Даниил Филатов
Стремиться к небу. Часть I. Хочешь мира – готовься к войне

Пролог

– Прошу, проходи, – кивнул человек в военной форме своему гостю. Тот, встряхнув кожаную куртку, едва ли не натягивающуюся на широких плечах, сделал широкий шаг до кресла напротив рабочего стола хозяина кабинета, а затем сел в него, стукнув по ковру каблуками тяжелых берцев.

– Генерал, – улыбнулся вошедший. Он достал из внутреннего кармана сигару, но, поймав на себе негодующий взгляд военного, убрал ее обратно, – вижу, надел парадный китель. Хочешь показать награды им?

Генерал повернулся передом к визитеру. На его груди звякнули три медали. Он застегнул последнюю, третью пуговицу и сел в кресло, окинув кабинет взглядом. Дверь после появления нежданного гостя осталась открытой, и сквозняк покачивал листья скромных растений в углу, которые прикрывали собой портрет нынешнего главы Совета Освобождения Майерса Стоуна. Затем взгляд генерала скользнул по белым стенам, одну из которых накрывала огромная карта мира. Такого, каким он предстал сейчас, когда война терзает его. И вот глаза снова оказались прикованы к высовывающейся из кармана кожаной куртки коричневой палочке, которой гость часто любил дымить по поводу и без.

– Вовсе нет, Нильсон. Всего лишь хочу выглядеть прилично. Это же переговоры.

– Чушь все это как по мне, – фыркнул Нильсон Брайер, – знают эти ОПЗМовцы, что мы их поджимаем, а потому быстренько подсуетились мир заключить. И то, потравят всех, помни мое слово. Следи за тем, что тебе подливают, – он ткнул толстым пальцем в китель генерала.

– А может, они просто хотят перехватить инициативу. Или, – военный потер подбородок, – славы. Мы начали войну, а они закончат. При том возьмут выше: не винтовкой, а словами.

– То- о- омас, – басовито протянул Нильсон, – я такой же генерал как и ты, поэтому видел методы Организации не меньше твоего. Переговоры? Да они скорее глотки сами себе перегрызут, чем пойдут на разговор с жалкими повстанцами. Вроде, как- то так они о нас отзываются. Предлагаю поехать вместе: ты говори себе все, что удобно, а я пригляжу за остальным.

– Полагаешь, что я не смогу за себя постоять?

– Одна голова – хорошо, а…

– А вторая должна готовиться к назначению, – улыбнулся генерал Файн.

– Ты про… Как- то я забыл, – почесал голову Нильсон. Делает вид. Еще бы он забыл! С тех пор как генерал Рокко ушел в отставку, Совет задумался о назначении нового главнокомандующего силами Армии Освобождения. Все уверены, что именно Нильсон Брайер будет выбран. В том числе и он сам.

– Я тебе напомню.

– Ничего, они могут мне и позвонить, если конечно, выберут, – генерал нескромно улыбнулся своим широким ртом, обнажив ряд не совсем ровных зубов.

– К тому же, твое присутствие может быть нежелательно и по другой причине, – Томас постучал пальцами по столу, чуть отведя взгляд.

– Он будет там, да?

– Конечно же, – кивнул генерал, – как иначе? Их инициатива, их главная фигура выступает. А ты как думал?

– Думал, пошлет кого- то вместо себя. Как это обычно происходит, – Нильсон нервно шевельнул скулами. Об их вражде с генеральным директором ОПЗМ можно уже мемуары писать. Хотя история незамысловата: друзья стали врагами, а потом… все стало накапливаться как снежный ком.

– Теперь ты понимаешь, почему…

– Да понимаю, понимаю. Чего же тут не понять? Возьми хоть кого- то с собой что ли. Генри, например.

– Пусть побудет в отпуске, тот скоро закончится. К тому же, у него там… новые веяния.

– Опять себе кого- то нашел? – генерал вновь улыбнулся.

– Ага. Меняет их как перчатки, а каждый раз как в первый. Ничему человека жизнь не учит. Стабильности не хватает. Не то что…

– Не то, что у нас с Линдой. Точно, – Нильсон крутил пальцами сигару, – стихла она у меня как- то. Не видимся почти. Все в Совете этом бегает.

– А как? Кто- то же должен представлять нашу страну. К тому же, война ослабевает, а бумажной работы только больше. Сам поймешь, когда станешь командующим. Будешь отдавать приказы статистам и бухгалтерам, – Томас рассмеялся.

– Смейся- смейся. Думаешь, превращусь в такого как ты, любитель кителей? Уж найду, как себя развлечь. К тому же, говорю тебе, война не закончится на переговорах. Только. Когда. Мы. Возьмем. Столицу, – каждое слово генерал отстукивал пальцем.

– Вот кстати о Линде. Бери пример с нее. Она тоже за переговоры.

Генерал снова фыркнул и махнул рукой.

– Перебить их всех надо. Вот тогда война и кончится. Особенно…

– Знаем, кого особенно. Расслабься, глаза уже зажег. Дай хоть шанс поговорить. Мы же цивилизованные люди. Пора бы зарыть топор войны. Сколько уже воюем?

– Слишком долго, – качнул головой Нильсон.

– Вот. СЛИШКОМ долго. Пора бы чем- то новым заняться. Подумать о людях как о гражданах, а не как о солдатах. Все, рад поговорить, но мне пора бы. А то самолет ждет, – Томас встал и направился к выходу. Нильсон пошел следом, наконец, зажав сигару во рту и закурив.

– Что? В твоем кабинете нельзя. Мы больше не в твоем кабинете. Слушай, давай я тебя хоть подвезу.

Томас кивнул.

Повстанцы вышли на улицу. Был обычный теплый весенний день. Нильсон звякнул ключами и сел за руль военного «Хаммера», блаженно проведя руками по креслу.

– Своя или покататься взял? – посмеялся Томас.

– Своя, – Нильсон поглядел в зеркала, давая задний ход, – взял почти даром. Хорошо, что у военных скидка, – они миновали ограждение паркинга, – и авторитет.

Они ехали по шоссе, вписавшись в поток машин. Среди раскрашенных седанов, желтых такси, грузовиков, «Хаммер» Нильсона Брайера смотрелся, как минимум, выделяясь.

– И что ты скажешь? – поинтересовался водитель, когда движение вдруг замедлилось.

– В каком смысле? А, там. Не знаю, по ситуации разберусь. Попробую быть дипломатичным и сдержанным.

– Да? А по мне, так этих ОПЗМовцев стоит сразу на место поставить.

– Разозлишь их, и дело с мертвой точки не сдвинется. Я всегда за аккуратность.

– А я тебе говорю, что надо сразу заявить о себе, как о силе.

– Ты уже сделал это, объявив войну. Думаю, все давно поняли про силу и прочее.

– Конечно. С нами стоит считаться!

– Да- да. Сделай одолжение: надави на газ, – Томас ткнул пальцем в лобовое стекло. Поток уже двинулся, в то время как «Хаммер» стоял на месте, чем вызывал недовольство со стороны находящихся сзади водителей.

«Аэропорт. Пять миль» – пронеслась мимо табличка. Нильсон, в свойственной ему манере, не стал считаться с мелкими правилами и, миновав шлагбаум, сразу же направился на взлетную полосу, рискуя испортить движение авиатранспорта. К счастью, та полоса, по которой ехал генерал, была свободна, так как выделялась исключительно под рейс Томаса. Который, к слову, уже ждал его, откинув трап.

Покинув джип, повстанец стал подниматься по трапу, но остановился за три ступени до салона, так как в кармане его брюк завибрировал телефон.

– Генерал Файн слушает. Да. Вот как, – глаза его округлились от удивления, – но я уверен, что Брайер… Нет, сэр. Да, сэр. До свидания, – он убрал аппарат обратно, – Нильсон, похоже, сегодня китель придется надеть и тебе.

– Решительный шаг, – донеслось из- за спины генерального директора. Тот обернулся, чтобы посмотреть на того, кто это произнес. Перед ним стоял высокий парень в длинном черном плаще, полы которого едва не доставали до земли. Он держал перед собой ладони, сложенные в замок. Лицо его расплылось в улыбке. Той невинной детской улыбке, которая появлялась ровно тогда, когда требовалось скрыть некоторое раздражение. Однако она быстро исчезла, оставив юношеское лицо совершенно пустым. Генеральный директор протянул руку.

– Адам.

– Бывший господин, – снова улыбнулся юноша, пожимая руку.

– Чем обязан? Переговоры скоро начнутся, а я должен быть на другом конце света. Опаздывать на то, что затеял сам, как минимум, унизительно, – директор поправил галстук темно- красного цвета, провел рукой по пиджаку, разглаживая складки, опустил голову вниз, чтобы убедиться, что туфли по- прежнему чисты, а на брюках не осталось пыли, нагнанной винтом вертолета. И все еще он ждал ответа.

– Люблю, знаешь ли, дружескую компанию. А насчет опозданий не беспокойся. Вмиг окажемся там, когда понадобится. А пока… не хочешь пройтись немного и побеседовать? – Адам сделал шаг вперед.

– Было бы о чем, – последовал за ним директор.

– Есть- есть, не беспокойся, – юноша положил руку на плечо своему собеседнику, – банально, к чему вся эта суета с переговорами? Да еще и от тебя. Мы же неплохо жмем этих повстанцев вместе, – он стукнул кулаком по плечу директора.

– Вместе – это с теми самыми Легионами Совершенных под предводительством лорда Адама, которые окопались на своих территориях и, даст Бог, раз в год- другой устроят вылазку? Действительно, повстанцам есть чего бояться.

Адам убрал руку и чуть отвернулся. Едва различим был смешок. Он очень не любил, когда директор упрекал его в безделии, но больше он не любил повторяющийся характер упреков и их идентичность. И правда, фантазию гендиректор ОПЗМ предпочитал тратить на что- то более дельное.

– Ну да, – оживился лорд, – тебя, – палец в черной перчатке ткнул в зажим для галстука, – ты у нас олицетворение бича Армии Освобождения. Надо было поддерживать образ, а тут переговоры.

– Не понимаю твоего беспокойства.

– Не понимаю твоих поступков! Объясни мне, пожалуйста, зачем заканчивать такую славную войну?! В смысле, заканчивать вот так. Переговорами. Да с каких пор ОПЗМ говорит с врагами?

– С тех пор как «славная война» начала затягиваться. Долго. Очень долго она идет. Все устают. Даже я.

– Так и что? Собрались, поднялись, ударили! Ну! А, ладно. Делай, как знаешь.

– Что- то ты быстро сдался, – директор недоумевающе посмотрел на потемневшее лицо своего спутника.

– Да разве ж это я сдался? Ты у нас поборник дипломатии теперь. Что тут скажешь? Вобьешь себе в голову, и никто кроме тебя это оттуда не вытащит.

– То есть, тебя не ждать? – он уже собирался разворачиваться.

– Нет- нет, посещу уж. Такое мероприятие бывает раз в сотню лет. Историческое событие, и я обязательно должен на нем присутствовать. Даже если придется соблюдать всякие… формальности, – на последнем слове Адам чуть вздрогнул. Конечно же, от отвращения. Он не любил различную рутину ровно настолько, насколько любил показывать себя во всей красе и быть там, где для него это выгодно. То есть, невероятно сильно.

– Увидишь, это окажется полезно для всех нас.

– Ну да, ну да. Ты мне лучше, – решил лорд сменить тему, – скажи, как у вас в ОПЗМ дела. Что- нибудь да меняется. Ну, кроме конечно человека, занимающего пост генерального директора, хе- хе.

– Нормально, – сухо ответил ОПЗМовец.

– «Нормально», – передразнил его легионер, – Константин, с тобой душевной беседы никогда не завести. Все время сухой какой- то, деловой. Ужас.

Директор иногда удивлялся, насколько они с лордом непохожи. Даже в выборе одежды. Если Адам носил вышеупомянутый плащ, то Константин предпочитал строгий деловой костюм, при том почти всегда. В то время как гардероб легионера менялся регулярно. Отличия в характере налицо. А что же их связывает тогда? Что заставляет ОПЗМ и Легионы Совершенных в лице их лидеров сотрудничать многие годы? Стремление к порядку. Одно из немногих сходств генерального директора и лорда. Им обоим ненавидима абстрактная свобода, которую повстанцы провозгласили своей основой.

– Что сделать, если ничего примечательного не произошло? – пожал плечами ОПЗМовец, – «нормально» здесь самое подходящее слово.

– Хорошо. Ладно. Тогда вернемся к предыдущей теме. Скажи, что будете делать? Вот закончится война. Некого будет убивать. У тебя же там девяносто девять и девять десятых процентов населения военные. Каково? Ладно, черт с ними с гражданами. А гвардию свою обожаемую куда денешь? Извините, товарищи, мне жаль, что вы годами тренировались, но я тут решил договориться, так что расходитесь по домам. А командор? Твой верный друг. С ним что будет? Ни о ком не думаешь, кроме себя.

– От эгоиста и слышу. Что тебя так злит? – невозмутимо спросил Константин. Они шли в неизвестном направлении, сворачивая абсолютно случайно. То натыкались на людей, то на закрытые двери. Башня, главный оплот Легионов Совершенных и обитель их лорда, пестрила развилками, лестницами, дверьми и населением. Но собеседников это совершенно не волновало. В то время как Адам, энергично размахивая руками, доказывал свою точку зрения, Константин шагал вперед, изредка поглядывая на собеседника и бросая короткие фразы в ответ.

– И в завершении, – лорд одернул плащ и зацепил идущую позади девушку, – ах, чтоб тебя! Иди прочь! Живо!

Она наклонила голову и побежала вперед, роняя какие- то принадлежности. Судя по всему, для уборки.

– Не на ком выместить агрессию? – директор поднял бровь, – на людях отыгрываешься?

– На людях? Да это же раб. Они для того и есть, чтобы… погоди- ка, пытаешься сменить тему. Нет- нет, мы договорим.

– О чем говорить? Я услышал, что тебе не нравятся переговоры. Еще раз предлагаю не посещать. Решение не изменить, все назначено еще за месяц. Но если затея прогорит… мы их уничтожим. Вопросы?

Адам сжал кулак, выдохнул и снова улыбнулся. Он взял Константина за плечи, на что тот отреагировал раздраженным взглядом. Какое- то время легионер смотрел в глаза собеседнику, словно пытаясь найти в них хоть какую- нибудь зацепку. Что- то, что поможет склонить директора на его сторону. А потом, видимо потерпев поражение, выдохнул.

– Только лишь один. Как ты относишься к искривлению пространства? – Адам снял одну из своих перчаток, достал изнутри плаща небольшой черно- белый перстень с печаткой, которую Константин не успел разглядеть, так как в ту же секунду лорд развернулся, выставил руку вперед раскрытой ладонью и что- то крикнул. Перед ними открылся, темно- фиолетовый портал, ведущий в неизвестность. Директор очень надеялся, что это приведет их в Берн. На конгресс, на котором решится судьба мира.

Усмехнувшись очередной театральной выходке своего спутника, ОПЗМовец вошел за ним в темную пустоту.

– Кто- нибудь, скажите мне, что я не опаздываю!

– Нет, босс, вы не опаздываете, – обнадежил женский голос сзади.

Человек в сером костюме- тройке бежал по залу так, что его расстегнутый пиджак развевался от ветра. Черные пуговицы грозились оторваться, а узел галстука сошел влево. Бегун влетел в лифт, за ним – девушка, которая его сопровождала. На недоумевающий взгляд одного из пассажиров (единственного, кроме вышеобозначенных) они ответили тем, что буквально вышвырнули бедолагу прочь. Когда створки сомкнулись, человек в сером наконец поправил свой галстук.

– Боже, и как прикажете все успевать в таком огромном здании? Проверки, подписания, совещания. И все на разных этажах! А быть президентом нелегко, я упоминал?

– Раз сто или двести, – усмехнулась девушка, – я вам не секретарь, но не забудьте, что еще в Берн лететь. На конгресс.

– А, это да. Это я помню. Но сначала, нужно встретиться с исполнителями. Выдавать контракты, кстати, тоже затруднительно. Каждый так и ищет возможности обмануть меня.

– Это Синдикат «Вавилон», босс. Как же иначе?

– Ну да, точно, – президент широко улыбнулся, – никогда никому нельзя доверять. Если я говорю, приведите мне такого- то человека, то они должны привести его мне лично.

– Раз мы заговорили об оплате. Я тоже к вам по делу, – девушка достала из кармана своего темно- синего жилета небольшое черное устройство, провела по нему пальцем и протянула боссу.

– Да- да- да, Ада, я помню о тебе. Подожди немного. Сначала уладим дела с…, – двери лифта открылись, являя взгляду пассажиров длинный коридор, полностью застекленный слева. Сквозь окна лил свет и практически сразу ослеплял тех, кто впервые появлялся на этаже. В этом президент смог убедиться лично. Когда глаза привыкли, он рассмотрел двух мужчин в черной военной форме и с нашивками на левом плече, изображавшими грифона, схватившего змея. Босс усмехнулся, чего только не придумают эти наемники, – этими господами! – он раскинул руки, – рад видеть. Фрэнсис Клауд. Но вы можете звать меня как все: босс. Что у вас?

– Привели к вам Престона, как и договаривались. Он ждет в кабинете.

– Хорошо. Хорошо- о- о- о, – потер руки Фрэнсис, а потом приложил ладони к дверям впереди и резко раскрыл их.

В кабинете президента находились еще двое: наемник, с той же нашивкой, что и у других и лысый мужчина в костюме. Последний стоял на коленях, капая кровью на ковер, чему Клауд не обрадовался, однако не стал заострять внимание. Рот пленного был перевязан обрывком белой тряпки. Президент приблизился к нему, посмотрел с разных сторон, потом извлек из внутреннего кармана пиджака платок и, обернув им кисть, взял мужчину за подбородок и покрутил голову, внимательно всматриваясь. На каждое движение пленник отвечал стоном.

– Да, он. Молодцы, господа. Отработали свой гонорар сполна, – Фрэнсис бросил платок куда- то в сторону и извлек мобильный телефон. Какое- то время он молчал, проводя манипуляции, а затем поднял голову, – деньги успешно переведены. Как насчет еще одного предложения?

– Слушаю вас, – произнес наемник, ожидавший в кабинете.

– Облегчите моим ребятам задачу: займитесь допросом. Десять тысяч сверху за сведения о сейфе. Пять тысяч за маршрут следования и… по сотне за каждую сломанную кость, которая не приведет к смерти, – Клауд поймал испуганный взгляд пленного, – прости, Престон, ты мне очень сильно досадил. И я теперь… денег и сил не пожалею. Ну, так что? Договорились? – президент протянул руку лидеру наемников.

Тот пожал ее и кивнул. По щелчку пальцами, наемники покинули кабинет президента, волоча за собой тело Престона.

– А ковер- то… недешевый, – произнес босс, продолжая смотреть на красное пятно, ярко выделяющееся на сером узорчатом ковре.

– Купите себе новый. Как насчет моего гонорара? – Ада скрестила руки на груди и села на бежевый диван, устроившийся у стены, левее входа.

– Точно, – Фрэнсис достал теперь устройство, поданное ему наемницей, провел ряд операций, а затем протянул его девушке.

– С вами приятно иметь дело, – дежурно бросила Ада.

– Раз так, можно ли тебя еще кое о чем попросить? – президент сел в кресло, опустился к одному из выдвижных ящиков.

– Любой каприз за ваши деньги.

– Да ну? – щелкнул замок, – а по дружбе? – Клауд улыбнулся.

– Вы мне не друг, босс.

– Это ты верно подметила. Вот! – он бросил на стол пачку документов, – бери.

– Это что? Бумага?

– Конечно. Весьма надежно. Никому не отследить. И я верю, что они отлично будут спрятаны у тебя.

Ада стала листать документацию, вникая в суть задания. Она не говорила ни слова, за исключением редкого хмыкания. Закончив, девушка подняла глаза к Фрэнсису.

– Это еще кто? Зачем он вам?

– Скажем так: хочу уйти на пенсию. А этот парень мне ее обеспечит.

– Пенсию… Он вор. На кой…, – она осеклась, – неужели?! Вы хотите, чтобы он принес…

– Точно.

– Тот самый, который…

– Именно так. Берешься?

– Но почему именно он? Почему вы доверяете настолько важное задание…человеку?

– А не тебе? – снова улыбка озарила лицо президента, – ну хорошо. Во- первых, тебя там стопроцентно знают в лицо. Во- вторых, ты не воровка. Или я чего- то не знаю? Воровка?

– Нет.

– Вот видишь. Целых две причины. Ну что? Я могу на тебя рассчитывать?

Ада глядела на одну из страниц документа. Долго. При том не проронив ни слова. Фрэнсис понимал, насколько сильный сейчас удар наносит по ее гордости. Ада считала себя лучше остальных. Лучше людей, как она часто любила выражаться. А сейчас, ее больно ударили о землю, показав, что человек умеет что- то, чего Ада не может.

– Хорошо, я в деле.

– Вот это я понимаю! Деловой подход. Бери бумажки и отправляйся немедленно.

– Босс, – уже перед выходом обратилась к Клауду девушка, – а почему я? Почему не Скотт, Вернон или Мартин? Хотели меня задеть?

– Нет, Ада. Ты, потому что ты лучше, – президент соединил пальцы в замок, – более не задерживаю.

Дверь закрылась.

Зазвонил телефон. Клауд снял трубку.

– Клауд. Да, еду. Скоро спущусь. Как ждет уже полчаса? А раньше не могли меня оповестить? Пусть уже ждет теперь, – он убрал мобильный в пиджак, выдохнул и поднялся с кресла. Закрыв свой кабинет, президент направился к лифту. Створки сомкнулись. Одиночество. Играла мерная музыка. Клауд напевал ей в такт, а затем потряс правой стороной пиджака. Послышался знакомый треск. Он вынул из кармана пузырек, открыл крышку, вывалил две таблетки на ладонь и окинул их взглядом, – ох, ребята, без вас мне не жить, – отправив их в рот, Фрэнсис блаженно выдохнул, – черт, последние были. Придется весь конгресс держаться. Будем надеяться, эти переговоры пройдут быстро и…не приведут к миру.

Фрэнсис вышел на улицу через фойе, открыл дверь ожидавшей его машины и приказал водителю ехать в аэропорт.

Раскрывшийся темно- фиолетовый портал выпустил Константина и Адама в широкий конференц- зал, где все уже было готово к грядущим переговорам. Лорд Легионов, не дожидаясь приглашения, сел на один из стульев.

– Опаздывают, – констатировал он, глядя на часы, висящие над одной из трех входных дверей.

– Не все такие пунктуальные, как ты. И не все обладают кольцом, способным переносить их куда угодно, – генеральный директор сел на свое место, достал из внутреннего кармана пиджака бумагу и темно- серый футляр, который положил на край стола. Держа лист левой рукой, правой он раскрыл коробочку и извлек оттуда очки, которые тут же надел.

– Зрение подводит, гендиректор? – улыбнулся Адам.

– Вроде того. Тут настолько мелкие буквы, что без очков и не разглядишь.

– А что это вообще?

– Примерный план выступления. Набросал, пока было время, – Константин отодвинул от себя листок и стал искать глазами ручку, а когда нашел, то принялся вычеркивать ненужные ему предложения.

– А ты основательно подготовился, – с уважением кивнул Адам, – только, любой план летит к черту после первого брошенного слова. Так что, советую тебе приготовиться к импровизации. О, кстати об импровизации!

Одна из дверей открылась, и через нее в зал вошел мужчина в сером костюме- тройке. Он пригладил короткие волосы, улыбнулся, увидев идущего к нему Адама, и пожал ему руку.

– Добрый день, господа, – вошедший кивнул Константину, тот ответил тем же. Он, не прекращая улыбаться, проследовал к стулу, который находился напротив лорда Легионов. Синдикат и Легионы Совершенных сотрудничают теснее всех, и это можно объяснить как минимум рядом чрезмерных сходств их лидеров. В них обоих чувствовался неподдельный эгоизм и стремление к личной выгоде. Этого Константин не разделял. Сам он занял свой пост ради того, чтобы сделать жизнь людей лучше. Конечно, путь был весьма тернист, а руки директора пришлось омыть кровью.

– Еще ждем, да? – поинтересовался Фрэнсис.

– Да, что- то генерал Файн запаздывает. А ты еще хочешь мириться с этими повстанцами. Они ведь даже на переговоры не приходят, – покачал головой Адам.

– Господин директор, а нельзя ли узнать, чем вызвана инициатива мирного урегулирования?

– Давно пора подумать о гибнущих тысячами людях. Думаю, если дать повстанцам право существовать, то конфликт уладится. Боевые действия стихли, а те, кто ставили своей целью полное уничтожение ОПЗМ, уверен, давно уже мертвы.

– Все да не все, – ехидно усмехнулся лорд.

– Нильсон сделает так, как решит Совет. А они давно уже за мир. В любом случае, сегодня он нас не побеспокоит, а поэтому можно надеяться на…

Еще одна дверь открылась, впуская в зал последнего участника Бернского конгресса. Генерал Армии Освобождения окинул взглядом присутствующих, глубоко выдохнул и проследовал к приготовленному для него стулу.

– Здравствуйте, генерал Брайер, – протянул руку Клауд.

Тот неохотно сжал ее один раз и поспешил убрать ладонь, а потом обратил свой взгляд на радостно удивленного Адама, который держал руку у виска.

– Нильсон? – генеральный директор поднял бровь, снимая очки и убирая их в футляр. Прав был лорд, план уже летит к черту, – не ждал тебя здесь увидеть.

– И я не ждал. Томас попросил его заменить. И на всем гребаном материке не оказалось почему- то человека достойнее меня!

– А что же с Томасом? – вопрошал лорд.

– Он… он вступает в новую должность.

– В любом случае, раз все в сборе, то пора бы начинать, – Константин поднялся со стула и поправил пиджак, – прежде всего, рад, что инициатива нашла отклик, и вы все собрались здесь, чтобы помочь мирному урегулированию конфликта. Именно этого и является главной целью Бернского конгресса. Мир, а потом и создание пути к согласию, – он соединил кисти в замок, – предлагаю начать того, что, я полагаю, заботит нас больше всего. Перераспределение территорий предлагаю не проводить. Каждый останется на тех землях, которые имел в начале войны. Так нам будет легче в будущем наладить сотрудничество, не отвлекаясь на освоение и… хм… трансформацию, в идеологическом плане, новых территорий. Все согласны?

– Да, – кивнул Фрэнсис, все еще улыбаясь. Казалось, эта лучезарная улыбка не сходила с него даже во сне.

– Вполне, – махнул рукой Адам, не сводя глаз с Нильсона.

– А ты, Нильсон? Имеешь что- то против? – поинтересовался Константин.

– Нет, – буркнул повстанец в ответ.

– Знаете, суть этих переговоров, в конечном счете сводится к урегулированию конфликта между ОПЗМ и Армией Освобождения. То есть, между вами двумя, – лорд легионов указал пальцем на Константина и Нильсона, – мне- то что? Я союзник, а Клауд у нас вообще нейтральная сторона. Точно? – президент кивнул.

– Он прав, – согласился генеральный директор, – основные противоречия между нами. Помимо того, что я готов оставить за Армией Освобождения все ее нынешние территории, ОПЗМ охотно передаст вам всех военнопленных. Конечно, ждем того же в ответ. Также я предлагаю наладить экономические коридоры для оказания поддержки разрушенным районам обеих стран. А также мы можем возродить одну из традиций старого мира: создать межгосударственную организацию, решающую вопросы, касающиеся всех нас. Что скажешь, Нильсон? Вот моя рука, – Константин протянул руку в перчатке сидящему напротив генералу. Тот молчал, лицо его сделалось серьезным как никогда. И после нескольких секунд тишины, он поднялся.

– Будь здесь Файн, он, может быть и поверил бы в то, что вас беспокоят жизни других, поэтому вы хотите мира. Возможно, ты и твои ребята скормили это дерьмо Совету, скормили это дерьмо Томасу, но я в него верить не намерен. Годы назад я начал борьбу, чтобы избавить мир от тебя, – он ткнул пальцем в Константина, – и тебе подобных, вроде него и того в сером.

– А без оскорблений никак? – развел руками Фрэнсис.

– Брось, Нильсон, личная неприязнь ко мне не должна туманить твой разум. Сколько лет уже прошло, а ты все злишься из- за нее? Из- за того, что я тебе отказал в услуге?

– Это давно уже шире!

– Давай, назови меня болезнью мира, как ты хотел. Я чувствую, это крутится в твоей голове, – Константин сохранял самообладание.

– Не смей лезть мне в голову!

– Да тут и Дар не нужен. Послушай, а ты не заметил, что именно тот, кого ты считаешь воплощением всего зла, что есть на свете, протягивает тебе руку. Просит зарыть топор войны, тем более на выгодных условиях. Я ничего не отнял у вас. Не потребовал того, что принадлежит, по сути, мне по праву.

– По праву завоевателя и убийцы!

– И все же. Оставь, Нильсон. Давай забудем старые обиды.

Константин бросил взгляд на Фрэнсиса и Адама. Сидят и потирают руки. Им только на руку продолжение войны. Один продолжит делать на ней огромные деньги, а второй… второй просто не умрет от скуки, изредка отправляясь вырезать повстанцев. Неужели директор здесь один думает о судьбах людей?

Генерал покачал головой.

– Ты никогда не заслужишь моего прощения, понял? Плевать я хотел на твой мир. Тебя остановит только война. Только смерть на войне. И она придет, очень надеюсь, от моих рук.

– Ох ты! Как пафосно! – всплеснул руками Адам, – ты слышал, Константин? Я бы испугался на твоем месте.

– Вот значит как? Плюешь мне в лицо? Плюешь на то, сколько миллионов людей еще придется положить ради того, чтобы ты понял, что борьба бесполезна? Будь по- твоему. С этой секунды за каждую смерть ОПЗМовца, повстанца, легионера, Фрэнсис, без обид, твои люди вольны, ты, Нильсон, отвечаешь лично. И поверь мне, у всего есть последствия.

Два взгляда наполненных злобой встретились. Ненависть, казалось, вырвалась за пределы душ двух людей и заполонила собой весь зал. Поднесите только искру, чтобы она вспыхнула, испепеляя все вокруг.

– Однако я дам вам неделю. Чтобы люди, разум которых еще не помутился от ярости, смогли все обдумать и принять верное решение. Но помни: ты рушишь надежду на новый мир!

– Я ее олицетворяю, – произнес Нильсон и покинул зал, распахнув двери.

Глава 1. Украденное

Ада Страйдер подняла стекла джипа, чтобы вихрь песка разлетающийся над колесами, не лез в кабину. В какую же даль ее занесло! Она свернула направо, на серпантин, ведущий на вершину склона. Двигатель джипа ревел, а сам он иногда чуть подскакивал на дорожных неровностях.

Оказавшись наверху, Ада нажала на тормоз, вышла из машины и остановилась в изумлении: трейлер. На вершине склона, вдали от всего стоит одинокий темно- белый грязный трейлер. Девушка сняла солнечные очки и повесила их на жилет, чуть расстегнув молнию. Проверив оружие в кобуре и натянув перчатки, она медленно пошла к жилищу вора.

Дверь оказалась не заперта. Наемница проникла внутрь трейлера и осмотрелась. Он был небогат на вещи: на полу лежал черный плоский телевизор, выдернутый из розетки, рядом с ним находился широкий деревянный стол на коротких ножках, в углу стоял белый пластмассовый стул, а маленькая кухня дополнила картину скромным табуретом.

Но самой важной частью интерьера для наемницы сейчас было висящее под потолком тело. Мужчина покачивался на толстой веревке, обвитой вокруг его шеи, а под ним лежал клочок бумаги. Девушка подняла записку и прочла следующее: «В моей смерти прошу винить Гаррисона и Уолтера Макка». Предложение оканчивалось тремя огромными восклицательными знаками, а в нижнем правом углу листка была подпись: «Туз».

Ада подняла глаза к мертвецу. Неужели все зря? Часы езды, чтобы увидеть в дряхлом трейлере повешенного. Девушка усмехнулась. А костюм у него неплохой был, – подумала она, касаясь белого пиджака. Может, найдется что- то ценное, чтобы хоть как- то возместить Аде ее труды. Но ни внутри пиджака, ни в кармане белых брюк ничего не оказалось, а когда девушка приставила табурет, намереваясь проверить нагрудный карман черной рубашки, веревка оборвалась, и тело упало на землю.

– Вот черт! – выругалась Ада.

В ту же секунду на улице раздался рев еще нескольких двигателей машин. Девушка выглянула через раскрытую дверь и поняла, что скрыться уже не успеет. В маленьком домике прятаться было попросту негде, а джип ее гости заметят сразу же.

– Вы двое, проверить машину! – скомандовал кто- то снаружи, – остальные со мной в дом.

Но прежде чем неизвестные пересекли порог, на дороге у них возникла Ада.

– Кто вы такие и что вам здесь нужно? – девушка сразу взяла на себя инициативу.

– То же самое можем спросить и у тебя, – ответил мужчина в черной военной форме, держа руки на винтовке. Он кивнул, и двое его сопровождающих вскинули оружие, – идем- ка на воздух.

Наемники, сразу поняла Ада. Об этом говорила их разнящаяся экипировка и снаряжение: одни носили шлемы, другие – маски, а кто- то предпочел голову не покрывать. А еще она узнала герб: большая черная птица на белом треугольном фоне. Контингент «Черного Сокола».

Ее сразу же разоружили и приказали поднять руки. Сейчас преимущество было на стороне противника, поэтому девушка подчинилась.

– Видела этого человека? – один из наемников показал фото. Без труда Ада узнала на нем так называемого Туза.

– Конечно. Лежит вон там на полу. Не успели вы ребята, – наемница кивнула в сторону трейлера.

Туда сразу же отправились двое наемников. Через несколько секунд они подтвердили слова пленницы.

– Тогда вытащите тело и грузите его в багажник. Покажем боссу, что есть. А ты, отвечай, кто такая и на кого работаешь?

– Ада Страйдер. Один из наемников Фрэнсиса Клауда.

– Да ладно?! – воскликнул один из бойцов, – врешь.

– Не веришь? У меня КПК в правом кармане жилета. Глянь.

Только наемник опустил оружие, как главарь смерил его взглядом.

– Достань сама. И без глупостей, а то…

Разговор прервал звук заводящегося двигателя. Дверь джипа захлопнулась, и он покатил вперед.

– Эй! – выкрикнула девушка и, воспользовавшись замешательством наемников, ударила одного из них в живот. Бедолагу выбросило со склона. Остальные тут же среагировали, но слишком медленно: наемница прыгнула к одной из машин, забралась внутрь и надавила на газ.

Свой джип она настигла на серпантине. Через узкую щелку заднего стекла Ада никак не могла разглядеть угонщика, а потому надавила на педаль до отказа, стараясь поравняться со своим джипом.

Ее задача упростилась, когда серпантин остался позади. Однако транспорт наемников «Черного сокола» все же серьезно уступал по скорости синдикатовскому джипу. Тогда девушка открыла дверь и выбралась на крышу. Ветер бил ей в лицо, развевая волосы. Ада прищурила глаза, целясь, и, вложив силу в мышцы ног, оттолкнулась, смяв крышу, и приземлилась прямо на свой джип. Рухнув плашмя, она обхватила руками кабину.

Угонщик осознал, что происходит и начал пытаться ее стряхнуть, водя автомобиль из стороны в сторону. Держась из последних сил и нащупав пальцами ветровое стекло, Ада стукнула по нему, разбивая его на осколки. Но еще она почувствовала удар обо что- то твердое и упругое. Судя по вскрику, это оказалась голова водителя. Наклонившись ниже, наемница смогла дотянуться до ручки и изнутри открыть дверь, после чего легко попала в кабину, вытеснив угонщика не соседнее сидение. И каково же было ее удивление, когда она обнаружила человека в белом костюме с черной рубашкой. Как две капли воды похожего на того, кто висел в трейлере. Он смотрел на нее сквозь серую маску, тонкими линиями разделенную на ромбовидные сегменты, часть из которых в центре собралась в виде карточной масти – трефы.

Туз дернул за ручку второй двери, открывая ее. Он собирался выпрыгнуть и непременно сделал бы это, если бы наемница не успела ухватить его за ворот пиджака.

Тогда вор достал пистолет, но Ада схватила его за дуло и сжала, сминая конструкцию. Дав пассажиру в лицо своим лбом для успокоения, девушка пристегнула его ремнем безопасности.

– Ты не из головорезов Макка, – с болью произнес Туз.

– Да? С чего взял?

– Они вот так, – он показал испорченный пистолет, – не умеют. Ты Ада Страйдер, верно?

– Хоть кто- то меня узнал. Короче, – она глянула в зеркало заднего вида. На горизонте преследователи, как и ожидалось, – поговорим потом. Сейчас дави на тормоз.

– Что?

– Тормози и развернись к ним!

Вор выполнил указание, Ада выпрыгнула из машины, вытянув за собой Туза.

Преследователи приближались. Первые пули застучали по корпусу джипа.

Ада высунула голову, снова целясь, уперла ногу в сидение своей машины, а затем толкнула со всей силы. Два транспорта врезались друг в друга, отлетая в разные стороны. Девушка побежала к разбившейся машине наемников «Черного Сокола», подняла лежащую рядом с ней винтовку и одну за одной продырявила головы экипажа. Даже если они уже были мертвы, удостовериться не помешает. Она вернулась к Тузу и закинула оружие на плечо.

– Меня Фрэнсис за тобой отправил. Хотел предложить работу. Интересует?

Туз посмотрел за спину девушки, глядя на разрушенный остов машины, и кивнул.

Как много внимания для одной персоны, – посмеялся Туз в мыслях. Ему льстило, что за ним охотятся как минимум два очень влиятельных человека. И в этой гонке главный приз достался Фрэнсису.

Приходилось о нем слышать. Конечно, в основном слухи и нельзя сказать, что – правда, а что – нет, но говорили, будто это крайне опасный человек. Намного влиятельнее кого бы то ни было в Синдикате. Везде и всюду у него есть доверенные люди, причем как доносчики, так и убийцы.

Туз сидел откинувшись в кресле внедорожника. После того, как от транспорта пришлось избавиться в бою, ему понадобилось пройти несколько километров по дороге, прежде чем наткнуться на населенный пункт. А там дело техники: взломать замок, соединить проводки. Правда, его спутница захотела сесть за руль. Во избежание конфликтов и побега. Оно и понятно. Он слышал, как бьется сердце сидящей рядом девушки. Эта Ада Страйдер внушает уважение. А как она смогла разделаться с наемниками! Захватывающе. Интересно, как она выглядит?

– Простите, – он ткнул пальцем в белой перчатке в плечо водителя.

– Что надо? – грубо отозвалась Ада.

– Как вы выглядите?

– Не поняла.

– О, вы, наверное, не в курсе. У меня проблемы со зрением, – он поводил рукой перед лицом. Легкий ветерок прошел сквозь маску и коснулся кожи, – вижу ровным счетом ничего.

– Ничего себе! Ты еще и слепой! Да Фрэнсис меня совсем на дно опустить решил! – возмутилась наемница.

– Зато я слышу и чувствую лучше многих зрячих. Поверьте, в моем деле этого достаточно. Так вы удовлетворите мой интерес, Ада?

– Нормально я выгляжу. Не хуже остальных. Доволен?

– Нет, но настаивать не стану, – Туз повернул голову к лобовому стеклу.

Казалось, что путь был бесконечен. Вор уже не до конца понимал, то ли он настолько далеко забрался, чтобы спрятаться от Макка и его людей, то ли Фрэнсис живет в таком отдалении. До ушей донеслись новые звуки: гудки, рычание моторов, щелканье шлагбаумов, людские разговоры. Шоссе. Город. Они в большом городе.

– Где мы? А, хотя погодите, угадаю сам, чтобы вы не считали меня беспомощным, – Туз услышал, как девушка усмехнулась. Он сосредоточился и стал выделять необычные звуки. Где же? Где же? Поезд. Не то. Метро много где есть. В том числе и надземка. Вот. Шестерни поворачиваются. Опускается что- то металлическое. Он уже слышал это раньше. Похоже на…, – Биг Бен! – воскликнул вор, – мы в Лондоне!

– Молодец, – холодным тоном ответила девушка, ни капли не восхитившись мастерством Туза. Интересный замок. Удастся ли его вскрыть?

А звуков становилось все больше, и все тяжелее было их выдерживать. Но это уже не впервой. Туза учили контролировать обостренный слух: надо лишь расслабиться и сконцентрироваться на чем- то одном. И он четко знал, на каком звуке хотел бы сконцентрироваться.

– Какое дело предложит мне Клауд?

Вот пристал, – донесся шепот.

– Думаю, он сам рад будет тебе сказать, – раздраженно отозвалась Ада.

– Вы все еще злитесь из- за того, что я украл ваш транспорт? Извините, хотелось только спасти свою жизнь. О ваших намерениях я понятия не имел.

– Нет, – отрубила наемница, – за это я уже дала тебе по голове.

– У вас хорошо поставлен удар, надо отметить. Что же тогда во мне вызывает у вас такой приступ…

– Слушай, – перебила его девушка, – будь добр заткнуться. Видимо, у тебя отсутствие зрения вылилось в чрезмерную болтливость. Хочешь поговорить? Говори с Клаудом. Я тебя к нему доставлю и разбежимся. Усек?

Вот это напор, – улыбнулся Туз. Тут, видимо, что- то личное. Хотя он даже и не встречал Аду ни разу в жизни. С памятью у вора всегда было все в порядке. Помнил каждого человека, кто перебросился с ним хотя бы парой фраз. Тем более, такую девушку он бы запомнил точно.

Ему нравился этот резкий голос. В нем чувствовалась сила, твердость, решительность. Это всегда восхищало Туза в женщинах. А внешняя красота давно для него была на последнем месте.

Но все же вор решил не злить свою попутчицу и на остаток пути замолчал. Они проезжали вглубь города, и теперь к звукам примешивались запахи. Мягкий теплый аромат свежеиспеченного хлеба из пекарни, которую они миновали мгновение назад, разбудил голод. После до ноздрей донесся запах машинного масла и, едва уловимый, человеческого пота. Похоже, что у кого- то испортилась машина, и он изо всех сил старался ее починить. А это что? Какой- то одеколон мужской. Туз повернул голову в сторону источника. Что же тут еще? Похоже на кофе. Латте, вроде. И…какие- то сладости. Пахнет теплом и техникой. Еще доносится звук человеческой речи, но как будто на записи. Телевизор. Хм, похоже на…

– Ларс, пропусти нас на парковку, – произнесла Ада.

– А, здравствуй, Ада. Давай пропуск, – донесся треск, когда охранник задел пальцем край карточки, – а кто это с тобой в маске? Грабителя что ли везешь? – с ноткой веселья в голосе спросил Ларс.

– Ага, вроде того. Клауд у себя?

– Машина стоит. Вроде не уезжал, – он протянул карточку обратно, щелкнула кнопка, поднялся шлагбаум, – счастливо.

Ада остановила машину, отстегнула ремень и вышла наружу. Туз отправился за ней.

– Трость тебе не нужна? – с каким- то весельем бросила она, – чтобы дорогу себе простукивать.

– Издеваетесь. Нет, благодарю за заботу, не нужна.

Ада отвернулась и развела руками. Они поднялись по ступеням, раскрыли тонкую стеклянную дверь и проследовали к лифту. Интерес распирал Туза изнутри. Как же она все- таки выглядит? Сняв перчатку, он аккуратно провел пальцем по локтю, затем дотронулся до спины. Всего лишь легкие и незаметные прикосновения. Дотронулся до волос. И тут уже привлек к себе внимание, но успел быстро убрать руку. Ничего не сказала – ничего не заметила.

Что же можно сказать? Судя по тому, как он легко дотянулся до головы, Ада невысокого роста. Волосы короткие, чуть закрывают уши. Носит на руках длинные перчатки до локтя из неизвестного материала. На теле куртка? Нет, скорее жилет. Иначе, какой толк был бы в перчатках? На плече кожа чуть шершавая. Тату? Возможно. Неплохие данные. Очень интересно.

Тут двери лифта раскрылись, и вор вышел вместе со своей спутницей. Затем донесся щелчок, двери раскрылись. Туз почувствовал как ступает на ковер. Так, судя по теплу, бьющему в лицо, здесь есть окно, и оно прямо перед ним. Скрип, натяжение. Ада села на кожаный диван справа в углу. Шелест листьев. Зацепила какое- то комнатное растение. Стук клавиш, шаркающий звук. Перед ним человек. Что- то печатает на компьютере, рукой провел по деревянному столу. Шорох. Складки одежды. Видимо, костюм. К несчастью, больше ничего о себе узнать человек напротив не дал. Пока не заговорил.

– Молодец, Ада. Знал, что на тебя можно положиться. А ты, должно быть, Туз? Здравствуй, – он улыбнулся, – рад видеть. Ты у нас почти призрак. Найти было очень сложно. Очень сложно. От кого прятался, если не секрет?

– «Черный сокол». Думают, что я воровал ради конкурентов их данные.

– А ты воровал?

– Воровал, но не повод же это сразу убивать.

– Молодец. Мистер Макк не скупится на систему безопасности. Раз ты смог ее обойти, то подойдешь вполне для моего дела. А, где же мои манеры?! Фрэнсис Клауд, – он подошел и протянул руку. Туз сжал ее. Кожа гладкая. Мало или очень редко занимается ручным трудом. Скорее всего, больше мыслитель, чем деятель.

– Что за дело?

– О, это без меня, – Ада подняла руки и встала с дивана, – О, кстати, – обернулась она уже стоя у двери, – я там прибила пару наемников «Черного сокола». Предупреждаю, на случай если будут вопросы. Жду своих денег, – она покинула кабинет.

– Всегда она у вас такая раздраженная? – Туз сел на диван.

– Только когда ей предпочитают других, – шире улыбнулся Фрэнсис, – кстати об этом. Дело. Надо кое- что украсть для меня. Устройство, необходимое для дальнейшего развития событий. Мне доподлинно известно, где оно находится, но проникнуть туда – задача не из легких. И тут в игру вступаешь ты, друг, – он указал пальцем на Туза. Фрэнсис поднялся с кресла, и прошелся по кабинету, продолжая глядеть на вора, – проникнешь туда, выкрадешь устройство и принесешь его сюда.

– Куда именно проникнуть, сэр? Хотелось бы конкретики.

– В Куб, – улыбнулся Фрэнсис.

Самое защищенное место в ОПЗМ. Да он шутит. При всей своей имеющейся репутации, Тузу не справиться.

– Чувствую, что ты дрогнул. Но не волнуйся, Синдикат обеспечит поддержку. Данные, транспорт, оборудование – все с нас. Но! Внутри дело будет зависеть только от тебя, Туз. Не думаю, что стоит озвучивать, но все- таки: гонорар солидный, – синдикатовец соединил ладони. Вор услышал хлопок.

– Боюсь, что никакие деньги не стоят моей жизни, сэр.

– Понимаю, понимаю. Новое предложение: ты соглашаешься, а я взамен поговорю с мистером Макком. Туз, твоя жизнь и так в опасности, но если примешь предложение – появится шанс на ее спасение.

– Я прекрасно обходился и без вас.

– Вернее, прекрасно влачил существование. Пойми, попытаешься наняться к кому- то, тебя сразу найдут. Макк дрожит за свои вещи. И он не успокоится, пока не найдет тебя. Но! Одно рискованное задание, и ты при деньгах да еще и свободен.

– Если выберусь.

– Если выберешься. Но что лучше? Поставить все на кон и сорвать джекпот или же довольствоваться объедками? По рукам, Туз?

– Тогда еще одно условие, – Туз протянул руку, – поможете мне с Адой.

– А ты все- таки любишь риск! – воскликнул Фрэнсис, пожимая руку вору, – договорились. Немедленно начинаем приготовления. Операция серьезная, так что время есть. Недели тебе хватит?

– Вполне, сэр. Мне понадобятся все данные, что вы сможете предоставить о Кубе.

– Хорошо. Я все вышлю в…доступной для тебя форме. Тремя этажами выше есть несколько комнат. Они пустуют, так что можешь занять любую понравившуюся. Более не задерживаю.

Туз кивнул, встал с дивана и направился к дверям, но за миг до того, как их открыть, остановился.

– Сэр, – он решил удовлетворить внезапно возникший в нем интерес, – а если бы я не согласился, что тогда? – вор услышал смешок.

– Уверяю, мы бы договорились. Слишком многое на кону, чтобы отказываться.

Интересно, долго ли он продержался до того, как начал бы угрожать? Если он потратил столько сил, чтобы найти Туза, если он готов потратить столько ресурсов, чтобы добыть устройство, то дело для него невероятно важно. И судя по всему, отказа Клауд бы не принял ни в какой форме. Туз покинул кабинет.

Он раскрыл дверь в одну из комнат, и в лицо ему подул прохладный ветерок из кондиционера. Обследовав помещение, вор обнаружил в нем небольшую одноместную кровать, широкий стол из дерева, стоящий прямо под окном, кресло на колесиках без ручек, а также дверь, ведущую к ванной и санузлу. В общем, самое необходимое. Но Туз и этому был рад. Пока он скрывался от людей Макка, жить приходилось в таких условиях, что нынешняя обстановка – рай. Он поднял ворот пиджака и принюхался. В ноздри резко ударил едкий и кисловатый запах пота, к которому тут же добавился аромат выхлопных газов и слегка уловимая нотка крови. Может, поэтому Ада так на него злилась. Подобная вонь отпугнет кого угодно.

Туз снял с себя костюм, бросил его на пол, а сам отправился в душ. Теплые струйки омыли его лицо, а дальше, превращаясь в единый поток, очистили и тело. Закончив водные процедуры, вор озаботился мыслью о том, где же взять новые вещи, но каково было его удивление, когда на полу Туз не нашел своего костюма. Однако чуть позже он обнаружил новый комплект, аккуратно сложенный на кровати. Наверняка новый работодатель постарался. Облачившись, вор обнаружил новый галстук. Гладкий и мягкий. Он провел пальцами вдоль аксессуара и наткнулся на бирку. Пальцы наткнулись на выпуклую латинскую букву «Н». «Николетто». Интересно, ведь именно этого дизайнера предпочитал вор. И именно его галстук остался на кукле, которую Тузу пришлось подвесить под потолком в своем трейлере. Так Клауд и об этом знает? Неужели он еще и… Пальцы нащупали номер, которым обозначался цвет изделия. Невероятно! Фиолетовый. Да этот человек знает все. Затянув галстук, Туз сел в кресло и подъехал к столу. Не рассчитав силу, вор врезался в мебель. И на ней что- то дрогнуло. Что- то издало посторонний звук. Туз повернулся, провел руками по поверхности стола и нащупал устройство, похожее на планшет. В поисках кнопки активации вор почувствовал, как предмет в руках нагревается.

– Куб. Подробный план. Прослушать? – раздался металлический голос.

– Да, – ответил ему Туз, надеясь на голосовое управление.

Так и начались его приготовления. Прослушав запись, внимательно изучив каждое слово, вор понял, что проникновение в Куб близко к разряду невозможных. Однако, при должном рвении все может получиться. Тридцать этажей, каждый из которых заполнен людьми: будь то охрана или служащие. Конечно же, само устройство, которое описывалось мельком, находилось в самом низу. Чуть ли не под самим Кубом. Вход туда имелся только у начальника охраны, а также самого генерального директора. А само хранилище отпиралось ключ- картой, которая скорее всего находится при ее владельцах. Судя по данным, начальник охраны всегда внутри хранилища, значит, придется добывать ключ у Константина. Дважды обворовать одного из самых могущественных людей планеты. Туз даже засмеялся. Не сон ли все это? Ладно, порядок действий таков: проникнуть в Куб, найти ключ- карту, затем спуститься на этаж хранилища, там, минуя систем охраны и бойцов, открыть дверь, достать неведомое устройство и выйти. С последним проблема. Клауд не сообщает о габаритах. Удастся ли спрятать предмет в кармане, придется ли нести в руках или же на спине? Черт! Да и не факт, что его не заметят сразу после того, как дверь откроется. Слишком сложно. Слишком. А Туз уже в ловушке: отказаться значит навлечь на себя и гнев Клауда. А нашел его один раз, найдет и второй, но пойти на это дело равноценно самоубийству. Даже если ОПЗМовцы не пристрелят его сразу, то на допросе определенно смогут выбить всю информацию, а там в любом случае смерть. Либо от рук самих допрашивающих, либо от рук агентов Клауда.

Туз выключил запись и откинулся в кресле, скрестив руки на груди.

– Я в замешательстве! – произнес он. Последнее время привычка разговаривать с самим собой проявлялась у него все более явно, – может, объяснить Фрэнсису все? Выпросить у него оборудование. Плащ- невидимку какой- нибудь или… а такое вообще бывает, кстати? Ладно, ладно. У меня есть еще неделя. Не стоит бросать все в первый же день. Надо только подумать.

Туз лег на кровать, раскинув руки. Он снял маску, положив ее на стол рядом с собой, и запер дверь. Вор сделал глубокий вдох. Но вместо ожидаемого потока мыслей, его почти мгновенно настиг сон.

Проснувшись, он резко сел. За окном все стихало, солнечные лучи перестали греть комнат, и Туз понял, что за окном ночь. Возможно вечер. Он провел рукой по лицу, нащупал на столе рядом маску и надел ее, заправив края под ворот рубашки. Нужно навестить Фрэнсиса, попросить у него ресурсы.

Вор повернул замок и вышел в коридор, закрыв за собой дверь. У лифта он прождал недолго, довольствуясь одиночеством. В кабине он нажал нужную клавишу и стал ждать прибытия.

Фрэнсиса повезло застать в кабинете. Иных мест его пребывания вор не знал, что осложнило бы поиски. Туз аккуратно постучал, ожидая, что человек, набирающий что- то на клавиатуре, обратит на него внимание.

– А, добрый вечер, – отозвался лидер наемников, – чем могу?

– Я прослушал материалы, которые мне передали, – Туз устроился на диване, раскинув руки на спинке, – не хотите ли сказать, что именно я собираюсь украсть? Потому как важно знать, какого размера предмет.

– Я тебя понял. Не волнуйся, предоставлю пакет для переноски, – донесся смешок, – ты не пропустишь объект: он там в хранилище один.

Выстраивать такую систему безопасности ради одной вещи? Да что же это такое?!

– Еще мне бы не помешало отправиться в ОПЗМ и осмотреть Куб. Не изнутри, так снаружи.

– Осмотреть, – веселым тоном повторил Клауд, – забавно. Хорошо, достану тебе билеты. Да, давай вот еще какую деталь обговорим, – он отъехал на стуле назад, – я не привык тратить не получая что- то взамен, понимаешь? Мне нужен от тебя результат. И, как бы сейчас банально это не прозвучало, не добудешь мне луч, и тебя никто никогда не найдет. Мы поняли друг друга? – голос его звучал неожиданно холодно. Словно к твоему горлу приставляли нож. Не было и тени того радушия, с которого начался разговор.

– Вне всяких сомнений, – кивнул Туз.

– Хорошо. Так, давай повторим: сумка и билеты. Так?

– Так.

– Тогда летишь завтра. Удачи на месте.

– Спасибо, сэр.

Туз поднялся с дивана и покинул кабинет. Возвратившись в свой номер, он снял с себя костюм, устроив его на вешалке, которая была у шкафа справа от входной двери, и лег в постель. Однако сон к нему больше не приходил.

Утром к нему зашли и передали билеты. Вор снял маску, убрав ее во внутренний карман пиджака, поймал такси и направился в аэропорт.

В киоске рядом с входом в зал отправлений Туз приобрел темные очки, тут же надев их. Разобравшись со всеми формальностями, вор направился в ОПЗМ.

Страна приняла его холодно. Причем в прямом смысле. Вор сразу понял, что его костюм не подходит для здешнего климата: дрожь пробрала его до кончиков пальцев. Туз поспешил укрыться в здании аэропорта, но даже там было не намного теплее. Он тут же надел перчатки, чтобы хоть как- то спастись от холода, но помогло это мало. Выругавшись, Туз направился к выходу, расталкивая людей. Единственным его желанием сейчас было поймать такси и надеяться, что в машинах этой страны есть обогреватели.

Таксист что- то пробормотал на местном языке.

– Английский, – ответил ему Туз.

– Турист? Окей. Куда?

– К Кубу, пожалуйста.

И пока машина везла его к цели, Туз понимал, насколько столица ОПЗМ отличается от Лондона. Шум улиц здесь совсем другой: более размеренный. Люди точно знают, куда едут, куда идут, что сделают в следующий момент. Никто не спешит, живут они так, будто им известно все, даже время собственной смерти, и все давным- давно определено каким- то планом, поэтому смысла торопиться нет вовсе.

Таксист останавливался у светофоров, молчал. В салоне играло радио. Музыка прервалась новостями: мужчина с твердым голосом сообщал о каких- то событиях, но Тузу был невдомек смысл его сообщения, ведь язык он не разбирал.

– Приехали, – произнес таксист и повернулся, – с тебя три сотни.

Черт, он совсем забыл обменять деньги! Наличными у него с собой около пятидесяти фунтов. Сколько это по курсу?

– У меня нет ваших денег.

– Свои давай, разберемся, – пробасил водитель и протянул руку.

Туз сунул ему бумажку. Та зашелестела в руках таксиста, что- то щелкнуло, издало писк, он достал смартфон. Затем послышался звон, и в ладони вора оказались деньги: три купюры и несколько монет.

– Вот тебе наши, – произнес таксист, – хорошего отдыха.

Туз открыл дверь и вышел на улицу. Холод никуда не пропал, вор обхватил себя руками и стал растирать. Через какое- то время организм примирился с переменами погоды. Теперь нужно найти наблюдательный пункт. Он пошел вперед, переходя дорогу, затем снова свернул. Туз услышал скрип, сделал еще два шага и нащупал рукой скамейку. Звук повторился.

И вот теперь до него донесся голос женщины, которая и занимала скамейку. Судя по интонации, она задала вопрос.

– Турист, – только и произнес Туз по- английски, прежде чем сесть.

– А, тогда все понятно, – ответила она, – тяжело сориентироваться?

– Немного есть, – вор улыбнулся, – повезло встретить того, кто знает язык, а то ваш слегка…неясный.

– Мне первое время тоже было тяжело. Но потом ничего, выучила со временем. Вы откуда?

– Из…, – Туз чуть не обронил, что прибыл из Синдиката. Может, не стоит? Минус одна зацепка, если что- то пойдет не так, – Легионов Совершенных.

– Вы, наверное, впервые у нас, раз ведете себя так нерешительно? К чему было ощупывать скамейку?

– Мисс, понимаете ли, я…, – недуг Туза давал ему преимущество в общении. Особенно с противоположным полом. Всегда так легко надавить на жалость, – не вижу. Именно поэтому испытываю трудности с передвижением и ориентированием. У меня была трость, но в аэропорту она затерялась.

– Как жаль, – сочувствующе ответила женщина.

– Да, поэтому не могли бы вы мне помочь? Где находится Куб?

– А вы по какому вопросу хотите туда попасть?

– Попасть? И не мечтаю, мисс,…

– Миссис. Но вы можете звать мена Анна.

– Очень приятно. Я Расколь, – он протянул руку на голос и почувствовал, как миниатюрная ладонь сжимает его собственную.

– Так вам зачем нужно в Куб?

– Друзья говорили, что это величайшая достопримечательность в ОПЗМ! Мне бы взглянуть. Ну, то есть, хотя бы послушать.

– Он прямо перед вами.

– Вот как? – усмехнулся вор, – забавно вышло. А не окажете ли мне еще одну услугу? Опишите, будьте так любезны.

– Высокое здание в тридцать этажей. Длинна, ширина и высота примерно двести метров, полностью серый, создан как будто бы из фрагментов той же формы, но меньшего размера, однако это лишь дизайн. Вход с небольшим крыльцом и двумя стеклянными дверьми. За ним небольшой вестибюль с лифтами. Вокруг ничего: асфальтированная улица и дома на удалении.

– И зачем столь огромное здание?

– Здесь работают люди. Это не просто главное государственное здание, но и головной офис Организации. Именно отсюда всем руководит генеральный директор.

– Что же еще там есть?

– Много чего. От офисов до казарм. Всего не упомнишь и не назовешь.

– Вы бывали внутри?

Возникла пауза. Женщина усмехнулась, а потом сделала легкий вдох.

– Да, была. Раз или два. Может больше.

– Простите мою навязчивость, но как туда можно попасть?

– Очень просто: надо быть служащим Организации, работающим здесь или же иметь при себе особый ордер, позволяющий нас посетить.

– Нас? Так вы там работаете?

– Именно так.

Туз незаметно потянул к ней руку со спины, чтобы ощупать и найти карманы, но тут женщина резко встала.

– Мне пора. Обеденный перерыв окончен. Удачного отдыха.

Стук каблуков постепенно стихал, пока не исчез, сменившись стуком закрывающихся дверей. Туз с досадой щелкнул пальцами.

– Почти, – произнес он сам себе.

Вор достал мобильный телефон, набрал номер Клауда и приложил устройство к уху.

– У аппарата.

– Сможете устроить меня в Куб?

– Уже надоело с нами работать? – по голосу собеседник смеялся, – ладно, кроме шуток. Смогу. Но разве что клерком. Устроит?

– Устроит. Когда все будет готово?

– Через пару дней.

– Окей, босс. Тогда и свяжемся, – Туз убрал телефон и поднялся со скамейки. Он остановился у пешеходного перехода, обернувшись последний раз к Кубу, прежде чем отправиться в отель.

Вор возвращался к главному зданию в государстве поздней ночью, чтобы утвердиться в очевидной истине: в Куб один вход и один выход. По крайней мере, известный Тузу и Фрэнсису. Вентиляция слишком узка для тела наемника, а окна, если и не сделаны из чего- то непробиваемого, то явно не открываются, а выбивать их глупо: охранная система здесь на высоком уровне.

Через два дня практически безуспешных наблюдений в номер Туза постучали. Курьер протянул ему коробку, просил расписаться, а затем, вскинув кулак, ушел. Внутри нежданной посылки вора ждал новый костюм. Вернее, простая белая рубашка в комплекте с совершенно заурядными черными брюками и галстуком. На бирках значился какой- то неизвестный ОПЗМовский бренд. Также в сером конверте под одеждой лежал пропуск.

– Пора, – произнес наемник, облачаясь в новую форму.

Он узнал, что рабочий день в Кубе начинается примерно в девять утра, поэтому уже без пяти он стоял в дверях, поправив галстук. Вор пригладил свои волосы и направился вперед. Судя по запаху пота, оружейной смазки и слегка окислившегося металла, перед ним находилась стойка охраны.

– Пропуск, – нейтральным тоном попросил охранник. Туз протянул ему пластиковую карточку. Слышалось мерное сопение. Судя по всему, ОПЗМовец изучал надписи на карте.

– Хорошо, проходите. Прошу через металлоискатель.

Вор прошел через рамку и услышал писк, от которого его сердце екнуло. Конечно же, учитывая возможное наличие такого простого барьера, оружия он не брал. Кроме разве что своего фирменного, но все проверено, детектор на него не реагирует. А вот на устройство Клауда…

– Все металлические предметы на стойку, – охранник встал и подошел к Тузу практически вплотную.

Вор не видел и не слышал стойки, а потому пребывал в замешательстве. Неужели его возьмут уже на входе?

– Ну! Чего застыл? На стойку вещи металлические, говорю, – на счастье охранник стукнул дубинкой нужное место.

Пройдя, наконец, первое препятствие, Туз вызвал лифт. В кабине его окружала пугающая тишина. Требовалось найти Константина, а это не так- то просто в тридцатиэтажном здании. Однако вор быстро понял, что начать стоит с кабинета. Створки лифта разомкнулись, Туз думал выйти, но натолкнулся на кого- то. Он почувствовал сладкий запах духов, а еще тычок в живот чем- то острым. Краем папки или вроде того.

– Пятнадцатый, – произнес знакомый женский голос. Не может быть! – нажмите, а то мне неудобно.

– Я могу помочь, – неожиданно хорошо для себя произнес Туз по- русски. От безделья можно и на словарь наткнуться в интернете.

В его руках тут же оказалась увесистая папка с документами. Послышался щелчок кнопки, двери закрылись.

– А, это вы, – удивилась Анна, – не ожидала вас увидеть здесь.

– Друг устроил. А что? Неплохая работа. Хватит, чтобы семью обеспечить.

– Вот как. Расколь, верно? А вы неплохо выучили наш язык. Делаете успехи.

– Благодарю. А кто вас так загрузил, позвольте узнать? – пальцами он провел по бумагам. Да тут не меньше сотни листов.

– Генеральный директор. Велел отнести в его кабинет. Знаете, как оно бывает, иногда и сотрудники МИДа могут стать в его руках посыльными, – в последней фразе чувствовалась некоторая грусть. Неужели директор всеми помыкает как хочет? Хотя, в этом и соль деспотии. Какая же мерзость эта верховная власть, если подумать. Туз предпочитал, когда интересы других уважаются. В частности интерес на самоопределение и самообогащение. Он улыбнулся своим мыслям. А власть тирана этому только препятствует.

Двери лифта открылись, и Анна вышла вперед. Эхом в пустом коридоре отдавался стук ее каблуков.

– Прошу за мной. Я помню о вашем недуге, поэтому…проведу.

Девушка остановилась, провела ключ- картой по двери. Донеслось жужжание и щелчки, похожие на разрядку оружия. Туз вздрогнул. Неплохо защищается гендиректор.

Девушка открыла дверь и повернулась лицом к своему спутнику.

– Давайте мне все сюда. Спасибо за помощь, можете идти по своим делам. Извините, что отвлекла.

– Я как раз и хотел видеть гендиректора. Решил, что целесообразнее было искать в его кабинете.

– Мне жаль, его тут нет. А вам зачем? Может, я смогу помочь?

Туз не слышал здесь больше никого. Странно, данные говорили о том, что кабинет защищается изнутри четырьмя альфа- гвардейцами. Но, похоже, у защитников выходной сегодня.

Нужно найти сейф. Но вряд ли удастся спровадить Анну и остаться в одиночестве. Поэтому сейчас Тузу придется сделать то, что он ненавидит больше всего.

– Прости меня, – прошептал он на английском, чуть подняв голову к потолку.

– Простить? За что?

И сразу же кулак ударил Анну по скуле. Девушка отлетела к столу и ударилась головой. Она поднялась, но Туз снова сбил ее с ног. На этот раз лишив сознания. Он провел по ободранным костяшкам.

– Ну я и мразь, – укоризненно произнес он сам себе, – ну и мразь.

Сейф находился в стене правее входной двери за тонкой пластиной, скрывающей его от любопытных глаз. Кто не знает – не найдет. Туз знал. Он провел рукой по дверце и замку. Так- так- так. Кодовый спаренный с цилиндровым. Значит, нужен код и правильный ключ. Вор достал из кармана баллончик и распылил раствор на кнопки, затем провел рукой. Ага, вот где отпечатки. Субстанция сворачивалась, становясь плотной, отражая папиллярные узоры.

Туз ввел код, услышал писк и щелчок. Теперь выдвинулся паз для цилиндрового замка. Из рукава выскочила его личная отмычка. ОПЗМовский сейф с комбинированным замком марки «Засов». Значит…, Пальцем он отсчитал четвертое остроконечное приспособление и вставил его в разъем.

– Технологии Технологиями, но никто еще не хочет предавать большие металлические конструкции с секретами, – напряженно произнес он, проворачивая отмычку. Щелчок.

Первый цилиндр есть. Сейчас, просунуть бы в верный разрез. Щелчок. Еще один есть. Вор провернул еще раз, и устройство застряло. Он приложил чуть больше силы, но оно не хотело поддаваться.

– Давай же! Я не хочу тут вечно стоять.

Он дернул отмычку чуть на себя. Донесся треск, знаменующий риск поломки. Если она сейчас сломается, то останется здесь, а Туз не сможет похитить луч, а в таком случае он уже мертвец. Он дернул отмычку назад еще раз, потом вонзил ее в замок, провернул, подняв чуть вперед. Щелчок. Есть. Теперь последний. Поворот на девяносто градусов и…щелчок. Дверь сейфа открылась, и вор тут же запустил туда руку. Вот она карта!

Он поспешил закрыть за собой сейф, положил тело Анны на диван и ушел, прикрыв двери.

Вспоминая не раз прослушанные планы, Туз спустился вниз к хранилищу. Практически сразу он оказался перед огромной металлической дверью. В ней было не меньше трех тонн стали, определил он, нащупывая. Вор приложил добытую карту, и дверь открылась.

Здесь должна быть охрана. Туз уже слышал тяжелую поступь закованных в броню воинов. Прятаться некуда, тогда он выбежал назад, прячась за металлическую дверь.

– Генеральный…, – донеслось с той стороны, – так, а почему дверь открыта? – спросил приглушенный шлемом голос, – когда мы систему в последний раз проверяли?

– Вчера, товарищ командир.

– Сбоит. Надо проверить еще раз. Иди в управление, скажи этим компьютерщикам, чтобы диагностику запустили. Я пока тут закрою.

– Есть!

Один из металлических бойцов удалился. Туз решил воспользоваться шансом и рывком выскочил из- за двери. Гвардеец что- то хотел крикнуть, но выпущенная вперед металлическая карта воткнулась ему в горло ровно перерезав артерию. Кровь лилась ручьем. Тут Туз и запаниковал. Вся его одежда оказалась в темно- алой жидкости, форма гвардейца, стены. Это не убрать! Сейчас его хватятся! Вот же…

– Так, спокойно. Спокойно, – вор вытащил окованную по контуру металлом карту с пиковым тузом и убрал ее в карман, попутно начав искать пальцами другую вещь. Где же? А, вот. Он сдавил небольшой диск размером чуть меньше его ладони и убрал его в нагрудный карман рубашки.

Голографический проектор, выданный Клаудом должен был обеспечить его безопасность и выполнение дополнительного поручения, которое было записано на листке бумаги, найденном вором в том же сером конверте, где был и пропуск. На левую руку он прилепил пластырь. Теперь можно вступать в столкновение, не боясь разоблачения. Главное, выманивать этих гвардейцев по одному. А лучше вообще миновать.

Туз пошел вперед, преодолевая коридор. Любят же ОПЗМовцы строить коридоры. Уже через несколько секунд он был у главного помещения хранилища, где находился самый большой сейф в мире, как ему приходилось слышать.

Вор скрылся в темноте коридора, пропуская троих гвардейцев. Ушли, понял он по звуку захлопывающейся двери. Крадучись Туз добрался до хранилища, приложил карту и дверь сейфа открылась. Он вошел внутрь помещения. Ноги его стучали по металлу, слух и обоняние не воспринимали ничего, как будто здесь пусто. Выставив вперед руку, вор наткнулся на искомый предмет. Широкий и холодный. Похож на какое- то орудие. Огромное но с узким дулом. Скорее всего очень тяжелое. Да что же это?

– Не время мешкать, – одернул себя Туз.

Он вынул из брюк тонкий кубик, потянул за углы, раздвигая его под размер похищаемого объекта, а потом точно также сжал, но уже с орудием внутри.

Разворачиваясь Туз зацепил пластырем стойку, с которой снял свою добычу. Раздался звук, словно капля упала на пол. Все обязательства выполнены, пора уходить.

Он вышел из хранилища и направился в сторону коридора, намереваясь уйти тем же путем, что и явился сюда, но не тут- то было.

– Контакт! – закричал гвардеец, возникший позади из ниоткуда. В сторону вора сразу же полетели пули. Он пригнулся и ушел чуть в сторону, побежал наугад, понимая, что путь к коридору отрезан. Слишком узко, нет пространства для маневра.

Он наткнулся на какую- то дверь, дернул ручку на себя и буквально прыгнул вперед. Пули со звоном бились о металл. Вор побежал вниз по лестнице, оступился и полетел вниз. Затрещали ребра, удар в живот лишил дыхания. Вор перестал катиться вниз и ударился лицом о твердый пол. Треснули очки, которые Туз поспешил подобрать. В следующее мгновение плечо обожгло каленым железом.

Вор закричал, зажал рану и побежал вперед. Где он? Куда идти? Интуиция подсказала повернуть. Еще одна дверь. Удар. Не поддается. Стук металлических сапог нарастал. Удар! Их все больше. Дверь не поддается. Снова удар!

Туз услышал щелчок затвора и бросил в его направлении свою карту.

– Ах ты ж…, – донеслось в ответ. Раздался выстрел. Пуля сбила замок. А потом вор услышал, как его карта упала рядом с ногами. Вовремя пригнувшись, он успел избежать следующего попадания и бросился в раскрытую дверь.

– Вперед! Вперед! Вперед! – подгонял себя Туз. Рана горела, кровь уже пропитала ладонь и тонкой струйкой текла на пол.

Вор снова споткнулся и рухнул на землю. Он перевернулся на спину, морщась от боли, чуть прополз вперед, и рука наткнулась на служебный люк. Сердце бешено колотилось, стук стоял в ушах. Дрожащими руками Туз вынул отмычку, вскрыл замок и сполз вниз, упав в воду. Канализация, кажется. Одежда промокла, проектор перестал работать. Туз поднялся на ноги и побрел вперед, а вскоре ощутил дуновение ветра и пошел на него. Он снова выставил вперед руки, и вскоре они наткнулись на металл. Прутья. Вертикальные и горизонтальные. Спарены. Лестница! Туз вскарабкался вверх, ударился головой о новый люк, но на этот раз открытый. Отодвинув его, вор выбрался наружу.

Он услышал удивленные вздохи горожан, проходивших по улице. Кто- то хотел помочь, кто- то вызвать полицию. И от всего вор отказался, пойдя вперед и скрывшись в переулке.

Еле он нашелся в большом городе. Минуя большие скопления людей добрался до отеля, прячась от служащих вошел в номер, перевязал рану своим любимым галстуком и сел на кровать. Дрожащей окровавленной рукой Туз достал телефон, набрал номер Фрэнсиса и произнес одно единственное слово: «Сделано».

Константин был недоволен новостями, которые принес командор. Луч являлся очень важным ресурсом Организации. Хотя и есть Дана Вран в Легионах Совершенных, но те, кто похитил установку, должны ответить.

– Мои люди обыскали помещение. Был найден труп и многочисленные кровавые следы. Вот результаты анализа, – Олег Филатов протянул улику директору.

Константин изучил данные. Повстанцы…

– Вот как они отреагировали на мое предложение недели мира. Подлые твари! – кого они хотят воскресить? Зачем им луч сейчас? Слишком много вопросов. Сейчас стоит сконцентрироваться на чем- то одном.

– Неужели мы ударим, господин? – Олег с готовностью посмотрел на директора, но тот покачал головой.

– Сейчас армия не готова. И тебе это известно, но…не останемся в долгу. Нам нужно захватить того, кто что- либо может знать о местонахождении луча. И если мы потеряли установку, – Константин сжал механический кулак, – тогда будь готов вести войска в наступление.

Капитана Генри Вайлда отправили в качестве инспектора на одну из военных баз в Рио- де- Жанейро. Он был рад посетить теплые края.

– Это…важная миссия, а не туристическая поездка. Ты хоть понимаешь, о чем просишь? – возмутился Томас.

– Брось, генерал. Сам слышал, что ОПЗМ ослабила натиск, так почему бы и нет? – он все еще поддевал товарища, не обращая внимания на новую должность.

– Капитан, ты мне друг, но отправить вместе с тобой…как там ее?

– Мэри.

– Да…которая это уже? Зная твой нездоровый интерес, она не продержится дольше, чем пару дней.

– Нет, у нас все серьезно, – Генри уперся руками о стол генерала.

– Как и с сотней предыдущих, – Томас вздохнул.

– Ну, когда выпадет возможность? А ты знаешь, что эти авиакомпании так и норовят нажиться на честных гражданах.

– Ладно, ладно. Только не надо вот этого. Уговоров. Хорошо? Давай все прокрутим еще раз. Я дам тебе военный самолет, на который, в довесок, ты посадишь гражданскую. И какова вероятность, что ты займешься проверкой военной базы, а не…внутреннего мира красавицы?

– Долг превыше всего! И ты это знаешь, – Генри улыбнулся. Праздновал победу.

– Что ж. Хорошо, я тебе доверяю. Можешь идти. У тебя два дня!

Улыбка капитана стала еще шире, и он покинул кабинет. Томас упал в кресло и засмеялся.

Мэри была несказанно удивлена, когда парень попросил ее приехать к главному штабу Армии Освобождения. Дверь такси закрылась, и девушка встала перед зданием. Глаза ей неожиданно накрыли две ладони. А когда зрение вернулось, она увидела перед собой розу и…его. Капитан Армии Освобождения. Он произвел на нее впечатление еще тогда в ресторане. Кто знал, что времяпрепровождение с подругой закончится приобретением кавалера?

– Привет, – ласково произнес капитан, – смотрю, ты удивлена.

– Да, есть немного, – девушка смутилась, – решил показать мне место работы?

– О, нет. Намного лучше. Мы летим в Рио!

На лице Мэри отразились счастье и искренний восторг. Они обнялись. Девушка поцеловала капитана.

– Но, только на военном самолете. Мне нужно провести проверку. Пустяк, я быстро закончу, а ты подождешь. Договорились?

Мэри редко приходилось видеть военные самолеты. Особенно внутри. Генри усадил ее на сидение, пристегнул ремнями размером с нее саму. Машина поднялась в воздух. Девушка испытывала сильный дискомфорт при перелетах, особенно на больших скоростях. Капитан все время держал ее за руку.

Наконец, посадка. Ремни перестали давить. Мэри, шатаясь, встала. Генри обнял ее и вывел из самолета. Решили остановиться в одном из отелей. Для капитана быстро отыскали номер.

Девушка зашла в комнату и включила свет. Неплохой номер: кровать для двоих, широкоэкранный телевизор и различные дополнения к нему, отдельная ванная комната, шкафы, которые надлежало бы заполнить одеждой, но Мэри вещей не взяла. Она упала на кровать и недвусмысленно посмотрела на Вайлда. Тот улыбнулся, но покачал головой.

– Прости, дорогая, служба.

Он ушел, закрыв дверь. В душе росло желание поскорее все закончить, чтобы провести время с возлюбленной. Капитан вышел из отеля на улицу. Слышался гул машин, потоки людей направлялись по различным делам, лавочник кричал, пытаясь продать свой товар. Вот он, большой город. И это только первый взгляд. Капитан вздохнул и сел в подготовленный транспорт.

База в Рио- де- Жанейро была одной из самых крупных. Она состояла из нескольких обширных сооружений. Проехав через КПП, машина капитана направилась по дороге. В окне справа виднелся аэродром. На полосах стояли пустые, но готовые к рейду истребители. В тени одного из ангаров можно заметить бомбардировщик «Прайм». Машинка не крупная, но смертоносная. Джип свернул и уже вез Вайлда мимо ангара бронетехники. Широкое сооружение служило, вероятно, полигоном для испытаний бронемашин, а может, и инженерным цехом.

Еще один КПП. Теперь перед въездом непосредственно на базу. Капитан выглянул из- за спины водителя, чтобы рассмотреть здание, но лобовое стекло не позволяло полностью сделать этого. Когда документы были проверены, джип двинулся дальше. Остановка. Генри вышел на улицу. Солдатские сапоги ступили на твердь.

Послышались громкие отрывистые выкрики. Прислушавшись, капитан смог определить в них команды. Мимо пронесся строй солдат в спортивной форме. Во главе бежал человек с нашивкой на рукаве футболки. Сержант гнал своих бойцов по кругу, утрату выносливости компенсируя ускоряющими выкриками. Бойцы не заметили Вайлда, но тот и не особо желал этого. Пройдя чуть вперед, повстанец уловил запах жареного. Он повернулся в направлении аромата. Столовая. Пообедать сейчас было бы очень кстати. Мятежник посмотрел на часы: половина второго. Вспомнив о задаче, Генри направился к штабу.

Антеро Мигел да Силва, так звали командира этой базы. Он был на полголовы выше, что немного напрягало мятежника. На улице жарко, потому полковник, а таково было звание Антеро, стоял перед Генриом в рубашке без кителя. Человек он был уже пожилой, но с точностью определить, сколько ему или хотя бы в каком промежутке колеблется возраст офицера, было непросто. Лицо было твердым и волевым, как и полагается военному. Примечательной деталью было родимое пятно чуть выше правого виска. Оно было похоже на… для капитана напоминало остров, рядом с которым плавали три поменьше. Полковник отдал честь. Также поступил и Генри.

– Капитан Генри, – чуть хриплым голосом произнес командир базы, – слышал о вас.

– И что обо мне говорят? – Генри тоже сделал серьезное задумчивое лицо, чтобы играть с полковником на равных.

– Что вы ненасытны на поле боя и в компании дамы? Это так?

– Без сомнения.

– Тогда для меня будет честью принять вашу инспекцию, – Силва улыбнулся.

Стоит упомянуть, что Армия Освобождения условно делилась на три стороны: Север, Юг и Восток. Каждая обладала особым менталитетом и особенностями устройства. Так, например, Юг был склонен к патриотизму до запретных граней. Солдаты его не боялись смерти и воевали так, что враг, несмотря ни на что, чувствовал свое поражение. Пусть и моральное.

Полковник провел Вайлда по всей базе. От штаба до столовой. Дело заняло немало времени. Капитан уже устал и рад был, что завершилась инспекция в месте приема пищи. Силва предложил разделить с ним трапезу. Повстанец сел рядом за столом. В помещении больше никого не было, за исключением повара. Генри без лишних слов принялся поедать то, что ему принесли. У него не было привычки говорить во время еды. Сначала одно, потом другое.

Полковник тем временем молча наблюдал за действиями капитана. Казалось, он даже улыбался.

– Да, и аппетит у вас дикий, – отметил Силва.

– Не привык отказываться от предложенного, – ответил капитан, доедая остатки. Теперь можно перейти к делу.

– Надеюсь, моя база соответствует стандарту, капитан.

– Да, только подгоняйте своих солдат прибирать за собой окурки. Неплохо было бы избавиться от этой мерзкой привычки, – Генри поморщился. Сам он ненавидел сигареты, но к тем, кто их употребляет, относился спокойно. Люди свой выбор сделали.

Обсуждать оказалось нечего. За всеми делами капитан и забыл, что у него еще есть в запасе день…и ночь. Говорят, что в Рио необычайно красиво. Завтра его ждет прогулка с Мэри.

Генри попрощался с полковником и покинул базу. Машина довезла его до отеля. Капитан отпустил водителя.

Двери лифта открылись и мятежник вошел. Усталость навалилась. Не от ходьбы, но монотонности. Пошли туда, все там осмотрели, пошли в другое место – осмотрели, поговорили с начальником, пошли дальше… Капитан вздохнул и провел рукой по лицу. Когда он открыл глаза, то увидел коридор. Лифт доехал. Мятежник медленно вышел и направился к номеру. Он прислушался. За дверью тишина. Генри посмотрел на часы: около семи. Вряд ли она спит.

Капитан потянул ручку на себя и открыл дверь. Надежды не оправдались. Мэри сладко спала, обхватив подушку. Когда ничего не делаешь, сон приходит быстро, посмеялся повстанец. Он зашел со всей скрытностью, на которую способен, снял форму, бросил ее на стул. Послышался звон, разразившийся громом в комнате. Впервые в жизни капитан проклял свои жетоны. Девушка лишь перевернулась. Сапоги встали в углу. Генри аккуратно забрался в постель и приобнял Мэри. Тепло руки капитана подействовало, его возлюбленная открыла глаза и перевернулась, чтобы увидеть лицо того, в чьей компании сейчас находится.

– Ты уже вернулся? – шепотом спросила девушка, пока не до конца осознавая, что происходящее – реальность.

– Да. И у нас есть один день, чтобы осмотреть Рио- де- Жанейро. Вставай, время еще детское, – Генри поднялся с постели, нащупал выключатель и включил свет. Лучи люстры под потолком ослепили на секунду. Повстанец закрылся рукой.

Оба оделись, вышли из отеля и пешком направились в ресторан. Это было маленькое приключение, ведь ни Генри, ни Мэри понятия не имели, где в городе ресторан. Приходилось спрашивать у прохожих, поворачивать не туда, обходить. И вот, наконец, конечная цель. Капитан учтиво отодвинул стул, чтобы девушка могла сесть. Сам он устроился напротив и открыл меню. Невидимая игла кольнула его в затылок. Офицер огляделся. Это чувство опасности. Еще укол. Генри, чтобы не смущать подругу, закрылся меню, а сам осматривал окружающую обстановку. Ничего необычного. Официанты, посетители, блюда, свечи. Но чутье никогда не давало сбой. Ему он верил больше, чем словам друзей и своим собственным глазам. Оно выработалось за годы службы, вскормленное опытом и адреналином. И ни разу не подвело капитана. Укол вновь поразил его затылок. Но здесь никого нет, подумал Генри. Похоже, у всего бывают сбои в работе.

Как ни в чем не бывало, мятежник продолжил смотреть ассортимент, вызвав негодование Мэри своим долгим вниманием к меню. Укол повторился вместе с приходом официанта. Рука метнулась к кобуре, которой не было.

– Все нормально? – девушку удивило поведение повстанца.

– Да, искал в кармане чаевые, – нашелся, что ответить Генри.

У официанта заблестели глаза.

Ужин был бы великолепным, если бы не чутье, не дававшее покоя. Даже за время прогулки офицер не смог от него избавиться. Капитан осматривал крыши зданий, надеясь обнаружить невидимую угрозу, но ничего не смог.

Вот они возвратились в номер. Вот на замок закрылась дверь. Он почувствовал нежное прикосновение девушки. Теперь тепло ее тела. Звон жетонов, улетевших на пол. И больше никакого чувства опасности.

По лицу Вайлда провела рука, на секунду вернув его в реальность. Как приятно вновь ощутить прикосновение любимой девушки. Стоп…слишком шершавая. Это…перчатка! Капитан резко открыл глаза и увидел перед собой лицо Станислава Заречного. Лучшего разведчика ОПЗМ. Его действия никто не мог предсказать, но они всегда шли согласно какому- то замыслу. Повстанец схватил руку гостя, но услышал звук натягиваемой тетивы.

– А я тут не один, – расплываясь в улыбке, сказал Станислав.

Из теней вышли еще три человека в масках с красным смотровым бронестеклом, протягивающимся вдоль места расположения глаз. Пожалуй, единственная яркая деталь на фоне черной формы. В руках луки. Странная компания Станислава. Не раз их приходилось видеть за годы войны. К нему подослали убийц.

– Что тебе нужно? – и тут повстанец неожиданно понял, – где она?!

– Тише, тише. С твоей симпатичной подругой все хорошо, – разведчик отошел в сторону. Мэри сидела на стуле, ее связали по рукам и ногам, а заодно заткнули рот, – немного старомодно, но действует.

Капитан бросился на одного из Василисков, уводя левую руку с луком, а правую выворачивая. Апперкот опрокинул солдата. Оружие легло в руку. Но не успел Генри нажать на курок, как перед дулом возник Станислав. Тупой удар луком в лицо. Оружие выпало. Тетива сдавила шею. Бросок и мятежник уже на полу. Двое Василисков подняли его и скрутили руки.

– Капитан, я пришел не убить тебя. Я лишь посланник, – ОПЗМовец достал из сумки небольшой планшет и поставил его на стол. Он замигал, а через секунду появился Константин, вернее, его изображение, ведь по экрану то и дело проходила рябь.

– Что тебе известно о моем воскрешающем луче? – начал владыка.

– Практически ничего, – ответил повстанец. Глаза его наполнялись кровью.

– Повстанцы украли мой луч! Тебе должно быть что- то известно, ведь ты один из командующих, – и не только. Филатов нашел следы именно Вайлда. Может, он просто исполнитель, а за всем этим стоит что- то крупное. Нужно разузнать.

– Простым солдатам мало что говорят, – Генри хотел позлить Константина, чтобы хоть как- то отыграться, но о луче он, правда, не знал. Странно, что повстанцы именно украли луч. И не просветили его. История очень странная.

– Думаю, ты не осознал сложившейся ситуации. Пусть о луче тебе ничего и не известно, но эти данные наверняка есть в штабе Армии Освобождения. Принеси мне их.

Генри лишь фыркнул.

– Если ты откажешься – она умрет. Если сообщишь друзьям – она умрет. Если подведешь меня – она умрет. Отправляйся немедленно. Станислав даст тебе передатчик, позволяющий напрямую со мной связываться. Сообщай мне обо всем, что найдешь, – картинка исчезла.

Василиски отпустили Вайлда, а тот, опустив взгляд, стоял на месте. Работать на ОПЗМ. До чего дошло. Но ради нее… Повстанец поднял голову, посмотрев на девушку.

– Не волнуйся, капитан, – ободряющим тоном произнес Станислав, – мы о ней позаботимся.

– Если вы, – мятежник сжал горло врага, – хоть пальцем…

– Тише. Не все, что тебе говорят об ОПЗМ – правда. Мы девушек не обижаем. Ну, я точно, – разведчик протянул Генриу устройство, которое тот вставил себе в ухо, – добро пожаловать на службу.

Всю дорогу домой капитан клял себя за то, что не заметил врага, за то, что оказался слишком медлительным и не смог спасти свою девушку. То и дело возникали мысли бросить все, сказать Томасу и тогда они что- то придумают. На секунду мятежник приободрился. Ведь если у повстанцев теперь есть воскрешающий луч, то они смогут спасти Мэри! Но…согласится ли генерал? Конечно, чувства присутствовали в душе Томаса, но логика. Стоит ли одна незнакомая девушка жизни, скажем, не так давно умершего майора Берка? Его навыки были удивительны.

Капитан подвигался на кресле, пытаясь устроиться удобней, но не выходило. Из- за беспокойства. Он закрыл глаза. Несколько секунд был слышен только гул двигателей самолета, да неразборчивые переговоры пилотов. Мятежник старался что- то придумать. Если устройство только в ухе Вайлда, то…можно же передать записку, можно… Так офицер и отключился, сказалась усталость. Ему снились все прошедшие недавно события. Да, нормальные сны с игрой воображения к нему давно уже не приходили.

Генри резко открыл глаза, когда самолет приземлился. Офицер с грустью выдохнул и отстегнул ремни. Открыв люк, он вышел на улицу. Свет ударил в глаза, свежий воздух хотел наполнить легкие, но капитану не было дела. Повстанец решил попробовать свои идеи насчет спасения. Жестами, записками, рисунками сообщить Томасу о том, что Мэри в беде.

Капитан подошел к дверям штаба и толкнул одну, проходя внутрь. Не следя за дорогой, он столкнулся со служащим с пачкой бумаг в руках. Листы накрыли пол. Мужчина упал. Генри негромко выругался и помог служащему собрать документы. Тот поднялся на ноги и отряхнул штаны.

– Простите меня, капитан. Я не нарочно, – спешил оправдаться работник.

– Ничего… – Генри хотел пойти дальше, но его остановили.

– Постойте же, погодите. Я хочу вам кое- что сказать.

– Что? – капитан начинал злиться на дотошного собеседника.

– Не провалите, пожалуйста, задание. Контролю очень не хотелось бы убивать девушку, но если потребуется…, – штабист сверкнул очками, – приятного дня.

В этот момент мир вокруг Вайлда будто разрушился. Это…только что был шпион? И давно он здесь? И сколько таких еще?! Офицер со страхом огляделся. Он привык к агентам, скрывающимися на базах, но чтобы в самом штабе! ОПЗМ следит за ним. Теперь деваться некуда.

Капитан быстро нашел своего друга: генерала Файна. Уж если кому- то что известно о секретных операциях, то это он. Генри стало тошно от своих поступков. Теперь впутать в это и Томаса. Но…он сам говорил, что нет ничего ценнее человеческой жизни, а ведь именно она сейчас на кону.

Генерал оказался в своем кабинете. Будто и не выходил из него за минувшие сутки. Генерал стучал по клавишам компьютера, добавляя иногда щелчок мышью. Генри громко закрыл дверь. Чтобы обратить на себя внимание. Томас повернул голову, увидел гостя и жестом пригласил его сесть.

– Быстро вернулся, – начал Томас, – как прошла инспекция?

– На Юге все спокойно и по правилам. Как я и ожидал, – капитан не знал, как подвести к интересующей теме, – я человек прямой и спрошу как есть, – неожиданно произнес Генри, – мы крали воскрешающий луч Константина или нет?

У генерала в голове пронесся поток разнообразных мыслей. Панацея. Томас чуть напрягся, но быстро успокоился. Умение не предаваться эмоциям было ему свойственно. Офицер непонимающе посмотрел на гостя.

– Откуда такие вопросы?

– Я услышал от…, – Генри не мог выдать своего «информатора», ведь это грозило смертью для Мэри, – полковника Силвы, – мысль ножом ударила в мозг капитана: теперь он вовлек и полковника в свою ложь.

– Антеро? С чего бы ему так полагать? – Томас честно ничего не понимал, а потому пытался выспросить все у друга. Чутье генерала подсказывало, что собеседник недоговаривает.

– Ты знаешь его? – капитан попытался сбить концентрацию генерала на главном вопросе.

– Да, помню его еще рядовым. Он быстро пробился. Да, есть в нем…, – Томас замолчал, подбирая слова, – внутренняя сила. И все- таки, откуда у него такие данные?

– Хороший вопрос. Я не знаю, но он так красочно описывал возможности, которые появятся у армии, когда мы изучим его. Так у нас нет луча?

– Конечно, нет, иначе, ты бы об этом знал одним из первых, не так ли? – Томас чуть подался вперед. Здесь что- то не так, думал он. Силва никогда не проявлял интерес к научным делам Севера. Да и Генри ведет себя странно: тон его не такой ровный чуть с криком, а спокойный. Голос будто в следующую секунду готов задрожать. Взгляд теперь не всегда направлен в одну точку, порой, он уходит чуть в сторону, – знаешь что? Иди в Центр Хранения Данных, просмотри записи и ответь Силве, что слухи о краже луча – фантазия не пойми кого.

Капитан поднялся со стула, кивнул и направился в ЦХД. Томас проводил его взглядом, затем вернулся к монитору и включил камеры слежения.

Центр представлял собой отдельное здание неподалеку от штаба. Представьте себе семь этажей, заполненных компьютерами разных мастей, множеством носителей информации и вокруг всего этого снуют люди, похожие друг на друга как капли воды. Даже половые различия стираются. Белый верх, черный низ и никаких галстуков.

Генри нашел себе место, выделяясь зеленым пятном среди белого потока в сером окружении. Он включил компьютер и нажал на средство связи в ухе.

– Ты что- то нашел? – раздался из динамика голос.

– Когда похитили твой луч? Мне нужно знать, за какое число искать, – перед капитаном возникла длинная строка, ожидающая запроса.

– Сутки назад.

«Нет данных» ответил компьютер, что и передал Генри собеседнику.

– Не может быть. Подключи меня!

– Что… как? Подожди, дать тебе доступ ко всем данным Армии Освобождения?

– Выбора у тебя нет, признай это. Подсоедини устройство к системному блоку.

Генри выполнил команду. Наушник преобразился, теперь напоминая больше диск. На экране возникло лицо Константина. Видеосвязь или что- то вроде того. Директор явно был отвлечен, занимаясь поиском сведений.

– Я хочу увидеть ее, – твердо заявил мятежник.

Владыка бросил на него взгляд, нажал кнопку на клавиатуре, и рядом возникло окно, в котором отображалось лицо Станислава.

– Эй…у нас тут конференциальная связь? Привет, капитан, – разведчик помахал рукой.

– Покажи мне ее, – глаза офицера были одновременно полны страха и еще закипающей ярости.

Станислав отошел в сторону, теперь было видно тело девушки все также привязанной к стулу. Она была в сознании.

Разведчик подошел к заложнице и вознамерился снять с глаз повязку. Он провел рукой ей по щеке достаточно аккуратно, чтобы почувствовать шелковую кожу и не разозлить капитана. Тряпка упала на пол, и Мэри посмотрела на своего возлюбленного. Глаза ее были полны страха, но девушка улыбнулась. Это продолжалось несколько секунд. Неожиданно голова ее дернулась, брызнула кровь. На лице разведчика отразилось удивление.

– Вот ведь…, – произнес Станислав и отключился.

– НЕ- Е- Е- ЕТ! – заорал Генри так, что к нему обернулись все присутствующие, – убийца! – он глядел на Константина. Тот ответил ему холодным взглядом.

– Ты не прав, – изображение исчезло.

– Данные сливаем? – послышалось за спиной. Звук скользящего затвора. Генри поднял руки. Все не так.

Глава 2. Пересмотр позиций

Допросная комната. Капитана Вайлда подозревают в шпионаже и предательстве.

Томас смотрел сквозь стекло на своего друга и не верил обвинениям. Капитан столько лет подставлял плечо, на которое могли опереться товарищи, а теперь все ставится под сомнение. Генерал скрестил руки на груди и продолжил смотреть на пленника. Тот не пытался вырваться, оправдаться, а просто сидел, опустив голову. Признал вину? А может, ждет участи.

Томас не мог больше ждать, он вошел в комнату. Капитан поднял взгляд на друга. Отчаяние четко просматривалось в отблесках зеленых глаз. Никто не решался начать диалог, но оба понимали его неизбежность. Томас придвинул маленький стул и сел напротив Вайлда. Тот опустил голову и продолжил сидеть так, будто находится в помещении один.

– Я не верю тому, что о тебе говорят, – начал генерал.

– Томас, я…не шпион. Он заставил меня! Понимаешь? Он взял Мэри в заложники, угрожал ее смертью, если я не принесу данные. А потом…, – взгляд капитана потупился, – я не понимаю. Зачем он ее потом убил? Потому что…может это сделать? Из ненависти к нам? Ты…ты всегда руководствуешься логикой, генерал, так объясни мне. Почему?

– Я не знаю, друг. Не знаю. Но мы должны разобраться во всем этом. Ты говорил о луче. Значит, его украли у ОПЗМ.

– Да…

Томас задумался.

– В любом случае стоит встретиться с Контролем и обсудить произошедшее. Очень не хочется вновь начинать войну, но если выбора не будет… Можешь быть свободен, Генри. Я улажу дела с Советом, – Томас поднялся со стула и вышел. Генри еще какое- то время сидел. Перед глазами то и дело возникало ее лицо.

Томас вернулся в свой кабинет, обеспокоенный тем, что произошло и может произойти. Он включил компьютер, а затем вызвал на связь Константина. Темный экран монитора отражал сосредоточенное лицо генерала, пока, наконец, не возник генеральный директор.

– У меня очень мало времени, – он раскрыл папку с документами, – говори быстрее.

– Не изображай из себя дурака. Ты знаешь, зачем я звоню. Ты нанес оскорбление одному из наших командиров. Не говоря уже о том, что подтолкнул его к предательству.

– Я не пытался скачать ваши стратегические данные. Все, что нужно, мне и так известно, – владыка усмехнулся, но затем его лицо стало серьезным, – кроме одного: где мой луч?

– Я понятия не имею. Мне казалось, что вы пришли к согласию тогда, на конгрессе. Если у тебя были какие- то подозрения, можно было их высказать открыто мне в лицо, а не заставлять людей.

– Чтобы ты скрыл правду? Я уже давно в политике и управлении, знаю, как это делается. И демократией такие методы не прикрыть. Они испытаны временем. Я дал вам неделю мира, а вы отплатили мне похищением луча? Только потому, что я держу свое слово моя армия еще не садится на транспорт. Хочешь открытого разговора? Хорошо. Ресторан «Корона». Через два дня. Аудиенция окончена, – директор отключился.

Высокомерный…, – подумалось Томасу. Но уже хорошо, что он согласился на переговоры. Есть время на подготовку.

Генри не знал куда пойти. Он бродил по коридорам штаба, пока не наткнулся на грузную фигуру генерала Брайера. Голова ударилась о грудь, кожаная куртка чуть шевельнулась. Командующий подался вперед и тяжелые берцы скребнули по полу. Капитан поднял голову и первое, что он увидел, была сигара. Генерал сделал затяжку и выдохнул.

– Слышал о твоей потере, – чуть хриплым голосом произнес Нильсон, – нельзя такое в одиночку тянуть. Пойдем, – он улыбнулся и стукнул друга по плечу, – угощу тебя выпивкой.

И весь вечер (ведь на улице стемнело, как заметил Генри. Со всеми заботами он потерял счет времени) генерал потратил на разговоры о том, что следует забыть все и жить дальше, найти новую цель. Ну а сам он? Если бы умерла Линда? Нильсон не успокоился, пока не переломил бы лично хребет убийцы, а потом горевал все оставшееся время.

Генри сделал глоток и посмотрел в лицо товарища. Все эти утешения – пустой звук. Глаза его говорят обратное. Они напоминают о мести. Генерал стряхнул пепел с сигары и с наслаждением сделал одну затяжку.

– Но я вот что еще скажу, хочешь знать, как поступают настоящие мужики? Они доводят дело до конца, понимаешь? И никто и ничто не должно их останавливать. Так вот и знай, – Нильсон метнул окурок в урну, стоявшую в углу бара.

Глаза капитана и генерала встретились. Оба все поняли. Генри встал из- за стойки и пошел к выходу. Дверь захлопнулась. Неоновая вывеска замигала и погасла.

План родился в мгновение ока. Капитан заявил, что болен, а потому заданиями его не донимали. Он сидел у себя дома и просчитывал все. Нужно узнать у Станислава о событиях того дня. Через знакомых из службы разведки капитан выяснил, что лучник расположился на базе ОПЗМ недалеко от границы. Легионеры сделают вид, что небо чистое. Деньги прибудут кому надо.

Планы достать не удалось, только примерное описание. Капитан поставил бутылку рядом с листом бумаги, на котором сам от руки начертил комплекс по рассказам. Стрелки и кружки отмечали важные места. Капитан провел по щетине и сделал глоток. Горячая жидкость прошлась по горлу и расплескалась в желудке, оставляя горький привкус, но компенсируя его внутренним теплом после себя. Наконец, приготовления были завершены. Капитан взял вертолет, чтобы ночью уже быть на базе. Предлог он придумает позже, когда эта маленькая операция вскроется. Если так произойдет.

Скотт О’Мейли с Верноном Джейном сидели в клубе. Выдалась свободная минутка, и они решили немного расслабиться. Играла музыка, отбивая непонятный ритм, в специальных местах, огороженных решеткой, что как бы намекало, что прикасаться не стоит, танцевали девушки. Их тела изящно изгибались, а мигающие разные цвета выхватывали разные детали, которые тут же исчезали, открывая взору новые.

Скотт смотрел за всем этим с восхищением и даже подмигнул одной из танцовщиц. Она будто его и не заметила. Наемник кивнул и обернулся к товарищу, засунув трубочку, уходящую в стакан с коктейлем, в рот.

– Ну что, как тебе наш новенький? – сделав глоток, произнес он.

– Дело свое знает, – коротко ответил Вернон.

– А по мне, так понтов выше крыши.

Полководец оглядел собеседника: дорогой костюм, начищенные туфли, золотая цепь, яркая рубашка, вальяжная поза. И он еще говорит о понтах. Наемник улыбнулся.

– Мне он не нравится, – продолжал Скотт, – маска эта тупая. С детства не любил костюмированных героев, – он поморщился и сделал еще глоток коктейля.

– А мне в детстве не давал покоя вопрос: как эти герои живут? Ну, на какие деньги. Вряд ли государство им что- то выделяет.

Скотт посмеялся над мыслями друга.

– И что, нашел ответ? – создатель полей ехидно посмотрел на собеседника.

– Нет. Но понял, что я теперь один из таких героев.

Скотт поднял бровь в недоумении.

– Только я практичней и маску не ношу. А трико мне не идет и от пуль не защитит, а в остальном…

– За…героизм?

– За героизм.

Стаканы звонко ударили друг о друга.

В кармане Вернона завибрировал телефон. Наемник нащупал устройство и посмотрел на дисплей. Звонил Туз. Полководец удивленно мотнул головой, показал телефон другу, тот одобрительно закивал. Вернон снял трубку.

– Слушаю.

– Вернон! Тебя беспокоит Фрэнсис Клауд. Сейчас ты срываешься с места и едешь в аэропорт забирать нашего героя, понял?

– Героя? – поднял бровь полководец. Он увидел, что и Скотт заинтересовался, выплюнув коктейльную соломинку изо рта.

– Туз смог похитить луч, но не смог остаться незамеченным. Ему потребуется транспорт домой и эскорт.

– Но почему я?

– Потому что ты первый пришел мне на ум, Вернон. Делай то, за что тебе платят и не задавай лишних вопросов. Все, разговор окончен. Отправляйся.

– Есть, командир, – наемник убрал устройство.

– Чего там? – Скотт расстегнул пуговицу на вороте рубашки.

– Собирайся, поедем Туза встречать, – поднялся с кресла Вернон.

– Да ладно! Выжил!

Скотт последовал его примеру. Щелчок пальцами и поле, покрывающее собеседников, исчезло. По ушам ударила музыка, но она уже не помешала, ведь гости ушли.

Они сели в джип Скотта и направились в аэропорт. К их прибытию самолет уже сел. Наемники поднялись по трапу в салон и увидели сидящего в кожаном кресле человека в серой маске, по центру которой размещалась карточная масть трефа. Он держал на вису перевязанную фиолетовым галстуком руку, на рубашке его зияла дыра, покрытая запекшейся кровью. Пассажир медленно повернул голову в сторону вошедших.

– Я Вернон, а это Скотт. Клауд прислал нас забрать тебя, – отрапортовал наемник.

– Здравствуйте, – с болью произнес Туз, – не могу протянуть вам руку, но рад буду опереться на вашу.

Синдикатовцы подняли вора на ноги и медленно повели к машине.

– Что, украл луч? – спросил Скотт.

– Д- да. Он при мне, – Туз споткнулся и чуть не рухнул на землю, наемники удержали его, но Вернон, похоже, надавил на рану. Вор закричал.

– Черт дери вас! – сорвался он. На маске появилась пика, – как мешок несете!

– Смотри какой благодарный попался, – оскалился Скотт. Ну тогда, – он отпустил вора, сделал шаг назад. Тут же транспортируемого обхватили хрустальные ремни, сформировались носилки, они же и повезли его к джипу,– удобнее?

Туз молчал.

Синдикатовцы положили его в салон, сами устроились в передней части автомобиля. Закрыв двери, Скотт завел двигатель, и наемники двинулись в путь.

– Что с тобой произошло? – поинтересовался Вернон.

– В конце пути настигли гвардейцы. Побежал наугад. Может, удача мне помогла, а может еще что, но выход я нашел и смог уйти целым. Почти…

– Клауд тебе щедро отсыпет, – усмехнулся О’Мейли.

– Это точно, – с грустью произнес Вернон, – поздравляю.

– С чем же?

– Ты сделал то, что не удавалось ни одному одаренному. Ни мне, ни Скотту, ни Аде, ни, уж тем более, Мартину, – последнее слово вызвало смех водителя.

Ресторан «Корона». Томас прибыл раньше назначенного времени. Всех заблаговременно оповестили, что заведение будет закрыто на спецобслуживание. Генерал сел на стул. Взгляд его проскользнул по помещению. Без людей оно казалось таким безжизненным и одиноким. Ведь даже персонал не спешил появиться. Наверняка готовились.

Вот на часах уже тринадцать. Томас пересел поближе ко входу так, чтобы был сразу заметен, когда двери откроются. Перед ним стояла сложная задача. Несмотря на происшествие не дать всему этому перерасти в военный конфликт. Армии Освобождения это не нужно. Послышались шаги.

Машина директора встала перед входом в ресторан. Он повернул ключ зажигания, вытащил его и положил в карман. Дверь машины открылась, и ОПЗМовец вышел. Подул легкий теплый ветер. Весеннее солнце стало греть сильнее. Становилось жарко. Владыка утер лоб платком.

По обе руки приземлись альфа- гвардейцы. Без охраны никуда, особенно на вражеской территории. Солдаты хранили молчание и уже наверняка сканировали все, что можно. Константин пошел вперед и раскрыл двери. Перед ним предстал ресторан «Корона». Вернее, его первый этаж. Ничего нового в интерьере заметно не было. Скучная роскошь, чрезмерно много позолоты на рельефных частях и…а больше отметить было и нечего. Директор повернул голову и заметил своего сегодняшнего собеседника. Генерал Файн сидел за одним из столов. Ни мускул не дрогнул на лице дипломата, когда его взгляд встретился со взглядом вошедшего.

Константин протянул руку. Повстанец пожал ее, но только из заведенных правил приличия. Вряд ли он рад встрече. Гвардейцы гулко шагали по залу, осматривая окрестности и, убедившись, что все чисто, встали за господином.

– Вот мы и встретились. Надеюсь, генерал, у тебя было достаточно времени, чтобы прибрать все улики, – директор поправил галстук.

– Прекрати свои пустые обвинения. Луча у нас нет. Мы никогда ничего не крадем.

– И кровь вашего человека ложь? И камеры мои сбоят, где заметно, как капитан Генри крадет мой луч?

– Определенно. Ты же и сам знаешь, что мы так не работаем.

– Говоришь, не крадете? А как же операция «Вечность»? – Константин победно отклонился, – когда капитан Генри утащил из- под носа Адама несколько ампул с эликсиром вечной молодости? Кстати, снова он. Интересная тенденция.

– Луча у нас нет. Зачем рушить шаткий мир? Подумай сам. Нам это было бы не выгодно, – Томас старался не утратить то, чего с таким трудом достиг.

– Томас, мне твои мотивы не получится узнать привычным способом, ведь по известной причине, мысли киборга для меня закрыты. Улики говорят сами за себя. Кровь ничем не перекрыть, даже если мои камеры вдруг сошли с ума. Объясни это.

Генерал замолчал. Он не верил… Невозможно.

– Фальсификация, – тихо заявил повстанец.

– Слабый аргумент… Стоило следить за своими людьми. Ни о какой его ЛИЧНОЙ ответственности за содеянное и речи идти не может. Вся Армия Освобождения нанесла Организации ущерб. И…, – в кармане владыки завибрировал телефон. Он достал устройство из кармана и приложил к уху, – слушаю.

Туз положил кубик на стол Фрэнсиса.

– Отлично. Отли- и- и- чно, – протянул Президент, – ты отработал все вложенные средства до последней монеты, – он взял в руки предмет и поднял его на свет. Надеюсь, все сделано максимально чисто?

– Насколько мог, сэр. Насколько мог.

– Учитесь! – воскликнул Фрэнсис, глядя на стоящих в углу Вернона и Скотта, – горжусь тобой! Деньги будут переведены в кратчайшие сроки. Можете идти. Все.

– Сэр, позвольте вопрос, – тихо произнес Туз.

– Конечно же, – на лице Клауда возникла улыбка. Он был счастлив до беспамятства.

– Что именно я украл? Что это?

– Это, дорогой друг, наш ключ к лучшему будущему для Синдиката! Узнаешь, все узнаешь со временем. Никогда не торопись что- то познавать. Оно придет само. Со временем. А сейчас тебе лучше пойти отдохнуть и вылечиться.

Туз медленно кивнул, явно будучи недовольным ответом президента. Но это ничего. Совсем не нужно посвящать всех во все детали.

Когда наемники ушли, Фрэнсис раздвинул Куб и взял в руки увесистое орудие. Выдохнув, он поднял его и прицелился. Скоро, Патрик, скоро.

Капитан пробрался к зданию. Вероятнее всего, Станислав сейчас в комнатах офицеров. Генри достал из кармана план и сверился с ним. Теперь нужно пройти внутрь. Напрямик глупо. Повстанец глянул на главный вход. Охрана и проверка документов.

Он обошел здание сзади. У черного входа не должно быть проблем. Но и там оказалась пара солдат. Они смотрели прямо на Вайлда, вернее, на трансформатор, за которым он прятался. Времени мало. Бросок ножа, рывок, удар, прыжок. Два трупа. Мятежник держится за уступ. Он напряг мышцы рук и подтянулся. Теперь боком к подъему на второй этаж. Там и находились жилые помещения.

Станислав проводил пальцем по сенсорному экрану своего телефона. Перед глазами мелькали глупые шутки из интернета, но разведчику они нравились. Над глупостями всегда смеешься, в них мало глубины. Разведчик услышал шорох и посмотрел вокруг себя. Никого нет. Паранойя разыгралась.

Произошедшее охотник никак не мог выбросить из головы. Хотя бы потому, что ему об этом постоянно напоминали. Константин велел немедленно приехать. В Кубе директор вытащит все нужное из головы служащего и…поможет забыть. Кинжалом в мозг и сердце ударила картина смерти девушки. Как закатились ее глаза, тело начало биться в ужасных конвульсиях. Станислав зажмурился. Образ пропал. ОПЗМовец вновь уткнулся в телефон.

Наконец, шаги в коридоре за дверью прекратились. Беспокойные служащие отправились на отдых. Разведчик был несказанно рад, ведь обостренный слух усиливал стук ног, что раздражало. Но нет. Кто- то еще идет. Целенаправленно. Сюда.

ОПЗМовец отмерил расстояние до лука и прикинул, как быстро он сможет его схватить. Ручка двери повернулась, звук открытия.

Капитан влез в окно и попал в один из кабинетов. Станиславом здесь и не пахло. Основная проблема состояла в том, что повстанец не знал конкретно, в какой комнате разведчик. Вылезать обратно очень не хотелось. Генри огляделся в поисках чего- нибудь полезного и обнаружил на вешалке офицерский китель. Вряд ли здесь кто- то будет приглядываться. Цвет его штанов совпадал с найденной одеждой.

Китель оказался чуть больше, но это даже и хорошо. В рукаве нашлась небольшая фуражка. Опустив козырек как можно ниже, мятежник вышел в коридор. Ходили люди с пачками бумаг, солдаты отдавали честь офицерам и о чем- то с ними говорили. Спокойствия не было даже в жилых помещениях. Открыв первую попавшуюся дверь, капитан понял, что не в каждой комнате есть окно. Проверять наугад очень глупо. Остается просто спросить, надеясь на то, что его не рассекретят. Повстанец ощупал внутренние карманы в поисках удостоверения личности и не нашел его. Дела плохи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.