Алиса Мейн
Элиас

New Adult. Молодежные бестселлеры

Иллюстрация на обложку RAJEL.ART

© Алиса Мейн, 2024

© RAJEL.ART, иллюстрация на обложку

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Глава 1

…Крепкие руки мужчины, стоявшего за спиной, ласкали мое тело. Тонкие, чувственные пальцы играли на моих ребрах неведомую мелодию. Или, может, рисовали? Выводили узоры на бледной, отвечающей мурашками на каждое прикосновение коже. Они дразнили меня. Заставляли чувствовать себя зависимой. Заставляли нуждаться в них.

Я слышала запах человека, во власти рук которого находилась. От него пахло бергамотом, осенними листьями и чем-то медовым.

– Линда, – вместе с негромким шепотом шею обжег резкий выдох. Я затаила дыхание.

Горячая ладонь проскользнула сверху вниз по обнаженной спине и обвила талию, в то время как вторая рука начала по-собственнически поглаживать мой живот, с каждым разом опускаясь все ниже.

Я обернулась, чтобы увидеть того, кто заставлял мое тело подчиняться себе, делал его своей собственностью.

Позади была тень. Я цеплялась взглядом за смазанные черты, пытаясь понять…

Возникший из ниоткуда слабый ветерок чуть потревожил мои волосы. И без того хрупкий силуэт подернулся рябью.

Я потянулась к тени и попыталась коснуться ее.

– Линда, – чуть слышно повторил голос.

Силуэт задрожал, а ветер вокруг начал усиливаться, лишая меня уверенности и возникшего в объятиях незнакомца чувства защищенности.

Когда я уже отчаялась рассмотреть хоть что-то, тень метнулась ко мне в попытке слиться с моим телом, и в самый последний момент меня обожгли холодом черные как ночь глаза.

Я слышала звонок мобильника, но даже громыхавший у самого уха припев песни «What about us» певицы Pink не мог заставить меня вынырнуть из странного, вязкого сна, похожего на оставленное в тепле терпкое вино.

Не спеша открывать глаза, я протянула руку и похлопала по кровати возле подушки. Наконец нащупав разрывающийся телефон, заставила себя приоткрыть один глаз, чтобы узнать, кто так жаждал со мной пообщаться. Я сонно улыбнулась, когда увидела на экране имя своего парня – Александра Митчелла.

Едва я успела оттянуть зеленый кружочек и приложить телефон к уху, как из динамика донеслось:

– …потому что секс с тобой уносит меня в рай! Да-а, секс с тобой уносит меня в рай! И это заметно-о-у-о-у-о! Йе-йе-йе-е [1]!

Я засмеялась, протирая глаза, скинула одеяло и села на кровати.

– Алекс, ты не попадаешь ни в одну ноту, это ужасно!

– Зато с душо-о-у-о-ой! Наконец-то смог тебя разбудить, собирайся!

– В смысле собирайся? – Я на мгновение отстранила телефон, чтобы обнаружить, что на часах… девять утра? Я вернула издававший мычание динамик к уху. – Вообще-то я рассчитывала сегодня как минимум поспать, а как максимум – отоспаться. – Сделала вялую попытку возмутиться, сама уже потихоньку выбираясь из постели и елозя пятками по полу в попытке отыскать тапочки.

– Отоспишься у меня дома!

Сонливость как рукой сняло. Я начала судорожно вспоминать, какое сегодня число. Вспомнив, хлопнула себя ладонью по лбу.

– Бог мой, Алекс, прости! – Сегодня был день рождения его матери – Роуз Митчелл, а из меня с самого начала наших с ним отношений выходила отвратительная невестка. Все последние дни моя голова была забита подготовкой доклада по литературе эпохи Возрождения, а накануне вечером я отрубилась без задних ног за чтением пьес Шекспира, так и не дочитанный томик которых сейчас укоризненно косился на меня с прикроватной тумбочки.

Из трубки донесся веселый смех:

– Да я уже по твоему сонному голосу все понял! Прости, что не напомнил. Вчера тренер устроил нам день памяти Джорджа Фрита [2]: рассказывал всякие истории и даже привез знакомых из «Серфинга Австралии» [3], чтобы провели нам мастер-классы. Мы с парнями допоздна были на пляже; но это все не отменяет того факта, что мы с отцом заедем за тобой через час.

Спотыкаясь о наспех не на те ноги надетые тапочки, я поспешила в ванную.

– Мы сможем заскочить в мой книжный? Там подарок. – Я тяжело вздохнула, увидев свое серое от недосыпа лицо в зеркале шкафчика, а затем открыла дверцу и торопливо вывалила оттуда в раковину все косметические средства, которые попадались под руку.

– Заедем. Он как раз по пути в кондитерскую, где папа заказал торт. О, он уже зовет спускаться. Не забудь, что сегодня ты ночуешь у нас! Целу-у-ую!

Я сбросила звонок, положила мобильник на край раковины, прикрыла лицо руками и шумно выдохнула, заставляя себя успокоиться.

У меня было совсем мало времени для того, чтобы привести себя в порядок, и винить в этом я могла только себя.

Какая же я была бестолковая и забывчивая! Алекс говорил про день рождения миссис Митчелл еще две недели назад, и я даже выбрала для нее подарок, но подготовка к сессии спутала буквально все.

Это была первая встреча с родителями моего парня, и я никак не могла облажаться.

Поспешно приняв душ, я выскочила из спальни и тут же врезалась в маму, вяло бредущую из кухни в комнату. Кофе в ее руках чудом не расплескался.

– Линда! Ты чего в такую рань?

Я наклонилась, чтобы поднять карандаш, выскользнувший из ее импровизированного пучка.

– Аналогичный вопрос. – Я протянула ей потерю. Мама приняла ее с тяжелым вздохом.

– К одиннадцати нужно сдать материал про разочаровавшихся в профессии выпускников. Насобирала кучу анкет и никак не могу довести их до ума. – Мама приподняла очки в широкой черной оправе и надела на голову, демонстрируя красные от усталости глаза. – Теперь твоя очередь. Если скажешь, что тебе субботним утром просто не спится, я заставлю тебя дописывать эту проклятую статью за меня.

Недавно в редакции «Еженедельника Ирвайна», в которой мама добросовестно трудилась последние восемь лет, сократили штат и обязанности уволенных сотрудников распределили между оставшимися. Мама же, не желая потерять любимую работу, была вынуждена выполнять все прихоти начальства, а потому брала дополнительные задания и оттого практически забыла, что такое сон и домашние дела.

Меня не смущало то, что я стала чаще готовить обеды и ужины, а время от времени подрабатывала подменным продавцом в книжном. Я переживала за мамино здоровье, которое из-за хронических недосыпов могло сильно подорваться. Бодрости ей не прибавляла и тоска по отцу, который работал дальнобойщиком и проводил время в постоянных командировках.

Я виновато улыбнулась:

– Сегодня день рождения миссис Митчелл.

Хотя мамины брови удивленно поползли наверх, ее взгляд оставался все таким же сонным.

– Точно. Ты же говорила… Нужны деньги на подарок?

– Нет, я уже все купила. Тут дело в другом. – Я смущенно поджала губы и потупила взгляд: – Они зовут меня остаться на ночь.

Мама, пригубив кофе, чуть не поперхнулась.

– Ну-у-у, – протянула она, – на ночь так на ночь. Хорошо отдохнуть, милая. Но имей, пожалуйста, в виду, что мне сейчас некогда заниматься с внуками…

– Ма-а-ам! – Я выразительно округлила глаза.

Она с обреченным видом отсалютовала мне кружкой и двинулась дальше в сторону своей спальни.

Я не была частой посетительницей вечеринок и праздников, а потому в моем шкафу имелось не так много нарядов для торжественных мероприятий. Тем не менее мой выбор пал на приталенное бежевое платье до колен с длинными рукавами.

Сложнее дела обстояли с волосами. У меня не оставалось времени на то, чтобы привести их в порядок, поэтому, когда я выходила, они еще были немного влажными. Единственное, что успокаивало – высохнув без фена, они обещали превратиться в крупные аккуратные локоны, за что можно было сказать спасибо матушке-природе.

Под громогласный лай нашего золотистого лабрадора Бруно и полусонные многозначительные мамины взгляды я вышла из дома, перекинула через плечо сумочку, заимствованную у нее же, и направилась к калитке, у которой уже был припаркован черный Range Rover.

Судя по всему, ночью прошел редкий для Ирвайна дождь. Трава блестела от влаги, и воздух был достаточно свежим, поэтому я не пожалела о выборе платья. Не хватало, чтобы к нервной дрожи добавилась еще и дрожь от прохлады.

Я не успела пройти и полпути от дома к машине, как передняя пассажирская дверца открылась и из автомобиля вышел молодой человек, улыбка которого могла ослепить похлеще майского солнца.

Мое сердце взволнованно забилось. Мы начали встречаться с Алексом почти два месяца назад, но я до сих пор не могла поверить в то, что он выбрал меня. Это же сам Александр Митчелл! Сын одной из самых влиятельных пар в Калифорнии. Его родители долгие годы вели семейный бизнес и были известны как продавцы земельных участков и самые востребованные дизайнеры в штате и за его пределами. Их услуги стоили непозволительно дорого, потому что все проекты были исключительно авторскими и вели их от начала и до конца сами Митчеллы, нанимая лишь подрядчиков.

А Алекс Митчелл был… Ох, пожалуй, он был воплощением самых смелых девичьих фантазий. Если бы меня попросили описать его в трех словах, я бы сказала, что он «самый горячий серфер». И кого бы вы после этого себе ни представили, он ни в какие подметки не годился бы Алексу Митчеллу.

– Детка, у меня нет слов, – заявил он, окинув мой наряд оценивающим взглядом и озорно блеснув карими глазами.

– Взаимно, – улыбнулась я, не в состоянии оторвать глаз от темной рубашки, плотно облегавшей его необъятной ширины плечи.

Алекс был на полторы головы выше меня, поэтому мне пришлось приподняться на носочки, чтобы дотянуться до его губ. Ответив на поцелуй, Митчелл приобнял меня, обволакивая цитрусово-травянистым запахом и чувством защищенности.

Послышался звук захлопнувшейся двери, и из-за плеча Алекса я увидела представительного мужчину в темно-сером костюме.

Я отстранилась от парня и смущенно cложила перед собой руки.

– Знакомься, пап, это Линда. Линда, – мой отец, Адам, – представил нас Алекс.

Я неуверенно протянула дрогнувшую ладонь:

– Очень приятно, мистер Митчелл.

Дабы не упасть в обморок от стресса, я изо всех сил старалась не думать о том, что только что пожала руку и заслужила обаятельную улыбку Адама Митчелла.

«Он обычный человек, из плоти и крови. Он всего лишь стоит на подъездной дорожке, которую ты видишь каждый день на протяжении девятнадцати лет», – мысленно уговаривала я себя, но никак не могла отделаться от мысли, что глава «Mitchell`s House» попал сюда по ошибке, – настолько его нахождение возле моего дома не вязалось с его положением.

– Рад знакомству, Линда. – Мистер Митчелл говорил так же приятно-сдержанно, как и выглядел, начиная от аккуратно уложенных черных волос и заканчивая начищенными до блеска ботинками. Он был ниже сына и имел среднее для его возраста телосложение, но, глядя на них с Алексом, стоящих рядом, невозможно было не заметить общие семейные черты. – Александр за последние дни про тебя все уши прожужжал. Приятно, что все его слова по поводу твоей очаровательной внешности оказались правдой.

Я вопросительно посмотрела на младшего Митчелла. Тот подмигнул мне, и у меня загорелись щеки.

– Ладно, па, хватит смущать мою девушку, поехали уже. – Алекс открыл заднюю дверцу машины и шутливо поклонился, приглашая меня внутрь.

– Да, нам нельзя опаздывать, – спохватился Митчелл-старший и направился к водительской двери. – Начало в двенадцать, если не успеем, Роуз нам головы оторвет.

Алекс сел вместе со мной на заднем сиденье, взял за руку и целомудренно поцеловал в висок.

– У вас все так строго? – поинтересовалась я, укладывая мамину сумочку на соседнее сиденье.

Прежде чем ответить, Алекс ласково провел костяшками пальцев по моей щеке, заставив меня закусить губу. Моя грудь приподнялась в судорожном вдохе.

– Мама родилась в двенадцать, поэтому для нее это очень важно, – сказал он, улыбнувшись моей реакции. – Нужно, чтобы в это время все уже сидели за столом и поднимали бокалы в ее честь.

– Простим маме эту маленькую слабость, – прокомментировал с переднего сиденья Адам, выруливая с моей улицы.

– Да кто же против! – ответил Алекс, параллельно с этим кладя свободную ладонь мне на колено, проводя ею вверх по бедру и слегка задирая платье.

Я округлила глаза, испуганно взглянув в зеркало заднего вида на мистера Митчелла, и ущипнула Алекса за бок, отчего тот болезненно крякнул и сразу же убрал руку. Я поспешно поправила платье, бросив на парня укоризненный взгляд. Алекс в ответ лишь лукаво улыбнулся и крепче сжал мою ладонь.

С третьекурсником Александром Митчеллом я познакомилась в середине учебного года, когда выяснилось, что у нас с ним совмещенные занятия по теории литературы.

Я сразу обратила на него внимание: красивый, веселый, харизматичный и – всегда в окружении девушек. По рассказам знакомых из университета я выяснила, кто такие Митчеллы и почему вокруг Алекса постоянно вьются студентки: мало того, что мальчик смазливый и привлекательный, так еще и сын богатых родителей. И тем и другим он с упоением пользовался.

Я видела его обнимающимся то с одной, то с другой девчонкой, даже была лично знакома с парочкой «счастливиц», которые надеялись построить с ним отношения, но оставались с разбитыми сердцами.

– Если Митчелл тебе не нравится, но ты его заинтересовала – пиши пропало, – говорили вокруг него.

Но дело в том, что Алекс мне нравился. Не то чтобы я рассчитывала с ним встречаться, тем более после всех слухов, но мне было приятно смотреть на него со стороны.

Стоило Митчеллу появиться в помещении – все внимание тут же было приковано к нему. Все парни или завидовали ему, или хотели с ним дружить. Девушки или мечтали попасть к нему в постель, или презирали за то, что уже там побывали, но не заслужили бо́льшего, нежели секс на одну ночь, который, как поговаривали, с Алексом Митчеллом был выше всяких похвал.

Моментом, перевернувшим все, стал день, когда его сосед на паре по теории литературы заболел, и Алекс подсел ко мне. Сердце бешено застучало, как только я осознала, кто сидит со мной за одной партой и запах чьего одеколона теперь будет преследовать меня во снах.

– Линда Престон, если не ошибаюсь? – шепнул Алекс мне на ухо, заставив вздрогнуть и смазать слово в конспекте лекции.

Боги, Александр Митчелл знал мое имя.

Я тут же поняла, что готова выполнить любую его просьбу. Дать списать? Легко. Выполнить домашнюю работу? Без проблем. А может, он хотел, чтобы я сделала за него какой-то проект? Конечно, мне не составит труда.

– Да, – выдохнула я, не глядя на него и мысленно молясь, чтобы он не услышал, как мое сердце сходит с ума в припадке счастья, смешанного с паникой.

– Я Алекс. – В его голосе слышалась улыбка.

Я собралась с силами и повернулась к нему. Его лицо было совсем рядом. На пухлых губах играла легкая улыбка, а на горящие темно-карие глаза упала смоляная прядь волос.

– Я знаю, – выдавила я и почувствовала окутавший меня жар.

Алекс мотнул головой, откидывая с глаз челку. Его губы растянулись еще шире. А я поняла, что пропала.

Мне казалось, что цель Митчелла – переспать со мной и бросить, как он делал с каждой заинтересовавшей его студенткой. Чем еще может привлечь такого парня, как он, дочь журналистки и дальнобойщика? Я не жаловалась на свою внешность: длинные вьющиеся темно-русые волосы, голубые глаза, стройная фигура… Но до того момента я видела рядом с Митчеллом лишь девушек, претендующих на то, чтобы попасть на обложку журнала. Мне же до этого уровня было, мягко говоря, далековато.

Тем не менее прошла неделя, затем вторая, третья – и вот уже весь Калифорнийский университет Ирвайна гудел о том, что «Митчелла видели только с первокурсницей с «Литературной критики», кажется, Престон».

Его лучший друг, Маттиас Чэн, однажды поинтересовался у меня, что я сделала с Митчеллом, но мне нечего было ему сказать: я не знала. Нам было комфортно и приятно вместе проводить время.

Сам Алекс сиял и был доволен собой, а я до сих пор пыталась понять, чем же могла заинтересовать такого парня, как он.

Быть может, я отличалась от его предыдущих девушек тем, что не стремилась при виде него как можно скорее сбросить с себя одежду. За время наших отношений Митчелл не раз намекал на что-то более серьезное, нежели объятия и поцелуи, но пока не осуждал меня за просьбы не торопиться.

Да, Алекс был чертовски сексуальным, и я это не только понимала, но и чувствовала каждой клеточкой своего тела, находясь рядом с ним. Митчелл был ходячим воплощением тестостерона и силы, и меня бросало в жар от одной только мысли о том, каким он был умелым и что меня могло ждать в постели. Но у меня не было опыта половых отношений, и хотелось, чтобы первый раз произошел с человеком, в котором я уверена на сто процентов.

К тому же я не могла отделаться от мысли, что секс со мной – цель, добившись которой Алекс потеряет интерес. Возможно, с моей стороны это выглядело нечестно, но мне нужно было время, чтобы убедиться в серьезности его намерений. Все-таки слухи о любовных похождениях Александра Митчелла шли далеко впереди него, поэтому я решила пока не торопить события.

Первым пунктом назначения по пути в дом Митчеллов стал салон кондитерских изделий, откуда Адам Митчелл вынес коробку с шоколадно-ягодным бисквитным тортом, на котором белым кремом была выведена цифра «45».

После этого мы заехали в книжный магазин, в котором я работала. Я забежала внутрь, помахала рукой старшему продавцу Лие и проскочила в служебное помещение в дальнем конце зала. Там заглянула в свой шкафчик и вытащила завернутый в подарочную бумагу редкий экземпляр по искусству ар-деко. Алекс рассказывал мне, что миссис Митчелл – поклонница этого стиля графики, поэтому я, обнаружив этот том тридцатых годов у нас в наличии, сразу же приобрела его ей в подарок.

Митчеллы жили в нескольких километрах за пределами юго-западной границы города, и к дому мы подъехали без двадцати двенадцать.

Заехав через автоматические ворота на территорию, огороженную высоким забором, мы направились к большому двухэтажному зданию из светлого кирпича. Перед ним находился ухоженный палисадник с белыми, желтыми и красными маками, пурпурными коллинзиями и дудлеей [4] самых разных форм и размеров.

Когда мы выбрались из машины, Адам, подхватив коробку с тортом, направился к дому. Я же немного замешкалась. Знакомство с отцом Алекса вышло не таким страшным, как я думала: мистер Митчелл оказался улыбчивым и приветливым мужчиной. Но лишь при виде их дома меня накрыло осознание того, что это только начало дня и мне предстоит встреча со всеми остальными членами семьи моего парня. Какие они? Как отнесутся к девушке, которая не имела представления о роскошной жизни и наверняка будет чувствовать себя не в своей тарелке?

Алекс, заметив мое стеснение, приобнял меня за талию и ободряюще улыбнулся.

– Не бойся, – шепнул он на ухо. – Ты видела моего отца? Он же тебя не съел.

Я слабо улыбнулась и позволила провести меня к входной деревянной двери со вставками цветной мозаики.

Когда мы оказались внутри, я не удержалась от восхищенного вздоха. Внутри дом казался еще больше, чем снаружи. Мы стояли в просторном холле, из которого на второй этаж полукругом уходила широкая белая лестница. Полы были отделаны бежевым мрамором, а стены покрыты краской цвета капучино.

Создавалось впечатление, будто я попала на съемочную площадку сериала про богатую и успешную жизнь.

– Какая красота, – еле слышно протянула я, пока продолжавший обнимать меня за талию Алекс с улыбкой наблюдал за тем, как я завороженно осматриваюсь.

Мои восторги прервала женщина, поспешно спускавшаяся по лестнице.

– Наконец-то! – воскликнула она. Я сразу поняла, что это Роуз Митчелл. Выглядевшая моложе своих лет, хозяйка дома была одета в элегантное кремовое шелковое платье в пол с рукавами-фонариками и завязкой на поясе, подчеркивающей ее точеную фигуру. Завитые локоны темного каре дерзко подпрыгивали при каждом шаге.

– Мам, мы даже раньше, – произнес Алекс, чмокнув ее в щеку. – Знакомься, это Линда.

– Рада встрече. – Роуз ласково улыбнулась и расцеловала мои щеки так, будто мы были знакомы уже сто лет. От нее повеяло пряно-цветочными духами. Миссис Митчелл взяла меня за плечи и внимательно осмотрела. – Дорогая, ты намерена два дня ходить в этом платье? Или твой сменный наряд остался в машине? – Я растерянно покачала головой. Роуз с осуждением взглянула на сына. – Ты что, не предупредил ее, что у нас завтра пикник? Девочка ведь весь день проведет на жаре.

Я покосилась на Алекса, который с виноватым видом чесал затылок, тоже осматривая меня.

– Ладно, посмотрим что-нибудь у твоей сестры, – махнула рукой Роуз и вновь обратилась ко мне. – У вас с Селеной одинаковое телосложение. – Ее губы вновь расплылись в приветливой улыбке. – Добро пожаловать в наш дом, Линда. Александр много о тебе рассказывал.

Я услышала, как Алекс справа от меня хмыкнул, и чуть не забыла, почему вообще здесь оказалась. Я протянула Роуз подарок.

– С днем рождения, миссис Митчелл, и спасибо за приглашение.

– О, милая, не стоило! – Женщина аккуратно разорвала упаковку. Ее глаза округлились, когда она увидела, что лежало внутри. – Линда, откуда ты?..

– Алекс подсказал, – честно призналась я, обрадовавшись тому, что миссис Митчелл понравился мой подарок.

– У меня много изданий по ар-деко, но о таком я даже не слышала, – продолжала восхищаться Роуз, рассматривая книгу. Она подняла на меня сияющие глаза. – Линда, это прекрасно. – Она снова крепко обняла меня, а я из-за ее плеча благодарно улыбнулась Алексу, который в ответ довольно кивнул.

– В ближайшее время с ней ознакомлюсь! Проходите, скоро садимся за стол. – Наконец Роуз отпустила меня и заторопилась в сторону, где, как я могла предположить, находилась столовая.

Алекс потянул меня за руку вслед за матерью.

Столовая оказалась чуть менее просторной, чем холл, но гораздо светлее: отчасти благодаря мебели и обоям в бело-кремовых тонах, отчасти из-за панорамных окон, которые занимали три четверти стен.

За стоявшим в центре комнаты обеденным столом сидел молодой человек. Уперевшись локтями в столешницу, он положил подбородок на скрещенные пальцы и с сосредоточенным видом читал что-то в ноутбуке перед ним.

У парня были такие же черные волосы и глаза, как у Алекса, но более заостренные черты лица и темная щетина на подбородке.

– Это Элиас, мой старший брат, – представил Алекс. – Элиас, знакомься, моя девушка Линда.

Молодой человек поднял глаза от ноутбука и посмотрел сначала на Алекса, а затем перевел взгляд на меня.

Тело пробрал легкий озноб. Тяжелый, пристальный взгляд Элиаса вызвал у меня чувство узнавания, и я силилась понять, не пересекалась ли с братом Алекса раньше.

Между бровей Элиаса пролегла небольшая морщинка. Он поводил большим пальцем по нижней губе, задумчиво меня рассматривая.

– Очень приятно. – С трудом сглотнув, я напряженно улыбнулась.

Элиас отвел от меня взгляд, вновь уткнулся в ноутбук и бросил бесцветным голосом:

– Мне тоже.

Я недоуменно заморгала.

– Не принимай близко к сердцу, он на самом деле очаровашка, – со смешком прокомментировал Алекс, подводя меня к столу и усаживая напротив брата.

У Элиаса едва заметно дрогнула бровь.

– Сейчас вернусь. Узнаю, может, маме нужна помощь. Расслабься и чувствуй себя как дома. – Перед тем как уйти, Алекс запечатлел на моей макушке быстрый поцелуй.

Мы остались с Элиасом в столовой одни. От неловкости я не знала, куда смотреть и куда деть руки. Такого напряженного молчания у меня еще ни с кем не было. Кинув быстрый взгляд на молодого человека напротив, я заметила, что он все так же пристально смотрит в экран.

Я выпрямилась и негромко прокашлялась, почувствовав, как от нервов горло слегка сдавило спазмом. Затем окинула взглядом стол, уставленный матовой посудой черных и белых тонов. Здесь уже были закуски, напитки и салаты, увидев которые я осознала, что с момента подъема с постели у меня не было во рту ни крошки.

От мыслей о еде в животе что-то зашевелилось, предваряя громкие урчащие звуки. Я испуганно посмотрела на Элиаса и замерла. Его темные глаза изучали меня поверх ноутбука – слишком сосредоточенно, даже почти настороженно.

В этот момент мой желудок предательски заурчал, а меня бросило в жар от стыда.

Не отрывая от меня взгляда, Элиас с шумным вздохом откинулся на спинку стула и захлопнул крышку ноутбука. Я опустила глаза в стоявшую передо мной пустую тарелку и краем глаза увидела, как парень встал и направился к выходу из столовой.

Отлично. Просто отлично. Мне хотелось провалиться под землю.

Первая встреча с братом моего парня прошла великолепно. Этот чертов желудок так не вовремя…

Мне было не совсем ясно, почему Элиас с первой минуты моего появления в столовой смотрел на меня так, будто я что-то натворила. Хотя, может, он смотрел так на всех незнакомых людей? Но тогда это было верхом неприличия по отношению к гостю, тем более к девушке.

День начинался так хорошо, и знакомство с родителями Алекса вышло идеальным. Очевидно, мой лимит везения на сегодня исчерпан.

Несколько минут я провела в полном одиночестве, нервно трогая волосы и пытаясь успокоиться.

Наконец послышались голоса. Я вновь выпрямилась и обернулась на звук. В столовую, весело переговариваясь, зашли нагруженные тарелками Алекс, миссис Митчелл и незнакомая пока мне девушка – насколько я могла судить по ее внешности и рассказам Алекса, его сестра Селена.

Меня поразило, насколько все Митчеллы похожи друг на друга. Только черты лица Алекса были, пожалуй, самыми мягкими в сравнении со всеми остальными. А еще у него были удивительно густые ресницы и огромные ясные глаза, из которых никогда не исчезала искорка веселья.

Селена же больше походила на старшего брата, при воспоминании о котором у меня теперь неприятно сводило желудок. У нее были высокие скулы, немного раскосые глаза и едва заметная ямочка на подбородке.

Алекс представил нас друг другу, и при первом же брошенном на меня взгляде Селены было замечено еще одно удивительное сходство с Элиасом: его сестра смотрела так же холодно и безучастно.

Митчеллы расставили принесенные блюда. На мое предложение помочь Роуз ответила улыбкой и словами о том, что я гостья и должна отдыхать и наслаждаться праздником.

Освободив руки, Алекс сел за стол рядом со мной, приобнял и привлек к себе.

– Все хорошо?

Я положила голову ему на плечо.

– Просто немного проголодалась, вот и все.

– Что же ты, братец, заставляешь свою девушку голодать?

Я резко отстранилась от Алекса, увидев вернувшегося Элиаса. Только сейчас я заметила, что он припадал на одну ногу.

Алекс виновато покосился на меня:

– Прости, я почему-то об этом не подумал…

– Теряешь хватку, Лекси. – Элиас, надменно ухмыляясь, вновь сел напротив меня. Я не удержалась и бросила на него недовольный взгляд. Мы еще толком не были знакомы, а он уже зачем-то ставил Алекса в неловкое положение в отношении меня.

Элиас откинулся на спинку стула и начал постукивать кончиками пальцев по поверхности стола, сосредоточив внимание на брате.

Я обратилась к Алексу и погладила его по плечу:

– Я не настолько голодна, чтобы из-за этого стоило переживать.

Алекс, мягко улыбнувшись, перехватил мою руку и приложил тыльной стороной к губам.

Элиас отвлекся от брата и пересекся со мной взглядами. Черты его лица едва заметно исказились, выдавая что-то похожее на пренебрежение. После этого парень мгновенно потерял интерес к нашей паре и повернулся к устроившейся по правую руку от него Селене.

– Что слышно о Джозефе? – Его голос звучал невозмутимо.

Девушка недовольно цокнула языком, но не успела ответить, так как в этот момент мимо них прошел только что зашедший в столовую Адам Митчелл.

– Пока я жив, ноги этого гада в моем доме не будет. – Он посмотрел на меня, виновато приложив ладонь к груди. – Прошу прощения.

Элиас хмыкнул, закинул руку на спинку стула сестры и наклонился к ней, при этом даже не понизив голос:

– А кто-то уже настроил многообещающих планов…

Селена ткнула его локтем в бок. Элиас засмеялся и отодвинулся от нее, с довольным видом переглядываясь с отцом.

– Пап, ну сколько можно? – Селена бросила оскорбленный взгляд на меня. – Девушке Алекса вы разрешили присутствовать даже на нашем семейном празднике.

– Девушку Алекса зовут Линда, дорогая, – заметила миссис Митчелл, расставляя на столе последние тарелки, – и она не пыталась в пьяном виде угнать машину твоего отца.

Селена, закатив глаза, громко фыркнула:

– Да, давайте при посторонних обсуждать наши семейные проблемы.

– Линда не посторонняя, – угрожающе спокойным голосом произнес Алекс.

Его сестра вызывающе дернула бровью:

– Давно ли? Хотя, судя по тому, когда я в последний раз видела очередную крадущуюся из твоей спальни девушку… Хм. – Селена сделала вид, что задумалась, и постучала указательным пальцем по подбородку. – Сколько? Пару месяцев? Кстати, мам, ты не шутила, когда говорила, что Линда останется на ночь?

Я почувствовала, как после ее слов к щекам прилила кровь и как меня прожег взгляд соседа напротив.

– Селена! – осуждающе произнесла миссис Митчелл.

Рука Алекса нашла мою ладонь под столом и крепко сжала. Но его сестра и не думала замолкать, сверля меня презрительным взглядом.

– То есть мало того, что вы закрывали глаза, когда он каждую неделю менял подружек, так теперь еще и официально разрешаете ему их водить к нам домой?

– Селена! – Теперь это был мистер Митчелл.

Я не знала, от чего мне было хуже: оттого, что говорила в мой адрес Селена, оттого, что я стала причиной семейной перепалки, или оттого, что Элиас Митчелл не отводил от меня взгляда, с каждой секундой становившегося все мрачнее.

– Боже, да что с тобой не так? – спросил младший Митчелл, хмуро глядя на сестру.

Та перегнулась через стол и прошипела:

– Со мной все в порядке. А ты вот сдал анализы на венерические заболевания? Да и твоей новой девушке не помешало бы…

– Прекрати, Селена!

Все присутствующие, вздрогнув, изумленно обернулись на хлопнувшего ладонью по столу Элиаса. Тот сосредоточенно смотрел перед собой.

– Хватит, – уже спокойнее сказал он. – От тебя уже голова начинает болеть. Сегодня мамин день, а не твой.

Удивительно, но девушка успокоилась, усевшись на место, но продолжая бросать на нас с Алексом недовольные взгляды.

Возникшее после этого неловкое молчание удалось прервать нескоро.

Первый шаг к тому, чтобы разрядить обстановку, сделал Адам Митчелл, который, наполнив всем бокалы, поднялся, чтобы произнести тост. После его поздравлений и первых глотков вина градус напряжения за столом постепенно начал спадать, уступая место ненавязчивым беседам.

Элиас и Селена делали вид, что меня нет, а я старалась уделять все внимание Алексу и его родителям. Мысленно же пыталась убедить себя в том, что Селена была из-за чего-то обижена на младшего брата и повела себя так эмоционально, чтобы его уколоть. Мне самой следовало лишь вести себя вежливо и не становиться причиной очередной ее яростной вспышки.

– Линда, чем ты занимаешься? Помимо учебы, – вдруг спросила Роуз. Она отложила столовые приборы и оперлась локтями о стол, положив на ладони голову и с интересом глядя на меня. – Насколько я поняла по рассказам Алекса, ты учишься на первом курсе факультета английского языка и литературоведения?

– Да, по направлению литературной критики. – Я тоже отложила вилку и нож, сосредоточив внимание на собеседнице. – В свободное время помогаю подруге – подрабатываю в книжном магазине на углу Мейн-стрит и проезда Калвер.

– Как интересно! Это какая-то большая сеть? – Мне почему-то стало неловко от того, насколько увлеченной беседой выглядела миссис Митчелл.

Я смущенно заправила за ухо прядь волос.

– Нет, это совсем маленький магазин. В основном у нас продается букинистика и узкоспециализированная литература: музыка, изобразительное искусство, театр…

– Значит, твоя жизнь тесно связана с книгами? – Мне показалось, что улыбка Роуз была удовлетворенной. – Почему именно литература?

– Мне с детства нравилось читать, поэтому в старшей школе я недолго думала, куда буду поступать.

– Удивительно, как вы с Александром сошлись, – заметил мистер Митчелл. – Он, напротив, ничего не смыслит в литературе.

– Для того чтобы подцепить девушку, ума много не надо, – вставила Селена.

Старшие Митчеллы одновременно недовольно воззрились на дочь. После того как та невозмутимо пожала плечами и вернулась к поеданию стейка, Роуз вновь повернулась ко мне:

– Александр хорошо учится, но с литературой у него и в самом деле проблемы. Если Элиас и Селена еще захаживают в отцовскую библиотеку, то младшего заставить невозможно.

– Мам…

– Может, ты могла бы позаниматься с ним? Впереди лето, каникулы. У вас будет достаточно времени…

Элиас закашлялся, и Селена похлопала его ладонью по спине.

Алекс уставился на меня горящими глазами. Не нужно было ничего говорить насчет того, насколько ему понравилась идея матери.

Я же чувствовала себя максимально не в своей тарелке под выжидательными взглядами Роуз и Адама. Заниматься с Алексом литературой? При всем моем уважении к старшим Митчеллам эта идея выглядела абсурдно. Да я сама еще первокурсница…

– Но я никогда никого не учила, – пролепетала я, но, очевидно, недостаточно уверенно для того, чтобы Митчеллы отбросили эту странную затею.

– Мы могли бы тебе за это платить, – произнес Адам.

– Ни в коем случае! – испугалась я. – Я могу заниматься с Алексом просто так, но я же…

Алекс наклонился ко мне и шепнул на ухо:

– Неужели вас затруднит уделить мне пару лишних часов драгоценного времени в неделю, мисс Престон?

Я неуверенно закусила щеку. Конечно, я бы хотела проводить с ним как можно больше времени, но не была уверена в том, что способна оправдать ожидания его родителей. К тому же это был Алекс… Наверняка в его голове сейчас крутились мысли о чем угодно, но точно не о занятиях литературой.

– Я подумаю, – шепнула я ему в надежде пока закрыть эту тему и заслужила нежный поцелуй в щеку.

– О, избавьте меня от этого, – сказала Селена и картинно прикрыла рот салфеткой.

Элиас же, не поднимая глаз, чересчур увлеченно поглощал свой стейк.

После обеда Алекс устроил мне экскурсию по дому.

Меня переполняло чувство волнующего предвкушения оттого, что я получила возможность узнать, как живут самые известные дизайнеры Калифорнии.

Сама я ровным счетом ничего не смыслила в модных интерьерах, а потому мне оставалось лишь ходить с приоткрытым ртом и слушать комментарии Алекса про лофт, неоклассику, плоские фасады и элементы конструктивизма.

Мы обошли первый этаж, который оказался огромным. Моя семья жила в самом обычном одноэтажном каркасном доме, и я даже ни разу не задумывалась о том, насколько легче дышится в помещении с панорамными окнами, которые у Митчеллов, очевидно, были самым главным пунктом при строительстве и планировке.

К сожалению, мы не смогли попасть в кабинет мистера Митчелла, где, по словам Алекса, у них располагалась библиотека: глава семьи в это время общался по телефону с коллегой и попросил его не беспокоить.

Под конец экскурсии по первому этажу я стала замечать за собой стремление все же найти в интерьере хоть какой-то недостаток, какую-то деталь, которая выбивалась бы из общего вида. Но нигде не было ничего лишнего, все находилось на своем месте: каждый предмет мебели и элемент интерьера дополняли друг друга.

На втором этаже мест для осмотра оказалось меньше: мы прошлись по ванным комнатам, расположенным в противоположных частях коридора, и заглянули в гостевую спальню, где мне предстояло ночевать. Из-за теплых бежевых тонов комната выглядела скромно и уютно, хотя я и догадывалась, сколько на самом деле мог стоить с виду неприметный встроенный шкаф или неброские прикроватные лампы.

После мы прошли в спальню Алекса, которая находилась прямо напротив гостевой и разительно от нее отличалась. Стены были выполнены в белых, серых и голубых цветах. Напротив кровати висели постеры со знаменитыми серферами и десятки наград самого Митчелла. В центре композиции красовался, по рассказам Алекса, его первый серф.

Перед ланчем мы вышли на задний двор дома, и я еще раз удивилась масштабам территории, которой владели Митчеллы: огромная зеленая лужайка с идеально подстриженным газоном и белым мраморным фонтаном посередине, десятки кустов рододендрона самых разных оттенков, за которыми начинались живая изгородь и сад.

Ланч прошел спокойно. Селена уехала к подруге и обещала вернуться только к ужину. Элиас во время приема пищи был немногословен и лишь перекинулся несколькими фразами с родителями. Быстро покончив с едой, он тут же встал из-за стола и, извинившись, удалился, объявив, что у него много работы.

– Вот такие они, дети, у всех дела, – протянула Роуз, когда Элиас вышел из столовой.

– Дорогая, – мистер Митчелл тоже поднялся, – при всей моей любви к тебе я тоже вынужден отлучиться.

Роуз картинно вздохнула.

– Ты знаешь, что с нашей работой выходных и праздников не бывает. Кстати, – Адам многозначительно приподнял брови, – Коул Грувер из Мичигана жаждал поздравить тебя с днем рождения…

– Коул! – воскликнула миссис Митчелл и подскочила на месте. – Что же ты раньше не сказал? – Женщина встала и поспешила на выход вслед за мужем. – Молодые люди. – Она остановилась возле нас и приобняла за плечи. – Ужин через три часа. Надеюсь, вы не потеряетесь.

– Это моя семья, – прокомментировал Алекс, когда его родители исчезли из поля зрения. – Поэтому у нас установлено негласное правило обязательного совместного приема пищи, чтобы хоть так пересекаться. Как видишь, даже это не всегда получается.

Следующие несколько часов мы провели в спальне Алекса за игрой в Diablo на приставке.

В очередной раз погибнув, я тяжело вздохнула и уронила руки с джойстиком себе на колени.

– Игровые приставки придумали для людей с ловкими пальцами, а не для моих заплетающихся сосисок.

– Детка, – протянул Алекс и поставил игру на паузу, затем подхватил мою ладонь и прижал к губам. – Твои очаровательные пальчики совсем не похожи на сосиски.

Я замерла, следя за тем, как Митчелл по одному целует подушечки моих пальцев. После этого он отпустил мою ладонь, обвил одной рукой талию, а другой подхватил под ноги и пересадил с пола к себе на колени с такой легкостью, будто я не весила и десяти фунтов.

Несколько мгновений мы просто с улыбкой смотрели друг на друга. У меня не выходило из головы удивление мистера Митчелла по поводу того, как мы с его сыном могли сойтись.

– Алекс, почему я?

Улыбка не исчезла с его губ, но глаза вдруг посерьезнели.

Алекс поднял руку, убрал волосинку, упавшую мне на лоб и нежно коснулся щеки.

– Потому что ты смотришь на меня не так, как остальные. – После секундного молчания ответил он. – Не как на самоуверенного качка, думающего только тем, что болтается у него между ног. Ты видишь во мне что-то большее. – Алекс потянулся ко мне и поцеловал в нос. Я смущенно улыбнулась. Митчелл хмыкнул. – И мне нравится то, как легко я могу заставить тебя покраснеть. А еще ты не пытаешься залезть мне в штаны. Хотя… – Он изобразил задумчивость. – От этого мне иногда становится немного грустно.

Я закатила глаза, заставив его засмеяться. Провела ладонями по его плечам, на фоне которых мои руки смотрелись детскими.

Что мне нравилось в Алексе Митчелле?

Университет, дом, работа, встречи с подругой – Алекс ворвался в однообразное течение моей жизни неугомонным вихрем.

Мне нравилось, что он всегда знал, как поднять мне настроение.

Мне нравились его сила и уверенность, которых так отчаянно недоставало мне самой.

Мне нравилась его необыкновенная способность оказываться рядом, когда я нуждалась в нем больше всего.

Я вспомнила один случай и не удержалась от смешка.

– Что такое? – уголки губ Алекса тоже весело дернулись.

– Помнишь Генри Блэка? – спросила я, продолжая поглаживать его плечи.

– Того упыря, который пытался к тебе подкатить?

– Да. А ты появился будто из ниоткуда и посоветовал ему перед тем как начать флиртовать с девушками, научиться бриться и во всеуслышание заявил о том, что я уже встречаюсь с тобой.

– Я не мог позволить тому придурку ошиваться около моей девушки.

– Но я тогда еще не была твоей девушкой!

– Это ты так думаешь.

По спине пробежали мурашки. Мои ладони на плечах Алекса замерли. Я серьезно посмотрела на него.

– И в какой же момент я, по-твоему, стала твоей девушкой?

– В тот день, когда я подсел к тебе на паре.

Я округлила глаза.

– Ты шутишь! Еще скажи, что попросил друга пропустить занятие, чтобы получить повод сесть со мной.

– Это была чистая случайность. Ты понравилась мне почти с первой нашей встречи – а если быть точнее, с того момента, когда мы случайно пересеклись взглядами в коридоре, а ты покраснела, как рак, и поспешила слиться с толпой.

Увидев веселые искры в глазах Алекса, я поняла, что начала краснеть точно так же, как и в тот раз.

– Почему же ты не подошел ко мне раньше?

– Если я скажу, что не мог набраться смелости, ты мне поверишь?

– Нет!

Алекс снова рассмеялся и положил ладонь мне на шею, привлекая к себе.

– И очень зря, – шепнул он, прежде чем накрыть мои губы своими.

Селена, как и было обещано, вернулась к ужину. В ее присутствии я старалась вести себя как можно незаметнее, чтобы не спровоцировать очередной конфликт, но зря переживала. Девушка, казалось, потеряла к моей персоне какой-либо интерес и большую часть времени вела с кем-то активную переписку по телефону, нежели принимала участие в общем разговоре.

Элиас так же, как и во время ланча, сосредоточил все внимание на еде, продолжая игнорировать мое присутствие. Я не жаловалась, мне было вполне комфортно поддерживать спокойную беседу с Алексом и его родителями.

– Завтра к шести утра приедут повара и декораторы готовить все к празднику, поэтому, Линда, милая, не пугайся лишних шумов, отдохни как следует, – сказала Роуз. – И вообще, все вы, – женщина обвела семью выразительным взглядом, – Митчеллы. Митчеллы в Калифорнии – бренд, помните об этом. Завтра здесь будут уважаемые гости из других штатов и стран. Я хочу, чтобы мы выглядели достойно.

– Мам, ты перед каждым скоплением народа у нас дома говоришь одно и то же, – закатывая глаза, протянула Селена.

– Я напоминаю, – Роуз повысила голос, серьезно взглянув на дочь. – Кстати, к тебе будет персональная просьба – подобрать платье для Линды.

«О нет», – подумала я и поджала губы, приготовившись к новой гневной тираде.

Селена окинула меня оценивающе-пренебрежительным взглядом.

– А что, если я не смогу ничего найти?

– Это не обсуждается, Селена, – оборвала ее мать. – У вас схожее телосложение, а платьев у тебя столько, что нужно делать дополнительный встроенный шкаф, ну или выкидывать половину.

Девушка цокнула языком и с недовольным видом потянулась к бокалу с вином.

Я облегченно выдохнула.

Позже, когда уже после душа я лежала в постели и переписывалась с мамой, делясь впечатлениями за день, раздался стук в дверь.

– Это я. – Я узнала голос Алекса. – Можно зайти?

Я отложила мобильный и натянула одеяло повыше, прикрывая грудь. Хоть на мне и было надето нижнее белье, светить им перед Митчеллом сейчас не казалось хорошей идеей.

– Да, конечно.

На нем были свободные клетчатые штаны и белая футболка, которая соблазнительно обтягивала накачанный торс. Осторожно прикрыв за собой дверь, Алекс подошел к постели и прилег рядом поверх одеяла. Затем повернулся на бок, подпер рукой голову и игриво ухмыльнулся:

– Как тебе сегодняшний день?

Я приподняла брови.

– Смотря что ты имеешь в виду. Дом – красивый, еда – потрясающая, твои родители – очень милы, твой старший брат… – я на секунду задумалась, – мрачноватый. А твоя сестра меня, кажется, ненавидит. Делай выводы сам. – Я протянула руку и легонько щелкнула парня по носу.

Алекс вздохнул.

– Селена тебя не ненавидит. Она злится, что тебя позвали на семейный праздник, а ее парня – нет.

– А что там за история с угоном машины?

Алекс хмыкнул и принялся задумчиво выводить кончиками пальцев узоры на моем плече. Кожа, как и всегда от его прикосновений, покрылась мурашками.

– Пару месяцев назад Селена на свой день рождения выгнала всех нас из дома, а сама устроила здесь вечеринку. И вот ее дружок Джозеф, порядком надравшись, украл из кабинета отца ключи от второй машины и, не сказав никому ни слова, сел за руль и уехал.

– Он что, реально планировал угнать машину отца своей девушки?

Алекс пожал плечами:

– По его словам, хотел прокатиться по окрестностям; но его поймали копы в паре кварталов отсюда. Думаю, ты представляешь, какой шум поднялся. Отец чудом не написал на Джозефа заявление, и то только потому, что Селена его уговорила.

Я невесело усмехнулась:

– Теперь я, кажется, понимаю нежелание мистера Митчелла видеть Джозефа у вас дома. Не переживай, я ничего угонять не собираюсь.

Алекс внезапно посерьезнел и облизнул губы. Пальцы поднялись выше и заскользили по моим ключицам. Я замерла, тяжело дыша и не отрывая глаз от его лица.

Его рука остановилась, а взгляд пересекся с моим. Не говоря ни слова, Алекс придвинулся и накрыл мои губы поцелуем. Долгим и чувственным. Я потянулась руками к его волосам и со слабым стоном зарылась в них пальцами, в то время как Алекс прижался ко мне всем телом, а его рука сжала мое бедро.

За считанные секунды поцелуи из неторопливых и осторожных перешли к обжигающе-настойчивым. Митчелл навис надо мной, почти улегшись сверху. Его рука нырнула под одеяло и уверенно исследовала мои живот, бедра и грудь. Я судорожно вздохнула, когда Алекс оторвался от губ и принялся целовать шею, а затем нежно укусил меня за мочку уха.

– Алекс, – предупреждающе выдохнула я.

– Линда, – шепнул он мне в шею, очевидно, думая, что это часть прелюдии.

Я перехватила его руку в тот момент, когда она начала целенаправленно сползать вниз по моему животу. Парень остановился и отстранился, недоуменно взглянув на меня.

Я сглотнула, заметив, какими красными и чуть опухшими после поцелуев стали его губы, как раскраснелись его щеки и как моими стараниями были взъерошены его волосы. Изо всех сил борясь с желанием послать все к черту и вновь притянуть парня к себе, я произнесла:

– Не хочу, чтобы наш первый раз случился с твоими родителями за стеной.

Алекс облегченно выдохнул:

– Ну во‑первых, за стеной спальня не родителей, а Элиаса…

– Тем более! – Я округлила глаза, придя в ужас от такого соседства.

Алекс не обратил внимания на мое возмущение, начав, едва касаясь, водить губами по моему плечу. Добившись того, что мое дыхание снова потяжелело, он прошептал, не отрывая губ от кожи и взглянув на меня исподлобья:

– А во‑вторых, тут отличная слышимость.

Будто бы назло именно в этот момент раздался громкий кашель. Кашель Элиаса. Я отстранилась от Алекса, кивнув на стену за своей спиной и прошипев:

– Это не смешно.

Алекс приподнялся на кровати и трижды хлопнул по стене ладонью. Спустя несколько секунд в ответ ему раздались три глухих удара. Младший Митчелл удовлетворенно хохотнул и посмотрел на меня. Заметив мой шокированный взгляд, пояснил:

– Раньше это была моя спальня, и мы с Элиасом придумали условный язык из перестукиваний.

– Безумно трогательная история.

Парень громко рассмеялся. Мне же было совсем не весело. Я продолжала сверлить его недоверчивым взглядом.

– Ладно, – сказал Алекс, подался ко мне и до головокружения нежно поцеловал в губы. – Ты права. Сейчас не лучшее время и это, – он обвел рукой комнату, – не лучшее место. Но, – он снова чмокнул меня и, расплывшись в улыбке, прошептал прямо в губы: – я так просто не сдамся.

Я клацнула зубами, делая вид, что пытаюсь укусить его за нос, а Алекс, вновь засмеявшись, резко подскочил с кровати и направился к выходу. Уже прикрывая дверь, Митчелл заглянул в щелку и произнес:

– Сладких снов, самая прекрасная девушка на свете.

Я послала Алексу в ответ воздушный поцелуй, а когда дверь наконец закрылась, со слабым стоном упала на подушки.

Долго наслаждаться сном не получилось. Я проснулась от ужасного першения в горле. Из-за духоты я оставила включенным на ночь висевший в спальне кондиционер и теперь переживала, что могла простыть.

В темноте я нащупала на тумбочке пульт и выключила кондиционер. Попытки смочить слюной пересохшее горло привели лишь к желанию прокашляться.

Между вероятностью разбудить громким кашлем хозяев и попыткой найти среди ночи в чужом доме питьевую воду я выбрала второй вариант. Тем более я помнила, что в столовой видела кофейный столик с графином.

Накинув любезно предоставленный вечером миссис Митчелл шелковый халат, едва прикрывавший бедра, я включила фонарик на мобильном и выскользнула из спальни, молясь, чтобы поиски увенчались успехом.

Путь по коридору второго этажа и по лестнице преодолела быстро. На цыпочках проследовав в столовую, радостно вздохнула, заметив блеснувший в свете фонарика заветный графин. Но мое счастье было недолгим, поскольку графин оказался пустым, а за закрытой дверью, ведущей на кухню, я услышала мужские голоса. Разобрав свое имя и так и замерев с пустым графином в руке, я прислушалась.

– …И ты хочешь сказать, что у тебя это надолго? – Это определенно говорил Элиас.

– Не понимаю, какая тебе-то разница? – Второй голос звучал возмущенно и принадлежал Алексу.

– Какая разница? Не припомню, чтобы раньше хоть одна твоя девушка ночевала у нас не потому, что ты провел ее к себе в спальню втайне от родителей.

Я почти забыла, почему здесь вообще оказалась.

– Элиас, я говорил с отцом. Мне еще и перед тобой теперь объясняться?

– Я просто хочу знать, насколько серьезны твои намерения в отношении Линды.

Я выключила фонарик на мобильном и, стоя в кромешной темноте, крепко вцепилась в графин, прижав его к груди.

– Линда не такая, как другие. Она мне нравится.

Элиас ответил лишь спустя время:

– Что ты сказал отцу?

– Что это первая за долгое время девушка, с которой я действительно хочу построить отношения.

У меня невольно приоткрылся рот.

– Ты уверен?

– Да, черт побери, Элиас, я уверен.

То, каким тоном Алекс произнес последние слова, было сильнее всего, что он говорил до этого мне самой. Вряд ли он догадывался о том, что я стояла за дверью и слышала сказанное. Я почувствовала накатившую на меня слабость.

Некоторое время я не дышала, прислушиваясь, но из-за очевидной нехватки кислорода резко вдохнула. В тот же момент в горле запершило сильнее, и я прикрыла рот ладонью, в которой держала мобильный, стукнув им себя по губам. Глаза заслезились от боли. Понимая, что сейчас не удержусь и начну кашлять, я поспешила поставить на место злополучный графин, который, разумеется, громко звякнул о поднос, еще больше усугубляя ситуацию.

Голоса на кухне смолкли. Спустя пару мгновений дверь открылась, щелкнул выключатель, и столовую озарил яркий свет.

После пребывания последние несколько минут в темноте я зажмурилась, представляя, как глупо выгляжу в коротеньком халате, с растрепанными волосами и прижатым к губам телефоном.

– Линда?

Не без труда я открыла глаза, разглядела удивленно смотревшего на меня Алекса и, наконец, громко откашлялась.

– Все в порядке? – Голос парня был обеспокоенным. Из-за его спины вышел Элиас, который сначала опустил взгляд на мои голые ноги, а затем тут же отвернулся.

– Я… хотела пить, – просипела я, прокашлявшись и неуклюже оттягивая низ халата. Разумеется, удлинить его не вышло, и я скрестила ноги, отчего-то решив, что это хоть немного облагородит мой непристойный вид.

– Пить, – глупо повторил Алекс, а потом будто очнулся: – Пить! Сейчас, конечно!

Он ринулся обратно на кухню, едва не снеся Элиаса, который, сложив на груди руки, с недовольным видом смотрел куда-то в сторону.

Я коснулась языком саднящей губы. Наверняка братья поняли, что я слышала их разговор. Лишь бы не подумали, что я намеренно их подслушивала, хоть это почти так и было.

Алекс вернулся с наполненным стаканом и подал его мне.

Я, боясь смотреть на парня, в несколько глотков выпила воду и почувствовала облегчение, когда горло перестало неприятно щекотать.

– Спасибо, – выдохнула я, протягивая пустой стакан обратно и все же подняв глаза на младшего Митчелла.

Алекс ласково улыбался. Он протянул руку и коснулся моей щеки:

– Ты хорошо себя чувствуешь?

Я неуверенно улыбнулась в ответ:

– Теперь да.

Алекс поставил стакан на кофейный столик и, обернувшись на сверлившего взглядом пространство перед собой Элиаса, произнес:

– Провожу Линду в спальню.

Старший брат в ответ хмыкнул и, резко развернувшись, ушел обратно в кухню.

Алекс приобнял меня за плечи и повел к лестнице. Мы шли молча, пока не приблизились к двери моей комнаты.

– Если нужно, могу принести тебе еще воды, – встрепенулся младший Митчелл. Я видела, как блестели в бледном лунном свете, падающем в окна коридора, его глаза.

Не зная, как вести себя после позора, единственной виновницей которого была я сама, я взяла Алекса за руку. Несмотря на произошедший в столовой казус, я прекрасно помнила, что он сказал Элиасу, и была преисполнена нежности и благодарности.

– Спасибо, ничего не нужно. – Привстала на носочки и поцеловала Митчелла в гладко выбритую щеку. – Прости, что устроила это все…

Алекс не дал договорить. Он притянул меня к себе и обнял, уткнувшись носом в волосы. Глубоко вдохнув, прошептал:

– Ты очаровательна в своей неуклюжести.

Пока я пыталась сообразить, комплимент это был или ирония, Алекс поцеловал меня в лоб.

Глава 2

На следующее утро последствия ночных прогулок отразились на мне в виде опухших глаз, темных синяков под ними и упорного нежелания представать так перед Митчеллами. Горло еще немного першило, но заболевать я, судя по всему, все же не собиралась.

Первой, с кем мне было суждено сегодня встретиться, оказалась Селена. Она дважды громко стукнула в дверь спальни и, не спросив разрешения войти, влетела внутрь, держа в руке вешалку с бледно-голубым сарафаном в мелкий черный горошек.

Даже не взглянув в мою сторону, Селена прошла к постели и положила на нее платье.

– Спасибо. После праздника постираю его и обязательно верну. – Я старалась, чтобы мой голос звучал доброжелательно, а не настороженно.

Только услышав меня, девушка, казалось, заметила мое присутствие. Но я даже не знала, хорошо это или плохо – столько неприязни было в мимолетно брошенном на меня взгляде.

– Нет уж, оставь себе, – произнесла Селена, направляясь к выходу. – Я дала это платье только потому, что попросила мама. Донашивать за тобой его не собираюсь.

Сестра Алекса скрылась за дверью, а я поморщилась от обиды. Я почти смирилась с тем, что Селена злилась на меня за то, в чем я была не виновата, но это не давало ей права так разговаривать.

Покосившись на кровать с лежавшим на ней платьем, я в очередной раз вспомнила ночной разговор братьев Митчелл.

Меня грела мысль о том, что Алексу я, кажется, действительно нравилась, но даже она пока не была способна поддержать меня в том, чтобы привыкнуть к пренебрежительному отношению ко мне его брата и сестры.

Спустя полчаса отчаянных попыток привести себя в порядок при помощи душа и небольшого количества косметики, я спустилась вниз. В холле столкнулась с Роуз, которая уже была одета к празднику в хлопковое платье в крупную клетку. Она схватила меня за руку и развернула к себе, внимательно осматривая и поправляя волосы.

– Золотко, тебе так к лицу этот сарафан! Кажется, он был сшит под тебя. – Женщина удовлетворенно кивнула и заглянула мне за спину. – Дорогой, скажи же. – Роуз взяла меня за плечи и отвернула от себя, заставив оказаться лицом к лицу со своим старшим сыном.

На Элиасе была надета легкая белая рубашка-поло и кремовые брюки. Молодой человек склонил голову набок, окинув меня оценивающим взглядом. Затем, не выражая лицом ни одной эмоции, посмотрел мне прямо в глаза и ровным голосом произнес:

– Ничего выдающегося.

Я чуть не задохнулась от возмущения и приоткрыла рот, чтобы сказать ему в ответ какую-нибудь колкость, но меня перебил показавшийся из-за его спины Алекс. Увидев меня, он расплылся в ослепительной улыбке. Затем шутливо толкнул брата плечом:

– Не слушай его. Ты прекрасна.

Алекс подошел ко мне и, обхватив за талию и прижав к себе, приподнял над полом. Я быстро поцеловала его в губы, и он вернул меня на землю.

– Пойдем покажу, какую красоту устроили в саду. С тобой, конечно, не сравнить, но все же оно того стоит. – Сияя улыбкой, Алекс взял меня за руку и повел к выходу. Я бросила мимолетный взгляд на Элиаса и успела заметить, как он закатил глаза.

Мы вышли на улицу и обогнули дом, оказавшись на заднем дворе. Погода стояла отличная: солнце светило ярко, и, несмотря ни на что, я была благодарна за предоставленное мне платье. Если бы надела вчерашнее, то точно сошла бы с ума от жары.

Я осмотрелась. Со вчерашнего вечера здесь все заметно изменилось. На лужайке вокруг фонтана расположилось несколько столов, накрытых белыми скатертями. Наверху висел полупрозрачный тканевый навес; тут и там лежали в траве или были подвешены белые, розовые и золотистые воздушные шары. По краям лужайки выставили высокие вазоны с маленькими сиреневыми цветами.

– Ну как тебе? – Алекс встал позади и обнял меня за плечи, уткнувшись подбородком в макушку.

– Вы здесь кино снимать собрались? – спросила я первое, что пришло в голову при виде всего убранства.

Спиной я почувствовала, как грудь парня затряслась от беззвучного смеха:

– Возможно, немножко перебор. Но у мамы юбилей, ей так захотелось.

– Я не осуждаю! – встрепенулась я, не желая обидеть Алекса или миссис Митчелл. – Просто для меня это все… необычно.

– Привыкай. – По голосу я поняла, что парень ухмылялся.

Миссис Митчелл окликнула Алекса, и ему пришлось меня оставить. Не зная, чем себя занять, и принимая категоричные отказы Роуз на предложения помощи, я, стараясь не мешать нанятым официантам, которые начали накрывать на столы, отправилась в сад.

В самой глубине за густыми разросшимися кустами рододендрона я обнаружила небольшую полянку. В дальней ее части стояла деревянная скамейка. Я присела на нее и созвонилась с мамой.

Сегодня ее голос звучал бодрее, чем вчера, и я предположила, что мама устроила себе выходной в ущерб завтрашнему дню, который наверняка целиком проведет перед экраном ноутбука.

– Моя работа никому не интересна, – отрезала она, когда я попыталась узнать, над каким проектом она трудится сейчас. – Лучше расскажи, что там у тебя? Как спалось, как праздник?

Я отмахнулась от пролетевшего мимо уха жука:

– Спала неважно, но в целом ничего.

– Как Алекс?

Мне и без пояснений было понятно, что подразумевалось под этим простым на первый взгляд вопросом.

– У нас ничего не было.

– Детка, не считай меня ханжой, но будь осторожна…

– Ма-а-ам, – умоляюще протянула я. – Я не собираюсь беременеть. Во всяком случае, в ближайшее время.

– Это хорошо. О боже… – пробормотала она, заставив меня напрячься.

– Что стряслось?

– Шеф на второй линии. Прости, дорогая, мне нужно ответить… Отдыхай!

И повесила трубку.

Я отложила телефон, откинулась на спинку скамейки и, запрокинув голову, прикрыла глаза, наслаждаясь греющими лучами солнца.

– Почему же наша почетная гостья скрывается от публики в кустах?

Вздрогнув, я распахнула глаза и выпрямилась. Напротив, в нескольких метрах от меня, спрятав руки в карманы брюк, стоял Элиас.

Я шумно выдохнула:

– Тебе доставляет удовольствие насмехаться над людьми?

Митчелл прищурился, глядя на меня:

– Насмехаться? Нет, мне больше по вкусу слово «глумиться».

Я приподняла брови, ожидая очередной колкости.

– Ты заняла мое место, – произнес Элиас, продолжая смотреть на меня с задумчивым прищуром.

– Что?

– Эта скамейка. Она моя.

Я, не вставая, осмотрела скамейку, заглянула за спинку и даже нагнулась под нее, картинно покрутив головой из стороны в сторону. Затем выпрямилась и, сдунув упавшую на лицо прядь волос, нарочито безмятежным голосом сказала:

– Прости, но здесь нигде нет надписи «Не садиться. Собственность Элиаса Митчелла».

Молодой человек перестал щуриться и задрал подбородок:

– Досадное упущение.

Несколько мгновений мы молчали, сверля друг друга недовольными взглядами. Наконец, мне это надоело.

– Ждешь, когда я уйду?

Элиас медленно кивнул.

Плотно сжав губы, я схватила мобильный со скамейки, встала и пошла к выходу из сада.

– Ты слышала наш разговор с Алексом на кухне.

Я остановилась. Это вполне заслуженно прозвучало не как вопрос. Отрицать правду смысла не было.

– Да, слышала, – сказала я, обернувшись. Элиас продолжал стоять на том же месте и смотреть на опустевшую скамейку. Я прождала с полминуты, полагая, что он скажет что-то еще. Так ничего и не дождавшись, нетерпеливо всплеснула руками и слегка повысила голос:

– И что?

Митчелл выдержал еще одну мучительную паузу и произнес:

– Надеюсь, ты сделала это ненамеренно. Не хотелось бы, чтобы брат был влюблен в девицу, имеющую привычку подслушивать чужие разговоры.

Захлестнувшая обида спазмом сжала горло.

Не говоря ни слова, я развернулась и быстрым шагом направилась к выходу.

Пустовавшие до этого столы уже были заставлены напитками и блюдами с закусками. Под окнами дома стояли большие колонки, из которых негромко играла незнакомая мне мелодия.

Из-за угла показался Алекс. Увидев его, я облегченно вздохнула.

– Линда! – воскликнул младший Митчелл, заметив меня, и, как обычно, засиял улыбкой. Он тоже уже успел переодеться: на нем была темно-синяя рубашка с закатанными рукавами и черные джинсы. – Я хотел пойти тебя искать, но отцу понадобилась помощь с мебелью, поэтому отправил за тобой Элиаса. Гости уже начали подъезжать.

Я молча подошла к нему и крепко обняла.

– Э… – рассеянно протянул он и приобнял меня в ответ. – Все хорошо?

– Да, – пробормотала я ему в грудь и глубоко вдохнула, наслаждаясь запахом одеколона.

Спустя час задний двор Митчеллов заполнился людьми: взрослыми, пожилыми, молодыми, даже детьми. Роуз не успевала принимать поздравления, как прибывали все новые и новые гости.

Я чувствовала себя не в своей тарелке и радовалась только тому, что почти не привлекала внимания. Возможно, я была бы совсем незаметной, если бы не проходивший мимо несколько раз мистер Митчелл, который подбадривающе мне подмигивал, и не перебегавший от гостя к гостю Алекс, который успевал дарить мне мимолетные поцелуи.

Я остановилась возле круглого столика с канапе. Алекс был занят разговором с высоким седовласым мужчиной. Старшие Митчеллы что-то горячо обсуждали с незнакомой мне пожилой парой. Селена откровенно заигрывала с атлетически сложенным красавчиком, а Элиас мило улыбался миниатюрной девушке в босоножках на высокой платформе, которые хоть сколько-то компенсировали ее небольшой рост.

Я замерла. Элиас, оказывается, умел не только обаятельно улыбаться (хотя «обаятельный» и «Элиас» – два совершенно несовместимых понятия), но и внимательно слушать собеседника. Я присмотрелась к девушке. Хрупкая фигурка, – казалось, стоило ее коснуться, и она рассыпется у тебя на глазах. Вроде бы и эмоциональные, но в то же время очень плавные, даже завораживающие взмахи руками во время увлеченного рассказа. Большие глаза, не отрывавшиеся от старшего сына Митчеллов. Легкое дымчато-голубое платье на тонких бретелях, больше похожее на шелковую ночнушку. Вся она была олицетворением воздушности и нежности.

– Ты заскучала.

Засмотревшись на собеседницу Элиаса, я слишком увлеклась своими размышлениями и испугалась, когда услышала над ухом негромкий голос Алекса.

Он наклонился и едва ощутимо коснулся губами моего оголенного плеча.

– Прости, детка. Сама видишь, слишком много гостей. Половина из них – старые тетушки, которые каждый год удивляются, как я вырос, и не упускают возможности потрепать меня за щеки. – Парень шутливо надул губы.

Я улыбнулась и взяла его за руку.

– Понимаю. Здорово, что ты смог на минутку вырваться из их жадных до твоих сладких щек лап.

Алекс издал какой-то ворчливо-мурчащий звук и сжал мою ладонь.

– Хочешь, познакомлю тебя с кем-нибудь?

– Чтобы моим щекам тоже перепало? Нет уж, спасибо. – Я кивнула подбородком в сторону Элиаса и его собеседницы: – Лучше скажи, с кем это твой брат так любезен?

Алекс перехватил мой взгляд:

– Это Анна Форестер. Ее семья владеет небольшим виноградником недалеко от Сан-Диего, поэтому наши родители уже давно отчаянно хотят с ними породниться. – Парень усмехнулся. – Анна с Элиасом учились вместе в школе. С того времени предки и пытаются их свести.

– Они не встречаются?

Алекс пожал плечами:

– Элиас привык быть затворником. Анна, наверное, единственная девушка, с которой он поддерживает отношения. К тому же, они оба фанатично увлечены искусством. Элиас ее уважает. Возможно, они и правда поженятся. Анна хорошая. Мало кто решится на отношения с таким, как мой брат.

– Да уж, с его-то характером, – не удержалась я.

Алекс посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом и невесело хмыкнул.

– Ну да, характер. – Затем вновь взглянул на продолжавшую милое общение парочку.

– Если Элиасу пророчат жениться на дочери влиятельных родителей, то, получается, и тебе подберут невесту под стать. – Настал мой черед хмыкать. В душе вновь тревожно встрепенулись одолевавшие меня сомнения.

Алекс еще крепче сжал мою руку.

– Знаешь, почему хорошо быть младшим ребенком? Никто не делает на тебя ставки, ничего от тебя не требует. Главный наследник семейного бизнеса – Элиас, поэтому все внимание ему. А я вправе выбирать ту девушку, которая мне нравится.

Парень заискивающе улыбнулся, переложил руку мне на талию и притянул к себе. Я же облегченно выдохнула и блаженно улыбнулась, подставив щеку для поцелуя. Получив желаемое, произнесла:

– Знаете, мистер Митчелл, ходит слушок, что вы злоупотребляете своей свободой и меняете девушек как перчатки.

Алекс шутливо округлил глаза:

– Наговаривают, мисс Престон! Ох уж эти недоброжелатели!

Он взял меня за подбородок и нежно поцеловал в губы.

– Не начинайте опять! – К нам приблизилась Селена. Она бросила на нас брезгливый взгляд и передернулась.

Алекс усмехнулся, проследив за сестрой, которая принялась накладывать на блюдце тарталетки с салатом.

– Зависть, Ленни, тебя погубит. Хотя, – он мотнул головой в сторону красавчика, с которым она только что общалась, – ты время даром не теряешь.

Селена скорчила недовольную гримасу.

– Только попробуй меня осуждать, болван. – Она закинула в рот канапе и, держа в одной руке блюдце, а в другой – опустевшую шпажку, с делано задумчивым видом посмотрела на младшего брата: – Не напомнишь, как звали твою последнюю подружку? Анжелика? Или, хм-м… Дай-ка подумать. Гвен? Хотя нет. Гвен, кажется, была гораздо раньше. Или это была Моника? – Селена приподняла брови и многозначительно посмотрела на меня. – А может твоя пятнадцатая за этот год девушка знает?

Мне захотелось уйти. Я начала выскальзывать из рук Алекса, но он, почувствовав это, только сильнее прижал меня и злобно посмотрел на сестру:

– Селена, чего ты добиваешься?

Девушка положила шпажку на стол, перевела взгляд на брата и невозмутимо пожала плечами:

– Повзрослей, Лекси.

Она развернулась и направилась к оставленному собеседнику.

Я снова попыталась отстраниться от Алекса, но под его серьезным взглядом остановилась.

– Не обращай внимания.

– Сложно не обращать внимание на то, как сестра твоего парня настойчиво демонстрирует, что относится к тебе как к очередной его пассии, место которой скоро займет другая.

Алекс взял меня за плечи и посмотрел в глаза.

– Линда, то, что есть между нами – это наше с тобой дело. Селена может говорить что угодно – уж она-то точно не образец для подражания, к которому стоит прислушиваться.

Я подняла тоскливый взгляд на Алекса.

Он положил ладонь мне на щеку и провел большим пальцем по губам. На глазах у всех гостей. Действительно, не плевать ли на остальных, когда самый красивый в мире парень смотрит на меня таким взглядом, что я готова разлететься на атомы?

Алекс наклонился, прислонился лбом к моему лбу и прошептал:

– Мы с тобой вместе. Все остальное – не важно.

– Александр, дорогой! – К нам торопилась Роуз Митчелл, виновато улыбаясь. – Мог бы ты помочь настроить колонки? Там какие-то проблемы…

Я не сразу обратила внимание, что игравшая до этого музыка затихла.

– Конечно. – Алекс отстранился, подмигнув мне, и последовал за матерью.

Вновь оказавшись в одиночестве в толпе незнакомых людей, я двинулась к столу с напитками. У меня снова пересохло в горле.

Я взяла ближайшую бутылку минеральной воды и сделала несколько глотков, почувствовав, как от прохладной влаги стало легче не только горлу, но и мне.

– Ты не пьешь алкоголь.

Я чуть не подавилась.

– Боишься потерять голову и прямо на людях кинуться на шею моему брату?

– Боюсь не удержаться и треснуть кому-нибудь по голове, – пробормотала я. Подошедший к столу Элиас приподнял бровь, и я сказала уже громче: – Когда ты перестанешь подкрадываться и пытаться довести меня до инфаркта? Ты же две минуты назад был в другой стороне двора.

– А ты за мной следишь? Интересно, – протянул Элиас и взял бокал шампанского.

Не знаю, какая сила удержала меня от того, чтобы кинуть в него бутылку с водой.

– Да, чтобы держаться от тебя подальше, – произнесла я.

Митчелл улыбнулся одним уголком губ и приблизился ко мне. Затем наклонился и негромко произнес:

– Первое мудрое решение с момента нашего знакомства.

Его губы расплылись в ядовитой улыбке. Затем Элиас развернулся и отошел.

В этот раз я, к своему стыду, не без удовольствия следила за тем, как он прихрамывал. Если ему больно – так ему и надо.

Обозлившись, я крепко сжала бутылку, которую все еще держала в руке. Очевидно, отвлекшись на брата Алекса, я плохо закрыла ее, поэтому вода, вытолкнув крышку как пробку от шампанского, фонтаном брызнула мне на лицо и платье. Я испуганно вскрикнула, обратив на себя внимание ближайших гостей.

Больше всего мне было обидно не от того, что я стала похожа на мокрую мышь, а от того, как поджал губы в попытке не рассмеяться Элиас Митчелл, также обернувшийся на мой вскрик.

– Лиз, это катастрофа.

На следующий день в перерыве между парами я рассказала своей подруге Элизабет Скаво о том, как облажалась на празднике.

Лиз, теребя в руках тетрадь по мировой культуре, с сочувствием поглядывала на меня своими чайными глазами.

– Неужели все настолько плохо? Что сказали его родители?

– Они ничего не сказали. Но его брат с сестрой и гости смотрели на меня так, будто я не воду на себя пролила, а измазалась коровьим… – Я выразительно приподняла брови.

– Мне кажется, ты драматизируешь. Если что-то идет не так, нам всегда кажется, что все хуже, чем есть на самом деле.

Уткнувшись лбом в парту, я застонала.

– Из всего того, что ты рассказала, я так поняла, что у тебя больше всего вопросов к Селене и… как его там?

– Элиас, – пробурчала я столешнице.

– Точно. Кстати, я же где-то видела фотографии этого Элиаса. Мне кажется, про него писали в «Вестнике Ирвайна». По-моему, он горяч.

Я оторвала голову от стола и с ужасом уставилась на подругу. Заметив мой взгляд, она поспешила добавить:

– Но я, конечно же, не общалась с ним вживую и потому не знаю о том, какой он на самом деле засранец.

– Надеюсь, вы не обо мне?

За парту позади нас приземлились Алекс и его друг Маттиас Чэн. Я печально вздохнула.

– Скаво, не подскажешь, куда делась моя очаровательная и всегда приветливая девушка Линда? – Митчелл обратился к Лиз, наигранно игнорируя меня. – Со вчерашнего дня я ее так и не видел.

– По-моему, Линду сожрала ее злобная сестра-близнец. – Элизабет получила от меня болезненный пинок под столом. Подруга ойкнула и пробормотала: – Ну я же и говорю…

Алекс за моей спиной задумчиво хмыкнул:

– Что ж, дело – дрянь. Надо спасать ситуацию.

Я услышала позади себя движение, а через пару секунд перестала чувствовать под ногами опору. Я не сразу поняла, что Алекс поднял меня вместе со стулом, на котором я сидела.

– Ты с ума сошел?! – заверещала я под предательски заливистый смех Лиз и Маттиаса, не зная, за что держаться, чтобы не упасть. – Верни меня обратно!

– Только после того, как ты вернешь мне мою Линду Престон, – с веселой улыбкой на лице произнес Алекс и слегка встряхнул стул, заставляя меня взвизгнуть.

– Еще раз так сделаешь, и твоя Линда вернется к тебе с переломом шеи! Митчелл, опусти меня на землю сейчас же!

Алекс картинно вздохнул и аккуратно поставил стул вместе со мной на пол. Я тут же подскочила и уперлась пальцем ему в грудь.

– Не смей… больше… никогда… так делать, – процедила я, сопровождая каждое слово тычком.

Алекс с улыбкой взял мою руку и поцеловал тот самый палец, который мгновение назад чуть не проткнул ему грудную клетку. Я обреченно выдохнула, сдаваясь.

Митчелл прижал мою ладонь к своей груди и приблизился, еле слышно произнеся:

– Чувствуешь где-то там что-то бьется? Громко так: тук-тук-тук-тук. – Он довольно прищурился. – Это мое сердце пытается сказать, что ты самое чудесное создание, которое я когда-либо встречал в своей жизни.

Мое собственное сердце ухнуло вниз, а губы против воли расплылись в смущенной улыбке.

– Вот она, моя Линда, – прошептал Алекс, бегая глазами по моему лицу. Поднял вторую руку и заправил мне за ухо прядь волос, следом за этим ласково проведя кончиками пальцев по щеке и легонько щелкнув меня по носу. Он взглянул на наручные часы: – Могу отнять еще немного твоего времени?

Я кивнула, осознавая, что сейчас он мог отнять мои время, сердце, жизнь – что угодно. Алекс за руку повел меня к выходу из аудитории.

– Верни мне подругу в целости и сохранности, Митчелл! Ей еще сдавать реферат по испаноязычной литературе! – крикнула нам вслед Лиз. Алекс в ответ лишь весело усмехнулся.

Выйдя в коридор, мы подошли к ближайшему окну. Алекс посмотрел по сторонам и, прежде чем что-то сказать, обнял меня и поцеловал так, что у меня чуть не подкосились колени.

Не без труда оторвавшись друг от друга и тяжело дыша, мы еще несколько секунд стояли, глупо улыбаясь. Наконец Алекс нарушил молчание:

– Как ты после вчерашнего?

– Зависит от того, что сказали твои родители.

Митчелл мягко рассмеялся.

– Мои родители тобой очарованы.

– Они так и сказали: «Алекс, мы очарованы твоей девушкой»?

– Нет, они сказали, что были бы рады снова видеть тебя у нас дома.

– Может, они сказали это из жалости? После того, какое представление я устроила у вас на заднем дворе…

– Перестань! Думаешь, кого-то из нас могло это смутить?

Я саркастично изогнула бровь:

– Полагаю, не каждый день кто-то выливает на себя бутылку воды на глазах у десятков гостей.

Алекс подхватил мой локон и начал накручивать его на палец.

– Селена и не такие шоу закатывала.

– Например?

– Один раз она чуть не подралась с подругой из-за парня.

– Серьезно? – У меня округлились глаза.

– Более чем.

– Тогда и правда нужно держаться от твоей сестры подальше.

Митчелл ухмыльнулся и отпустил прядь.

– Так что насчет репетиторства? Будешь учить меня литературе? – Парень уперся руками в подоконник по обеим сторонам от меня и прижался ко мне всем телом. Под его напором и жаром из головы вылетели все мысли.

– Я… да, наверное…

– То есть у тебя еще остались какие-то сомнения? – Голос Алекса стал ниже и глубже. Митчелл склонился и зарылся носом в волосы у моего виска. Я судорожно сглотнула и в поисках опоры положила ладони ему на бедра. Митчелл шумно выдохнул мне в ухо.

– Алекс, это невыносимо, – прошептала я.

– Что именно? – пробормотал он, продолжая водить губами по волосам и сводить меня с ума обжигающим дыханием. – Я мешаю тебе сосредоточиться?

Когда Алекс куснул завиток моего уха, я громко зашипела и оттолкнула парня, заставив рассмеяться.

– Нас могут увидеть. – Я расправила плечи, стараясь скинуть наваждение.

– Можно подумать, кто-то удивится, застав Алекса Митчелла обнимающимся с девушкой в коридоре.

Я нахмурилась, и Алекс тут же спохватился:

– Прости, я не это имел в виду.

– Если тебе и правда нужна помощь в литературе от первокурсницы… – Я старалась не думать о том, как меня задели его слова.

– Мне это нужно. – Алекс снова приблизился и обхватил ладонями мое лицо, заметив, что расстроил меня. – Ты мне нужна. Пожалуйста, Линда. Я хочу, чтобы ты со мной занималась. – Он лукаво улыбнулся. – Только ты.

Приподнятые уголки губ. Ямочки на щеках. Озорно блестящие глаза. Черт, я не могла долго дуться на него!

– Я думала, что уж в вашей-то семье точно не должно быть проблем со сдачей экзаменов и получением диплома.

Митчелл быстро поцеловал меня в кончик носа и опустил руки.

– Если ты намекаешь на то, что родители за все платят, то я бы вообще здесь не появлялся. И Элиасу, и Селене, и мне приходится доказывать, что мы не просто так носим фамилию Митчелл. Брат с сестрой закончили университет с отличием. Не думаю, что смогу дотянуть до их уровня, – Алекс хитро прищурился, – но показать родителям, что я пытался сделать все, что в моих силах, было бы неплохо.

Я недоуменно уставилась на него:

– Ты учишься в вузе для того, чтобы что-то доказать родителям?

– Не совсем так. Ты же знаешь, Митчеллы – это знак качества. – Алекс на секунду закатил глаза. – Родители долго работали на репутацию и нас растили с пониманием важности этого. Я сколько угодно могу слыть бабником и сорвиголовой, но, когда отец попросит меня подготовить проект гостиной в стиле Бидермайера [5], я должен буду сделать его таким, что заказчик не захочет от него отказаться и еще доплатит сверху.

– И часто тебя просят делать подобные проекты? – Я обняла Алекса за талию и задрала голову, глядя снизу вверх.

– Если только нужны какие-то свежие идеи. Во-первых, все же пока я не дипломированный специалист, а во‑вторых, половину отцовской работы берет на себя Элиас. Ему это нравится. Он готов сутками сидеть за всеми этими планировками и чертежами. У меня же, – Митчелл обхватил меня руками в ответ, – есть дела поинтереснее.

Я пробежалась кончиками пальцев по его спине, и Алекс довольно заурчал.

Глава 3

Первая половина мая в Калифорнийском университете Ирвайна была жарче июля, который чаще всего мог похвастаться сотней градусов по Фаренгейту [6]. А все потому, что первая половина мая в университете была временем сдачи финальных экзаменов. Студенты забывали, что такое личная жизнь, общение с близкими, а порой даже – питаться и спать.

Мы с Элизабет Скаво не стали исключением, появляясь дома лишь затем, чтобы поймать несколько часов сна и перехватить пару бутербродов.

И если с Лиз мы пересекались, потому что учились по одинаковым программам, то с Алексом почти не виделись. За две недели мы встретились всего несколько раз, и то случайно в коридорах.

Удачное завершение экзаменов мы отметили со Скаво и еще несколькими девчонками с литературного курса в баре «Hot Jackson».

Я почти не пила, поскольку на следующий день нужно было выходить на смену в магазине. Лиз же так обрадовалась тому, что закрыла все предметы с отличием, что не постеснялась смешать пиво с коктейлями и остаток вечера провела на коленях у красавчика с курса по экономике.

Мое благоразумие позволило мне на следующий день приехать на работу в приподнятом настроении.

Книжный магазин был небольшим – он даже не имел специального названия. Вся площадь составляла не больше ста квадратных метров. Над стеклянной витриной снаружи красовалась невзрачная вывеска «Книги», но многие местные знали этот магазин и захаживали из-за невысоких цен и возможности найти редкие экземпляры по искусству вроде немецкого издания нот для фортепиано 1916 года Баха [7].

Самыми частыми посетителями были студенты, молодые мамочки и пенсионеры.

Утро воскресенья обещало быть спокойным, так как многие только просыпались и выбирались на улицу лишь после обеда. За час я обслужила всего троих: пожилую пару, искавшую подарочное издание книги про муми-троллей для внука, и парня, который учился в моем университете на курс старше: ему понадобилась «Невыносимая легкость бытия» Милана Кундеры [8].

После этого я помогла старшему продавцу Лие, с которой мы сегодня работали вдвоем, вытереть пыль и перетащить в кладовую коробки, занимавшие и без того небольшое пространство между стеллажами.

Лие было двадцать шесть лет, и в скором времени она планировала уходить в декрет. Ее было почти невозможно удержать от активной работы, но я, когда замечала, не позволяла ей поднимать тяжелые коробки и залезать на верхние полки, с опаской косясь на округлившийся живот. На каждый мой порыв помочь Лия отвечала благодарной улыбкой.

Пока она общалась за кассой с очередным покупателем, я отправилась в дальний конец зала за тележкой.

Звякнул колокольчик у входа, и послышались оживленные голоса.

Я покатила тележку, чтобы загрузить ее оставшимися коробками, и замерла. У стеллажа с классической литературой возле кассы стояли Элиас Митчелл и его подруга, которую я видела на дне рождения его матери, – Анна Форестер.

Вместе с тележкой я резко завернула в ближайший проход в надежде, что они не успели меня заметить.

Я задалась вопросом, какого черта они делают в этом богом забытом магазинчике, особенно если учесть, что Митчеллы жили за городом и вероятность забрести именно сюда во время прогулки равнялась примерно нулю.

Судорожно бегая глазами по книжным корешкам перед собой, я слушала, как Лия прощается с клиентом и как в нескольких метрах от меня негромко переговариваются Элиас и Анна.

– Молодые люди, я могу вам чем-то помочь?

– Просто знакомимся с ассортиментом, спасибо. – В голосе Анны была слышна улыбка.

– Я знаю все книжные магазины Ирвайна. Странно, что не слышал о вашем. – Голос Элиаса звучал удивленно.

– Мы работаем не так давно, да и рекламой у нас заниматься некому, – вежливо отреагировала Лия.

– Жаль, у вас довольно… мило.

«Мило». Меня перекосило от того, сколько в этом слове было снисхождения.

– У нас много постоянных покупателей. Они знают, что здесь можно найти такие издания, какие не встретишь в сетевых магазинах.

Я отчего-то чувствовала себя виноватой перед Лией за то, что она была так незаслуженно любезна. Да, она общалась так со всеми покупателями, но с Митчеллом…

– Мы пройдемся?

– Конечно! Если возникнут какие-то вопросы, обращайтесь.

Я затаила дыхание, услышав приближающиеся шаги. Если я ничего не предприму, то через пару секунд кто-то из этих двоих обязательно меня увидит.

А что я могла сделать? Я стояла, вцепившись в тележку, между двух стеллажей, и выход был только один, – в центральный проход между рядами, по которому сейчас неспешно двигались Элиас с Анной.

Шаги становились все ближе. Я решила, что лучшим вариантом будет отвернуться к полкам у стены и делать вид, что я что-то сосредоточенно изучаю.

Я отодвинула тележку и попятилась. Вдруг моя левая нога за что-то зацепилась. Магазин покачнулся. Я попыталась ухватиться за ближайшую полку, но лишь заставила стоявшие на ней книги рухнуть на пол вместе со мной. Я чуть не взвыла, почувствовав, как ткнулась копчиком о край проклятой коробки с ретро-комиксами.

Спровоцированный мной грохот заставил приближавшиеся шаги ускориться, и через мгновение из-за стеллажа передо мной показалась Анна. Спустя секунду за ее спиной вырос Элиас.

Представив, как комично выглядела, раскорячившись на полу в окружении поваленных книг, я закусила губу, чтобы не застонать: не то от боли, не то от досады.

– О боже, ты в порядке? – Анна метнулась вперед и протянула руку, помогая встать.

Пока я, превозмогая ноющую боль в пятой точке, пыталась кое-как подняться, к нам присоединилась бледная как полотно Лия.

– Линда! – вскрикнула она и тоже ринулась ко мне.

– Все в норме, – прокряхтела я, выпрямляясь.

– Линда? – переспросила Анна, вглядываясь в мое лицо. – Ты была на дне рождения миссис Митчелл.

– Это девушка Алекса, – подал голос Элиас. – Крайне грациозная девушка Алекса.

– Элиас, – осуждающе протянула Анна.

Я вложила в брошенный на Митчелла взгляд максимум презрения. Молодой человек стоял, скрестив на груди руки и невозмутимо ухмыляясь.

– Как ты? Не поранилась? – Анна выглядела обеспокоенной.

Я слабо улыбнулась. Вдобавок к заднице подозрительно заныла левая лодыжка. Я сделала шаг и, охнув, схватилась за плечо стоявшей рядом Лии.

– На сегодня с тебя хватит работы, – пробормотала она.

– Давайте помогу.

Ситуация, в которой я оказалась, была крайне нелепой; но когда Митчелл подошел с другой стороны и подхватил меня за талию, стало еще хуже. Его ладонь была такой горячей, что казалось, будто на мне не было футболки и рубашки, а он касался моей оголенной кожи. Это был первый раз, когда Элиас коснулся меня, и мне отчего-то стало не по себе.

В дополнение ко всему с его приближением меня окутало каким-то до боли знакомым запахом, но я была не в том положении, чтобы погружаться в размышления.

Я шумно вдохнула, демонстрируя недовольство. Элиас обратился к Лии:

– У вас есть лед?

– Мне не нужно… – пробормотала я.

Лия растерянно заморгала, глядя на Митчелла. Тот повернулся к Анне:

– Напротив я видел продуктовый. Можешь купить что-нибудь холодное, чтобы приложить к ноге?

Анна с готовностью кивнула и выбежала из магазина.

– Принесу стул! – Лия заторопилась в противоположную сторону, в подсобку.

Я, озлобленно фыркнув, скинула с талии ладонь Митчелла и прислонилась к ближайшему стеллажу.

– Феноменальный уровень невезения, – прокомментировал Элиас.

– В тот момент, когда ты появляешься на горизонте, на меня сыплются неприятности, – прошипела я сквозь зубы. – Какого черта ты вообще здесь делаешь?

– Заглянул в книжный магазин. Разве это запрещено?

– Какое счастливое совпадение, что это оказался именно тот магазин, в котором работаю я.

Митчелл дерзко дернул бровью.

– Не стоит завышать свою исключительность, мисс Престон.

– Ты запомнил мою фамилию? Какая честь. – Я попыталась перераспределить вес на левую ногу и вновь зашипела, на этот раз от боли. Митчелл опустил неуверенный взгляд на мою лодыжку.

– У тебя растяжение.

– У меня головная боль от тебя.

– Прекрати вести себя…

– Вот! – К нам приблизилась Лия и поставила возле меня стул. – Садись.

Я осторожно примостилась. В этот момент кто-то зашел в магазин.

– Ох, это покупатель, – Лия обернулась на дверь, а затем неуверенно взглянула на меня. – Ты тут справишься?

Не то, чтобы я горела желанием снова оставаться наедине с Митчеллом, но и принуждать Лию меня караулить тоже не могла.

– Конечно, иди.

Лия натянула на лицо приветливую улыбку и направилась к кассе.

– Сможешь снять обувь? – спросил Элиас.

– Что?!

– Нужно понять, что у тебя с ногой.

– Ты же сам только что сказал, что растяжение.

– А если бы я сказал, что у тебя перелом, ты бы и в это не глядя поверила?

Думаю, мой злобный взгляд мог пронять кого угодно, только не Элиаса Митчелла. Он присел рядом на корточки, как будто с усилием опираясь на правое колено, и принялся расшнуровывать левый кед.

– Я могу сама… – начала я, но Элиас не послушал меня, сосредоточившись на шнурках.

Я совсем растерялась, не ожидая от него такой участливости. А может, он лишь хотел перед Анной показать себя лучше, чем есть? В конце концов, она хорошо относилась к нему наверняка не без причины.

Развязав шнурки, Митчелл медленно потянул кед, снимая. Я вцепилась руками в края сидушки, ожидая боли, но ее не было.

Следом за кедом Элиас снял носок, осторожно придерживая лодыжку.

Я задержала дыхание, когда его пальцы сжали голеностоп.

– Так не больно? – спросил Митчелл.

– Нет.

Элиас повел лодыжку чуть вправо:

– А так?

– Нет.

Затем он аккуратно повел лодыжку влево, и я ойкнула, когда ее прострелила боль.

– Точно растяжение, но не сильное. Если будешь беречь ногу, то скоро придешь в норму.

От двери донесся звон, и появилась запыхавшаяся Анна с двумя пакетами замороженного горошка. Она протянула их Элиасу.

– Ну что там? – спросила она, с тревогой глядя на мою голую ступню.

Митчелл приложил один из пакетов к ноге, и я судорожно вздохнула.

– Ничего страшного, – прокомментировал он. – Чуть потянула связки. Сейчас нужно подержать ногу в холоде, а потом намазать чем-нибудь противовоспалительным. У тебя же дома есть что-нибудь? – Митчелл не поднимал глаз, предпочитая разговаривать с моей ступней.

– Наверняка есть, – просипела я.

– Значит, помажешь.

К нам подошла Лия.

– Как дела?

– Все нормально, – ответил Элиас. – Через пару дней будет как новенькая.

Лия облегченно выдохнула:

– Спасибо вам большое! Вы врач?

– Нет, просто немного разбираюсь в этом.

– Как нам повезло, что вы оказались здесь!

Я еле удержалась от того, чтобы не воскликнуть: «серьезно?!» Если бы Митчелл здесь не оказался, моя нога была бы в целости и сохранности.

– Линда, я вызову тебе такси до дома, – сказала Лия.

– Зачем такси? – встряла Анна. – Мы на машине. Можем подбросить.

Я смутилась:

– Спасибо, но не нужно…

– Анна, поможешь ей? – Элиас все еще не отрывал взгляд от моей ноги. – Подгоню машину ближе к двери.

– Я спокойно доеду на такси! – Я попыталась возмутиться, но Митчелл уже опустил мою лодыжку вместе с пакетом на пол, поднялся и направился к выходу.

– Не говори ерунды, – махнула рукой Анна. – Тебе помочь обуться?

– Справлюсь, – угрюмо пробурчала я.

Я надела носок и обулась, ахая от боли и удивляясь, как Элиасу удалось снять кед настолько осторожно, что я ничего не почувствовала.

Лия принесла из подсобки мой рюкзак, и вместе с Анной они помогли мне доковылять до выхода, около которого уже стоял на аварийке черный внедорожник Митчеллов.

Анна, предварительно отодвинув переднее пассажирское сиденье, усадила меня назад, а сама села рядом с Элиасом.

Я пристроила замороженный пакет прямо на ботинок, затем назвала Митчеллу домашний адрес, и парень тронулся с места.

Всю дорогу мы провели в молчании. У меня не было тем для разговора, а Анна с Элиасом, вероятнее всего, не хотели ничего обсуждать в моем присутствии, хотя Форестер и держалась приветливо. Митчелл даже не включил радио, чтобы хоть чуть разрядить обстановку.

Несмотря на то, что не была ни в чем виновата, я все равно чувствовала неловкость: за то, что подвела Лию, за то, что из-за меня Анна бегала в магазин, за то, что Элиас тратит время на то, чтобы подбросить меня домой. Полагаю, если бы я не была девушкой Алекса, он бы вряд ли вообще стал со мной возиться.

Минут через двадцать машина остановилась возле моего дома, и Анна дернулась, чтобы помочь мне выйти. Я положила ладонь ей на плечо, останавливая.

– Спасибо. – Я подобрала пакеты, которые уже немного подтаяли и оставили мокрый след на моем кеде и лужицу на коврике. – И тебе, Элиас, спасибо. За то, что подвез. – Я посмотрела в зеркало заднего вида и поймала хмурый взгляд Митчелла.

Я переоценила свои возможности и выбиралась из машины дольше, чем рассчитывала, но не позволила себе показать слабость и несколько раз лишь скрипнула зубами от боли, когда неудачно поворачивала левую ногу.

– Пока, Линда. Будь осторожнее, – махнула мне в окно Анна и мило улыбнулась.

Я подхватила рюкзак, пакеты и захлопнула дверцу автомобиля. Прихрамывая, направилась к дому.

Машина Митчеллов тронулась с места только после того, как я открыла входную дверь, и меня неприятно обожгло осознание того, что все это время за мной наблюдали.

Алекс сидел на моей постели и осторожно поглаживал лежавшую у него на коленях ногу.

– Детка, как же тебя угораздило?

Я развела руки в стороны:

– Возможно, меня кто-то сглазил?

Алекс посмотрел на лодыжку.

– Элиас сказал, ты потянула связку, когда упала, споткнувшись о коробку.

– А он случайно не сказал, что забыл в моем магазине?

– Ну, ты же говорила маме, что у вас есть редкие издания по изобразительному искусству, поэтому он, скорее всего, и повез туда Анну, чтобы присмотреть что-нибудь интересное.

Элиас действительно слушал то, о чем я говорила на дне рождения миссис Митчелл? Я была уверена, что его в тот момент больше интересовала складка на скатерти, нежели мои рассказы.

– Надеюсь, ты придешь в норму к пятнице, – Алекс взглянул на меня. Я вопросительно выгнула бровь. – Мама попросила пригласить тебя к нам на ужин. – Видимо, заметив мою растерянность, парень улыбнулся. – Я же не врал, когда говорил, что ты понравилась родителям.

– Какой-то праздник?

– Обычный ужин в семейном кругу.

Я оперлась на локти и потянулась вверх, принимая сидячее положение. Больная нога соскользнула с колен Алекса.

– А что Селена с Элиасом?

– А что с ними?

– Они разве не будут против, что я снова испорчу семейную идиллию?

– Линда, перестань. Им плевать. Тем более тот факт, что тебя приглашает мама, должен дать им понять, что их мнение на этот счет особой роли не играет. – Губы Алекса скривились в усмешке, а сам он упал на спину поперек постели и повернулся на бок, подложив под голову руку, чтобы видеть меня.

– Как это? – с подозрением прищурилась я.

– А так, что у нас дома последнее слово всегда остается за мамой.

Едва я успела переступить порог дома Митчеллов, как оказалась стиснута в объятиях Роуз.

Выглядывая из-за ее плеча, я растерянно посмотрела на Алекса. У него была такая торжествующая улыбка, будто он только что пожал руку своему кумиру Келли Слейтеру [9].

– Мне нравится твой наряд, дорогая, – отметила миссис Митчелл, отпустив меня.

Сегодня я надела бледно-голубое легкое платье без бретелей, узкое у ключиц и расширяющееся к коленям, а волосы собрала в высокий хвост.

Алекс так и не сказал, как нужно одеться, поэтому я выбрала что-то нейтральное – не слишком вызывающее и одновременно подходящее официальному приему.

– Пойдем. Познакомлю тебя с Глорией.

Миссис Митчелл схватила меня за руку и повела за собой.

На кухне мы встретили невысокую полноватую женщину в светло-серой форме с фартуком. В тот момент, когда мы зашли, она доставала что-то из духовки.

– Глория – наша домработница, но она уже почти как член семьи, – представила Роуз. – Следит, чтобы мы не оставались голодными и не заросли в пыли. Глория, это Линда Престон, девушка Алекса. Теперь она будет частой гостьей в нашем доме.

Роуз ласково улыбнулась мне, а я обратилась к Глории:

– Очень приятно. Жаль, не видела вас на дне рождения.

– О, а меня на нем и не было. – У Глории был приятный грудной голос. – Племянник разболелся, и некому было присмотреть.

– Глория, можно воды? – На кухне показалась Анна Форестер. Девушка оделась в белый сарафан в пол. На ее руках и шее были украшения из разноцветных деревянных бусин. Она заметила меня: – Линда! – Анна кинулась ко мне с объятиями. – Рада тебя видеть! Как нога?

– Спасибо, все хорошо. – Я улыбнулась. Меня тронули ее радостные эмоции от встречи со мной.

– А что с ногой? – поинтересовалась Роуз.

Анна всплеснула руками:

– Линда подвернула ее на той неделе.

– Ох, дорогая, – миссис Митчелл кинула на меня озабоченный взгляд.

– Правда, все в порядке, – успокоила я ее.

– Коробки порой бывают слишком коварны, – улыбнулась мне Анна. – Спасибо! – Она взяла протянутый Глорией стакан с водой и, на прощание сжав мне ладонь, выпорхнула из кухни.

За стол мы сели лишь спустя полчаса. Алекс приятно удивил, проявив галантность и подвинув стулья мне и миссис Митчелл, а затем устроился по левую руку от меня. Напротив сели Анна и Селена. Сестра Алекса вместо приветствия лишь покосилась в мою сторону и скривила губы. Я уже начинала привыкать к ее поведению.

Место между девушками оставалось свободным так же, как и стул рядом с Роуз.

– Адам с Элиасом сейчас подойдут, – пояснила миссис Митчелл, раскладывая на коленях салфетку. – Общаются с клиентом по видеосвязи.

Глория расставляла на столе последние закуски, когда в столовую зашли задержавшиеся мужчины. Адам, увидев меня, приветливо кивнул, а Элиас даже не посмотрел в нашу с Алексом сторону. Как только он устроился между Селеной и Анной, последняя начала накладывать ему в тарелку жаркое.

– Перестань, я не голоден, – прошептал Элиас, но Форестер лишь отмахнулась и потянулась за блюдом с нарезкой. Заметив, что я слежу за ней, Анна улыбнулась мне и подмигнула.

Девушка определенно начинала мне нравиться. Было забавно наблюдать за тем, как она смущает Элиаса своей заботой. Чем больше заполнялась тарелка перед ним, тем сильнее молодой человек хмурился. Но он не был зол, а лишь что-то с недовольным видом шептал на ухо Анне, с губ которой не сходила веселая улыбка.

– Сок?

Я повернулась к Алексу, демонстрировавшему мне графин.

– Спасибо, – я ласково улыбнулась ему, и младший Митчелл наполнил мой стакан.

Ужин проходил спокойно и местами даже весело. В основном говорили старшие Митчеллы. Мы с Алексом поддерживали разговор, Селена односложно отвечала на задаваемые ей вопросы, а Элиас с Анной больше общались между собой. Роуз весь вечер бросала на них довольные взгляды.

– Знаете, а мы с отцом в начале июня летим в Испанию, – вдруг объявила она и обратилась к старшему сыну. – Хотели предложить вам с Анной полететь с нами.

– Но я не могу, – ответил Элиас. Было заметно, как он напрягся. – Если отец улетит, основная часть работы ляжет на меня.

– Все главные проекты закрыты, а проконсультировать заказчиков сможет и Селена.

– Прекрасно, – пробормотала та и, взяв бокал с вином, откинулась на спинку стула, всем видом демонстрируя недовольство.

– Тебе давно пора начать вникать в семейные дела, – сказала ей мать.

Селена отсалютовала фужером и сделала глоток.

– Зачем напрягать Селену, если я могу справиться без чужой помощи?

– Сын, но ты давно не отдыхал, – настаивала миссис Митчелл. – К тому же вам с Анной пойдет на пользу совместный отпуск.

Столовые приборы Элиаса звякнули об тарелку. Его губы плотно сжались.

– Миссис Митчелл, спасибо за предложение, – подала голос Форестер. – Но, боюсь, я тоже не смогу. У меня уже есть планы на лето.

Роуз оживилась:

– Вы с Элиасом уже куда-то собрались?

Старший сын Митчеллов громко кашлянул и потянулся за стаканом с водой. Анна мило улыбнулась Роуз:

– Нет, миссис Митчелл, мы не планировали с Элиасом совместного отдыха. У меня свои планы, у него – свои.

– Как жаль, – разочарованно выдохнула Роуз. Элиас в пару глотков осушил полстакана. – А вы двое? – Женщина повернулась к нам с Алексом. – Не хотели бы слетать с нами?

– Мам, у меня соревнования, – ответил Алекс.

– У меня тоже работа, миссис Митчелл.

– Все заняты, – беспомощно протянула Роуз, обратившись к мужу.

Адам приобнял ее за плечо и прикоснулся губами к виску:

– Все просто стали взрослыми, дорогая. Селена, может, ты полетишь с нами?

Дочь Митчеллов изобразила изумление:

– Ого! Спасибо, что вспомнили!

Я увидела, как Анна положила ладонь на руку Элиаса, и тот наклонился к ней. Пока девушка что-то говорила ему на ухо, Элиас в первый раз за вечер посмотрел на меня. Его взгляд был темным и тяжелым, и я едва удержалась, чтобы не поежиться от пробравшего меня чувства дискомфорта.

– Линда, – обратилась ко мне Роуз, – а как ты смотришь на то, чтобы пожить у нас?

В столовой повисла тишина.

– Э-э-э, – только и смогла выдавить я, недоуменно глядя на миссис Митчелл.

– Этим летом, – невозмутимо продолжила она. – Мы с Адамом все равно улетим. Селена, судя по всему, с нами. Дома останутся только мальчишки. Заодно присмотришь за ними.

– Это неплохая идея, – отреагировал мистер Митчелл. – Вы же планировали с Александром заниматься? Вам не придется искать место для уроков.

Меня смутило то, насколько сильно старшие Митчеллы загорелись этой идеей. Одно дело – приезжать в гости и заниматься с Алексом литературой, но совсем другое – жить в чужом доме. Они же совсем меня не знали, да и я их…

Я посмотрела на Алекса, ища в его лице ответ на свой немой вопрос. Он не заставил себя долго ждать. Судя по сияющим глазам парня, идея моего проживания с ним под одной крышей понравилась ему больше всех присутствующих.

– Серьезно? – спросила Селена. – Вы понимаете, что оставляете им наш дом как площадку для любовных утех?

Я покраснела, а младший Митчелл стрельнул в сестру убийственным взглядом.

– Селена, прекрати все выставлять в дурном свете, – Адам с укором посмотрел на дочь. – И тебе ли судить?

– Может, хватит припоминать мне одну-единственную ошибку? – прошипела Селена.

– Может, хватит укорять других в том, чего они еще не делали и, возможно, даже не собираются делать?

– Эти двое? Не собираются? – фыркнула девушка.

Я посмотрела на Анну, которая обеспокоенно следила за разворачивающимся конфликтом, а затем на Элиаса. Его серьезный взгляд был устремлен в тарелку, а руки – сжаты в кулаки. Казалось, он едва сдерживается, чтобы не взорваться.

Селена под осуждающими взглядами родителей на миг закатила глаза и встала.

– Делайте что хотите. Но когда Алекс в один прекрасный день принесет вам внебрачного ребенка, не говорите при мне об испорченной репутации фамилии Митчелл.

Девушка бросила салфетку на стул и вышла из столовой.

Желваки на скулах Алекса ходили ходуном. Я положила ладонь ему на руку, которой он сжимал лежавшую на коленях салфетку.

Я первой нарушила молчание:

– Наверное, мне все же стоит отказаться от вашего предложения, миссис Митчелл. Я не хочу доставлять вам неудобства…

– Что за глупости, Линда? Какие неудобства? – удивилась Роуз. – Ты побудешь вдали от города. Здесь свежий воздух, океан ближе – вы сможете хоть каждый день ездить на пляж… В общем, решайте с Александром. Если что, мы с Адамом не против, Элиас, думаю, тоже. Элиас? – Она окликнула старшего сына, который сидел, натужно выпрямив спину.

– Алекс с Линдой – взрослые люди и вправе сами решать, как им поступать, – произнес он ровным голосом, не поднимая глаз.

– Уверен, что в любом случае вы будете вести себя благоразумно, – заметил Адам.

Я посмотрела на Анну. Девушка ободряюще мне улыбнулась.

Остаток вечера я пыталась проанализировать отчаянное стремление родителей Алекса сблизить нас с ним. Не то чтобы я была против или мне не хотелось провести у них лето, просто это все в целом несколько не вписывалось в привычную мне картину мира: ту, в которой парень с девушкой сначала встречаются, потом знакомятся с родителями, потом встречаются еще какое-то время и только после этого сами принимают решение о том, жить им вместе или нет.

Конечно, Митчеллы не предлагали переехать к ним. Речь шла только о каникулах, но все же…

Может, и правда неплохо было бы сменить обстановку?

Я покосилась на Алекса, который отмалчивался и, я чувствовала, продолжал злиться. Мне самой было неудобно, что я снова косвенно стала причиной вспышки ярости Селены.

Я могла предположить, почему идея родителей ему понравилась, но именно по этой самой причине мне было страшно оставаться с ним жить под одной крышей. В принципе, если мы с ним предварительно обсудим все условия моего здесь пребывания, то мне будет спокойнее…

Боже, как же меня разрывало от неловкости и в то же время от желания согласиться на предложение Митчеллов.

Ко всему прочему, меня беспокоило поведение Элиаса. Я не могла понять, из-за чего злился он: из-за поведения сестры или из-за предложения матери. Так или иначе, после произошедшего он вообще перестал принимать участие в каких-либо разговорах и даже отставил свою тарелку, откинувшись на спинку стула и задумчиво глядя перед собой.

После окончания ужина Анна напомнила Элиасу о том, что он обещал что-то показать ей в студии, и они вместе вышли из-за стола.

– Студии? – поинтересовалась я у Алекса, когда они ушли.

– Элиас – художник. – Младший Митчелл уже чуть успокоиться и теперь нежно поглаживал мою ладонь под столом. – По работе он рисует схемы и планы для отца, а в свободное время – картины. И учит других.

– Ух ты! – Я была искренне удивлена. – В детстве я мечтала научиться рисовать.

Алекс ухмыльнулся:

– У тебя появилась прекрасная возможность воплотить свою детскую мечту. Думаю, Элиас не откажет.

– Нет-нет-нет. – Мне было страшно представить времяпрепровождение наедине с самым странным Митчеллом. – То, что я, возможно, хотела бы научиться рисовать – еще не значит, что я готова заняться этим в ближайшее время.

– А зря. – Заметила Глория, собирая пустые блюда со стола. – Мистер Митчелл – очень хороший преподаватель.

– Давайте я вам помогу! – Я подскочила с места, стремясь сменить тему разговора.

– Что вы, мисс Престон, это моя работа.

– Вы весь вечер занимались готовкой. Я хочу помочь вам убрать. – Я собрала фужеры. От меня не укрылось, какой выразительный взгляд бросила Глория на миссис Митчелл и как та в ответ ей сдержанно улыбнулась.

Пока мы с домработницей убирали со стола, мистер Митчелл позвал Алекса в свой кабинет, и в столовой осталась только Роуз. Она дождалась, когда я в очередной раз выйду с кухни, и пригласила присесть к ней на диван, стоявший позади стола.

Я занервничала, хоть миссис Митчелл и смотрела на меня вполне дружелюбно.

– Линда, надеюсь, ты не сильно переживаешь из-за слов Селены?

– Я чувствую себя виноватой.

– Почему?

– Ну… Селене не нравится тот факт, что я могу гостить здесь, и из-за этого я стала причиной вашего конфликта, – не слишком уверенно заметила я.

Роуз внимательно рассматривала мое лицо.

– Селена хорошая девочка, но она избалована. Это наше с Адамом упущение. Единственная дочь. – Женщина сложила ладони на коленях и склонила голову. – Она каждый день стремится побольнее уколоть кого-то из нас. Не потому, что злая, а потому, что требует внимания. Мы уже привыкли. – Она снисходительно улыбнулась. – Поэтому, прошу тебя, не принимай ее слова близко к сердцу. Я доверяю Александру и вижу, что ты порядочная девушка. Уверена, вы не будете делать ничего, за что всем нам впоследствии будет стыдно. Ты понимаешь, о чем я?

– Конечно, миссис Митчелл! – поспешила заверить я, чувствуя сильное смущение.

Роуз некоторое время смотрела на меня.

– Линда, буду с тобой откровенна, – наконец сказала она. – Я немного растеряна. Знаю, иногда Александр позволяет себе чуть больше свободы, чем следовало бы, но все же он знает границы дозволенного. Ты его первая девушка, с которой он нас познакомил, и я одновременно рада и обеспокоена.

Я невольно сглотнула.

– Александр всегда был непостоянен и непредсказуем, но что-то в тебе заставило его перемениться. – Роуз придвинулась ко мне. – Я не стремлюсь узнать, что именно, но мне как матери нравятся эти изменения. Мой сын стал сдержаннее и будто бы даже взрослее. Перестал вступать в перепалки с сестрой. Еще пару месяцев назад то, что она сказала сегодня, послужило бы такому скандалу, последствия которого мы всей семьей расхлебывали бы еще не один день. Но сегодня он промолчал, и полагаю, что причиной этому была ты.

– Миссис Митчелл, я не просила его ни о чем…

– Александр не из тех людей, кто будет делать что-то против своей воли. Ты дорога ему, и я вижу это в его действиях и словах. Ты очень скромная, внимательная и благотворно влияешь на моего сына. – Роуз вздернула подбородок. – Я заметила, как смутило тебя мое сегодняшнее предложение. Каникулы у нас… Дом большой и на половину лета остается пустым. Если ты и твои родители не будут против – почему бы тебе не пожить здесь? Я не упрашиваю тебя, – улыбнулась она. – Я поясняю, почему именно ты мне симпатична и почему не вижу ничего предосудительного в том, чтобы вы пожили какое-то время вместе у нас дома. Ну и на тот случай, если бы ты вдруг решила переночевать у нас, чтобы не делала этого тайком, как… Ну, ты понимаешь. – Миссис Митчелл села еще ближе и взяла меня за руки, глядя в глаза. – Я вижу, что ты достойнее бывших пассий Александра и искренне хочу, чтобы у вас с ним все получилось.

– Спасибо, миссис Митчелл. – Я чуть сжала руки Роуз, и она ответила мне добродушной улыбкой.

– Мама тебя не сильно запугала?

Мы стояли с Алексом в обнимку во дворе перед домом Митчеллов и ждали такси.

– Она замечательная, – честно сказала я. – Понимающая и искренняя.

Алекс расслабленно улыбнулся.

– А мистер Митчелл? Зачем он звал тебя в кабинет?

– Ни за что не догадаешься, – хмыкнул парень. – Зачитал целую лекцию об ответственности.

– Ты шутишь?

– Ничуть. Предупредил, что если я планирую пригласить тебя к нам домой и хоть как-то обижу, то он сдерет с меня три шкуры.

Я замерла, настороженно смотря на Алекса. Парень пожевал губы.

– Отец любезен только с гостями, с нами он за словом в карман не лезет. А еще он сказал, что ты ему понравилась. Я намекнул ему, чтобы не смел уводить тебя у меня.

Я засмеялась:

– Удивительно. Половина твоей семьи меня на дух не переносит, а половина – души не чает.

– Брось. – Алекс прижал меня к себе. Я прислонилась щекой к его широкой груди, слушая громкое и ровное сердцебиение. – Элиас к тебе спокойно относится, а Селена себе на уме. Так что ты решила? – Он поцеловал меня в затылок. – Погостишь у нас?

– Мне нужно поговорить со своей мамой.

– То есть ты не против?

Я неопределенно пожала плечами:

– Скажем так: я никогда раньше не жила с парнями, и меня это немного пугает.

– Даже если этот парень – я?

– Тем более если этот парень – ты!

Митчелл усмехнулся, и моих губ коснулся нежный, как вечерний летний ветерок, поцелуй.

Глава 4

Весь последующий день и первую половину воскресенья я прокручивала в голове вечер пятницы и предложение Митчеллов, взвешивая все «за» и «против». На одной чаше весов были желание проводить с Алексом вместе как можно больше времени и слова Роуз насчет того, что я ей нравлюсь, на другой же – недовольство его брата с сестрой и непривычные для меня обстоятельства.

Я не хотела выглядеть легкомысленной девушкой, которая воспользовалась одобрением родителей и тут же запрыгнула в постель к парню. Я и не была такой.

К тому же у меня не выходило из головы и колкое высказывание Селены о детях. Возможно, это и было сказано на эмоциях, но добавило переживаний насчет близости с Алексом. Нас с ним сильно тянуло друг к другу. Каждый раз, оставаясь наедине, мы ходили по тонкому льду, едва сдерживаясь. Пока ограничителем выступала я, прекрасно понимая, что Алексу достаточно всего одного намека как для того, чтобы остановиться, так и для того, чтобы дойти до конца.

Я не знала, насколько нас хватит, но новый опыт мог стать отличной возможностью это выяснить и узнать друг друга еще лучше.

За всеми этими размышлениями я возвращалась с работы.

Подходя к дому, я сразу узнала припаркованный у подъездной дорожки седан Алекса и напряглась, решив, что что-то случилось. Он никогда еще не приезжал к нам в мое отсутствие.

Стоило зайти на кухню, как я обнаружила там довольного Митчелла, который потягивал чай, пока моя мама поправляла свежие цветы в вазе.

Я замерла на пороге с наполовину стянутым со спины рюкзаком, переводя взгляд с Алекса на маму и обратно.

– Линда! – Митчелл приветственно махнул мне рукой. – А мы как раз про тебя говорили.

– Даже не сомневаюсь, – пробормотала я, наконец сняв рюкзак и оставив его на полу у входа.

Я вопросительно уставилась на маму, которая соизволила отвлечься от цветов и обратить внимание на меня.

– Дорогая, Алекс приехал отпрашивать тебя к нему на каникулы.

Я перевела взгляд на парня. Он в этот момент с невозмутимым видом разрывал упаковку печенья «Choco Pie».

– А ты?

Мама пожала плечами:

– А как я могу ему отказать?

– Я убедил миссис Престон, что беру на себя полную ответственность за тебя, – произнес Алекс с набитым ртом.

– Это даже не обсуждается, юноша. – Мама наигранно серьезно ткнула в его сторону пальцем, а затем перевела его на меня: – Да и ты не теряй голову, дорогуша.

– И это говорит женщина, которая продала свою дочь с потрохами за букет цветов, – хмыкнула я и прошла к столу, за которым сидел Алекс, тянущийся за очередным печеньем. Я состроила парню недовольную гримасу. Тот в ответ хитро прищурился и, разрывая упаковку, обратился к маме:

– Миссис Престон, мне было бы приятно, если бы и вы как-нибудь заехали к нам в гости.

Я обреченно вздохнула. Режим «чеширского кота» в исполнении Алекса Митчелла работал безотказно. Мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что в этот момент у мамы покраснели щеки.

– Ой, нет-нет-нет, Алекс, что ты! Еще меня вам не хватало. Я доверяю своей дочери.

Митчелл, глядя на меня, расплылся в такой многозначительной улыбке, что у меня внутри все затрепетало. И как ему это удавалось?

Я с трудом оторвала взгляд от нахально рассматривающего меня в присутствии моей матери парня:

– Как ты тут будешь одна без меня? Ты со своей работой забываешь чайник с плиты снять. Когда я вернусь, здесь останутся руины. – В этот момент в кухню неспешно вошел Бруно. Я махнула рукой в его сторону: – А Бруно? Он помрет от голода!

Алекс поманил собаку, и та, счастливо высунув язык и завиляв хвостом, потрусила к нему.

– Фан-клуб Алекса Митчелла в полном составе, – пробормотала я, посмотрев на пса как на предателя.

– Бруно? Я тебя умоляю! – воскликнула мама. – Он скорее меня съест, чем останется голодным. Алекс, вы ведь живете за городом?

– В экологически чистом, окруженном природой и прекрасными соседями районе, – откликнулся Алекс, не прекращая чесать голову начавшему пускать слюни Бруно.

Мама взглянула на меня, выразительно приподняв брови. В этот момент я поняла, что даже мои малейшие попытки отвертеться будут разбиты в пух и прах.

– Если однажды я захочу, чтобы родители купили мне личный вертолет, я натравлю тебя на мою маму, – говорила я, когда вышла на крыльцо, чтобы проводить Алекса.

Митчелл мягко засмеялся, взяв меня за руку.

– Что поделать, если Престоны не могут устоять перед моим обаянием?

Я шутливо округлила глаза:

– Боюсь представить, что будет с папой…

Алекс приблизился ко мне и поцеловал.

– Родители и Селена уезжают через неделю, поэтому у тебя есть время до следующего воскресенья, чтобы привести в порядок свои дела.

– А потом?.. – прошептала я, все еще млея после его поцелуя.

– А потом я приеду и заберу тебя. – Алекс мечтательно прикрыл глаза: – И наконец Линда Престон будет полностью в моем распоряжении…

Я ткнула ему в грудь пальцем:

– Линда Престон – приличная девушка, и она не позволит каким-то там слащавым обольстителям испортить себя.

Алекс посмотрел на меня:

– Алекс Митчелл и благоразумие – синонимы.

Я опустила палец и скептически приподняла бровь:

– Я не шучу. Мы будем проводить время вместе, но все в рамках приличия.

Парень возвел глаза к небу.

– Алекс. – Я еще несколько раз потыкала в него пальцем, призывая к серьезности. – Обещай, что не будешь меня провоцировать.

– Это сложно, – сказал Митчелл, все еще глядя вверх и покачиваясь с носков на пятки.

– Алекс, – с осуждением протянула я.

Наконец он опустил взгляд.

– Ты вообще видела себя? – Я округлила глаза. – Черт, Линда, прекращай. – Митчелл нахмурился. – Ты такая сладкая, что я даже сейчас еле сдерживаюсь.

Я попыталась оторвать от себя его руки:

– Я никуда не поеду.

Алекс пресек мои попытки вырваться.

– Я пошутил. То есть не совсем, но… – Он прижался ко мне и посерьезнел. Я заглянула ему в глаза. – Обещаю, что буду сдержан и послушен. Но знай, что это будет чертовски сложно. Придется выкладываться на тренировках, чтобы не сорваться.

– У тебя же соревнования…

– Да, поэтому буду иногда оставлять тебя…

– В одном доме с твоим братом? – с ужасом спросила я.

– Прекрати делать из Элиаса монстра, – усмехнулся Алекс. – Он, конечно, не всегда бывает душкой, но пока я не слышал, чтобы кто-то сильно жаловался.

– Это пока, – пробормотала я.

Митчелл обхватил мое лицо руками и вновь поцеловал. Затем отстранился и, заглянув в глаза, прошептал:

– Через неделю я подъеду к твоему дому, а ты будешь стоять на этом же месте с чемоданом и в предвкушении от прекрасного времяпрепровождения в моей компании.

В следующее воскресенье, выслушав от мамы лекцию о целомудрии и контрацепции и ответив ей укоризненным заявлением о том, что она сама выпроводила меня жить в чужой семье, я сидела на пассажирском месте машины Алекса и внимала его рассказу о закатившей истерику после потери AirPods Селене.

– Я люблю ее, но иногда сестра бывает невыносима, – заключил Алекс, улыбаясь одними глазами.

Отметив мою молчаливость, Митчелл произнес:

– Если ты не хочешь ехать, мы можем прямо сейчас развернуться…

– Нет-нет, все в порядке, – поспешила заверить я. – Просто нужно освоиться.

– Пожалуйста, помни, что насильно тебя держать никто не собирается, и ты в любой момент сможешь уехать. Подходишь ко мне и говоришь: Митчелл, сил моих больше нет тебя терпеть, отвези меня домой.

Я нервно хихикнула.

Когда в поле зрения появился дом Митчеллов, я все же беспокойно закусила губу. Мне хотелось зарядиться позитивным настроем Алекса, но отчего-то не покидало ощущение, что это лето закончится не самым лучшим образом. Хотя, скорее всего, дело было в моей чрезмерной тревожности.

– Элиас, Глория, мы дома!

Алекс зашел с моими чемоданом и рюкзаком первым и придержал дверь, чтобы пропустить меня внутрь.

Мы поднялись на второй этаж и зашли в спальню, в которой я ночевала на день рождения миссис Митчелл.

– Что ж, добро пожаловать, мисс, располагайтесь. – Алекс отставил мои вещи и шутливо поклонился. После достал из заднего кармана джинсов мобильный и посмотрел время. – Как распакуете вещи, спускайтесь в столовую: Глория наверняка уже накрывает на стол.

Затем он подошел ко мне и обнял, шепнув на ухо:

– Спасибо, что согласилась приехать. Для меня это очень важно.

Через десять минут я, ведомая аппетитными запахами, спустилась на первый этаж.

Алекс уже сидел за столом и ел картофельное пюре. Увидев меня, он просиял:

– Все хорошо?

Я с улыбкой кивнула и села на свободный стул напротив.

Со стороны кухни послышались торопливые шаги, и в столовой показалась Глория. В руках у нее был поднос, на котором стоял кувшин с соком.

– О, Линда, здравствуйте! – Она поставила поднос на стол: – Рада, что в этот раз мне не придется одной терпеть общество этого наглеца.

– Глория, перестань! Я знаю, что ты меня обожаешь, – Алекс взял принесенный кувшин и мой стакан, и наполнил его.

– А вот и старший Митчелл, – произнесла Глория, подхватывая пустой поднос. – Черный чай? – спросила она у неслышно вошедшего в столовую молодого человека.

Я повернулась к Элиасу. Тот, казалось, не заметил меня и сел во главе стола, кивнув женщине:

– Спасибо, Глория.

Та развернулась и исчезла в кухне.

Алекс продолжал увлеченно уминать обед, даже не взглянув в сторону брата.

Я не ожидала от Элиаса радушного приема, но то, что буду принята за часть интерьера, меня смутило. Прочистив горло, обратилась к Алексу:

– Можно мне хлеб, пожалуйста?

Парень отвлекся от еды и с готовностью подал корзинку, стоявшую возле него. Я благодарно улыбнулась, краем глаза заметив, как Элиас взял со стола салфетку и до раздражения педантично расстелил у себя на коленях.

– Чем займемся сегодня? – нарочито безмятежно поинтересовалась я у Алекса.

Элиас тем временем неспешно накладывал себе горошек.

Алекс взял стакан сока и откинулся на спинку стула, задумчиво прищурившись.

– Я думал поплавать в бассейне. Как раз и погода располагает. – Он сделал глоток и игриво посмотрел на меня поверх стакана: – Надеюсь, ты взяла купальник? Хотя даже если и нет, можно было бы устроить нудистскую вечеринку…

Я поперхнулась картошкой.

– Купальник у меня есть, – откашлявшись, произнесла я. – Тем более, что ты мне про него напомнил раз десять.

– Я хотел как-нибудь вывезти тебя на пляж. Заодно посмотрела бы, что я вытворяю на серфе.

– Было бы здорово!

– Кстати, после бассейна можно посмотреть какой-нибудь фильм. – Алекс поставил стакан на стол и подался ко мне, понизив голос: – Что-нибудь настраивающее на романтический лад.

В столовой вновь появилась Глория. Она подошла к старшему Митчеллу и поставила перед ним заварник и чашку.

Вдруг Элиас сдернул с колен салфетку и небрежно кинул ее на стол, одновременно с этим произнеся:

– Глория, можно попросить тебя отнести чай ко мне в студию? Боюсь, мой аппетит под угрозой.

Затем с громким скрежетом отодвинул стул, поднялся и, не сказав больше ни слова, вышел из столовой. Я отметила, что он все так же продолжал хромать.

Глория, пожав плечами, добавила на поднос с чаем блюдо с выпечкой и двинулась следом за Элиасом.

Столовая погрузилась в тишину, а Алекс вновь отвлекся на еду.

– Я сделала что-то не так?

– О чем ты? – Алекс недоуменно уставился на меня.

– Ну, Элиас сначала меня игнорировал, а потом внезапно взял и ушел к себе.

Младший Митчелл безмятежно махнул рукой.

– Не придавай значения. Он с самого утра не в духе. Кажется, проблемы с каким-то проектом.

Перед тем как задать следующий вопрос, я неуверенно облизнула губы:

– Алекс, а почему Элиас хромает? У него что-то с ногой?

Взгляд Митчелла стал задумчивым.

– Долгая история. Расскажу как-нибудь потом.

Я вздохнула и решила все же приняться за остывающий обед.

Через час я столкнулась с проблемой посерьезнее необычного поведения Элиаса – с обтянутой плавками задницей его младшего брата, а именно с невозможностью оторвать от нее глаз.

Все то время, что парень разминался перед погружением в воду, подставляя свою и без того загорелую кожу солнечным лучам, я бесстыдно разглядывала его пятую точку и почти до крови искусала себе губы.

Перед тем как прыгнуть в бассейн, Алекс обернулся на меня, заставив нервно вздрогнуть и отвлечься от лицезрения его самой аппетитной части тела, и весело подмигнул.

Затем его тело исчезло под водой, сопровождая это действо долетевшими до меня брызгами.

Я переминалась с ноги на ногу, пока Алекс не пересек бассейн туда и обратно и не подплыл ко мне, при этом эффектно убрав ладонью со лба налипшие волосы.

Позабыв о его упругих ягодицах, я теперь зачарованно смотрела на блестевшие от воды бицепсы.

– Леди, вам нужно особое приглашение? – Алекс уперся локтями в каменную плитку у края, изучающе осматривая мою фигуру.

Я почувствовала еще большую неловкость.

– Я плохо плаваю.

Алекс хмыкнул:

– Детка, у твоих очаровательных ног находится двукратный призер открытого чемпионата по серфингу. Ты правда боишься утонуть?

Парень оттолкнулся от края и, не отрывая от меня взгляд, проплыл на спине пару метров, затем поднял над водой обе руки и поманил меня к себе.

Я вздохнула и подошла к краю бассейна. Присев на корточки, окунула в воду руку, проверяя температуру.

– Если я скажу, что вода горячее даже меня, тебе станет спокойнее? – со смешком откликнулся плавающий поблизости Алекс.

Я пытливо сощурилась на него и выпрямилась. Глубоко вдохнула, зажала нос, зажмурила глаза, а затем солдатиком прыгнула в бассейн.

Прогретая на солнцепеке вода приятно обняла меня со всех сторон.

Едва коснувшись носками дна, я с силой оттолкнулась и всплыла на поверхность. В ту же секунду я была подхвачена крепкими руками Алекса, улыбавшегося, пока я пыталась убрать с лица налипшие повсюду волосы.

Убедившись, что пойти камнем ко дну мне не дадут, я обхватила ногами талию Алекса и тут же почувствовала, как что-то уперлось мне в бедро.

– Митчелл! – воскликнула я.

Парень с невинным видом пожал плечами:

– К сожалению, я не могу контролировать всего себя.

Его ладони легли на мои ягодицы.

– А может, и не к сожалению, – горячо шепнул Алекс мне в губы и поцеловал. Параллельно с этим он прижимал меня к себе, давая возможность по достоинству оценить размеры неприлично выпирающей части его тела.

На какую-то долю секунды я допустила мысль, что могла бы поддаться. Это же был Алекс. Мой Алекс. Не удержавшись, я чуть прикусила его нижнюю губу, а он в ответ слабо зарычал и впился пальцами в мои бедра.

Испугавшись начавшего расползаться внизу живота томления, я прервала поцелуй и прошептала:

– Алекс, ты обещал.

Митчелл застонал и ослабил давление, позволяя мне отстраниться достаточно для того, чтобы не чувствовать его возбуждения. Затем угрюмо посмотрел на меня:

– Прости, ты права.

Мысль о том, что Алекс хотел меня, безумно будоражила, но я не знала, скольких девушек в этом бассейне он хотел точно так же до меня.

Я не могла позволить себе погружаться в эти мысли, потому что сама себе напоминала параноика. Пока Митчелл не давал поводов усомниться в искренности чувств по отношению ко мне, но какого черта из раза в раз я сама все портила своей зацикленностью на его прошлом?

Не знаю, сколько времени мы провели в бассейне, но вспомнили о реальности, только когда Глория вышла предупредить, что начала готовить ужин.

Я выбралась из воды первой. Алекс же остался для того, чтобы выполнить какой-то норматив.

Взяв лежавшее на шезлонге полотенце, я принялась вытирать волосы. Мой взгляд случайно упал на дом Митчеллов, находившийся в паре десятков метров от нас. Я замерла, когда заметила в одном из окон на первом этаже силуэт. У меня не было ни капли сомнения в том, что это Элиас.

С такого расстояния я не видела выражения его лица, но он определенно смотрел в нашу сторону.

Отбросив неприятно щекочущее нутро чувство, я отвернулась и обратила все внимание на переплывавшего брасом бассейн Алекса.

Даже следя за тем, как блестели его покрытые влагой рельефные мышцы, я не переставала чувствовать чужой взгляд на своей спине.

За ужином Алекс снова был сама невозмутимость и с аппетитом уплетал за обе щеки сырный суп с гренками. Периодически все же отвлекаясь от еды, он бесконечно шутил, рассказывал забавные истории и представлял, чем мы будем заниматься ближайший месяц.

Элиас вновь сидел во главе стола, неспешно поглощая ужин и не принимая участия в разговоре.

Я вполуха слушала болтовню Алекса и старалась не думать о том, зачем старший Митчелл следил за нами во время купания в бассейне.

– Устроим барбекю! – внезапно повысил голос Алекс.

Я застыла с ложкой у рта.

– Прямо завтра! – Глаза младшего Митчелла сверкали воодушевлением. – Надеюсь, ты не против? – обратился он ко мне. – Или у тебя были какие-то еще планы?

Я растерянно заморгала, опуская ложку обратно в тарелку. Стоило предположить, что когда я соглашалась пожить у Митчеллов, то соглашалась и на принятые в этой семье развлечения, хоть они и несколько расходились с моими собственными.

Чтобы не расстраивать Алекса, я улыбнулась:

– Да нет. Если бы не твоя культурная программа, я бы все равно просидела весь день с книжкой. Так что барбекю – отличная идея!

Алекс напротив меня засверкал белозубой улыбкой.

– И что же ты планировала читать, если не секрет? – Я настолько не ожидала услышать голос Элиаса, что удивленно уставилась на него.

– Ну-у-у, – протянула я и посмотрела на Алекса, весь внешний вид которого говорил: «ты же сама хотела внимания, теперь наслаждайся». Затем вновь повернулась к его брату, сверлившему меня холодным взглядом. – Я взяла с собой книги по университетской программе: Фолкнер, Лондон…

– Ах да, ты же учишься на литературном курсе, – снисходительно вставил Элиас и вызывающе задрал подбородок. – Назови своих любимых авторов.

– Озвучить весь список? – Я не смогла удержаться от язвительности в голосе. Целый день этот высокомерный индюк делал вид, что меня не существует и в то же время исподтишка подглядывал за мной.

Уголки губ старшего Митчелла едва заметно дрогнули.

– Достаточно пары имен. – Он прищурился и дернул бровями: – Надеюсь, среди них не окажутся Стивен Кинг и Джоан Роулинг?

Я шумно выдохнула, заглушая нахлынувшую волну злости:

– А что такое? Переживаешь, что у нас с тобой окажутся одинаковые предпочтения?

– Воу! – воскликнул Алекс, с восхищением глядя на меня: – Элиас, мне кажется или только что моя девушка поставила тебя на место? Линда, еще парочка подобных заявлений и, если останешься в живых, я на тебе женюсь!

Я почувствовала, как покраснела, сама не ожидая от себя такой дерзости. Отчего-то старший Митчелл всем своим видом и поведением вызывал у меня не свойственное мне раздражение, а от этого – желание чем-нибудь ему насолить.

Элиас опустил голову, теперь глядя на меня исподлобья. Его губы растянулись в ледяной улыбке:

– Я все еще жду ответа.

– Диккенс, Гюго, Хемингуэй, Ремарк, Набоков, Фицджеральд, Шекспир.

Улыбка Элиаса медленно гасла с каждой произносимой мной фамилией. Когда я закончила, он еще пару мгновений задумчиво смотрел на меня, затем бросил быстрый взгляд на Алекса и, выпрямившись, вновь обратил внимание на свою тарелку с супом.

– Вы удовлетворены моим ответом, мистер Митчелл? – Я не могла допустить, чтобы он отмолчался.

– Вполне, – с явной неохотой протянул он, принимаясь за пищу с таким видом, будто нашего разговора вовсе не было.

– Какая это все скука смертная, – заключил Алекс, покончив с ужином и развалившись на стуле. – Умоляю, давайте не будем говорить про книжки хотя бы сегодня. Лучше, – он сладко потянулся, – решим, кого звать завтра на барбекю. Элиас, ты собираешься принимать в этом участие? – Алекс повернулся к брату.

Тот, прежде чем ответить, отставил пустую тарелку и промокнул губы бумажной салфеткой.

– Завтра у меня начинаются занятия с учениками, поэтому делайте, что хотите, только не мешайте мне работать, – Элиас бросил на брата выразительный взгляд и склонил голову: – Приятного вечера и спокойной ночи.

Он встал и покинул столовую, все так же припадая на одну ногу.

Я снова чувствовала себя виноватой. Стоило мне что-то сделать или чего-то не сделать – результат был одинаковым. Казалось, Элиаса раздражала сама необходимость нахождения со мной в одном помещении.

Если он всячески игнорировал меня, находясь на расстоянии пары метров, почему тогда следил за мной, когда я этого не видела?

Может, он и не доверял мне, но не знал меня достаточно хорошо, чтобы вести себя так грубо. Он же мог быть любезным, – я сама видела, как он общается с родителями, с Анной.

Он думал, что я легкомысленна и встречаюсь с Алексом только из-за его денег и положения? Это было нечестно и до тошноты неприятно.

Глава 5

– Значит, все лето ты будешь жить здесь, – протянула Лиз, с любопытством осматриваясь по сторонам во время нашей прогулки по саду Митчеллов на следующий день.

Мы коротали время, пока на заднем дворе ребята под чутким руководством Алекса жарили на гриле мясо и овощи.

– Повезло тебе, подруга, – заметила Лиз, когда за разросшимися кустарниками в поле нашего зрения показался хозяйский дом.

– Мне повезет, если к концу каникул мы с братом Алекса не перегрызем друг другу глотки, – я хмыкнула.

– Кстати, он придет на барбекю? – оживилась Лиз.

Я пожала плечами:

– Вряд ли. Да оно и к лучшему.

– Может, он думает, что ты плохо влияешь на Алекса?

– Ну, разумеется. – Я не удержалась от улыбки, вспомнив слова миссис Митчелл о том, что Алекс со мной становится лучше.

Мы вышли из сада и двинулись к остальным.

– Кстати, ты видела Шерон Крисп? Они же с Алексом встречались. Кажется, сегодня она решила вспомнить былое.

Я перехватила взгляд Лиз и увидела младшего Митчелла общающимся с девушкой, которая буквально заглядывала ему в рот. Она была ниже меня, но имела более выдающиеся формы, особенно грудь, обтягивающий топ на которой грозил лопнуть в любой момент.

Мне не было слышно их разговора, но в какой-то момент Шерон положила руку Алексу на плечо и громко засмеялась, а тот смущенно улыбнулся и поднес к губам бутылку с пивом.

Смущенно улыбнулся. Своей бывшей девушке. В то время, как она откровенно с ним флиртовала прямо у всех на глазах.

Я сама испугалась злости, поднявшейся во мне при виде этой картины.

– Очень интересно, – пробормотала я, остановившись в десятке метров от них.

– Моя помощь нужна? – спросила Лиз. Я покачала головой, не отрывая от парочки внимательного взгляда. – Тогда пойду узнаю, что там с мясом. – И подруга оставила меня.

Стерве Крисп показалось мало, и она прильнула к плечу Алекса, все еще продолжая что-то с жаром рассказывать.

Внутри меня все закипело.

Митчелл сделал несколько глотков пива, облизал губы и посмотрел в сторону. Его взгляд уперся в меня. Я вопросительно приподняла брови и скрестила на груди руки, едва сдерживая бешенство.

Алекс как ни в чем не бывало улыбнулся и отсалютовал мне бутылкой.

«То есть, по-твоему, все происходящее – норма?» – мысленно поинтересовалась я у младшего Митчелла. – «И я сейчас должна в ответ мило улыбнуться и приветливо помахать ручкой?»

Я развернулась и двинулась в противоположном направлении.

Через пару мгновений за спиной раздался топот. Меня взяли за руку и потянули назад.

– В чем дело?

Я обернулась и увидела хмурое лицо Алекса.

– Шерон Крисп? Серьезно? Мог хотя бы предупредить, что позвал в гости бывшую.

– Мы встречались год назад. – Митчелл увел взгляд вбок, припоминая: – Или два…

– Чудесно, – я высвободила ладонь из его руки и двинулась дальше.

– Линда! – Алекс обогнул меня и теперь шел вперед спиной. – Ну что же мне, выгнать ее?

– Нужно было подумать об этом еще до того, как составлять список гостей. А теперь меня это не волнует.

Алекс поставил бутылку на стол, мимо которого мы проходили, и взял меня за плечи, заставив остановиться. Его взгляд посерьезнел:

– Детка, мне плевать на нее.

– Скажи это Шерон, которая виснет на тебе как лифчик на вешалке.

Судя по мелькнувшим в глазах Алекса смешинкам, сравнение он оценил.

– Если хочешь, я ни сегодня, ни когда бы то ни было к ней не подойду.

– Если я хочу?

Алекс вздохнул:

– Моя девушка не должна переживать и быть расстроенной, и если для этого мне нужно будет послать самого Джо Байдена [10], – он отпустил мои плечи и поднял ладони в сдающемся жесте: – я готов.

Я склонила голову набок и улыбнулась:

– Боюсь, президент твой порыв не оценит.

Алекс облегченно выдохнул и притянул меня к себе:

– Малышка, мне никто не нужен, кроме тебя.

Я обняла его в ответ, мысленно посылая к черту Крисп и ей подобных.

– Митчелл, ты просчитался с тарелками! – Я узнала голос одногруппника Алекса – Шона. – Нам нужно еще под мясо!

– Я принесу, – произнесла я, отстраняясь от Алекса. – Все равно собиралась кое-куда зайти. – Я выразительно округлила глаза, глядя на него.

Митчелл поцеловал меня в лоб:

– У входа на кухню на столешнице гора чистых тарелок.

Зайдя в дом с заднего хода, я оказалась в длинном темном коридоре, ориентиром в котором служил лишь источник света вдали.

Пройдя до конца, я повернула в сторону, в которой, как полагала, должна была находиться столовая. По пути заметила приоткрытую дверь, из-за которой доносились голоса. Приблизившись, я различила голос Элиаса и какой-то девочки.

Я еле слышно подкралась к двери. Она была приоткрыта на расстояние ладони, но этого было достаточно, чтобы рассмотреть в комнате двух человек: Элиаса, сидевшего ко мне полубоком, и спину его маленькой ученицы. Навскидку девочке было не больше десяти.

Они сидели за невысоким мольбертом, и девочка что-то старательно вырисовывала на холсте.

– Ой! – внезапно испуганно вскрикнула она, видимо, сделав помарку.

– Ничего страшного, – мягко произнес Элиас, взял у девочки карандаш и сам что-то пририсовал на полотне. – Видишь? Это легко исправить. Главное – не бояться ошибиться.

Он вернул карандаш маленькой художнице. Та неуверенно поерзала на стуле.

– Мистер Митчелл, а вы часто ошибаетесь? – тоненьким голоском пролепетала она.

Элиас негромко засмеялся:

– О, поверь, Клэр, я ошибаюсь гораздо чаще, чем мне самому того хотелось бы…

– Мисс Престон?

Я вздрогнула, оторвавшись от своего неблагородного занятия. Возле меня стояла Глория. В ее глазах не было осуждения, которого я, без сомнения, заслуживала.

– Я… – Все, что мне оставалось делать – это бессвязно лепетать. – Я… Немного заблудилась. Пыталась найти кухню.

Глория с пониманием улыбнулась:

– С этой стороны с непривычки не так-то просто до нее добраться. Я сама в первое время тут без конца путалась…

– Я же просил не мешать мне во время занятия, – раздался голос, от которого вздрогнули уже мы с Глорией вместе.

Я повернула голову и обнаружила, что дверь в студию была распахнута настежь, а на пороге стоял Элиас. От доброжелательной улыбки, с которой он только что смотрел на ученицу, не осталось и следа.

Глория отреагировала первой:

– Мисс Престон искала кухню. Мы уже уходим!

Элиас перевел взгляд на меня. В его глазах читалось недовольство:

– Быть может, моему брату прежде, чем приглашать сюда жить свою подружку, для начала стоило нарисовать для нее карту?

Я только открыла рот, чтобы парировать, но тут же закрыла, осознав, что не мне, как человеку, уже дважды подслушивавшему разговоры в чужом доме, следовало сейчас показывать характер.

– Простите, Элиас. Мисс Престон, пойдемте. – Глория взяла меня за руку и потянула дальше по коридору.

Я спиной ощущала обжигающий холодом взгляд Митчелла.

Когда я вернулась на задний двор с тарелками, то поняла, что необходимость в них уже отпала. Изголодавшиеся гости так накинулись на еду, что в ход пошли салфетки и голые руки.

Я замерла с тарелками в руках, глядя на опустевший мангал. Вдруг перед моим лицом появился пластиковый стаканчик, из которого торчало несколько жареных сосисок.

– Пришлось вырывать их с боем у этих дикарей. После такого ты обязана наградить меня поцелуем.

Я засмеялась, поставила тарелки на столик у барбекю и обернулась к приосанившемуся Алексу. С легким реверансом приняла из его рук добычу и обхватила парня за шею, чтобы подарить заслуженную награду.

Следующее утро я провела в постели, не решаясь покинуть гостевую спальню в отсутствие Алекса. Хотя он и призывал меня не стесняться и делать все, что считаю нужным, – это было проще сказать, чем осуществить.

Мобильный пиликнул, оповещая о новом сообщении:

«Как твой отдых от матери?»

«Мам, перестань, я не отдыхаю от тебя».

«Так или иначе, я рада, что ты выбралась из зоны комфорта».

«И облегчила тебе вопрос с готовкой… Кстати, как Бруно? Еще не соскучился?»

«Дорогая, тебя не было два дня. Этот монстр и через полгода не заметит твоего отсутствия, если я не буду забывать его кормить. Как Алекс? Хорошо себя ведет?»

«:) Пока да. Он сейчас на тренировке».

За стенкой раздался грохот. Такой, будто что-то упало. Следом послышалась негромкая ругань Элиаса. В очередной раз удивившись тонкости стен, я затаилась, гадая, стоит ли мне пойти узнать, все ли в порядке.

Мои раздумья прервал громкий стук в дверь, от которого я подпрыгнула чуть не до потолка.

– Мисс Престон! – Это была Глория. – Простите, если разбудила. Хотела узнать, вы будете завтракать в спальне или спуститесь в столовую?

О, я любила есть в спальне, а вернее в постели. Но наверняка у Митчеллов «завтрак в спальне» подразумевал под собой нечто более солидное, нежели блюдце с подгоревшим омлетом и надколотая с края кружка кофе.

Постеснявшись напрягать Глорию, я пообещала спуститься через пятнадцать минут.

Морально я подготовилась к тому, что мне придется есть в компании угрюмо молчащего Элиаса и удивилась, когда обнаружила, что стол накрыт на одного человека.

Пока я усаживалась, Глория крутилась около меня, наливая в заварник кипяток и что-то напевая под нос.

– Глория, а вы не знаете, у Элиаса все хорошо? – нерешительно поинтересовалась я.

– У старшего Митчелла все прекрасно, – улыбнулась женщина. – Он просто редко завтракает внизу.

Я понимающе кивнула и принялась аккуратно намазывать румяный тост апельсиновым джемом.

После завтрака оставшееся до прихода Алекса время я посвятила чтению в комнате.

Ближе к обеду ко мне влетел и рухнул на постель довольный младший Митчелл.

– Как первое утро без меня, малыш? – спросил он, поглаживая кончиками пальцев мои щиколотки.

– Как и девятнадцать лет до этого, – засмеялась я, после чего потянулась к нему и чмокнула в губы. – Но вообще соскучилась.

Алекс, изобразив смущение, уткнулся носом в одеяло и издал звук, похожий на мурчание.

Я растрепала его еще влажные после душа волосы.

– Чем сегодня займемся? – спросил он, подняв голову.

– Только не говори, что забыл.

Парень на мгновение свел брови, а потом застонал и снова уронил лицо в постель.

Так или иначе, я хотела попробовать позаниматься с Алексом литературой. Вряд ли я могла рассказать ему что-то, чего он еще не проходил, но надеялась хотя бы постараться увлечь его предметом.

– Может, завтра? – неразборчиво пробурчал он в одеяло.

– Алекс, нет.

Он недовольно взвыл, а потом вдруг резко подскочил с кровати и с обреченным видом протянул мне руку. Я подхватила свой ноутбук, и мы спустились на первый этаж в кабинет Адама Митчелла. Первыми бросились в глаза книжные полки, занимавшие целую стену от пола до потолка.

Я восхищенно ахнула, оставила ноутбук на письменном столе и подошла к книгам. Большую часть библиотеки составляли классические произведения, но я успела заметить и несколько томов Бакмана [11], Зусака [12], Джорджа Мартина [13] и даже Ю Несбё [14].

– Всегда хотела, чтобы у меня была большая библиотека, – сказала я, проводя пальцами по корешкам.

– Знал, что оценишь, – ответил Алекс, оказавшись рядом.

Я привстала на носочки, чтобы дотянуться до толстой книги с ярко-желтым корешком. Алекс без особых усилий вытащил том и передал мне.

– Ох, спасибо, – выдохнула я. – Какой тяжеленный!

– Вроде какое-то коллекционное издание, – произнес Алекс, пробегая равнодушным взглядом по полкам. – Отец долго пытался его раздобыть, а когда привез домой, несколько дней не выпускал из рук. И я не преувеличиваю, – парень посмотрел на меня и усмехнулся.

На обложке книги не было никаких опознавательных знаков или надписей, поэтому я открыла ее и разочарованно вздохнула:

– Здесь все на латыни.

Полистав несколько страниц, закрыла книгу и отдала Алексу, чтобы он поставил ее на место, а сама тем временем достала том, находившийся ближе ко мне.

– О, «Великий Гэтсби» [15]. Сто лет его не читала. Помню, на лекции в университете нам говорили…

В этот момент у меня перехватило дыхание, так как Алекс, успевший обойти меня и встать позади, положил руки мне на бедра и коснулся губами шеи. Раз, другой.

– Что вам говорили на лекции? – прошептал он и продолжил меня целовать.

– Что Фицджеральд долго не мог подобрать название, – пробормотала я и судорожно вздохнула, когда руки Алекса обхватили мою талию, а зубы коснулись мочки уха.

– Не понимаю твоей увлеченности книгами, но выглядишь ты с ними чертовски сексуально, – выдохнул Митчелл, и несчастный «Гэтсби» выскользнул из моих ослабевших рук и шлепнулся на пол.

– Упс, – отреагировал Алекс и сделал шаг вперед, прижимая меня к полкам.

Левая щека коснулась гладких книжных корешков.

– Алекс, нам нужно заниматься, – шепнула я, пока он, горячо дыша, водил губами по моей второй щеке.

– Совершенно верно, – сипло произнес Митчелл, опустил руки и прижал меня к себе так, что я смогла через свои шорты и его джинсы ощутить всю серьезность его намерений.

Левой рукой Алекс взял меня за волосы и слегка оттянул назад, заставляя подставить шею его поцелуям. Правая рука скользнула вниз по моему животу и забралась под джинсовую ткань.

Я прикрыла глаза и положила ладонь на руку, которая стремилась опуститься еще ниже.

– Мы же договаривались, – пробормотала я.

Алекс вновь крепко схватил меня, развернул к себе лицом и дерзко ухмыльнулся:

– Тогда останови меня.

Вся проблема была в том, что я сама не до конца была уверена, хотела ли, чтобы Алекс останавливался, или нет.

Его прикосновения, взгляд, запах, непривычная обстановка – все это жутко заводило, и я была почти готова плюнуть на свои страхи и сомнения.

Воспользовавшись моим замешательством, Митчелл приблизился и начал покрывать поцелуями лицо и шею, при этом шепча:

– Детка, ты не представляешь, как мне трудно держаться.

Боги, а как трудно было держаться мне!

Алекс медленно повел меня спиной вперед к дивану, стоявшему напротив рабочего стола Адама Митчелла.

Когда мы рухнули на него, я сделала очередную попытку привести нас обоих в чувство и не без труда отстранила нависшего надо мной Алекса:

– Мы в кабинете твоего отца.

– И что? – выдавил он, тяжело дыша и стягивая с себя футболку. Она через секунду оказалась на полу, а моим глазам предстал пресс, достойный того, чтобы его запечатлели в века́х.

– Сюда же может кто-нибудь зайти…

– Черт, Линда, – на лице парня появилось мученическое выражение. – Я же запер дверь, как только мы зашли сюда.

– Когда ты…

Алекс не дал мне договорить, вновь накрыв губы поцелуем и начав стягивать лямку моего топа.

Несмотря на то, что от такого напора у меня уже начала кружиться голова, я приложила все оставшиеся силы для того, чтобы прервать поцелуй и пробормотать:

– Алекс, подожди, правда…

Но он приложил к моим губам палец, заставляя замолчать. Его собственные губы замерли на моей ключице, а руки – на ширинке моих шорт, когда в дверь кабинета громко постучали, и послышался голос Элиаса:

– Алекс, у тебя мобильный разрывается от маминых звонков!

Я напряглась, а младший Митчелл мотнул головой, призывая меня не обращать внимания.

– Мог бы и сам ответить! – крикнул он и вновь прильнул губами к моей шее.

– Если бы она хотела поговорить со мной, то позвонила бы мне! – Не сдавался старший брат.

– Я перезвоню! – откликнулся Алекс и, не отрывая от меня безумного от желания взгляда, начал торопливо расстегивать молнию на своих джинсах.

Я не торопилась помогать ему раздеваться и, более того, подтянула лямку топика. Алекс, заметив мои телодвижения, остановился и озадаченно свел брови.

За дверью раздался многозначительный кашель. Алекс негромко выругался.

– Что еще? – нетерпеливо крикнул он.

– Смею предположить, раз мама звонила трижды и довольно продолжительное время, – вопрос действительно серьезный. – Голос Элиаса был наполнен раздражающе-нравоучительными нотками.

Алекс со стоном отстранился от меня и начал застегивать джинсы. Я же принялась торопливо приводить себя в порядок, поправляя шорты и топ.

– Я должен перезвонить маме. Вдруг что-то случилось, – виновато произнес младший Митчелл, кидая на меня разочарованный взгляд и поднимая с пола футболку.

Не то чтобы меня саму сильно расстраивал тот факт, что нас прервали… Но что это со мной, всегда сдержанной и ставящей здравомыслие на первое место, такое вообще было?

– Лекси, да ты там не один? – удивленно поинтересовался Элиас.

Лицо Алекса на долю секунды ожесточилось. На ходу натягивая футболку, он двинулся к выходу, а я поспешно встала с дивана и пригладила растрепавшиеся волосы.

Младший Митчелл дернул щеколду, рванул на себя дверь и, обращаясь к стоявшему в коридоре брату, озлобленно процедил:

– Только не делай вид, будто не знал, что я не один.

Затем обошел Элиаса и исчез в коридоре. Старший Митчелл остался стоять на своем месте и смотреть на меня.

Я же, еще не до конца придя в себя после страстных порывов Алекса и сгорая от стыда, поспешила поднять «Великого Гэтсби» и поставить на место.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

 Песня «Locked out of Heaven» – Bruno Mars. – Прим. автора.

Вернуться

2

 Джордж Дуглас Фрит-младший (8 ноября 1883–7 апреля 1919) – американский спасатель и инструктор по плаванию. Его называли первым белым человеком, ставшим экспертом в серфинге на волнах (источник – ru.wikipedia.org).

Вернуться

3

 Surfing Australia – реально существующая австралийская ассоциация серфингистов, основанная в 1963 году.

Вернуться

4

 Род суккулентных растений.

Вернуться

5

 Бидермайер – художественное течение в живописи, графике, оформлении интерьера и декоративно-прикладном искусстве.

Вернуться

6

 Около 38 °C.

Вернуться

7

 Иоганн Себастьян Бах – немецкий композитор, органист, капельмейстер, музыкальный педагог.

Вернуться

8

 Милан Кундера – чешский и французский писатель-прозаик, переводчик, поэт, драматург.

Вернуться

9

 Профессиональный американский серфер, одиннадцатикратный чемпион мира по серфингу.

Вернуться

10

 Американский политик, 46-й президент США.

Вернуться

11

 Фредрик Бакман – шведский писатель, блогер, колумнист.

Вернуться

12

 Маркус Зусак – австралийский писатель, автор шести романов, наиболее известным из которых стал «Книжный вор».

Вернуться

13

 Джордж Реймонд Ричард Мартин – американский писатель-фантаст, сценарист, продюсер и редактор, лауреат многих литературных премий.

Вернуться

14

 Ю Несбё – норвежский писатель и музыкант, ранее экономист и журналист. Обладатель нескольких литературных премий.

Вернуться

15

 «Великий Гэтсби» – роман американского писателя Фрэнсиса Скотта Фицджеральда. Опубликован издательством в 1925 году.

Вернуться