Валентина Савенко
Волшебница по распределению

Академия Магии

© Савенко В.А., текст, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Глава 1

Я стояла на цыпочках. Вокруг бодро потрескивали угли, в руке не так бодро, но вполне себе весело потрескивал амулет. Спасательная операция тоже трещала по швам. Мало того что друга не спасла, так еще и сама влипла.

Вот и верь после этого магистрам. Обряд поиска точный, говорил он, даже не маг справится, попадет куда нужно! Я не маг. И я справилась. И попала… Но не к Винсу, а аккурат в загребущие лапы его похитителя. Появилась прямо перед ним, в центре им же созданного магического огненного круга, ярко полыхавшего в кромешной тьме.

Только этот круг и успела рассмотреть, прежде чем меня сцапали.

И вот стою, носом в грудь похитителя.

– Какие нынче лазутчики пошли шустрые, так и норовят сбежать, не поздоровавшись! – усмехнулся похититель.

– Если встречу лазутчиков, обязательно скажу, что вы недовольны! – светским тоном отозвалась я.

Словно он не держал меня за плечи, не давая вывернуться из захвата, а я не пыталась оттоптать ему ноги, чтобы из этого захвата выскользнуть.

– Думаете, они у меня тут толпами носятся? – развеселился маг. И даже не дернулся, когда мой каблук в очередной раз вдавился в его ступню. – Куда же вы так торопитесь?

Не можешь освободиться силой – бери удивлением.

– К жениху!

Ну а что? Юные и не очень мисс, когда хотят быстро попасть из одного места в другое, пользуются амулетом пути. При этом часто путаются в его настройках и оказываются у дракона на рогах. Иногда – буквально..

Допустим, я как раз такая мисс, юная и с нарушенной координацией…

– Отпустите немедленно! – потребовала я. – У меня там личная жизнь… То есть любимый-ненаглядный меня потерял!

– Он потерял, я нашел. Вашей личной жизни надо быть внимательней, – прямо над ухом послышался смешок.

А вот наклоняться кое-кому точно не стоило.

Дернувшись вверх, я врезалась макушкой в его подбородок с такой силой, что щелкнули зубы. Мои! Из глаз посыпались искры, очевидно, в дополнение к искрам под ногами.

Обладатель непрошибаемой челюсти развернул меня спиной к себе и, чтобы точно не сбежала, положил одну руку на голову, а вторую – поперек груди: для удушения низко, для приставания высоко.

Для зубов в самый раз.

Вонзив их, я заработала челюстями. Но ткань рубашки была слишком плотной, пришлось выплюнуть.

– Вкусно? – насмешливо спросил недогрызенный, ощупывая пальцами мою голову.

– Перца не хватает! – буркнула я.

– На столике у камина есть. Принести?

Камин?!

Я быстро огляделась и поняла: операция по спасению Винса не просто провалилась, а рухнула в глубины хаоса!

Справа, в углу, действительно был камин. Мало того, в нем весело потрескивало пламя, выхватывая из темноты добротную мебель. Два уютных кресла и столик на громадной лохматой шкуре возле самого камина. Прямо – стол с кипами бумаг и шкафы с книгами, слева – тяжелые портьеры на огромных арочных окнах.

На подземелье, где обычно содержат пленников, это помещение походило очень мало! Настолько мало, что даже моя буйная фантазия не могла такое представить…

– У вас шишка, через пару дней пройдет, – отпустив мою голову, сообщил тот, к кому я ввалилась посреди ночи.

Мне срочно нужна причина, с чего вдруг я устроила себе экскурсию по чужому дому!

На мгновение ослепив, зажглась старинная люстра. Огненный круг погас, даже угли исчезли, не оставив следа на темном паркете.

– Вы поверите, если скажу, что я новая уборщица и как раз собираюсь стряхнуть пыль с люстры?

И с каминной полки, и с портьер. Прислуга явно обходила кабинет стороной. Непыльным был лишь хозяин. Судя по пожеванному мной рукаву рубашки.

– Не поверю.

Я покосилась на камин:

– Трубочист?

Что угодно, лишь бы выбраться отсюда!

– Вряд ли. В местных дымоходах даже фея застрянет. А в вас отнюдь не три дюйма.

Засада. А если просто попросить?

– Не могли бы вы меня отпустить?

– Я к вам привык.

И я вспомнила, чего, по словам мачехи, боятся все неженатые мужчины. Набрала в грудь побольше воздуха, собираясь выдать: «Отпускайте или женитесь на мне немедленно!»

– Может, мне вам предложение сделать? – опередил злодей.

Именно злодей! А как иначе назвать того, кто, поймав «воровку», собирается на ней жениться и испортить ей всю оставшуюся жизнь?

– Влетели в мой дом внезапно и стремительно. Чуть не убились, пытаясь намекнуть, что оставаться в темноте с незнакомцами неприлично, – продолжал на полном серьезе размышлять маг.

К слову, он прав. Можно было просто завизжать, сделав вид, что мы тут случайно мимо пробегали и не туда свернули. Попробовать? Отпускать меня не торопились. Вещали в макушку.

– Кхе-кхе! – откашлялась я.

– Это ваше «да»? – тут же последовал заинтересованный вопрос.

– Категоричное «да»! – с воодушевлением согласилась я.

Замуж не собиралась, но, если сильно просят, отчего ж не поддержать. Вдруг отпустят? А то мы так плотно стоим, впору действительно жреца искать.

– …Мне как раз супруг нужен! Непугливый, огнеупорный и морозостойкий.

– У вас проснулся дар предвидения? – Меня с тихим смешком отпустили.

Я отбежала к камину, стиснула в руке амулет пути и… осталась на месте.

И осталась на месте.

Что происходит? Этот амулет, как неотъемлемая часть обряда, должен был не только доставить меня к Винсу, но и вытащить нас обоих обратно.

Должен был. Но явно не мне.

А может, амулет ни при чем? Может, маг активировал защиту, установленную на его доме? Или она уже была настроена по принципу «всех впускать, никого не выпускать»?

Маг с интересом наблюдал за моей неудачной попыткой освободить чужую собственность от своего присутствия. Хищное лицо, насмешливая улыбка. И глаза…

Глаза у него примечательные. Карие, что очень необычно при довольно смуглой коже и пепельных волосах. С лиловыми зрачками, в глубине которых вспыхивали и гасли разноцветные искры.

Искры, чтоб их! Обряд выбросил меня в дом ловца!

Ловцы – маги, отдавшие душу хаосу, чтобы защитить других. Вообще-то у магов сила одной стихии, но ее много. У ведьм и колдунов – всех стихий, но ее мало. Хаос же сделал ловцов опаснее, сильнее и универсальнее всех, вместе взятых: они видели любую магию, могли ею управлять!

Собственно, «непугливый», «морозостойкий», «огнеупорный» – как раз про ловцов. А еще «опасный» и «непредсказуемый».

Но конкретно этот ловец сейчас выглядел обманчиво расслабленным и даже уютным: босой, в слегка помятой свободной рубашке и брюках. Да и возраст у него был совсем несолидным: двадцать один – двадцать два года, не больше.

Откуда-то донеслась музыка. Тихая, едва различимая. Странно притягательная…

Я вздрогнула, тряхнула головой, чтобы избавиться от наваждения. И начала медленно и осторожно отступать в сторону окна.

– Не стоит, высоко, – лениво протянул ловец.

Подошел к камину, развернул кресло, сел, поставил локти на подлокотники и, сложив пальцы домиком, окинул меня взглядом от туфель до русой растрепанной макушки. Особо задержался на юбке, испачканной мелом и блузке, помятой после наших приветственных объятий. Потом он насмешливо уставился на мое лицо.

Очень дружелюбное и виноватое лицо, которому я пыталась придать выражение максимального раскаяния. Ни разу за восемнадцать с половиной лет не чувствовала себя так глупо!

– Можете упасть в обморок, – подсказал ловец, заинтересованно следя за моими маневрами. – Но пол холодный. А у камина медвежья шкура. Так что если решите отдохнуть, лучше идите обратно.

– А в направлении двери можно пойти?

– Попробуйте, там Хедвик секиры сортирует.

Ясно. К Хедвику, кем бы он ни был, лучше не соваться. Где там окно?

– Не любите гостей? – осторожно спросила я, продолжая отступление.

– Люблю, – совершенно серьезно ответил ловец, – на них отлично ловится нежить.

– Я плохо бегаю, – предупредила я на всякий случай.

– Зато прыгаете хорошо.

– Нет, прыгаю тоже плохо.

Кто его знает, может, он незваных гостей скакать от нежити заставляет? Чтобы точно не возвращались.

– Я бы поспорил. – Ловец покосился на место, где мы стояли пару минут назад. – Вы так шустро скакали, еле поймал.

Вот именно, поймал. Значит, недостаточно шустро!

Кстати… А вдруг обряд все же сработал? Просто ошибся немного с этажом…

– Я не скакала, я подземелья искала! У вас есть подземелья?

– Подвал подойдет?

– Нет! – разочарованно вздохнула я и вновь медленно попятилась к окну. – Что ж вы так? Без подземелий? Как можно жить в таком большом особняке и без…

– В замке, – поправил ловец.

Ох ты ж крылья, чешуя, фею вам в друзья, вот это поворот! Ловец, еще и состоятельный – караул! Если захочет, устроит мне очень «веселую» жизнь. Но пока я его забавляю… будем дальше поддерживать хорошее настроение хозяина замка!

– В замке тем более нельзя без подземелий! – уверенно закончила я.

– Да вот как-то не было повода обзавестись. Но, если вы настаиваете… обязательно заведу. Сколько подземных этажей хотите? Два? Три?

– Ну что вы, я нежадная, одного достаточно. – Я сделала вид, что поправляю портьеру, незаметно оценивая ее длину.

Ловец насмешливо вздернул темную бровь.

– Третий этаж.

Ну и пусть! Всего-то надо распахнуть створку, выпасть наружу, держась за ткань, и… повиснуть, рискуя сорваться и свернуть себе шею. И неизвестно еще, выдержат ли крючки. С моим-то везением я бы и медной монетки на это не поставила.

– До ближайшего жилья десять дней пути пешком, – добил ловец.

Захотелось последовать его предложению и полежать в обмороке. Полежать, подумать, как я могла так вляпаться? Но лучше постоять и быстро сообразить, как выбраться.

Я не маг. Но сестры – маги. А еще я старшая, и проверять школьные задания – моя обязанность с двенадцати лет! И проверять не абы как. Потому что потом девочек опрашивала мачеха. А она у нас ужасно строгая. Так что, если не хочешь в наказание пересаживать вечно чем-то недовольную мандрагору, учи вместе с сестрами.

Оглядевшись, я пошла обратно к камину.

– Все-таки обморок? – уточнил ловец.

– Скорее, эксперимент.

– Умеете заинтриговать. – Он поднялся из кресла. – Кстати, вы забыли представиться.

– Вы тоже, – парировала я, ступая на мягкую медвежью шкуру.

И тут же почувствовала, как левый каблук за что-то зацепился. Основательно так зацепился. Я дрыгнула ногой, потом еще раз. И невозмутимо зашагала дальше. В одной туфле. Вторая осталась торчать в густом длинном мехе. Ну и ладно.

Остановилась я у каминной решетки. Огонь почти не горел, лишь изредка по углям пробегали бледные язычки пламени. Отлично!

– Дамиан, – представился ловец. – А вы?

– А я уже ухожу!

Сунув руку в дымоход, я сжала пальцами амулет пути, и меня тут же затянуло на золотистую дорожку.

Миг – и я оказалась на крыше нашей городской ратуши. Не удержалась на ногах и села прямо на залитую лунным светом черепицу.

Да здравствует зубрежка уроков с сестрами! Полезно не только для памяти, но и для жизни.

В каждой защите есть брешь, нужно только понять, где именно. Например, в узком для даже самого стройного трубочиста дымоходе!

Внизу загремела колотушка, и я распласталась по черепице, прикинувшись сбитым флюгером. Сторож, постукивая, побрел дальше. А я отлипла от крыши и сердито уставилась на нарисованные на ней символы. Столько усилий впустую!

Перед носом полыхнуло зеленым.

– Так и думала, что ты тут! – раздался тонкий голосок.

Трехдюймовая фея поправила пышные, напоминающие одуванчик волосы, одернула край зеленого платья и сморщила нос:

– Ари, ты прямо трубочист!

Ну да. Рука по локоть в саже, лицо, думаю, тоже. Юбка в меловых разводах, блузка… Блузка не знаю в чем. Но тоже не первой свежести. День прожит не зря.

Фея тряхнула изумрудными острыми крыльями, облачко пыльцы окутало меня с головы до ног. И я вся стала чистенькой и свежей, даже волосы сами собой заплелись в аккуратную косу, ее тут же закрепили шпильки, уложив короной вокруг головы.

А сверху летело еще одно облачко пыльцы…

– Мирелла, стой! – выпалила я.

Но крыша пропала, я оказалась сидящей на коврике у входной двери. Радовало, что внутри, а не снаружи нашего дома. С феи станется выгрузить у крыльца с требованием вытереть ноги.

На лестнице, ведущей на второй этаж, точно синицы на ветке, сидели сестры. Софи, маг пламени целых семнадцати лет от роду, перекидывала из руки в руку огненный язычок. Катарина, на год младше сестры, но уже неплохо владеющая магией воды (точнее, одной из ее разновидностей – ледяной магией), задумчиво вырисовывала на балясине морозные узоры.

Увидев нас с феей, они подскочили. Рыжие волосы Софи вспыхнули искрами, белоснежная коса Кат покрылась инеем. Пламя и лед пробегали всполохами по домашним платьям сестер, но заколдованная ткань не поддавалась.

Девочки явно были вне себя. А все потому, что я отправилась спасать Винса без них. И слава всем стихиям, что без них! Если бы к ловцу ввалились сразу три девицы вместо одной…

Пока мы с сестрами играли в гляделки, Мирелла слетала наверх и притащила огромный лист бумаги. Зависла между мной и девочками и объявила:

– Ари, тебе срочно нужен муж!

– Лучше два! – поддакнула Софи.

Как все огненные маги, она считала, что чем больше, тем лучше. На случай внезапного воспламенения.

– Может, три мужа? – Катарина, потеребив белокурую косу, задумчиво смахнула появившийся на пальцах снег. – Два от Арианы точно сбегут. Даже если я их заморожу.

– Тогда уже четыре! – сказала Мирелла. – Одного точно до храма доведем.

Среди желающих осчастливить меня не хватало мачехи. Опять Эн подрабатывает призраком по вызову: завывания под окнами шумных соседей, призрачное сопровождение, не устающий собеседник. Поговорить она любит. Как и ее фамильяр, наша неугомонная фея.

– Да, четыре претендента в супруги будут в самый раз! – довольно кивнула эта… крылатая сваха.

– А может, для начала скажете, с чего вдруг вы решили от меня так скоропостижно избавиться? – предложила я, поднимаясь с коврика.

С какого перепугу вдруг у них проснулось зверское желание заняться моей личной жизнью?

Утром меня обещали заморозить за слишком соленую яичницу с хрустящими кусочками скорлупы, сжечь за кофе, который «не то пить, не то мазать», и обсыпать пыльцой за сгоревший стейк. Но никто не угрожал выдать замуж!

Не иначе ловец накаркал своим предложением руки и подземелий! Или у феи очередное обострение с тягой осчастливить тех, кто не успел сбежать.

– Тебя лишили стипендии и отчислили! – выпалила Мирелла, потрясая бумажкой. У нее даже крылышки дыбом встали от возмущения, обе пары. – Выгнали за неподобающее поведение!

– Что за бред? – ошарашенно моргнула я.

Поведение у меня очень подобающее! В колледже клерков я была практически самой примерной ученицей. На занятия ходила, оценки хорошие получала, здоровалась со всеми. Даже с теми, кого корежило от одного только вида студентки на стипендии от совета колледжа. С ними здоровалась особенно громко, чтобы точно услышали и порадовались, что я все еще здесь.

– Студентка Ариана Диммер систематически преследовала главу стражи, – прочла фея. – Намекала на его несоответствие занимаемой должности.

Вон оно что!

– Я не намекала. Я прямо говорила!

Винс, мой друг и сообщник по шалостям последние три года, пропал. Исчез месяц назад. И его родителям сразу сказали: магия поиска не работает, штатная пифия не видит будущего потеряшки. На этом все. Потому что у мелкого оружейника и ткачихи не было ни королей, ни зажиточных лордов в роду. Зачем тратить время на их сына?

– Осаждала стражников, мешая нести дежурство! – ехидно прищурив раскосые зеленые глаза, декламировала Мирелла.

Не осаждала я никого! Они что, крепость? В обязанности стражи, между прочим, входил поиск пропавших. Вот я и пыталась заставить стражников делать их работу.

– Студентка Диммер, – продолжала фея, – также нарушала покой горожан, заклеивая двери листовками с портретами Винсента Слоуна.

– Это мы! – переглянувшись, признались сестрички. – Мы не заклеивали, мы под двери засовывали!

Я рисовала, они разносили. Но нам это не поможет.

– Основываясь на вышеперечисленном, Совет колледжа клерков города Стоундара решил отозвать стипендию студентки Арианы Диммер, – возмущенно дочитала фея. – Если Ариана Диммер решит продолжить обучение, ей необходимо в течение недели оплатить его стоимость. В противном случае студентка Диммер будет отчислена, а соответствующие документы будут направлены в органы надзора для рассмотрения вопроса о возможности дальнейшей опеки А. Диммер над сестрами.

Наверное, я немного перестаралась, но не отнимать же у меня сестер? Девочки и мачеха для меня все! Мое сердце, мое счастье, моя семья.

Моя родная мать была художницей. Безусловно, талантливой, но с возвышенными мечтами и трепетными душевными порывами. Сдерживать их приходилось ее мужу, что получалось у него не всегда: в результате одного из «порывов» родилась я. И моим отцом оказался вовсе не супруг матушки. Но ее это ничуть не смутило, когда она укатила за очередной мечтой с новой любовью, а я осталась с ее уже бывшим мужем.

Матушку отчим обожал и потому сдать меня в приют не пытался. Но и не представлял, что делать с семилетней крохой. И он женился снова. На вдове с двумя девочками.

В отличие от моей матушки, Эн не любила мечтать, она предпочитала действовать и требовала того же от мужа. И умудрялась проверить, трудится ли муж на благо семейства, даже из плавания: мачеха работала ведьмой на корабле. Фея ей помогала, хотя считала, что из брака без любви не выйдет ничего, кроме скандала.

Скандал и вышел. Когда отчим сбежал, предварительно подав на развод. В качестве отступных оставил… меня. Эн живую «взятку» забрала, не сомневаясь ни секунды, и даже дала мне свою фамилию.

Вот так появилась наша семья: ведьма и ее три дочки.

И жили мы очень хорошо, дружно, хоть и нервно для соседей. Пока однажды корабль Эн не пропал. А спустя некоторое время к нам прилетела призрачная мачеха. Оказалось, что капитан экономил на амулетах, один из них и стал причиной взрыва.

Но Эн не дала нам горевать: заверила, что ни за что нас не оставит.

И вот уже полгода я была опекуном девочек, как достигшая восемнадцати лет и обучающаяся в колледже сестра. Я собиралась пробыть опекуном еще три года: в двадцать один буду считаться главой нашего семейства безо всяких условий.

Но меня выгнали из колледжа. И мачеха помочь не сможет – опекун всегда человек, а она у нас немного нежить. Значит, либо надо учиться, либо выйти замуж.

Второй вариант вызывал восторг только у феи. Софи и Кат с сомнением переглядывались.

– Выбирай: я сама ищу тебе мужа или идем к свахе? – Мирелла, потомственная фея любви, вообще никогда не сомневалась. – Но предупреждаю: свахи тут так себе, никакого творческого подхода!

– Вообще-то у меня есть неделя! – напомнила я. – Конечно, вряд ли я откопаю в саду клад, чтобы оплатить учебу. А вот другой колледж вполне могу откопать.

Их в Стоундаре с излишком! Горничных, костоправов и прочих мелких профессий, представителей которых нужно много в приморском городке.

– Другой колледж… – передразнила Мирелла и сдула с ладони облачко пыльцы прямо в мое лицо. Закашлявшись, я сердито уставилась перед собой. Туда, где пыльца, отлетая обратно, быстро складывалась в миниатюрную фигурку. Постепенно проступали длинные русые волосы, ореховые глаза. Темно-бордовая блуза с открытыми плечами и рукавами до локтя, коричневые корсаж и юбка. Единственная туфля того же цвета. И небольшая сумка на поясе.

В общем, я.

– А теперь представь, что эта девица появляется посреди учебного курса и просит принять на бесплатное место, – прищурилась Мирелла. – Ари, ты миленькая, но не та, кого возьмут за красивые глаза!

– Вот именно! А ты меня замуж собираешься отдать. Я миленькая, но не та, которую схватят и, слава стихии за такой подарок, понесут к алтарю!

– Смотря кто будет лететь следом за счастливым женихом!

– Ага. Один огнедышащий дракон, – пробормотала я себе под нос, – в юбке. Зелененький такой.

Но фея услышала.

– А хоть бы и так! – фыркнула она. Щелкнув пальцами, развеяла мое изображение, вручила мне лист и упрямо скрестила руки на груди. – Гляди, Ари, передумаешь, даже крылом не пошевелю!

Я подошла к комоду и демонстративно положила на него бумагу.

– Что за военные действия без моего участия? – Через входную дверь вплыла мачеха.

Полупрозрачная, с гордо поднятой головой, в платье, подчеркивающем плавные изгибы стройной фигуры. Даже в виде призрака Эн выглядела так, что ее за глаза называли ведьмой. Она на правду не обижалась.

– Ари отчислили! – выдала фея.

– Пока еще не отчислили, – поправила я, – а лишили стипендии.

– А, ну да, ну да… – язвительно пропела зеленая вредина. – А у нас курица как раз начала нести золотые яйца! Аккурат на оплату хватит!

– Мирелла, не жужжи. Вечно ты впереди дракона летишь! – Эн заметила лист, прочла, покачала головой.

– Тебя, между прочим, вообще могут развеять, если некому будет возглавить семью! – напомнила ей фея.

– Еще посмотрим, кто кого развеет, – улыбнулась Эн. – Ничего, время есть, придумаем что-нибудь.

– Придумаем?! – Мирелла закатила глаза. – Ну и семейка мне досталась! Одна по крышам ночью ползает, из колледжа вылетает. Другая ей во всем потакает.

И она демонстративно отвернулась.

Что есть, то есть. И вылетаю, и по крышам ползаю. Кстати, о крышах… Я обещала магистру, что уберу все следы обряда.

Ковыляя в одной туфле, я добралась до шкафа и открыла дверцу.

– Что, прямо сейчас пойдешь поступать? Думаешь, ночью директора будут сговорчивей? – съехидничала фея.

– Ночью будет сговорчивее черепица на ратуше! Ты ведь не дала мне стереть с нее символы. – Я отыскала пару туфель.

– Да ради всех стихий, оттирай! – И Мирелла опять обсыпала меня пыльцой.

Туфли остались в шкафу, а я оказалась на крыше ратуши.

Вот же… фея!

Глава 2

Вздохнув, я вытащила из сумки кусок ветоши и поползла по черепице, стирая выведенные на ней мелом символы.

После исчезновения Винса я не только бегала за стражей, я придумывала способ вытащить его самостоятельно. Варианты отметались один за другим, ничего путного в голову не приходило. Ни мне, ни Софи, ни Кат.

И способ нашелся – сам! – когда наша молочница, подслушав мою перепалку с сестрами, проболталась, что знает одного мага путей, который «может сыскать все на свете», даже то, «что другим не по силам». Она и адрес подсказала. Правда, неохотно.

В пяти милях от Стоундара весьма неплохо обитал целый магистр в целом личном коттедже.

Со мной его обитание стало куда веселей: я просила помочь, уговаривала, убеждала. Магистр Грежерс ругался, проклинал день, когда нашел языкастой молочнице похищенную козу, выкидывал меня магическим путем по пять раз на день со своего крыльца в залив. Я выплывала и возвращалась. Он не открывал дверь, кричал в окно, что забросит «настырную пигалицу» на полигон академии, в которой преподавал, к нежити.

А потом сдался. И подсказал один старинный обряд поиска. И что самое главное, для его выполнения не требовалось быть магом! Зато требовалось много других вещей.

Крыша здания, построенного в пятом веке от воцарения стихий, с коньком точно по линии между западом и востоком. Черепица из редкой кристальной глины, которую не делают уже двести лет. Кусок мела, чтобы начертить на ней определенные символы. Несколько выученных наизусть слов, которые следовало произнести четко и ясно. И большой амулет для открывания магического пути.

С амулетом проблем не возникло. Золотистую бусину размером с куриное яйцо удалось достать бесплатно. Ну как бесплатно… На бусине был небольшой скол, а у владельца лавки – до ужаса захламленный склад. Бусина за уборку – отличный обмен!

Хозяин лавки хвастался, что магический путь от бусины откроется аж до самой луны.

До луны я не добралась, как и до Винса, зато добралась до ловца. И очень хотелось надеяться, он не решит добраться до меня в отместку. А мне сейчас очень хотелось добраться до магистра Грежерса!

Заглянуть, например, в гости и, попивая чаек, спросить, какого… Какого хаоса его «стопроцентный, точно работающий обряд» занес меня к ловцу?! Перепутал? Ловец что, потерянный в младенчестве брат-близнец Винса, чтобы их перепутать? Ха! Ни капельки не похож!

Или, может, сам магистр чего-то перепутал? Кто ему ловец? Ненавистный родственник? Или заклятый друг, к которому можно выкинуть упрямую девицу?

Одно знаю точно: я не маг, и обвинить меня в том, что применила силу неправильно, не выйдет. Все сделано по инструкции.

И слова я запомнила наизусть, произнесла их четко и внятно!

– От того, что возможно, веди меня к тому, что существует на самом деле! – сердито повторила я, оттирая очередной символ.

После этой фразы меня должно было перенести к Винсу. Оставалось только схватить его и перенестись обратно. В итоге схватили меня. И не Винс…

Налетевший ветер принес аромат соли из залива и тихую мелодию. Что интересно, она звучала откуда-то сверху.

Я с любопытством запрокинула голову.

В небе парил черный дракон, окруженный фиолетовым сиянием магии. Амулета, способного наиграть мелодию, у него явно не было – только люди пользуются магическими приспособлениями. А значит, где-то там летает ведьма на метле.

Не ровен час заметит меня и стражу позовет. Объясняйся потом с ними до утра, что ночью на крыше ратуши делала!

Я торопливо переползла к последнему символу. Подо мной внезапно затрещало, черепица куда-то поехала, и я, взмахнув руками, провалилась. Лишь в последний момент чудом уцепилась за край образовавшейся дыры. Пару минут висела, боясь дышать. Потом попыталась подтянуться. Вышло лишь слабое дерганье селедки на крючке.

Оставалось только одно средство.

«Мирелла!» – позвала я мысленно.

Пальцы дрожали от напряжения, ладони сводило. Еще немного, и полечу на чердак. Следом за черепицей.

«Мирелла!»

Фея меня точно слышала, но отвечать не торопилась.

– Мирелла… Отзовись, вредность крылатая! Вот куда она вечно исчезает, когда нужна ее помощь? – пробурчала я, покачиваясь.

«Мирелла!»

«У меня тоже есть крылья. И если очень надо, могу стать вредным. Помочь?» – прорычал в голове незнакомый голос.

– Ты еще кто? – пропыхтела я.

«Рэйнар».

– Очень информативно!

«Дракон. Не дергайся, я тебя сейчас подцеплю».

– Стой! – выдохнула я.

Меня же на чердак сдует ветром от его крыльев!

Но ветра не было. Черная махина рухнула с неба. Когтистая лапа, покрытая чешуей, схватила меня и потащила вверх. Со всех сторон окутало лиловым туманом. Миг – и он рассеялся.

Где-то над головой со свистом рассекли воздух крылья, и дракон, задев хвостом крышу, взмыл в небо.

Я зачарованно смотрела вниз: там, поднимая клубы пыли, с грохотом обваливались балки и осыпались остатки черепицы.

– Пятый век…

– Давно менять пора! – фыркнул дракон и, заложив вираж, начал снижаться.

Навстречу, ярко сверкая летучими фонарями, стремительно неслась площадка на крыше храма всех стихий.

– Куда? Мне туда нельзя! – в панике закричала я. – Стоит переступить порог, меня тут же начинает корежить, точно нежить. У меня непереносимость сложных амулетов! А храм – это один большой амулет!

Во всяком случае, так лекари сказали, задумчиво почесывая макушки.

– Понял. Мы быстро, – тут же отозвался дракон, спускаясь.

– Ни быстро, ни медленно! Стой! – Я вглядывалась в макушки деревьев, прикидывая, куда бы свалиться без вреда для здоровья.

– Думаешь, я забавы ради снимаю с крыш девиц? – прорычал дракон.

– Помог, спасибо, стой!

– Ага, уже крылья складываю! Соображай: ночь, дракон, ты, – сердито подсказал он.

– И? Тебе было скучно в небе?

– Ага, очень. Думай! Я дракон.

– Я заметила, – огрызнулась я.

А в памяти, словно само по себе, всплывало все, что я читала о драконах.

Дракон – магическое существо, нечисть. А нечисти или глубоко наплевать на людей, или она с удовольствием с нами общается. В общем, драконы поступают как хотят. И только в одном случае у них нет выбора: когда стихии приводят их, будущих фамильяров, к будущим ведьмам и колдунам. И возникает очень крепкая связь, обоюдная. Потому что без фамильяров ведьмы и колдуны потеряют магию. А нечисть, не захотевшая отправляться по зову стихий, станет слабее в магическом плане ровно на тот срок, который она провела бы рядом со своим колдуном или ведьмой…

Ведьмой! Хаос побери…

– Меня стихии к тебе с другого конца королевства приволокли. Радуйся, ты ведьма! – не дождавшись ответа, довольно пророкотал дракон.

Уже обрадовалась.

– А ну сворачивай! – скомандовала я. – Оставляй меня где-нибудь и улетай!

Пока дар ведьмы не пробудился. Чтобы это случилось, надо пробыть рядом с будущим фамильяром несколько часов. Или пойти с ним в храм: там кристаллы истины, они ускорят процесс. Они же зарегистрируют дар.

А мне никак нельзя становиться ведьмой!

Я же тогда не смогу учиться в новом колледже, потому что буду обязана поехать к старшей ведьме! И сидеть мне с ней, пока не получу все полагающиеся знания и не сдам экзамен в Службе надзора. А это «получение знаний» учебой не считается! И не видать мне опеки над Софи и Кат…

– Первый раз за пятьсот лет стихии позвали к ведьме, а она ушибленной оказалась! – уныло вздохнул дракон, закладывая еще один вираж над храмом. – Солнышко, ты подумай: магия – это хорошо.

– Магия – это плохо! У меня сестры!

– И что? А у меня братья! Какая связь с твоей ведьмобоязнью?

– Прямая! Сестры под моей опекой. Опускай меня! – потребовала я.

– А смысл? – фыркнул дракон. – Сила в тебе уже проснулась.

– Да ни за что! Я с тобой пару минут болтаюсь, как мышь на сосиске. А надо несколько часов, чтобы наша связь стала прочной!

– Несколько часов это в среднем, в основном хватает пары минут. На руку посмотри.

Опустив глаза, я тихо выругалась: по пальцам весело скакали огненные искорки. Просто отлично, я все-таки ведьма! Отец – маг путей, мать – простой человек без магии, а я умудрилась унаследовать силу кого-то из неизвестных предков.

Что делать? Скрыть дар? Но такие амулеты запрещены, и их за уборку склада не получить! А значит, идем, летим, ползем в храм. Потому что маг, ведьма или колдун без документов рискуют познакомиться с гостеприимным острогом.

– Ладно, – вздохнула я, – пошли сдаваться жрецу.

Смахнув летающие фонари, дракон уселся на краю площадки. В центре, над алой пентаграммой, плавали в воздухе пять кристаллов истины. С их помощью пробуждали магию или подтверждали, что она пробудилась сама.

Кристаллы я рассматривала недолго. Голова закружилась, перед глазами начало двоиться. Я вцепилась в драконью лапу сильнее, мечтая только об одном: чтобы меня выставили наружу. Можно в лапе. Или зацепив хвостом. Лишь бы подальше!

– Где жрец? – прошептала я, стараясь дышать через раз. – Еще немного, и будет нужен некромант!

– Сейчас рыкну! А то развели тут сонное царство!

Дракон осторожно отодвинул меня в сторону, раскрыл пасть и выдал рев, от которого зазвенели кристаллы истины, а с деревьев в звездное небо ринулись стаи птиц, решивших, что наступил конец света.

Жрец, выпавший на крышу через узкую дорожку пути, судя по криво надетой мантии и зажатому в руке защитному амулету, думал так же. Увидев меня, живописно висящую в лапе дракона, и самого дракона, свесившего хвост с края площадки, он не сразу вспомнил, как говорить. Жестом указал на пентаграмму. Дракон понятливо посадил меня в центр.

Кристаллы истины один за другим начали менять цвет. Алый – огонь, синий – вода, зеленый – земля, желтый – воздух. И темно-лиловый, в котором то появлялись, то исчезали разноцветные искры, – хаос. В воздухе рядом со мной появились и растаяли лиловые руны.

Жрец прицельно бросил в меня амулет пути. Золотистая дорожка легла под ноги, и я оказалась на скамейке рядом с входом в храм. Пару секунд спустя рядом приземлился дракон.

Счастье есть! Я не в храме! А вот документы внутри. То есть у жреца.

– Свидетельство. – Потирая висок, я показала пальцем на крышу.

– Сейчас я ему память освежу! – кровожадно пообещал дракон.

Расправил крылья и взмыл в небо, снеся пару веток с окрестных дубов.

Второй рык, донесшийся с крыши храма, заставил усомниться, что мне что-то выдадут. Сверху рыкнуло еще раз.

У моих ног золотистым ручейком открылась узкая тропка, по ней ко мне подплыла бумага: свидетельство о регистрации. Придвинувшись к фонарю, я прочла:

«Ариана Диммер, восемнадцать лет, ведьма. Фамильяр громкий (зачеркнуто) черный дракон (исправленному верить) Рэйнар. Дар – некромантия».

А я-то думаю, чего он такой вредный? Дар некроманта у нечисти встречался редко.

«…Связь с ведьмой полная, возможность применения силы фамильяра – сто процентов…»

Сверху рыкнуло в третий раз.

– Ты что там, еще одно свидетельство выбиваешь? Без помарок? – хмыкнула я.

– Нет, для острастки! – Над макушками деревьев промелькнула крылатая тень. – Я в небе повишу, а то от этих дубов все крылья в занозах!

Золото пути вспыхнуло для разнообразия на уровне моих колен, в руки выпал большой толстый конверт с печатью в виде меча.

Служба надзора сообщала, что ведьме Ариане Диммер необходимо явиться в дом старшей ведьмы или колдуна в течение трех дней. Покидать новое место жительства без наставницы (наставника) или ее (его) доверенного лица запрещено, видеть родных весь первый месяц тоже.

И потом они удивляются почему у ведьм такой «милый» характер?

Впрочем, ведьмы и колдуны у нас в опале. За ними особый надзор и несколько томов законов и ограничений, которые им предписано соблюдать.

Мачеха шутила, что до перехода в призрачное состояние она больше читала законы и постановления, чем колдовала.

А началось все пятьсот лет тому назад. Существовало в те далекие времена маленькое, но очень активное тайное общество борцов за права ведьм и колдунов. Название громкое, а цель оказалась банальной – власть. В нашем королевстве, да и в соседних тоже. И настолько «борцы» хотели этой самой власти, что создали чудовищ: сумеречников и стригоев.

Сумеречники могли подчинить любую нечисть, любое магическое существо, свободное или связанное с ведьмой или колдуном и ставшее фамильяром. Сумеречники запросто обрывали эту связь и заставляли магические создания выполнять их приказы. А еще они были способны использовать дар всех, кто попал в их сети.

Это вам не один фамильяр, с которым надо еще договориться.

Что касается стригоев, то они – результат изменения ведьмами и колдунами упырей. Если в обычных вампиров превращаются все покусанные, то в стригоев – только магически одаренные люди.

И сумеречники, и стригои подчинялись только своим создателям. Не щадили никого: ни магов, ни остальных ведьм и колдунов, ни простых людей…

Тогда и появились первые ловцы – маги, заключившие сделку с хаосом.

Сумеречников выкосили подчистую. Со стригоями, как с любыми упырями, так не вышло: всегда найдется еще один покусанный, скрывший факт покусания. Они появлялись изредка, напоминая, отчего ведьмы и колдуны попали на короткий поводок. За то, что не пытались противостоять своим же. За то, что не выдали тех самых «борцов за права».

Ну а потом просто за то, что родились с таким даром.

Запихнув свидетельство в сумку, я пошевелила босой ступней: туфля так и осталась у ловца. Будем считать, это плата ему за беспокойство. Я вытащила следующий лист из конверта и уткнулась в список имен, выбирая себе старшую ведьму.

Нужна была какая-нибудь старушка из тихого городка вроде нашего, чтобы согласилась на мое поступление в колледж и не возражала против отлучек на занятия. Отлучек с доверенным лицом, которое тоже предстояло найти.

Вот только как опознать старушку, если в списке были только фамилии (иногда с именами, иногда без) и адреса?!

– Эй, почему без дат рождения?! И где остальные имена? – возмущенно посмотрев вверх, выпалила я.

Вряд ли жрец слышал…

– Потому что вы первая ведьма за год! – прилетело в ответ. Жрец услышал. – Хотите подробный список, напишите заявку. И вам его вышлют в течение четырех дней.

Ну да, а явиться к ведьме мне надо за три! Издевается или считать не умеет?

– Спасибо, я лучше к пифии пойду!

Не пойду, конечно. У них такие цены, будто предсказания на расплавленном золоте делают!

Сверху донесся истошный мужской вопль, промелькнула драконья тень, потом раздалось возмущенное:

– Верни мантию, изверг!

– А зачем? На моей морде она лучше смотрится! – отозвался дракон.

Я покрутила лист, но имен на внешней стороне не было, зато имелся мелкий шрифт, словно писавшего покусал крайне экономный гном.

В списке было всего две дамы. Оно и понятно. Ведьмы в большинстве своем не любят конкуренток. Поэтому больше положенных законом пяти учениц не обучают. И пользуются всеми возможными отговорками, чтобы оттянуть момент появления в доме юного дарования.

И у меня есть три дня выяснить, кто из двух дам дольше… оттягивал.

– Кого выбрать? – пробормотала я.

– Никого! – Рэйнар заложил вираж над верхушками деревьев.

– Спустись и помоги! – Я помахала списком.

– Зачем? Я и отсюда прекрасно все вижу. Первая – леди в самом вредном возрасте, когда сама еще мила, но милые девочки рядом вызывают приступ изжоги. У второй пять сыновей, трех уже женила! На младших ведьмах.

Спасибо, мы как-нибудь без свадеб обойдемся!

– Откуда сведения?

– Мой брат был фамильяром одной очень любопытной ведьмы. Возьми колдуна, – предложил дракон.

– Милого удобного старичка? – Я провела пальцем по длинному списку. – Ни одного знакомого имени!

– У кого как, у меня тут слишком много знакомых, – отозвался Рэйнар. – Первый бабник, у второго жена ревнивая, третий с пятью детьми и вредной матерью. Она не ведьма, но многие сомневаются!

Дракон лихо прошелся по списку. Вскоре осталось всего три имени.

– Вот этот подходит. Брайс, – уверенно прорычал он. – Милый старичок, увлекается готовкой. Кстати, у его фамильяра тоже дар некроманта имеется, так что старичок изредка вспоминает молодость, гоняет местную нежить. Сейчас практически один живет. Скучает по общению.

– В чем подвох?

– Живет на отшибе, сам.

Это не подвох, а мелочь.

Значит, кулинар Брайс… Я осторожно провела пальцем, смахивая соринку с имени в списке. Жди меня, Брайс. И я приеду.

Под ноги внезапно лег светящийся путь.

Зря я не прочла мелкий шрифт в конце списка! Похоже, я только что активировала путь к старичку.

– Переулок Бакалейный, дом пять! Там мачеха мои сестры, предупреди, расскажи обо всем! – успела выкрикнуть я, прежде чем меня затянуло на золотистую дорожку.

Дракон остался у храма, а я очутилась рядом с горой камней.

Над головой мерцали звезды, а вокруг возвышались груды валунов. Дома, сарая, халупы, пещеры или хотя бы шалаша поблизости не было видно.

* * *

Воздушный вихрь подхватил с пола изящную женскую туфельку.

Дамиан поймал ее, перешагнул через ажурную решетку, выбираясь из камина. Цыкнул на ластящееся к ногам пламя, и оно, недовольно потрескивая, вернулось на угли.

Дамиан задумчиво оглядел находку.

Добротная обувь, сделана просто, но со вкусом. Необычные декоративные швы, внутри, на стельке, небольшая этикетка с именем мастера. Найти сапожника будет просто. А потом и ночную гостью.

Дамиан усмехнулся, покосился на камин.

Надо же отблагодарить искательницу подземелий за обнаруженную в защите замка брешь. Плетение в дымоходе имелось, но недостаточно густое.

Обычно любители внезапно навестить хозяина Скалистого, погулять без него по его собственности, поняв, что что-то идет не так, пытались пробить защиту в более традиционных местах: у окна, у двери. Или, на худой конец, вынести защиту вместе со стеной. В дымоход никто не лез.

Иначе Дамиан раньше бы узнал, что промежутки между магическими нитями вполне себе могут пропустить тонкую девичью руку.

Смешная русоволосая мисс оказалась куда изобретательнее. Следы непонятного обряда поиска, треснутый амулет пути, который неизвестно куда мог ее забросить. Что ей было нужно? Зачем расспрашивала про подземелья?

Положив туфлю на край чайного столика, Дамиан довольно прищурился. Он обязательно получит ответы на эти вопросы. Когда ее найдет.

Далекий отголосок магии заставил его предвкушающе улыбнуться. Сработало одно из сигнальных заклинаний. Похоже, в ряды нежити, обитающей в окрестностях Скалистого, прибыло внезапное пополнение.

Считалось, что правильный ловец должен ставить ловушки и защищать местность, чтобы из неживого имелась лишь прошлогодняя трава да листья. Но Дамиан никогда не мог назвать себя правильным.

Глава 3

Ну и где старичок?

Сунув злосчастный список за корсаж, я стянула туфлю, затолкала ее за пояс и забралась на кучу валунов.

Пейзаж был довольно однообразным: валуны, валуны, темная полоса деревьев, а за ней на фоне ночного неба башни замка. Там наверняка знают, куда меня послать, чтобы в итоге я пришла к старичку.

Спустившись на землю, я пошевелила босыми ступнями. Чулки остались в прошлом, подошвы саднили. Ладони тоже. Верхолазанье явно не мой скрытый талант. Разве что он настолько хорошо скрыт, что даже я о нем не знаю!

Насчет таланта не уверена, но ведьминское везение было точно со мной: за камнями надсадно взвыло! Радостно, довольно, словно кому-то подали огромный торт.

Я мгновенно подпрыгнула и понеслась в сторону замка, петляя между валунами. Вскоре они остались позади, и я выпала на мощеную дорогу, ныряющую в лес.

За спиной снова взвыло. Короткого взгляда назад хватило, чтобы забыть о саднящих ногах и пожалеть об оставшейся на чердаке метле.

На куче валунов, мимо которых я только что пробегала, появилась несуразная фигура. Существо при жизни было человеком. Но сейчас его тело покрывали мягкие совиные перья, глаза двумя круглыми блюдцами мерцали в темноте, уши, как у филина, настороженно двигались, а вытянутая морда с острыми зубами скалилась…

Стригой!

Точно как на картинке справочника.

Новая порция воплей открывшего на меня охоту чудища заставила припустить по дороге так, словно у меня отросла пара запасных ног. Но это не особо помогло: мягкий шелест лап по камням становился все ближе. На одном из поворотов я в отчаянии бросила в стригоя туфлю. Та просвистела мимо, чудище насмешливо проследило за ней желтыми глазами.

Рванув изо всех сил, я в панике перебирала все, что знаю о стригоях: разновидность упырей, то есть вампиров. Но если тебя укусил обычный упырь, ты станешь упырем. Если тебя укусил стригой, ты станешь стригоем только в том случае, если у тебя есть магический дар. Он у меня как раз есть. Появился на мою голову!

Надеюсь, за мной не бывший старичок гонится?

Стоп, вспоминаем!

Быстрые, опасные. Это я уже проверила!

От них защищают охранные амулеты. У меня ни амулетов, ни охраны.

Боятся серебра… Мое перо для рисования! В нем есть немного серебра!

Я на ходу запустила руку в сумку, но треклятое перо завалилось. Дорога вильнула, и я врезалась во внезапно выросшего на пути человека в плаще.

– Стригой! Бежим! – Я сцапала его за руку и дернула.

Он не дернулся. Отпихнул меня. Вроде слегка, но я обнялась с дорогой так, что точно могла сказать, каких размеров каждый камень. Очень хотелось в обморок, но я победила это желание. Села, выхватила из выреза блузки список и бросила в спину толкнувшего меня гада.

Тот, не оборачиваясь, рявкнул:

– Сидеть!

– Это что, новый способ защиты? Сесть и прикинуться ветошью?

Незнакомец молча махнул рукой, и меня накрыл прозрачный магический купол, на стенках которого вспыхивали и гасли лиловые всполохи. А его создатель шагнул навстречу стригою.

Чудище притормозило, с опаской шевельнуло ушами. Принюхалось, подозревая, что лучше не есть того, кто твердой походкой марширует прямо в клыки. Запоздало дернулось, собираясь сбежать и закусить кем-то менее самоуверенным, но лиловые нити оплели его тело.

Миг – и они исчезли вместе с чудищем. На камнях остались лишь перья, которые быстро превращались в пепел.

Мужчина пружинисто развернулся, наступил на список. Поднял его. И несмотря на ночь, видимо, прочел, потому что я услышала раздраженное:

– Какого хаоса тут делает моя фамилия?

– Вы Брайс?

– Да, – вполне себе молодым и бодрым голосом отозвался мой «старичок», подходя вплотную. – А вы опять промахнулись мимо вашей личной жизни? Или все еще в поисках подземелий?

Подземелий? Ох, хвост-чешуя…

Он снял капюшон, щелкнул пальцами, выпустив несколько светящихся мотыльков лилового цвета.

Но я уже и без них поняла, кто это. Ловец! Тот самый, к которому я уже вваливалась сегодня ночью. Дамиан!

После кросса со стригоем и могучих объятий дороги соображалось плохо. Но простую цепочку размышлений все же смогла собрать. Ловцы – те же маги. А маги ведьм не учат. Только ведьмы. То есть это Брайс, но не тот.

– Не дедушка.

– Дедушка? – Брови Дамиана заинтересованно дрогнули. – То вы ищете в моем замке подземелья, то своего дедушку…

Я благоразумно промолчала.

Он убрал защитный купол, подошел ближе, присел, глянул на мои босые ступни в кружеве порванных чулок:

– Решили всю местную нежить приманить?

– Зачем мне нежить? У меня есть вы! – пробурчала я, стараясь не лечь на пыльную дорогу.

– Да что вы говорите? Какая высокая оценка, я польщен.

– Не за что. А ваш дом далеко?

– Рядом. Пять миль по прямой…

Он замолчал, цепко схватил меня за подбородок, заглянул в глаза.

– Почему не сказали, что сильно ударились? Вы что, бессмертная?

– Нет. – Я покачивалась в уютном полуобмороке, – думала, вы всех так швыряете!

– Только тех, кого вот-вот сожрут! – На скулах ловца выступили желваки.

– А-а-а. Чтобы не мучились? – догадалась я.

– Чтобы не мешали. Но ваш вариант мне нравится больше.

– Убить, потом спасти? Ну да, вы же любую магию… того… этого. Некромантия и целительство вместе, оригинально!

– Никогда не пробовал применить их одновременно, так что лучше не соблазняйте. – Дамиан отпустил подбородок, вложил что-то в мои пальцы, сам сжал их. – Обойдемся обычными амулетами. Пока.

«Пока» прозвучало очень многозначительно, будто у него как раз погост удобный рядом имелся, чтобы проверить предложенную мной комбинацию.

Магия амулета окутала исцеляющим теплом, словно я выпила кружку горячего чая в холодный зимний день. В голове прояснилось. Правда, руки и ноги саднили. Однако это были такие мелочи, что хотелось обнять ловца и радостно смеяться, пугая местную нежить. Если такая еще осталась.

Поднявшись на ноги, Дамиан рывком поставил покачивающуюся меня. Крепко, прямо как при нашей первой встрече, обнял за талию, насмешливо улыбнулся и… закинул себе на плечо.

Вспыхнула золотистая дорожка пути, и мы оказались в огромной гостиной с радостно потрескивающим камином, диваном, креслами и чайным столиком. Все было слегка пыльным. Но после забега со стригоем пыль воспринималась как часть интерьера замка. Большого, прочного, основательного замка, куда уж точно нет ходу ни одному чудищу.

Довольно выдохнув, я расслабленно повисла на ловце. Как оказалось, зря!

Не снимая меня с плеча, Дамиан шагнул к камину.

Пяткам сразу стало горячо. Я попыталась гусеницей сползти по его спине, но ловец держал крепко. Ступни пекло, и, судя по жару, огонь поднимался все выше. Я заерзала, но этот гад сжал мои ноги еще сильнее.

– Не дергайся!

– Ты меня с окороком не перепутал?!

Слово «вы» куда-то исчезло из нашего лексикона. Наверно, обуглилось, как и мои бедные пяточки!

– Потерпи. Скоро все закончится. – Дамиан поудобнее перехватил меня одной рукой, второй плавно провел вдоль ноги, приподнимая юбку.

– Поставь меня немедленно! – в панике завопила я, пытаясь вонзить ногти в его спину. Но ткань плаща оказалась куда прочнее пожеванной мною рубашки. – Я не заказывала пламенную вечеринку с огоньком!

– Посмотри, – скомандовал он так, что и нежить ожила бы.

Упираясь ладонями в крепкое плечо, я выпрямилась, извернулась… И сглотнула, увидев творящийся кошмар. Мои ноги от ступней до колена окутывало пламя! Яркое, алое, оно смачно потрескивало.

Странно…

Я озадаченно нахмурилась, прислушиваясь к себе. Мое копчение проходило как-то неправильно!

Пламя послушно пожирало чулки, не затрагивая кожу. Ощущение было, словно поднесли свечу, близко, но не настолько, чтобы сделать из меня жаркое или причинить вред.

– Живой огонь быстрее тебе поможет. Он лучше уберет отраву, чем я, – сказал Дамиан.

– Отраву? Но зачем кому-то меня травить?

Я еще немного изогнулась. Иначе было не видно, какой степени прожарки достигли мои ноги.

– Вряд ли тебя травили. Скорее ты искала свои подземелья на какой-то старинной крыше. Катаринским роденовым обрабатывали черепицу лет двести назад, чтобы она блестела на солнце, как кристалл. – Дамиан еще сдвинул юбку, почти до подвязок чулок.

Я дернулась и поспешно отвернулась. Уши и лицо горели не хуже пламени на моих ногах.

– Была крыша? – переспросил Дамиан, приступая к прожариванию… того, что только что оголил.

– Была. Я по ней ползала. А еще на ней сидела. На крыше и на юбке, – торопливо уточнила я, радуясь, что так оно и было. – Сидела на юбке, а не на… верхе чулок.

Дамиан понятливо усмехнулся:

– Хорошо. Оценим весь фронт работ. Как именно ты ползала?

На четвереньках. А еще лежала. И болталась, уцепившись за край дыры на крыше. Вот гадство!

– Руки и все, что выше, тоже надо… греть, – обреченно вздохнула я.

– Значит, после ног займемся всем, что выше.

– Что выше рук! – поправила я.

– Я так и сказал.

А я вот не уверена!

– У нас будет младший колдун! – бодро заорало в коридоре хриплым голосом.

На всякий случай я покрепче вцепилась обеими руками в плечо Дамиана.

– Это Хедвик, фамильяр твоего «дедушки», – насмешливо пояснил он.

Ага, значит, дедушка тут все-таки есть. Или не дедушка, но все равно колдун!

– Хедвик! – громко позвал Дамиан. – Иди сюда, тут ваша посылка прибыла! Пока без метлы, но в неприятности влипает профессионально!

– Я не влипаю, я вообще стараюсь их избегать, – пробурчала я, настороженно глядя на дверь.

Благо она находилась как раз напротив.

– Это они тебя догоняют, я так и понял, – хмыкнул Дамиан.

– Где наш младший? Младший! Ножи, топоры, алебарды – все для тебя! – обрадовался фамильяр Хедвик.

Дверь с грохотом распахнулась, и невысокий человечек, явно из нечисти, промчался через гостиную так, словно решил поработать тараном и вынести меня, ловца и камин вместе со стеной. Но перед встречей с… со спиной Дамиана, очевидно, передумал, резко затормозил и, задрав голову, удивленно вытаращился на меня. Торчащие в стороны заостренные уши слегка шевелились, и казалось, что лысая голова собирается улететь от хозяина. Низкий покатый лоб, плоский нос, узкие губы…

У нас дома валялось много атласов по нечисти, остались от учениц мачехи, но такого воинственного карлика я там точно не видела.

В руке фамильяра моего будущего старшего колдуна поблескивал внушительный тесак, а рубаху, штаны, жилетку и пояс украшали сверкающие металлические бляшки. Почему он не гремел ими при ходьбе, непонятно.

– А где парень? – озадаченно нахмурился Хедвик.

– Все, что прибыло, – усмехнулся Дамиан.

Карлик поскреб затылок и зачем-то огляделся по сторонам, словно подозревал, что ловец спрятал от него того самого парня.

И мое любопытство победило вполне здоровую боязнь колюще-режущих предметов в руках незнакомцев:

– А вы кто?

– Кобольд! – пожал плечами Хедвик.

Кобольд… Дальний родственник гномов, только у гномов страсть к накоплению сокровищ, а у кобольдов – к оружию.

Пока я вспоминала, Хедвик покосился на нож, потом на меня:

– А ты точно не парень?

Я отрицательно замотала головой.

Дамиан подавился смешком.

– Еще как не парень.

Я побагровела, как пламя в камине.

– Эх! Незадача, – пробурчал кобольд. – Мы же специально одну фамилию дали, чтобы девушка не явилась. Нам парень нужен!

– С этого места подробнее, – заинтересовался Дамиан.

Именно таким тоном мачеха спрашивала, кто случайно разбил ее склянку с зельем.

Интересные у них отношения с моим будущим наставником. Или мне показалось?

– Не нам нужен колдун, конечно, не нам! Мне! – вполне в духе наших с сестрами ответов заюлил кобольд. – У меня тут арсенал никому не нужный. Макс раньше в нем по полдня… теперь все время на кухне, даже не вспоминает… Вот и решили, что юный колдун заинтересуется… А то, что придется поучить его, – мелочи! Вот чего ты к нам пошла?

Я еще и виновата?

– Мне вас очень советовали.

– Встретить бы этого советчика! – пробурчал кобольд. – С алебардой! Чтоб подштанники от испуга потерял.

Представив Рэйнара в подштанниках, я с трудом сдержала смех:

– У него их нет, он дракон.

Но, очевидно, как и наша фея, Хедвик никогда не унывал. В его глазах зажглась надежда. Он заинтересованно меня оглядел. Похоже, мое полувисячее положение его совершенно не смущало.

И мне пора прекращать. Достаточно представить, что ловец – это лекарь. Ну а на плече я пристроилась, потому что методика лечения оригинальная, авторская, сильная, то есть действенная!

Вот только руки устали опираться.

– Оружие любишь? – спросил кобольд.

– Если только красивое, посмотреть.

– Стихии! Спасибо! – внезапно просиял Хедвик. – Не так, как просил, но спасибо! – Он сунул нож в меховое нечто на поясе. – А тебя как зовут? Где твой фамильяр? А кто у тебя фамильяр? А дар у него какой?

– Дракон. – Я наконец смогла вставить слово, – Ариана. Некромант.

– А я-то думал, что ведьма, – весело кашлянул Дамиан.

– Ведьма, а дракон некромант, – исправилась я.

– Тот самый дракон, который советчик? – кровожадно схватившись за нож, уточнил кобольд. И, не дожидаясь ответа, пошел к двери. – Вы тут горите пока, а я ужин принесу. Макс все равно сегодня на всю ночь на кухне. И туда лучше не заходить.

Сразу представился старичок с клюкой, склонившийся над капустой и прицельно кидающий ножи в любого, кто решит сунуть нос на кухню. Такой наверняка не станет возражать против моей учебы где угодно, лишь бы не лезла к его капусте!

– Хедвик, Ариана будет жить в зеленой комнате, – вдогонку кобольду сказал Дамиан, – неси ужин туда.

Хедвик чуть лбом не протаранил дверной косяк. Повернулся, удивленно вытаращился на ловца. Тот как ни в чем не бывало колдовал над моими ногами.

– В зеленой? – переспросил кобольд, шевеля ушами так сильно, что казалось, еще немного, и нас сдует ветром в камин.

– Да, – не поворачиваясь, ответил ловец.

Хедвик задумчиво качнул головой, погладил косяк и вышел.

Только дверь захлопнулась, я снова извернулась, посмотрела, как пламя весело потрескивает на моих ногах и пальцах ловца, и спросила:

– А что такого в этой комнате?

– Ничего, о чем стоило бы беспокоиться. – Дамиан сгреб пламя в ладонь, отошел от камина и поставил меня на ноги.

– А о чем стоило бы беспокоиться? – Я отступила на шаг, чтобы видеть его лицо.

– Ни о чем, – усмехнулся Дамиан, вытянул свободную от пламени руку и стиснул мое плечо.

Услышав эти слова от нас с сестрами, мачеха звала метлу и бежала туда, где, по нашим заверениям, совсем ничего страшного не было. А потом еще пару часов разбиралась с тем, чего там точно не было. И которое норовило убежать, уползти, ускакать из дома к нашим и без того нервным соседям!

– Надеюсь, там в шкафу не сидит отряд нежити! – пробормотала я.

– Нежити в замке нет. Все чудовища местные, одобренные, прирученные. Или почти прирученные. – Его глаза весело сверкнули.

– Главное, чтобы они приняли меня за свою, – вздохнула я.

– Не сомневайся, примут.

Меня? За свою? Не успела возмутиться, как под ногами промелькнула золотистая дорожка. И мы оказались в освещенной камином спальне у одного из двух больших арочных окон со светлыми шторами.

Лунного света и пламени хватило, чтобы понять: зеленой комната была лишь частично. В ней сочетались разные светлые оттенки. Уютно. И пыли не видно, если не зажигать люстру.

Дамиан развернул меня к себе и начал быстро окутывать пламенем мои руки. Его пальцы уверенно касались кожи. И лицо оказалось совсем рядом, но в полумраке было незаметно, что в его глазах живет хаос.

Я сглотнула и отвела взгляд.

Чуть шевельнула горящими руками… Выглядело красиво и жутко. Но стоило дернуться еще раз, как огонь почти потух.

– Не стоит пока шевелиться. – Дамиан поймал мое запястье, коснулся кожи, и пламя снова запылало. – Мне придется уйти. А тебе нужно постоять немного без движения, пока огонь не погаснет сам.

Он поймал ладонями мое лицо. Из-под его пальцев заструился огонь, быстро превратив мою физиономию в огненную маску. Поток хлынул вниз по шее, остановился у выреза блузки. Рискуя заработать косоглазие, я убедилась, что пламя деликатно остановилось над краем ткани.

– В шкафу есть чистая одежда. По обе стороны камина две двери. Справа – в ванную. Слева – на лестницу башни. В замке дракону нечего делать, пусть живет на крыше башни или на конюшне. – Дамиан провел кончиками пальцем по выбившейся из моей прически пряди.

Огонек соскользнул с его ладони, пробежался по волосам и исчез.

– Я не лежала волосами на черепице, – на всякий случай уточнила я.

Ловец усмехнулся и напомнил:

– Не шевелиться, пока пламя не погаснет. Поход к предкам тебе уже не грозит: отравы мало. А вот проблемы с магией могут быть.

Мне и без проблем с магией хватит проблем на двух Ариан!

– Ясно. – Я хотела кивнуть, но вспомнила, что у меня временный добровольный паралич.

Дамиан открыл путь и исчез.

А я так и стояла, пылая. Тянуло тряхнуть головой, чтобы из нее вылетели мысли про наше альтернативное лечение. Но пламя на коже полыхало ярко и красиво, намекая, что движение в моем случае отнюдь не жизнь. Хорошо, что окно сбоку. Если скосить глаза, хоть что-то можно разглядеть.

А вид открывался живописный. На главный подъезд к замку. Заросшие травой клумбы, лес, подходящий вплотную к круглой площадке, мощенной белым камнем. И все это освещено луной и звездами.

За деревьями вспыхивал и гас изумрудный огонек. Знакомый огонек! Вспыхнув в очередной раз, он исчез. За стеклом, прямо напротив моего лица, светящимся чертиком возникла Мирелла.

«Ну и глушь ты выбрала! – прозвучал в голове голос феи. Она с любопытством разглядывала пламя на моих руках. – Ни одного приличного жениха на десять миль! А чего это ты? Греешься?»

«Загораю!» – Я сердито покосилась на сваху.

«Интересный способ…» – Мирелла, не дотрагиваясь до стекла, поднесла к нему руку.

В голове роилась сотня вопросов, не меньше: как девочки, Эн, где дракон? Хотелось задать все и сразу.

И вдруг где-то зазвучала музыка!

Сначала едва слышно, далеко. Потом все громче и ближе, словно ее источник шел к замку. Я вгляделась в деревья внизу: из зарослей на площадку медленно вышел сияющий серебром зверь. Тигр. Огромный, рогатый. В синюю полоску. Лунный тигр – редкая нечисть. Зверя окружало едва заметное лиловое свечение. Он скалился, мотал головой, покачиваясь из стороны в сторону.

«Ой, пыльцу вам в морду!» – выругалась Мирелла, проследив за моим взглядом.

Я смотрела на зверя внизу, а в душе росла уверенность: если немедленно не спущусь, с ним случится что-то очень плохое. Но если не дождусь, пока погаснет пламя, что-то плохое случится с моей магией.

Что ж, когда не знаешь, как поступить, поступай как настоящая ведьма: между проблемами и проблемами, выбирай проблемы! И пусть они будут с магией.

Я слегка шевельнула руками, и пламя тут же исчезло. Взлетев на подоконник, распахнула створки окна.

– Сейчас перенесу! – понятливо тряхнула острыми крыльями Мирелла.

Изумрудная вспышка, удивленный рык, золотистая дорожка…

И еще один рык! Уже сзади!

– З-з-зачем ты его сюда притащила? – прошептала я.

И медленно-медленно повернулась к тигру лицом. Вблизи он оказался куда больше.

Зубы – ух, когти – ох, а рога… Бежать и не оглядываться!

– А какая разница? – фыркнула фея.

В общем, никакой. Что там меня погрызут, что тут покусают. То, что столкновение закончится пожеванной ведьмой, сомнений не было: тигр рычал все яростнее, лилового тумана вокруг него становилось все больше.

И где-то на самом краю тумана проступил темно-лиловый силуэт человека. От него тянулась такая же темно-лиловая нить, захлестываясь вокруг мощной тигриной шеи. Выставив вперед руку, я слезла с подоконника и осторожно, мелкими шажками стала приближаться к тигру.

– Куда ползешь? – прошептала Мирелла. – Он же сейчас озвереет, а ты ни разу не бегун!

– Не озвереет, если я дотянусь до лиловой петли на его шее.

– Ты даже не знаешь, что это! Я, кстати, тоже. Ни разу не видела такого за свои двести лет. Давай его обратно выкинем?

Тигр рыкнул, ветвистые, почти как у оленя, рога засияли сильнее.

– Мирелла, не нервируй его! – едва слышно отозвалась я, подобравшись вплотную к лобастой полосатой башке.

До петли дотронуться тигр мне не дал, зарычал.

Ладно, а если его отвлечь?

Набрав воздуха в грудь, я почти положила ладонь ему на лоб. Но тигр отпрянул, рука соскользнула и со всей силы шлепнулась ему на нос. Звук получился звонкий. Тигр замер, смешно свел глаза в кучку, глядя на мои пальцы.

– Припечатала, чтобы не сбежал? – предположила Мирелла.

– Чтобы я не сбежала.

Свободной рукой дотянулась до петли. Пальцы ощутили ее как настоящий поводок, плотный и крепкий. Дернув его на себя, с трудом разорвала.

Лиловое сияние полыхнуло, словно зарница. Казалось, его хватило на весь замок. И погасло.

А потом с моих пальцев сорвались сиреневые искры, закружились роем, рассыпались, окутали нас с тигром. Зверь прищурился и довольно заурчал. Искры исчезли, я отдернула руку. Тигр тут же перестал изображать косоглазого и боднул меня носом в плечо.

* * *

Дамиан покрутил туфельку, найденную по пути к каменной пустоши. Вторая такая же стояла в его кабинете. Их хозяйка пыталась спасти его от стригоя. Такого раньше не случалось. Обычно девицы с радостным воплем сигали за спину. А потом, убедившись, что опасность миновала, красиво падали в обморок.

Но не Ариана. Русая ведьмочка, оставшаяся без туфелек.

Дамиан перевел взгляд на далекие башни замка и усмехнулся. Похоже, придется поработать сказочным принцем. Лишь бы новоявленная принцесса снова не ускакала в камин.

– Вылезай! – Дамиан постучал каблуком туфельки по камню.

Из горы валунов донеслось недовольное ворчание, потом один из них сдвинулся, и наружу высунулось бледное лицо упыря. Прищурив красные глаза, он вздохнул и выбрался наружу.

Дамиан уселся на камень.

А упырь, отряхнув с одежды каменную крошку и пригладив серые волосы, понятливо уточнил:

– Стригой?

Дамиан кивнул. Пернатая нежить, с которой Ариана бегала наперегонки, не могла сама появиться у замка. Округа давно напоминала пустошь. Селяне предусмотрительно перебрались подальше от «проклятого» замка. И превращаться в стригоя было попросту некому.

Выходит, подкинули. А это непросто.

Стригой не хлеб, в лавке не купишь, по магической почте не пошлешь.

Значит, сначала его надо выследить и поймать в специальную ловушку. Затем дотащить сюда по магическому пути. Уже здесь выпустить из ловушки. А потом старательно затереть свои следы, чтобы ловец не поймал.

Но умники не учли одного: помощниками могут быть не только люди. И упырь, посаженный на диету из лягушек (во избежание случайно покусанных), с радостью поведал историю прибытия пернатого подарочка.

Открылся путь, выпали трое с ловушкой, выпустили из нее стригоя. Стригой обрадовался тройной закуске. Маги не обрадовались. Пока он гонялся за одним, другие два спасали третьего, а когда удалось убедить пернатого не жевать их товарища, затирали следы. Вначале свои, потом бегунка, потом снова свои.

Конечно, это были простые наемники, и заказчиков, заклятых друзей Дамиана, не особо заботила их сохранность. Главное, доставить к нему опасную нежить. Чтобы ему жилось не так спокойно и хорошо в уединении. В идеале – вообще никак не жилось.

Глядя, как упырь забирается обратно в убежище, Дамиан постукивал туфлей по ладони. Даже лень искать этих горе-наемников. Но проучить надо, чтобы больше не соглашались на сомнительные просьбы.

А на болоте как раз бормотуса всплыла. Нежить не особо опасная: бормочет всякую чушь, спрятавшись под пологом невидимости, да за пятки щекочет. Как раз подойдет, чтобы сделать жизнь некоторых чуть веселей.

Что касается заказчиков, Дамиан не сомневался: скоро сами пожалуют.

Глава 4

– И что это было? – спросила за нас обеих фея.

– Без понятия, – Я пожала плечами.

Но опасность тигру больше не угрожала. Почему-то я была в этом уверена.

– Ладно, давай твоего котенка назад отправим. – Фея, настороженно косясь на рога зверя, обсыпала его пыльцой.

Тигр засиял, магический путь лег золотистым песком под его лапы. Но зверь остался на месте.

– Защита, – охнула я. – Она тут своеобразная: всех впускает, никого не выпускает.

И у меня совсем нет времени до появления того, кто ее поставил! Наверняка магия уже сообщила Дамиану, что у него очередные незваные гости.

А у меня тут лунный тигр посреди комнаты! И ловец – последний маг, которому стоит рассказывать, что я решила помочь нечисти и применила какую-то непонятную магию. Во всяком случае, я ни о чем подобном не читала.

Это вам не обряд от известного магистра. С такими признаниями не в колледж поступишь, а прямиком в отделение стражи.

– Против тарана и феи никто не устоит! – заявила Мирелла.

Засветилась так, что пришлось прикрыть глаза, вспыхнула и… с руганью покатилась по подоконнику:

– Вот что за люди?! Столько магии почем зря тратят!

– Не люди, а ловец, – я вытянула руку в сторону камина, – попробуй через дымоход.

Фея шевельнула крыльями, порхнула к камину и исчезла. Я затаила дыхание. Из трубы донеся кашель и сердитое:

– Какой мнительный суслик подсказал ему закрыть дымоход?

– Я. Только я не подсказывала, я сбежала через камин.

Куда деть тигра? Я быстро огляделась.

Кровать с балдахином, шкаф. Чайный столик, пара кресел и небольшой ковер перед камином. Сам камин.

Под кровать тигр не влезет, в шкаф не поместится. Через каминную трубу его не вытащить: лазейка закрыта.

– Ловец – тоже человек, – задумчиво выдала фея, поправляя пышные волосы и разглаживая помявшийся край платья. – Женат?

Сердито глянув на сводницу, я сцапала тигра за рог, потащила его к кровати.

– Лезь! – Затолкала на покрывало, отвязала занавеси, задернула плотную ткань.

– Это называется спрятать тигра за швабру! – насмешливо оценила фея.

Взгляд остановился на дверях у камина. Одна ведет в башню, вторая – в ванную. Но башню можно легко проверить. А ванная мне самой понадобится. Причем срочно.

– Думаешь, ловца не смутит, что ты сидишь тут вся такая одетая и в драных чулках, а кровать задернута? – продолжала размышлять фея.

– А я не собираюсь тут сидеть!

Поймав Миреллу за кончик крыла, я сунула ее на кровать и ринулась к шкафу. Распахнула створки, сцапала первое попавшееся светлое платье, отдаленно похожее на ночную сорочку и подбежала к камину.

Какая из двух дверей? Хаос! Не помню.

Распахнула одну: лестница. Не то. Захлопнула и, открыв вторую, влетела внутрь.

Стоило переступить порог, как в канделябре на стене зажглись свечи. От капель воды их защищала едва заметная радужная пленка.

Пяткой захлопнув дверь, я кинула платье на стул, отцепила сумку и, на ходу стягивая одежду и швыряя все на пол, полезла в медную ванну на гнутых львиных ножках.

– Лучше сразу бросайся ему на шею и предлагай на себе жениться! – крикнула из спальни фея. – Тут два варианта: или сбежит…

– Этот не сбежит!

– Ну и отлично! Просто великолепно! Тигров из шкафа мы после свадьбы предъявим!

Фея, как всегда, в своем репертуаре!

Повернув медные ромашки вентилей, я шагнула под хлынувшую из сита на потолке воду. Шпильки выдирала из волос и выкидывала, крутясь под довольно булькающим потоком.

Мыться, пока горит тонкая палочка для розжига огня, я научилась давно. Дома была одна ванная на трех юных мисс. И то, что ты в нее попал первым, не значило, что можно сидеть сколько влезет, наслаждаясь водными процедурами. Вода вполне могла внезапно стать ледяной или обжигающей. Или вообще закончиться. То, что амулеты для подачи воды можно отрубить из подвала, я выяснила после пары вылетов из ванной в облаке пара и с ледяной коркой на волосах.

Выключив воду, я быстро вытерлась, затолкала себя в белое платье. Выбежала из ванной, путаясь в длинном подоле и на ходу заворачивая волосы в полотенце. И бодро запрыгнула на кровать.

– Я сплю, ты тоже! – выпалила я в ответ на заинтересованный взгляд феи.

– В свадебном платье? – насмешливо приподняла бровь Мирелла.

Да быть такого не может! Я оглядела натянутое на себя платье. Белое, легкое, с кружевами. Обычное. Если бы не вышивка по вороту и рукавам. Свадебные руны!

– Нет, такой намек тоже подойдет! – довольно кивнула фея. – Осталось только найти храм!

Следующие пару минут я пыхтела, пытаясь вытащить из-под тигра тонкое покрывало. Тигр решил, что это игра, и радостно бил хвостом, Мирелла кружила над головой, описывая подробности венчания.

Стук в дверь грянул как гром среди ясного неба.

Все разом притихли. Покрывало подозрительно легко оказалось в моих руках, я закуталась в него по самую шею. Полотенце сползло с головы и свалилось на кровать. Но мне было не до него. Я замерла у щели между двумя занавесями балдахина и тихо прошипе… то есть прошептала:

– Да?

Кровать за спиной задрожала. Я оглянулась и увидела еще одного «специалиста» по маскировке: тигр забрался под одеяло и пытался распластаться под ним, став незаметным. Получился весьма живописный бугор, над которым зависла Мирелла.

– Прячься! – прошептала я едва слышно.

Фея увернулась от моей руки. Из-под одеяла высунулась лапа, Мирелла возмущенно пискнула и исчезла.

– Отпусти, коврик-переросток! – донеслось из-под одеяла.

Я шлепнула ладонью по шевелящемуся бугру. Бугор замер.

Дверь скрипнула.

– И снова доброй ночи! – раздался насмешливый голос Дамиана.

Послышались быстрые шаги. К кровати… И мимо.

Придерживая одной рукой покрывало, другой я вцепилась в столбик и свесилась наружу.

Ловец остановился у окна, пошевелил пальцами, словно что-то втягивая в комнату. В воздухе вспыхнуло несколько лиловых кругов с вплетенными в них символами. Дернувшись, часть из них развернулась, превратив заклинание в лиловую сферу.

– Ари, подойди, пожалуйста. На минуту.

Я кое-как сползла с кровати, чуть не упав вместе с покрывалом. Кутаясь в него, точно мумия в бинты, доковыляла до ловца, с интересом наблюдавшего за моим совсем не грациозным приближением.

Дождавшись, когда мы с покрывалом окажемся рядом, Дамиан показал на магическую сферу:

– Приложи руку.

– Я не сую руки в незнакомые заклинания.

С тех пор как у сестер проснулась магия.

– Сейчас исправим. Ари, знакомься, это защита замка. Защита замка, знакомься, это Ари, – с совершенно серьезным лицом Дамиан представил меня заклинанию. – Хочу настроить защиту на тебя, чтобы ты могла ее видеть и сама впускать и выпускать своих гостей.

Выпускать? Это просто отлично!

Покопошившись, я подтянула рукав повыше, высунула руку и осторожно коснулась стенки сферы. Вокруг запястья тут же сформировалась сфера поменьше. Засияла и пропала.

– Если у тебя гости, коснись запястья и скажи, кто приехал. Защита его пропустит. В случае опасности просто коснись пальцами запястья, – пояснил Дамиан, убирая сферу. – Теперь, даже если к тебе приедет клан кочевников, я узнаю только об их прибытии, а не буду слушать вопли защиты, перечисляющей всех членов этого самого клана.

Э-э-э… Прямо всех-всех?

– У меня не так много родственников, – покосившись на кровать, заверила я.

И поползла обратно.

– Может, познакомишь со своей феей? – донеслось насмешливое вслед. – Куда ты ее запихнула?

Так. Про фею знает. А про тигра? Нет уж, буду стоять до последнего. На всякий случай.

– Никуда, – я добралась до кровати, повернулась к ловцу лицом, смахнула прилипшую к щеке мокрую прядь. – Познакомлю, но завтра. Ее зовут Мирелла, она фамильяр моей мачехи. Сейчас она спит. Умаялась, пока летела, – приложив палец к губам, добавила я.

Дамиан понятливо кивнул.

Полог опасно отодвинулся. Шагнув в сторону, я загородила собой щель. Дамиан прищурился, подошел ко мне почти вплотную. Я даже засомневалась, не увидел ли он свадебные кружева. Незаметно оглядела маскировочное покрывало, но нет, все было отлично, я напоминала кучку ткани безо всяких там кружев невесты!

С кровати донеслось тихое рычание.

– Фея! Храпит! – Я сунула руку под край балдахина, сделала вид, что кого-то переворачиваю, и показала кулак.

Рычание стихло, его сменило тоненькое похрапывание.

– Ты не представляешь, какие рыки она выдает каждую ночь!

Похрапывание поперхнулось.

– Настоящий тигр! – не давая Дамиану подойти к кровати, сообщила я, глядя на него с любовью и обожанием.

Ловец даже по сторонам покосился от удивления.

А я мысленно порадовалась, что слушала мачеху. Она утверждала, что не родился еще мужчина, которого не смутит чересчур приветливая женщина.

– Как вы, бедные, не оглохли? – склонившись к моему уху, шепнул Дамиан.

Сгреб меня в охапку, отставил в сторону и рывком распахнул балдахин.

Мирелла, раскинув обе пары острых крылышек, лежала на подушке, которую выволокла на середину кровати и уложила на сбитом в ком одеяле. Изумрудные волосы в стороны, руки тоже, платье превратилось в брючный костюм, отдаленно напоминающий пижаму. Из приоткрытого рта Миреллы доносился то тоненький храп, то тихое рычание, острый подбородок подергивался. Все три дюйма фейского тела говорили, что их хозяйка беспробудно спит. И если у вас нет стенобитного орудия, разбудить не выйдет.

– Вот. – Я показала на фею.

Дамиан усмехнулся, поправил прядь волос у моего лица. Далась ему эта прядь! Еще немного и предложу отрезать ее на память!

Шагнув назад, я наступила на край покрывала и начала падать. Ткань за что-то зацепилась, и, прокрутившись в воздухе несколько раз, я вывалилась на пол.

Дамиан отбросил покрывало, за которое, видимо, пытался меня поймать – но я ведь шустрая, если падаю! – ухватил меня за руку и поставил на ноги. Пару минут он молча разглядывал надетый на меня свадебный конфуз, а я в панике придумывала причину, с какого перепугу натянула на себя именно его.

– У тебя оригинальное представление о пижаме, – наконец сказал Дамиан.

Засада, свадебная!

На кровати насмешливо всхрапнула Мирелла.

– Понимаешь, – я покосилась на кровать с видом примерной ученицы, объясняющей, что доска запрыгнула на крышу школы самостоятельно. – Мирелла… Она помешана на чистоте.

О хаос! Какой бред я несу…

– В общем, лучше быстро навести чистоту самой… – пространно намекнула я. И покосилась на Дамиана. Интересно, он хоть что-нибудь понимает в моем объяснении? Лично я – нет. – Чем тебя почистит фея.

Храп на кровати усилился. Мирелла точно припомнит мне «чистоту», не раз и не два. Это у ведьм память хорошая, а у фей она феноменальная.

– И самое чистое здесь именно это платье? – Дамиан вгляделся в освещенную лунным светом и пламенем камина комнату, прищурился. – Надеюсь, стремление феи к чистоте распространяется только на тебя? И мне не придется нанимать ей в помощь уборщицу?

С кровати уже летел предостерегающий храп со свистом. Дамиан едва заметно улыбнулся.

Соблазн сказать, что фея точно не вынесет пыли вокруг и непременно уберет весь замок, доведя его до кристальной чистоты, был велик. Но мне еще предстояло решать вопрос с учебой, а рядом с замком подходящих учебных заведений не было. Значит, потребуется помощь феи, чтобы до них добираться, – в нашей семье только Мирелла умеет создавать магические пути. И добираться желательно сразу. Без предварительного посещения погоста, болотной топи или гнезда русалок.

– Не придется, – со вздохом сказала я.

Дамиан еще раз окинул меня взглядом. Смотрел так, словно хотел зарыть… платье подальше. И некроманта вызвать, чтобы оно больше не выползало из шкафа.

– Не забудь сообщить защите, что фею можно выпустить. На дракона я потом сам настрою, чтобы он мог свободно садиться и взлетать с башни, – наконец сказал он.

Поднял с пола покрывало, набросил мне на плечи. Я мгновенно снова в него завернулась и тихо спросила:

– Чьи это вещи?

– Моей матери.

Мне захотелось попросить лопату. Не для платья, для себя. Сразу закопаться, пока леди, в свадебном платье которой я рассекала, не вернулась домой.

– Она не будет против, – добавил Дамиан, заметив, что я кошусь на шкаф, – ее больше с нами нет.

Кажется, не только мы с девочками не можем говорить о том, как Эн стала призраком!

В глазах ловца плясал хаос, лицо будто закаменело.

Что случилось с его матерью? Почему его так раздражает ее свадебное платье? Вопросы, вопросы. Но я отлично помнила, куда хотелось послать любопытствующих, когда мачеха стала привидением, и потому промолчала. Подробнее о семье Дамиана спрошу у Рэйнара. А если он не в курсе, есть библиотеки, а в них – подшивки новостных листовок.

– Кто еще, кроме феи, может тебя навестить? – спросил Дамиан.

Ох ты ж… Похоже, про тигра защита тоже доложила. Надо каяться.

– Тигр. Как раз сейчас навещает. – Я постаралась выглядеть смущенной.

– Тигр? – Брови Дамиана насмешливо приподнялись.

– Лунный, – пояснила я, – знакомый Миреллы.

Фея поперхнулась храпом, исправилась и начала выводить рулады с таким вдохновением, что на люстре зазвенели подвески, и с них посыпалась пыль.

– Очень стеснительный, – продолжала я, прикидывая, как тигр мог поместиться в довольно компактный бугор под храпящей феей.

Дамиан тоже изучал холм из одеяла.

«Мирелла, ты куда тигра дела?» – мысленно позвала я фею.

«Съела!» – фыркнула та.

«И не подавилась?»

«Рога в зубах застряли, где-то под одеялом валяются».

«Верни зверя, будь человеком!»

«Мне и феей неплохо. А зверя я не забирала. Куда ты посадила, там и сидит!»

Мирелла сонно потянулась, «просыпаясь». И проворчала, глядя на ловца:

– Ходят тут всякие! Нет бы, как положено, с кольцом и сердцем, они с дозором!

Она снова закрыла глаза и вихляющим из стороны в сторону огоньком, словно после бочки рома, взлетела на балдахин, потом закопалась в складки и захрапела.

– Фея любви, – констатировал Дамиан тоном из разряда «все ясно, у некроманта легкое помешательство, поэтому зомби с одного погоста пошли войной на другой погост».

Храп Миреллы стал угрожающе громким. Он не намекал, а прямо говорил: у крылатой свахи внезапно появилась новая кандидатура на счастье во имя счастья.

Я вытащила руку из покрывального кокона, уцепилась за одеяло и потянула его на себя. Из складок выкатился белый в синюю полоску котенок с небольшими рожками.

– Это он, – сдержать удивление удалось с большим трудом, – лунный тигр.

«Согласись, так он занимает куда меньше места? – довольно заметила фея. – И пока ты не начала вопить, что я испортила зверя: он сам испортился. То есть уменьшился. Он тебе у окна пытался объяснить, что надо немного подождать и он станет мелким».

Дамиан подошел вплотную к кровати. Они с котенком уставились друг на друга.

– И давно он такой? – Ловец протянул руку.

Рожки на голове котенка вспыхнули магией.

– Какой? – уточнила я, стараясь смотреть на кроху так, словно у меня каждый день по десять тигров в котят оборачиваются.

– Без голоса и крыльев. – Дамиан все же дотронулся до котенка, несмотря на воинственно сверкающие рожки.

«Это тоже не я! – отозвалась Мирелла. – К тебе дефектный тигр пришел, ты и разбирайся. А я сплю!»

С балдахина донесся протяжный храп.

Рожки котенка погасли, потому что ловец нашел у него кнопку отключения боевого настроя: почесал под шеей.

Я неопределенно пожала плечами:

– Сколько его знаю, он всегда таким был.

Чистая правда, между прочим!

– А что с ним не так? – нахмурилась я.

– Ничего такого, о чем стоило бы беспокоиться. – Дамиан задумчиво изучал котенка.

Опять эта фраза? Все ясно. Он не просто недоговаривал, он явно утаивал что-то.

– Не забудь настроить защиту на фею и твоего тигра. – Дамиан поднялся с кровати. Скользнул взглядом по расшитому узорами вырезу, что так и норовил выглянуть из покрывала, в которое я куталась, как ежик в листья зимой. – Если захочешь проветриться, иди на башню. Из замка ни ногой.

– Я хорошо помню законы.

Вышла без старшего колдуна – готовь прощальную речь для сестер.

– Причина не в них. В округе появился некромант со своеобразными вкусами. Предпочитает сам переводить живых в статус мертвых. Если не хочешь попасть к нему в услужение вместе со своей храпящей феей, не высовывайся.

Таким тоном ребенку объясняют, что нельзя гулять по ночам, потому что там «плохой дядя». Только у нас дома этот фокус не прошел, мы с сестрами тут же начали выяснять у мачехи, кто такой этот неизвестный «плохой», как его отличить от остальных. И что будет, если взять с собой сковороду, немного магии и парочку зелий из подвала, тех, что с симпатичными скелетиками. В общем, мачехе пришлось проводить лекцию о видах сомнительных личностей и о причинах, по которым они стали такими. Чтобы не отлавливать нашу троицу, отправившуюся избавлять улицу от «плохих дядей».

Я с трудом сдержала улыбку.

Дамиан вопросительно приподнял бровь.

– Именно после подобных слов у нас с сестрами начинались приключения, а у мачехи и ее метлы практикум по альтернативным видам рыбалки, чтобы «рыбки», – я изобразила пальцами кавычки, – и приключения не встретились.

Балдахин насмешливо всхрапнул.

Дамиан улыбнулся уголками губ:

– Нашим родителям тоже приходилось тщательно подходить к формулировкам, чтобы не ловить нас с сестрой по окрестностям. Только вместо мачехи с метлой был дед.

Ага. Значит, у ловца есть сестра и дед. И скорее всего, мой колдун – он. А то, что именно он отлавливал внуков, было просто отлично! Я с ним точно договорюсь!

– Надеюсь, ты оставишь охоту на некроманта мне? – хмыкнул Дамиан.

Я кивнула: оставлю и отдам. И вообще, с момента получения письма из колледжа я очень примерная – на глаза попался котенок, пытающийся укусить одеяло – почти примерная мисс.

Никаких некромантов трогать не буду. Хватит, я тигра уже потрогала. Точнее, странную петлю на его шее… Погодите, а она, случайно, не заклинание этого самого некроманта? Очень надеюсь, что нет!

– Фамильяру скажи, – продолжал ловец. – Кстати, где он?

– Дома.

Брови ловца заинтересованно приподнялись.

– Полетел за моими вещами, – я выбрала вариант, за которым точно не последует куча вопросов.

У меня тут платье требует срочного переодевания. И фея скоро осипнет, изображая крепкий здоровый сон.

– А ты, значит, решила немедленно приступить к обучению? – подсказал Дамиан.

– Нет. Я невнимательно читала мелкий шрифт, и меня решили приступить, – призналась я.

– Внезапно открывающиеся магические пути – твой конек? – усмехнулся Дамиан.

– Скорее моя слабость.

Некоторое время он смотрел на меня. Не знаю, что он пытался высмотреть, но я тоже взгляд не отводила. Завороженно следила, как вспыхивают искры в темно-лиловых зрачках. Их становилось то больше, то меньше.

– Из замка ни ногой, – севшим голосом повторил Дамиан, отодвигаясь.

И стремительно вышел из комнаты. Словно я вот-вот брошусь следом с требованием взять меня замуж.

Я следом не бросилась. Я бросилась к шкафу. Чтобы снова не попасть впросак с платьем, отыскала в нижнем ящике пушистый банный халат.

– Нет, этот нам точно не подходит! – Мирелла выбралась из балдахина. – Нехорошо, когда у мужа в голове больше тараканов, чем у жены!

– Все должно быть поровну?

– А то! Одинаковое количество заморочек – путь к долгой счастливой жизни! – выпятив острый подбородок, заявила фея и вспыхнула фонариком.

– Стой! Я не разрешила защите тебя выпускать! – Я дернулась к исчезающему изумрудному огоньку.

– И не вздумай разрешить! Не бывает идеальной защиты. Я обязательно отыщу брешь, – прозвучало в ответ. – Нам нужен запасной выход для тех, кто захочет пробиться к твоей руке!

Котенок с грозным мявом свалился с кровати, яростно вспыхнули рожки. Но ловить уже было некого – Мирелла исчезла.

Похоже, ее желание найти того, кто вынесет мое семейство, росло с каждой минутой. Непонятно только, для чего ей понадобился запасной выход. Я охотно выстав… выпущу всех, кого она приволочет.

Зайдя в ванную, я быстро стянула свадебный подвох и накинула халат. Аккуратно сложив платье матери ловца, собрала свою одежду с пола, сунула в очистительный шкаф: лучший способ не надеть что-нибудь не то – вообще больше ничего не надевать из чужого гардероба. Вдруг халат на мне тоже кому-то дорог как память?

К слову о памяти. Совсем забыла, что у меня теперь есть целый фамильяр. И он уже давно должен был пообщаться с моими домашними и прилететь.

Глядя на прозрачную стенку очистительного шкафа, за которой водные жгуты крутили мою одежду, я позвала: «Рэйнар!»

«Я занят, – ворчливо ответил дракон. – И буду занят еще часа три, пока меня не погасят и не отморозят окончательно».

А с чего это мое семейство его так радостно встретило? Вряд ли сестрички просто так устроили ему демонстрацию сил.

«Что ты им сказал?»

«Добрый вечер!»

«И все?»

«Больше не успел – стал подгорающей ледяной статуей».

«А как ты это сказал?» – уточнила я, вспомнив, как быстро и эффективно дракон вызвал жреца.

«Тихо сказал. В окно. – Рэйнар прекрасно понял, куда я клоню. – Вежливо поздоровался. И сразу получил огнем, льдом и сковородой».

Представив радость семейства, увидевшего драконью морду в окне, я подавилась смешком: «В следующий раз заранее рычи».

«Да мне твоя мачеха уже прочла полный курс правильного попадания к вам в дом! – фыркнул Рэйнар. – Как только отморожусь, вернусь. Кстати, тебе тут баулы грузят. Так вот, я не верблюд, я дракон!»

«Ага, попробуй это моей мачехе скажи».

«Я и не осел!»

Сплошной зоопарк. Сильно ему, видать, сковородой досталось.

«Все, пока, а то мне тут хвост пытаются теркой для чистки рыбы потереть под шумок, похоже, на зелья».

Да, Эн никогда не упустит удобный момент пополнить запасы.

Едва я закончила говорить с Рэйнаром, как очистительный шкаф выплюнул мою одежду: выстиранную, сухую и страшно пожеванную.

Надеюсь, утюг здесь имеется?

Я сгребла свои вещи, прихватила свадебное платье и вышла из ванной. Тут же зацепилась полой халата за древко копья, прислоненного к стене, и чуть не упала на вертикальную пирамиду-подставку, из которой торчали рукояти мечей в ножнах.

Спальня буквально «обросла» витринами, стеллажами и стойками с оружием. Мечи, алебарды, копья, топоры и еще куча всяких непонятных штук, явно ударно-колюще-режущих.

С кровати на оружейную оккупацию смотрел котенок.

А у двери переминался с ноги на ногу кобольд. Похоже, вместо ужина он решил подать мне арсенал, причем без закусок и десерта.

– Выбирай! – Хедвик развел руками, показывая на витрины и подставки. – Подарок! Для тебя!

Зря я сказала, что мне нравится оружие…

Кобольд смотрел с умилением и счастьем, словно именно я была подарком. Вот как тут отказать?

– Можно взять все, что хочется? – Я покосилась на топоры.

Даже на вид самый легкий весил как половина меня.

– Да! – просиял Хедвик.

Я добралась до кровати, стараясь ничего не задеть, и сгрузила на нее вещи.

– А утюг тут есть?

– В шкафу, в нижнем ящике. Правда, там пластины для нагрева сели. Ты выбирай, а я пока принесу запасные. И ужин.

Довольно помахивая ушами, Хедвик ушел.

А я с тоской огляделась. Легко сказать – выбирай! Ладно, потом возьму что-нибудь небольшое, кинжал там или звезду для метания, одну. А что? И красивая, и за подарок сойдет.

По лабиринту из витрин и подставок я бочком подобралась к шкафу, распахнула дверцы и сразу увидела утюг. Хороший, большой, чугунный, с массивной изогнутой ручкой. Тяжелый даже на вид.

И только я к нему потянулась…

Глава 5

– Попалась, воровка! – рявкнул женский голос за спиной. И тут же предупредил злорадно: – Поворачивайся медленно. Дернешься, отправлю в хаос, даже призрака не останется! Думаешь, обошла заклинание, теперь все можно?

Воровка? Обошла? Ничего я не обходила. Я вообще магией не пользовалась. Разве что убрала петлю с шеи тигра.

Стоп! Петля… все-таки это было заклинание? Причем того самого некроманта, о котором предупреждал Дамиан. Но почему он не сказал, что он – это она?!

Стараясь не делать резких движений, я крепко обхватила чугунную ручку утюга и выпрямилась.

– Что топчешься? Давай быстрее! – с истинно женской логикой приказала некромантка.

Я развернулась.

Из полумрака освещенной камином комнаты на меня смотрела жуткая белая морда! Клыкастая и слегка светящаяся! С темными провалами глаз и всклокоченной белой шевелюрой.

Взвизгнув, я запустила в нее утюгом.

Морда прытко отскочила, утюг с грохотом врезался в стену и рухнул возле камина. Я дернулась к подставке с мечами. Морда… вернее, девица с кошмарной маской на лице начала подкрадываться. В одной ее руке клубился лиловый туман, во второй – булькала и светилась алым колба.

– Мирелла! – Мой вопль мог и мертвого пробудить и заставить бежать на помощь.

Но не фею.

Выдергивая из подставки мечи вместе с ножнами, я швыряла их в приближающуюся некромантку. Не попала ни разу, но попрыгать заставила. Под раздраженное шипение: «Все равно поймаю заразу!» – я опрокинула витрину, создав заслон между собой и летящей колбой с зельем.

Стекляшка разлетелась осколками, витрина тут же покрылась тонкой ледяной корочкой.

Я отпрянула к стойке с кинжалами.

– Серьезно? – развеселилась некромантка. – Да ты даже в дракона не попадешь!

Попасть не попаду, но отвлеку и освобожу дорогу к двери. А там котенка в зубы и бежать.

Но до кинжала я не успела дотянуться: с грозным рыком на кровати возник лунный тигр в полном размере.

В него тут же полетел сгусток тумана. Я кинулась к тигру: хватит с него некромантских заклинаний! Успела достать только до хвоста, цапнула за кончик и потянула. Тигр от неожиданности попятился. Сорвавшаяся с его сверкающих рогов магия серебром окружила балдахин. За моей спиной громко помянули всех моих предков. В ворот халата вцепились чужие пальцы, я лягнула ногой. Девица отпрянула, дернула меня за собой, я потащила тигра. Столбики балдахина затрещали, магия зверя обрушила плотную ткань на нашу сцепившуюся троицу.

– Мирелла! – просипела я, пытаясь выбраться из-под рухнувшей на меня девицы.

– Не поможет тебе твоя сообщница! Путь только придет, я и ее поймаю! – пропыхтела та.

Фея не поможет. А вот кое-кто другой очень даже! Драконы тоже умеют открывать пути.

– Рэйнар! – Я умудрилась вложить в один вопль просьбу и подробное описание полной и окончательной засады.

Чудом удалось перевернуться.

Когда есть сестры с даром, принцип «не ждать, пока маг вспомнит, что он маг» усваивается в первой дружеской потасовке за яркую ленту.

Сейчас на кону был не просто кусок ткани. Поэтому я вцепилась в противницу как клещ. И мы завозились, пытаясь пнуть, укусить, проредить шевелюры друг другу. Треклятая ткань балдахина давила сверху, полностью перекрывая обзор и мешая как следует замахнуться. Где-то слева громко рычал тигр.

– Взять! – скомандовала я, отплевываясь от попавших в рот волос.

Тигр воспринял приказ буквально: на нас обрушился тяжелый теплый пресс и вопросительно зафыркал. Похоже, он не знал, где я, а где некромантка. А я, как назло, уткнулась в балдахин и не то что говорить, дышать могла через раз.

Внезапно что-то гулко бабахнуло, пол содрогнулся, раздался треск, звон, грохот падающих камней и яростный рык. Явно не тигра, а кого-то покрупнее. Тяжесть исчезла, нас оторвало друг от друга, ткань балдахина слетела, словно ее сдернули.

Пламя в камине вспыхнуло ярче, и я, некромантка и тигр оказались внутри трех больших прозрачных пузырей, зависших под потолком. Внизу огромной медузой валялся балдахин, частично на кровати, частично на полу. А прямо из стены, на месте окна, у которого я недавно горела, торчала драконья морда в таком же пузыре.

Кажется, защита сработала…

– Попалась! – выдохнули мы с некроманткой.

И вышло у обеих так радостно и искренне, что мы с подозрением уставились друг на друга.

Входная дверь распахнулась, и на пороге возник довольный кобольд с подносом, заставленным тарелками с чем-то аппетитным. Счастливым его лицо было недолго – не заметить погром и дракона в стене Хедвик при всем желании не мог. Хотя, судя по тому, как он старательно моргал, кобольду этого очень хотелось.

– Наконец-то! – сердито сказала некромантка.

Стянула с лица местами потрескавшуюся маску, пригладила белокурые волосы. И только теперь, когда жуткая морда не отсвечивала перед глазами, я заметила, что одета девица была вполне обычно, в платье с плотным корсажем и открытыми плечами.

И кого-то эта блондинка мне напоминала… Точно! Дамиана: тот же цвет глаз, те же черты лица, только мягче, тоньше. «Сестра» – всплыли в голове его слова.

М-да, знакомство прошло с огоньком! Без пламени, но зажигательно.

– Где тебя носит, Хедвик? Я тут за воровкой гоняюсь. – Она кивнула на меня. – А ты чаи распиваешь?

– Я не воровка, – пробормотала я.

– И кто же ты? – развеселилась блондинка.

– Она ведьма. Наша. Младшая, – отмер Хедвик.

Водрузил поднос на уцелевший столик и с оханьем бросился к валяющимся на полу мечам.

– Ведьма? – Блондинка удивленно уставилась на меня, словно я враз стала обладательницей рогов, как у тигра, и зубов, как у дракона.

– Да, ведьма, – вздохнула я. Спохватилась и представилась: – Ариана Диммер, младшая ведьма Макса Брайса. А это… – Я ткнула пальцем в драконью морду, морда приветливо оскалилась, насколько это возможно, когда тебя плотно облепило прозрачной пленкой, – мой фамильяр, Рэйнар.

Блондинка замерла с занесенной рукой. Казалось, ее пальцы внезапно застряли в волосах. Хорошо так застряли, как в капкане.

Я показала на тигра, тот тут же уменьшился до состояния милоты полосатой:

– Мой знакомый, лунный тигр.

Блондинка прищурилась, выпутала пальцы из волос.

– Еще где-то в замке летает фея Мирелла, фамильяр моей мачехи… – Договорив, я сцепила пальцы, ожидая обвинений в разрушении замка и в том, что не пыталась представиться в процессе нашего забега по спальне.

Но блондинка вместо этого закрыла лицо ладонями и расхохоталась.

– Чем ты ее приложила? Кувалдой? – с подозрением спросил Рэйнар.

Ничем, я даже ни разу не попала… И тут я вспомнила нашу возню в балдахине:

– Тигром. Придавила. Совсем немного.

– Оригинальное применение нечисти, – с золотистого пути шагнул Дамиан, оценил драконью морду в стене, причитающего над заледеневшей витриной кобольда. И перевел взгляд на хохочущую сестру: – Я так понимаю, знакомство с твоей младшей ведьмой прошло удачно?

С ее младшей…

Я сердито покосилась на Рэйнара:

– Старичок, да?

– Ну… Мой брат был фамильяром лет двести пятьдесят назад, – задумчиво протянул дракон.

– Сколько?!

Маги и ведьмы с колдунами, конечно, живут долго, лет по двести. Люди тоже – благодаря эликсирам. Но дракон явно переоценил старичка.

Итак, здравствуй, моя старшая ведьма! Не старичок и даже не старушка.

– Макс? Ты меня слышала? – прищурился Дамиан.

Его сестра мотнула головой.

– Отлично. Когда успокоишься, не забудь вернуть стену назад. – Дамиан осмотрел обрушенный балдахин, россыпь камней, стекол с какими-то палками на полу и местами подпорченный склад оружия. – остальное тоже убрать.

Он щелкнул пальцами, что-то зазвенело и стихло.

– Я ведьма, а не каменщик! – сквозь смех выдавила Макс.

– Но ты же очень изобретательная ведьма, вот и сообрази что-нибудь. – Дамиан заметил торчащий из-под балдахина край треклятого свадебного платья, мрачно добавил: – Иначе в следующий раз нашу мать будешь встречать ты.

Но ведь их мать умерла? Или не только у меня родня призрачная в наличии?

Додумать не успела.

Пленка защиты испарилась, мы с моей старшей ведьмой с мужским именем Макс и котенком хлопнулись на пол, прикрытый балдахином. Дракон с рыком вывалился наружу, но тут же взлетел и завис напротив громадной дыры в стене. Котенок зашипел и стремительно вскарабкался на кровать.

Кстати… Почему ни меня с обрядом, ни потом фею с тигром в пузырях не подвешивало?

– Потому что защита замка срабатывает или при попытке побега без разрешения… – отозвался Дамиан.

Ой… Я что, вслух спросила?

– Или при непосредственной угрозе жизни, – договорил он.

Вот, значит, в чем дело. Какая из меня угроза жизни хозяину? Никакая. И сегодня, не обрушь Рэйнар часть стены с окном, так бы и скакали по комнате.

– Удачи, девочки! – насмешливо добавил ловец.

Путь вспыхнул и погас, Дамиан исчез.

– Ну что, младшая ведьма, – весело заговорила его сестра. – Давай по-нормальному знакомиться.

– Ариана, – невольно улыбнулась я.

– Макс. Это полное имя. Назовешь Макси или Максочкой, отблагодарю.

Конечно. Ведьмы же не мстят, это им законом запрещено. Они щедро и от всей души благодарят! Так, что не унести.

Она протянула мне руку. Я пожала тонкие пальцы побитой наставницы.

Куча вопросов крутилась на языке, но задать их я не рискнула. Чувство юмора у моей ведьмы есть, но вдруг оно не распространяется на имя? А мне еще с ней насчет учебы в каком-нибудь колледже договариваться.

Макс внимательно посмотрела на меня и усмехнулась:

– Спрашивай!

Нет. Не буду. Не буду! Не буду-у-у-у!

– Почему именно Макс? – Ну вот, не удержалась. – Это же мужское имя…

– Мужское, – кивнула Макс. – Но моя матушка была уверена, что у нее родится сын. И никто ее в этом не мог переубедить. Ни лекари, ни амулеты, ни папа. Да он особенно-то и не старался, зная ее упрямство. Собирался сам записать мое имя в храме. Но ловцов, как и огнеборцев, в любое время могут вызвать. Вот его и вызвали. Отправили на другой конец королевства, чтобы помог некромантам редкую нежить упокоить. А я именно в это время решила появиться на свет. В итоге, когда папа вернулся, то увидел Макса Брайса, слегка девочку. Хотела сама имя поменять, но не вышло.

Ясно. Изменить записанное в храме имя можно лишь в пятнадцать лет. Магам и обычным людям. А вот ведьмам и колдунам такая вольность дана, только если силы не проснулись. Проснулись до пятнадцати лет – живи как есть. Перепутал счастливый отец название бутылки и имя на листе, нарек Тушиком Пламенным – радуйся, что не Лупочкой Забористой.

Видимо, у Макс силы проснулись рано. А вот ее мать, похоже, та еще штучка. Таких упрямиц еще поискать надо.

– Раз все живы и здоровы, – шумно вздохнул Рэйнар, – я, пожалуй, на траву присяду. А то мне еще хвост изо льда отколупывать.

Драконья морда исчезла, через дыру стало видно звездное небо.

– Лед? – заинтересовалась Макс.

– Трава?! – возмутился Хедвик, и вместе со стопкой мечей, старательно собранных по комнате, подскочил к пролому. Макс, ловко лавируя между камней и палок, – к уцелевшему окну. Я, совершенно не понимая, с чего вдруг в спальне поднялась суета, за ней. Котенок остался на кровати. Он старательно нападал на ремень моей сумки.

– Клумбу не топчи! – рявкнул Хедвик, высунувшись в провал. – Элитные цветы, между прочим!

– Где? – хором спросили мы с Рэйнаром.

– Видишь, трава кругами подстрижена? – Хедвик высунулся еще сильнее, рискуя вывалиться вместе с мечами.

– Ну? – не понял дракон.

– Это они! Сам стриг! Секирой!

Макс распахнула окно, и мы с ней свесились наружу. Рэйнар выглядел так, словно сбежал из коптильни через морозильный шкаф, где и подцепил на кончик хвоста огромный кусок льда.

– Лед магический? – Макс с любопытством разглядывала увесистую прозрачную глыбу.

– Да, – ответила я, сползая с подоконника.

Грохнуться с такой высоты не хотелось.

– Клумба! – Хедвик сгрузил мечи на пол, вытащил из-за пояса нож, кровожадно уставился на Рэйнара.

Дракон насмешливо фыркнул, но быстро убрал кончик хвоста и айсберг с заросшего травой круга.

– Мне нужна проба! – радостно заявила Макс.

– Чего? – с подозрением поинтересовался Рэйнар.

– Льда! – выдохнула Макс. – Для готовки нет ничего лучше магического льда!

Я-то думала, что лед для готовки лучше брать в морозильном шкафу. А не с чужих хвостов.

– Копья, алебарды, самострел? – предложил кобольд, пряча нож, и потер руки. – Топор?

– Когти! – не согласился Рэйнар, отковырял кусок льда и ловко забросил в пролом.

Ледышка размером с мою голову лихо проскользила по паркету, оставив мокрую блестящую полосу, едва не сбила появившуюся фею и замерла, затормозив о ткань балдахина.

– Знаешь, Ари, тот, кто делал защиту, явно… – Мирелла заметила Макс и кобольда, – очень умный и практичный маг!

Моя старшая ведьма смотрела на нее с воодушевлением. Спрятав руки за спину, Мирелла заявила:

– Пыльцы не дам! Я фея, а не пудреница!

– А ты представь, какие украшения на торт я смогу сделать с ее помощью! – вкрадчиво начала Макс.

– Украшения? – поперхнулась Мирелла. – Ты еще статуэткой на маковке предложи поработать!

Она подпорхнула к котенку, отобрала у него ремень, вытащила сумку. Макс следила за ней, явно прикидывая размер взятки за пыльцу.

– Виноградное мороженое с шоколадной крошкой, – подсказала я.

А что, надо же налаживать отношения со своей ведьмой.

– Предательница! – фыркнула фея.

Макс понятливо улыбнулась. Подняла валявшуюся на полу маску, надела, подошла к куску льда и, присев, начала что-то в нем высматривать.

Мирелла доволокла до меня сумку, бросила под ноги и сердито скомандовала:

– Доставай бумагу, перо и пиши! Мол, жива, здорова, даже не покусали! – Она страдальчески сморщилась и потерла висок. – А то твоя мачеха мертвого поднимет и заставит танцевать. И все потому, что у некоторых драконов очень выразительная морда! И они там уже решили, что от тебя остались одни туфли!

Туфель как раз и не осталось. Ни одной.

– Эн! – простонала фея, обхватив руками голову. – Эн, зачем так вопить? Да слышу я, слышу! – Она повернулась ко мне: – Давай быстрее, они там уже метлу почти поймали!

Нет, нет! Прилетать им нельзя. Закон, чтоб его!

Торопливо подняв сумку, я выхватила из нее тетрадь, вырвала листок, достала перо, села на подоконник и кратко изложила оптимистичную версию своих приключений.

Случайно активировала путь, добралась до замка. Там встретила ведьму. А она была в маске. В очень полезной. Для красоты. Из таких, что вначале страшно, хоть воров отпугивай, потом знакомые завистливо спрашивают, когда ты хаосу душу продала за такую кожу. Ну вот я увидела то, что «вначале». И чуть в окно не выскочила. Потому и вызвала Рэйнара. Его помощь мне, конечно же, не понадобилась. У меня все хорошо. Собираюсь поговорить со своей ведьмой о колледже. Всех люблю.

Пока я сочиняла, Макс закончила осмотр куска и, довольно поглаживая кончиками пальцев бок ледышки, восхищенно выдохнула:

– Это же отличный лед, чистейший! Хедвик, тащи вниз коробки с кухни, собери лед с хвоста, я завтра его увезу. И этот кусок прихвати.

Кобольд глянул на нее исподлобья, со вздохом отложил поднятые мечи, сгреб ледышку и, недовольно шевеля ушами, отправился чистить хвост дракона.

Перечитав письмо, я отдала его Мирелле. Просмотрев скупые строчки, она довольно покивала, а потом выжидательно уставилась на меня.

– Защита, – сузив раскосые глаза, напомнила она.

Запихнув перо в сумку, я потянулась к запястью. Едва пальцы коснулись кожи, как вокруг руки возникла миниатюрная копия лиловой сферы. Глядя на нее, я сказала:

– Мирелла, фея моей мачехи Эн, выпустить.

Сфера вспыхнула ярче и погасла. Мирелла тут же засияла изумрудным огоньком и исчезла.

– Ты сразу на все время настраивай. – Макс сдвинула маску на лоб, подошла ближе, взяла с подоконника мою тетрадь с рисунками. – Чтобы не повторять каждый раз.

А так можно?

Я снова дотронулась до запястья. Сфера послушно появилась.

– Мирелла, впускать и выпускать всегда.

Сфера горела ровным светом и даже не собиралась становиться ярче.

Макс оглядела исчерченный символами сияющий шар на моей руке. Положила раскрытую тетрадь обратно на подоконник, провела по своему запястью. Когда у нее появилась точно такая же сфера, четко произнесла мой приказ. И ничего не произошло.

Вывод напрашивался сам: на все время настроить защиту не получится, придется давать команду каждый раз.

– Может, это из-за того некроманта, что на фамильяров и живых охотится? – предположила я.

– Может, – кивнула Макс, задумчиво глядя на сферу.

Потом убрала ее и почти побежала к выходу. В дверях опомнилась и обернулась:

– Я на кухню, у меня там тесто, наверное, уже подошло. А у тебя хорошо получается, – она показала на тетрадь, лежащую на подоконнике, – Хедвик вообще как живой. Тигр тоже.

И выскользнула в коридор.

Не знаю, что там за «тесто» внезапно возникло, но оно точно связано с защитой замка и тем, что Дамиан, похоже, ее изменил.

Снаружи донесся возмущенный рык дракона:

– Аккуратнее, я не ящерица, хвосты отращивать не умею!

Я развернулась и с любопытством высунулась из окна. Рэйнар с абсолютно чистым хвостом, изогнувшись, с подозрением изучал чешуйки. По лестнице быстро заползали коробки, наполненные колотым льдом. Сзади их поторапливал Хедвик. Едва последняя скрылась под козырьком крыльца, он нырнул следом.

Кажется, Макс без него не справляется со своим «тестом».

* * *

Дамиан стоял на башне и смотрел на темный и тихий Скалистый.

Именно таким должен был оставаться замок. Но Макс вписала свое имя в список старших ведьм, и вот результат: сюда свалилось юное дарование с фамильяром-драконом, любопытной феей любви и дефектным лунным тигром.

Впрочем, защиту он подправил. Куда не следует вся эта пестрая компания не попадет.

Дамиан прислушался к легким шагам на лестнице и усмехнулся: не утерпела, сама пришла.

– Прежде чем накинешься на меня с претензиями, дай сказать! – Макс остановилась рядом с ним, посмотрела вниз. – Я отлично помню, почему мы сидим тут как сычи на чердаке! И почему у нас больше нет слуг. Я просто хотела видеть кого-нибудь, кроме тебя и Хедвика.

Дамиан не поверил ни слову. Придется выяснять окружными путями, через кобольда, какого хаоса Макс приспичило обучать именно парня. И почему она передумала. Перед тем как подняться на башню, он проверил списки старших ведьм. И не нашел там своей фамилии. Значит, Макс больше учеников себе брать не хотела.

– Кого-нибудь, кто не испугался бы пустого замка! – сердито добавила та.

– Для «видеть» у тебя есть твое кулинарное сборище. Ты там сутками сидишь.

– Это не то. Там работа, а тут… Ну что может сделать одна ведьма, которая ничего толком не умеет?

– И теперь здесь две ведьмы, которые ничего толком не умеют, – насмешливо подхватил Дамиан. – И одна из них будет учить другую.

– Кстати, об обучении, – Макс придвинулась вплотную, вцепилась в рукав его рубашки.

– Нет! – весело сказал он. – Ты старшая ведьма, ты и учи.

– Старый черствый сухарь!

– Чем богат, – пожал плечами Дамиан.

– Ну и сиди на своей башне! А я все равно Ари чему-нибудь научу.

– Готовке? – подсказал он.

– И готовке тоже!

Макс развернулась, сердито грохоча каблуками, добежала до лестницы и притормозила:

– Почему ты защиту перенастроил, что происходит?

– Ничего. Твоя подопечная притащила с собой целую толпу, я немного подправил заклинание, – едва заметно улыбнулся Дамиан. – Лучше подготовь для нее план учебы. – И с легкой ехидцей добавил: – Ты же теперь старшая ведьма!

– Подготовлю. Счастливой тебе бессонницы, братец!

Глава 6

Что же тут происходит?

Затворив окно, я задумчиво посмотрела на раскрытую тетрадь, что лежала на подоконнике. И тут же забыла про странности обитателей замка. Потому что их заслонили мои собственные!

С разворота на меня смотрели лунный тигр и Хедвик. Все бы ничего, но, судя по дате под картинками, нарисовала я их вчера.

Что-то смутно забрезжило в памяти…

Точно!

Накануне вечером я наконец вытрясла из магистра обряд, а ночью долго не могла уснуть. Сначала крутилась в постели, потом бесцельно бродила по комнате. А затем села в кресло и принялась рисовать. Ну как рисовать… Просто бездумно водила пером, мысленно повторяя слова обряда. Там же, в кресле, и задремала. Проснулась, когда в соседних комнатах шумно забегали сестры. Быстренько поставила под чередой набросков дату, захлопнула тетрадь и, сунув ее в сумку, помчалась готовить завтрак.

И вот теперь, разглядывая результат ночного бдения, я пыталась найти объяснение тому, что вижу.

Сколько себя помню, я рисовала драконов, мантикор, келпи и других волшебных созданий. Не знаю, откуда образы брались в голове, но они всегда выглядели как живые. Мне оставалось лишь перенести их на бумагу. Людей я не рисовала – не могла, вместо них получались лишь точки и линии.

Моя мать – профессиональная художница – считала, что у меня дефект таланта. Но она ошибалась. Я все же смогла нарисовать человека. Винсента, сразу после того как он пропал. И не только нарисовать, но и поговорить с ним!

Хотя это все равно не объясняло, откуда на страницах тетради взялись тигр и кобольд. Рисунки всегда были просто рисунками. Я могла делать их в порыве вдохновения, когда не рисовать невозможно. И спросонья. И в горячечном бреду. И набрасывать на полях рабочей тетради, решая задания из колледжа. Но изображенные на них существа никогда не встречались мне в реальной жизни!

Пролистав несколько страниц назад, я присела на подоконник.

Ну привет, метла неожиданности!

На листах, помеченных вчерашним числом, нашелся еще один мой новый знакомый. Рэйнар! Дракон летел по звездному небу, окутанный лиловым сиянием.

Дракон, кобольд, тигр – в таком порядке я их нарисовала. И в таком же порядке я их встретила.

Дара предвидения у ведьм нет. Впрочем, как и способности выпутывать тигров из заклинаний некромантов…

Тряхнув головой, я поборола желание захлопнуть тетрадь. Подумаешь, непонятное предвидение появилось. Пока оно жить не мешает и дополнительных неприятностей не несет. И вообще, может, оно не всегда срабатывает?

Я просмотрела все наброски: после тигра шла грациозная ящерка с изящным телом на четырех лапах, длинным тонким хвостом и десятком голов.

Перед драконом имелся еще один рисунок: что-то вроде дымного марева, а внутри него – силуэт мужчины с перепончатыми крыльями за плечами и когтями на пальцах. Крылья я нарисовала тщательно, а вот все остальное только невнятными штрихами. Но я его нарисовала! Второй человек в моих рисунках. И его я точно не встречала. Может, этот крылатый – просто набросок Винса? С тех пор как он исчез, его внешность несколько изменилась…

Надо срочно проверить!

Я сгребла с подоконника тетрадь и сумку и пошла к камину, осторожно перешагивая через камни и палки. Странно, но стекол не было. Наверное, Дамиан убрал. Тогда еще что-то непонятно звенело.

– Эй, ты там живая или тебя на бутерброды пустили? – донеслось снаружи.

Я притормозила и оглянулась.

Напротив пролома висел Рэйнар, насмешливо скалясь.

– Из ведьм получаются отвратительные бутерброды, так и норовят проклясть или облить зельем, – улыбнулась я.

– Отличный настрой. Не теряй его, пока я не вернусь, – Дракон махнул головой, показывая куда-то назад, – а то на зелья пустят меня. Твоя мачеха. Ты, если кого бить соберешься, зови меня не так радостно, чтобы я твои вещи успел взять!

И эта драконо-ехидна улетела.

А я добралась до камина. Уселась перед ним на ковер поближе к решетке, открыла чистый лист и, закусив губу от нетерпения, начала выводить одну линию за другой. Они быстро складывались в четкий рисунок, я только и успевала нажимать на выпуклые узоры на пере, чтобы менять цвета.

Пять минут – и на листе появился вихрастый русоволосый парень.

Винс…

Он сидел на плоском камне, упрямо выпятив подбородок. Из-под потрепанных брючин выглядывали когтистые чешуйчатые лапы. Вместо одной руки бессильно повисло алое птичье крыло, второй рукой он что-то писал на отвесной скале сбоку от камня, на котором он сидел.

Что еще было вокруг него, я не видела ни разу. Лишь камень и кусок скалы рядом.

Оборотни встречаются только в сказках. Но в них они описываются как люди, способные превращаться в животных. В жизни такого нет. Люди – это люди, животные – животные, нечисть – нечисть. Но Винса я видела именно таким. Неудивительно, что стража мне не верила.

Закончив набросок, я разочарованно вздохнула. Винс выглядел так же, как при нашем последнем разговоре. И кто же тогда изображен на вчерашнем рисунке, кто тот тип с перепончатыми крыльями?

Придумать что-нибудь внятное не успела. Винс почувствовал, что я его рисую, и решил поговорить. Перо дрогнуло, пальцы будто прикипели к нему, и рука сама начала писать буквы на скале:

– Ари?

Винс был категорически против того, чтобы я проводила обряд, подсказанный мне магистром. Говорил, что сам справится.

За свое «сам» он получал регулярно от меня все три года, что мы были знакомы. Потом от меня и подросших сестер. Но все без толку. Стоило ему попасть в переделку, как тут же всплывало его «сам». Однажды, когда я его особенно допекла, он признался, что не хочет навлечь на нас неприятности. И наотрез отказывался понимать, что против его «сам» стоит наше «я не могу сидеть в стороне»!

На этот раз все было куда серьезнее. Но Винс упорно продолжал твердить дурацкое «сам»! Счастье, что я смогла разговаривать с ним через рисунки. Правда, рассказывала только про «официальные» варианты его поисков. Меньше знает, меньше ругается!

Я привычно нарисовала рядом с Винсом «свой» длинный свиток, на котором вывела в ответ:

– У меня тут неожиданно магия проснулась. Оказалось, я ведьма.

Рука моментально дернулась к скале.

– Ты ведьма? Шутишь? – переспросил Винс.

Чему удивляется? Прекрасно ведь знает, что моя мать из простых горожан. И кто протоптался по древу ее семейства, неизвестно. У самого та же история.

Я вздохнула и написала на свитке:

– Ничуть. Я самая настоящая ведьма. С фамильяром. Целый дракон Рэйнар. Мы уже к старшей ведьме перенеслись. Представляешь, ее Максом зовут.

Едва поставила точку, как комнату заполнила музыка. Та самая, странная, притягательная…

Котенок выкатился откуда-то из-под кровати. Высоко поднимая толстые лапки, дотопал до меня и уселся рядом с полой моего халата. Его рожки слабо мерцали голубым.

А музыка лилась, лилась…

– Винс, мне пора.

Похоже, у меня тут хвостатый «певец» нарисовался!

– Иди.

Надо же, какой покладистый! Иди Ари, учись быть ведьмой, а я пока крыло второе отращу и выберусь. И то, что я не знаю, где я и что меня держит в этом месте, мелочи!

– До завтра, Винс.

– До завтра. Нарисуй меня.

– Нарисую.

Быстро захлопнув тетрадь, я показала на котенка кончиком пера:

– Значит, это ты меня так звал?

Мы с пушистым негодником уставились друг на друга.

Он!

– А до этого, на крыше ратуши, был… Рэйнар?

Котенок кивнул и, грозно шевеля крохотной полосатой попой, прицелился прыгнуть на пояс моего халата.

– Эй! Ты что это собрался делать? Ты взрослый, гм, большой лунный тигр!

Мне в ответ насмешливо фыркнули. Рожки на голове хитро блеснули голубым.

– Стоп! Не колдовать!

Хватит с нас обрушенного балдахина!

Котенок демонстративно зевнул, показав острые зубки, – мол, и в мыслях не держал ничего такого! – потоптался и начал укладываться калачиком рядом со мной.

Значит, на ратуше Рэйнар, сейчас это чудо… Но я ведь не два раза слышала мелодию. Она звучала, когда обряд меня забросил к ловцу. И потом, когда увидела лунного тигра. Кто «пел»? Точнее звал? Тигр, наверное, не мог. Он же был под воздействием некроманта. Или… мог?

– Слушай, а твои голос и крылья… Они пропали после той петли на шее? – Я задумчиво пригладила волосы, все еще немного влажные.

Котенок кивнул, оставил идею сложить упитанное тельце кренделем и растянулся во всю небольшую длину.

– Нет! – я со смехом выдернула из-под него полу халата.

Он обиженно отвернулся.

– Не выйдет. – Я почесала розовую лапку. – У меня иммунитет и опыт.

Две младшие сестры – это вам не один мелкий манипулятор!

Дернув лапкой, котенок встал и с независимым видом залез на кресло.

– Спокойной ночи! – насмешливо пожелала я.

Интересно, почему именно я услышала мелодию? Почему я вообще ее слышу? Что это такое – мелодия? И зачем некроманту ловить живую нечисть, когда нежить в каждом болоте имеется? И что за искры появились, когда я сняла с тигра аркан?

Ответов у меня не было.

Затолкав тетрадь с пером в сумку, я бросила ее в свободное кресло, поднялась на ноги и заметила между тарелок на подносе новую пластину. Установила ее в найденный возле двери в башню утюг, откопала из-под балдахина вещи и погладила. Переоделась в ванной, сунула халат в стирку. Войдя в комнату, огляделась и решила, что хорошая уборка должна начинаться с хорошего ужина!

Сев в кресло у камина, я подтащила к себе столик с подносом. И чем же тут кормят? Говядина по-охотничьи на шпажках, жаркое из свинины, курица в винном соусе…

М-м-м…

Судя по обилию мяса, Хедвик все еще не терял надежды сделать из меня настоящего парня. Парня из меня, конечно, не получится, но съела я все. Даже ароматный отвар выпила до капли. И поняла, почему лорды после ужина посиживают у камина с бокалом в руке: объевшийся организм требовал устроить перерыв на «поспать».

Только вот обстановка ни к чему подобному не располагала. Шикарный разгром! Даже у нас с сестрами такого не получалось.

Тряхнув головой, я быстро собрала волосы в косу и приступила к уборке в одно лицо.

Первым делом стянула с кровати ткань балдахина. Обнаружила свадебное платье матери ловца. Отправила его в стирку. Пока магия чистила его и халат, я разглядывала живописно разбросанные по полу камни, залежи оружия, палки, которые оказались обломками вынесенной рамы и столбиками почившего балдахина. И не знала, за что взяться.

Взялась за кровать. Перетрясла ее, перестелила белье, отыскав чистое в шкафу. Затем вернула выстиранные халат с платьем на место.

И озадаченно уставилась на дыру в стене, красиво обрамленную с обеих сторон покосившимися светлыми шторами. Как и Макс, я ни разу не была каменщиком. Ни чуть-чуть.

Выдохнув, я подошла к дыре и решительно задернула шторы. Завтра спрошу у Макс, где найти лопату и тележку, чтобы вывезти весь хлам. Ну и сильные мужские руки к ним. Потому что мои собственные дрожали и тряслись после веселой ночи, за которую со мной случилось столько всего, что впору мемуары писать!

– Великолепно! – оценила я свою работу, падая на кровать.

Котенок насмешливо фыркнул с кресла.

– Не нравится? Добро пожаловать в отряд строителей-импровизаторов! – Я раскинула руки и уставилась на потолок, по которому плясали отсветы камина.

Становиться каменщиком котенок не хотел и засопел, почти как Мирелла, когда изображала храпящую фею. Улыбнувшись, я перевернулась на живот и вырубилась.

Разбудила меня мелодия. Музыка становилась то тише, то громче, казалось, она убегает и возвращается.

Сев на кровати, я потерла глаза и зевнула.

– Ты чего шумишь?

Котенок оказался под боком, на краю моей юбки. Он сонно мурлыкнул, непонимающе глядя на меня.

– Это не ты?

Полосатое чудо потянулось и потрясло головой.

Прилетели. Ну и кому я понадобилась?

– Рэйнар? – позвала я.

«Чего опять? Твоя мачеха с феей решили полдома упаковать. Сижу, жду, когда у них чемоданы закончатся!» – ворчливо отозвался дракон.

Значит, не он. И не фея. Мелодия снова стала громче и тут же затихла. Она словно звала за собой.

Я сползла с кровати, на ходу поправляя одежду, дошла до двери.

Сзади раздалось возмущенное мяуканье, потом шипение. И в мою ногу с разгона впились крохотные острые коготки. Подпрыгнув от неожиданности, я отцепила котенка.

Ну и куда деть этого помощника?

Прикинув размер, я вернулась за сумкой. Застегнула ее на поясе и сунула внутрь котенка. Тот, очевидно, в душе был крысом, потому как сразу начал шуршать тетрадью.

– Эй, нечего там когти точить!

Шуршание стихло.

Я осторожно открыла дверь и высунулась в темный коридор, освещенный одинокой свечой в витом канделябре.

Мелодия звучала издалека, из темноты. Словно кто-то звал меня туда, за поворот.

Вот только кто? Вдруг там нечисть, клыкастая, страшная и жутко злая? А защита не сразу поймет, что это угроза жизни? Ладно, все равно же сработает. По крайней мере, меня не загрызут насмерть, так… пожуют немного.

Подбадривая себя, я шагнула в темный коридор и потопала навстречу неприятностям, которые радостно ждали меня за поворотом. В замке, очевидно, экономили не только на услугах горничных, освещение тоже было ну очень экономным. Тусклые люстры, редкие свечи. Иногда я вообще ничего не видела.

Лестницы, переходы, тупики, доспехи, картины, двери, двери… И камины, горящие даже там, где, судя по слою пыли, давно никого не было. Зато пыль была везде. А кое-где и паутина.

Мелодия все вела и вела. Иногда казалось, что она звучит отовсюду. Но стоило остановиться, как звук снова отдалялся. И я шла.

– Где же ты? – вздохнула я, опустившись на ступеньку лестницы под тускло горящей свечой.

Мелодия играла где-то внизу. Странная мелодия: то спокойная, то быстрая, злая. Кажется, еще немного, и я смогу дотронуться до нее… или нарисовать?..

Пальцы зачесались, я потянулась к сумке, торопливо вытащила перо и тетрадь, нашла чистый лист.

И замерла, сама себе удивляясь.

Нарисовать музыку? Как мне вообще могла прийти в голову такая идея? С другой стороны, почему бы и нет? Кто сказал, что нельзя нарисовать то, что не видишь, а чувствуешь?

Только вот мелодия стихла, и рисовать стало нечего. Лишь котенок в сумке довольно урчал, заняв все свободное место.

Прижав к себе тетрадь, я привстала и перегнулась через перила. Внизу что-то мерцало алым. Словно на стене играли отсветы пламени. Очередной камин или я нашла того, кто поет?

Я спустилась к широкой каменной арке, осторожно подобралась ближе и заглянула.

Там был зал с колоннами. Углы тонули в темноте, а в центре горел круг из алых углей. От него, как лепестки от сердцевины огненного цветка, отходили четыре полыхающих круга поменьше. В них были заключены остальные стихии. В одном танцевали капли – вода, во втором сплетались вихри – воздух, в третьем парили частички камня – земля. И в последнем клубился лиловый туман со вспыхивающими и гаснущими искрами цветов всех стихий внутри – хаос.

Свет углей и мерцание пламени небольших кругов освещали поджарую фигуру в середине большого круга. Дамиан. Из одежды на нем были только свободные брюки.

Я собиралась тихо уйти, но тут Дамиан сделал пасс руками, словно отталкивал кого-то невидимого. Угли зашевелились и потекли вверх, складываясь в спираль.

Я прильнула к стене, стараясь не дышать. Я видела раньше круг стихии. Одной. Огненный у Софи. Из воды, точнее льда, у Кат. Мачехе круг был не нужен – силы ведьм не настолько велики, чтобы их контролировать.

Только сестры просто сидели в центре, медитировали.

А Дамиан будто танцевал… сражаясь с невидимым противником. И угли послушно следовали за его плавными движениями…

Алые искры и тлеющие огоньки закружились, поднялись к самому потолку, осветили сосредоточенное лицо с закрытыми глазами. А потом рухнули на пол, легли четко по краю большого круга.

Дамиан, не открывая глаз, протянул руку к каплям воды. Они медленно выплыли из своего круга и замерли над его ладонями, превратились в ледяную звезду, растаяли. Миг – и они снова затанцевали в своем маленьком огненном круге.

А над Дамианом уже сплетались вихри. Они то становились больше, то почти исчезали. Затаив дыхание я следила, как вихри возвращаются на место.

И танец Дамиана продолжался, но уже с подрагивающими камнями. Как же здорово, наверное, управлять сразу всеми стихиями! Это вам не крохи магии, доступные ведьме.

Камни тем временем вернулись в свой круг, так и не добравшись до рук Дамиана.

Как же красиво… Вот бы все это нарисовать! Только вряд ли получится. Ну а вдруг повезет? Появился же у меня неизвестный крылатый субъект на рисунке?

Я начала быстро делать набросок – увы! Вышли сплошные черточки.

Сунув тетрадь и перо в сумку, я погладила недовольно заворчавшего котенка, не сводя глаз с Дамиана.

Последнюю стихию, хаос, он не стал подзывать к себе, просто вытянул в его сторону ладонь, на секунду прикрыл глаза. Угли вспыхнули ярче, взвыл ветер, зашелестели камни, зажурчала вода.

На секунду мне показалось, что ловец стал выше, шире в плечах.

А потом все стихло, погасло и исчезло. Даже угли. В этот раз от них остался только пепел. Но и он, вспыхивая искрами, быстро пропадал. Лиловый сгусток хаоса тоже растаял.

Мелодия зазвучала совсем рядом: на противоположной стороне арки засияли синие огоньки, а потом появилась ящерица. Васильковая, яркая, светящаяся. Та самая, с моего наброска, с десятью головами. И все десять пар круглых блестящих глаз с любопытством таращились на меня. В передних лапах она держала очень знакомые туфли. Мои! Обе. И запутавшуюся в лохматой шкуре медведя, и брошенную на ночной дороге в стригоя.

Песня стихла. А ящерка – или гидра? Да, точно, маленькая гидра! – насмешливо зашипела сразу всеми головами.

Сумка на моем поясе тут же пришла в движение. Из нее с грозным мяуканьем выпал котенок. Увидел гидру и попытался до нее допрыгнуть. Она фыркнула и растворилась в темноте вместе с моими туфлями.

– Стой! – вырвалось у меня.

Котенок с возмущенным шипением закрутил головой. Он светился голубым, точно фонарик.

– Снова случайно активировала магический путь? – прозвучало насмешливое из темноты.

Подпрыгнув на месте от неожиданности, я подцепила с пола котенка и подняла, как свечку. Пока я таращилась на гидру, Дамиан успел подойти к арке и теперь стоял в шаге от меня, вопросительно изогнув бровь. Очевидно, ждал внятного объяснения: с чего вдруг я, точно таракан по кухне, бегаю по замку посреди ночи.

– Гидра… – показав на стену, выдала я, – у нее мои туфли!

И уставилась на почти одетого ловца, которого все еще очень хотелось нарисовать… хоть как-нибудь.

– Я заметил. – Он высунулся из арки, вгляделся в темноту, я чуть отступила. – Стащила из моего кабинета. Иза любит таскать все, что плохо лежит. Макс даже маску из закромов достала специальную, чтобы видеть скрытую магию, но пока она ей не очень помогает. Иза пугается только силы некроманта, но, правда, ненадолго.

– А откуда она тут взялась? – Я наконец смогла выловить из роя вопросов тот, что даст самый подробный ответ.

– Это результат неудачного знакомства Макс и ее новой метлы. Их обеих занесло прямо в гнездо гидры. Занесло качественно, от гнезда ничего не осталось. Иза была так рада гостям, что чуть ими не закусила. Но Макс быстро предложила ей пожить в замке.

– И «пожить» затянулось? – предположила я.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.