Мама
Богдан Малой

© Богдан Малой, 2024

ISBN 978-5-0064-3627-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Мама»

Всю ночь Сергею снились кошмары. Кругом было темно, и все окутывал какой-то зеленовато-серый туман. Два безликих великана словно слепленные из грязновато-серого пластилина заставляли его искать что-то. Он не понимал, что именно ему нужно найти. Великаны громогласными голосами угрожали раздавить его, если не найдет то, что они требуют. Он на четвереньках ползал по старому заброшенному дому и искал, не зная, что именно ему нужно найти. Сергей чувствовал безысходность и неминуемость гибели, не хватало воздуха. Руки и ноги увязали в грязи, которым был наполнен старый дом. Движения, несмотря на спешку получались медленными, все тело было слабым и немощным. В постоянном пьяном угаре он перестал нормально спать, каждую ночь снились кошмары.

Вдруг он проснулся в холодном поту. Был уже давно день. На вокзале, как всегда, было полно народу: пассажиры, непонятно откуда приезжающие, встречающие, таксисты, челноки с огромными баулами, торговцы всякой мелочью и прочая разношерстная компания, коих в каждом вокзале полным-полно. Сергей сел на скамейку, надел кеды, которые во время сна служили подушкой. Жутко хотелось опохмелиться и поесть чего-нибудь. «Где-же Хуан-Карлос и Петруша? Наверняка что-то намутили. Надо бы отыскать их», – подумал он. Это были его друзья. Хуан-Карлос, к слову, не был ни испанцем, ни мексиканцем, а простым деревенским мужиком в запое, приблудившимся в город, и звали его Карл – в честь Карла Маркса.

– Павлик, сыночек, наконец-то я тебя нашла, – к Сергею обращалась какая-то старушка с хозяйственной сумкой. Бабушка от счастья плакала и все причитала, – Сколько лет прошло. Я уж думала никогда тебя больше не увижу, – она села рядом на скамейку, обняла и по-матерински прижала к груди бездомного Сергея. Мужчина ничего не понимал. Какой Павлик? Что происходит? – Мы же с папкой-то думали ты на войне погиб, а ты вот живехонький. Не признал маму, сынок? Может контузию получил? Ну ничего домой придем – все и вспомнишь. А папку твоего год, как схоронили, – снова всхлипнула бабка, – Все тебя ждал, да и не дождался. Павлик, сыночек, вставай, пойдем домой, – от бабки вкусно пахло домашней едой, и Сергей, сам не понимая, пошел под руку с незнакомой старухой.

На вид ей было примерно лет 70. Из-под белого ситцевого платка с синим растительным узором виднелись седые волосы. Испещренное морщинами лицо, свидетельствовало о том, что она часто улыбалась – такие морщины бывают у добрых и улыбчивых людей. Зеленая вязаная кофта с пуговками, длинная светло-коричневая юбка, серые колготки и сандалии – типичная форма среднестатистической старушки. Добродушное лицо внушало доверие и симпатию.

Конечно, никаким Павликом он не был – его звали Сергей, и матери с отцом у него никогда не было. Точнее, наверно биологически они были, но он их не знал. Вырос в детдоме, в 14 лет впервые сел в колонию для несовершеннолетних за кражу, где научился шить рукавицы. Только воровать и шить рукавицы он и умел. Правда, первое у него не всегда получалось – поэтому он еще дважды отсидел. В перерывах между ходками, как сейчас, бродяжничал, пьянствовал – в общем, был одним из многих людей, кого называли бомжами. В свои 30 лет выглядел на все 40, а то и 50. Вряд ли в нем можно было узнать хоть кого-то. Из-за косматой бороды и волос, видны были только опухшие глаза и покрасневший от алкоголизма нос. Одетый в лохмотья, он был похож на лешего – типичный вокзальный бомж. Так и встретились типичная старушка и типичный бомж.

Несмотря на это, почему-то старуха приняла его за, погибшего в чеченской кампании, сына. Ну и ладно, побудет Павликом, если надо. Покушает нормально, в нормальном доме поживет, а когда надоест, свалит, прихватив что-нибудь ценное. А может останется насовсем. Старушка, видать, добрая – вот и скрасит ей одиночество в последние годы. В общем, Сергей решил попытать судьбу, а там видно будет. Не вечно же на этом вокзале бомжевать.

Ехали на автобусе загород. Старушка всю дорогу щебетала о том, о сем, и видно было, что она счастлива. Даже Сергей захотел поверить во всю эту историю о долгожданной встрече матери с сыном, и то ли от жалости к бабушке, то ли еще от чего, его обуяло странное чувство, от которого ему хотелось плакать.

– А помнишь, в детстве какой был? Пухленький, кудрявый, как ангелочек. Так и называли – «ангелочек», – и у бабушки на лице появилась счастливая улыбка, – Только крыльев за спиной не хватало.

Она еще много чего рассказала из детства Павлика, что Сергею даже стало завидно. Его никто никогда так не любил. За такое детство и на войне погибнуть не жалко. Из его детства хороших воспоминаний практически не было. Единственным счастливым моментом был новый год, когда ему было лет 7. Полупьяный Дед Мороз посадил его на коленки и за рассказанный стишок подарил ситцевый мешочек с пришитой новогодней открыткой. Маленький Сережа подарок открыл только вечером в своей комнате. Там были конфеты, пряники и маленькая железная машинка. Это была военная машина цвета хаки с тремя ракетами сверху. Сереже так понравилась машина, что он повсюду ее носил с собой и мечтал стать военным шофером, когда вырастет. На ночь машинку клал под подушку, чтобы никто не украл. Наверно были и другие новогодние подарки, но он их не помнил, а машинку почему-то запомнил на всю жизнь. Может, потому что это была его единственная собственная игрушка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.