Татьяна Сонная
(Не)моль для миллионера

Пролог

От пережитого стресса трясёт похлеще, чем от холода. Перед глазами всё плывёт, но его я вижу отчётливо. Приближается неспешно, с грацией хищной кошки на охоте. На ходу поправляет испорченную рубашку и дерганым жестом стирает кровь с разбитой губы.

–Ты совсем с ума сошла?! – неожиданно орёт он мне в лицо, нависая сверху, как скала.

Глаза этого амбала в темноте сверкают, словно у дикого зверя. Слышу, как мои зубы отбивают чечётку. Прижимаюсь спиной к стене, чувствую обнаженной кожей все выступающие шероховатости, но все равно вжимаюсь в неё до боли. Словно хочу слиться с ней или, еще лучше, пройти сквозь и исчезнуть с его глаз и из этого пропахшего сигаретами и спиртным места.

Тонкая сорочка не спасает от пылающего гневом взгляда мужчины. Он обжигает, чувствую почти физически. Лекс разъярён. Не понимаю, что именно его взбесило? Вид моего зарёванного лица или ситуация, из-за которой пришлось драться? Зачем тогда полез меня спасать? Шёл бы мимо. Или?..

– Ты понимаешь, на что согласилась? Если бы я не нашёл тебя… – Он сжимает пальцы в кулак и впечатывает его в стену рядом со мной.

Я забываю, как дышать. Испуганно сжимаюсь в комок и начинаю сползать вниз. От страха ноги совсем не держат. Лешка отступает на шаг назад, и я, словно получив свободу, делаю рваный вздох.

– Катя. Прости. Прости, малыш. – Он меняется в лице и, подавшись вперед, легко подхватывает меня на руки. Взлетаю в воздух и оказываюсь припечатанной к теплой мужской груди. Чувствую, как мужчину трясёт мелкой дрожью. Сердце в груди стучит как бешеное. Слышу эти ритмичные удары совершенно отчетливо, потому как оно бьётся точно у меня под ухом. – Котёнок. Поехали отсюда. – Лёгкий поцелуй в макушку, и меня накрывает. Уткнувшись ему в плечо, начинаю рыдать.

Глава 1

По щекам безудержным потоком текут горькие слезы. Позорно, но сдержать их у меня не получается. Обида прожигает сердце настолько, что гордость отступает на задний план. Я молчу. А смысл устраивать скандал? Никогда не умела этого делать. Да и навряд ли крики и ссоры сейчас помогут. Виталий всё для себя решил.

Сложив руки на коленях, как прилежная школьница, смотрю в одну точку и слушаю легкие шаги уже бывшего парня. Спина прямая, как у пианистки, в горле ком, в сердце дыра. Вот в таком положении и состоянии нахожусь уже почти час. А он… Он же выглядит совершенно беззаботным. Виталий, напевая весёлую песенку, спешно собирает свои пожитки, расхаживая из угла в угол по нашей съёмной однушке.

Утро нового дня не предвещало ничего плохого, но где-то свыше решили, что для меня это слишком хорошо, и понеслось.

Мужчина, на которого я потратила пять лет своей жизни, неожиданно сообщает, что уходит к моей, как я ошибочно полагала, подруге. Классика жанра – измена. «Она лучше, чем ты», – начинает он неожиданно разговор, встав перед диваном, на котором затаив дыхание сижу я. Уставившись на него во все глаза, я слушаю и медленно эмоционально угасаю. От боли в груди сводит всё тело.

– Она красивая, добрая… состоятельная, – перечисляет изменщик, выискивая в своем мозгу очередные веские аргументы для разрыва наших отношений, и задумчиво пялится в потолок, – у неё собственная квартира и прибыльный бизнес.

Да. Да. Неужели повелся на денежки? Променял родную душу на бабло? Какая же я дура, знала ведь, что не стоит связываться с ним, но почему-то повелась. Местный звездный мальчик. Фотомодель. Певец. Вот так и полюбила красивую картинку. А внутри оказалась гнильца. Да еще какая.

– А ты что, Катенька? Тихая, милая, бесцветная девушка, и лет-то тебе уже двадцать семь, а выглядишь как малолетка. Моль, одним словом, – добивает мою самооценку Виталик. При этом рассматривая свое отражение в зеркале. На меня он во время нашей содержательной беседы старается и вовсе не смотреть.

– А зачем же ты тогда столько лет мне голову морочил? Почему сразу, как увидел во мне моль, не ушел. Чего ждал?

– Так момента подходящего не было. Жалел тебя, дурёху. А сейчас мне Маринка условие поставила: либо она, либо ты. Ну я не могу её потерять. А ты… ты справишься. Тем более вышло так, что она беременна. А я ребеночка очень хочу, – забивая последний гвоздь в крышку моей упокоившейся самооценки, поёт Виталий.

Конечно, жалел он меня. Удобно устроился. Кормили, одевали и всегда под боком. Сам-то зарабатывать так толком и не научился. Всё цену себе сложить не мог. Звезда. И о детях-то как запел. Лично мне всегда говорил обратное. А ведь я не раз намекала ему о малыше. Мечтала о сыне. С такими же красивыми голубыми глазами, как у его папочки. Всхлипнув, опускаю голову.

– Ну что ты ревешь? Ты молодая, устроишь свою судьбу. Выбери парня попроще и строй семью. А я… зачем я тебе?

Очень верно подмечено. Зачем? В этой его фразе действительно есть доля истины. Такой мне не нужен. Но почему же так больно?

– Не поминай лихом, Катенька, – слышу его последнюю фразу и вздрагиваю.

Входная дверь тихо захлопывается, и я остаюсь одна.

Упав на подушки, рыдаю до вечера. Вот тебе и счастливая семейная жизнь. Всё мечты и планы коту в одно место. Сволочь эта даже не извинился. Как он мог со мной так поступить? Ведь я же люблю его. Люблю?

Глава 2

Будильник настойчиво пробивается в моё подсознание. Мелодия, которую уже почти ненавижу, набирает громкость. Что ж, благодаря мне сегодня соседи на работу тоже не опоздают. Хотя, скорее всего, благодарить нужно застройщика за тонкие стены и повышенную слышимость.

Поднимаюсь, на автопилоте иду в ванную. Поднимаю взгляд в зеркало и ужасаюсь. Матерь божья, вот это страшилище. Воспаленные от слёз глаза и три этажа мешков под ними. Светлые волосы взъерошены, точно пакля. А может, прав Виталька? Ну кто с такой жить будет? Бледная да бесцветная. Моль, одним словом. Может, начать косметикой пользоваться? Хотя зачем мне теперь это?

Сокрушенно вздыхаю и открываю холодную воду. Умываюсь. Не помогает. Прискорбно. Забираюсь в ванную прямо в пижаме и включаю душ. Ледяные струи окатывают с ног до головы, отчего моментально перехватывает дыхание. Зажимаю рот ладошкой, чтобы не напугать визгом соседей. Вот теперь точно взбодрилась. Доброе утро, Катя.

Стоя у окна с кружкой кофе в руке, смотрю на улицу, просто в никуда. Взгляд в пустоту, мимо прохожих, мимо высоток и стареньких тротуаров. Туда, где неспешно зарождается новый день.

Сегодня моя смена по графику. Как идти на работу – не представляю. Вот знала, что нельзя работать с родственниками или друзьями. Но твердо верила, что беда меня обойдёт. Маринка, к которой ушёл мой Виталик, счастливая владелица салона красоты, в котором я последние три года работаю мастером ногтевого сервиса. Маникюр и педикюр. Супермастером я себя никогда не считала, но запись у меня была всегда, и довольно плотная. Работала я старательно, с клиентами всегда приветливая и вежливая. Может, за это меня и выбирали среди всех девчонок в нашей «Фрее».

Моими услугами пользовались не только женщины, частенько бывали и мужчины. Ухоженные руки и ноги должны быть и у сильного пола. Особенно если работа в офисе и руки на виду. Не сидеть же с обрезанными кое-как ногтями, например, владельцу фирмы. А летом в открытой обуви не грех и ухоженными пяточками посверкать.

Виталик мой частенько у меня в кресле бывал, любил он, когда ножки у него в порядке. Я, дура наивная, думала, меня проведать забегал, хотел лишний раз увидеться, скучал. А он к Маринке бегал да на процедурки бесплатные меня раскручивал. Козлина.

Отхлебнув кофе, ставлю кружку на стол. Допивать не хочется. Пора собираться. Интересно, уволят меня сегодня же или дадут смену отработать? У меня запись.

В салон прихожу ровно к девяти. Как ни странно, но все уже на местах. При моём появлении разговоры почему-то умолкают. Девочки приветливо здороваются, провожая меня любопытными, а некоторые жалостливыми взглядами. Чувствуется напряжение. Неужели все уже всё знают? Но как? С утра ласточка на хвосте принесла? Или просто-напросто я узнала обо всем самая последняя? Тогда понятно, откуда столько сочувствия. В их глазах я бедная дурочка.

Дорогу к моему рабочему месту мне преграждает наша администратор. Ксения Андреевна. Довольно внушительная дама лет сорока пяти. Несмотря на свои габариты, выглядит она превосходно. Внешность и фигура просто с иголочки. Всегда с прической, макияжем и модно одета. Самый настоящий работник бьюти-сферы, в отличие от меня.

– Катенька. Здравствуй.

– Доброе утро. – Я нахожу в себе силы улыбнуться, несмотря на разбитое состояние.

– У меня для тебя плохие новости. – Сцепив пальцы в замок, она нервно пожевывает губу. Кивнув мне, плывёт в сторону, противоположную от моего кабинетика.

– Неудивительно, – выдыхаю я и плетусь следом.

Ведут меня ожидаемо не в апартаменты начальницы, а в маленький закуток, который служит в салоне кухней. Усадив за стол, Ксения вручает мне стакан воды и присаживается напротив.

– У меня поручение от Марины Владимировны. Тебя увольняют.

– Чего-то в этом роде я и ожидала, – отхлебнув воды, мямлю я себе под нос. Глаза начинает щипать от слёз.

– Ну чего ты, девонька? Тебе ли переживать из-за этого. Твои клиенты за тобой в любое место пойдут, только позови.

– Угу.

– И знаешь… ты, это, помнишь мужичка того странного, который у тебя на прошлой неделе педикюр с маникюром делал?

– Ага, такой в розовенькой маечке? Смешной коротышка. Фотограф, кажется.

– Да. Да. – Ксения активно кивает, отчего её темные кудряшки начинают выпрыгивать из прически.

– Конечно, такой эксклюзивный экземпляр не забудешь, – усмехаюсь я, не понимая, к чему клонит админ.

– Так вот, он для тебя визитку свою оставил.

Женщина с вороватым видом достаёт из своего глубокого декольте маленькую розовую карточку.

– Держи. Ты, пожалуйста, не отказывайся сразу от его предложения. Подумай хорошенько. Марина Владимировна, когда увидела его в салоне, в такой восторг пришла. Все говорила о том, какой он грамотный специалист в своём деле. И еще добавила, что запись к нему на год вперед. Не попадешь. А тебе он предложение сделал сам. Это дорогого стоит. Держи, не потеряй. Он, когда уходил, просил тебе лично в руки отдать. Был расстроен, что ты его всерьёз не восприняла.

Я без особого восторга беру ламинированную бумажку и, повертев в руке, прячу в карман джинсов.

Вспоминая тот день, хмурюсь. Помню я этого Веника очень хорошо. Он всю процедуру хвастался, что ему пришел дорогущий заказ от нового партнера из-за рубежа. Крупнейшая фирма по производству нижнего белья. Он тогда так все красочно расписывал и нахваливал, что мне самой стало интересно, что там за чудо такое.

«Создать портфолио для крупной фирмы, стать ведущим фотографом – это перешагнуть на новый уровень, – вещал он. – Рост по карьерной лестнице и совершенно другие деньги». Он долго и муторно разъяснял, какие плюсы получит от подобного проекта. А после завел песню о том, что ему нужны модели и я идеально подхожу для этого. Я тогда долго смеялась, а он не на шутку обиделся. «Ну все, – решила я, провожая дорогого клиента, – не быть мне звездой модельного бизнеса». Обидела мастера. Накрылась моя карьера в новой сфере, но этот жук оказался настойчивым.

– Спасибо, Ксения. И прощайте.

Поднявшись, грустно смотрю на добрую женщину и, развернувшись, иду к выходу. Настроения на долгие задушевные прощания нет. К горлу подкатывает ком обиды, и хочется как можно скорее покинуть это место.

Выскочив из салона, налетаю на любимую подруженьку и моего изменщика. Что такое не везёт и как с этим бороться? Только вас мне сейчас не хватает.

Глава 3

Виталик немного растерянно смотрит прямо на меня. Неужели совесть мучает? Изменщик отводит взгляд и недовольно кривит губы. Видимо, не рассчитывал на встречу со мной. И сказать нечего? Что ж, извините, что своим невесёлым видом порчу настроение. Становится противно. И как я раньше не разоблачила его? Еще раз ругаю себя за излишнюю доверчивость и невнимательность. Урок нужно усвоить и на будущее не повторяться.

Маринка нервно теребит в руках маленький клатч, усыпанный стразами Сваровски. Её взгляд бегает от меня к любовнику. Нервничает, жует нижнюю губу. Видимо, соображает, как поступить сейчас: гадость сказать или извиниться за предательство? Хотя… скорее, первое. Не в её стиле признавать свои промахи, она даже с недовольными клиентами договориться ни разу не смогла. Без дипломатичности Ксении нас бы точно засудили. А всё из-за жадности и стервозного характера Марины Владимировны. Та еще блондинка. Выход можно найти из любой ситуации, но у неё они все тупиковые.

Совет да любовь, голубки. Вы друг друга стоите.

Делаю шаг в сторону, освобождая хозяевам проход в салон, и просто прохожу мимо. Вот так. Идите к черту. А я… прогуляюсь.

Питер. Люблю этот город всем сердцем и душой. Здесь я родилась и выросла. Знаю каждый уголок. Порой кажется, что я проживаю уже не первую жизнь среди этих старинных зданий и улочек, пропитанных атмосферой исторических событий, с неповторимой архитектурой. И моя душа, завершая жизненный цикл, каждый раз выбирает вернуться именно сюда. Даже смешно от своих мыслей, но что есть, то есть.

На улице на удивление тепло, весна, а солнце неожиданно пригревает, даже облака куда-то разбежались.

Давно я столько не гуляла, не обращала на красоту вокруг себя внимания. Всегда в спешке. Словно жизнь последние пять лет проходила мимо меня. Работа, дом, мой ненаглядный, который даже еду сам разогреть не мог, не то что что-то приготовить. Постирай, погладь, убери, свари, купи. До этого дня не понимала, как же я от этого всего устала. Если он такой плохой, почему же всё равно так погано на душе?

Как назло, по пути попадается кафе, в котором мы с Виталиком познакомились. Под каким я тогда была впечатлением. Милый, воспитанный, красивый, невероятный мужчина. Подарок. Тогда я и приобрела свои розовые очки, которые приклеились к лицу на несколько лет. Прочные оказались.

Прохожу мимо заведения, целенаправленно выбираю другую дорогу. Ноги ведут в парк. Когда стопы начинают болеть от непривычно долгой ходьбы, останавливаюсь у озера. Удобные скамейки почти все свободны. Людей мало. Будний день. В выходные тут все совершенно по-другому, яблоку негде упасть. А сейчас наслаждаюсь тишиной. Небо потихоньку затягивают тяжелые облака. Холодает. И без того сырой воздух становится еще более влажным. У воды сидеть некомфортно. Решаюсь наконец перекусить где-нибудь в кафе на территории парка и потом прогуляться до ближайшего моста. Далековато. Но я никуда не тороплюсь.

Недалеко слышится весёлый перезвон трамвайчика, в памяти всплывают наши путешествия с бабулей вот на таком стареньком городском транспорте. На глазах появляются слёзы. Я так любила её. Моя милая добрая бабушка. Сколько лет прошло, а рана на сердце не стала меньше. Мы были очень близки, как мама и дочь. Если бы можно было сейчас рассказать ей обо всем, что у меня на сердце. Услышать слова поддержки в ответ, но увы. После её смерти я осталась все равно что сиротой. Мама София всегда очень занята своей личной жизнью. Новые ухажёры каждые пару лет, она вечно в поиске. Почему же после скоропостижной смерти отца ей не попадается приличный мужчина, ума не приложу. Может, виной её доверчивость и наивность? Взрослая женщина, а совершенно не разбирается в мужчинах. Впрочем, выяснилось, что и я тоже в этом не преуспела.

Зелёный чай с жасмином и пирожок с яблочной начинкой – всё, что нужно, чтобы испытать приятные эмоции. В кафе решаю долго не засиживаться.

Сегодня у меня день экскурсии по местам былой славы. Неосознанно выбираю протоптанные когда-то моими маленькими ножками дорожки. Школа. Учебное заведение, которому я отдала одиннадцать лет своей жизни. Многие воспоминания уже стёрлись из памяти, но есть и такие, которые забыть рада, да не забудутся.

Сегодня картинки из прошлого особенно яркие. Моя первая любовь. Еще начальные классы. Смешно? Что там может быть серьёзного, но этого мальчика я запомнила, кажется, на всю жизнь. Таких больше нет. И Виталика я выбрала, скорее всего, только потому, что он очень напоминал того мальчишку. Светловолосый мальчуган, бойкий. Острый на язык. И ужасно драчливый, настоящий бандит. От его побоев страдали даже старшеклассники, что уж, отстаивать своё мнение он умел. Только мне не повезло оказаться в числе тех, над кем он предпочитал подшучивать. Сколько я от него натерпелась – и не перечислить. Только что с него взять? Безотцовщина. Некому было повлиять на этого малолетнего сорванца. Справиться с Лёшкой не мог даже директор школы.

А потом однажды он исчез. Просто не пришёл в школу осенью, и больше я его не видела. Вся школа вздохнула с облегчением, но не я. Со временем мои обиды забылись, многое стёрлось из памяти, но его озорной взъерошенный русый чубчик, зоркий, умный взгляд и заразительная улыбка до сих пор перед глазами. И надо же было влюбиться в такого? Видимо, с детства тянет на плохишей.

Пусть и была та школьная любовь так давно, что кажется уже и неправдой, только глубоко внутри я осталось всё той же маленькой робкой девочкой, над которой посмеялся любимый мальчишка. Я росла, училась, заводила новые знакомства, но всякий раз оглядывалась на прошлое. Оно не отпускало. Детские травмы, как ни крути, не исчезают бесследно. А после расставания с Виталиком старая рана заныла с новой силой.

Ноги гудели так, что шум стоял уже в ушах, но я упрямо шла вперёд. Вот и мост. Почти пришла. Неприветливые каменные ступени встречают меня молчаливым укором. У воды, как всегда, гораздо холоднее, но меня это не останавливает, я упрямо поднимаюсь вверх.

– Сердишься на меня? – шепчу так тихо, чтобы прохожие не услышали мой диалог с неодушевлённым предметом. Люди могут не понять, а я не хочу выглядеть в их глазах не совсем адекватной. Пока с меня достаточно претензий Виталика.

Да, давненько я не приходила сюда, всё некогда. А ведь я так любила гулять по мосту в вечернее время, когда он начинал сиять сотнями огней.

Медленно плетусь к башням, расположенным как раз в центре. Именно внутри этих строений находится механизм, который управляет разводом моста и творит волшебство. Как же красиво. Сколько раз вижу это величественное строение, столько и восхищаюсь. Невероятно.

Упираюсь ладошками в парапет и смотрю вниз, на темную гладь воды. Голова идёт кругом. Интересно, сколько несчастных за сто лет существования моста покончили жизнь самоубийством, сбросившись с этой головокружительной высоты? Передёргиваю плечами. Бр-р… Что за мысли? Обнимаю себя. Холодно. Пора бы домой, но почему-то уходить не хочется. Может, просто не хочу возвращаться в квартирку, где все будет напоминать о предательстве бывшего и моей разрушенной личной жизни?

– Чего удумала, малая? – скрипучий голос справа заставляет вздрогнуть от неожиданности. Оборачиваюсь. Бомж. Замечательно. Только его не хватало сегодня для полной картины. Хотя чего это я? Ну не виноват же он, что я ему тут решила компанию составить. Вздыхаю, да так, что снова получаю реакцию от неожиданного собеседника.

– Что бы там ни случилось, оно того не стоит, – произносит мужчинка помятой наружности и забавно чухает бороду коротенькими грязными пальчиками с на удивление аккуратно подстриженными ногтями.

Хлопаю глазами и с любопытством рассматриваю его.

– Что, парень бросил? – продолжает свой монолог незнакомец и ухмыляется. – Ну и что, теперь в реку из-за этого бросаться? Ты погоди, другого еще встретишь… хотя… – Он оценивающе осматривает меня с головы до ног и как-то уж очень сокрушенно вздыхает. – Ты, конечно, не фотомодель… да и хиленькая какая-то…

Я возмущенно открываю рот, на что он тут же вскидывает руки в защитном жесте и активно ими машет.

– Ты не подумай, я же не со зла, – пытается оправдаться бородач и смешно растягивает усатые губы в улыбке.

Ну всё, пора домой. Я еще от бомжей критику в адрес своей внешности не выслушивала. Ужас какой-то.

Откуда только силы берутся. Не прощаясь с незнакомцем, спешно покидаю мост. На ходу вызываю такси. Домой попадаю затемно и, не раздеваясь, падаю на постель. Сон приходит моментально. Под утро, перед самым пробуждением, как насмешка от судьбы, снится Лешка. Я уже и забыла то происшествие, но услужливое подсознание неожиданно напоминает о моём позоре.

Подножка. Как назло, не успеваю сгруппироваться и лечу лицом прямо в лужу. Юбка задирается выше головы, демонстрируя всем окружающим беленькие в горошек трусишки. Хохот ребят, ободранные коленки и слёзы, было не так больно, как стыдно и обидно. Поднимаюсь и даже не смотрю на обидчика. Поправляю юбку и просыпаюсь.

Лежу, долго пялясь в потолок. На душе натуральный кошачий лоток. Глаза щиплет от назревающих слёз, но они так и высыхают, не найдя выхода. По потолку прыгают солнечные зайчики, наблюдаю за ними, и потихоньку отпускает.

Глава 4

Телефон зазвонил ровно в тот момент, когда я решаю все-таки подняться и начать утренние процедуры. Взглянув на экран, вздыхаю. Мама. Принимаю вызов.

– Катюша, – голос мамы слегка взвинченный. Она явно нервничает, что моментально передаётся мне. – Вчера вечером я пыталась тебе дозвониться. Почему твой телефон был недоступен?

Ненавижу именно эту версию своего имени. Ну почему она так меня постоянно называет? Можно же просто Катя.

– Доброе утро, мама Соня, – нарочно выбираю обращение, которое её бесит. – Не знаю, может, сбой сети. Позвони оператору и узнай.

– У тебя всегда на всё есть оправдание. Я же, в конце концов, мать и имею право знать о своём ребёнке. Почему ты не рассказала о вашем расставании с Виталиком? Мне приходится узнавать новости от совершенно посторонних людей, – с укором выговаривает она.

– Зачем мне тревожить тебя своими проблемами? Тем более обсуждать это именно сейчас мне не очень хочется, – отвечаю я и шумно вздыхаю.

Кто же мог ей слить информацию? Видимо, салон посетила и девочки сердобольные донесли.

– Значит, это действительно правда, – сокрушается моя София и издаёт протяжный жалобный звук в трубку. – Сорвался красавчик с крючка. Ну что же ты так… Катюша. Нужно было быть умнее. В твоей ситуации брать мужика надо хитростью. Позвони ему, скажи, что беременна. Прибежит как миленький, – советует мать, намекая на мою недальновидность.

– Нет. Я не стану возвращать его обманом, прощать измену и предательство не собираюсь. Ушёл – скатертью дорога, – ворчу в трубку, возмущаясь её словами.

– Катя! Что ты такое говоришь?! Тебе ли характер показывать! Такого мужика упустила, дурёха!

– Какого, мама?! – вспыхиваю я, повышая голос. – Да он мне с моей же подругой рога наставлял у меня под носом неизвестно сколько времени!

– Ну ты должна понять: мужики – они существа полигамные. У них так природа устроена. А Марина – она очень красивая женщина. Не удержался, оступился твой Виталик. Но ты-то должна быть умнее. Не сиди сложа ручки, нужно действовать.

– Что?! Ты еще его защищаешь?! Оправдываешь?!

– Милая, ну что ты так ерепенишься. В жизни всякое бывает. В твои годы да с такой… внешностью тебе будет сложно найти другого такого… э-э-э…

– Мама! Ты себя слышишь?

– Я добра тебе желаю, не чужой же человек. Да и опыта жизненного у меня поболее. Ты хотя бы прислушайся.

– Вернуть изменщика назад, чтобы потом всю жизнь его с красивых, в отличие от меня, телок стаскивать? Ну уж нет, увольте. Мне лучше как-нибудь одной, по-серенькому. Тихо, мирно и без лишних стрессов.

– Кать, ну чего ты злишься?

– Не злюсь я, – выдыхаю в трубку и зажмуриваюсь. Начинает болеть голова. Легонько сдавливаю двумя пальцами переносицу. Не помогает. – Кто тебе вообще об этом рассказал?

– Так Ксения ваша. Как только я вошла в салон, кинулась мне наперерез и давай причитать. Мол, Катеньку нашу бросили, обидели. Я, конечно, выслушала эту фурию, но сразу сказала, что ты у меня девушка сильная и справишься с любыми трудностями. А у самой кошки на душе скребут.

– Поэтому в первую очередь посетила все свои бьюти-процедуры, а справиться о состоянии дочери решила только на следующий день? – открыто упрекаю мать и прикусываю язык. Поздно. Из трубки слышится характерный всхлип и следом тихое подвывание. – Мама, не плачь, пожалуйста. Я не хотела. Вырвалось как-то само собой.

– Ладно, – тут же прилетает совершенно ровным голосом без намека на истерику. – Будем считать, что у тебя состояние аффекта. Ты перенервничала.

Вздыхаю и закатываю глаза. Разговор меня порядком утомил. Пока соображаю, как бы завершить сеанс, София сама коротко прощается и отключается.

Фух. Спасибо создателю. Наконец можно спокойно заняться собой. Тащусь в ванную, на ходу снимаю вещи. Первый раз спала в одежде. Надо же так утомиться. Или это стресс?

Прокручиваю наш с мамой разговор в голове. Чего я ожидаю от окружающих, если собственная мать считает меня некрасивой? Конечно, она у нас яркая шатенка с небесно-голубыми глазами. Эффектная женщина даже в свои пятьдесят. Смотрюсь в зеркало. Стройная, грудь есть, бедра в самый раз, округлые, красивой формы. Светлая кожа – может, слегка бледнее, чем у многих, но я всегда такой была. Волосы красивого оттенка, почти белые, в нашем салоне дамочки хорошо платят, чтобы получить цвет, хотя бы отдалённо напоминающий мой. Глаза серо-голубые, бледноватые, но, если сопоставить с общим образом, смотрится вполне себе гармонично. Хотя кого я уговариваю? Моль и есть моль. Ничего с этим не поделаешь.

Сокрушенно вздыхаю за утро, наверное, уже в тысячный раз. Стащив с себя джинсы, бросаю их в корзину для грязного белья. Из кармана выпадет позабытая мною визитка. Подбираю с пола, рассматриваю её, закусив губу. В голове возникает идея. А что, если и впрямь рискнуть? Ну что-то же разглядел во мне тот фотограф? Если он и вправду такой профессионал, как утверждала Ксения, то, возможно, из этого выйдет толк. Что я потеряю, если попробую?

Откладываю розовую карточку на раковину и включаю холодную воду. Пока привожу себя в порядок, настрой немного улетучивается, но отказаться от этой идеи окончательно не позволяет внутренний голос. Моя интуиция подсказывает мне, что нужно рискнуть.

Глава 5

Номер набираю дрожащей рукой. До последнего сомневаюсь, а надо ли мне это? Но окончательно отказаться от задуманной авантюры мне не позволяет моя женская интуиция. Что-то внутри так и толкает совершить какую-нибудь глупость. Когда в трубке раздаётся первый протяжный гудок, понимаю: дороги назад нет. Отступать и бояться поздно.

– Ал-ло, – мужской голос, непривычно мелодичный и мягкий, действует как слабенькое успокоительное. Набираю побольше воздуха в лёгкие, издаю ответное «алло» и умолкаю.

– Милочка, вы отнимаете у меня время, давайте живее и по делу, – раздражается собеседник, но, как бы он ни строжился, звучало это всё равно как-то не страшно.

– Вениамин, здравствуйте. Это Катя, ваш мастер…

– О-о-о! – моментально оживляется голосок по ту сторону. – Как же я рад вашему звонку, драгоценная моя! Неужели вы решили принять моё предложение?! Я так рад! Так рад!

Я открываю рот, чтобы что-то брякнуть в ответ, но, кажется, собеседник в этом не нуждается. Мужчина тараторит без умолку, заливаясь соловушкой.

– Надеюсь, сегодня вы свободны?! Записывайте адрес… хотя о чём это я! Сейчас перешлю вам подробный маршрут, ох… нет! Оправлю за вами, милочка, машину! Личного шофера. За адрес не беспокойтесь, я давно всё узнал. О боги! Великолепное начало дня. Вы не представляете, какие шедевры мы с вами создадим. У меня столько идей!

– Вениамин…

– На сборы полчаса, ни минуты больше! Привыкайте! Я строгий начальник, не терпящий опозданий. И никакой косметики, дорогуша. Ваша внешность теперь полностью моя забота, – строго проговаривает фотограф и сбрасывает звонок.

Хлопаю ресницами и пялюсь на экран смартфона. Это что, вообще, такое было? Осматриваю себя с ног до головы. Я, в принципе, уже одета, и макияж – история совсем не про меня. Но чтобы это озвучили как условие при трудоустройстве – такое со мной впервые. Ну что ж, недолго я была безработной, даже отдохнуть не успела. Надеюсь, не пожалею о своём решении.

Дожевывая бутер с вареной колбасой и огурчиком, раздумываю о том, куда вляпалась. Беспокойство начинает понемногу нарастать. Как же я буду работать фотомоделью, если совершенно ничего не смыслю в этой сфере? Я даже позировать на камеру не умею. Всегда старалась спрятаться за кем-нибудь, чтобы сильно не светиться в кадре. Хотя, чего скрывать, на самом деле я всегда мечтала иметь красивые фотографии, просто очень стеснялась. Вот и появился шанс. Настало время все исправить. Сколько можно прятаться по углам? Вениамин профессионал, он сделает всё в лучшем виде. Надеюсь…

Ровно к назначенному времени к дому подъезжает белый внедорожник. Машина явно дорогая и ослепительно чистая. Без сомнений понимаю: это за мной. Вылетаю из квартиры за пару секунд, на ходу поправляю кроссовку. На одной ноге скачу по лестнице, на самом выходе запинаюсь о выступающий порог и начинаю испуганно верещать. Сейчас расстелюсь на асфальте – и моей карьере конец. Вот такая вот голосящая, размахивающая руками в попытке удержать равновесие, выскакиваю навстречу спокойно семенящему к дому шофёру. Увидев меня, он застывает на месте и округляет глаза. Когда моё бренное тельце чуть ли не встречается с дорожным покрытием, меня подхватывают за плечи и одним рывком ставят на ноги.

– Девушка, – возмущенно прилетает мне в макушку. – Не стоит так нервничать. Вы Екатерина Молина?

Краснею. Стыдоба-то какая. Если бы не расторопность незнакомца, валяться бы мне с ободранными коленками у его ног. Надо же так оступиться.

Несмотря на состояние, утвердительно киваю и сразу же отвожу глаза. Это где Вениамин такого водителя откопал? Здоровенный, как шкаф. Я на фоне него ребенок, с моим-то ростом еле до плеча достаю. Наверное, он по совместительству телохранитель. Помогает именитому фотографу отбиваться от назойливых дам. Вон хотя бы Маринку взять. Та бы точно накинулась на бедного Веничку ради новеньких профессиональных фоток. Она еще та звезда социальных сетей. Ни дня без публикации и постов. А я, дура, еще и лайки ей оставляла. Не дай бог пропустить что-то и не оставить положительную реакцию – обид было вагон и маленькая тележка.

Искоса кошусь на мужчину. Красивый. Высокие скулы, тонкие губы, прямой нос. Густые, четко очерченные брови вразлёт, взгляд пронзительный, словно видит тебя насквозь. Чересчур серьёзный – может, сердит на кого или настроения нет?

Сажусь в авто на заднее сиденье и старательно отодвигаюсь в угол, чтобы не маячить в зеркале заднего вида. Это позволяет мне незаметно изучать водителя. Ничего не могу с собой поделать. Его внешность притягивает взгляд. Мне нравится в нём всё. Даже вид со спины. Изучаю его стрижку, будто что-то в этом понимаю, и ищу недостатки. Волосы светло-русые, на висках стрижены коротко, на макушке немного длиннее, а челка и вовсе уложена так, что торчит кверху. Интересно, он это специально делает?

– Вы так на меня смотрите… У меня что-то на затылке? – неожиданно произносит мужчина и оборачивается ко мне. Смотрит на меня светло-карими глазами. Цвет радужки никак не вяжется с холодностью самого взгляда. Он прищуривается и склоняет голову набок.

– Нет. Все у вас там нормально. Просто я задумалась и …

– Зацепились взглядом за мой затылок.

Я начинаю отчаянно краснеть. Быстренько что-то соврать не получается. В голове пусто. Ну не сознаваться же, что просто пялилась на него.

Мужчина неожиданно улыбается, и я зависаю окончательно. Эта улыбка – она мне кажется очень знакомой. Мой ошарашенный вид, окончательно поднимает ему настроение. Он издает тихий смешок и заводит авто. Дальше мы едем молча. Мои глаза заняты исключительно изучением отсутствующего маникюра. Сапожник без сапог, как говорили мои девчонки на работе. Тяжело вздыхаю. Ох, чую, я еще не раз вспомню свою прежнюю работу добрым словом.

Глава 6

Едем до места назначения молча. Водитель демонстративно включает музыку, всем своим видом показывая, что на дальнейшее общение не настроен. Я с ним совершенно солидарна, продолжать позориться совсем не хочется. В том, что опять попаду в неловкую ситуацию, я больше чем уверена, потому как общество этого незнакомца действует на меня очень странно.

Пытаюсь взять себя в руки. Подумаешь, красивый мужчина, и что? Не обязательно превращаться в тупицу только из-за того, что он взглянул в мою сторону. Вздыхаю, ерзая на месте. Скорее бы приехали.

Алексей

Смотрю на невзрачную пассажирку, из-за которой Вениамин поднял такой шум. Не понимаю, что в ней особенного? Девушка совершенно обыкновенная. Худенькая, по мне – даже слишком. Бледная кожа, волосы светлые, почти белые, вся тоненькая, хрупкая, на фарфоровую куклу чем-то похожа. У мамы дома на полочке такая стояла. Точная копия. Она её очень берегла, не позволяла мне даже в руки брать.

Глаза у девчонки гармонично светлые, успел разглядеть прежде, чем она спряталась от меня под глубоким капюшоном своей безразмерной кофты. Странная мода сейчас у молодежи. Наряжают в мешковатые шмотки свои субтильные тельца. Видимо, считают себя в этом особенно привлекательными.

Не понимаю, как у Бронского получилось уговорить меня поехать за ней? Личный миллионер на побегушках. Ухмыляюсь сам себе. Вот же проныра, с возрастом Веник стал ещё более изворотливым и находчивым. Что ж, это огромный плюс для пухляша. Своей харизмой и обаянием он многого добился. Хотя я в нём никогда не сомневался. Ещё со школы он удивлял меня своей предприимчивостью и дальновидностью.

Зарабатывать пухляш начал, как только у него появился первый фотоаппарат. Я пусть и был на порядок младше, но сразу понял, с кем нужно дружить. Вскоре и я получил свои первые деньги, разогнав от Веника всех недовольных. Уже тогда мои физические данные и излишняя самоуверенность играли мне на руку.

Воспоминания из детства заставили улыбнуться. Да уж, сколько дел мы с этим пронырой провернули, всё уже и не вспомнить. А потом мне пришлось внезапно уехать. Объявился богатенький отец, у которого на меня были свои планы. Мама осталась в Питере, я улетел в Штаты и из Алексея превратился в Лекса. Началась другая жизнь, но с Вениамином дружить мы не перестали. Хорошее было время. Есть о чём вспомнить.

Моё внимание снова возвращается к пассажирке. Сидит так тихо, кажется, и не дышит вовсе. Явно нервничает в моей компании. Включаю музыку – может, это поможет девушке немного расслабиться. Никогда не думал, что своим видом могу кого-то напугать. Сколько, интересно, ей? Восемнадцать-то есть? Хотя о чем это я? Конечно, есть, она же вроде фотомодель, заказ портфолио для рекламы нижнего белья. Странно. С виду застенчивая девушка, а как тогда собирается в белье дефилировать? Просыпается странное желание проследить за её судьбой. Прогоняю ненужные эмоции и хмурюсь. Я приехал в Питер ненадолго. Прослежу за тем, как продвигается дело Вениамина, в которое я влил крупную сумму денег, и вернусь домой. Отец не позволит мне долго прохлаждаться. Семья и семейный бизнес прежде всего, а минутные порывы – это дело проходящее. У девчонки, скорее всего, есть тот, кто о ней позаботится. Парень, отец, может быть даже муж. Не моя забота. Собственные умозаключения заставляют расстроиться.

Вернусь в Новосибирск, разгружу брата от дел. У него семья, маленький сын. Ему нужно чаще быть дома. Никогда не отрицал и не скрывал, что завидую семейному счастью Марка. Как такой раздолбай мог привлечь внимание хорошей девочки? И не просто привлечь, Лера в него по уши влюбилась, сына родила. Мало того, что брат мне нос утёр, первым женился, ещё и крестным своего сына сделал. За это ему, конечно, отдельное спасибо. Племянника люблю как родного. Хороший мальчуган. Не видел его всего несколько дней, а уже скучаю. Нужно Демиду обязательно подарок купить.

Бросаю потухший взгляд на девушку.

А я?! Мне не стоит забивать голову мелкими девчонками. В следующий раз, если Вениамин захочет, чтобы его ценный груз добрался до него в целости и сохранности, пусть сам за ним и едет. Внутри закипает злость на самого себя. Не могу не смотреть на малышку на заднем сиденье. Не понимаю, что со мной происходит. Накрутил себя на ровном месте.

В отражении вижу застывшую статуэтку, из-под капюшона выглядывает маленький, слегка курносый носик. Сжимаю пальцами руль и давлю педаль газа в пол. Скорее бы высадить её и занять своими делами. «Удалёнку» никто не отменял.

Глава 7

Меня всё так же молча выставляют из машины, предельно вежливо, но посыл понятен. Проскальзываю у мужчины под рукой и спешу покинуть его общество.

Привезли меня ожидаемо к офисному зданию. Многоэтажное строение, здесь я бывала несколько раз, но подробно ничего не рассматривала. Интересовал меня исключительно один отдел, в котором продавались материалы и оборудование для мастеров бьюти-сферы. Всё, что мне нужно: лаки, расходники, гели и прочая лабуда. Самый любимый шопинг для меня – это покупка материалов для работы. Ничего не поделаешь.

Спохватившись, понимаю, что забыла попрощаться с водителем и поблагодарить за поездку. Всё же я воспитанная девушка. Оборачиваюсь, но машины уже нет. Становится обидно. Но чему удивляться? Свою основную задачу он выполнил. Привез и уехал. Видимо, провожать меня до двери в его планы не входило.

Куда идти, понятия не имею. Задираю голову вверх. Сколько же здесь этажей?

– Что-то интересное увидела? – раздаётся над ухом, и я резко оборачиваюсь, втыкаясь носом в пиджак. Тонкий аромат парфюма наполняет легкие свежестью.

– Ой. Извините, – лепечу я и неожиданно чихаю. Прикрыв лицо ладошкой, смотрю на мужчину, которого только что обнюхала.

Он же уехал? Или… машину парковал?

– Будь здорова, – отвечает красавчик и ухмыляется.

– Спасибо, – стыдливо прячу глаза.

Не стоит так таращиться, Катя, неприлично. К тому же тебя совсем недавно бросил парень, а ты уже на другого слюни пускаешь.

– Заблудилась? – продолжает он беседу, рассматривая меня сверху вниз.

– Нет. Не совсем, – отвечаю и шмыгаю носом, на что собеседник вопросительно вскидывает брови. – Я не знаю, куда идти. Вениамин не объяснил.

– Давай провожу, – предлагает он, но при этом отводит взгляд в сторону.

– Спасибо большое, – соглашаюсь, но не успеваю сделать и шагу за красавчиком, как на меня налетает лавина под названием Вениамин.

– Милочка, драгоценная моя! – радостно голосит фотограф, хватая меня под руку. – Ну где же вы ходите? Я весь испереживался уже.

– Мы только что приехали, – бормочу в ответ, еле успевая переставлять ноги. Веник буквально несёт меня за собой, крепко ухватив за предплечье. – Ваш водитель как раз предложил проводить. Вы забыли уточнить, где находится студия.

– Кто? – мужчина неожиданно поперхнулся и, прочистив горло, даже приостановился. – Ну да, ну да, – пробормотал он и с удвоенным энтузиазмом потащил меня дальше. – Идёмте, сегодня я кратко введу вас в курс дела. Не переживайте, у нас будет только ознакомительная беседа и… надеюсь, подписание договора. Я думаю, что всё пройдёт гладко. Мои юристы уже подготавливают документы. По поводу подводных камней можете не переживать. Я работаю предельно честно. Недовольных ещё не было.

«Какой же он всё-таки болтливый», – отмечаю про себя и недовольно кривлюсь, пока на меня никто не смотрит. Уличив момент, оборачиваюсь, но, к моему величайшему разочарованию, красавчика водителя нигде нет. Жаль.

Отвлекаясь на болтовню моего нового работодателя, я совершенно не запоминаю дорогу. Он настолько увлекает меня, что я вообще перестаю обращать внимание на обстановку и не замечаю, как попадаю в мир фотоиндустрии. Вот тут-то и начинается неописуемая суета. Такого, признаться, я не ожидала. Вениамин проводит меня через всю фотостудию, точнее, фотолабиринт, по дороге поясняя принцип действия каждого устройства, на которое падает мой взгляд. Оказалось, у него работает огромная команда. А я наивно полагала, что профи занимается фотографией один.

Спустя полчаса сбиваюсь со счета, сколько же здесь помещений с различными локациями. Спецтехника, оборудование, декорации – просто сказка, да любая киностудия позавидует. Вениамин говорит без умолку, рассказывая о своей работе. Более энергичного человека мне сложно представить. Таких я ещё не встречала. По его горящим глазам и восторженным речам было понятно, как он любит своё дело. Выслушав кучу информации, половину которой тут же забываю, я несдержанно устало вздыхаю, на что Веник понимающе улыбается. И, к моему величайшему облегчению, когда терпение начинает подходить к концу, мы наконец-то добираемся до небольшого офисного помещения. По обстановке понимаю, что это личный кабинет маэстро.

Меня усаживают в удобное кресло и вручают прохладный газированный напиток.

– Вижу, что уморил вас своей маленькой экскурсией, но поверьте, это было необходимо. Иначе как мне донести до вас всю серьёзность моей работы. Это не хобби, а дело всей жизни. Моё призвание. Дело в том, что я впервые получил заказ невероятной важности. От того, как я выполню эту работу, зависит моё дальнейшее будущее. Прошу понять всю масштабность проекта и отнестись к работе со всей ответственностью, на которую вы способны. Для меня это очень важно, как, впрочем, и для вас, потому что оплата ожидается более чем достойная. Деньги – это очень весомый аргумент, но в данной ситуации есть ещё более значимые плюсы. Мы с вами выйдем на международный уровень. Слава, признание. Вы понимаете меня?

Я медленно киваю, а внутри поднимается паника.

– Наш новый заграничный партнёр вышел на меня совершенно случайно. Не знаю уж, какому богу я угодил, но, видимо, молился я тому, кому нужно. Договор с ними заключён, остаются детали. Студия и подиум для съёмки готовятся отдельно, буквально через несколько дней я познакомлю вас с ними и подробно расскажу, как будет проходить фотосессия. Сразу предупреждаю: работы будет много. От вас потребуется быть в форме – это означает высыпаться в первую очередь, чтобы выглядеть свежо. Стилист-визажист у нас имеется, но не всё можно исправить красками. Не набирать лишний вес, но с этим, я вижу, проблем не будет. К тому же нужно посетить СПА-салон. Маникюр, педикюр, депиляция, обязательно уходовые процедуры для тела. – Вениамин подскакивает со своего кресла и, заложив руки за спину, начинает мельтешить у меня перед глазами. Неужели не устал? Вот неугомонный. – Вам выдадут сертификат на проверенный салон, где вы в течение нескольких дней будете бесплатно получать все перечисленные процедурки. И… очень важный момент – никакого загара! В вашем случает это будет фиаско. Придётся несколько дней выводить все эти солнечные радости с кожи. Вам всё понятно?

Отхлебнув газировку, я медленно киваю. Вот же попала.

– В команде у нас вместе с вами пять девушек. Позже представится возможность познакомиться, но это не обязательно. Пересекаться вы будите редко, и дружить не обязательно. Достаточно знать друг друга в лицо. – Он поднимает указательный палец вверх. – Во время съёмки в студии могут присутствовать спонсоры. Благо у нас он в единственном экземпляре, что очень даже хо-ро-шо. Не люблю посторонних на площадке. Предупреждаю сразу: даже если его присутствие вас будет смущать, придется потерпеть. Человек он хоть и достаточно молодой, но серьёзный. Также вместе со мной будет присутствовать моя команда. Без них я как без рук. Ребята – профессионалы своего дела. Это понятно?

Я киваю, сохраняя неподвижность статуи. Кажется, даже пальцы онемели, которыми держу стакан.

– Я понимаю, что вы не профи и, возможно, подобная фотосессия в вашей жизни впервые, поэтому обдумал все заранее. Вам предстоит пройти ускоренные обучающие курсы. Вас научат не бояться камеры, позировать. Рассмотрим вас, так сказать, со всех сторон и выберем лучший ракурс. – Вениамин потирает ладошки, а я начинаю дышать через раз. Преодолев расстояние между нами в два широких шага, мужчина присаживается передо мной на корточки и берет мои руки в свои. – Я верю, что у нас всё получится. Я не мог в вас ошибиться.

Неожиданный телефонный звонок заставляет Вениамина переключить своё внимание. Я с облегчением вздыхаю. Внутри всё трясётся. Не знаю, как справлюсь со всем, во что ввязалась, но ясно как божий день: отступать некуда. Меня просто не отпустят.

Глава 8

Пока мужчина занят, я потихоньку цежу напиток и перевариваю полученную информацию. Что ж, получилась хорошая встряска. Вениамин перевёл на себя всё моё внимание, я даже на некоторое время позабыла о своих переживаниях. За последние пару часов, если честно, о бывшем не разу не вспомнила. Становится немного стыдно. Неужели я такая легкомысленная? Или же Виталий настолько сильно обидел меня, что вся любовь и привязанность вмиг улетучились? Прислушиваюсь к себе. Разве такое возможно? Вздыхаю и отставляю стакан на стол.

Вениамин неторопливо расшагивает по кабинету, изредка подмигивая мне. Будучи занятым, он всё равно не оставляет мою персону без внимания, мимоходом наполняет пустой стакан свежим напитком.

Вернувшись в кресло, мужчина продолжает разговор и одновременно достает из ящика стола какие-то документы, начинает их изучать. Через минуту он протягивает мне лощеный разноцветный листочек и белозубо улыбается.

«Безлимитный сертификат на посещение СПА-салона парикмахерской by Davines».

Я округляю глаза. Это надо же! С ума сойти. Безлимитный.

Пока таращусь на бесценную яркую бумажку в руке, Веник заканчивает разговор.

– И-и-итак, по поводу вас администратора салона уже предупредили, распоряжения оставили. Остаётся только лишь доставить ваше прелестное тело в это замечательное место. Девочки всё сделают.

Пока моё лицо заливается краской от комплимента, поверх первого сертификата ложится второй – на посещение ногтевой студии и, как я понимаю, тоже без ограничений по финансам.

– Вениамин, неужели это так необходимо? Маникюр я могу сделать себе сама. Это несложно.

– Об этом не может быть и речи. Если вас не устраивает студия, можете выбрать любую другую. Спонсор оплачивает все расходы.

– Меня всё устраивает, – сдаюсь я и складываю сертификаты в большой карман на кофте.

– Эти бумажки – формальность. Разве что на них указан адрес, но и тут я могу всё организовать. Доставим куда следует в любое удобное для вас время.

– Но мы всё ещё не подписали договор, а уже такие расходы, – удивлённо напоминаю я.

– Вы всё ещё сомневаетесь. – Вениамин откидывается в кресле и внимательно смотрит на меня. – Вы разительно отличаетесь от всех тех девушек, с которыми мне приходилось работать. А стаж у меня, поверьте, немалый. Предыдущие выбранные мной модели заглотили наживку после первых двух минут разговора со мной, а к концу нашей беседы были готовы на всё ради этой работы. Вы же, я вижу, до сих пор не уверены, хотя стараетесь не подавать вида. Что вас беспокоит?

– Вы очень внимательный человек, Вениамин, – отвечаю уклончиво и натягиваю на губы улыбку.

– Не стану отрицать, – кивает он и ухмыляется. – Скажите, что подвигло вас согласиться на моё предложение? Я правильно понимаю, эта работа не предел ваших мечтаний?

– Не буду сейчас изливать душу и тратить ваше драгоценное время на малоинтересные факты моей личной жизни, просто скажу так… хочу доказать себе, что стою большего, чем многим кажется.

– Доказать себе? Это замечательно. Самореализация, самоусовершенствование. Самоутверждение, в конце концов. Но доказывать кому-то, что вы лучше, чем им кажется, – это зря потраченное время. Я могу прямо сейчас сказать вам, Катя, ВЫ уникальны. И если этого кто-то не рассмотрел, это ЕГО проблема.

– Вениамин, ВЫ… – Я так и замерла с открытым ртом, не в силах закончить фразу. Такие слова от мужчины я слышала впервые за свои двадцать семь лет. Хотя нет, что же я! Папа – он всегда говорил, что я совершенство, самая-самая. Но это было так давно, что уже и забылось. А комплименты от Виталика были настолько скупыми и редкими, что можно по пальцам пересчитать. И неудивительно, что я для мужчины, с которым пять лет делила постель, по итогу оказалась молью. И это явно не из-за фамилии. – Спасибо. Правда, спасибо. Я постараюсь вас не подвести.

– Вот и замечательно, драгоценная моя, – поёт этот плут и хлопает в ладоши. Запустив пятерню в рыжие волосы, немного длинноватые для данной модельной стрижки, мужчина озадаченно смотрит на настенные часы. – Договор, видимо, будет готов только завтра. Задерживают, лентяи. Что ж, в принципе, на сегодня мы закончили. Я вас отпускаю. И… прошу не тянуть с процедурами. Начать посещение салонов нужно как можно скорее. Желательно уже завтра. По поводу бумажных формальностей я вам отзвонюсь, будьте, пожалуйста, на связи все двадцать четыре часа. Это, кстати, одно из условий сотрудничества, и этот пунктик мы пропишем в договоре.

Я понимаю, что разговор окончен, и торопливо встаю с места. Растерянно смотрю на дверь, которая неожиданно открывается, и на пороге появляется ОН. Шофёр Вениамина.

Фотограф смотрит на вошедшего и неожиданно хлопает себя по лбу.

– Простите! Я совершенно не подумал о том, что вас нужно проводить. У нас тут с первого раза дорогу и не запомнить. Алексей, драгоценный мой, не мог бы ты проводить девушку?

Я зависаю, ожидая ответа мужчины. Именно сейчас мне очень хочется услышать его положительный ответ.

Алексей. Лёша. Проговариваю про себя его имя и зависаю. Как зачарованная смотрю на немного опешившего парня. А он, застыв в дверях, сверлит недобрым взглядом Вениамина.

Странно, почему он так зло смотрит? Видимо, потому, что его основная обязанность – возить людей, а не провожать. Хотя какая мне разница? Может, и без этого у него много работы или личные терки с Веником. Мало ли что может быть между ними.

«Как же совпало-то с именем!» – вздыхаю я, совсем позабыв об осторожности. Ещё бы слюни пустила, дурында.

Алексей переводит взгляд на меня и медленно кивает. Его бровь ползёт вверх, и на губах появляется странная ухмылка.

«Заметил», – вспыхиваю я, и лицо медленно краснеет.

– Идём. – Развернувшись на месте, мужчина быстро шагает прочь. Я тут же срываюсь следом, при этом не забывая наспех попрощаться с хозяином всей этой богадельни.

Пока бегу за провожатым, пытаясь поспеть за его размашистым шагом, пару раз спотыкаюсь о раскиданные на полу толстые провода.

– Ты чего под ноги не смотришь? – после моего десятого «ой» немного раздраженно бросает «скороход» и останавливается.

– Боюсь потерять вас из виду и заблудиться, – отвечаю сразу же, не обдумав, как лучше преподнести информацию.

«Шёл бы ты медленнее, что ли, пока я не убилась тут», – пыхчу внутри, как недовольный ёжик.

– Я такой незаметный?

– Быстрый, – бросаю я немного сердито и демонстративно делаю глубокий вздох, словно стараюсь выровнять дыхание от очень быстрой ходьбы.

– Есть нужно лучше, тогда силы будут хотя бы на ходьбу.

– Что-о? – У меня от удивления округляются глаза. Вот нахал. Он меня что, сейчас поддеть решил? На что намекает?

– Что слышала, – пренебрежительно отвечает он и отворачивается, делая вид, что разглядывает на стене что-то более интересное, чем я.

– Я, вообще-то, хорошо питаюсь. Правильно и сбалансированно. Даже обучение прошла на тему нутрициологии.

– Я вижу, – незаинтересованно бросает Алексей через плечо и идёт дальше, однако уже намного медленнее.

Не смотреть на собеседника во время разговора – это верх наглости. Неуважительно и обидно.

– Что видите? – не унимаюсь я, раззадоренная его циничным отношением к моей персоне.

– Если бы разбиралась в еде, то и щеки были бы порозовее, и фигура покруглее, и не нужно было бы прятать себя под этими балахонами.

– Да что вы… ты себе позволяешь! Я вообще-то родилась с такой кожей, это моя особенность. Физиология такая. Даже если я наем сто килограмм, мне розовощекой не бывать. А одежда эта просто удобная очень, поэтому и ношу. И вообще, я довольно взрослая уже, чтобы решать, что мне есть и как одеваться, – договариваю всё, что крутится на языке, и захлопываю рот. Вот чего я так разошлась? Ну невоспитанный он, мужлан, шоферу и не нужно соблюдать особый этикет, а я-то чего язык распустила?

Алексей оборачивается на меня и неожиданно по-доброму улыбается.

– Взрослая. Восемнадцать точно есть, раз сюда пришла работать. Да еще и в такой проект.

– Двадцать семь, – бросаю я и складываю руки на груди в замок. Чего уж теперь молчать, когда вовремя не сдержалась. – Извините. – Обхожу его, задев плечом, и шагаю к выходу. – Спасибо, что проводили.

Выскакиваю за дверь как ужаленная и спешу покинуть этаж. Ощущения такие, как будто мне сделали подножку и я завалилась на землю с задранной юбкой. Стыдно и неприятно. Точно всё Лешки одинаковые. Лучше мне держаться от него подальше. Пока молчал, такой душка был. Вот надо было ему меня доставать, а мне поддаться.

Кожа ему моя не нравится. Одежда не нравится. Фигура тоже не та. Даже не смотрел на меня толком, а уже забраковал. Обида закипает с удвоенной силой. Глаза начинает щипать, вот-вот разревусь. С психом сую руки в карманы «негодной» кофты и нащупываю там абонементы. В голову моментально приходит замечательная идея. Даже настроение резко ползёт вверх. Раз уж я подписалась под этой авантюрой, то буду пользоваться всеми бонусами по полной.

Хитро прищуриваю глаза и ухмыляюсь.

Не дождётесь моих слёз. Фигушки. Вы меня ещё увидите, Алексей! Я заставлю вас пожалеть о ваших скоропостижных выводах и о неосторожно брошенных словах в мой адрес.

Глава 9

Вылетаю из здания как ужаленная. Сама толком не поняла, как получилось найти выход, просто летела, подгоняемая эмоциями и неожиданно воспрявшим чувством собственного достоинства.

Этот Алексей меня действительно взбесил. Никогда не чувствовала себя настолько взвинченной. Предложил бы мне кто сейчас забраться на Эверест без страховки – согласилась бы, не раздумывая.

В запале мечусь по тротуару, выглядывая машину с шашечками на крыше. В очередной раз развернувшись, врезаюсь в уже довольно знакомый пиджак с ароматом свежести. Зло поджимаю губы и задираю голову, чтобы взглянуть хозяину дорогой вещи в лицо. Это ж сколько ему Веник платит, что парень может позволить себе брендовую одежду? Мой благоверный как-то выцыганил подобную у богатенького заказчика. Уж не знаю, что он такого сделал, чтобы заработать ту вещь, но я для себя тогда решила: раз сделали такой дорогой презент, значит, оценили по достоинству его талант. Человек он, может быть, не очень, но свою работу знает. Денег от него я, конечно, не видела – видимо, считал, что мне и так хорошо. Я вполне справлялась сама, но не по-мужски это как-то.

Подогрев разбушевавшиеся эмоции воспоминаниями о Виталике, прожигаю пылающим взглядом золотистые глаза напротив. Алексей смотрит сверху вниз, и вид у него явно озадаченный. Брови ползут к переносице, и радужка глаз начинает темнеть. Опешив, делаю шаг в сторону. Слишком уж он грозный, мой пыл немного остывает, но обида продолжает грызть червячком, не позволяя окончательно сдать позиции. Хмурю светлые брови и отворачиваюсь от мужчины. Мне нужно поймать такси. Меня ждут СПА-процедуры, парикмахер и еще куча всего прекрасного и очень дорогого. Мне это сейчас ой как необходимо!

Обхожу столб по имени Лёша и продолжаю шарить глазами по сторонам.

– Я так понимаю, ты обиделась? – прилетает мне в спину совершенно спокойным голосом.

Ничего не отвечаю. Он что, вообще бесчувственный? Словно о погоде подошёл поговорить. Мог бы изобразить сожаление, хотя бы лёгонькое. В ноги мне падать, конечно, не нужно, но ради приличия сказать…

– Извини, я не хотел.

Останавливаюсь как вкопанная. Медленно оборачиваюсь и недоверчиво смотрю на мужчину, потом заглядываю ему за спину и прищуриваюсь. Никого рядом нет. Значит, это произнёс именно он. Невоспитанно тычу в него пальцем.

– Это сейчас ты сказал? – не замечаю, как самолично сокращаю между нами дистанцию и перехожу на «ты».

Он кивает и, поджимая губы, отворачивается. Извиняться этот тип явно не привык. Зачем тогда вообще рот открыл? Я не персона нон грата, не обязательно налаживать со мной отношения. Ну обидел и забыл. Или Вениамин его заставил? Хотя когда бы он успел?

– Забудь, – бросаю немного растерянно, и наконец мне на глаза попадается нужная машина. Срываюсь в её сторону, но меня неожиданно удерживают за руку. Дергаюсь, стараясь освободить конечность от цепких пальцев, но безуспешно. Такси моментально перехватывают, и я с досадой смотрю вслед уезжающей машине. – Ну вот! В это время уехать отсюда вообще невозможно. Это же экономвариант был. Дешевле уже навряд ли поймаю. А я, между прочим, пока еще безработная, благодаря некоторым… кобелям, – возмущаюсь я и захлопываю рот, но, к моему сожалению, поздновато. Информация эта ему совершенно без надобности. И что со мной такое происходит? Обычно я не болтаю лишнего. С Вениамином и вовсе пару предложений вставила. Сидела и хлопала глазами. А как Алексей появляется на горизонте, меня куда-то несёт.

– Кобель? – Леша усмехается. А я начинаю медленно сгорать от стыда. Услышал всё-таки.

– Чего тебе надо? – Шевелю рукой, чтобы как-то привлечь его внимание к моей захваченной конечности и получить свободу.

– Хотел предложить подбросить до дома. В качестве извинений за грубость, – отвечает Алексей и разжимает пальцы.

– Я не домой еду, – бросаю сердито и растираю запястье. Крепко он меня держал.

– Хорошо. Куда? – Он вздыхает и, сунув руки в карманы брюк, вопросительно вскидывает брови.

Недоверчиво бросаю взгляд в его сторону, но в итоге сдаюсь, достаю из кармана абонемент и молча протягиваю ему.

– А-а-а, Вениамин отправил. – Он понимающе кивает и улыбается. Опять эта улыбка – она просто сражает наповал. Не могу отказать себе в удовольствии и пялюсь на него, не моргая. Мужчина замечает мою реакцию и улыбается еще шире.

– А мы нигде не могли видеться раньше? Мне кажется, что…

Он неоднозначно пожимает плечами.

– Поехали?

Я неуверенно киваю, но решаюсь принять предложение. Как-то не планировала я вновь с ним встречаться и ездить в одной машине. Слишком он меня волнует. И без этого хватает проблем. Но с другой стороны… чего бояться? Он же водитель Вениамина. Что со мной может случиться рядом с ним?

Машина оказывается припаркованной совсем недалеко. Идем мы молча. Дверь он открывает сам, не позволяя мне даже прикоснуться к ручке. Ждёт, пока усядусь, и закрывает тоже сам. Наверное, не любит, когда слишком сильно хлопают дверцами, не доверяет, видимо, очень дорогой автомобиль.

Усевшись за руль, мой водитель разворачивается ко мне и тянется за ремнём безопасности. Я зависаю от происходящего. Он так близко, что кажется: еще немного – и наши лица соприкоснутся. Как специально, он тянет ремень очень медленно, касаясь меня рукой. Я внимательно наблюдаю за его действиями, секунда – и всё заканчивается, он застегивает замок и отстраняется. С моих губ срывается вздох разочарования, на что Алексей дергается в мою сторону, но неожиданно застывает.

– Надеюсь, ты довольна, – озвучивает он, и уголок его губ ползёт вверх. – Дешевле, чем бесплатно, уже не будет.

Его дыхание касается моего лица. Я чувствую слабый запах мяты. Не вовремя просыпается чисто женское любопытство. Интересно, как он целуется? Взгляд спускается к его плотно сжатым губам. Неосознанно облизываюсь и поднимаю взгляд. Что я творю? Хочется провалиться на месте. Мужчина моргает и отстраняется. Секунда, и машина трогается с места. Отворачиваюсь к окну. Что-то я не на шутку размечталась. Мало мне одного красавчика было, на другого пялюсь? Хватит того, что сбрендила и подалась в фотомодели! Лешу мне точно не потянуть, нечего и мечтать. Всё, лезу в норку зализывать раны. Пережить заново подобную историю мне не по зубам.

Алексей

Смотрю на малышку и понимаю: если сейчас отпущу, потом вовсе к себе не подпустит. Слишком ершистая. Знаю я таких, знаком уже с одной. Теперь она жена брата. Раньше думал, что подобный характер – сущее наказание, потом понял, что девушки бывают колючими от неуверенности или излишней скромности, может, просто боятся довериться. Нужно извиниться, не сломаюсь. Она точно смягчится, видно же, как смотрит на меня, не слепой. Ясно: понравился, но вот сглупил, оттолкнул. Поэтому и бесится. Буду брать пример с брата, он нашёл подход, и я справлюсь, не дурак. Есть в ней что-то такое, что цепляет. Не могу понять только, что именно. Она явно не в моём вкусе. Тощая, мелкая, бледная какая-то, будто болеет. А глаза… Может, что-то случилось у неё?

Девушка порывается поймать машину, хватаю за руку и офигеваю сам над собой. Если она сейчас меня пошлёт, то заслуженно. Нечего руки распускать. Трепыхается, но отступать уже поздно. Держу, в башке ни одной нормальной идеи, что делать дальше.

Катя расстроенно провожает машину взглядом и хмурится. С её губ слетают слова возмущения, но её попытка поругаться проваливается на корню. Забавная. Слишком нежная для скандала. Это точно не про неё.

Вот! Упоминает какого-то кобеля! Значит, мужик обидел. Так он есть или был? Надо выяснить как-то осторожно. Кольца нет, но это ещё ничего не значит.

Поедет со мной. Деваться ей не куда. Смотрит исподлобья. Сердится.

Идём, малышка, прокачу, не обижу.

Веду к машине. Стараюсь быть галантным, насколько это в моей ситуации возможно. В основном женщины, которым я интересен, запрыгивают в машину сами, без приглашения, а тут совсем другое дело. Насупилась, молчит. Притихла, словно боится. Нужно пристегнуть трусишку и ехать, пока не сбежала. Склоняюсь к ней. Пахнет какой-то ягодой, вроде малиной. Не хочется отстраняться, смотрю на неё. Девчонка разглядывает меня с не меньшим интересом и неожиданно облизывает губы. Меня накрывает, подаюсь вперёд, но хватает мозгов вовремя остановиться. Что за… повёлся, как сопливый пацан. Она-то сама поняла, что сделала? По ходу, нет!

Взгляд девушки тускнеет, и она отворачивается. Расстроилась? Почему?

Интересно, что за мысли сейчас в её маленькой светлой головке?

Глава 10

Спустя пару минут тишины начинает тихо играть музыка. Зарубежку я не слушаю, но трек мне нравится. Расслабляюсь. Откинувшись на спинку сиденья, прикрываю глаза. Мне невероятно хорошо и спокойно. После эмоционального всплеска появляется слабость. Хочется просто молча прокатиться по городу. Когда ещё появится возможность посидеть в салоне красивой машины в компании мужчины, при виде которого замирает сердце?

Вот падкая ты, Катенька, на красоту. Нельзя так. Хотя что такого? Смотреть же не запрещено.

Открываю глаза и вижу в отражении на оконном стекле, что он смотрит на меня. Делаю вид, что ничего не заметила. Может, проверяет, сплю или нет. Собираюсь с силами и выпрямляю спину. Развалилась тут, нечего растекаться по чужому сиденью.

То, что происходит в следующую секунду, заставляет моё сердце резко сорваться вниз и остановиться в пятках. Впиваюсь ногтями в бока кожаного сиденья и тихо вскрикиваю точно в унисон визгу тормозов.

Прямо перед нами, не поделив трассу, со всей дури влетают друг в друга два небольших грузовика. Образуя на дороге огромную пробку, они собирают в свою компанию еще несколько легковушек. Мой водитель выворачивает руль, пытаясь избежать столкновения, но ему просто некуда увести машину. Слышу скрежет металла, сопровождаемый отборным матом Алексея. Удар. Меня подкидывает, но ремень безопасности надежно удерживает на месте. Зажмуриваюсь: ужасно страшно. Кричать смысла нет, поэтому просто тихо всхлипываю.

Когда все затихает, распахиваю глаза. Лёша ударом ноги открывает заклинившую дверь и выскакивает из салона, оставив меня одну. Сжимаюсь в комочек. Он меня бросил? Становится до одури жутко. Дергаю ремень безопасности, но он никак не поддаётся. На глаза наворачиваются слёзы. Размазываю их рукавом по лицу, но они, как нарочно, снова застилают взгляд. Сквозь пелену ничего не вижу, хочется выть навзрыд, но я сама не понимаю, как держусь. Вокруг кричат люди, от этого становится еще страшнее. Всхлипываю, с удвоенной силой дергая заклинивший замок, начало истерики положено.

Не понимаю, откуда он взялся. Налетел, как ветер. Выдрал ремень безопасности с корнем и, заграбастав меня на руки, вытянул из салона. Вцепляюсь в него, как дикий котенок, руками и ногами, чтобы точно не упустил. Секунда, и я оказываюсь в безопасности. Далеко от большой свалки раскуроченных машин. Алексей ставит меня на ноги и, придерживая одной рукой, с беспокойством заглядывает в лицо.

– Цела?

Я молча киваю и всхлипываю.

– Испугалась? – Он шумно вздыхает и прижимает к себе. – Всё хорошо. Не плачь.

По спине пробегает теплая ладонь. Я малодушно прижимаюсь к нему и шумно вздыхаю. На глаза попадается пятнышко крови. Оно небольшое, но на фоне белоснежной рубашки смотрится устрашающе. Вскидываю голову и вижу кровь у него на лице. Кажется, разбил нос. Когда успел? Он ведь был пристёгнут? Или нет?

– У тебя кровь, – пищу я и, вытянув рукав кофты, осторожно обтираю ему губы. Ранка находится на верхней губе, и кровь появляется опять. Леша шипит и дергается.

– Ерунда. Главное, зубы целы.

– Нужно лёд приложить, – лепечу я и упрямо тянусь к его губам рукой.

– Всё нормально, на мне быстро заживёт. Не переживай. – Он улыбается и морщится.

Всё же больно – делаю вывод я и прижимаюсь к нему ещё сильнее. Почему-то мне кажется, что мои объятия ему помогут.

Таращусь в сторону его дорогой и красивой машины. Ох и досталось же ей! Как мы только целы остались, непонятно.

– Что тебе будет за авто? – Беспокойство за моего спасителя побеждает пережитый стресс. Мне срочно нужно чем-то занять голову.

– Ничего. Возьму другую, поманевреннее. – Леша стискивает меня своими ручищами, устраивая подбородок на макушке.

– Хорошо, – выдыхаю я и продолжаю осторожно изучать обстановку вокруг.

Люди носятся мимо нас как сумасшедшие. Кто-то кричит, другие скандалят, совсем рядом истеричные рыдание женщины и плач ребёнка. Дорога полностью заблокирована. Для города это обычная ситуация, но не сказать, что не проблематичная. Слышу сирену скорой помощи. Едет спецтехника. Скоро начнется разбор пробки. Надеюсь, что все живы. По крайней мере, люди, которые суетятся вокруг, напуганы, но совершенно невредимые.

– Идём поймаем машину. Тебе нужно в салон, – голос мужчины на редкость спокойный. Он говорит прямо у меня над ухом.

Понимаю, что вот так, в обнимку, мы стоим уже достаточно долго, мне пора бы успокоиться, прийти в себя и начать соображать. Заканчиваем с релаксом, иначе это может плохо кончиться. Не знаю, как для него, для меня точно.

Разжимаю руки и осторожно высвобождаюсь из его захвата.

– Всё хорошо? – участливо интересуется он и поправляет мои волосы, которые сам же и взъерошил своим колючим подбородком.

Смущенно киваю.

– Спасибо, что не бросил.

Он удивлённо вскидывает брови.

– А как иначе?

Пожимаю плечами и отвожу глаза.

– Идём. Нам вон туда. – Он тянет меня за руку. Это немного странно, словно не желает разрывать тактильный контакт. Крепко сжимает ладонь и ведёт, постоянно оборачиваясь. Неужели это обыкновенная забота? Мне непривычно и дико. Он же совсем не такой. Первое впечатление меня подвело? Холодный, отстраненный тип, немного высокомерный. Циник. Или?..

Новое открытие в этом мужчине шокирует и приятно удивляет. Смотря ему в спину, улыбаюсь. Надо же. Может, я рано делаю выводы, но мне они нравятся.

– Мелкая, шевели ногами быстрее, – включает большого дядю Леша, и я моментально вспыхиваю, отметая половину надуманных достоинств, подтверждающих его исключительность.

Все-таки он зазнавшийся тип. Ничего дальше своего носа не видит. Ну где он мелкую-то нашел? Ну да, не метр восемьдесят, но сто шестьдесят пять во мне точно есть. Я же не виновата, что он здоровенный и высоченный. И вообще, откуда у него такое телосложение? Спортсмен бывший? Понятно, почему такой бука. Качки – они чаще всего неразговорчивые и на сообразительность хромают, ну это чисто моё мнение, предвзятое.

– Кать, хватит пыхтеть как ёжик. У тебя настроение меняется так быстро, что я не успеваю за этим проследить.

Молчу. Имею право эмоционировать. Мы только что попали в аварию.

– Может, озвучишь свои претензии? Я не умею читать мысли. – Остановившись, мужчина смотрит на меня с ухмылочкой, к которой я уже начинаю привыкать. В его глазах пляшут смешинки. Весело ему, оказывается. Вот же…

– Алексей, знаете, что я…

– Лекс, если можно, – поправляет он меня. – Мы вроде перешли на «ты».

– Я поспешила с…

– Меня устраивало «ты».

– Но…

– Если хочешь сегодня успеть в салон, то нужно поспешить.

– Ты всегда такой?

– Какой? – Он прищуривается, и его глаза опасно темнеют.

«Вот же крокодил», – вздыхаю я и поджимаю губы, давая понять, что пояснений не будет. Для пущей убедительности отворачиваюсь в сторону. Рядом раздаётся оглушительный сигнал клаксона допотопной легковушки, и я испуганно взвизгиваю. Вцепившись в рукав пиджака мужчины, беспокойно оборачиваюсь. Оказывается, некоторые горе-водители продолжают делить дорогу там, где уже явно проехать не получится. Неугомонные.

– Я так и думал, – прилетает откуда-то сверху, и я резво отцепляюсь от его вещи, к которой весь день проявляю повышенный интерес.

Глава 11

Осматриваюсь по сторонам. В какой части города мы находимся, мне более чем понятно. До салона, к которому лежит наш трудный путь, пешком минут пятнадцать. Такси ловить – только время зря терять.

– Не нужно машину. Тут пешком недалеко. Я сегодня накаталась. Домой на метро.

– Хорошо, – соглашается мужчина.

– А как же твоя машина? Ты её вот так просто бросишь на дороге?

– Ну-у-у, либо ты, либо она, – просто отвечает он, пожимая плечами. – Думаю, что помочь ей я уже не смогу. Я, к сожалению, не автомеханик.

Я начинаю хмуриться. Он совсем не переживает из-за порчи чужого имущества. Но если посмотреть с другой стороны, его вины в произошедшем нет. Случайность. Все живы – и ладно. Вспоминаю о его разбитой губе. На глаза попадается летнее кафе. Там наверняка есть лед, ну или мороженное на крайний случай.

– Идём, – командую я и увлекаю горе-водителя за собой. Теперь моя очередь быть главной.

Лекс, на удивление, сразу же соглашается и бодро шагает следом. Выражение его лица прочитать невозможно, но волнения после случившегося он явно не испытывает. Какой хладнокровный. Интересно, о чём он сейчас думает? Подмечаю, что уже не так нервничаю в его присутствии. Думаю, ещё пара встреч – и я окончательно привыкну к его грозному виду.

– Зачем нам сюда? Ты неожиданно проголодалась? – Изучая обстановку летней веранды, мужчина пренебрежительно толкает носком туфли пластиковый стульчик. – Может, не стоит останавливаться в этом месте?

– А что не так? Мы питаемся исключительно в дорогих ресторанах? Мишлен, пять звёзд? – Складываю руки на груди и осуждающе смотрю на красавчика.

– Три звезды, – бросает Лекс и продолжает брезгливо таращиться по сторонам, игнорируя мой посыл.

– Что?

– Ресторан может получить только три звезды Мишлена, не более, и в России таких нет. В Москве имеются заведения, отмеченные двумя звездами. Путь неблизкий. Согласись? Но если очень хочется, я могу…

– Нет! Спасибо! Не нужно. – Выставив ладони вперёд, я отрицательно мотаю головой. – Я всего лишь хотела взять лед для тебя. Есть я не хочу. – Пристыженно опускаю глаза. Надо же, умник нашёлся. Мне-то откуда знать такие подробности. Я прекрасно разбираюсь в своём деле, по ресторанам не хожу. – Лёд везде одинаковый. Какая разница.

Лекс молчит, тишину нарушает рингтон айфона. Мужчина принимает вызов и, бросив в мою сторону растерянный взгляд, отходит в сторону.

Иду к кассе. Раз уже пришла, куплю мороженое и лёд попрошу. Десерт я не хочу, нет настроения, но уверена: без покупки никто тут передо мной расшаркиваться не станет. Выбираю обычный пломбир, автоматически покупаю два. Выпрашиваю кубики замороженной воды и тканевую чистую салфетку.

Выхожу из помещения. Леша всё ещё треплется по телефону. Надо же. И сотовый у него дорогущий, новенький, последней модели. Я хорошо в них разбираюсь, Виталик спустил целое состояние на них, уверяя, что ему необходимо поддерживать имидж. Бежал менять старый, как только в продаже появлялся новенький. Мне же с барского плеча отходила предыдущая модель, но это было не всегда. Позже мой благодетель решил, что с его стороны это слишком щедро, и стал перепродавать телефоны, так я и осталась со своей старенькой пятерочкой. Пока ещё, кстати, работает.

Краем глаза наблюдая за Лексом, я расправляю салфетку на ладошке, высыпаю на неё лёд и старательно сооружаю из всего этого дела узелок. Пока копошусь с самодельной грелкой со льдом, получается невольно подслушивать мужчину.

– Мы целы! Всё в порядке, – громко вещает Лекс и смотрит куда-то в небо. – Авария, конечно, получилась крупная, но нас почти не задело. Всё нормально с твоей Катей! Машине больше не повезло.

Хм. Это он сейчас с Вениамином разговаривает?

– В смысле я отвечаю за неё головой? Не помню, чтобы я в телохранители к твоим пигалицам нанимался! Веник, ты меня знаешь!

Прижимаю узелок со льдом к груди и растерянно смотрю на мужчину. Становится жутко неудобно перед ним. Мало того, что повёз меня и в аварию попал, так ещё и нагоняй получил от начальника. Только вот про пигалицу, конечно, обидно, я к нему в попутчики не навязывалась и ничем не заслужила такое обращение. Поборов смущение, подхожу, молча беру его за руку и вкладываю своё изобретение в раскрытую ладонь. Не смотрю на него, просто, развернувшись, молча иду прочь. К метро. На сегодня приключений с меня достаточно. Ускоряю шаг. Меня никто не останавливает, и слава богу. Не хочу, чтобы он смотрел на меня.

Прокручиваю всё, что произошло со мной за последние дни. Горько вздыхаю. В сотый раз прихожу к выводу, что зря я решилась на фотосессию. Мне слабо. Ну если откажусь, не сможет же Вениамин меня заставить? И на глаза лишний раз Алексею показываться не хочется. Задел меня этот мужчина за живое. Он словно напоминание о моей никчемности. Смотреть можно, трогать нельзя.

Домой возвращаюсь темнее тучи. Чтобы чем-то себя занять, решаюсь затеять уборку. С нездоровым энтузиазмом принимаюсь собирать по квартире мелочи, которые Виталя не посчитал нужным забрать с собой в новый дом. Мне его побрякушки не нужны, поэтому все безжалостно летит в мусорный пакет. Ближе к вечеру понимаю, что ужасно проголодалась. Из еды яйца, пара помидорок черри и полбутылки молока. Соображаю омлет и, перекусив, делаю заметку на завтра прикупить немного продуктов.

За полночь меня отпускает. Устало оседаю на стул и оцениваю результаты своих трудов. Всё сверкает. У порога куча пакетов с мусором. И я без сил.

За вечер ни одного звонка. Странно. Вениамин позвонил только своему водителю, меня проигнорировал. Начинаю искать телефон и понимаю, что его просто нигде нет. Вот дела! Потеряла. Наверное, во время аварии выпал или после, когда Лекс меня вынимал из авто. Вот засада. Как же я без связи? Придётся потратиться на новый. Совсем не вовремя.

Глава 12

Утро нового дня встречает стуком в дверь. Сквозь сон слышу настойчивые глухие удары. Накрываюсь одеялом с головой, но это не спасает от надоедливого звука. Просыпаюсь окончательно.

С недобрым утром, Питер!

Спрыгиваю с постели, сую ноги в плюшевые тапки-мишки. Двигаюсь к двери, на ходу представляя, как буду убивать того несчастного, который так бесцеремонно испоганил мне настроение. На ходу пальцами поправляю волосы и, не смотря в глазок, распахиваю дверь.

Лекс!

– Вот черт, – вылетает из моего рта вслух, и я резко захлопываю дверь.

– Кать, не смешно. Открывай, я уже всё увидел, – голос мужчины за дверью действует отрезвляюще.

Ну что я, в самом деле? Зачем закрылась? А самое главное – какого открыла дверь, не проверив, кто в неё стучит? Зажмуриваюсь и мысленно извергаю кучу ругательств в свой адрес. Как же неловко. Мистер совершенство – и я, заспанная и лохматая прелесть. В мешковатой старенькой пижаме с пикачу. В общем, чучело.

– Я на ангела, может, и не похож, но на чёрта – это ты перегибаешь, – продолжает монолог с дверью незваный утренний гость.

– Зачем пришел? – Высовываю нос из квартиры и смотрю на красавчика в маленькую щелку.

Он жестом крупье извлекает из внутреннего кармана пиджака мой телефон. Держится на расстоянии. Странно. Тянусь за своей вещью, приоткрыв дверь ещё чуток пошире. Лекс отдергивает руку и недовольно цокает языком.

– А как же гостеприимство? Чай, кофе. Проходи, не стесняйся.

– Кто ходит в гости по утрам…

– Тот поступает мудро, – перебивает меня этот невыносимый сноб. – Не дури. Давай приглашай меня.

Вздыхаю и открываю дверь.

– Заходи быстрее, а то все соседи сейчас сбегутся посмотреть, кто ко мне приперся ни свет ни заря. Не хочу лишних разговоров.

– Время девять. Давно пора вставать, – ухмыляясь, он осматривается по сторонам. – Неужели тебя заботят сплетни? Переживаешь о своей репутации? Думаю, отсутствие мужчины в этой квартире вызовет гораздо больше поводов для повышенного внимания к твоей персоне.

– Что?! – не успеваю высказать ему своё недовольство, как мне прилетает очередной вопрос:

– Ты что, переезжаешь?

– Да, не успела от вас с Вениамином сбежать, – бросаю сердитое в ответ и складываю руки на груди.

– А характер у тебя не сахар, сразу не заметил. Мелкие все злые.

– А ты, значит, добряк? – вопросительно приподнимаю светлую бровь. Надеюсь, ирония в моём голосе от него не ускользнула.

Мужчина ухмыляется, и я невольно опускаю взгляд на его губы. Ищу следы от вчерашней травмы – и ничего.

– Спасибо за лёд. Вчера не успел поблагодарить. Как видишь, помогло.

– Не стоит. – Отвожу глаза. Не нужно мне на него смотреть. Начинаю нервничать. – Чай, кофе? Чай в пакетиках, кофе растворимый, – уточняю, вспомнив, с кем разговариваю. – Сладостей, извините, нет. Не успела сходить за продуктами. Сахара тоже нет.

– А что будешь ты?

– А я буду душ.

– Мне то же самое…

Лекс замирает с открытым ртом, а я густо покраснею. Вспыхивают даже уши.

– Э-э-э, давай тогда так: ты пока собираешься, я подожду на улице. Позавтракаем где-нибудь, где есть хотя бы сахар. А потом отвезу тебя к Венику. Он составил договор, нужно подписать.

– А… что, если я откажусь? – Закусываю губу и начинаю нервно ковырять ноготок на большом пальце.

Алексей пожимает плечами и отрицательно качает головой. Не одобряет.

– Я думаю, он очень расстроится. Такой реакции, как на твой звонок, с другими девушками я не наблюдал.

Проглатываю комок в горле и опускаю глаза.

– Я пошёл. Жду во дворе, – тихо бросает мужчина, двигаясь к выходу.

Киваю, провожая его взглядом. Невозможно оторваться, особенно когда он не видит. Широкие плечи, узкие бедра, ровная спина, мощные длинные ноги – не идёт, а словно шагает по подиуму. Вот кого надо на обложку, а не мелких вроде меня. Вздыхаю, наверное, слишком громко, потому что мой гость оборачивается у самой двери. Вопросительно подняв бровь, он с лукавой улыбкой смотрит на меня.

– А-а-а, захвати пару пакетов, которые потяжелее, на мусорку, раз уж уходишь, – нахожусь я с неожиданным разрешением неловкого момента.

Он немного ошарашенно смотрит, но через несколько секунд кивает и выполняет мою просьбу.

Лечу в душ. Пока плескаюсь под теплой водой, обдумываю, как бы мне без особых потерь покинуть проект Вениамина. Понимаю, что отказаться от этой затеи у меня не хватит духу. С каким лицом я буду сообщать ему эту новость? Не хочу разочаровывать его. Но и участвовать смелости мне тоже не хватает. Что же делать? С кем посоветоваться? Позвонить маме? Думаю, от неё ничего дельного не услышу. Довожу себя до трясучки. Как ни крути, выходит, я слабак. Мои собственные выводы расстраивают всё больше. Лучше не думать ни о чём, поздновато отступать. И самое смешное или обидное – это то, что я намеренно загнала себя в угол. Потому что мне нужна эта работа! И потому что знаю себя лучше, чем кто-либо другой! Вот такая, поникшая и расклеившаяся, выползаю из подъезда.

Прямо у тротуара стоит невероятно красивый и дорогой автомобиль. Это же мечта любой девчонки. Ну по крайней мере, я думала так каждый раз, когда видела красную машину.

Феррари! Обалдеть. Возле трется мой почти уже личный водитель. Недоверчиво перевожу взгляд с него на тачку. Он широко улыбается и достаёт из кармана брелок. Машина издаёт характерный звук и мигает фарами.

– Поехали? – Лекс явно забавляется моей реакцией на его новое приобретение.

– На ней?

– Ну да. А что не так?

– Вениамин совершенно неэкономный человек, мог бы и попроще транспорт подобрать, – продолжаю я распылять отрицательные флюиды в атмосферу.

– Ты его недооцениваешь, – произносит мужчина и морщит нос.

Несмотря на нашу утреннюю препираловку и моё необоснованное недовольство абсолютно всем, мне галантно открывают дверь. Театрально отвесив поклон, усаживаюсь. Пристёгиваюсь сама, мне и с пассажирского сиденья прекрасно слышен аромат мужского парфюма, склоняться ближе, как в прошлый раз, не нужно. Мы трогаемся. Как ни странно, но рядом с Лексом мне не страшно, несмотря на недавнее происшествие. По дороге достаю мужчину глупыми вопросами, он терпеливо отвечает и даже снисходительно умиляется моей неосведомлённости внутренним устройством машины.

Мне нравится имя, которым он представляется, оно подходит ему больше, чем просто Лёша или Алексей. Сегодня он выглядит иначе. Вроде всё тот же строгий костюм, прическа, но взгляд и улыбка другие. Эмоции более живые. Неужели айсберг немного оттаял?

Спустя десять минут я улыбаюсь, он всё же сумел поднять мне настроение, хотя вроде и не шутил. Я признаюсь сама себе: он сильно влияет на меня, даже больше, чем хотелось бы. Два дня. Я знаю этого мужчину сорок восемь часов и без ума от него. Сейчас не время для подобных чувств, но ничего не могу с собой поделать. Я не пытаюсь флиртовать, просто наслаждаюсь обществом. Мне хорошо.

Лекс

Девчонка удивительно быстро меняет своё расположение духа. Смешная, маленькая и такая солнечная. Смотрю на её длинные светлые реснички и искрящиеся весельем глаза и невольно улыбаюсь. Надо же, двадцать семь лет, а такая непосредственная и юная. Всему виной эта кукольная внешность. Она сбивает с толку. Напоминает мне девчонку из детства. Такая же беленькая и воздушная, только волосы у той были длиннее, в косички заплетённые. Почему-то я запомнил её. Доставалось же ей от меня. Хотя в то время от меня прилетало всем. Она не оказалась исключением. Прищуриваюсь и исподтишка изучаю её. Не замечает моего взгляда. Смотрит в окно и улыбается. Что же в ней не так? Или, наоборот, так! Почему цепляет меня? Видимо, сказывается продолжительное воздержание. Мне срочно нужна женщина. С пышными формами, не такая тощая, как эта.

Вспоминаю одну из моделей Вениамина. Яркая, рыжая… кажется, Каролина. Она, если я не ошибаюсь, проявляла ко мне повышенный интерес. Стоит попробовать замутить. Бросаю осторожный взгляд на свою пассажирку, она с интересом изучает панель моего авто. Тянется тоненьким пальчиком к монитору, и я не нахожу ничего более подходящего в этот момент, чем издать рычащий звук. Она вздрагивает и прячет руки. Глаза огромные, смотрит на меня, силясь понять смысл моей выходки. Я же подмигиваю и, довольный собой, жму на газ.

Глава 13

Завтрак получается торопливым. Лекс привозит меня в крутое место, где очень вкусно кормят, но из-за непривычной обстановки и компании кусок в горло не лезет. Под строгим взглядом мужчины впихиваю в себя какую-то модную склизкую кашу с фруктами и выпиваю стакан зеленого чая. Десерт съесть не успеваем, потому как Вениамин начинает надоедать со звонками и торопить. Решаю забрать пирожное с собой, жалко оставлять.

Официант приносит счёт, и, на удивление, мне его никто не предъявляет. Пытаюсь поспорить, я привыкла платить за себя сама, но со мной просто никто не разговаривает. Полностью игнорируя мои жалкие попытки разобраться с этим, Лекс прикладывает карту и с видом ни много ни мало миллионера рассчитывается за всё сам.

– Зачем ты это сделал? Я в состоянии заплатить…

– Я пригласил, я плачу. Всё предельно просто.

– Но…

– Катя, всё нормально. Не стоит об этом думать. Пирожное девушке я купить могу.

– Спасибо, – выдыхаю и опускаю взгляд на коробочку с вкусняшкой в руках.

– За что? – Лекс удивленно вскидывает бровь и усмехается.

– Ничего смешного, – бросаю я еле слышно. Ему не понять. Мне никто сто лет ничего не покупал. Пусть просто завтрак, а так приятно. На душе становится как-то тоскливо. Жаль, что это всего лишь счастливое стечение обстоятельств. Неожиданно повезло. Разовая акция, можно сказать.

Ну вот. Что сегодня со мной? То смеюсь, то почти плачу.

К офисному зданию прилетаем через двадцать минут, пробки, будь они неладны. Лекс не оставляет меня, поднимается в офис вместе со мной и даже провожает к кабинету маэстро. Поблагодарив его, собираюсь с духом и стучу в дверь. Открывают мне мгновенно.

– Екатерина! Как же я рад вас наконец видеть. Я чуть с ума не сошёл, когда не смог дозвониться! Проходите же. – Он торопливо машет рукой приглашающим жестом.

– Здравствуйте. Я телефон уронила в машине. Извините, – лепечу я, проскользнув мимо него в дверь.

– Доброе утро, драгоценная моя. Алексей мне всё объяснил, но понервничать я успел. Присаживайтесь. У нас важное дело сегодня, и не одно. Начнем с официальной части. – Просеменив к столу, он указывает на исписанные печатным текстом листы. – Это всего лишь формальность, но необходимая по закону. Ознакомьтесь и подпишите.

В помещении воцаряется тишина на добрые полчаса. Я старательно вчитываюсь в каждую строчку, а мой рыжеволосый наниматель пристально следит за мной и моей реакцией на очередной прочтенный абзац. Повздыхав, я беру ручку и неуверенным почерком оставляю под всем прочтённым свою закорючку.

– Ну вот и славненько, – выдаёт Веник, вытирая взмокший лоб.

– Какие у нас на сегодня ещё планы? – Отодвигая от себя бумаги, я складываю руки на коленках. Смотрю на мужчину, ожидая дальнейших поручений.

– А… знаете, сегодня попробуем вас поснимать. Нужно начинать с чего-то учиться. У нас свободна пара локаций. Даю вам возможность самостоятельно выбрать. Идёмте, я всё покажу.

Подскакиваю со стула и осматриваю себя снизу вверх. Наряд, совершенно не подходящий для фотосессии. Подметив моё замешательство, Вениамин дружелюбно улыбается, сверкая хитрыми лисьими глазками.

– За это не переживайте. Мы будем отрабатывать технику. Сегодня преподам вам первый урок. Ну что! Вперёд?

Я расплываюсь в улыбке и согласно киваю. Все же умеет он настроить на нужный лад. Настоящий плут.

И начинается сумасшедший дом.

Отвоёвываю локацию с кучей игрушек. Детская. Точно. Супер. Веник упорно тащит меня на площадку с темой «Амазонка». Но раздеваться сегодня я не планирую, нужно постепенно вливаться в дело, чтоб без стресса. Это в идеале. Бегать полуголой по фотостудии с первого дня как минимум сложно. Я стесняюсь. Понятие нравственности у меня всегда зашкаливало. Хватило отношений с бывшим вне брака, больше я на подобное не подпишусь.

Я ужасно смущаюсь перед камерой. То и дело путаюсь, не понимая, чего от меня хотят. Но спустя час всё меняется. Мне начинает нравиться то, что я делаю. Пробная съёмка. От меня ничего особенного не требуется. Улыбаюсь и меняю положение тела. Столько фотографий у меня за всю жизнь не было. Начиналось всё довольно печально, а в итоге я счастливая и довольная.

Соглашаюсь переодеться и сменить образ.

Мне делают лёгкий макияж, красиво укладывают локоны и наряжают в шикарное вечернее платье серебристого цвета.

Локация совершенно обыкновенная, витражное окно с видом на ночной город, но смотрится великолепно. На улице вовсю светит солнце, а в помещении романтичный полумрак. Горит искусственный камин, блики играют на стенах. Напротив меня напольное роскошное зеркало в полный рост. Золотая оправа придаёт ему магический образ и подчёркивает дороговизну. Смотрю на себя и восхищённо замираю. Хочется, чтобы ОН увидел меня, но Лекс пропал, как только я вошла в кабинет фотографа. Грустно вздыхаю. Мне вручают бокал с красным вином. Веник шутит, советуя пригубить для смелости. Я смеюсь и вежливо отказываю. Мелькает мысль о Виталике. Он бы точно слюной захлебнулся. Только мне этого не надо. Даже неприятно становится, передёргиваю плечами, прогоняя непрошеные думы.

Спустя два часа, измотанная и уставшая, получаю свободу. Быстро снимаю платье и неудобные туфли на шпильке. Облачаюсь в свои джинсы и толстовку. С блаженством на лице засовываю ножки в кроссы. Уф! Свобода! Макияж решаю оставить, он совсем легкий, мне нравится. Волосы тоже красиво лежат. Посылаю воздушный поцелуй своему отражению и спешу к Вениамину. Нужно попрощаться, на сегодня рабочий день окончен. К тому же очень хочется есть. Вспоминаю о пирожном, я оставила его в офисе. Прихвачу и на выход.

Вылетаю из гримерной, махнув на прощание девушке-визажисту рукой. Я почти освоилась. Оказывается, тут всё просто. Еще один поворот, и я выйду к кабинету маэстро.

Мурлычу себе под нос, настроение супер, приподнятое. Вывернув из-за угла, натыкаюсь на милующуюся парочку. Издаю пресловутое «ой» и разворачиваюсь назад. Обойду, с другой стороны ещё есть проход, не буду мешать. Сделав шаг, замираю. Знакомая широкая спина и волосы… Оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с ним. Лекс странно смотрит на меня и поджимает губы. Рядом с ним высокая красивая девушка с огненно-рыжими волосами. Яркая, с глазами цвета весенней зелени. Красивая, слов нет. Улыбка мигом слетает с моего лица. Я теряюсь и встаю как столб. Красотка улыбается и отцепляется от шеи «моего» водителя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.