Татьяна Сонная
Ты будешь моей

Глава 1

Пролог

Роман смотрит на меня, не отводя глаз, словно хищник на загнанную им в угол жертву. И на данный момент в его присутствии, я именно так себя и ощущаю. Беспомощной, не способной защититься от него, и, что самое ужасное, я сама виновата в том, что происходит. Моя наивность и вера в добрых людей вновь сыграли со мной злую шутку. Отступаю, прижавшись спиной к стене. Нависая надо мной, как скала, он ухмыляется, руки упираются в стену по обеим сторонам от плеч. Замираю, не в состоянии сделать даже маленький вдох. Лёгкие сдавливает словно тисками, от напряжения перед глазами появляется туман. Он же, окрылённый своим превосходством, продолжает угрожающе приближаться, горячее дыхание касается моего лица. Открываю рот, чтобы возмутится, но слова таки застревают в горле. Выставив руку вперёд, упираюсь ладошкой в каменную грудь. Проследив за моей жалкой попыткой оттолкнуть его, мужчина лениво улыбается, обнажая ровный ряд белоснежных зубов.

– Что же ты молчишь? Может, мне повторить вопрос?

Сглатываю образовавшийся в горле ком и рвано вдыхаю наполненный ароматом его дорогого парфюма воздух.

– Василиса, – моё имя звучит как-то незнакомо, иначе, словно Роман обращается вовсе не ко мне. – Скажи мне, где те деньги, которые я отдал тебе?

– Их нет, – с трудом выдавливаю из себя единственную фразу и отдёргиваю от него руку.

Ладонь пылает! Ничего не могу понять! Что со мной происходит? Почему его близость так волнует и пугает одновременно? Его губы так близко, кажется, одно неловкое движение, и он коснётся моих, но мужчина не делает попыток поцеловать. Ему нравится сам процесс запугивания. Он словно на охоте. Никогда бы не подумала, что такой миловидный, с виду мягкий мужчина, на деле окажется совсем другим. Я снова ошиблась. Следовало быть внимательнее. Первое впечатление обманчиво, и я лично в этом убедилась. Нужно было сразу заглянуть ему в глаза. Лёд. Вот что скрывается за этой красивой оболочкой.

Не выдержав прямого зрительного контакта, опускаю глаза ниже, на губы. На вид такие мягкие и соблазнительные, верхняя чуть вздернута. Так и хочется прикоснуться. Подобной форме позавидовала бы любая девчонка. Зачем природа наделила его столь идеальными чертами? Большие глаза, ровный, пропорциональный нос, чётко очерченные скулы, впалые щеки и светлые брови вразлёт. Красивый. Никогда не встречала мужчин с такой идеальной кожей, даже следа от щетины нет. Смотрю, не отводя глаз. Он завораживает меня, точно удав кролика.

– Так и будем играть в гляделки? Или объяснишь уже нормально, что значит «их нет»?

Отмираю. Как же сказать правду? Но бегать от него у меня всё равно долго не получится. Рано или поздно придётся отвечать. Тем более он мой босс, и может перекрыть единственный источник дохода.

– У меня их украли, – выдаю и сжимаюсь, словно ожидая удара.

Понимаю, как глупо звучит, так себе оправдание, но это действительно правда.

– Укра-али, – он тянет слово, словно пробуя его на вкус. – Вот значит как.

Не верит. По выражению лица мужчины понимаю, что входить в моё положение, а уж тем более сопереживать и жалеть, он точно не будет. Мой ответ воспринят за попытку дёшево отмазаться от долговых обязательств.

– И?

– Я верну, – моё обещание звучит ещё более жалко, чем предыдущий ответ.

– Это большая сумма. Где ты возьмёшь такие деньги? На примете имеется ещё один простофиля, который может поверить в твои россказни и планы на светлое будущее.

– Нет, – отворачиваюсь, прижав щеку к плечу, прячусь от его взгляда за рассыпавшимся водопадом своих тёмных волос.

Роман отводит пряди в сторону и, зажав пальцами мой подбородок, разворачивает лицом к себе.

– Тогда, где ты возьмёшь деньги?

– Я отработаю.

– В баре? Отплясывая на пилоне? – Его светлые брови удивлённо ползут вверх.

– Да, – мой подбородок начинает мелко дрожать.

– Детка, тебе и жизни не хватит, чтобы рассчитаться со мной! – он усмехается, задумчиво подняв взгляд к потолку. – У меня есть другое предложение.

– Какое? – голос предательски сходит на нет.

Роман убирает руку от моего лица и склоняется к уху. Волосы слегка колышутся от его дыхания, кожа покрывается предательскими мурашками.

– Я возьму тебя в качестве оплаты…

Глава 1

Как же мутит. Еле успеваю добежать до дамской комнаты. Падаю на колени, и меня выворачивает наизнанку. Не понимаю, что со мной. Вроде бы последнее время не жаловалась на здоровье. Отравиться я не могла, накануне практически ничего не ела. Это самая моя большая беда. На нервах я перестаю есть. Этим летом столько важных событий, как тут не начать переживать. В начале лета выпуск, одиннадцатый класс! Так вышло, что событие совпало с моим днём рождения. Совершеннолетие! Праздник для меня получился незабываемым. Я и смеялась, и плакала одновременно. Столько поздравлений я, наверное, за всю свою жизнь не получила, сколько в тот день!

Спустя две недели после выпускного, подошло время для отчётного выступления на танцах! Но это ещё не самое волнительное! Сегодня именно то событие, которое тревожило меня больше, чем собственный день рождения! Вечеринка, которую мы запланировали и организовали с девочками из группы самостоятельно. Обожаю наш танцевальный коллектив. Этот день я ждала с таким нетерпением, и вот один-единственный бокал спиртного, и я в туалете на коленях перед белым фаянсом. Жесть. Тушь поплыла, платье помялось, голова идёт кругом.

Усевшись на пол прямо в кабинке, прислоняюсь к стене и закрываю глаза. Неужели я весь праздник тут просижу? Сделав глубокий вдох, чтобы унять тошноту, издаю протяжный стон. Не помогает. Состояние – хоть плачь. И самое обидное, Серёжка до сих пор не пришёл, а ведь договаривались. После того, как он пропустил мой выпускной, клятвенно обещал быть со мной сегодня весь вечер. Неужели с работы не отпустили? Мог бы предупредить, но нет же. Ни единого звонка.

Слышу шаги и женские голоса. Точно, девочки. Подбираю ноги под себя, надеюсь, не заметят. Не хочу, чтобы они видели меня в таком состоянии. Стыдоба. Протираю вечерним платьем полы в отхожем месте. Оклемаюсь и выползу отсюда, нацепив улыбочку. Макияж поправлю. А там, может, и парень мой подоспеет. Сбегу с ним домой, от чужих глаз подальше.

От одной мысли о любимом становится легче. Мы с ним вместе уже почти год. И у нас всё очень серьёзно. Он самый замечательный, и ничего, что работает на шиномонтажке обычным подмастерьем, на своего же отца. Зато у них семейный бизнес и довольно прибыльный. Правда, это всё родительское. Но я верю, у любимого всё впереди. Он многого добьётся в жизни. Я его сразу приметила из общей массы ребят. Шустрый, весёлый, общительный. Всегда в центре внимания. Ну как мимо такого пройдёшь? А ухаживал как! Цветы, конфеты, подарочки. Только вот после того, как у нас всё случилось, он стал немного серьёзнее что ли. Не сказать, что мне это не нравится, Серёжка взрослеет, умнеет, становится более ответственным за своё будущее и, соответственно, у него больше работы. Часто занят. Отец его не жалеет, загружая по полной. Когда ему бегать ко мне? Грустно, но я девочка взрослая, и мне повторять не нужно. Занят, значит, занят!

Вот и сегодня, видимо, как раз такой день. Аврал в мастерской, и никуда не денешься. Работа!

Смех девчонок становится всё ближе. Слышу, как открывается дверь, и они дружно входят в просторную дамскую комнату. Навострив ушки, затихаю.

– Кать, ты слышала, что сегодня мальчишки про Серёгу Васькиного говорили?

Она что, про моего парня сейчас сплетничать собирается? Не могу распознать, кому именно принадлежит этот елейный голосок. Кто посмел слухи про Сергея распускать? Затаив дыхание, прислушиваюсь.

– Нет, а что?

– Болтают, что он ей направо и налево изменяет. В соседний район уже второй месяц гоняет. Отец ему старенькую иномарку отдал, тот подшаманил авто и свободу почувствовал. Вот и накатал себе девку какую-то. Мне Мишка сказал, что там уж очень красивая мадам. Он её даже в свою компанию уже брал.

Не могу поверить своим ушам. Сердце пропускает удар и скатывается в пятки.

– А как же Василиса?

– Так он сказал, что не интересна она ему больше. Получил, что хотел, и всё. Не нужна!

– Мариш, ты что такое несёшь? Она же любит его! У них там всё… м-м-м, очень серьёзно.

– А я тут причём? Это Серёга кобель, а я только пересказываю, что слышала!

– Только не вздумай Василиске ляпнуть, не нужно её расстраивать, ну хотя бы сегодня.

– Что ты! Я как услышала эти новости, чуть сознание не потеряла. Так обидно за неё. Он парням ведь про неё всякое рассказывает. Даже интимные подробности. Как у них в первый раз было. Сказал, что почти сразу же пожалел, что позарился на неё. Типа, с ней невозможно спать, она бревно. Ничего не умеет. А та, новая которая, такое вытворяет. Поэтому он и переключился на неё.

– Вот сволочь. И что никто ему рот-то не заткнёт?!

– Да кто посмеет?! Он же здоровый, как бык. Да и ругаться с ним никто не захочет. Он гулянки проплачивает, катает своих корешей на тачке, выпивку покупает. Подкупил всех.

– Продажные, – девчонка неприлично плюётся и громко фыркает. – Нужно прекращать с этой компанией всю дружбу. Нет там парней приличных, все вот такие Серёги. Поматросил и бросил и живи, как хочешь после этого!

Закрываю глаза, слёзы обиды стекают по щекам и крупными каплями падают на прохладный кафель. В груди больно жжёт! Словно полоснули острой бритвой прямо по сердцу! Я не верю! Пусть он скажет мне всё в лицо! Не смогу принять, пока не услышу собственными ушами то, что я бревно, и не увижу ту самую умелицу, на которую он меня променял!

Поднявшись на ноги, одним точным ударом выбиваю дверь. Хлипкий замочек отлетает в стену, за ним мелкие щепки. Девчонки, стоявшие рядом, с визгом отскакивают в сторону! Мои занятия не прошли даром. Танцы – это не только умение задницей вертеть, а ещё бесконечные силовые тренировки и жёсткая дисциплина! А я во всем вышеперечисленном преуспела! Поэтому сегодня кому-то посчастливится на своём горьком опыте испытать все мои умения!

– Василиса!

– Не сейчас! – рявкаю я, и девчонки натурально белеют.

Я понимаю, что они ни в чём не виноваты, но, увы, сдержаться просто не получается!

До шиномонтажной мастерской пешком почти двадцать минут, я преодолеваю путь за десять, и это несмотря на то, что на мне босоножки на высоченных каблуках. Музыка слышна ещё от начала улицы. Руки начинают мелко дрожать. Не похоже то, что там происходит, на рабочую обстановку. Крики, гомон, женские визги. Обидно. Он ведь обещал мне! Обещал! Ладно если желание заработать превалирует над чувствами ко мне, с этим как-то можно смириться. Но чем ближе я подхожу к гаражу, тем яснее понимаю, что дело тут не в деньгах! И ответственностью тоже, увы, не пахнет. Сергей просто забил на меня!

Подпившие ребята слоняются у входа в гараж. На моё появление никто не обращает особого внимания. Прямо у дороги дымится пустой мангал. Вкусно пахнет жареным мясом. Видимо, закуска уже на столе. Хохот девчонок слышится из помещения. Именно туда я прямиком и направляюсь. Встав в дверях, осматриваюсь.

– О, Васька, – вякает рядом со мной поддатый дружок Сергея.

Не помню его имени. Да и зачем мне это?

– А ты как тут? У тебя ж это… свои танцульки.

Надо же. Интересно, тут все в курсе, что я этим вечером занята? Не забыл отчитаться перед собутыльниками.

– Где он? – сама не узнаю свой голос.

От злости и обиды перед глазами будто пелена.

– Так он, это… занят, – парень икает и издаёт похабный смешок.

Его взгляд поднимается наверх.

Сдал. Пьяный дурак! Прямым ходом лечу к металлической лестнице, ведущей на второй этаж. Опасные ступеньки так и скрипят под моими босоножками. Оступись, и точно полечу вниз, косточек не собрать. Тут же везде запчасти, металл, инструменты. Не дай бог, на что-то приземлиться. Острое, колющее, режущее. Мне это место никогда не нравилось. И ходить я сюда старалась как можно реже. Видимо зря! Столько всего пропустила.

Распахнув дверь, замираю на пороге. Понимаю, что пришла точно по адресу и как раз вовремя. Теперь мне больше не нужно искать доказательства. Всё на лицо.

На старом письменном столе, лёжа на спине и широко раздвинув ноги, корчится от удовольствия пышнотелая блондинка. Запрокинув голову назад, она крепко держится за края столешницы. Видимо, боится свалиться от излишней страстности любовника. Сергей, пристроившись меж её пышных бёдер,усердно вдалбливается в неё. По спине и груди мужчины стекают крупные капли пота. В такт его движениям белые ножки девки болтаются в воздухе. Стол скрипит и ездит по железному полу. Если бы не громкая музыка внизу, то работоспособность Сергея смогли бы оценить все гости!

Громко хлопаю дверью, и меня наконец замечают. Сергей вздрагивает и издаёт протяжный стон. Ясно понимаю, что это совершенно не испуг, он тупо получает финальное удовольствие, и ему не мешает даже сторонний зритель. И то, что это я, его девушка, на которой он еще неделю назад клятвенно обещал жениться, тоже не смущает.

– Сволочь, – выдаю я и, развернувшись, вылетаю прочь.

Бегу вниз сломя голову, на последней ступеньке каблук попадает между металлическими прутьями, и я падаю. Больно приземлившись на бетонный пол, несдержанно вскрикиваю под смех наблюдателей. Не думала, что все эти ребята настолько подлые, ни одного нормального! Свора алкоголиков! Подскакиваю, не обращая внимания на боль и стекающую по коленкам кровь! Нужно поскорее убраться отсюда!

– Василиса! – выскочив следом, Сергей ловит меня уже у дороги. – Да постой же ты!

– И когда ты собирался мне о ней сказать? – ору я, с силой отталкивая его от себя. – За что? Почему? Бревно!? Ты серьёзно? Да у меня пластика, которая твоей толстожопой и не снилась!

– Не называй её так! – обрывает он меня, набычившись. – Ты… не совсем то, что мне нужно.

– Не совсем то? Значит, для тебя нормально трахать девку, когда вокруг полно народу! Под громкую музыку? Даже дверь не удосужился закрыть!

– И что? Мне для друзей ничего не жалко! Пусть пользуются.

У меня отваливается челюсть. Он настолько пьян, что запросто говорит подобные вещи? Или я совсем не знаю этого человека? Делаю шаг назад. Возможно, для Сергея норма то, что я считаю неприемлемым. Мы действительно разные! Как я раньше этого не замечала?

– Оставайся с нами?

– Зачем это? Свечку тебе держать?

– Ну можешь присоединиться. Научишься полезным вещам на практике, – Сергей ухмыляется, его потемневший, похотливый взгляд проходится по изгибам моего тела. – Фигурка-то у тебя ничего, но вот мастерства недостаточно.

– Пошёл к черту! – шиплю, сжав пальцы в кулаки.

– Ну чего ты, девочка? Помнишь наши жаркие ночки? Как сладко ты стонала в моих руках. А эти невинные всхлипы после того, как я вскрыл тебя, до сих пор звучат сладкой мелодией в моих ушах. Может, поднимемся наверх? Отжарю тебя напоследок. Авось и останемся друзьями.

Размахиваюсь и влепляю ему звонкую пощёчину. Сергей отшатывается и, зло скрипнув зубами, сплёвывает кровь. Хорошо я так приложилась ладошкой по его физиономии.

– Ах ты ж дрянь! – рычит он, кидаясь на меня.

От сильного удара ногой в живот, отлетаю на обочину, как сломанная тростинка. Скорчившись от боли, хватаю ртом воздух. Перед глазами темно. Ничего не вижу. Схватившись за место, по которому пришёлся удар, ползком пячусь назад, прямо в дорожной пыли. Как же больно! Хочется выть. Сергей подбегает ко мне и, схватив за волосы, запрокидывает голову назад. Закрываюсь руками. Но куда там! От удара по лицу из глаз сыпятся искры, во рту появляется противный металлический привкус. Закричав, падаю плашмя на живот.

– Серёга! Ты чё творишь?

Слышу пьяные крики со стороны гаража! Неужели кто-тот решился вступиться за меня? Плююсь кровью, рвано выдыхая воздух. Под ладошками пыль вперемешку с мелким гравием. Впиваясь в кожу, острые края больно ранят, но я старательно ползу прочь от человека, которому ещё вчера свято верила и которого любила. Он не просто избил меня, он убил во мне наивную, робкую девочку. Никогда не поверю больше ни одному мужчине! Никогда!

Глава 2

Глава 2

Отползаю в сторону, пытаюсь подняться на ноги. Стоя я хоть как-то смогу защитить себя или попытаться убежать. Вскрикиваю от очередной порции боли. Моя попытка сбежать проваливается с треском. Сергей одним сильным рывком поднимает меня на ноги. Встряхнув, как тряпичную куклу, он издаёт утробный, холодящий душу смех.

– Валер, тебе же она нравилась? Хочешь? Смотри, девчонка совсем не против!

– Ты зачем её ударил? Извалял в грязи? Смотри, на что она теперь похожа? Не, сам развлекайся, не надо, спасибо! Я лучше твоей новенькой присуну.

Надежда на помощь рассыпается в пух и прах. Видимо, сегодня не мой день. От боли внизу живота еле держусь. Меня штормит из стороны в сторону, не помогает даже то, что Сергей крепко держит за руку.

– Да стой ты! Чего валишься? Ударил-то совсем не сильно, хлипкая какая. Моя мать вон от отца ещё и не так отхватывала, и бодрячком. Через час уже борщ варила, как ни в чём не бывало!

Всхлипнув, выставляю руки вперёд, стараясь оттолкнуть обидчика. Но куда там! Сил справиться с таким бугаем у меня нет. Девку бы я отметелила, но мужика, да ещё такого здорового, точно не получится!

– Да хватит сопротивляться! – Сергей заламывает мне руку, зло цедя сквозь зубы. – Идём. С тебя на прощание сладенькое! Примешь моего жеребца ещё разок! Авось подобреешь! И не вздумай на меня заяву накатать. Все подтвердят, что ты со мной по доброй воле якшалась.

Взвалив меня на плечо, он больно бьет ладонью по ягодице. Взвыв, начинаю брыкаться. Его острое плечо врезается в самый эпицентр боли, невыносимо терпеть.

Из-за громкой музыки не сразу слышу рёв мотора мотоцикла. Прямо возле нас кто-то останавливается.

– Эй, ты какого чёрта творишь, пацан? – голос принадлежит взрослому мужчине.

Внутри вновь начинает трепыхаться маленькая надежда на спасение.

Неужели ко мне наконец пришла помощь? Начинаю тихо плакать.

– Дядя, кати, куда ехал! Не лезь не в своё дело! – дерзит Серёга, продолжая спокойно идти дальше.

– Ты не охамел, сопляк?! – возмущается незнакомец. – Девочку на место поставил!

– А то что? Отшлёпаешь?

Рядом останавливается ещё один байк.

– Денис, сынок, ну-ка подмогни!

Слышу приближающиеся шаги, и неожиданно моё тело резво слетает с плеча Сергея. Ожидание, что я сейчас упаду в пыль и камни, ужасает, но длится всего пару мгновений. Приготовившись к очередной порции боли, сжимаюсь в комок, но в тот же миг меня подхватывают сильные руки и крепко прижимают к мужской груди. Слышу глухой удар. Вцепившись в спасителя, моргаю зарёванными глазами.

– Так это ж щенок Вадима! – удивлённо выдаёт незнакомец. – Весь в своего папашу!

– Да пошёл ты, козёл, – истерично вскрикивает Сергей, прижимая ладонь к лицу.

Понимаю, что досталось ему не слабо, судя по внушительным габаритам мужчины.

– Ребята! Вы чё там ослепли? Своих бьют!

– Серёг!!!

– Братуха!

Гомон пьяных голосов парней и топот ног заставляют душу похолодеть. На моей стороне всего двое мужчин. Одному из них явно за пятьдесят, второй молодой. Оба крепкие с виду, но им точно не справиться с толпой!

– Опа! Добрыня! – немного ошарашенный возглас одного из корешей моего бывшего останавливает всю толпу.

– Вы чё?! Зассали старикана?! – не унимается Сергей, размазывая по лицу кровь.

А имя какое у дядьки, богатырское. “Старикан” явно в авторитете у местных, судя по реакции большинства. Только явно один Сергей не в курсе. Ему же хуже.

– Да ты чё?! Это ж Добрынин с сыном! Не узнал, что ли? – чешет гриву неожиданно протрезвевший парень, имя которого я так и не вспомнила. – Он же чемпион ММА. Если не он, так его пацаны из нас потом отбивные сделают! Не стоит баба того. Я пас. Хочешь, сам себе смертный приговор подписывай. Он тебе так врежет, патологоанатом не разберётся, от чего именно ты сдох! Ну его на хрен!

Потихоньку парни расходятся, бросая в сторону спортсменов трусоватые взгляды. Сергей скрипит зубами, на его скулах выступают желваки.

– Девку мою отдайте и валите отсюда. По-хорошему.

– Милая, хочешь с ним пойти? – Добрыня поворачивается ко мне.

От доброты и заботы в его голосе слёзы начинают бежать ещё сильнее. Даже родной отец так ласково никогда не разговаривал со мной. Всхлипываю и отрицательно мотаю головой, обхватив крепче шею парня, удерживающего меня.

– Она не хочет идти с тобой, – констатирует факт мужчина уже совершенно иным тоном, угрожающим.

– Ах ты, сволочь…

Секунда, и несдержанность Сергея вознаграждается нокаутом. Раскинув руки и ноги в стороны, он падает мешком прямо на дорогу, поднимая вокруг себя облако пыли. Проследив за фееричным приземлением подонка, мужчина осуждающе качает головой и огорчённо вздыхает. Присев рядом на корточки, проверяет пульс.

– Жив, скоро очухается! Позвоню-ка я Вадиму. Пора бы ему взяться за воспитание своего отпрыска, пока это не сделал я!

Брезгливо отряхнув ладони, мой спаситель возвращается ко мне.

– Ну ты как, красавица? – протянув руку, он ловит моё лицо за подбородок и разворачивает к себе щекой, всё ещё красной от удара.

Качая головой, он горестно вздыхает и цокает языком.

– Это я мало его приложил, надо было не сразу вырубать. Падаль. Последнее дело на женщин руку поднимать. Ты ему кто?

– Уже никто, – выдаю на выдохе, стараясь справиться с дрожью в голосе.

– Вот и правильно. От таких надо подальше держаться, – Добрыня одобряюще кивает головой, при этом его посеребрённая сединой борода касается мощной груди.

Медведь – ни дать, ни взять. Настоящий.

– Давай мы тебя домой отвезём, говори адрес.

Киваю головой, косясь на мотоцикл. Как же я удержусь на нём? В руках такая слабость, что даже за чужую шею держаться тяжело. А внизу живота, кажется, сейчас что-то лопнет.

– Денис, сажай девушку перед собой и не гони сильно. Вези аккуратно.

Парень кивает, и я наконец обращаю на него внимание. Красивый, настоящий богатырь, как и отец. Мощный, несмотря на то, что возраст – от силы лет двадцать пять. Генетика!

Осторожно посадив меня поближе к бензобаку, он ловко устраивается позади и заводит мотоцикл. Одной рукой он придерживает меня, второй руль. Это ж сколько силищи нужно иметь, чтобы вот так легко управлять транспортом одной рукой, да ещё и с пассажиром! Скручиваюсь от очередного приступа боли и, открыв рот, хватаю воздух.

– Может, в больницу? – низкий голос парня звучит прямо над ухом. – Плохо ей, бледная совсем.

– Домой, – хриплю я, хватаясь за его руку.

– Тебя как зовут-то?

– Василиса, – отвечаю, скорчившись от очередного приступа боли.

– О, наша тема. Василиса Прекрасная! – мужчина смотрит на меня и подбадривающе улыбается. – До свадьбы всё заживет. Не переживай, девочка! Меня можешь звать Добрыня, а сына моего Денис зовут. Ну или можно Добрыня-младший, как тебе больше нравится. Ну что, поехали? – обернувшись в сторону гаражей, мужчина вновь осуждающе качает головой. – Эй! Дружки, тело подберите! А то ненароком переедет кто, не заметив!

Слышу визг той самой барышни, которую Сергей ублажал на письменном столе своего отца. Опомнилась. Видимо, только освободилась от очередного желающего клубнички. Зло усмехаюсь. Пошли вы все к чёрту! Больше мне отношений и даром не нужно! Провались оно всё к чёрту! Ненавижу!

Глава 3

Глава 3

Старательно храбрюсь весь путь до дома. Стиснув зубы, считаю секунды, только бы не показаться в глазах незнакомца слабой. От боли внизу живота хочется орать, но я лишь тихо постанываю, особенно на кочках, где мотоцикл слегка подбрасывает. Перед глазами мелькают мушки. Когда Денис останавливается у моего подъезда, я, скорчившись, сползаю с сиденья.

Парень подхватывает меня на руки и так и поднимается до нужной квартиры.

На пороге нас встречает мама. Как всегда, под шафе, о чём свидетельствует стойкий запах перегара в квартире. И, что для меня уже неудивительно, при параде! Ярко накрашенные губы, короткая, не по возрасту, юбка и кудри. Округлив глаза, она роняет из рук кухонное полотенце.

– Василиса! Что случилось? Кто этот мужчина?!

Голос мамы слышу словно издалека.

– Где твоя комната? – мой спаситель осматривается и проходит прямо в обуви, не разуваясь.

Крепко обнимаю его за шею. Понимаю, что я не только внаглую еду на нём, но ещё и душу, с силой стискивая руки вокруг шеи, при каждом новом приступе боли. Стыдно, но парень понимающе молчит, не выказывая своего недовольства. Понимаю, он искренне помогает и переживает за меня. Это заметно по взволнованным взглядам, которые он постоянно бросает в мою сторону.

– Справа, – выдаю на выдохе и несдержанно вскрикиваю.

Неожиданно по ногам начинает стекать что-то тёплое. Я же не могла обмочиться от боли? Нет, это что-то другое. Кровь. Подтянувшись, заглядываю ему через плечо. За нами по полу тянется красный след. Испуганно задышав, тут же разворачиваюсь в руках парня, чтобы посмотреть на подол своего красивого, коротенького платья. Так и есть, всё испачкано, в кровавых пятнах, даже рука Дениса пострадала.

– Извини, я должен спросить. Ты беременна? – Денис очень осторожно опускает меня на кровать.

И нахмурив брови, смотрит на свою руку. Всхлипнув, непонимающе качаю головой.

– Беременна!? – верещит мать, выскакивая из-за его спины. – Да что тут происходит, объяснись, Василиса?!

– Происходит то, то вашу дочь избил подонок. Ей сильно досталось, и, по всей видимости, у неё кровотечение! Поэтому советую вызвать скорую и собрать ей вещи! Самое необходимое!

– Но беременность?

– Вещи! – рявкает Денис. – А я, так и быть, вызову скорую.

– Василиса-а-а! Какая беременность? О чём он.

Моим ответом служит протяжный стон. Живот болезненно сокращается. Чувствую, как из меня вытекает очередная порция крови.

В комнату врывается Добрыня и замирает на пороге.

– Ох, дочка! Плохо дело, – он расстроено качает головой. – Сынок, звони скорее!

– Вы кто такие? По какому праву командуете тут? – мама распаляется всё сильнее.

Раскрасневшись, подбоченивается, выставляя грудь колесом.

Скривившись, мужчина одаривает её уничижительным взглядом и демонстративно отступает в сторону.

– Мамаша, ваша дочь может кровью истечь прямо на своей кровати! Не тем интересуетесь!

– Не вам меня учить, что делать! – вспыхивает Галина Валентиновна, театрально изображая праведный гнев и возмущение.

При этом, совершенно не стесняясь, оценивающим пьяным взглядом проходится по мощной фигуре собеседника.

– Дочь корчится от боли, а вы отношения выясняете.

Мать фыркает, сложив руки на груди.

– Для начала нужно протрезветь, дамочка! И собрать вещи для дочки, – Добрыня стоит на своём, а я потихоньку теряю связь с реальностью.

Голоса звучат всё отдалёнее. Боль потихоньку утихает, и я начинаю расслабляться. Кровь тёплым ключом стекает под спину. Ощущение, что я измазана ею с ног до головы. Но это меня уже не тревожит. Последнее, что доносится до моего сознания – это голос Дениса, который диктует наш адрес. И всё, я окончательно отключаюсь.

Глава 4

Глава 4

Над ухом что-то раздражающе пищит. Звук пробивается сквозь сон, заставляя нервничать. Хочу открыть глаза, но сил нет даже на то, чтобы разлепить веки. Что со мной? Это мой стон? Не узнаю собственный голос!

Повернув голову на бок, морщусь от жгучей боли внизу живота. Как-то неприятно тянет кожу.

– Вася, – взволнованный женский голос звучит совсем рядом, моей руки касаются холодные пальцы.

Ладонь несильно сжимают, и я распахиваю ресницы. Картинка расплывается серыми пятнами, пытаюсь проморгаться, но ничего не получается. Мне плохо. Так плохо и больно, что единственное, на что хватает сил, это вновь отключиться.

Следующее пробуждение даётся немного легче. Чувствую, что меня всё ещё держат за руку, и ещё кто-то расхаживает рядом. Присутствующие тихо переговариваются. Я узнаю эти женские голоса. Начинаю потихоньку приходить в себя.

– Ника, – во рту настолько пересохло, что больно говорить.

Моя подруга рядом со мной. Но почему? Где я?

– Васенька, Василисочка. Как ты? – Вероника подскакивает со стула, нависая надо мной. Ее рыжие кудри рассыпаются по обе стороны от меня.

– Бывало и лучше, – выдаю, пытаясь прочистить горло. – Можно воды?

– Мам, можно я дам ей попить? – моя сердобольная сиделка чуть ли не плачет.

– Конечно. Только немного, и пить очень маленькими глотками.

Я в больнице. Как сразу не сообразила. Значит, Добрыня и Денис всё-таки сбагрили меня скорой помощи. Мама Ники работает медсестрой, поэтому они обе здесь. Точно уж не моя дорогая родительница позвонила и сообщила лучшей подруге о несчастье, приключившимся со мной.

К моим губам подносят стакан с водой. Пить хочется зверски, но под бдительным надзором Жанны Юрьевны делаю всего лишь несколько маленьких глотков и тут же без сил откидываюсь на подушки.

– Василиса, – присев рядом и оттеснив дочь, Жанна сочувственно смотрит на меня.

Я всегда любила эту женщину. Она мне во многом заменила мать. Именно к ней я бегала за советами. Ей открывала свои самые сокровенные тайны. Даже сейчас, вместо моей родной матери, рядом со мной в такой трудный момент именно она.

– Что со мной? – голос слаб, но я в состоянии трезво оценить обстановку.

Побои, которые по пьяни нанёс мне Сергей, не прошли без последствий. Сжимаю зубы. Надо же, я всё ещё могу злиться – это хороший знак.

– У тебя произошел разрыв…

Жанна Юрьевна сглатывает ком в горле, отводит глаза. Я понимаю, что ей сложно говорить прямо, она тщательно подбирает слова, бросая в сторону своей дочери взволнованные взгляды. Сжав её руку, подбадривающе улыбаюсь.

– Говорите, как есть.

– Вчера тебе была проведена экстренная операция, – я вздрагиваю. – Только не волнуйся, пожалуйста, девочка. Всё не так плохо, как кажется.

По моим щекам начинают стекать слезы. Ничего не могу с собой поделать. Операция?! Вот почему сейчас мне так больно! Неужели Сергей что-то сломал мне или…

– Ты была беременна, срок очень маленький, но дело в том, что… Добрынин с сыном рассказали всё, что произошло… там, возле гаражей. О Сергее. Как он избивал тебя. Они были вне себя от злости, сокрушались, что не успели вовремя, – Жанна горестно вздыхает и, протянув руку с платком, заботливо вытирает мои мокрые щеки. – От сильного удара внутри произошёл разрыв. Твоя беременность была обречена. Врач бы не смог ничего сделать. Тем более первостепенной задачей было спасти тебя. Сейчас твоей жизни ничего не угрожает. На животе останется маленький шрам, который со временем и вовсе исчезнет. Не беспокойся.

Закрываю глаза и всхлипываю. Он убил нашего ребёнка. Это не просто рукоприкладство. Это более страшный грех.

– Прошу вас никому не говорить о том, что я была беременна и вообще обо всём, что произошло. Пожалуйста.

– Конечно. Конечно, милая. Главное, что с тобой всё в порядке. Ты поправишься, а Сергей уже в отделении. Добрынин дал против него показания.

– Что?

– Кажется, для Сергея это лучший выход. По-иному ему бы пришлось действительно худо. Он, считай, спрятался от расправы. Числиться во врагах такого человека, как Добрынин, гораздо хуже, чем сидеть за решёткой, – поясняет женщина, и я горько усмехаюсь.

Неожиданно у меня появился серьёзный покровитель. И с чего такая забота? Стоит ли мне опасаться и его тоже? Какие цели он преследовал, помогая мне? Не потребует ли плату за помощь? Сомневаюсь, что тут сокрыто что-то дурное. По поведению моих неожиданных защитников в тот день, можно сразу понять чистоту их мотивов. Люди просто помогали. И дочкой Добрыня назвал явно искренне, не для того чтобы потом выставить счёт!

Глава 5

Ника и Жанна Юрьевна провели у моей постели все десять дней, которые меня продержали в стационаре. Мама так и не появилась, поэтому пользоваться мне пришлось вещами подруги, которые она выделила из своего собственного небогатого гардероба. Ела я в основном то, чем кормили в больнице, ещё Вероника таскала мне еду из дома. Сердобольная моя!

На третий день заявились Добрынины. Притащили кучу гостинцев, справились о моём здоровье, и только я их и видела. Неразговорчивые ребята оказались. Правда, Денис перед самым уходом в гости позвал. В зал. В общем, малый предложил мне услуги тренера, бесплатно, разумеется. Сказал, что поставит мне удар так, что любому Серёге отпор дать смогу. Я покивала головой, как китайский болванчик, посмеявшись про себя, но в ответ конкретно ничего не сказала. Хорошо, не отказалась сразу же! Потому как весь последующий вечер мне это его предложение не давало покоя. А почему бы и нет?!

Выписали меня как полагается, по всем правилам. Врач выдал заключение с подробной историей болезни. Назначил кучу лекарств, которые покупать я, естественно, не собиралась. Где я возьму такие деньги?! Ещё доктор предупредил, что срок реабилитации может затянуться и до полугода. Танцы и спорт мне строжайше запрещены, минимум на два месяца. А ещё с траурным видом мне сообщили, что, скорее всего, я больше не смогу забеременеть. Но! Если пройти кучу дорогостоящих обследований в клинике, где-нибудь в Москве, а ещё лучше за границей, то, возможно, найдётся способ исправить ситуацию.

Слушая всё это, я просто молчала. Какая клиника?! Мне бы найти работу, съехать от мамы, поступить на заочное отделение и попытаться начать жизнь с чистого листа. Как страшный сон забыть всё, что произошло. А ещё лучше уехать в большой город, где меня никто не знает, и открыть частную школу танцев для детишек. И тогда мне не нужно будет переживать, что не получится заиметь своих. Хватит и учеников! Тем более, что теперь я ни одного мужика к себе близко на километр не подпущу!

Топая с выпиской в руке, поглядываю на пританцовывающую рядом Никушу. Вот же простота и доброта кудрявая! Надеюсь, ей повезёт в любви. Не дай бог, такой же козёл, как и мне попадётся. Она-то у нас нежная девочка, доверчивая. Вздыхаю. Страшно за неё.

– Вась, ну не вздыхай ты так! Всё будет хорошо, – она понимает моё состояние по-своему и крепко сжимает руку. – Ты скоро восстановишься. Придёшь в норму и в бой. Сама же сказала, врач даёт хорошие прогнозы.

Естественно, я умолчала о том, что мне поставили бесплодие. И Жанну Юрьевну попросила молчать. Незачем подружке об этом знать! Сама вляпалась, сама и буду теперь с этим разбираться. Ника начнёт переживать, а от этого ничего не изменится, и мне самой легче не станет.

– Вась, ты из-за мамы переживаешь? – не унимается собеседница.

Отрицательно качаю головой, незаметно сбавляя шаг. Мне пока ещё сложно свободно передвигаться. В больнице это было не так заметно – неспешно расхаживать по коридорам много сил не нужно. Но сейчас я в полной мере ощущаю, насколько произошедшее со мной несчастье подкосило здоровье.

– Ну подумаешь, ни разу не пришла. Может, занята была всё это время.

Смешная. Даже для моей нерадивой мамаши пытается найти оправдание. Знаю я причину, по которой этой женщине нет дела до собственного ребёнка. И к гадалке ходить не нужно. Как представлю, что меня ждёт по возвращении домой, плакать хочется от бессилия. И ничего не поделаешь. Покоя мне не видать. Стыдно признаться, что не хотела выписываться из больницы. Там спокойно и даже уютно. Нет скандалов и пьянок. Нет мамы. В моём состоянии воевать с родительницей – то ещё удовольствие. Сочувствия и понимания ждать с её стороны не приходится. Снова горестно вздыхаю, и Ника автоматически стискивает мою ладонь.

– Всё будет хорошо. Надеюсь, Серёгу твоего…

– Он не мой, – грубо перебиваю её и тут же одёргиваю себя.

Она ни в чем не виновата. Не стоит выплёскивать на подругу негатив.

– Прости, – выжимаю из себя мученическую улыбку. – Давай не будем о нём разговаривать. Пожалуйста. Его просто нет.

В памяти тут же всплывает день, когда ко мне, прямо в отделение, пришёл следователь. Он долго раскручивал меня, выясняя подробности произошедшего. Все его разговоры сводились к тому, что я сама виновата в том, что случилось. Он так и ушёл, убеждённый в своей правоте. Конечно, Добрыниных рядом не было, чтобы замолвить за меня словечко, а этот следак, Козырев, давний приятель отца Серёги. Чего я ожидала? Естественно, его главной задачей было отмазать сынка своего старинного дружка. До сих пор трясёт от злости. Он такое мне наговорил, вспоминать тошно. Не выдержав, я послала его, а после Жанна Юрьевна помогла выставить его из палаты, при этом получив в свой адрес кучу нелестных комментариев. Хорошо, Ника ничего этого не слышала и не видела. Ужас! Мужик нынче совсем обмельчал. Понятно, рука руку моет. Но чтобы так!

– Ой, смотри! Что это? – Вероника задирает голову вверх и смотрит на окна нашей квартиры.

Я открываю рот от удивления. Третий этаж! Старые, деревянные створки распахнуты настежь почти по всей квартире. Пару стёкол выбито, на асфальте валяются мелкие осколки. Как ещё соседи не подняли кипиш? Не понимаю. Обычно мама всё сразу же прибирает за собой. А тут такое. Музыка гремит так, что слышно на всю округу. Закрываю глаза и издаю полустон. Этого я и опасалась. Попала в самый разгар гулянки. Прижимаю ладошку к животу. Хотелось просто полежать в тишине, чтобы никто не беспокоил. От простой прогулки разболелся шов, да и на душе у меня ничуть не лучше состояние. Так паршиво, хоть вой. И куда мне податься?

– Пойдёшь? – Ника озадаченно чешет подбородок.

– А что делать? Посмотрю, может, спит пьяная. Приберусь и после отдохну.

– Давай я с тобой, проверим, что там, вместе. Вдруг тебе помощь понадобится!

– И что, ты будешь за меня драться? Моя отважная лисичка! – усмехаюсь я по-доброму.

– Конечно. Тебе лежать надо, отдыхать. А не это всё.

– Вот, Ника. Смотри, как это бывает, и цени свою маму, – выдаю я, не задумываясь, и тут же жалею о сказанном.

Подруга и без меня любит и уважает свою мать, ей мои советы без надобности.

– Я понимаю, – кивает она и шагает в подъезд вперёди меня. – Но всё равно. Я тебя не оставлю.

Вместе мы поднимаемся наверх. С каждым шагом понимаю, что мои силы и выдержка на исходе. Устала. От всего того, что происходит со мной. От несправедливости, из-за которой хочется плакать. Внутри закипает обида. А я ведь даже ни разу не расплакалась. И вправду. Где же слёзы? Может, легче бы стало. Но не выходит. Они словно комом застряли глубоко внутри и мучают меня.

Дверь в квартиру не заперта. Музыка орёт так, что не слышно собственных мыслей. Изнутри доносятся пьяные голоса. Ника опасливо заглядывает внутрь и переступает порог. Как я и предполагала, честная компания заседает на кухне. Мужские голоса. Женский смех. Звон тары и ужасный запах табака. Ненавижу. Как же я всё это ненавижу! Стиснув зубы, обхожу Нику и толкаю хлипкую кухонную дверь носком кроссовки.

– Васька! – удивлённый возглас маман при виде меня заставляет скривиться. – Дочка, а ты здесь какими судьбами?

– В смысле? – цежу сквозь зубы, одаривая гостей недобрым взглядом.

Трое мужиков помятой наружности, и, словно каждому по паре, в придачу две дамочки, с мамашей – три!

– Галина Валентиновна, а что это за прекрасная леди?

В разговор вступает поддатый дядька, с засаленными волосами, зачёсанными вперёд, чтобы прикрыть внушительную плешь на темечке. Он расплывается в беззубой улыбке и, поднявшись мне навстречу, протягивает ладонь для пожатия. Покосившись на немытую конечность, испачканную то ли в мазуте, то ли просто в грязи, демонстративно складываю руки на груди и задираю нос.

– Веничка, не обращай внимания на дочь. Вася у нас кровей-то голубых. Вся в папашу своего. Он же у нас археологом был, так и сгинул где-то в очередной своей экспедиции на севере. А мне вот. Подарок оставил. А я с её характером мучаюсь все восемнадцать лет. Строптивая больно.

– Так мы быстро девочку уважению научим, – подхватывает разговор рядом сидящий мужик и, усмехнувшись, косится в мою сторону. – Могу ремень снять. Для лучшей усвояемости материала, так сказать.

Мама заливается хохотом, присутствующие дамочки поддерживают её веселье. Поднимается раздражающий мои слуховые рецепторы шум, похожий на карканье ворон. Морщусь.

– Да вы что! Совсем?! – вылетает из-за моей спины Ника. – Вы кто вообще такие?! Кто вам право дал тут ремнём грозить. Василиса уже совершеннолетняя, чтобы её воспитывать! И вообще она после операции! Только попробуйте её пальцем тронуть!

– Какой операции? – мама моргает пьяными глазами и растерянно оборачивается на собутыльников. – Сергей же тут на днях забегал. Сказал, ты с ним. Теперь у них живёшь. Я, конечно, расстроилась сначала, что ты мне сама не сказала, но потом даже обрадовалась. Счастье дочки важнее. Ну подумаешь, не сразу сообщила. Ещё успеется. А про больницу ни слова. Мы вот и отмечаем тут…

– Мам. Ты что забыла, как за мной скорая приезжала? – уронив руки, спрашиваю её, а у самой начинает дрожать нижняя челюсть.

– На скорой? – она озадаченно пожимает плечами. – Так это… я…

– Сергей меня избил, я… я… из-за него попала на операционный стол и теперь… теперь… – задыхаюсь от возмущения и обиды, но не позволяю эмоциям взять верх, и оставляю самое важное при себе.

Не станет она меня жалеть! Нет смысла говорить!

– Дочка! Что же ты натворила-то?

Фраза мамы меня буквально прибивает к полу! Я? Натворила я?!

– Ничего! Мама, он просто скотом оказался! Он обманул меня! Изменил!

– Дак, это с кем не бывает, – она разводит руки в стороны и глупо улыбается.

Криво накрашенные яркой помадой губы некрасиво кривятся.

– Все мужики изменяют. Что ж теперь? Сходи к нему, повинись. Может, и наладится.

– Что?! Ты с ума сошла? Совсем мозги пропила?!

Не успеваю среагировать, как мне прилетает звонкая пощёчина. Прижав к лицу ладонь, бешеными глазами смотрю на родительницу и понимаю, что это финал! Моё терпение лопается, как мыльный пузырь! Всё! С меня хватит!

Сбоку раздаётся громкий возмущённый возглас Ники, и неожиданно музыка отключается. Пьяные гости недовольно бухтят. Мама отпихивает меня в сторону и застывает в дверном проёме.

– Добрый день, уважаемые хозяева, – этот мужской баритон я узнаю сразу же. Козырев. – Какая неожиданная встреча, – он смотрит на меня сверху вниз и ухмыляется. – Василиса Михайловна.

Соседи всё-таки подсуетились. Зря сомневалась. Блюститель порядка прибыл!

Глава 6

Поправив форменную рубашку, мужчина осматривает всех присутствующих и ухмыляется. Притихнув, гости будто бы даже трезвеют, маман же приветливо расплывается в улыбке.

– Игнатушка, какими судьбами? Неужто по старой дружбе решил в гости забежать?

– Нет, Галина, друзей таких, как ты, и даром не нужно, – высокомерно бросает он в ответ, и мама растерянно отступает.

Козырев поворачивает голову в мою сторону и, внимательно присмотревшись, удивлённо вскидывает брови.

– Твоя что ль?

– Да, да! Дочка, единственная, – лебезит моя родительница перед новоприбывшим, и я закатываю глаза.

Зло поджимаю губы и отворачиваюсь от них. Лучше смотреть в стену. Как же меня раздражает вот такое маменькино поведение. Прямо, как дворняжка бездомная в глаза этому мужлану заглядывает. Всё никак не поймёт, что с таким образом жизни, ей мужчину приличного не заинтересовать. Выпивохи одни только и шастают по квартире. Этот хоть и не похож на злоупотребляющего алкоголем, но вариант явно проигрышный. На пальце кольцо, характерец не айс, внешность отталкивающая, лысоватый и лишний вес.

– Воспитываешь? – мужчина в форме издаёт противный смешок.

– Угу, больно характерная. Морока с ней. Что ни скажу, в штыки принимает! Спорит. Никакого сладу с ней.

– Да я успел заметить. Довелось пообщаться, – Козырев скребёт толстыми пальцами короткую щетину на подбородке.

Морщусь от неприятного звука. Кажется, меня сейчас всё раздражает. Даже тяжёлое дыхание этого незнакомца. У него что, хронический насморк? Или астма? Пыхтит как бегемот!

– Так ты по её душу? Натворила что-то? – всплеснув руками, мама округляет глаза, и я поднимаю на неё возмущённый взгляд.

Когда это я вообще доставляла ей неприятности? Училась хорошо, танцы посещала исправно. Дома порядок, друзей не водила, всё больше сама по гостям бегала. То накормят люди добрые, то что-то из одежды сунут из жалости. Я старалась ничего не брать. Стыдно побираться. Но от еды никогда не отказывалась. У мамы вечно на меня времени не хватало. То работа, то пьянки. Болею ли я, голодная ли, ей было всё равно! И даже не смотря на такое отвратительное отношение родительницы ко мне, я всегда старалась быть примерной дочерью! И что в итоге? Не заслужила даже капельку любви? Почему? За что? Сжав кулаки, молча взираю на Галину Валентиновну. Если сейчас она не встанет на мою сторону, я уйду и больше никогда не переступлю порог этого дома!

– Ну как сказать, – мент продолжает чесаться, перебравшись на затылок. – Инцидент с ней произошёл нехороший. Дело подсудное. Не понимаю, зачем ей подобные неприятности, когда можно же всё тихо-мирно решить.

Мама непонимающе хлопает глазами.

– Парень тут один по молодости-глупости дел натворил. Девочку вашу слегка потрепал. Он раскаялся. Сам не свой от переживаний! Жалко парня. Молодой ещё. Испортит она ему жизнь своим упрямством. Понимаешь, Галина?

Икнув, родительница отрицательно качает головой.

– И дело такое, семья там не из бедных. Деньги предлагают, на реабилитацию. Что б подлечилась кровинушка твоя, привела себя в порядок. Она потом остынет, а сделанного уже не вернуть. Ну зачем парнишке судимость и проблемы с правоохранительными органами?

– Сколько? – облизнув губы, мама стреляет глазами в мою сторону.

– Ну не мало. Точно не обидят, слово даю. Я могу посодействовать, ну что б не обманули и всё прошло гладко. Только вот девочка твоя упрямится, отказывается идти навстречу.

– Ты что меня продать собралась? – шагнув к матери, я больно хватаю её за руку.

– Ну почему же сразу продать? С тобой вроде как всё в порядке, а деньги нам не помешают, – отдёрнув руку, шипит мать, потирая ушибленное место.

– Да вы что, теть Галя! Она же в больницу из-за него попала. Я сама лично, пока вы тут… заняты были, за Васей ухаживала, моя мама помогала! Не слушайте его! Он вам подачку кинет, а Серёга будет и дальше безнаказанно разгуливать и девушек обижать! Так нельзя! Должно же быть всё по справедливости! – тут уже, не сдержавшись, в разговор вступает Ника.

У неё даже голос от возмущения дрожит.

– Ты и твоя мамаша меня вообще мало интересуете. Вечно суёте свой нос куда не нужно, – фыркает родительница, потирая ладошки. – Вася, не слушай их. Нам деньги нужнее, чем какая-то там справедливость. Наряд тебе новый купим. Платье, туфельки. Ты же хотела новые шмотки?

– Нет, я замуж хотела, за любимого мужчину. А он об меня кулаки почесал. А ты теперь пытаешься на этом денег срубить, – чеканю я каждое слово и мать глядя на меня медленно бледнеет. – А вы думаете, что получится вот запросто откупиться? – это я уже обращаюсь к дяденьке в форме. – Как вы, интересно, с Добрыниными договариваться будете? Они-то точно деньги не возьмут, в отличие от моей… матери.

– А ты, девонька, не переживай, найду и к ним подход, – Козырев бычится, глядя на меня. – Ты лучше подумай, вроде девка не глупая. Если надо, Серёга извинится.

– Не нужны мне его извинения, – шиплю я дикой кошкой.

– Мы возьмём деньги, – тянет мать, дёргая меня за руку.

Прожигаю её взглядом. Вот и всё! Она сделала свой выбор. На глазах у свидетелей обменяла дочь на бумажки! Я старалась быть для неё хорошей. Я делала всё, что могла. Больше мне оставаться тут не за чем. Или сейчас, или никогда. Разворачиваюсь и иду в свою комнату. Каждый новый шаг отзывается резью внизу живота. Шов тянет так, что от боли темнеет в глазах, но злость и обида подгоняют меня, придавая сил.

Вынимаю из-под кровати старенький, обшарпанный чемодан на маленьких колёсиках. Даже не знаю, откуда он взялся, от кого достался по наследству, да и неважно. Расстегнув молнию, откидываю крышку и лечу к шкафу. Распахнув дверцы, начинаю сгребать с полок свои вещи и прямо так, ничего не складывая, кучей скидываю в чемодан. Добра у меня не особо много, поэтому справляюсь я за считанные минуты. Влетев в комнату следом за мной, Ника растерянно наблюдает за происходящим. Прижав рук к груди, она испуганно хлопает ресницами.

– Давай я тебе помогу, – наконец спохватившись, она опускается на пол и начинает собирать всё, что упало мимо. – Вась, да и правильно! Поживёшь пока у нас. Мама не будет против. Я уверена.

– Ника, спасибо тебе, – подхожу к подруге и, опустившись рядом на колени, крепко обнимаю её. – И прости за всё это. Давай поскорее уйдём отсюда. Не хочу больше оставаться ни секунду в этом доме!

– Вася! – мама преграждает мне дорогу в прихожей, но я отталкиваю её и прохожу мимо, усердно волоча за собой потяжелевший чемодан. – Ты куда собралась? Я тебе не разрешала!

– Я совершеннолетняя, и мне твоё разрешение не нужно! – бросаю ей, даже не обернувшись.

Ника спешит следом.

– Дай мне! Василиса, – выхватив из моих рук чемодан, она ловко перетаскивает его через высокий деревянный порог.

– Галина Валентиновна, я вижу вы в глазах дочери совсем не авторитет, – с досадой подначивает Козырев, и красное лицо мамы багровеет ещё больше.

Мужчине явно не нравится исход беседы. Ведь он почти праздновал победу. А тут ситуация неожиданно вышла из-под его контроля. Такого поворота событий он совсем не ожидал.

– Что ж, раз от денег ваша дочь отказалась, тогда обсудим причину, по которой я, собственно, и оказался здесь. Соседи накатали на вас жалобу. Нарушение…

О чём там пошёл разговор дальше, я уже не слышала, но это и без того понятно.

Выбравшись из подъезда, ищу глазами лавочку в укромном месте. Хочется поскорее уйти подальше от дома, но сил совсем нет. Мне просто необходимо присесть и отдохнуть. Хотя бы на несколько минут.

Спрятавшись с Никой в тени разросшегося куста сирени, со стоном опускаюсь на скамью. Прикрыв глаза, ненадолго расслабляюсь. Слава богу, сразу легчает. Значит, на дорогу до дома Ники сил у меня точно хватит. А там спокойно отдохну и обдумаю, как буду жить дальше.

Глава 7

К дому Вероники добираемся непривычно долго. На подходе к подъезду мой запас сил практически обнулен, еле волочу ноги, но я упрямо шагаю вперёд, держа спину прямой.

Всю дорогу угрюмо молчу, подруга тоже понимающе помалкивает. Если бы она и начала беседу, я бы просто не смогла ответить. Горло жгут злые слёзы, которые так и не выходят наружу. Сглатываю горький ком и вздыхаю.

Слава богу, всего-то второй этаж, иначе мне пришлось бы совсем туго. Ника вставляет ключ в замок, и я позволяю себе издать стон облегчения. Подруга закатывает чемодан в прихожую и пропускает меня вперёд себя.

Жанна Юрьевна выходит к нам навстречу в кухонном фартуке, её руки испачканы в муке. Взглянув на мои вещи, она сразу же смекает, в чём дело, и сокрушённо качает головой.

– Ну что ж, в тесноте да не в обиде. Мы своих не бросаем, – произносит женщина, грустно улыбнувшись, я выдаю вялую улыбку в ответ. – Давай-ка, милая, пока приляг, не нравится мне твоя бледность, – она отступает в сторону, пропуская нас с Никой в комнату. – Вещи позже разберём. Отдохни, а потом поужинаем. Что и как у нас устроено, ты знаешь, – смотрит на Нику. – Доченька, давай диван свой подготовь. Плед кинь. Позже постель чистую постелем. А пока Василиса отдыхает, мы с тобой варенички долепим. Поможешь мне. Там немного осталось.

Присев на мягкий диванчик, осторожно откидываюсь на подушку и прикрываю глаза. Хорошо, тихо. Под спокойную болтовню, доносящуюся с кухни, не замечаю, как отключаюсь.

Короткий беспокойный сон обрывается внезапно.

– Вась. Василиса, – меня легонько треплют за плечо.

Вздрогнув, испуганно открываю глаза.

– Тише, тише, это я, – Ника сидит рядом со мной на корточках и нежно улыбается. – Пойдём кушать вареники. Мы уже и налепили, и сварили. Сметанку открыли. Идём.

Пыхтя, поднимаюсь на локтях. Улыбнувшись, сладко зеваю. Поспала от силы часок, а взбодрилась, словно ночь провалялась. И отлично. Моргаю, прогоняя дрёму. Надо же, даже сон успел присниться. Парень какой-то незнакомый. Странный. Волосы светлые, почти белые, взгляд такой холодный, колючий, даже зябко стало, не по себе. Но вот внешность его меня зацепила, прямо ангельская. Зависаю, пытаясь воспроизвести по памяти черты лица незнакомца, ничего не получается. Стерлись все воспоминая, словно и не было ничего. Остался только расплывчатый образ. Жаль. Что-то в нём было такое, необъяснимо притягательное. Усмехаюсь. Не в реальности, так во сне! Вздыхаю, и поднимаюсь на ноги. Ника топает впереди и постоянно оборачивается. Неугомонная. Переживает за меня.

– Ты как?

– Спасибо, отдохнула и снова хочется жить, – старательно изображаю веселье и широко улыбаюсь, чтобы успокоить её.

– Сейчас поедим, и жизнь ещё более яркими красками заиграет, – подмигивает мне девчонка, и я согласно киваю.

За ужином обсуждаем планы на ближайшее будущее. Я всё больше понуро молчу и слушаю.

Ника поступила в НГУ* на журфак. Она в восторге от своей будущей профессии и в предвкушении студенческой жизни. Новосибирск. Большой город, радужные планы. Прекрасно. Я же, в отличие от неё, впустую потеряла драгоценное время. Точнее, потратила его на Сергея, и соответственно не позаботилась о своём будущем. О том, чтобы я попробовала поступить в вуз, да ещё и уехала учиться в Новосибирск, у нас даже речи не было. Сергей был против, а я просто повелась на его манипуляции и решила остаться в нашем захудалом городке. Думала, он из-за любви не желает меня отпускать. Теперь-то я понимаю, насколько была глупа и слепа. Не было ему до меня никакого дела. Чисто мужской эгоизм.

Жаль, что и маме, моё образование совершенно не важно. Она больше переживала о том, скоро ли я начну полноценно работать и приносить домой деньги. Мои копеечные заработки в танцевальной школе её не устраивали. Она очень часто попрекала меня тем, что я бесполезна в свои годы.

Ничего. Я не стану раскисать. Мне всего восемнадцать, и я всё успею. И учиться поступлю и профессию хорошую получу. Главное, у меня есть цель. Открыть собственную школу танцев. И я её осуществлю во что бы то ни стало. Больше ни один мужчина не встанет у меня на пути!

Ника тихо посапывает рядышком, а я всё никак не могу уснуть, смирно лежу, таращусь в потолок. На часах давно перевалило за полночь. Перебирая в голове варианты дальнейшего развития событий, всё не могу придумать, как мне жить дальше. Танцевать нельзя как минимум два месяца, значит, моя подработка, приносящая хоть какие-то деньги, отпадает. Другой подходящей работы у меня нет. Да и что я сейчас могу? Мне даже ходить и стоять длительное время сложно. А сидеть на шее у Ники и её мамы, стыдно. Козырев говорил о деньгах, которые отец Сергея готов выложить за спасение своего сыночка. Малодушно допускаю мысль поиметь с их семейки немного средств, но тут же гоню её прочь. Нельзя. Если возьму деньги, то чем я лучше матери? Вздыхаю и тихонько поворачиваюсь на бок. Сон приходит только на рассвете. С утра меня ждёт тяжёлая голова и так и не решённая проблема.

Глава 8

Как бы я ни храбрилась, пытаясь на второй день пребывания в доме Ники сбежать на поиски работы, Жанна Юрьевна наотрез отказалась выпускать из дома. Меня кормили, холили и лелеяли целую неделю. Я окрепла, отдохнула и отоспалась на полгода вперёд. На седьмой день, сославшись на срочные дела, сбегаю из квартиры.

Свежий воздух и солнце. Что ещё нужно для счастья? Свободы и денег бы немного не помешало. Как раз за последним я и направляюсь на свою работу в детскую школу танцев. Именно в ней мы с Вероникой отплясали без малого десять лет.

Помню, как впервые увидела свою подругу. Она пришла на первый урок, крепко держа маму за руку. Маленькая, кудрявая, рыжая, с заплаканными глазами и красным курносым носом. Тогда я не понимала, почему она не хочет посещать наши занятия, позже выяснилось, что это была мечта Жанны Юрьевны, а не Ники. И только из-за мамы подруга и продержалась все эти годы, исправно посещая вместе со мной ненавистный кружок. А я всегда любила танцевать и сейчас люблю. И хочу связать с этим увлечением всю свою жизнь, тем более, я больше ничего не умею. Танцы – моё всё.

Вот и сейчас, шагая по ступенькам ДК, изнываю от желания пробежать лёгкой ланью до самых дверей, ворваться в наш просторный зал на втором этаже. И провести тренировку со своими детками, как я делала это практически каждый день, последние пару лет. Сердце тихо обливается кровью. Нельзя! За прошедшую неделю я окрепла, рана зажила и перестала доставлять неудобства, но про строгий запрет врачей я не забываю ни на миг. В душе теплится надежда на то, что я всё еще смогу быть полноценной, и однажды у меня появится малышка, которую я приведу за руку вот в такую же школу танцев. А если для того, чтобы появился хотя бы мизерный шанс, нужно не танцевать два месяца, я выполню все условия. Жаль, не получится подлечиться основательно. Список лекарств я оставила у себя, не стала выбрасывать. Смешно надеяться на чудо. Ну а вдруг!

– Василиса! – этот голос я узнаю из тысячи других.

Мужской низкий баритон, с лёгкой хрипотцой. Когда-то он мне очень нравился, но после последних событий стал вызывать только отторжение. По спине пробегает волна холодных мурашек. Сергей. Откуда он здесь? Неужели Козырев сумел добиться, чтобы его отпустили. Нехотя оборачиваюсь. Спиной к этому человеку стоять опасно.

– Вась, привет, – Сергей не смотрит в глаза, вроде улыбается, но получается как-то не искренне.

Я вижу, что он волнуется, переминается с ноги на ногу и при этом периодически теребит ворот своего поло. Одет с иголочки. Чисто выбрит. Даже парфюм нанёс, но запах другой. Неужели сменил аромат?

– Я ждал тебя. Несколько дней уже караулю вот тут.

– Зачем? – произношу максимально холодно, ровным голосом.

Внутри всё дрожит. Обида и подспудный страх моментально затмевают разум. Чувства, которые я душила всё это время, так и норовят вырваться наружу. Сглатываю ком в горле.

– Поговорить хотел, – Сергей опускает голову ещё ниже.

– Поговорить? – я склоняю голову на бок. – О чём? Мне кажется, нам не о чем разговаривать. Или ты пришёл просить отозвать заявление? Я не стану отказываться от…

– Нет! Я хочу… хочу хоть как-то загладить свою вину перед тобой. Я понимаю, что слов будет недостаточно, ничего уже не изменить, но я должен хотя бы извиниться. Прости меня, я поступил ужасно. Не знаю, что на меня нашло. Я… Василиса, я очень сожалею о том, что сделал. Девочка, прости.

Сергей делает шаг в мою сторону. Отскакиваю от него как ошпаренная.

– Я была беременна, – скрипнув зубами, выдаю то, о чём сама себе обещала молчать.

Мужчина медленно бледнеет. Наблюдаю, как его глаза округляются, он открывает рот, но слов так и не находит.

– Я не хотела говорить. Но не могу жить с этим одна. Я сомневаюсь, что для тебя эта информация будет что-то значить, но для меня это важно. Я никогда не забуду того, что ты сделал, просто не смогу.

Сергей поджимает губы, его плечи понуро опускаются.

– Я смотрел на отца, на его отношение к матери, думал, это норма поведения…

– Не нужно мне говорить о том, что кто-то виноват в произошедшем. У тебя есть своя голова на плечах. И для меня твоё оправдание звучит жалко. Ты – это ты! Не отец, а совсем другой человек. А он – просто плохой пример, не более. Следовать ему или нет, решать только тебе. Ты сделал выбор, – мой подбородок начинает мелко дрожать. – Не ходи за мной. Я не хочу видеть тебя. Не хочу слышать твой голос. Считай, что я умерла, там на дороге, вместе с нашим… Забудь!

Разворачиваюсь и спешу к дверям ДК. Навстречу мне гуськом выбегают малышки в лосинах, преграждая путь. Они обступают меня со всех сторон, радостно подпрыгивая на месте.

– Василиса Михайловна! Василиса Михайловна!

Их громкие, радостные возгласы заставляют меня улыбнутся, пусть и через силу. Перебивая друг друга, каждая из девочек пытается что-то сказать, и я, разглядывая их счастливые, сияющие мордашки, начинаю потихоньку успокаиваться.

– Мы вас из окна увидели! Вы к нам? Вести занятия?

– Девочки, я… я пока не могу вести занятия.

Малышки хором выдают возглас разочарования, и я растроганно моргаю глазами.

– Мне нужно поправиться.

– Вы болеете?

– Да, немножко не в форме. Мне пока нельзя танцевать.

Оборачиваюсь, взглянув на Сергея. Он всё ещё стоит на том же месте. И с пришибленным видом слушает наш разговор. Вот же! Чего пялится?!

– А когда же будет можно?

– Как раз после летних каникул я и вернусь. Соскучиться не успеете.

– Мы уже скучаем!

– Девочки!

На пороге появляется Лена, одна из молоденьких хореографов школы. Девушка чуть младше меня, но уже вполне отлично преподаёт. В основном на ней, как и на мне, были младшие группы.

– Ой, Вась! Привет! – радостно восклицает она и косится за мою спину. – Ты к нам?

– Да. Зашла проведать девочек, и к заведующей нужно забежать, больничный показать. А то ещё уволят ненароком.

– Так вроде это… уже уволили, за прогулы.

– Что?

– Ника разве тебе не говорила?

– Нет, – растерянно качаю головой.

Вот это новости! Одна лучше другой.

– Значит, расстраивать тебя не хотела. Она писала объяснительную по поводу тебя, а Маргарита Владимировна даже принимать ничего не захотела. Сказала, ей бездари и лодыри не нужны в коллективе.

– Что? Это я лодырь что ли?

– По ходу, кто-то за тебя тут походатайствовал, – Лена косится в сторону Сергея.

Я краснею от злости с ног до головы. Да за что же они навязались на мою голову!

– Понятно, – шиплю сквозь зубы, и мужчина вжимает голову в плечи. – Пойду перепроверю информацию, – произношу тихо, чтобы фраза дошла только до ушей собеседницы.

Лена кивает, и я спешу в здание.

Спустя десять минут выбегаю из ДК в состоянии дикой кошки. Я так и не получила чёткого ответа, по какой причине меня вычеркнули из жизни коллектива, частью которого была очень много лет. Обидно, но унижаться не стану. Получив свои копеечные расчётные, откладываю несколько купюр на дорожные расходы, на остальные решаю прикупить кое-какие продукты. Не всё же время быть нахлебницей в доме, где и без меня живут небогато.

Пробежав сломя голову по ступеням, сразу не замечаю, что Сергея и след простыл. Извиниться пришёл. Думал, что этим можно что-то исправить. Единственное, что ему теперь можно сделать, это не повторять ошибок! Иначе ничего хорошего в его жизни не будет.

Встреча с бывшим парнем и моё неожиданное увольнение вернули меня в реальный мир, наполненный трудностями и разочарованиями. Неделя, которую я провела в стенах чужой квартиры, показалась мне сказочным временем. Ещё бы. Покой. Тишина. Забота, которой мне так всегда не хватало. Я почти поверила, что счастье где-то рядом. Но нет! Меня опустили с небес на землю, стоило выйти за дверь.

Понуро опустив голову, шагаю по узкому тротуару. Под ногами старый, местами разбитый асфальт. Погружённая в свои мрачные мысли, ничего не замечаю вокруг себя. Рядом лает маленькая, смешная собачка. Тут же мимо проезжает ребёнок на велосипеде. Весело болтают прохожие, а я на фоне всего этого ощущаю себя серой безликой тенью. До чего же паршиво на душе.

– Василиса! – громкий мужской бас заставляет вздрогнуть от неожиданности.

Подняв голову, едва успеваю притормозить, чтобы не врезаться в Дениса.

– Вот это встреча!

Глава 9

Отступив от парня на шаг, удивлённо хлопаю ресницами. Денис мило улыбается мне, и я растягиваю губы в ответ.

– Привет, красавица!

– Здравствуй…

Парень настолько громкий, что прохожие невольно оборачиваются, с интересом рассматривая нашу парочку. Смущённо опускаю глаза и поджимаю губы. Ну не поворачивается у меня язык его Добрыней-младшим назвать, он мне больше напоминает другого богатыря, но из того же мультфильма. Вот такой же белобрысый, простой и улыбчивый. Ну Алёша Попович, на дать ни взять!

– Денис, – всё же произношу я и оборачиваюсь в поисках его сопровождающих. – Ты один?

– Ну да. А с кем мне быть? Я тут рядом живу, – он кивает в сторону высотки, первый этаж которой занят магазинчиками. – Вот как раз на тренировку спешу. А ты чего тут?

– Гуляю. Давно не была на свежем воздухе, решила пройтись. Да и дела кое-какие были.

– И как дела?

– Паршиво, – выдаю не задумываясь.

Чего скрывать, фантазировать я не люблю, да и не мастер врать.

– Да уж… – сочувствующе тянет собеседник. – Если ты свободна, может, вместе прогуляемся. Я тебе зал наш покажу. С ребятами познакомлю. Да и отец будет рад тебя видеть. Он волнуется очень о твоём здоровье. Прямо как за родную переживает.

Надо же! Чужой человек и беспокоится. А родной матери всё равно, что со мной, где я. Неделя прошла, как я из дому ушла, и ничего. Телефон есть. Можно позвонить. Но нет!

– Ну, в принципе, можно и в зал. Только ненадолго, – вяло отвечаю я, расстроенная своими мыслями.

– Ну и замечательно, – парень искренне рад.

– А ты один у отца? – зачем-то интересуюсь я.

Просто из вежливости.

– Да, один. Была дочь, старше меня почти на десять лет, но… грустная там история, погибла она совсем молоденькой. Я её и не помню толком. Мне кажется, ты отцу её и напомнила.

– Погибла? – по рукам бегут мурашки от услышанного.

Растираю кожу ладошками. Жутко.

– А что случилось?

Денис задумчиво хмурится.

– Извини. Я, наверное, слишком любопытная…

– Нет, всё в порядке. Ты можешь спрашивать, я же сам начал разговор. Убили её, вот как с тобой ситуация, один в один. Но ей повезло меньше. Никто не заступился.

– Боже мой, Денис, – прижимаю ладошки к щекам.

Бросает в жар.

– Я так вам благодарна за то, что не прошли мимо. Страшно представить, что бы со мной было. И за то, что про сестру напомнила, извини. Соболезную.

– Давно это было, говорю же, я и не помню толком ничего. Всё со слов родителей, – парень пожимает плечами, грустно улыбнувшись. – Да, в тот день досталось тебе не слабо. Я бы удавил своими руками этого слизняка, только отец не позволит. Я его у больницы встретил, думал башку оторву, но сдержался. Народу вокруг слишком много было.

– Ты мой герой. Только вот не нужно никому головы отрывать, хорошо? Это законом не разрешается. Посадят тебя, а я себе не смогу простить.

– Не переживай. Я не дурак. Найдём другой способ с ним поквитаться.

– Денис, – тяну, сведя брови к переносице.

– Это чисто мужские дела, ты свою головку красивую этим не забивай, – отмахивается он, лучезарно улыбаясь.

Осуждающе качаю головой. Ну что с ним поделаешь! Защитник.

– Сергей, кстати, сегодня извиняться приходил. Совершенно случайно встретились. У моего ДК, где я работала.

– Извиняться?! Я ему чётко сказал к тебе на километр не приближаться. Вот тупой попался, – сжав кулаки, недовольно сопит собеседник. – А почему «работала»? Решила рассчитаться? Здоровье поправить, отдохнуть?

– Если бы. Уволили за прогулы, – решаю не уточнять, благодаря кому это произошло.

– Ничего себе. Это из-за больницы?

Киваю и расстроено вздыхаю.

– Так что я теперь безработная.

– Ну ничего. Значит, нужно использовать это время с пользой, отдохнуть. Окрепнуть. Дома пока посиди.

– Не могу я дома сидеть. Я у подруги живу. На их шее долго не просидишь. Я так не могу. Хорошо, конечно, у них, но надо и честь знать.

– А почему у подруги?

– Я из дома ушла. У меня с этим не всё просто…

Денис озадаченно чешет затылок.

– А ты знаешь, я могу тебе помочь. Нам в зал как раз администратор нужен. Работа не пыльная, но обязанностей много. В основном работа с документацией. Ты девчонка умная, справишься. Жить можно там же, только переоборудуем склад, под комнату. Душевые есть. Здание надёжно на ночь запирается. У нас и холодильник с телевизором имеются. Всё будет, как надо.

Я удивлённо открываю рот.

– Ну что? По рукам?

Я радостно киваю головой.

– С оплатой не обидим. Тогда поехали?

Денис указывает мне на припаркованный у тротуара байк.

– Я же тебя ещё драться обещал научить. Точнее, защищаться, – он ведёт меня за собой, при этом постоянно оборачиваясь.

А я слушаю его и радостно киваю. Не могу поверить в свою удачу. Наконец-то хоть одна хорошая новость за последнее время. А то я уже решила, что вселенная против меня.

– Буду тебя тренировать после ребятишек.

– Только мне сейчас нельзя нагрузки. Если через пару месяцев не передумаешь, я с удовольствием.

– Подождём, сколько нужно. Не беспокойся, не передумаю. Я слово своё держу.

Парень заводит мотоцикл и приглашает кивком присесть за спину.

– Держись крепко! Сил хватит?

– Хватит!– горланю я, пытаясь перекричать рёв мотора.

Обнимаю здоровяка за торс. Прохожие с любопытством смотрят на нас, особенно на дорогущий сверкающий транспорт и, конечно, красавчика-спортсмена за рулём. Сомневаюсь, что моя скромная персона болезненного вида может кого-то заинтересовать. Взгляд цепляется за знакомую фигуру. В стороне, в тени дерева, стоит Сергей. Его взгляд пылает гневом, на скулах играют желваки. Даже издали вижу, насколько он зол. И откуда он тут взялся? Следит что ли за мной? Что нужно-то ему сейчас? Не понимаю.

Глава 10

Зал, куда привёл меня Денис, оказался большим спорткомплексом. Здание в два этажа ничем не уступало по площади нашему ДК. Только более современное. Сказать, что я была в восторге, не сказать ничего. Мне понравилось всё. И обстановка, и отношение ко мне. Приняли меня как родную. Столько участия и внимания от мужчин, сколько от друзей Добрыни-младшего, я не получала, наверное, никогда. Все парни очень воспитанные, вежливые, обходительные и, что немаловажно, спортивные. Просто сборище красавчиков-атлетов. Как в магазине, ассортимент на любой вкус. Разного возраста, комплекции и роста. Светленькие, тёмненькие. А главное, все очень целеустремлённые.

Я была приятно удивлена такому повышенному вниманию, но, честно признаться, ни один из парней не тронул моё сердце. Да и Денис отчасти помог, строго-настрого запретил им меня доставать, пригрозив страшной расправой. Проникнувшиеся уважением к старшему, мальчишки исправно выполняли указания. Меня никто и никогда не задевал, ни словом, ни делом! И упаси господь, ничем не обижали.

Комнату для меня оборудовали всем миром. Парни вынесли ненужную старую мебель, оставив самое основное: кровать, шкаф и тумбочку. Мы с Никой и Жанной Юрьевной навели порядок и уют. Меня снабдили всем необходимым на первое время, и я летала от счастья.

Окончательно на новое место проживания я переехала только через две недели после всех проведённых приготовлений. Затянулось переселение не по моей вине. Я бы осталась в спортзале сразу же в первый день, но подруга и её мама наотрез отказались меня отпускать. Тем более, что Ника уже паковала вещи для переезда в город, и мы покинули дом практически одновременно. Она уехала в Новосибирск, обустраиваться и налаживать быт там, а я в зал, и чтобы отвлечься, с головой ушла в работу. Тяжело переживая расставание с подругой, успокаивала себя тем, что это временно и мы обязательно встретимся, как только я хоть немного встану на ноги.

Выждав положенный срок, который назначил врач, мы с Денисом приступили к тренировкам. Я оказалась очень прилежной ученицей. Он хвалил меня, и я понимала, что это не преувеличение. Не думала, что мне может так сильно понравиться рукопашный бой, но и про своё любимое занятие я не забывала. В промежутках между тренировками и работой, начала потихоньку танцевать. Тело быстро восстанавливалось. И за это спасибо не только своевременной помощи хирурга и уходу в больнице. Прознав, что мне назначено лечение, и я его не прохожу, Добрыня, по паспорту Никита Владимирович, стребовал с меня рецепт и купил всё, что было прописано. Мир не без добрых людей, мне повезло встретить на своём пути как раз таких.

Про неутешительный диагноз, который мне поставил лечащий врач, я всё же решила умолчать. Не хватало мне повесить на чужих людей лишние хлопоты, дорогостоящее лечение, которое может и вовсе не помочь! В общем, всё, что можно было сделать, сделали. Оставалось надеяться на лучшее. Средства, потраченные на лекарства, я с горем пополам вернула – не хотели брать. С первой же зарплаты отдала всё до копейки. К слову, оплата оказалась довольно внушительной. Я ещё прихватила пару вакансий дополнительно, так как и так всё время пропадала в здании. Поэтому меня всё более чем устраивало.

Благодаря работе я смогла исполнить ещё одну свою маленькую мечту. Водительское удостоверение – и прямо в свой девятнадцатый день рождения. Я получила права одна из первых, сдав все экзамены с первой попытки! Ещё бы! У меня было столько инструкторов, что любой бы позавидовал. Как не сдать! Мне даже пару раз позволили погонять на мотоцикле. Но байк Дениса оказался для меня чересчур тяжёлым, и я отказалась от подобных авантюр. Сама расшибусь, еще и транспорт угроблю.

Всё было хорошо, но до того момента, как о моем местонахождении не прознала мама. Не сказать, что я была не рада её видеть. Прошло уже несколько месяцев после нашей последней встречи, закончившейся нехорошим расставанием. Честно, я скучала и часто думала о маме, переживала, всё ли с ней в порядке. Но она приходила не ко мне. Выпросив денег, эта женщина исчезала и возвращалась, когда ей требовалось ещё. Наши встречи заканчивались скандалами. Мне было жутко неудобно перед старшими ребятами и малышнёй, посещающей спортивные кружки.

А Галина Валентиновна не скупилась на оскорбления в мой адрес, заставляя меня краснеть. Заявлялась она чаще всего в неподобающем виде, выставляя себя и меня не в лучшем свете. Почти при каждой встрече мама упоминала Сергея, упрекая меня в том, что из-за меня он получил условный срок. А могло бы всё быть иначе. У него чистый лист, нет проблем с законом, а у нас, точнее, у неё, деньги! Но я же – гордая дура, по словам родной матери!

Я ушла из дома, но не избавилась от проблемы. Родительница нашла способ и дальше отравлять мне жизнь.

Моего терпения хватило ещё на несколько месяцев.

Купив недорогую, старенькую машину, красивого красного цвета, я собрала свои пожитки и, попрощавшись с ребятами, направилась следом за Никой в большой город. У меня есть цель, и я решила идти к ней! Время пришло!

После отъезда подруги, мы потеряли связь. Нет, любить я её не перестала. Просто настолько ушла с головой в спорт и работу, что совсем отключилась от внешнего мира. Так мне было легче и спокойнее. Забросив сотовый, на который мне в основном приходили звонки от мамы, я со временем вовсе перестала им пользоваться.

Перед тем, как покинуть наш городок, я предусмотрительно забежала к Жанне Юрьевне попрощаться и взять номер Вероники, который, кстати, сменился за прошедший год. Свой старенький сотовый я так и не включила, просто на всякий случай взяла с собой. В ближайшее же время куплю новую сим-карту, и тогда можно будет перезвонить Нике.

Твёрдой рукой держа руль, лечу по трассе, сосредоточенно наблюдая за дорогой. Пусть водитель из меня отличник, но всё же, как ни крути, я пока ещё новичок, о чём свидетельствует наклейка на заднем стекле. Я не скрываю! Видно всем. Кому не нравится, просто пусть не приближается. Девушка за рулём, да ещё и без стажа, невероятная удача на дороге. Хохотнув про себя, бросаю взгляд на спидометр. Моя машинка, несмотря на не совсем свежий год выпуска, держится довольно бодро. На дороге устойчивая, и мотор работает как часики.

Впереди на обочине маячит пешеход. Замечаю его сразу же: ярко-красная олимпийка и выставленная в сторону рука. Автостопщик. Сомневаюсь, но всего пару секунд. Сбавляя скорость, торможу в паре метров от парня. Наблюдая в зеркалах, как он вприпрыжку и с довольной физиономией спешит к моей машине, ухмыляюсь. Приятно быть для кого-то полезной. На вид незнакомец ещё совсем юный. Лет восемнадцать. Сама не далеко от него ушла, но всё равно почему-то выгляжу, да и чувствую себя гораздо старше. Может, потому что у него, в отличие от меня, беззаботный вид. И не боится же вот так путешествовать. Отчаянный малый.

– Привет! – распахнув дверь, он заглядывает в салон, и увидев меня, тут же расплывается в белозубой улыбке.

– И тебе привет, – отвечаю, растянув губы в ответ.

– Неожиданно, – падая на сидение, он закидывает тяжёлый рюкзак назад и хлопает дверью.

– В смысле?

– Ну, я не ожидал увидеть за рулём девушку, да ещё и такую молоденькую.

Молча усмехаюсь и поглядываю на дорогу, выжидая подходящего момента, чтобы тронуться.

– Меня Генка зовут, – автостопщик протягивает мне свою пятерню и смешно шмыгает носом.

– Василиса, – отвечаю, игнорируя его руку.

Нет времени, как раз дорога свободна от попуток, и можно спокойно выезжать. Ловко вырулив, прибавляю газу и только тогда хлопаю нового знакомого по ладошке.

– В город?

– Да. Нужно кое-какие дела перед началом учебного года уладить.

– Деловой, – тяну я, делая вид что занята дорогой, больше, чем это есть на самом деле.

– Ну, да. Нас с парнями в прошлом году с общаги выселили, за нарушения. Мама сказала, если не найду новое место, не видать мне учёбы. Снимать за дорого ей не по карману, а я не работаю. Всё свободное время учёба занимает. Вот вылетел, создал сам себе проблему. Я понимаю, что виноват. Но что поделаешь! Молодость! И погулять иногда охота.

– Это как гулять надо, что б из общаги выселили? – изогнув бровь, интересуюсь я, искоса посмотрев на парня.

– Как все, в принципе! Да это уже и не важно. Мне, главное, заселиться на новое место, чтобы было где спать, поесть приготовить и помыться. Парни, вроде как, нашли подходящий вариант. Недорого и недалеко от универа.

– О, универ, – удивлённо тяну я.

С виду и не скажешь, что такой балбес может на вышке учиться. Гений, наверное. Неряшливо одет, стрижка непонятная. Больше похоже на то, что парикмахера он месяца два не посещал, лохматый как домовёнок, ещё и рыжий. Смешной.

– Да, я вообще-то будущий инженер-строитель дорог.

– Вау!

– Ага, а ты?

– А я работать еду.

– Да? И кем же? Тебе лет-то сколько?

– Не важно. А что там с общагой? Можно поподробнее?

– Жить тоже негде? – понимающе тянет паренёк, сверкнув глазами.

– Ну да, – сразу же сознаюсь я, раз решила использовать его в информационных целях, то придётся открывать все карты. – На первое время что-то недорогое нужно. А там с работой определюсь, и будет видно.

– Многие так делают. Едут в город за лучшей жизнью. Ты с области?

– Почти. Тут не сильно далеко.

– А чего переехать решила?

Вздыхаю, поджав губы.

– Понятно. Не хочешь, не говори. Смелая ты. Есть кто-то в Новосибирске? Родня, друзья?

– Родни нет. Подруга. Но я напрашиваться не хочу. Сама справлюсь. Так что, поможешь с общагой?

– Конечно. Что-нибудь придумаем обязательно.

Удовлетворённо киваю, не зря остановилась!

Глава 11

В новое место я заселилась в тот же вечер и, честно признаться, сразу же пожалела. Такого хаоса мне и дома с мамой и её «гостями» хватало. Хорошо хоть привычно, другая более робкая девчонка, наверное, сбежала бы в первую же неделю отсюда. Благо, я стойкая, и такими неудобствами меня не напугаешь.

Общага оказалась не совсем студенческая. Кто только не проживал в этом несчастном трехэтажном здании с клопами и тараканами: рабочие непонятной национальности, молодёжь типа меня и Генки, семьи с детками. Шум, гам! Но выбирать мне в моём положении особо не приходилось. Сдаваться я не собиралась! На поиски подходящей работы у меня не много времени, а в связи с плохими жилищными условиями, буду ещё активнее решать эту проблему. И чем скорее найду, тем лучше. Деньги есть, но их нужно экономить, запас не бесконечный.

Оплатив за месяц небольшую сумму наличными, благополучно заселяюсь в полупустую комнату на десять квадратных метров. Осматриваюсь. Да! Видимо, долго я буду вспоминать добрым словом свою уютную комнатку в спорткомплексе, в которой тихо-мирно прожила год. Держись, Васька, это всё временно.

Бросив сумку прямо на пол, подхожу к окну. Вечереет, и в городе зажигаются первые огни. Моя комната на самом верхнем этаже. Я сама так захотела. Во-первых, по голове ходить никто не будет, во-вторых, хотя бы вид из окна должен радовать глаз. Не на облезлые же стены любоваться.

Прислонившись к оконной раме, грустно вздыхаю. Внутри не утихает волнение. Я не из трусливых, но всё равно как-то не по себе. Что меня ждёт в этом муравейнике? Вокруг чужие люди, суета. Много машин, высокие здания и никого, кроме Вероники, из знакомых. Я ужасно соскучилась по ней и, признаться, чувствую себя немного виноватой в том, что пропала так надолго. Нужно встретиться и поговорить. Она меня обязательно поймёт. Тело-то восстановилось сравнительно быстро, но вот душа! Не знаю, смогу ли я когда-нибудь вновь довериться мужчине. В любом случае, сначала нужно устроиться, а потом уже можно и на глаза подруге показаться. Хватит и того, что я после больницы у них долгое время обитала, пользовалась добротой. Неудобно обременять вновь. Как бы ни было тяжело, буду терпеть до последнего. Справлюсь. Всё будет хорошо. Завтра новый день и приятные хлопоты. Первым делом куплю себе симку, погуглю какие в городе есть места с вакансиями и хорошей заработной платой. Танцы! Меня интересуют только они! Не вижу смысла искать себя в чём-то другом!

Роман Лукьяненко

Присев за столик в своём любимом кафе, лениво смотрю по сторонам. Сегодня особенно солнечно, на градуснике больше тридцати по цельсию. Жара! Улочка вокруг пустая, даже несмотря на то, что тут всё устроено с повышенным комфортом, подобное пекло всё равно практически никто не жалует. Редкие парочки прогуливаются в тени невысоких деревьев. Основная масса людей начнёт выползать из своих укрытий только ближе к вечеру. Я же, несмотря ни на что, наслаждаюсь покоем, и мне совершенно ничего не мешает. Уже завтра у меня самолёт, и я наконец увижусь с семьёй. Полугодовалое обучение, на котором настоял отец, пройдено. Можно расслабиться, чем я и занимаюсь, в гордом одиночестве. Друзей по душе я себе тут так и не приобрёл. Возможно, дело в том, что было очень мало времени, а может, мне это и не нужно.

Коренные жители туманного Альбиона мне всегда казались очень странными. Вежливые, обходительные, но не такие как у нас в России. Чопорные, сдержанные на проявления чувств. Улыбка дежурная, безэмоциональная, нет искренности. Давно не слышал настоящий смех. Не знаю, буду ли я скучать по этим местам. Скорее всего, нет. Прожив в Англии последние полгода, я считал дни, когда наконец смогу вернуться в свой родной, северный город. Домой! И меня ни капли не смущает то, что за свои двадцать пять, на родине я прожил от силы лет десять. Хотя, если пересчитать и прибавить время летних каникул, то, возможно, чуть больше. Я люблю наш край. Морозный, местами пасмурный, но до боли родной!

На плечи ложатся лёгкие женские руки, и я неспешно оборачиваюсь. Оливия. Её лучезарная улыбка трогает сердце, но я тут же одёргиваю себя. Хмурюсь, наблюдая, как девчонка неспешно усаживается за столик, на стул прямо напротив и потихоньку закипаю. Изменщица! Ведь у нас с ней могло что-то получиться. Впервые так близко подпустил к себе девушку, и на тебе. Ошибся. Никогда не думал, что вот так легко поведусь на женские хитрости. Впредь буду умнее. Полгода эта леди пользовалась моей добротой, а точнее, моим счётом в банке. Что ж, винить некого, я сам это ей позволил. И чего этой англичанке не хватило? Жаль, поздновато распознал её истинную натуру. Мой кошелёк пострадал не так сильно, а вот самолюбие…

Оливия с первых же дней проявила ко мне повышенный интерес. Кто же знал, что она отлично осведомлена о моём финансовом положении и охотится именно за деньгами. Да и чёрт с ней! Нет! Подобное открытие не может меня так расстроить! Хотя…

Мы провели вместе много прекрасных ночей, и мне казалось, она другая. Настоящая. Но вышло, как вышло. Я поймал её на банальной измене. Она и, скорее всего, один из её спонсоров решили посетить тот же ресторан, что и я. Только разница в том, что у меня там проходила важная встреча с одним из деловых партнёров отца, а у предательницы банальное свидание. С чего я взял, что эти двое любовники? Догадался? Или ревность подсказала? Нет! Мало ли с кем девчонка решила поужинать! Отец, дядя, старший брат. Я ведь ничего не знал о её родне. Но если у тебя такая бурная личная жизнь, насыщенная событиями и богатая на интим, зачем же заниматься этим прямо в мужском туалете? И надо же было мне войти как раз в самый подходящий момент!

Услышав посторонние звуки, совершенно не характерные для данного помещения, я сначала чисто из мужской солидарности решил не мешать и поскорее уйти, но вот голос… Я узнал бы его из тысячи. Слушать дальше, естественно, не стал. Но что мне мешало подождать за дверью, когда парочка закончит, и удостовериться, что это не какая-то другая девушка, а именно та, о которой я подумал?

Сложив руки на груди и упёршись плечом в стену, я ждал. Недолго. Оливия вышла первой. Разрумянившаяся, немного взъерошенная. Поправляя изящными пальчиками длинные темные волосы и бретельку атласного голубого платья, которое я ей купил на днях, девушка воровато осмотрелась по сторонам, но меня не заметила. Я вовремя шмыгнул за колонну.

От воспоминаний передёргивает. Наблюдаю за девчонкой, вальяжно переваливаясь с одного подлокотника на другой. На лице не шевелится ни один мускул. Переговоры, несмотря ни на что, я провёл успешно. Передал отцу всю нужную информацию, теперь настало время завершить свои дела.

– Милый, ты выглядишь расстроенным, – лопочет Оливия, раскрывая меню, которое официант услужливо передал ей прямо в руки. – Признаться, я немного удивлена твоему сообщению. Обычно мы созваниваемся. И встреча… – она разводит руками. – В такое раннее время. Это что-то новенькое.

– Я бы не стал беспокоить тебя без причины. У меня для тебя две важные новости.

– Оу, – девушка выпрямляет и без того идеально ровную спину, расправляет плечи, а её тёмная бровь ползёт вверх.

– Завтра утром я улетаю.

С её лица вмиг слетает вся беззаботность. Она заметно мрачнеет.

– А как же я? Ты шутишь? – морщится. – Это плохой юмор. Мне он не нравится.

Я смотрю на неё. Недобро ухмыляюсь. Достав из кармана свой сотовый, открываю галерею и кликаю на снимок. За столиком она и полный, лысоватый мужчина, примерно сорока лет. Протягиваю телефон ей.

– Кто он, Оливия?

Девушка бледнеет. Её рот открывается, но ни звука. Ей нечего сказать. А зря. Я надеялся хоть на какие-то объяснения.

– Вчера вы уединились с ним в туалете ресторана, – бесстрастно продолжаю я, наблюдая, как у собеседницы на мраморных щеках расцветают некрасивые багровые пятна.

– Роман, – выдыхает она, и её глаза моментально увлажняются.

– Я был о тебе лучшего мнения, – заблокировав экран сотового, убираю его в карман. – Я разочарован. Оливия, – произношу ледяным тоном и отворачиваюсь.

– Я… милый, прости! Пожалуйста, – голос девушки дрожит. – Я люблю тебя. Он… это прошлое. Понимаешь…

– Прошлое? Которое ещё вчера было в тебе, – иронизирую.

Мне почти больно. Знать бы наверняка, что это за чувство. Но, увы, сравнить не с чем. Может, просто бесит, что кто-то посмел обманывать меня так долго? И я ничем не могу ответить, кроме того, что позорно сбежать.

Оливия тихо всхлипывает. Женские слёзы. Не припомню, чтобы они когда-либо трогали меня. Точно. Никогда! На эту сырость я насмотрелся ещё дома. Чего одна Дарина стоит. Дочь друзей нашей семьи. Только мне по сей день непонятно, кто именно ей интересен. Я, мой брат Демид или наше состояние. Скорее всего, ей всё равно, через чью постель получится запустить коготки в банковские счета нашей семьи. Все женщины одинаковые. Увы! Изменщицы и охотницы за деньгами. Ни одна порядочная мне ещё не попадалась.

Глава 12

Не успеваю сойти с трапа и включить сотовый, поступает входящий от двоюродного братца. Истосковался засранец. Моя головная боль и заноза в заднице. Хотя Демид старше на год, я всегда казался взрослее и умнее во всём. И я точно не преувеличиваю. И что ему от меня нужно в очередной раз? Какую-то аферу замутил или только собирается? Смотрю на монитор телефона и устало вздыхаю.

–Да, – даже не пытаюсь скрыть недовольство в голосе.

– Ром, привет! – радостный голос Демида сразу же заставляет напрячься.

– И тебе здравствуй. Что-то случилось?

– Почему сразу случилось? Ты, как всегда, в своём пессимистичном настроении, – тянет брат, и хмыкает в трубку. – Случилось, естественно! У меня брат прилетел. Полгода не виделись! Вроде как радостное событие. Нужно отметить!

– Ты в курсе, что я только с самолёта. Ещё даже с территории аэропорта не вышел. Мне бы до дома добраться. Отдохнуть. Каринку нужно проведать. Родители в отъезде. Меня нет. Мало ли что…

– Всё с твоей сестрой отлично! В загородном доме с друзьями половину лета тусуются. Я за ней приглядываю постоянно.

– Ты?! А за тобой кто присматривает?

– Ну ты как скажешь, – по его интонации понятно, ему мои замечания не по душе.

Ничего. Переживёт. В конце концов, его тёмные делишки с финансированием ипподрома и покупкой дорогущих лошадок прикрываю я, поэтому имею полное право выказывать недовольство. И когда только наиграется этот повеса? Морока с ним. Женился бы что ли. Может, переключится на что-то другое, помимо разведения живности. Поумнеет!

– И с кем она там? С Дариной?

– Ну да!

– Сам знаешь, не лучшая компания.

– А что поделать?! Она ни в какую не хочет прерывать с ней общения. Причина на это явно какая-то имеется. Но я пока еще не разгадал эту загадку.

– Да тут нечего разгадывать. Всё дело в брате Даринки.

– Богдан! Да ну!

– Ну да!

Демид молчит буквально несколько секунд, переваривая информацию.

– Хотя чего я удивляюсь. Вы с Кариной близнецы. Ты её лучше знаешь и чувствуешь и, понятно, первый понял, в чём дело. Но произносить это вслух мы не можем? Так?

– Верно, – озадаченно поджимаю губы.

С этой симпатией Кари к сыну наших теперешних конкурентов ещё возникнут проблемы, но и запретить ей смотреть в сторону Богдана мы никак не сможем. Всё равно, что записаться к ней во враги. Разве эта взбалмошная девчонка кого-то послушает?! – Закатываю глаза и шумно вздыхаю. Не успел вернуться, начинаются проблемы. – Так, знаешь что, не грузи меня проблемами, которые мы прямо сейчас не можем решить! Я устал от долгого перелёта. Мне ещё такси нужно поймать.

– Такси подано! – слышу у себя за спиной. – А вообще, по-хорошему, стоило бы заранее позвонить, и я бы пригнал твою тачку ещё вчера и оставил бы тут на стоянке. Но ты же у нас самостоятельный. В помощи не нуждаешься!

Ухмыльнувшись, шагаю к Демиду и с улыбкой обнимаю своего старшего братца. Как всегда, неизменно в отличном настроении и великолепной форме. И как ему удаётся всегда быть таким идеальным? Зависть берёт. Выше на пару сантиметров, шире в плечах, несмотря на то, что он светлоглазый и блондин, выглядит брутальным. Честно сказать, брат даже больше похож на моего отца, чем я, родной сын. У них и походка одинаковая. Мне же повезло пойти в мать. И не то, чтобы я был чем-то недоволен. Моя мама красавица. Миниатюрная изящная женщина, всегда молодая. Но я мужчина! И наша с ней общая черта, утонченность, меня порою бесит. Может, из-за этого я и дрался в школьные годы чаще Демида, чтобы доказать, что я не робкого десятка. И став взрослее, вечно хмур и серьёзен. Всё это ради одной конкретной цели, я не просто смазливый мальчишка. На самом деле, картинка и содержимое ой как рознятся!

– Ну, как долетел?

– Нормально.

– Ясно. Поехали, отвезу тебя домой. Отдохнёшь. А вечером в «Imposant» устроим тебе праздник, позовём друзей…

– Нет, уж! Никаких друзей!

– Понятно. У нас в заведении новую танцовщицу приняли, нужно посмотреть, что там за дива такая! Управляющий такой отзыв накатал. Словно сама богиня к нам сошла с Олимпа!

Усевшись на пассажирское сидение, откидываю голову назад и закрываю глаза.

– Хорошо, – если посещение клуба можно совместить с работой – это приемлемое времяпрепровождение для меня.

Только сначала ванная и сон.

– До вечера меня не тревожить.

– Я заеду в семь.

– Отлично.

– Ну и тухляк ты, Ром! Даже стыдно за тебя! – возмущается брат, на что я устало ухмыляюсь.

– Поехали уже. Тусовщик.

Василиса

Неделя на новом рабочем месте. Я в восторге. От условий работы, от обещанной суммы зарплаты и от обстановки. Дорого, богато, да и вообще вокруг меня совсем другие люди. Не такие, к которым я привыкла. И это уже хорошо! Всё на уровне: и персонал, и посетители. Одним словом, элита. Большинство из них дети богатых родителей, золотая молодёжь. Мажоры и выпендрёжники. Высокомерные чистенькие молодые мальчики и девочки. Но кто-то и сам добился всего, преуспев в своём деле.

Первые пару дней мне было не по себе. Я побаивалась излишнего внимания к своей персоне, осуждения или непотребного отношения. Девушка, зажигающая толпу в клубе с помощью танца на шесте, любому мужчине может показаться доступной. И это не удивительно. Я не маленькая и не дурочка, понимаю, какие могут быть последствия от моих действий. Танец должен привлекать, заманивать, и я изо всех сил стараюсь быть оригинальной. Красиво и минимум пошлятины. Здесь не дом для утех, поэтому нужно соответствовать. И я мне кажется, я нашла золотую середину, как быть соблазнительной, но не переступать тонкую грань между танцем и стриптизом. Мне не нужна слава, которая может легко опустить меня на дно.

Я танцую с детства, и мне есть чем покорить сердца публики. Я использую свои фишечки, но очень порционно. Нельзя сразу раскрывать все карты. Смены у меня, понятное дело, вечерние. Мой выход в шесть. Танцую пятнадцать минут, потом отдых. И в семь снова мой выход. Развлекаю толпу до двенадцати, но если попросят, то с удовольствием остаюсь сверхурочно за дополнительную кругленькую сумму. Правда, пока все мои деньги на бумаге. Аванс будет через две недели. Настаивать на преждевременной выплате я не решилась. Благо, пока ещё есть сбережения.

В общагу возвращаюсь только лишь поспать, и если мне удаётся нормально отдохнуть, то это большая удача. В моём новом жилище за прошедшую неделю ничего не изменилось. Я только выпросила у комендантши стул и хиленькую тумбочку, пристроив в ней кое-что из вещей и средства личной гигиены. Новую мебель я приобретать не стала. Продлевать аренду комнаты тоже не планирую. Единственное, что я прикупила, так это отраву от тараканов. Начертив гелем святой овал вокруг своей кровати, я хотя бы начала спокойно спать и не чесаться. Сон и постель – это моё всё. Дома у меня не было особых условий, всё очень скромно. Но я всегда следила за чистотой моих простыней. Они были идеально отстираны, отглажены и пуховое одеяло всегда пахло порошком. Про подушку и говорить нечего. Прогретая на солнышке и отбитая во дворике, с наволочкой в цветочек. Просто блаженство.

Общий душ на этаже – то ещё удовольствие. Очередь с утра километровая, но я приноровилась посещать это место ранним утром, в пять, а вечером успевала сбегать до той самой пробки из студентов и мамаш. Потихоньку обживаясь, я запретила себе ныть и скучать по дому. Точнее, по моей комнатке в зале у Добрыниных. О маме старалась и вовсе не вспоминать. Это причиняло мне отдельную, ни с чем не сравнимую боль. Тоска, разочарование, обида. Неужели нельзя было как-то по-другому? Более человечно. Но, видимо, я просто ей не нужна. Жаль. Ведь я, несмотря ни на что, всегда любила её и люблю.

Перед отъездом я все же не выдержала и поехала к дому, в котором жила с мамой с самого рождения! Час простояла у нашего подъезда, заглядывая в разбитые окна. Мне повезло! Мама выглянула и, закурив сигарету, бросила в мою сторону скучающий взгляд. Меня она, естественно, не увидела. Зря я поехала туда. Только душу разбередила. Час потом ревела за рулём, а это небезопасно. Застилающие глаза слёзы не позволяли следить за дорогой. Всё же взяв себя в руки, упрямо добавила скорости, желая одного, поскорее покинуть это гиблое для меня место!

Глава 13

Топаю на работу, устало зевая. Это кошмар, а не жизнь! Не представляла, что есть место, где шума больше, чем было дома. Невыносимо. Сегодня вообще что-то из ряда вон. Подо мной живёт молодая пара. Они сегодня так ругались, что я еле сдержалась, чтобы не вмешаться и не навалять обоим. Задрали. То сладострастные стоны, которые слышны на все три этажа, то бойня. У этих отчаянных будто вовсе нет золотой середины. Только всё утихло, активировалась малышня сбоку. Такой ор подняли! Что-то не поделили. В конце концов, вся эта галдящая орава ворвалась в мою комнату. Тут уж я окончательно взорвалась. Нет, деток я люблю, но не таких неуправляемых. Ну уж нет! Выяснилось, что родители оставили их, наказав сидеть тихо. А малышня передралась из-за конфет. Ну а я попала на линию фронта. Злилась не долго. Стоило посмотреть на эти чумазые, перепуганные мордашки, и я сдулась. Отсыпала им своих конфет и выставила за дверь, взяв с них обещание не шуметь.

И вот теперь разбитая, плетусь туда, где нужно быть максимально энергичной. Не свалиться бы с шеста во время номера. Мне бы отдохнуть где-нибудь в уголочке, подремать часок. Но, увы, не выйдет.

В узкой комнатке, которую мне выделили под гримёрную, мебели почти нет. Большое зеркало, с вмонтированными в раму лампочками, высокий стул с маленькой спинкой, шкаф, в который я уже успела перетащить почти все свои вещи, и кресло. Уютное, глубокое, но для сна не пригодное. Только если сидя! А ещё в углу складная кушетка. Но я ни разу не интересовалась, можно ли ей воспользоваться. Может, и исправная. Хотя тут вряд ли что-то сломанное будут хранить.

Войдя, бросаю сумку на то самое кресло и, включив свет, принимаюсь рассматривать себя. Да уж. Синяки под глазами. Осунулась. Вид несвежий. Ничего. Сейчас мы это исправим. Выдвинув ящик с косметикой, достаю всё, что необходимо, и принимаюсь за работу. Спустя пятнадцать минут на лице ни следа от усталости. Довольная, улыбаюсь. Ещё бы кофейка навернуть. Время есть. Сбегаю в бар, сегодня смена Никиты. Мы с ним практически не общались. Не довелось как-то. Но подумываю наладить с этим персонажем контакт – с коллегами лучше быть в хороших отношениях, мало ли какая помощь потребуется. Да и мордашка у него такая приятная, вызывает доверие. По общению простой. Беззлобный и приветливый. Думаю, опасаться нечего.

Лечу в зал. Тихо играет музыка, людей почти нет. Засмотревшись под ноги, со всего маху врезаюсь в мужскую грудь. Ахнув, отстраняюсь и, растерянно моргая глазами, задираю голову вверх. Сразу же встречаюсь с надменным, колючим взглядом. Холодные голубые глаза молодого человека буквально прожигают притихшую меня, даже холодок по спине пробегает. Недовольно хмыкнув, парень медленно осматривает свою белоснежную рубашку и недовольно кривит губы. На ткани виднеется след от моего боевого макияжа. Ну а что?! Мне необходим сценический образ, а без тонны косметики его никак не создать. Да и вообще, нечего тут под ногами мешаться! Только что ведь никого не было. Откуда он появился на моём пути, непонятно!

– Дешёвая косметика, – выдаёт незнакомец, и возвращает возмущённый взгляд ко мне. – Зачем всё это?

Медленно опускаю взгляд на пятно от тоналки и румян на его груди. «Ой», – только и срывается с языка. Молчу, словно в рот воды набрала, при этом рассматривая мужчину во все глаза. Его необычная внешность завораживает. Не понимаю, что со мной. Словно гвоздями прибили к полу. Незнакомец же тихо звереет, раздувая ноздри. Так и не дождавшись от меня ответа, морщится, будто ему лимонный сок в рот попал, и отходит на пару шагов.

– Немая?

Открываю рот и снова его захлопываю. Сколько пренебрежения во взгляде. Опускаю глаза, незаметно заломив пальцы рук. Внутри просыпается маленькая неуверенная в себе девочка. Но лишь на миг. Благо, под слоем грима не видно красных щёк. Да и если бы увидел. Ничего, может, я просто разозлилась!

– Нет, – рявкаю громче, чем планировала. – Сам виноват! Нечего тут расхаживать. Для гостей есть определённые места. Здесь помещения для персонала. Вам тут быть нельзя.

Теперь настаёт его очередь выпасть в осадок. Брови незнакомца ползут вверх, серо-голубые глаза округляются.

– Ты кто такая?

– Василиса. Неприятно познакомиться. Своё имя можете не озвучивать, не интересно. Рубашку постираете, не надорвётесь. И мне вообще-то некогда! Я спешу.

Нарочно увеличиваю между нами расстояние, подчеркивая, что мне неприятно находиться рядом. Тоже мне цаца, много о себе думает! Обогнув расфуфыренного сноба по кругу, размашистым шагом направляюсь к бару. Вот ещё, будут мне тут всякие нервы портить. Без извинений обойдётся.

Топаю к Никите, а саму так и подмывает обернуться. Надо же, никогда не встречала мужчин таких, как этот. Даже не знаю, какое определение ему дать. Внешность, как по мне, невероятная. Тонкие правильные черты лица. Очень светлые волосы, почти белые. Огромные выразительные глаза в обрамлении тёмных, длинных ресниц. Эх! В таких можно утонуть. А губы! Если бы он зло их не поджимал, то выглядел бы симпатичнее. Хотя куда больше? И так очень миловидный. Как девчонка. Но, увы! Это его поведение, манеры, жесты. Очень отталкивают. Я буквально козявкой у его ног себя ощутила. Обнимаю себя за плечи и отчего-то горестно вздыхаю. Красивый, но уж очень высокомерный. Да тут все такие. Только мне-то что? Чего я расстроилась? Эти люди не моего круга, или правильнее сказать, я не их! Кроме клуба, я с ними никогда и нигде не пересекусь точно!

До бара добредаю совсем расстроенная. Никита, как обычно, натирает свои и без того идеально отполированные баночки.

– Привет, – кисло выдаю я и усаживаюсь за стойку.

– Привет, – весело отзывается паренёк, одаривая меня сверкающей улыбкой. – Что с лицом?

Испуганно прижимаю ладошки к щекам.

– Что?

– Да я про настроение! – хохочет он и опирается на столешницу. – Случилось что-то?

– Да так. Отдохнуть перед сменой не получилось. Боюсь, как бы до полуночи не свалиться от усталости.

– Кофе?

Догадливый малый. Киваю, повеселев.

– Не повезло, конечно, тебе, – кружа вокруг кофемашины, продолжает он. – Сегодня начальство с проверкой. Надо быть во всеоружии.

– Да?!

Передо мной на стол опускается белоснежная чашка с ароматным свежесваренным напитком.

– Начальство?

– Да. Клуб несколько лет назад выкупила семья местных олигархов. Лукьяненко. Ребята неплохие, но суровые. Сейчас делами занимается в основном один из сыновей. Второй на подхвате. Старшим дела до этого бизнеса особо нет. Отдали подрастающему поколению. Это им как тренировочная площадка. Навыки управления оттачивать.

– Блин. Ну спасибо, что предупредил, – сделав глоток горьковатого напитка, прикрываю глаза от блаженства.

– А вон кстати тот самый, который тут всем заправляет, – Ник мне коротко кивает, и я оборачиваюсь.

Челюсть так и падает на пол. Тот самый белобрысый сноб. Ну вот, я точно попала. Теперь меня уволят!

Смотрю на часы. Совсем скоро мой выход. Глаза бегают по залу в поисках путей отступления. В панике ничего не могу придумать. А недовольный тип тем временем всё ближе. Ну надо же было нарваться на босса, да ещё и нагрубить ему. Патологическое невезение. А я-то уж было обрадовалась, что чёрная полоса прошла и наконец впереди белый свет. Видимо, рано расслабилась.

Не понимаю, откуда за моей спиной появляется админ. Видимо, пока во все глаза таращилась на блондина, пропустила этого здоровяка. Положив свою широкую, тяжёлую ладонь мне на плечо, он заставляет испуганно вздрогнуть от неожиданности. Не позволив подскочить с места, Виктор с нажимом усаживает меня обратно и склоняется к лицу. Его горячее дыхание касается кожи, отчего я передёргиваю плечами. Мне неприятна эта близость. Еле сдерживаюсь, чтобы не отшвырнуть мужчину от себя, использовав один из приемов Дениса. Сцепив зубы, выдыхаю. Мало мне одного инцидента? Спокойно, Вася! За прошедшую неделю эти тупые подкаты порядком поднадоели. Но грубить нельзя. Не знаю, насколько меня хватит. Этот тип совершенно не понимает намёков. Упрямый. Но послать его напрямую я не осмеливаюсь. Работа в «Imposant» мне очень нужна. Пока он не грубит, всё терпимо.

– Василиса, девочка моя, пора на сцену, – мурлычет он, слегка понизив голос.

Медленно убирая руку с моего плеча, он попутно пробегается кончиками пальцев по тонкой бретельке топа. Сбрасываю его конечность с себя, как надоедливого жука, и подскакиваю со стула. Даже не взглянув на прилипалу, убегаю, напрочь позабыв о самой главной проблеме вечера. А зря.

Глава 14

трудовые будни.

– Долго ещё красоваться будешь? Время, Ром!

– Едем, – коротко выдаю я, шагая на выход.

– Ну наконец-то!

Спускаясь по широкой лестнице в клуб, морщусь от нарастающего гула. Музыка. Танцы. Не припомню, чтобы это всё меня когда-то привлекало. Подобные развлечения не моё. Хотя, кто знает, будь у меня больше свободного времени, может, и получилось бы расслабиться.

Демид, обогнав меня, уплывает в толпу танцующей молодёжи, а мне не до танцев, нужно встретиться с Виктором. Админ нашего клуба вечно заседает в своей конуре с документами. Туда я сразу же и направляюсь. Бодров трудится на должности администратора клуба уже почти пять лет. Исполнительный малый, работоспособный, но не без недостатков. В общении очень неприятный тип. Скользкий, я бы сказал, но только за это ценные кадры не увольняют. Свою работу знает, выполняет на отлично. Соблюдает субординацию, несмотря на то, что старше меня лет на десять. Ни разу не замечал за ним вольностей. Поэтому свои претензии я держу при себе.

Шагая по слабо освещённому проходу в административной части здания, погружаюсь в тяжёлые думы относительно следующего дня. Встретить отца в аэропорту. Перепроверить все отчёты за последние полгода. Составить план работы на будущее и выслушать новые поручения. И это ещё только верхушка списка.

Неожиданное столкновение с девушкой застаёт меня врасплох. Ненавижу подобные чувства. Не приемлю всё, что не поддаётся контролю. Даже если это дело пары секунд. Впечатавшись мне в грудь своим размалёванным личиком, незнакомка недовольно морщится и, задрав голову вверх, удивлённо открывает рот. Странная. Таращится, будто впервые мужчину видит. Опускаю взгляд на свою рубашку. На ткани остался след от её многослойного, яркого макияжа. Кто такая? Странно одета, во всём облегающем. Хвост этот на макушке, кажется, такой тугой, что глаза приобрели азиатскую раскосость. Гостья клуба? Тогда почему гуляет в части здания, предназначенной для персонала?

Не могу оторваться от изучения её лица. Красивая, но зачем столько красок: жирно накрашенные пушистые ресницы, тональный крем, румяна. Вся кожа блестит. Ещё раз смотрю на рубашку. Несколько блёсток прилипло и ко мне.

– Дешёвая косметика? – ворчливо выдаю я. – Зачем всё это?

«Ой!» – всё, что получаю в ответ, и её глаза становятся ещё больше. И что дальше? Не считает нужным ответить? Всё же испачкала меня. Хотя чего это я? Ничего страшного. Может, у девушки проблемы со слухом или голосом, а я тут со своими претензиями.

– Немая? – продолжаю свой монолог.

Девчонка теряется. Нервно заламывая пальцы рук, прячет взгляд. Неужели я смутил её? Забавная. Наблюдаю, как она отчаянно пытается собраться с мыслями, кусая пухлые губки. Улыбка так и просится, но я подавляю её на корню. Ещё нужно разобраться, кто она такая и что тут забыла!

Неожиданно прилетает резкий ответ, и тут наступает моя очередь теряться. Мало того, что грубит, так еще и на место указывает. Построжиться решила. Брови невольно ползут вверх. Эта раскрашенная кукла умеет ругаться?! Удивительно.

– Ты кто такая? – произношу максимально ровным голосом.

– Василиса. Неприятно познакомиться, – продолжает эта мелкая фурия, задрав нос вверх.

Вижу же, что опасается меня, сторонится. Но уязвлённая гордость не позволяет просто так отступить.

– Рубашку постираете самостоятельно, не надорвётесь. И мне вообще-то некогда! Я спешу!

Обогнув меня по дуге, девчонка шустро улепётывает прочь, стуча высокими каблучками по паркету. Смотрю ей вслед и диву даюсь. Что за колючка? Смутная догадка о её появлении в нашем заведении заставляет ухмыльнуться. Далеко не убежишь, Василиса.

Виктора в кабинете не оказывается. Это проблема. Потому как искать его по всему помещению та ещё задача. Где его может носить, неизвестно. Охрана, бар, гости, любой закоулок огромного помещения. Решаю идти к бару. Чутье меня, как обычно, не подводит. Вижу его рядом с той самой девушкой, которая ускользнула от меня буквально несколько минут назад.

Виктор склоняется к ней как-то уж слишком близко, касается полуобнажённой спины. Отчего-то наблюдать эту сцену мне становится неприятно. Пока шагаю к ним, Василиса снова убегает. Завидев меня, админ расплывается в слащавой улыбке, но вот у меня настроение почему-то падает ещё ниже.

– Добрый вечер, – нарочито холодно приветствую его.

Ненавижу подхалимов. В любом проявлении.

– Роман Алексеевич, – пожимает мою кисть сразу двумя руками. – Рад видеть вас в родных пенатах. Как на чужбине? Какие новости привезли?

– Ничего, чтобы стоило твоего или моего внимания. Меня больше интересуют дела! Как обстановка в клубе? Готовы отчеты за прошедший месяц?

– Обижаете. Всё в лучшем виде, – мужчина разводит руками и наиграно покорно склоняет голову.

Музыка сменяет направление. Оборачиваюсь на толпу, взгляд скользит по залу. На пару секунд отрубается свет, и тут же загорается прожектор, направленный на пилон. Я вижу её. Тонкая, длинноногая фигурка в лучах ослепляющего света. Ди-джей даёт биты, и девушка начинает двигаться. На миг теряю дар речи. Словно впервые вижу танцовщицу рolе dance. Изящно, красиво, завораживающе.

– Это Василиса. Та самая девушка, о которой я вам писал. Представляете, сама пришла. Неогранённый алмаз. Немного диковатая, из провинции. Ну ничего. Поживёт в городе, обтешется. Самое главное, согласна на мизерную оплату, по сравнению с теми, что были до неё. Там девушки требовали запредельные суммы.

Бросаю на администратора хмурый взгляд. И ведь ничего не скажешь. Действует в интересах клуба. Но мы не бедствуем, чтобы наживаться на зарплате танцовщицы.

– Сделай ей оклад, который был установлен предыдущим танцовщицам, – произношу, сверля болтуна тяжёлым взглядом.

– Но?..

– Выполняй. Ты думаешь, что её не пожелают перекупить более прозорливые работодатели? А если она прознает про реальные заработки, то останется у нас?! Мне нравится реакция зала на неё. Сделай так, чтобы девочка осталась у нас как можно дольше!

– Да, босс, – выдаёт Виктор, сконфуженно отведя взгляд.

Киваю, удовлетворённый ответом.

Глава 15

Пока разбираем рабочие моменты с администратором, пропускаю первый танец нашей новенькой. Раздражаюсь, и тут же подворачивается вариант, как слить негатив. Виктор! Отрываюсь без зазрения совести. Заваливаю его кучей дел, которые необходимо выполнить в кратчайшие сроки, грамотно избавляясь от его назойливой компании. Мужчина незамедлительно убегает к себе, а я принимаюсь выискивать в толпе своего непутёвого братца. Светлая макушка то и дело мелькает среди гостей, но этого малого просто так не поймаешь. Музыка гремит, народ зажигает. Всё как всегда!

Пока топчусь среди танцующих, пропускаю возвращение Василисы на подиум. Она не одна, а в компании девушки. Ди-джей даёт фееричное вступление, и малышки встают в позу. Вот это начало! Открываю рот от удивления. У танцовщиц получается бомбический выход. Толпа поднимает гул. Совсем рядом кто-то орёт мне прямо в ухо, и я решаю найти более спокойное место, откуда всё прекрасно видно, и никто не мешает.

То, что вытворяют на сцене эти две девушки, я оцениваю на максимальный балл. А ведь еще полчаса назад самоуверенно считал, что заинтересовать меня подобными вещами невозможно. Признаю, был не прав. И сейчас, подпирая стену плечом, укрывшись за спинами танцующих, я как заворожённый, наблюдаю за выступлением.

Непонятно, откуда взялась вторая девчонка. То, что их будет две, меня никто не предупредил! Незнакомка, такая же гибкая и грациозная, как и Василиса, только ещё более миниатюрная. Нужно бы уточнить у администратора о ней, во всём должен быть порядок.

Девушки танцуют плавно, синхронно – с восхищением ловлю каждое движение. Понимаю, что это не совпадение, а годами отработанная техника. Невероятно, откуда в столь хрупких созданиях сила удерживать себя на пилоне. Душа замирает, когда Василиса выполняет довольно опасный трюк. В какой-то момент мне кажется, что она вот-вот сорвётся, но нет, ловко извернувшись, девушка продолжает кружиться, а я шумно выдыхаю, закатив глаза. Вот же сумасшедшая! Настоящая акробатка. Не хотелось бы стать свидетелем того, как девушка однажды свернёт себе шею.

Отвлекаюсь всего на миг в поисках брата. На удивление сразу же нахожу его у барной стойки, и он уже не один. Хмыкаю и обречённо вздыхаю. Ни дня без приключений. Шустро! Я так понимаю, именно за этим он сегодня сюда и приехал. Найти себе новенькую игрушку на ночь, и похоже ему удалось это сделать. Что ж, не буду мешать. Пусть развлекается.

Вернув взгляд к танцовщицам, складываю руки на груди и ухмыляюсь. Девушки довольны собой. Отплясав, обнимаются, словно вчерашние школьницы, и, взявшись за руки, уходят со сцены под свист и аплодисменты толпы. Что-то новенькое. Обычно наши гости более сдержанные. Задумавшись над возрастом Василисы, запускаю пятерню в свою шевелюру. А ведь и вправду. Скорее всего, она студентка, первый или второй курс. Не более. Совсем молоденькая на вид. Точнее смогу сказать, увидев её без этого ужасного макияжа. Он точно добавляет ей пару-тройку лет.

– Рома! Привет, – моей руки касается девушка.

Обернувшись, бросаю на неё хмурый взгляд.

– Привет, – всё же выдаю вежливое приветствие, соображая, где же я её видел раньше.

Может, одна из подруг сестры. Каринка часто таскает к нам в загородный дом кого ни попадя. Любит устраивать вечеринки у бассейна, с толпой малознакомых ребят. Сколько раз ругались из-за этого, но разве мою упрямую сестрицу можно переубедить. Только отец способен на неё хоть как-то повлиять. Когда его нет, у неё полностью развязаны руки. Сам виноват. Нечего было с девчонки пылинки сдувать. Выросла капризной принцесской.

– Потанцуем? – мурлыкает темноволосая безымянная мадам, стреляя в меня глазками.

Как назло, ди-джей врубает лирическую мелодию. Вздыхаю. А почему бы и нет? Танец ни к чему меня не обязывает. Потяну время. Как раз дождусь Демида, и попрощаемся. Оставаться мне в клубе более не за чем. Хочу вернуться к себе и просто лечь спать.

Пытаясь заинтересовать меня, девчонка вешается на шею, нашёптывая на ухо всякую ерунду, а я даже не делаю попыток сосредоточиться на её болтовне. Слегка отстранившись, просто веду в танце, при этом выискивая глазами среди танцующей молодёжи длинноногую девушку с ярким макияжем. Василисы в зале нет. Жаль. Но есть липучка на моём пиджаке. Вздохнув, хмурю брови в сотый раз, и, кажется, девушка наконец понимает, в чём дело. Бедолага теряет всякую надежду на взаимность и самоудаляется с очень недовольным выражением лица. Надо же. Сообразительная попалась. Не пришлось придумывать, как от неё избавиться.

Пока ещё есть время, решаю наведаться на пост охраны. Нужно навести справки о происшествиях за последнее время. Подозреваю, Виктор целенаправленно может замалчивать о некоторых неприятных ситуациях, приключившихся в клубе, или же просто скрыть подробности, чтобы не омрачать настроение босса. Но я не дурак и прекрасно понимаю, для чего он это делает: бережёт свою кристальную репутацию, не более. Естественно, я дождусь письменных отчётов и всё перепроверю. А пока не могу отказать себе в удовольствии заняться шпионажем.

Быстро переговорив с парнями, остаюсь доволен их работой. Даже если у нас и появлялись дебоширы, их незаметно выводили через запасной выход, вручая чёрный билет на посещение клуба. В остальном будем разбираться постепенно.

Возвращаюсь в зал. Брат снова у барной стойки. Вот у кого вечер проходит с пользой – полноценный отдых! Отрывается по полной. Не то что я. Пока пробираюсь к нему, сталкиваюсь с парочкой старых знакомых. Стандартные вопросы, дань вежливости, но драгоценное время, которое у меня выделено на сон, тает с бешенной скоростью. За разговорами не сразу замечаю, как активировалась охрана. Что за шумиха? И где Демид?

Брат, видимо, задался конкретной целью извести меня. Драка! Обалдеть. Разгромил помещение, отмутузил какого-то здоровенного мужика и с девчонкой на руках укатил в летнюю ночь, только его и видели. А главное, какая девушка ушла с ним! Та самая, с которой танцевала Василиса. Очень неожиданно.

Охрана носится как оголтелая. Такая суета поднялась, словно конец света. Не успеваю дать команду «отбой», а информация о произошедшем улетает к отцу. Ну теперь мне точно конец. Он ведь узнает, что в клубе мы с Демидом были вдвоём. Надебоширил брат, а отдуваться, как всегда, мне!

Разбирательства с этим делом затягиваются на добрые пару часов. Попутно выясняется, что пострадавший от рукоприкладства здоровяк промышлял в нашем клубе незаконной деятельностью. Оказывается, у нас имеется более осведомлённый и ответственный работник, чем админ. Глаза и уши заведения. Бармен Никита. Предприимчивый, умный парнишка. Он и сливает мне информацию, от которой Виктор приходит в ужас. Получая первый в жизни выговор, Бодров краснеет как рак. Естественно, я умалчиваю об информаторе. Он мне ещё пригодится! А администратор получает первое строгое предупреждение. Второе будет означать увольнение!

Разобравшись с проблемой, смотрю на часы. Запредельно! Не знаю, как завтра буду вставать. Пока доберусь домой, проще уже не ложиться вовсе. Суета с происшествием утихает. Перед тем как покинуть клуб, решаю снова навестить админа. Напомнить о повышении оклада для Василисы. И включить дополнительную доплату из чаевых, которые оставили для неё у бармена. Все чеки обналичим и вернём девушке наличными. Это будет честно. Впервые занимаюсь подобными мелочами. Но решение Виктора воспользоваться наивностью провинциалки взбесило. Интересно, насколько далеко заходит его предприимчивость?

Пока размышляю, незаметно оказываюсь у двери в помещение, которое у нас обычно выделяется для наших танцовщиц или временных гостей клуба. Небольшая комнатка, оснащённая всем необходимым для удобства. Есть душ. Гримёрное зеркало. Небольшой шкаф. Мягкое кресло. Даже складная кушетка для отдыха в особенно тяжёлые дни. Насколько я помню, косметический ремонт там проводили давненько. Моим упущением было то, что я не задался целью проверить, насколько обветшало помещение. Ведь здание не новое, его перекупили у прошлых владельцев, и ремонт делался постепенно. Естественно, работы начались с главного зала, там всё более масштабно, а уже потом реставрировали и служебные помещения. По отчётам прошлого года всё должно быть в полном порядке. Пока не прошёл мимо, решаю заглянуть внутрь и увидеть всё своими глазами. Мало ли что там может быть не так.

Протянув руку, легонько толкаю дверь. Я почти уверен, за ней никого, слишком уж тихо. А если наша новенькая танцовщица там? Отдыхает или переодевается? Нет. Тогда из-за двери доносились бы хоть какие-то звуки. Прислушиваюсь ещё раз. Любопытство толкает вперёд. Заглядываю в комнату и замираю. Свернувшись калачиком, Василиса мирно спит в кресле. Нужно бы тихо уйти, но я отчего-то медлю. Сам себя не узнаю. Что со мной происходит? Почему я веду себя не как обычно?

Стараюсь не шуметь. Даже дышу через раз. Осмотревшись, возвращаю взгляд к ней. Всматриваясь в умиротворённое личико, подхожу ещё ближе. Совсем девочка. Такая хрупкая, нежная, юная. Но отчего-то хмурится даже во сне. Колючка. Надо же так сладко спать в совсем неудобной позе. Подогнув под себя стройные ножки, подперев ладошкой щеку, только слюнки разве что не пускает. Грудь девушки размеренно вздымается, и я, как сопливый пацан, залипаю на соблазнительную ложбинку между грудей в глубоком вырезе топа. Не вовремя подсознание подкидывает образ красавицы без лишней одежды. Сглатываю подступивший к горлу ком. Впервые со мной происходит подобное. Девушка вызывает желание от одного только взгляда. Совсем не свойственно для меня. В штанах вмиг становится тесно. Что за наваждение? Маленькая ведьма. Точно!

Делаю ещё шаг, и она распахивает свои огромные, светло-карие глаза. Моя реакция меня не подводит. Надеваю на лицо серьёзную маску, воинственно складываю руки на груди. Нечего ей знать, что я только что любовался её прелестями и почти растаял. Пусть видит во мне только строгого начальника. Мне фамильярности на работе не нужны. Ещё возомнит о себе чёрте что! Потом попробуй отвязаться. Женщины, они такие. Только почувствуют слабину, с шеи не снимешь! Внутренне выдыхаю. Моя броня на месте. Позволил поддаться минутной слабости, но вовремя спохватился.

– Спишь? – бросаю первое, что приходит на ум.

Василиса что-то лопочет в ответ. При виде её испуганного личика сразу же начинает просыпаться совесть, но я давлю её ещё в зачатке. Роман, ты что-то сдаёшь! Наверное, нужно отдохнуть. Совсем раскис. Домой в кровать, срочно! Не хватало тут ещё лужицей расплыться у её ног. Хватит! Одна уже попользовалась. Нечего из огня да в полымя, нужно быть умнее. В бизнесе ведь получается. Почему же с женщинами всё так сложно?!

– Вас стучаться не учили? – девчонка, видимо, окончательно просыпается и вспоминает про свои колючки.

Начинаю строго отчитывать её. Глазища Василисы искрят. Не нравится. Ничего, переживёт. Начальство, есть начальство. Подчиняйся! Препирается. Смелая. Почему тогда глазки вдруг испуганно забегали? Рубашку припоминает. Да я же слова не сказал ей в упрёк! Напридумывала сама себе, да ещё и дерзит! Ну держи, красавица, ответку. Медленно расстёгиваю пуговицы. Взвизгнув, малышка убегает прочь. Чёрт, кажется, перестарался. Губы сами собой растягиваются в улыбке. Ничего страшного, немного повеселился. Надеюсь, она не заметила мой стояк, а то неловко бы получилось. Вздыхаю и застёгиваю пуговки обратно. Да уж. Чувствую, после всех моих приключений, мне гарантирована бессонная ночь.

Глава 16

Наша встреча с отцом в аэропорту началась с рукопожатия и обмена хмурыми взглядами. Как всегда, Алексей Леонидович не в духе. У меня уже сложилось впечатление, что хранит плохое настроение он именно для меня. Потому как для мамы, сестры и младшего брата он чаще в отличном расположении духа. К остальным членам семьи лоялен. Я же изгой. Все шишки только для меня. Демиду, правда, тоже перепадает, но не так часто. С родным сыном он более строг, чем с племянником. Жаловаться я не приучен, мне всегда хватало любви от мамы. Она ангел. Добрая, нежная, заботливая и всегда на моей стороне. Если замечает, что отец слишком строг со мной, никогда не пройдёт мимо и обязательно вставит слово. От отца же я жду одного – одобрения. Лезу из кожи вон, но он всё чаще недоволен. Что ж, придёт время, и я, возможно, получу то, ради чего так упорно тружусь.

Молча покинув здание аэропорта, садимся в машину. Разговор не клеится. Я отлично понимаю, что первым делом получу за Демида, других проблем просто нет. Но отчего-то Алексей Леонидович медлит.

Перекинувшись парой фраз ни о чём, выезжаем в город.

– Выглядишь уставшим, – выдаёт наконец отец, после сотого обеспокоенного взгляда в мою сторону.

Прочистив горло, с растерянностью смотрю на него. Старательно изображая бодрость, кошусь на стакан чёрного кофе, купленного на заправке.

– Не отрицай, у тебя тёмные круги под глазами, – отец издаёт тихий смешок. – Тебе бы отдохнуть недельку и уже потом браться за дела.

Что это с ним? Соскучился за полгода и решил ослабить удила? Мне прилетела первая поблажка? Какой отдых? О чём он? Морщу нос.

– Сегодня можешь не появляться в офисе.

– В чём подвох?

– Вот, значит, какого ты обо мне мнения, – отец неожиданно расплывается в улыбке.

– Мне ли тебя не знать, – отвечаю, усмехнувшись в ответ. – Мы слишком похожи, – замираю в ожидании его реакции.

Молчит. Вздыхаю и поясняю, понизив голос:

– Характером, конечно, не внешне.

Досада. В этот раз я не смог скрыть её. Вышло так, что Демид похож на него больше, чем я. А я пошёл в мать. Для сестры-близняшки это сходство на руку. Она тонкая и изящная, как балерина. А я, конечно, отличаюсь от женщины, но, видимо, не совсем дотягиваю в представлении отца до идеального сына. Мне всегда казалось, что он относится ко мне излишне строго, именно из-за моей внешности. Что ж, его строгое воспитанием изменило во мне многое. Я стал его копией, но лишь изнутри. Внешне, увы, сходство минимальное. Мой молчаливый собеседник задерживает на мне свой тяжёлый задумчивый взгляд и как-то уж слишком шумно вздыхает.

– Звонок из клуба, в котором вчера отдыхали ты и Демид…

– Я был там исключительно по работе.

– Ночью?

Сжимаю руль. Крыть нечем. Кто станет разбираться, чем именно я занимался в ночном клубе в поздний час. Ещё эта драка. А я уж было решил, что пронесло. Но нет!

– Сейчас меня интересует твой брат. У меня есть пару новостей для него, которые ему точно не понравятся.

– Я понимаю, Демид не подарок, но…

– Я знаю, ты всегда будешь выгораживать его. И это правильно. Вы братья. Но он переступил все дозволенные границы. И я сейчас серьёзно попрошу тебя, не вмешивайся, позволь нам с его отцом решить проблему, – родитель строго смотрит, и мне ничего не остаётся, как согласно кивнуть. – Со счетов уходят огромные суммы денег, и на какие цели они расходуются, ни я, ни его отец не в курсе. И заметь, – указательный палец собеседника мелькает перед моим носом, – я не прошу тебя сливать информацию и сдавать его. Хотя более чем уверен, ты в курсе всего. Мы хотим разобраться с этим самостоятельно. Хотели… – Алексей Леонидович умолкает. – Но дело в том, что мой отец…

– Дед? Он что решил вновь вернуться к делам? – мои глаза лезут на лоб.

Я думал, что он уже давно не интересуется делами фирмы и воспитанием внуков. Ошибся. Дела плохи. Если Леонид Валериевич возьмётся за Демида, ему точно несдобровать. И я попаду под общую гребёнку.

– По выражению твоего лица понимаю, ты верно оцениваешь шансы брата выйти сухим из воды.

Снова молча киваю.

– Дед грозится лишить его наследства.

– Что?!

Отец начинает вдаваться в кое-какие подробности, и меня всего выворачивает изнутри. Как же я могу промолчать и ничего не рассказать Демиду о задумке нашего старика? Это же сродни предательству. Но я уже пообещал и не могу нарушить слово. Что ж, придётся с удвоенной силой уговаривать брата открыть отцу свои секреты и покаяться, пока ещё не совсем поздно! Чистосердечное признание всегда облегчает наказание.

Отвожу отца домой, прощаюсь с ним и решаю вместо отдыха встретиться с братом. Как ему помочь и не нарушить слово данное отцу, ума не приложу. Но я не могу остаться в стороне! Зевнув, откидываюсь на сиденье и на минутку прикрываю глаза. В руке сотовый, в голове бардак. В этот раз иммунитет от гнева старших достался мне, но почему-то я всё равно чувствую себя загнанным в угол?!

Василиса

Припарковав машинку недалеко от общаги, глушу мотор и откидываюсь на спинку сиденья, грустно осматривая здание. Даже выходить не хочется. Вздыхаю и, прикрыв ладошкой зевок, выгибаюсь в спине. Хоть тут спать ложись – тараканы меня доконали. Не могу к ним привыкнуть. Как бы ни старалась, не выходит их игнорировать. Я не привередливая, но всё же. Неужели в цивилизованном мире никак не придумают универсальное средство от этой пакости? В космос летаем, а вредных насекомых вывести не можем!

Усмехаюсь своим мыслям и устало озираюсь по сторонам. На улице тишина, света в окнах нет. Одинокий уличный фонарь тускло освещает старую детскую площадку и немного тротуар у подъездов. Обшарпанное строение неприветливо встречает покосившейся дверью на входе. Нужно идти отдыхать, но никак не могу собраться и сделать шаг. Посижу ещё немного и вперёд!

Закрываю глаза, и подсознание сразу же выдаёт образ мужчины со светлыми волосами. Какой же он необыкновенный! У меня даже слов подходящих нет, чтобы описать его внешность. Чего только взгляд стоит! Холодный. Строгий. Интересно, какой он, когда мужчина в хорошем настроении? Наверное, мне узнать не посчастливится. Не могу вспомнить имя блондина. Кажется, я слышала только фамилию. Лукьяненко. Точно. Мне же никто не озвучил, как его зовут, только фамилию. Да и зачем знать? Мужчины – это зло во плоти. И он такой же, сомнений нет. Смущает, что он мой босс. Но нанимал меня на работу Виктор. С ним мне, видимо, и придётся решать все рабочие моменты. А владельцу клуба общаться с простой танцовщицей незачем.

Ну вот. Докатилась. Василиса, прекрати думать об этом мужчине! Опыт отношений был, видимо, позабылось уже, как это больно. А ведь год всего прошёл. Раны кое-как зажили, хочешь новые? Нужно больше думать о своей главной цели. Старательно увожу мысли в иное русло. Есть несколько часов на сон, не более. Завтра нужно пробежаться по городу в поисках подходящей школы танцев. Успеть что-то посмотреть до работы. Дети. Ужасно скучаю по своим малышкам. Глаза начинает резать от подступивших слёз. Нельзя плакать! Нельзя! Больше никакой сырости! Проморгавшись, наконец решаюсь покинуть авто.

В комнате темно и душно. Протопав к окну, распахиваю его настежь и вдыхаю свежий ночной воздух. Как бы ни старалась не думать о красивом мужчине, который расстёгивал пуговки на рубашке, нагло глядя мне в глаза, не получается. Он не покидает мою голову. Горестно вздыхаю. Думать же не запрещено? От этого никому хуже не станет.

О чём я вообще?! Богатый, красивый парень и провинциалка. Подобная связь бывает только лишь в глупых книжках о любви. А я явно не героиня романа. Моя реальность – это разбитое сердце и шрам на теле, чтобы не забывала о том, чем может обернуться желание быть нужной. Я ведь и вправду тогда поверила, что наконец-то любима. Сглатываю ком в горле. Может, нужно дать волю слезам, и станет легче? Упрямо сжимаю зубы. Не нравятся мне эмоции, которые вызвал этот парень с ангельской внешностью. И вправду, настоящий ангел. Белые волосы, светлый взгляд. Только пустой, холодный. И крыльев нет. Стыдно признаться, я даже на его высокомерную насмешку залипла. Красивый. Очень. Горестно вздыхаю, наверное, в сотый раз. Нет имени, значит пока буду тайно называть его Ангел.

Закрыв окно, скидываю лёгкую летнюю курточку и аккуратно вешаю на спинку стула. Туда же отправляются джинсы и простая футболка. Нацепив длинную майку, вместо сорочки, заваливаюсь на постель. Но предварительно перетрясаю всё, чтобы убедиться, что в ней я буду одна, без усатых постояльцев. Засыпаю тяжёлым, беспокойным сном. В кармашке джинсов тихо пиликает севший телефон. Но я этого уже не слышу.

Глава 17

Утро стучит в окно яркими солнечными лучами и назойливо маячит мне ими в лицо. Поморщившись, тянусь на постели и сладко зеваю. Я что проснулась до будильника? Но как это возможно? Легла под утро, и в девять как огурчик? Подскакиваю и пошатываясь топаю за сотовым. Безошибочно нахожу его в кармане штанов. Сел! Ужас! Взглянув в окно испуганно округляю глаза. Сколько время? Достаю зарядное и подключаю телефон. Пока бегаю в душ, он немного зарядится. Отсутствую не более пяти минут.

Продрыхла до обеда! Вот засада. Ничего же теперь толком не успею. Но не всё так плохо. За то выспалась. Включаю сотовый и сразу же приходит сообщение от админа с требованием явиться на работу на час раньше. Здорово, скривившись горестно вздыхаю. И что ему от меня надо? Достал уже своими намёками.

Собравшись за десять минут, выбегаю на улицу. Солнечные лучи слепят с непривычки, надеваю очки и, улыбнувшись сама себе, направляюсь к метро. На бензин денег нет. Придётся пока побегать пешком. Жаль. Так более затратно по времени, но выбора у меня нет. План на сегодня был масштабный, но неожиданно провалился. По времени успею забежать только по одному адресу. Ещё бы перекусить чего-нибудь по дороге. Не знаю как, но надо бы попросить у Виктора аванс. Иначе в скором времени придётся и от метро отказаться, ну и частично от еды! Никита работает через сутки. Вся надежда на него. Чем-нибудь да накормит. Вот уж точно. Трёхразовое питание. Понедельник, среда, пятница.

Вчерашний вечер, который закончился максимально странно, никак не отпускает. Интересно, в какой момент Ника ушла из клуба? Наверное, пока я была в отключке, она уехала домой. Конечно, ведь было уже очень поздно. Жаль, мы не договорились о встрече. Ну ничего. Перезвоню. На днях. Надеюсь, она не передумает пригласить меня к себе на квартиру.

Плутаю по городу, как слепой котёнок, теряя кучу времени впустую. Досадно, но не смертельно. С горем пополам добираюсь до адреса, не без помощи прохожих. Хорошо есть ещё добрые люди. Мне охотно подсказывают дорогу. Остановившись у красивого многоэтажного здания, смотрю на строение снизу вверх, задумчиво считая этажи. Вот это громадина! Начинают грызть сомнения. Возьмут ли меня на работу в такое место? Это не клуб. То, что у меня легко получилось устроиться в одно элитное место, не является гарантом, что повезёт и тут.

Поднявшись по ступенькам, с замиранием сердца вхожу в здание. Кругом шум и гам. Дети снуют по холлу, весело щебеча. Осматриваюсь. Красота. Даже на входе всё в зеркалах – сразу понятно, в здании дорогой ремонт. Современная отделка стен, полов, мягкое освещение, атмосфера невероятная. Носится взъерошенная малышня, девочки и мальчики постарше вышагивают уже поставленной походкой, плавно, не спеша. Гибкие, стройные. Я попала в сказку! Душа заходится от радостного предвкушения, внутри начинает просыпаться маленькая восторженная девочка. Вот бы мне в своё время учиться в таком месте. Тут и уровень хореографии явно повыше, чем в нашей провинции. Надеюсь, меня не засмеют. Появляются сомнения, но я упрямо иду вперёд. А вдруг повезёт? Ну не всё же мне шишки и пинки от этой жизни собирать. Клуб – это хорошо, но я хочу работать с детками. Мне нужна нормальная официальная работа. Иначе так и застряну на пилоне. В этом плане Ника права. Может затянуть и уже не отпустить.

Администратор проверяет мои документы и направляет к директору данной школы. Уверенно шагая по ступенькам, чувствую себя первопроходцем. Сердце заходится от переживания и предвкушения. Мысли роятся в голове, запинаясь друг о дружку. Ладошки потеют. И чего это я так разволновалась?

После того, как я постучала в дверь и покинула школу, прошло ровно десять минут.

Приятная женщина лет пятидесяти, вежливо предложив мне заполнить анкету, пообещала, что после мне обязательно перезвонят и, сославшись на занятость, всё так же вежливо выставила меня из кабинета.

Горестно вздохнув, покидаю территорию мечты. Я уже видела подобное выражение лица, каким меня сегодня провожала эта директриса. Не помню, где точно, но ясно одно – оно не сулит мне ничего хорошего. От меня просто грамотно отделались. Ничего. Вычеркнув из своего списка эту школу, убираю листок в карман. Я упрямая, целеустремленная и обязательно добьюсь своего. Город большой. Есть и другие места.

Возвращаясь назад к метро с погрустневшей физиономией, решаю поправить настроение вкусняшками. Булка и кофе. Не густо, но для быстрого перекуса подойдёт. Главное, не подсесть на такую пищу, иначе в скором времени нарастут бока. Хотя от одной булки со мной ничего не случится. Перегорит в процессе выступление без следа. Танцы – это очень энергозатратное дело, калорий тратится уйма.

Посматривая на время, не спеша плетусь на работу. Погодка замечательная. У нашего заведения припаркована всего пара машин. Направляюсь прямо к ним, так намного короче, чем обходить всю парковку вокруг. Нужно всего-то перелезть через невысокую ограду и, вуаля, почти у дверей клуба. Время ещё есть, никуда не опаздываю. Парковка тоже пустая. Немного позже тут будет не протолкнуться, а сейчас затишье. Топая мимо дорогущих внедорожников, с любопытством разглядываю люксовый транспорт и своё отражение в их окнах. Ещё вчера тут и моя старушка стояла. Становится грустно. Конечно, на фоне этих крутых иномарок она бы смотрелась ещё более древней, но наличие хотя бы такого имущества меня радует. И ничего, что скромно – всё ещё впереди.

Протянув руку, легонько касаюсь гладкой полированной поверхности. Знаю, если задеть сильнее, может сработать сигналка, поэтому стараюсь касаться максимально невесомо. Рассмотрев за рулём облюбованной мной машины водителя, умудряюсь оступиться на ровном месте. Испуганно отдёргиваю руку и замираю. Хорошо, успела сгруппироваться и не стукнула по корпусу. Главное, чтобы он меня не заметил. Постояв минутку без движения, понимаю, что молодой человек меня не видит. Совсем. Спит что ли? Прищурившись, всматриваюсь в окно, и зачем-то подхожу ещё ближе. Знакомые светлые волосы. Точно! Это же Лукьяненко, собственной персоной. Прильнув к стеклу, изучающе рассматриваю мужчину. Тело полностью расслаблено. Грудь размеренно вздымается, голова склонена на бок. Светлые волосы небрежно взъерошенны, но это смотрится мило, придаёт ему уютный домашний вид. Хмыкаю и растягиваю губы в улыбке. Знаю, что нужно как можно скорее валить от этого места, но никак не могу заставить себя уйти. Ещё чуть-чуть пошпионю за спящим боссом и убегу. Он ничего не заметит.

«Привет, Ангел, – произношу еле слышно и прикусываю губу. – Ты очень красивый, жаль что слишком сердитый».

– Эй, ты что тут делаешь?!

Услышав мужской возмущённый голос, подпрыгиваю от неожиданности, а «ангел» открывает глаза. Сделав пару шагов назад, прячусь за авто. Только бы он меня не узнал.

– Девушка? Вы кто? – продолжает незнакомец, ускоряя шаг, и я не придумываю ничего лучше, чем притопить в сторону клуба и позорно сбежать.

Глава 18

Пулей проскочив по ступенькам вниз, вихрем врываюсь в клуб. Как только за моей спиной захлопывается дверь, останавливаюсь. Нужно выровнять дыхание. Не могу же я в таком состоянии заявиться к Виктору. Если фейсконтроль на входе офигел от моего фееричного появления, думаю, начальство подобной выходки не оценит.

Прижав ладошку к груди, туда, где бешено колотится моё бедное, загнанное сердечко, шумно вздыхаю. Вот же дурёха! И зачем только пялилась на него? Ясное дело, меня заметили. Только бы не узнали. Прикрываю на минутку глаза.

– С вами всё в порядке? – обеспокоенный голос охранника заставляет встрепенуться и моментально взять себя в руки.

А я и забыла про них. Эти парни, всё равно что статуи. Стоят практически неподвижно, сливаясь со стеной. Сегодня я проявила себя во всей красе. Заявилась на работу в таком виде, как будто убегала от стаи бешеных собак. Теперь меня точно вся эта смена запомнит. Старалась же серой мышкой пробираться в здание, не привлекая внимания. Сама же всё и испортила.

Натянув улыбку, киваю строгим парням в форме, и, раздосадованная, топаю дальше. Кабинет админа находится в том же крыле, что и мои апартаменты. Изначально меня это никак не беспокоило, но, когда он начал проявлять повышенный интерес, я поняла, насколько неудобно быть постоянно у него на виду. Жаль, нет выбора. Я бы согласилась на комнатку в более укромном месте, подальше от любопытных глаз.

Отдышавшись и поправив растрепавшиеся волосы, подхожу к кабинету начальника. Из-за двери доносятся громкие голоса. Мужской и женский. Не спешу стучаться. Виктор явно занят. Я не собираюсь шпионить, так выходит само собой. Они слишком громко разговаривают.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.