдать на четвертый ранг. Справишься?

– Ну если в меня верит учитель, справлюсь.

– Только одаренному, способному получить четвертый ранг, предоставляется возможность сдать экзамены первого курса экстерном. Учитель за тебя поручился, – сообщил граф.

Он как будто ждал моих возражений, вместо этого я задал самый животрепещущий для любого студента вопрос:

– Когда сдавать?

– Завтра на полигоне академии.

– Отлично! Раньше начнем – раньше закончим.

Нимский озадаченно хмыкнул, и с минуту мы ехали молча. Затем он продолжил разговор:

– Ялгус с тобой?

– Да, он рядом, – подтвердил я.

– Пусть проявится.

Мой призрачный дух проявился слева от графа.

– Когда пойдем к ректору, в кабинет не заходи. Глава академии даже в невидимости тебя сразу заметит.

– Хорошо, я побуду за дверью. Моим друзьям там ничего не угрожает?

– Нет. Для них академия сейчас – самое безопасное место. Вчера монарх издал указ об ужесточении наказаний за нарушение порядка в королевском учебном заведении.

– Здорово! Очень рад слышать.

– А теперь относительно твоего происхождения, Алтон, – продолжил граф, пристально глядя мне прямо в глаза. – Мое начальство собирается инициировать проверку твоей крови. После того, как наши враги получили информацию о результатах, выданных библиотечным анализатором, скрывать данные от короля стало опасно. Полагаю, герцог Орданский с утра сидит в приемной его величества.

– И чем это грозит? – пробурчал я.

Своими действиями виконт Парнамский мне серьезно подгадил. Это ж надо было додуматься: собрать кровь, да еще отправить ее на анализ! Мало ли, какие связи с этим миром мог иметь мой род в далеком прошлом? Опять же, вдруг анализатор съехал с катушек, получив кровь чужака? Может в моей прежней реальности каждый второй по крови граф или маркиз.

Ответил Нимский не сразу:

– Алтон, сейчас ты на таком перепутье, что предугадать, куда приведет любая из выбранных дорожек, невозможно. Поэтому лучше заявить о тебе королю нам, чем это первыми сделают Зеонский или Драунский.

– Надеюсь, те вельможи, в родстве с которыми меня подозревают, не являются претендентами на трон?

Этот вариант представлялся самым зловещим. Возникновение нового вельможи король еще может потерпеть, но конкурента уничтожит сразу.

– Не являются. Однако за Громовскими закреплены очень дорогие земли и имение, в которое уже более полувека никто пока так и не смог проникнуть.

«Ежики эбонитовые с банкнотами на иголках! А нельзя мне было налететь на какой-нибудь менее состоятельный род, не имеющий ничего ценного?»

– Кому эти земли принадлежат сейчас?

– Королю. А он отдал их в долгосрочную аренду, разделив равными частями между тремя графами, соседями последнего вельможи из рода Громовских. Те-то уж точно не обрадуются появлению нового хозяина, если монарх примет такое решение.

– Так пусть не принимает, обойдусь.

– Не получится, Алтон. Если замок тебя признает, король будет обязан вернуть земли истинному хозяину.

– А если не признает? – с надеждой в голосе спросил я.

– Тогда недовольных не появится. Замок убьет самозванца и все останется, как прежде.

– Убьет!? – вскрикнула Борина.

– Не волнуйся, сударыня. Сначала анализатор покажет, сколько у Алтона крови Громовских. Если меньше одной четверти, даже не стоит предпринимать попытку.

«Этого еще недоставало! А вообще… какой удачный способ избавиться от неугодного! Сначала объявить, что я имею достаточные основания претендовать на наследство, отправить для подтверждения в замок, а затем – его непризнание претендента и быстрая смерть наглеца. А главное – все будут довольны. И соседи Громовских, не потерявшие земли, и король, якобы попытавшийся возродить древний род, и Драунские с Зеонскими, которым я успел „насолить“ самим фактом своего существования… Поубивал бы всех гадов! Надо что-то срочно придумать. Говорят же, что безвыходных ситуаций не существует. Мне сейчас очень хочется в это верить!»

По дороге к академии за нами, вроде, никто не проследовал, хотя я ожидал нападения в любой момент. Вздохнул облегченно, лишь заметив высотное здание одного из корпусов главного учебного заведения Миригии.

Нас уже ждали. Карету Нимского пропустили через центральные ворота академии без задержек, и вскоре мы входили в кабинет ректора, где уже находились Этман и Ургас.

– Доброе утро, ваше сиятельство, доброе утро, господа! – поздоровались все.

Граф Макдер Силамский занимал должность ректора одиннадцатый год. На вид ему было чуть за сорок, но, по слухам, уже перевалило за шестьдесят. Невысокий коренастый мужчина с легкой проседью на висках, широкими черными бровями, придававшими ему суровый вид, ожидал нас, сидя за большим прямоугольным столом.

Несколько секунд он рассматривал меня внимательным взглядом, затем произнес, обращаясь к Нимскому:

– Граф, благодарю за сопровождение моих студентов.

Тот ответил поклоном и сел по другую сторону стола.

– Приветствую вас, молодые люди. Как добрались?

Я поспешил доложить:

– Спасибо, все обошлось без происшествий.

– Присаживайтесь, – он кивнул на стулья рядом с графом. Когда мы расселись, продолжил: – Меня ввели в курс дела, кратко перечислив ваши приключения. Однако информация с чужих слов – совсем не то, что из уст непосредственных участников. Поэтому сделаем так: сейчас здесь останемся мы с Алтоном, чтобы кое-что обсудить. По результатам этого разговора будет принято решение о его дальнейшей судьбе.

«Не понял, меня сюда учиться направили? Тогда при чем тут решение судьбы? Прямо само собой напрашивается легендарное: „Быть или не быть?“ Ладно, не будем беспокоиться заранее. Хочет обсудить, обсудим».

Через минуту мы остались одни.

Как ни настраивался, все равно почувствовал себя неуютно. Ведь ректор, считай, выставил за дверь не только учителей, но и такого же графа, как и сам. А те безропотно подчинились?

– У меня будет несколько вопросов, Алтон. Отвечать на них нужно честно и быстро.

– Сразу хочу предупредить, что не на все вопросы я смогу ответить, ваше сиятельство.

– У тебя имеются тайны, о которых не можешь говорить?

– Да, ваше сиятельство.

– И ты не готов их открыть даже ради поступления в академию?

– Нет, ваше сиятельство.

– Почему?

– Это также является одной из тех самых тайн.

Мой очередной ответ заставил собеседника задуматься. Мне показалось, что он решал для себя, стоит ли вообще продолжать разговор. Через несколько секунд усмехнулся и заговорил:

– Выходит, твои секреты опасны, а само нахождение в стенах академии несет угрозу другим студентам и преподавателям?

– Скорее, да, чем нет.

– Ясно. Ты, насколько мне известно, часто попадал в смертельно опасные ситуации. Как думаешь, почему удавалось из них выбраться?

– Старался действовать на опережение и не сдаваться в любых ситуациях.

– С какими противниками приходилось сталкиваться, назови уровень.

– От пятого по седьмой ранг, если не ошибаюсь.

– Нимский утверждал, что на твоем счету победа над несколькими баронами.

– Я не один с ними сражался, ваше сиятельство. Мы действовали в команде.

Во время этого блиц-опроса ректор постепенно увеличивал темп разговора, при этом постоянно что-то отмечая в своем блокноте. Вопросы становились все короче:

– Кто твой отец?

– Я – сирота.

– Сколько тебе лет?

– Двадцать четыре.

– Где родился?

– Не знаю.

– Почему горец?

– Были причины.

– Борина – невеста?

– Скорее, да.

– И последний вопрос на сегодня, – сжалился ректор. – Ты действительно сказал мне правду?

– Я не врал.

– Хорошо! – Ректор опять усмехнулся. – Завтра ты должен подтвердить пятый ранг, но зачтем мы тебе четвертый, чтобы не привлекать лишнего внимания. Помимо Ургаса, к тебе будут прикреплены еще два наставника: по водной и воздушной стихии. Заниматься будешь каждый день. Вопросы есть?

Макдер Силамский разговаривал со мной так, словно я давно был студентом, а он выдавал мне очередное учебное задание.

– А почему пятый?

– Хочешь попробовать сразу шестой?

– Вроде речь шла о четвертом…

– Сам сказал, что стараешься действовать на опережение и не сдаешься в любых ситуациях. Вот на это я и хочу завтра посмотреть. Заодно пойму, какую программу подготовки лучше подобрать. Ты же пришел в академию не прятаться здесь, а чтобы стать сильнее? Или я ошибся?

– Все верно, господин ректор. Я готов подтвердить пятый ранг, чтобы получить четвертый.

– Вот и договорились. А теперь можешь заселяться, студент Алтон.

Я поднялся со стула и пошел на выход, однако уже возле самой двери ректор меня остановил:

– У твоей невесты получился весьма интересный магический питомец. Он на редкость быстро достиг третьего уровня. Недавно в живой степи вы были вместе с ним?

– Да.

– Тогда передай Борине, чтобы не волновалась, и пока оставила его в покое. Через пару дней с питомцем будет все нормально.

– Обязательно передам. Спасибо!

– А теперь скажи учителям и графу, чтобы зашли ко мне.

Я так и сделал. Видел, что Ургас очень хотел расспросить о разговоре с ректором, но задерживаться в приемной они не стали.

– Ну, как?! – спросила Борина. Ее глаза горели любопытством.

Честно говоря, пересказывать беседу не имел никакого желания, а потому выдал самый отвлекающий ответ:

– Меня спросили, действительно ли ты являешься моей невестой.

Девушка на несколько секунд опешила. Наконец, смущаясь, спросила:

– А ты?

– Пришлось сознаться, что это правда. Не буду же я обманывать человека, под чьим руководством мы с тобой будем учиться?

Она мило покраснела, и продолжила расспросы:

– И это все?

– Думаю, что рассказал самое важное. Или ты так не считаешь?

– Конечно!!! – она бросилась мне на шею.

– Молодые люди, приемная ректора – не место для романтических признаний, – вмешалась секретарша. Ее можно было понять – завидовала…

Интерлюдия…

Ректор академии, имея одиннадцатый ранг, в совершенстве владел магическим зрением. Он сумел разглядеть в молодом человеке, о котором хлопотал декан водного факультета, много интересного. После короткого разговора при легком магическом воздействии на Алтона, тот удивил еще больше:

«Давно не попадался столь перспективный материал, – размышлял Макдер, не обращая внимания на вернувшихся в кабинет. – Теперь понятно, почему ему удалось справиться с серьезными противниками. Если полностью развить потенциал парня…»

– Граф Нимский, у меня будет большая просьба: обеспечить Алтону максимальную защиту вне территории академии. В ближайшее время постараюсь встретиться с герцогом Орданским. Не хотелось бы по чьей-нибудь глупости лишиться столь перспективного молодого волшебника.

– Тайная канцелярия сделает все возможное. Прошу прощения, сейчас вынужден вас покинуть – дела.

– Увидишь Орданского – скажи, что на дне рождения кузена его величества нам надо будет переговорить.

– Передам, – ответил тот и поспешил удалиться.

– Так, господа, теперь у меня будет несколько вопросов к вам, – произнес ректор через минуту после того, как Нимский вышел. – Ургас, ты в курсе, что у Алтона два довольно мощных источника?

– О мощности судить не могу, но подозрения, что их два, у меня имелись.

– Недавно он получил руну исцеления. Кто-нибудь об этом знает? – продолжил допытываться Макдер.

– Наверное, опять степь одарила, – предположил Ургас.

– А что, были и другие подарки? – спросил ректор.

– Парень рассказывал о браслете, полученном от единорога. Ободок сразу впитался в кожу и видимых следов не оставила.

Ургас счел целесообразным сообщить своему нынешнему начальству часть неочевидной информации об Алтоне, чтобы уникальность нового студента не вызывала излишних подозрений. Не хотелось, чтобы коллеги сами взялись разгадывать тайны этого одаренного и заподозрили его причастность к магии пустоты.

– Он воочию видел единорога? – Макдер не мог скрыть удивления.

– Спас их семейку от чужаков и получил в награду мощное заклинание.

– Вам удалось разобрать, какое? Хотя, что зря спрашивать… – Ректор не стал настаивать на ответе, поскольку личные умения студенты имели полное право хранить в тайне даже от своего личного учителя. – Однако, согласись, встреча с единорогом…

В кабинете ненадолго воцарилась тишина, которую первым нарушил Этман:

– Кого мне завтра выставить против Алтона для подтверждения ранга?

Ректор назвал имена четырех волшебников.

– Но ведь все они пятого ранга! – воскликнул профессор. – Собираетесь выставить их сразу? К тому же, для подтверждения ранга достаточно троих.

– Ничего страшного. Насколько я успел составить представление о нашем новом студенте, он привык работать на пределе своих возможностей, и мне стоит посмотреть его в привычной обстановке. И еще: экзамен проведем на закрытом полигоне, а студент выступит в маске. Нашим волшебникам скажем, что они экзаменуют некоего вельможу из окраин, который не желает быть узнанным.

– Не будет ли слишком подозрительным наличие пятого ранга у первокурсника? – спросил Ургас.

– Значит, не сомневаешься, что твой ученик справится с задачей? – Макдер улыбнулся.

– Алтон нередко удивлял меня своими поступками, и еще ни разу не разочаровал. В лепешку расшибется, но экзамен не провалит.

– Именно этого я от него и жду. Что же касается ранга… Здесь спешить не будем. Бумагу он получит на четвертый, как и планировалось ранее. Будут еще какие-то пожелания?

– Остался самый щекотливый вопрос, ваше сиятельство, – произнес Этман.

– Какой?

– Король высказал пожелание увидеть победителя турнира претендентов. По словам Нимского, его начальник хочет лично представить парня монарху.

– Об том я и собираюсь переговорить с герцогом Орданским. Что же касается доступа к анализатору, попробую ускорить процедуру. Однако раньше, чем через десять дней, вряд ли получится.

После ухода посетителей Макдер открыл тетрадку со своими пометками и записал:

«Расположенность к стихиям – земля, вода, воздух.

Стойкость к ментальному воздействию – высокая.

Целительские способности – руна среднего исцеления.

Способности к магии крови – высока вероятность развития и совершенствования.

Наличие теней – две.

Источники – два хорошо развитых.

Ранг без учета использования всех способностей – не ниже пятого.

Ранг с учетом максимального использования умений – не ниже шестого.

Перспектива достижения рангов – выше одиннадцатого».

«Представляю, сколько сбежится желающих прибрать этого молодого человека к рукам, – размышлял ректор, просматривая собственные записи. В следующее мгновение они вспыхнули, не оставив на самой белоснежной бумаге ни единого следа. – Пожалуй, будет неплохо, если замок Громовских признает нового хозяина».

Глава 7
Первый экзамен в академии

После того, что мы вытворяли этой ночью, я, как порядочный человек, был просто обязан взять замуж эту восхитительную девушку. А она, кажется, решила восполнить все, что не состоялось на озере Рахна. Сделал себе мысленную пометку: в будущем обязательно съездить в тот курортный городок – ведь когда-нибудь должны же от меня отстать враги?

Ялгус на всю ночь был назначен Бориной нашим главнейшим охранником, призванным стеречь периметр в радиусе двадцати шагов. При том ему строго-настрого запрещалось приближаться к стенам дома. И он, похоже, в точности выполнил приказ.

Хорошо, что нам предоставили для отдыха целые сутки. Поэтому утром, несмотря на учебный процесс, Борина на занятия не пошла. Когда я выбрался посидеть на крыльце, невидимый охранник заговорил:

– За время дежурства никаких происшествий не было, если не считать подозрительных звуков, доносившихся из окна спальни.

– Их действительно не стоит считать, – успокоил я паренька.

– Алтон, а можно тебя попросить?

– Смотря, о чем.

Подумал, что паренек станет любопытствовать по поводу ночных шумов, но тот заговорил о другом:

– Помнишь, среди руин девочку? Арвида ее зовут.

– Помню.

– Она там одна среди взрослых привидений, и ей очень тоскливо.

– Ты хочешь перебраться к ней? Думаешь, это возможно?

– Нет. Алтарь ее семьи очень слабый и может работать лишь на просторах живой степи. Но наш – более мощный и способен присоединить…

– Хочешь ее забрать? Но как?

– Ее можно привязать к тебе, а потом… – робко произнес он.

– Ялгус, а ты не мог об этом сказать там? Или она не соглашалась?

– А разве ты сам не против? – удивленно спросил он.

– Так, я не понял – ты мне друг или нет?

– Друг.

– Тогда почему ты решил, что я для друга не сделаю то, что ему нужно, если это в моих силах?

– Я… Какой же я дурак! Просто не догадался спросить. И как теперь быть?

– Не обещаю быстро, но мы с тобой обязательно что-нибудь придумаем.

– Ура!!!

– Не кричи так громко, а то еще Борину разбудишь.

– Так ведь солнце давно встало…

– Ялгус, запомни: если твоя девушка хочет поспать лишний час-два, не стоит ей мешать.

– Запомню, друг.

Позднее, как раз к тому времени, как Борина покинула постель, в дом прибыл декан:

– Алтон, пора на экзамен.

– Я могу пойти с ним? – спросила Борина.

Она выглядела настолько довольной и уставшей, что любой бы догадался: студентка всю ночь потратила на то, чтобы «подтянуть меня по учебе».

– Ректор ограничил круг лиц, допущенных к экзамену Алтона.

– Меня не включили?

– Борина, тебе стоит отдохнуть после всех наших приключений, – перебил я подругу.

– Я выгляжу уставшей?

– Посмотри на себя в зеркало, – одними губами произнес я.

Девушка последовала совету и тут же согласилась:

– Ой! Да, мне действительно стоит немного отдохнуть.

Выйдя из домика, Этман спросил:

– Самому-то поспать удалось?

– Если вы о том, готов ли я к экзамену на ранг, то вполне.

– Смотри, бой будет нелегким. Ректор специально выбрал для тебя проштрафившихся волшебников. Они из кожи вон будут лезть, чтобы ты провалил экзамен.

Сразу вспомнил свои возможности покинуть тело. Усмехнулся про себя и произнес:

– Пусть лезут, лишь бы потом им обратно удалось вернуться.

– Учти: противников будет четверо, а продержаться нужно целых пять минут, ведь ты прыгаешь сразу через три ранга, – Этман старался настроить меня на предстоящий бой.

– По бумагам – через два. Ректор говорил о четвертом.

– Собираешься с ним поспорить?

– Нет, лучше потрачу силы на поединок.

– Молодец! Вот это – верное решение, – похвалил декан.

Дальше шагали молча, и я попытался мысленно набросать рисунок предстоящей схватки.

«Значит, сразу четыре мага. Нужно помешать им действовать в полную силу, или меня самого уроют. Что есть в арсенале? Чары третьего ранга – в неограниченном количестве. Ими буду создавать помехи в концентрации. Магия крови поможет укрепить организм. А вот по четвертому рангу у меня негусто. Волна воздуха с ледяными сосульками, сбивающие с ног подземные толчки и водяной туман для маскировки – все».

Подарок от привидения из «коттеджного поселка» живой степи являлось заклинанием из области магии земли. Вот оно уже тянуло на пятый ранг, но требовало большого расхода энергии – примерно четверть моих запасов.

Когда мы прошли мимо входа на арену, удивленно спросил.

– Профессор, разве мы…

– Ректор назначил экзамену повышенный уровень секретности. Из-за этого тебе даже придется сражаться в маске.

– Ничего себе! – присвистнул я. – А что так?

– У нас еще никогда не было первокурсников с пятым рангом. Или тебе хочется выделиться?

– Ни в коем случае!

– Вот и ректор так решил. Экзаменаторы не должны тебя видеть, иначе потом придется объяснять, почему по бумагам ты лишь четверка.

Получалось, что глава академии не доверял своим же учителям. Впрочем, учитывая, что совсем недавно в учебном заведении случились беспорядки с похищением студентки…

Мы вошли в небольшое одноэтажное здание. Сразу за дверью мне нацепили маску, скрывавшую волосы и пол-лица. Затем мы спустились на пару пролетов и долго шли по подземным коридорам, которые вывели в просторный зал.

– Голоса не подавай, – предупредил декан водного факультета.

Меня вывели на площадку для испытаний. Примерно в тридцати метрах находились мои экзаменаторы. В центр площадки вышел ректор:

– Господа, претендент на пятый ранг, пожелавший остаться неизвестным, изъявил желание пройти испытания в стенах нашей академии. Как вы все знаете, я не слишком приветствую тайные испытания, потому и противостоять претенденту будут сразу четверо волшебников.

Макдер озвучил требования к поединку, в которых практически не было запретов.

– Бой! – неожиданно скомандовал он и исчез.

После всех схваток, проведенных на турнире претендентов, привычная команда сразу включила режим атаки. Буквально в следующую секунду в моих соперников отправились воздушные кулаки, под их ногами задрожала почва, а на площадке возникло более десятка плотных облаков.

Мои усилия позволили выиграть не более десяти секунд – столько понадобилось соперникам, чтобы погасить мои чары и разогнать облака. И они сразу перешли к атакующим заклинаниям.

Сначала меня окатили потоком воды, которую собирались на мне же и заморозить. Подпрыгнул с помощью воздушной спирали и в полете сумел резко сменить траекторию, чтобы не угодить в подготовленную ловушку в виде земляного капкана. И сразу же пришлось атаковать огневика водными пузырями, сбивая его концентрацию. В итоге маг промахнулся, запустив шесть оранжевых шариков в направлении своего соратника, которому пришлось экстренно защищаться.

«Молодчина, Платон Громов! – похвалил себя, приняв решение „тусить“ между экзаменаторами. – Надо чаще вынуждать их пулять чарами друг в друга».

Снова напустил туману как внутри, так и снаружи четверки магов, ударил по ним молниями и практически мгновенно коротким порталом переместился из окружения.

Кого-то мои молнии зацепили, и он обрушил мощный вихрь в центр площадки. При этом немного перестарался, повалив с ног другого экзаменатора. Тот успел не совсем точно ударить сосульками, едва не угодив в огневика. А тут еще и я подсуетился, запустив мощный толчок под ногами адепта магии земли, которым его выбросило прямо в центр площадки. Понимая, что ему угрожает, маг соорудил в месте приземления защитный круговой барьер.

К сожалению, воздушник вспомнил о своих прямых обязанностях и быстро разогнал туман, после чего меня снова заметили. Экзаменаторы поменяли тактику, приняв решение держаться вместе и атаковать единым широким фронтом.

Ветер, ледяной град и огненные шары составляют не самые мощные заклятия из арсенала магов пятого ранга, поэтому стало понятно – все их потуги не что иное, как отвлекающий маневр, а настоящий удар последует, когда истрачу энергию на щиты.

Мои противники пока не поняли, что под прикрытием тумана я воспользовался магией коротких порталов. Они создали атакующую стену, перепрыгнуть которую было почти невозможно. Я попятился. Ощущение опасности нарастало.

Когда чуйка взвыла мощной сиреной, воспользовался порталом, переместившись за спину противников. Остатки энергии вложил в заклятие жидкой земли. Сзади экзаменаторы щитов не имели, и провалились в жижу по шею. Земля тут же затвердела, а у меня возникли темные круги перед глазами.

«Главное, чтобы они не успели откопаться до времени окончания экзамена».

Интерлюдия…

Виконт Парнамский еще дважды имел непростой разговор с сюзереном и утвердился в подозрениях, что тучи сгущаются, и ему действительно предпочли другого человека. Потеря расположения грозила, в первую очередь, значительным сокращением ресурсов. Однако, что хуже всего – Парнамского наверняка отодвинут от маркиза, назначив кого-то из Рунских главой в решении внутренних дел клана. Работы у виконта станет больше, и выполнять придется чужие задумки.

Такое положение дел его абсолютно не устраивало. Вот почему на сегодняшний праздничный бал Парнамский возлагал большие надежды. Приглашение ему удалось получить через новенькую фрейлину королевы, которую совершенно случайно встретил, прогуливаясь в парке около королевского дворца.

Единственный парк столицы, огороженный магическим куполом, являлся излюбленным местом дворян в грозовой и буйный сезоны. Ни дождь, ни ветер, ни молнии туда не проникали. Подстриженные газоны, разноцветные клумбы и множество цветущих деревьев привлекали к себе внимание молодых красавиц Миригии, а там, где много дам, появлялось и немало мужчин.

Знакомства, разговоры, новости… Здесь можно было обсудить последние веяния моды, послушать сплетни из высшего общества, и выяснить, кто с кем и против кого дружит.

Фрейлина, увидев Парнамского, несказанно ему обрадовалась, поскольку на званый бал у девицы не имелось достойного кавалера. Виконт, посчитав приглашение хорошим знаком, согласился. Теперь оставалось как-нибудь напроситься на разговор с ее величеством… И вдруг виконта осенило:

«А случайной ли была эта встреча?! О том, что я раз в четыре дня захожу в дворцовый парк, известно многим. Где еще можно узнать последние новости королевского двора? И тут неожиданно появляется моя зазноба, которой срочно понадобился сопровождающий».

Составлявшие свиту королевы фрейлины, сопровождая венценосную особу на всех балах, в кавалерах не нуждались. И только в дни редких выходных красавицы могли себе позволить явиться на подобное мероприятие не в составе свиты.

«Выходит, мое использование библиотечного анализатора не осталось без внимания? Значит и мой нынешний сюзерен уже под пристальным вниманием монарха, так что особой проблемы встретиться с королевой быть не должно…»

Мысль вдохновила виконта, и до самого вечера он пребывал в хорошем настроении. Затем на собственной карете подъехал к особняку баронессы Мурины Азинской, и уже вместе с ней прибыл в особняк графа Зукуйского, родственника монарха.

Сначала они передали через слуг подарок имениннику, затем прошли огромный зал с зеркалами, осмотрелись…

Фрейлина ее величества тут же объявила, что первые три танца виконт танцует с ней, и до начала вечера не отлипала от кавалера ни на минуту, словно посылая сигнал остальным дамам – этот мужчина занят.

Вместе они подходили к другим приглашенным, общались на обычные в таких случаях ничего не значащие темы, вроде погоды или премьер в театре, и угощались игристым вином, которое разносили официанты. Парнамский обратил внимание на прибывшего едва ли не последним маркиза Зеонского с новой дамой, а также заметил, что неподалеку крутился виконт Рунской, причем вместе с племянницей маркиза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.