Феликс Гараев
Город без солнца

Повесть основана на реальных событиях.

Имена персонажей изменены

Пролог

Второй месяц осени в Петербурге навевал безнадежную тоску и глубокую печаль. Сойдя с поезда на перрон Московского вокзала, я не испытал прежних романтических чувств, которые обуревали меня летом. Здесь все также привычно суетились люди, спешащие по своим делам – счастливчиков среди них встречали теплыми объятьями их родные и близкие. Увы, такая участь счастья миновала меня. Ноги, точно налились свинцом, отказываясь подчиняться. Моя цель – добраться до квартиры старушки бабы Нины. И когда я об этом подумал, мне немедленно захотелось вернуться в привычную зону комфорта – в родительский дом, где было хоть и скупо на комплименты счастья но, по крайней мере, все устроено и отлажено. Здесь же, в Питере мне предстояло все начать с чистого листа…

Дожди в Питере – обыденная повседневность. Затянутое серой пеленой небо было лишено всякой надежды на солнечный просвет. Дождливая погода еще больше удручала и без того скверное настроение. Однако, если я – здесь, значит для чего-то это нужно…

Маршрутный автобус «Э-187» следовал от Московского вокзала до Проспекта Косыгина. Мне понадобилась сноровка, чтобы втиснуть сумку с вещами в автобус и самому при этом не остаться за дверьми. Водитель был занят дорогой и, разумеется, воспользовавшись ситуацией, я поступил «по-казански» – вышел, не оплатив проезд. Совесть меня не мучила, а вот тяжесть спортивной сумки сбивала шаг. Наконец, дотащившись до нужной мне «девятиэтажки», настроение мое заметно улучшилось…

***

Баба Нина наводила порядок в квартирке – подметала пол. Встретив меня, она оживилась и попросила обождать в зале, пока готовился обед. Я перешагнул порог квартиры, повесил пальто и прошел в комнату. Здесь царила атмосфера безнадежного одиночества. Только сейчас я осознал, какой жизненный этап мне предстоит пройти…

Квартира бабы Нины была лишена комфорта, да и уют здесь тоже был не частым гостем. Заставленная коробками с какими-то ненужными вещами комнатушка напоминала склад. Старый советский сервант вдоль стены сужал жизненное пространство и без того маленькой комнатушки. И вот здесь мне предстояло провести, Бог знает сколько времени. Я вдруг ощутил значимость бытовым вещам. Раньше я не придавал им большого значения. В моей, уже прошлой жизни складывалось ощущение, что предметы быта падали с неба. Ведь я никогда ничего не покупал сам, ибо в этом не было практической нужды. К тому же, в этой чужой квартирке, мне нужно было приспосабливаться к спальному месту, кухне и ванной. Я посмотрел на себя со стороны и увидел беспомощного, несчастного и одинокого молодого человека. За душой у меня ничего не было: ни крепкой семьи, ни капитала, ни опыта жизни. Время на мгновение остановилось. И я услышал тишину – нарастающую, пугающую и мрачную. Так продолжалось какое-то время. И только тиканье настенных часов вернули меня в бытие реальности. Что ж, смирение и терпение – необходимые попутчики в новых жизненных условиях.

С кухни послышался голос старушки.

– Обед готов.

Я подумал о том, что должен скромно поблагодарить ее и, глотая слюну ответить отказом. Но я согласился разделить с ней трапезу. Старушка пожарила картошку с салом и запарила чай.

– Ты надолго в Ленинград?

– На пару дней, – сознательно соврал я. – Сейчас мне нужно на Невский.

– Куда же ты? На улице дождь…

– Он придает мне сил.

Глава 1

Без прописки и регистрации

С неба беспрерывно падали капли дождя, скапливаясь на дорогах в лужи. Воздух был насыщен ароматом осени. На Невском Проспекте жизнь не прекращалась. Яркие вывески туристических компаний привлекали внимание, как магазины с игрушками в детстве. Я готов был зайти в первую компанию и узнать по поводу работы, но вдруг остановился и задумался. Стоп! Никаких важных дел в день приезда. Сегодня я не готов искать место под солнцем. Пусть наступит завтра. Завтра же, начну действовать. И как только я отпустил ситуацию, душа обрела спокойствие.

Однако я стал осознавать свою цель…

Цель – найти работу, связанную с путешествиями. И на всякий случай, чтобы не терять хватку я переступил порог ресторанчика «Пицца Норд». Мало ли, вдруг атмосфера общепита меня затянет вновь. Симпатичная брюнетка с глазами, как две яркие звезды, что стояла за барной стойкой вручила мне анкету. Я небрежно перехватил ее и стал заполнять. И пока заполнял, все больше понимал, что не имею ни малейшего желания возвращаться к работе официанта…

– У вас регистрация есть? – послышался голос над головой.

Я поднял глаза и увидел перед собой крупную блондинку с лицом, не познавшим женского счастья. Ее серые глаза недобро сверкали, сканируя меня с ног до головы. У нее был двойной подбородок и тонкие поджатые губы. Впрочем, ее внешний вид соответствовал названию заведения.

– Не-а, – брезгливо покачал головой я.

– Для начала вам нужно зарегистрироваться по месту жительству.

Я вышел, не прощаясь и, направился на Сенную Площадь, где можно было оформить формальную регистрацию по сносной цене.

День сменился сумерками. Вечерняя мгла медленно опускалась на мокрый город без солнца. Пора возвращаться в квартиру, но я не хотел. Ведь мне предстояло сказать бабе Нине правду, что задержусь я в Питере надолго. Вдруг она откажет и что делать дальше? У меня не было знакомых, кто смог бы приютить меня и, не было свободных денег на аренду отдельного жилья. У меня не было и конкретного плана…

***

Ночью, когда баба Нина ушла в сон, я закрылся в крохотной кухне, заварил кофе и под тусклым светом лампы набросал на бумагу план действий. Я не знал, что ждет меня в этом городе, но интуитивно чувствовал, что следую по верному пути. И первое, что следовало сделать – это устроиться на работу. Но чем конкретно заниматься в Петербурге я не знал. Мой жизненный багаж был скудным. Я не имел профессии и высшего образования, и у меня не было навыка вождения автомобилем. В мои двадцать пять мне приходилось все начинать с нуля. Хотя, кое-что я все-таки имел – характер…

Помните, как окружающие говорили: «Нынче без диплома никуда. Сначала окончи институт, потом ищи свое место в жизни». Вы знаете, все это полная чушь! Однажды я плюнул на эти установки и стал жить по собственному плану. Бросил институт, осознав, что никогда не стану трудится по выбранной специальности, уволился с ограниченной в перспективном отношении работы и стал писать книгу… Сейчас я здесь – в Питере. Это и есть мой путь. Приехать сюда – это выбор, который я сделал вполне осознанно. Хоть у меня и не было конкретной профессии, но кое-чем я все же обладал: самообладанием, авантюризмом и стремлением достичь желанной цели. Ну и, конечно же, навыки официанта являлись хорошим подспорьем, чтобы закрепиться в незнакомом городе. К тому же, официант всегда при деньгах и что важно – сыт.

Ладно, хватит пустых рассуждений. Не знаю, как вы… я – спать.

***

На выходные старушка уехала к подруге. Я безвылазно провел в ее квартире, пока улицу заливало дождем. И в этом было что-то особенное, потому что мне ничего не нужно было предпринимать в отношении будущего. Я просто осмысливал свою никчемную жизнь и, наверное, был счастлив. Когда баба Нина вернулась, набравшись мужества, я рассказал ей о своем намерении задержаться в Питере надолго. Старушка задумалась. Ей было нелегко принять решение. Между нами была глубокая возрастная пропасть, как минимум лет в шестьдесят. Мы не являлись дальними родственниками. Мы были просто случайными знакомыми. Однако она тихо произнесла: «Хорошо, пока оставайся. Время покажет». Это была очередная маленькая победа. Основная задача с жильем – решена, теперь осталось найти подходящую работу.

И я стал искать…

Глава 2

Почувствовать свое место

Что еще я умел делать, кроме как подавать блюда гостям? Невский проспект – лучшее место для поиска. Глаза разбегались по ярким рекламным вывескам «Кофе Х», «Мак и Дон» и «Шоколадница». После неуверенной прогулки по Невскому проспекту я заглянул в арку помпезного здания в стиле русского барокко и оказался во внутреннем дворике с разных сторон окруженный стенами, галереями и воротами. В центре находилось дополнительное деревянное сооружение – ресторан с многообещающим названием «Дворик». Я долго не решался войти внутрь. Преградой служила какая-то невидимая стена. Ведь как только пытаешься убедить себя, что тебе это нужно, уверяю вас, вам это точно не нужно! Но я все же решил испытать судьбу…

Ресторан больше напоминал дешевую пивную. В гостевом зале стоял запах сигарет и поскольку я не имел привычку курить, мне немедленно захотелось покинуть это гадкое место. Однако навстречу вышла симпатичная блондинка и, улыбнувшись, подошла ко мне настолько близко, что я ощутил аромат ее женственности. Столь фривольное общение характеризовало ее, как жительницу деревни или маленького городка. Она оказалась добродушной, разговорчивой и гостеприимной. Мы побеседовали всего несколько минут, и мне показалось, что между нами возникла взаимная симпатия. Девушка представилась Светланой, она просила выйти завтра на стажировку. Можно лишь вообразить какая публика собирается здесь к вечеру. Вполне вероятно, официантам частенько разбивали пепельницу об голову, обижаясь на несвоевременно принесенный заказ. Я покинул «Дворик» и дабы не терять времени даром, стал захаживать в каждое заведение, где требовались официанты или бармены. И вроде атмосфера, предположим в кофейнях, располагала, подкупая тихой музыкой, приглушенным светом и минимальным ассортиментом меню, но главный минус, с которым мне трудно было смириться – прокуренные залы…

Вечерело стремительно быстро. Петербург затянула пелена молочного тумана. Я не спешил домой. Я тянул время до последнего. Мне хотел вернуться в квартиру, когда старушка уже будет спать. Я не хотел с ней встречаться. Я хотел быть в квартире один…

***

Мне снился странный сон…

Во сне я был один посреди безлюдного парка Петрова, что на задворках Кировского района. И улицы были пустынны и безлюдны. И тут замечаю толпу местных ребят из группировки «Грязь», спешно направляющихся в мою сторону. Они окружили меня толпой и поинтересовались, нет ли у меня денег. Чувствуя исходящую от них угрозу, я наношу удар первым. Завязывается драка. Но удары мои становятся тяжелыми, и я не могу довести их до конца. Начинаю убегать, но мои ноги не подчиняются мне. Я лишь слышу злобный голос их лидера: «Мы придем за тобой и забьем тебя до смерти!»

И вот я дома, но страх не отпускает меня. Он маленькой язвой поселился в моем сердце. Я запер двери и встретил в кухне отца. Он говорит, что теперь из-за этой драки его не примут на новую работу. Я разозлился на него и что есть мочи стал кричать: «Ты никогда не понимал меня!» Усмехнувшись, он подошел к старому проигрывателю и включил его на полную громкость…

Я с трудом разлепил веки и не сразу понял, где нахожусь. Где я, – дома? Нет, в Петербурге, в квартире у старушки. Из-за ограниченного слуха баба Нина прибавляет звук радио на полную громкость. Я просыпаюсь, но не до конца и вновь проваливаюсь в сновидения…

Я вышел из дома на улицу в опаске увидеть своих врагов. И они встретили меня у подъезда. Один из них с наглым лицом обещает доложить тому, кого я ударил. И я снова бегу…

Утром мой слух делается чувствительным и восприимчивым к любому звуку. И меня, естественно начинает раздражать громкий голос ведущего на радио. Но что делать, это квартира бабы Нины. Она здесь хозяйка, я – гость. Время подниматься с постели, но на улице еще темно. И первый шаг, я делаю с большим трудом. Мне трудно заставить себя делать то, чего мне вовсе не хочется. Однако покоряюсь судьбе и направляюсь в центр города на стажировку во «Дворик»…

***

И снова те же чувства, точно предо мной невидимая стена, не впускающая внутрь этого гадкого заведения. Не так страшен черт, как его малюют. В ресторане было тепло, а в компании молоденьких официанток уютно и комфортно. Они предложили чай, я согласился. Вскоре появилась старшая официантка Лилия с потухшим взглядом. Черноволосая, худая и высокая. Она позвала коллегу, представив его Ваней, и дала указание разложить по столам пепельницы. Конопатый рыжеволосый Ваня с серьгой в ухе имел женственную походку и свойственную «голубым» манерность. Мы втащили с ним в ресторан обогреватели, а затем спустились на мойку. Здесь предстояло натереть фужеры до кристального блеска. И все бы ничего, но прокуренный зал, манерный Ваня и девушка руководитель не вписывались в мировоззрение патриархального уклада моей жизни. Да и обед для персонала намечался только в пять вечера…

Все, с меня хватит!

И я ушел по-английски…

***

И вот я снова на Невском…

Что делать и куда податься, задавал я себе философские вопросы. И я отправился на поиски бюджетной закусочной, прекрасно понимая, что на голодный желудок не покориться ни одна вершина мира. И пока искал, вдруг обратил внимание на помпезный фасад отеля уровня пять звезд «Невский Палас». В этот момент я ощутил вибрации по всему телу и возвышенные чувства, как в период влюбленности. В глубине души я услышал голос: «Это твое, просто попробуй!» Я задался вопросом: «Что потеряю, если вдруг мне откажут в работе?» Голос подсказал: «Если не попробуешь, точно потеряешь!» Жизнь – есть игра, и я решил сыграть партию, направившись к главному входу в отель. Услужливый швейцар в бордовой ливрее предусмотрительно распахнул передо мной двери. Я кивнул в знак благодарности и чинной походкой направился в приемную.

– Чем могу помочь? – Вежливо поинтересовалась зеленоглазая брюнетка за стойкой регистрации.

– Я по поводу сотрудничества. – Уверенным тоном начал я, а затем улыбнулся и шепотом произнес. – Как мне поговорить с начальником отдела кадров?

Она назвала четыре цифры служебного телефона. Минуту спустя я уже сидел в кабинете начальника отдела кадров. Молодая обаятельная Жанна Дмитриевна задала несколько вопросов. И на каждый из них у меня был готовый ответ.

– По паспорту я вижу, вы приезжий.

– Да, все верно…

– У вас есть регистрация?

– Есть.

– Хорошо. А опыт работы официантом?

– Я работал в ресторане «Мезон Гриз».

– Трудовая книжка у вас с собой?

Я протянул, Жанна Дмитриевна улыбнулась и добавила:

– Все свое ношу с собой! Я смотрю у вас все документы.

Я также протянул медкнижку.

– Так, так, – улыбнулась она. – Медкнижка уже не подойдет, срок годности истек. Мы дадим вам направление. Пройдете медкомиссию за свой счет, а с первой зарплатой мы возместим вам все расходы. Вы знаете, зарплата у нас невысокая.

– Мне нужно с чего начать.

– Вы правы, – согласилась женщина. – Начинать с чего-то нужно. К тому же здесь трехразовое питание. Когда вы готовы приступить к работе?

– Завтра.

– С понедельника следующей недели и приступите. А пока, пишите заявление о приеме на работу и проходите медкомиссию.

Что это, удача или закономерность? Я ведь почувствовал это место всеми фибрами души. Интересно, отель меня выбрал или же я отель? Я поставил подпись в трудовом договоре. Секретарь сфотографировала мой фас и через несколько минут вручила готовый пропуск в отель. Жанна Дмитриевна протянула ключ от раздевалки. Меня определили в должность официанта банкетного зала. Это место оказалось лучшим из тех, что я выбирал последние пару дней. Зарплата мизерная, но раз я здесь оказался, значит для чего то, это нужно! Здесь можно было провести зиму, привыкнуть к городу, осмотреться. Как раз появиться первый опыт работы в отеле. Дальше будет видно…

В «Невский Палас» заселялись гости со всего мира. Коллектив молодой, интернациональный и разнообразный. Да и английский язык подтянуть можно. После прокуренного «Дворика», отель казался даром небес. Эйфория маленькой победы слегка вскружила голову. Но если душа парила в облаках, то расчетливый разум подсказывал: «как только начнется работа, вскроются и подводные камни». Может и так, но будет это только в понедельник. Я чувствовал, что отель – ключ к заветной мечте – найти работу, связанную с путешествиями…

***

Я не стал пренебрегать назначенной встречей с менеджером «Кофе Х», о которой договорился заблаговременно. Да, да, совсем забыл упомянуть об этом. Я просто хотел умерить чувство собственной важности. Перешагнув порог кофейни, я поднялся на второй ярус, где находился офис менеджера, испытывая при этом чувство тошноты от скопившегося запаха табачного дыма. Ухоженная девушка приятной внешности попросила обождать меня некоторое время. Я расположился за столиком, глядя сквозь панорамное окно на улицу города. Питер – живой город и чем больше любуешься им, тем сильнее он раскрывается в красоте серых зданий и золотой осени.

– Здесь малоприятно находится, не правда ли?

Женский голос явно обращался ко мне. Я повернулся и встретился взглядом с женщиной чуть старше бальзаковского возраста. Она напряженно сидела за столиком и торопливо пила кофе.

– В зале много курят. Терпеть не могу, когда люди курят. А вы курите?

– Нет.

– Курение вредит здоровью. Это первый и последний раз, когда я посещаю это заведение.

Я на мгновение задумался, улыбнулся, затем поднялся с места и покинул «Кофе Х».

***

Помните «Пассаж» на Невском? Я направился туда, чтобы перекусить. Ушедшим летом я случайно встретился здесь с Сержем, наивно полагая, что он оплатит мне перелет в Лондон и устроит работать в «Центр Эзотерических Исследований». Такое бывает лишь в голливудских фильмах. За тебя никто не осуществить твою мечту! Пробивайся в жизни сам и не рассчитывай на чужие силы. Вот когда раскроешь свой потенциал, тогда люди сами потянуться.

Борщ без мяса и тефтели с гречкой оказались кстати. Но мне хотелось выпить кофе, и сделать это я решил на полюбившемся мне канале Грибоедова. И пока я искал подходящее место, мое внимание привлек художник, бросавший цветные мазки на белый холст. Возраст его переваливал за пятьдесят. Он был одет в элегантное черное пальто и серую беретку. Аккуратно подстриженная бородка выдавала в нем человека интеллигентного. Глаза небесного цвета передавали истинную глубину романтизма. Он был классическим питерским художником, кто не утратил надежду зарабатывать своим ремеслом достойные деньги. Художник рисовал «Спас на крови»…

– Молодой человек, – обратился он ко мне. – Покупайте картину. Я закончу ее рисовать через пару часов. Что скажете?

– Предложение заманчивое, как-нибудь, в следующий раз.

– В следующий раз я буду рисовать что-то другое. Кстати, вы были внутри храма?

– Ни разу.

– Вам нужно там побывать. Удивительное место. Вы же знаете, храм построили на месте убийства русского Царя Александра Освободителя?

– Это мне известно.

– Фрески в храме создавались из мозаичного панно. Потрясающе…

Петербург – один из самых посещаемых туристами городов в мире. Здесь были музеи, театры и старинные дома, стены которых до сих пор помнят Достоевского, Пушкина и других великих русских. Вход внутрь храма «Спас на крови», разумеется, был платным. Имея трудности с деньгами, я привык находить способ посещать подобные заведения абсолютно бесплатно. Приблизившись к ограде храма, я увидел огороженное место, увенчанное венком мученика русского императора Александра Второго. Исторические места с детства трогали меня до глубины души. На этом месте и был убит русский царь. Кассир на входе проверяла купленные билеты. Я же направился к выходу нарочито деловой походкой и, не оглядываясь по сторонам, вошел внутрь. Тут тоже сидела девушка смотритель, устало поглядывая на посетителей через линзы очков. Рабочий день ее заметно утомил. Она лениво посмотрела на меня и на всякий случай поинтересовалась:

– У вас билет есть?

– Есть, – серьезно ответил я и смешался с толпой.

И вот я внутри…

Признаться честно, эстетом я не был. И любоваться будь то фресками мозаичного панно или гениальной театральной постановкой, не вызывали у меня никаких эмоций. Напротив, подобные занятия всегда казались мне пресными, скучными и безынтересными. Я пробежался взглядом по собравшейся публике, искренне любовавшейся внутренним убранством собора. Мое внимание привлекла только одна девушка, которая эстетом, так же как и я, явно не являлась. Она выглядела привлекательной, но чего душой кривить одеваться не умела. Кожаная куртка абсолютно не сочеталась с бриджами, а белые сапожки совсем не соответствовали дождливой питерской погоде. Признаюсь, я и сам выглядел ничуть не лучше. Вышедшее из моды серое пальто, пестрая рубашка и слегка зауженные брюки не выдавали во мне гангстера, на которого я так стремился быть похожим.

Однако, я подошел к девушке и заговорил с ней.

– Скажите честно, вы здесь не из-за любви к истории, а исключительно из праздного любопытства, верно?

Девушка захлопала длинными ресницами, обдумывая сказанное. Вблизи она оказалась так же хороша, как выглядела издали. Правильная осанка, черные волосы и аккуратная фигура вполне отвечали требованиям моего вкуса.

– Вы правы, ничего особенного. Я здесь чтобы скоротать время.

– Предлагаю его не коротать, а растянуть за чашкой кофе, но за пределами храма. Что скажете?

– А ты быстрый, – она улыбнулась.

– Обидно упустить шанс знакомства с особью прекрасного пола.

– Особью??? – она тихо посмеялась и спросила. – И часто ты так знакомишься?

– Всегда когда вижу понравившуюся особу. Не желаю упустить судьбоносную встречу!

– Интересно…

Она представилась Полиной. Приехала в Петербург из Сибири на разведку города. Полина работала в отделение барнаульского «Сбера» кассиром, и в заслуженный отпуск решила одним выстрелом убить только одного зайца – посетить культурную столицу, чтобы понять, стоит ли сюда переезжать.

И как она согласилась пойти со мной? В сером пальто я выглядел нелепо. Видимо она подумала, что я из питерской интеллигенции. Мы расположились в кофейне, где я заказал две чашки кофе, заведомо склонив ее сделать заказ в пользу бюджетной цены. Платил то я.

– Ты давно здесь живешь? – с энтузиазмом спросила она.

– Меньше месяца. – Наивно ответил я, в надежде, что она оценит правду.

– Так мало… Где-то работаешь?

– Только сегодня устроился в отель официантом.

– Хм… – энтузиазм ее смыло волной брезгливости. – И сколько они обещали платить?

– Обещали, что на скромные нужды хватит.

– И стоит ли овчинка выделки?

– Нужно же с чего-то начать. Тебе доводилось переезжать в другой город?

– Вот я и думаю об том…

– У тебя есть мечта?

– Никогда не задумывалась об этом. Хотя, мечтаю погасить кредит за стиральную машину и купить автомобиль.

Я рассчитался за кофе, не вынимая купюр из кармана. Повисло неловкое молчание. Ситуация требовала что-то сказать. И я с трудом выдавил из себя:

– Идем, я тебя провожу.

– Мне на «Владимирскую»…

– Это здесь рядом.

Я проводил ее до станции метро и, расставшись, почувствовал облегчение. Полина оказалась самой обычной девушкой, ничем не отличаясь от большинства. Она была слишком приземленной натурой и в ней отсутствовала глубина. Интересно, а что она подумала обо мне. Хотя, это неважно, ведь ей со мной, точно не по пути…

Глава 3

Рабочие будни

Когда ты на территории родного города, многие даже незначительные жизненные задачи решать гораздо проще. К примеру, чтобы получить медицинскую книжку, мне требовался один звонок другу. И он доставил бы ее к моим ногам в течение часа за символическую плату. При этом мне не нужно было бы унижаться – стоять в бесконечных очередях, тратя драгоценное время на сдачу анализов. В моем городе все решали связи. В Петербурге тоже все решали связи, которых у меня, разумеется, пока не было…

Медицинский центр, в котором мне требовалось пройти комиссию для допуска к работе, находился неподалеку от станции метро «Приморская». Питер в отличие от Казани имел протяженные улицы и широкие проспекты. Я блуждал в поисках улицы Наличной минут пятнадцать, после чего удача все же улыбнулась мне. Однако проделанный путь от проспекта Косыгина до Наличной заметно утомил меня, потому что это было путешествие через весь город…

Медцентр размещался на первом этаже жилой «пятиэтажки». Коридор был заполнен молодыми людьми. Надежда познакомиться с медперсоналом, и поставить печать в медкнижку за шоколадку разбилась вдребезги. Применить опыт моего города в конкретный момент не представлялось возможным. У меня не было ни сил, ни рвения к авантюризму. Пришлось пройти все требуемые процедуры. И признаюсь, было унизительно стоять в непристойной позе перед красивой блондинкой, которая равнодушно брала мазок с пятой точки. Она делала это с легкой и холодной расчетливостью. Красивое лицо девушки не выражало ни единой эмоции. Она выполняла запрограммированную функцию подобно роботу. Я попытался разрядить обстановку и опустить в ее адрес шутку.

– Скажите, вам нравиться ваша работа?

Она обдала меня ледяным взглядом, от которого по моей спине побежали мурашки.

– Что вы имеете в виду? – стальным тоном спросила она.

– Этим странным предметом ковыряться…? Ну, вы понимаете…

Ответила она резко:

– Пошел вон!

Я нашелся быстро.

– А вы пойдете со мной?

Остаток дня я провел на улицах Петербурга, предвкушая первый рабочий день, прекрасно понимая, что он не запомниться мне. Я все еще не терял надежду найти здесь то, что искал. И мне почему-то казалось, что я на верном пути.

***

Петербург большой и растянутый город. Каждое утро, естественно, петербуржцы спешили на работу, а потому все трассы были до отказа переполнены транспортом. В первый рабочий день, я едва не опоздал, не рассчитав время в пути…

Коллеги по работе – студенты, молодые, озорные и беспечные. Общаться с ними было легко и просто, но безынтересно. Работа же оказалась еще скучнее. Мы расставляли столы в фойе и застилали их скатертями, поверх ставили аппараты с кофе, чашки и ложки. Все это предназначалось для людей, всем видом демонстрирующих свою респектабельность и деловитость. Они принимали участие в семинарах и конференциях. В течение дня мы меняли залы, этажи и делали одну и ту же работу. Меня попросили спуститься в гардероб, где мне пришлось принимать верхнюю одежду, обменивая ее на алюминиевые номерки. Я едва не сгорел от стыда. И это все, что я достиг в свои двадцать пять! Я захотел немедленно уволиться, взять билет на поезд и вернуться в родной город. Хотя, кое-что заставило меня в отеле задержаться – обеденный перерыв. Обед оказался сытным, добротным и вкусным. По характеру набора еды на поднос смело можно судить о благосостоянии конкретного человека. Признаюсь вам, я был абсолютно беден. Непросто беден, я был нищим. Мой поднос едва не разломился пополам от переполненных тарелок с едой. На первое я взял – грибной суп, на второе – спагетти и котлету по-киевски. На всякий случай добавил куриную отбивную с запеченным сыром, естественно салат оливье и апельсиновый сок. Я уплетал еду за обе щеки, надеясь утолить голод на год вперед. Я ел быстро, как коршун, опасаясь, что ее отнимут другие. Однако… Куриную отбивную пришлось отложить, а салат оливье поставить на поднос к соседу. Живот мой едва не лопнул, но преодолев себя, я через силу съел тирамису и выпил кофе.

После обеда естественно потянуло в сон. Я мечтал только об одном – завалиться в любое, невидимое от начальства место и подремать хотя бы минут тридцать. После обеда работы было вдвое больше. Мне оставалось только терпеть и ждать окончания трудового дня. Эта бестолковая работа соответствовала мне, как личности. Если я работаю здесь, значит, я достоин такого труда. И во всем этом есть определенный смысл. Важно переждать, дождаться своего и не упустить шанс. Интуитивно я чувствовал, что работа в отеле, лишь подготовка к следующему этапу…

***

Я незаметно отработал десять дней. И так же незаметно зима теснила отступающую осень. Солнце в Петербурге появлялось все реже. Небо каждый день заливалось расплавленным свинцом. Я просыпался утром во тьме, и возвращался после работы тоже во тьме. Единственным местом, где я мог наблюдать световой день, это в ресторане итальянской кухни, который имел высокие окна и находился на втором этаже отеля. Находя минуту свободного времени, я ускользал от назойливых глаз начальства и с удовольствием через окно любовался текущей жизнью города. Петербург – город бегущих людей. И глядя на всю эту суету со второго этажа отеля, я все-таки чувствовал себя защищенным в стенах неприступной крепости. Я не боялся в течение дня промокнуть под дождем и остаться голодным. Многим не хватало даже этого. Отель давал временное ощущение дома. И только этого одного было достаточно, чтобы благодарить судьбу за то, что я оказался здесь…

***

Однажды по окончанию рабочего дня, я поднялся в офис «room serviсe», чтобы узнать расписание рабочей смены на завтра. В подсобке я едва не столкнулся лбом с менеджером Евгенией. Она руководила нашим малочисленным коллективом. Женя – потомственная немка, она родилась в Казахстане. Ее дед чистокровный бюргер был пленен советской армией в годы войны и сослан в Среднюю Азию. Когда рухнула Советская Империя, многих немцев потянуло на историческую Родину. Программой по возвращению на историческую родину воспользовался отец Евгении, перевезя семью в Гамбург. Однако получив начальное образование в Германии, Женю генетически потянуло в русскоязычную среду. Она решила начать карьеру в культурной столице России – в Петербурге!

Лицо Евгении расплылось в божественной улыбке, когда она увидела меня. Она редко выказывала эмоции, что делало ее менее привлекательной. Все же, женщины созданы для любви, а не для работы! Носительница голубой арийской крови, по-немецки пунктуальная и по-азиатски хитрая, сказала мне:

– Ты как раз во время, а то я хотела тебе звонить.

– Я иду на повышение?

– Напротив…

Меня посетили дурные мысли, от которых меня прошиб холодный пот. Я ожидал услышать приказ об увольнении. Где еще я смогу вкусно обедать, как не в отеле? Но все оказалось проще. Наш маленький коллектив в составе пятерых человек получил четыре дня увольнительных с сохранением заработной платы. Не показывая чувств радости, я обрадовался точно школьник, узнав о срыве урока из-за болезни учителя. Все же, не совершать действия в отношении ненавистной работы – великое счастье!

***

Я намеревался съездить в Москву к Леве. Лева несколько раз звонил мне, жалуясь на нехватку общения и, между прочим, с гордостью делился впечатлениями о жизни в изгнание. Как выяснилось, он все еще не решил задачу, связанную с тем темным делом, которое произошло с ним в Казани. Уголовное дело о взятке продолжалось, и его окончанию не было ни конца, ни края. Всем видом Лева старался казаться непоколебимой глыбой льда, которую невозможно расколоть. Но это было не так. Он просто не выказывал своих эмоций, а держался на плаву исключительно благодаря брату, который и поддерживал его финансами. С другой стороны, будучи в Москве, Лева был предоставлен сам себе. Он получал удовольствия от праздной лености. Будучи иудеем, Лева не стремился торопить события, напротив, он решал проблемы по мере их поступления. Сейчас, он плыл по течению, успокаивая себя философской притчей Соломона: «Время разбрасывать камни и время их собирать. Все суета и нет ничего нового под солнцем». Он читал книги, гулял по Москве и знакомился с девчонками…

Я позвонил ему сразу же, как вышел за пределы отеля. Узнав о моем решении приехать к нему в гости, Лева обрадовался. К моему приезду, он пообещал сварить хороший кофе. Хотя я знал, варил он его отвратительно…

Глава 4

Московские каникулы

В поезде, который несся по рельсам из Петербурга в Москву, меня навестили воспоминания из детства…

В 1989 году мне было семь. Маме выделили путевку в Москву на три дня от Вертолетного завода. Эту поездку она обсуждала с отцом в кухне. Узнав детали происходящего, я попросился с ней. Она сказала, что билет только на нее одну. Я не унимался, настаивал. Она посовещалась с отцом, и приняли решение зайти со мной вместе в вагон, и если проводница окажется понятливой женщиной, то они договорятся прямо на месте. Договариваться не пришлось. Я просто остался с мамой в вагоне, когда поезд тронулся – не высадят же они меня с бегущего поезда! Трюк удался и утром следующего дня мы гуляли по Москве…

***

Люди стремились в столицу по разным причинам: из-за любви к большому городу, намерения сделать карьеру в политике, избавиться от духа провинциальности. Многих Москва влекла ради праздного любопытства. Кто-то оставался здесь после окончания университета, кто-то по любви. В Москве сплетались судьбы людей в сложную паутину отношений, которые и задавали политический и экономический тон всей стране. Однако, Москва принимала не всех… И не всем позволяла осуществлять свои мечты. Чаяния многих приезжих на безбедное будущее растворялись, как мираж в пустыне. Одни любили Москву, другие – терпели, третьи – с наслаждением познавал ее в эквиваленте пеших прогулок…

***

Лева гостил в Солнцева у старого доброго друга. И я поехал к нему на метро. Он встретил меня на выходе из станции, ежись от холода, и надрывисто кашляя. Первое что спросил Лева, дрожа, как осиновый лист:

– У тебя есть деньги на проезд в автобусе?

Я с укоризной посмотрел на него, вспомнив его положение в родном городе. За рулем авто и мобильником в руках, он решал финансовые вопросы, как кроссворды для первоклашек. А сейчас, он даже не мог оплатить проезд другу, приехавшему к нему из Петербурга.

Я ответил ему:

– Если у тебя проблемы с деньгами, я оплачу и за тебя.

– Благодарю Давид. В этом нет нужды. За себя я заплачу сам.

Мы ехали автобусом какое-то время и окраина Москвы заметно просыпалась. «Хрущевка», в которой гостил Лева находилась недалеко от остановки. Рысцой мы подбежали к подъезду и точно также к заветной двери. В квартире было тепло. И это тепло передавало незабываемое ощущение домашнего уюта и счастья.

***

Мы использовали время рационально. Дни проходили интересно, насыщено и познавательно. Будучи эрудированным, Лева с гордостью показывал достопримечательности Солнцева: дом и церковь, ставшие мизансценой фильма «Ирония судьбы или с легким паром!», небоскреб «РАО ЕЭС» – логово Толика Чубайса и кладбище, где по одной из версий был похоронен криминальный авторитет «Ореховской» ОПГ Сергей Тимофеев, больше известный как Сильвестр.

Однако…

Лева был в подвешенном состоянии из-за открытого уголовного дела о взятке, к которому он, разумеется, отношения не имел. Его хотели использовать следователи и привлечь в качестве свидетеля. Давать показания на партнера по бизнесу, Лева, разумеется, не собирался. Не по понятиям это, своих сдавать! Он не имел ни малейшего желания идти на сотрудничество со следствием, потому-то и принял решение откупиться пятью тысячами долларов и «залечь на дно». Правоохранительная система в республике не была идеальной, а некоторые лица, относящиеся к ней – к системе, еще по старинке использовали метод «девяностых», выбивая признательные показания, точь в точь, как бандиты того смутного времени. Да и сам Лева, впрочем, как и многие в городе, пользовался несистемной формулой зарабатывания денег. Разумеется, он обналичивал деньги, обходя стороной систему налогообложения. Вины его в том не было. Ибо систему породил не он. Она сама выстроилась в эпоху развала Советского Союза и смутных «девяностых», а уже потом по инерции вошла в «нулевые», став частью нового государства. Это была система, в которую многие вынужденно встраивались и зарабатывали деньги нелегальным путем.

Лева подумывал о бегстве в Израиль, в целях спасения от конкретных сотрудников правоохранительных органов, которые обещали «расколоть» его жестокими методами. Но в тоже время, уехать в другую страну было не просто. Ему требовалось собрать документы, доказывающие, что он еврей, подать их на эмиграционную визу в посольство Израиля в Москве и ждать, пока одобрят визу. Документы, естественно собирались в родной Казани. И пока не закончилась вся эта мутная история, он, разумеется, опасался туда возвращаться. И, пожалуй, одна из главных причин, державшая его в стенах родного города – деньги, которые он мог заработать только в Казани, опираясь на личные договоренности и связи, наработанные с институтских времен. В Израиле ему пришлось бы зарабатывать на хлеб насущный малопривлекательным путем. Либо мыть посуду в ресторане, либо окна небоскребов в Тель-Авиве, либо грузчиком на заводе. Отсутствие знаний иврита, возможность привлечения в израильскую армию ЦАХАЛ и незатихающий конфликт с Газой придавали смутную перспективу на процветание в земле Обетованной.

У каждого своя национальность, которая во многом определяет судьбу, выстраивая генетический код и предопределяя миссию в жизни. Истинно осознающий свою главную цель в жизни и следующей ей, есть человек счастливый и приближенный к Богу. И национальность здесь абсолютно не причем…

Пока Лева предавался мечтаниям, я взял с полки, книгу, названия которой не удосужился запомнить и прочитал: «… скоро они окончат университет, и начнется то, что называется «настоящей жизнью». Поступят на службу, обзаведутся семьей, будут растить детей и смотреть телевизор, стареть и с горечью сознавать, как много потеряно, как мало сбылось. А потом – разочарования, болезни, немощь, зависимость от других, одиночество, смерть»…

Утром следующего дня, мы направились в кубинское посольство в Москве. Я давно вынашивал одну интересную идею, которую намеревался реализовать. Но не будем забегать далеко вперед, дорогой читатель. Всему свое время…

***

Каникулы закончились. Настало время возвращаться в Петербург. И признаюсь честно, мне не хотелось уезжать из Москвы. Мне было трудно возвращаться в город без солнца и к работе, которую я терпеть не мог. Зачем я вообще там работаю? Ни денег, ни перспектив, ничего…

Нужно срочно что-то менять…

Глава 5

Индустрия туризма

И я вернулся в город без солнца…

Я вернулся к работе, которую без иронии невозможно было выполнять. Мы накрывали столы и встречали гостей. Убирали столы и провожали гостей. Иногда я общался с гостями, что категорически запрещалось начальством. Но я плевать хотел на правила и законы, ограничивающие свободу выбора. Я презирал жить по шаблону в надуманных рамках ограничений. Я жаждал новизны, приключений и полноты жизни. Я часто увиливал от работы, прячась в пустующих помещениях. Я искусственно тянул время, обманывая коллег, начальство и самого себя…

Каждый день меня одолевали сомнения о правильности сделанного выбора в пользу отеля. Но ведь почему-то интуиция притянула меня сюда! А значит, что впереди меня что-то ждет. Нас всех подстерегает случай! Деньги заканчивались. Закончились и зубная паста, и мыло и пена для бритья. Приходилось экономить на всем. И чтобы не покупать продукты, я приезжал в отель за час до работы и завтракал. В течение рабочего дня – обедал. После работы оставался на ужин. Экономия получалась колоссальной…

***

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.