Отвезу свою козу
Хулиганские песни
Андрей Татур

© Андрей Татур, 2024

ISBN 978-5-0064-3681-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Любовь зашкалила весы

Мы встретились с тобою майским, тёплым вечерком,

И разговор сложился очень резво,

И я сказал тогда, что до конца б с тобой прошёл

Оставшийся свой жизненный отрезок.

Мы пили допоздна игристое вино

И, за руки держась, вели беседы,

И мне, казалось, время остановлено давно,

Я никуда отсюда не уеду.

Ручки, твои я ручки целовал, а ты смеялась,
Глазки, блестели глазки, как две капельки росы,
Губки, свои мне губки целовать не запрещала
И домой к себе позвала —
Любовь зашкалила весы.

А в полночь завалил к тебе какой-то фраерок,

Меня назвал козлом, тебя – шалавой,

Не знал, что из командировки прибыл муженёк,

Звала его ты, запинаясь, Славой.

Я начал задвигать, он озверел вдвойне,

Но были кулаки его не гири,

Сломал ему я шею, заломали руки мне,

И вот уже этапом я в Сибири.

Ручки, твои я ручки целовал, а ты смеялась,
Глазки, блестели глазки, как две капельки росы,
Губки, свои мне губки целовать не запрещала
И домой к себе позвала —
Любовь зашкалила весы.

Мне остаётся только вспоминать тот инцидент

И лес валить, чтоб щепки разлетались,

Любовь нас щекотала лишь коротенький момент,

Судьба нам помогла, чтоб мы расстались.

Ручки, твои я ручки целовал, а ты смеялась,
Глазки, блестели глазки, как две капельки росы,
Губки, свои мне губки целовать не запрещала
И домой к себе позвала —
Любовь зашкалила весы.

Дым

Дым выпускаешь кольцами, улыбаешься,

Ты же меня убиваешь, Машка, издеваешься,

Так невозможно жить, хватит уже курить,

Или сойдись с другим, дуйте вдвоём свой дым.

Дым, дым, дымовая завеса,
Без кислорода, как жить, интересно?
Дым, дым, дымовая шашка,
Как в нём найти тебя, Машка?
Дым, дым, стало страшно соседу,
Глянь-ка в окно, к нам пожарные едут,
Кольца дыма вместо обручальных,
Боже мой, как всё печально!

В сизом тумане цепляюсь за стены,

Выхода не найду,

И полюбил же такую стерву

Я на свою беду,

Так невозможно жить, хватит уже курить,

Режет глаза мне ножом тупым

Твой сигаретный дым.

Дым, дым, дымовая завеса,
Без кислорода, как жить, интересно?
Дым, дым, дымовая шашка,
Как в нём найти тебя, Машка?
Дым, дым, стало страшно соседу,
Глянь-ка в окно, к нам пожарные едут,
Кольца дыма вместо обручальных,
Боже мой, как всё печально!

Сил не хватает уже и терпения,

Что-то пора решать,

Нет аппетита и нет настроения,

И не могу больше спать.

Так невозможно жить, буду и я курить,

Стану таким же больным,

Эх, кольцами, кольцами дым!

Дым, дым, и вся жизнь, как в тумане,
Мы ведь и без кислорода протянем,
Дым, дым, дымовая шашка,
Ну-ка, найди меня, Машка!

Застольная

Замутили, вот так пьянка,

Раз, и опустела банка,

Без добавки здесь никак не обойтись,

К ночнику приводят ноги,

Подуставшие с дороги,

Но за водкой никогда не в лом пройтись.

Ну наливайте, ну наливайте,
Чего сидите, как за шахматным столом,
Ну выпивайте, ну выпивайте,
Или пришествия второго подождём?

Закурили, вот так радость,

А на самом деле – гадость,

Капля никотина – лошадь наповал,

Сигарету поджигая,

Сколько ж капель мы глотаем?

Этого ещё никто не сосчитал.

Ну закурите, ну закурите,
Ведь мы ж не лошади, а, значит, будем жить,
Ну объясните, ну объясните,
Как после третьей стопки и не закурить?

Эх, споём, вот так телега,

Задыхаюсь, как от бега,

Нужно для высоких нот ещё сто грамм,

Кто-то там засобирался,

Но не зря ж я вам старался —

Пить – так пить, гулять – так с ночи и до утра.

Ну веселитесь, ну веселитесь,
Какой-то кент сказал, веселье жизнь продлит,
Не расходитесь, не расходитесь,
Когда вы за порог – душа моя болит.

Улетали журавли

Улетали журавли так далёко от земли,

Оставляя песню за собой,

В арестантских лагерях, где засовы на дверях,

Получил письмо парнишка молодой,

Девочка пишет: «Привет,

Я не дождусь тебя, нет,

И не пиши мне ответ,

Кончено всё, привет…»

Опечалился пацан, высох, нет на нём лица,

«Ничего, пройдёт» – твердили кореша,

А пацан не ест, не пьёт, головой о стену бьёт,

И лежит на нарах он, едва дыша,

Так не годится, браток,

Скоро закончится срок,

Сдует тоску твою вольный ветерок,

Ты не печалься, браток.

Солнце греет шар земной, а парнишка молодой

На свободе веселится вот уж год,

Деньги ждали в тайнике, и теперь он в кабаке

Каждый день с красавицами водку пьёт,

Милая киска, привет,

Лучше тебя в этом мире нет,

В люксовом номере выключен свет,

Киска в постели – привет!

Улетали журавли, в небе крылья хлопали,

Покидали эту землю грешную,

Встретил девку ту пацан, а девка извиняется

И сквозь слёзы говорит ему: «Люблю».

Нет уж, подруга, пошла!

Думаешь, снова лоха нашла?

Боль от письма твоего давно ушла,

Так что, подруга, пошла!

Забыл, забил и запил

Ты искала меня, да вот он я, ну и что?

Ещё вчера ведь для тебя я был, вообще-то, никто,

А ты ведь думала, всё брошу, побегу за тобой,

Так возомнила о себе, да что ты, ой-ой-ой-ой!

А я и не подумал бы из мухи делать слона,

Зашёл в кабак и заказал себе бутылку вина,

Потом, конечно, наступил ещё черёд и второй,

Ты не единственная на планете, ой-ой-ой-ой!

А знаешь, я тебя забыл, на тебя забил и запил.

А ты пыталась меня в своих словах убедить,

Но я не слушал тебя, я лишь теперь начал жить,

Совсем не хочется мне снова любоваться тобой,

Так возомнила о себе, да что ты, ой-ой-ой-ой!

А я живу совсем неплохо и не под каблуком,

Всё чаще осознавая, каким я был дураком,

Теперь я отдыхаю телом, отдыхаю душой,

Ты не единственная на планете, ой-ой-ой-ой!

А знаешь, я тебя забыл, на тебя забил и запил.

Ну, ты сказала, что хотела, вот и всё, хорошо,

Да, я подумаю, конечно… Всё, пока, я пошёл,

Не останавливай меня и на пути не стой,

Так возомнила о себе, да что ты, ой-ой-ой-ой!

Уже не нужно делать вид, как будто я без ума

И от тебя, и от того, как ты мне смотришь в карман,

Я зажигаю каждый вечер то с одной, то с другой,

Ты ж не единственная на планете, ой-ой-ой-ой!

А знаешь, я тебя забыл, на тебя забил и запил.

Не светит

Холодом повеяло, хлопнула дверь,

Ты ушла совсем и что мне делать теперь,

Солнце за окном, а я в холодном поту

Сам себе под нос чего-то тихо плету.

Ты это задумала, конечно, давно,

На ладонь тебе гадали – не суждено,

Звёзды тоже показали – лучше уйти,

Ты сложила вещи и сказала: «Прости».

Солнце за окном, а мне не светит,
Ни твоя любовь, ни хотя бы нежный взгляд,
Солнце за окном, а мне не светит,
Ничего не светит мне, вот бля!

Выглянул в окно, у подъезда такси,

И слова застряли комом: «Не увози…»,

Солнце за окном, а я остыл до нуля,

Но тебе плевать и ты с таксистом ля-ля.

Не могу пошевелиться, каменный столб,

Не могу дышать, я, как под воду ушёл,

Ты в мои глаза пустила звёздную пыль,

Это, мол, не сказки и не сон – это быль.

Солнце за окном, а мне не светит,
Ни твоя любовь, ни хотя бы нежный взгляд,
Солнце за окном, а мне не светит,
Ничего не светит мне, вот бля!

Час, а может два, а может даже полдня

Я пытался осознать, да что за фигня,

Солнце за окном уже катилось к земле,

Для меня его тепло сегодня в нуле.

Вот уже и звёзды в тёмном небе зажглись,

А тебе плевать, что ты сломала мне жизнь,

Водку я стаканами ни разу не пил,

И когда очнулся, новый день наступил.

Солнце за окном, а мне не светит,
Ни твоя любовь, ни хотя бы нежный взгляд,
Солнце за окном, а мне не светит,
Ничего не светит мне, вот бля!

Бэтмен Стёпа

На рынке шум и гам, а рэкетир Степан

Шатается по точкам, по торговым,

Его здесь каждый знает и «Бэтмен» называют

За длинный чёрный плащ его понтовый.

Арбузы, дыни, киви сдаёт барыга Гиви

И делится со Стёпой каждым разом,

Когда-то он козлился, а Стёпа разозлился

И долго по башке бил ананасом.

А здесь мясная лавка, и жмётся за прилавком

Передовик колхозный, дядька Клим,

Он Стёпу лишь однажды послал на хер отважно,

Так «скорая» приехала за ним.

Ах, Стёпа, Бэтмен Стёпа, чуть Клима не ухлопал,

У Гиви был диагноз «сотрясение мозгов»,

Ах, Стёпа, Бэтмен Стёпа, он с детства по гоп-стопам,

И Стёпе сил не занимать, ведь он, как бык, здоров.

Сейчас на рынке главном все делятся исправно

И вежливо Степану дарят нал,

Но раз бомжиха Алла кому-то там сказала,

Что видела, как Стёпа въехал на ж/д вокзал.

На рынке шум и гам: куда свалил Степан?!

Не появлялся пятый день подряд,

А тут нашёлся кто-то и заявил: «В Европу

Наш Бэтмен смылся, так вот говорят!»

Доподлинно узнали барыги на вокзале,

Что Стёпа взял билеты на Берлин,

На рынке все кутили, вином упился Гиви,

И на столе плясал колхозник Клим.

Ах, Стёпа, Бэтмен Стёпа, зачем тебе Европа,

Ну, разве не кормил тебя мясцом колхозник Клим?

Ах, Стёпа, Бэтмен Стёпа, в ладоши Гиви хлопал,

Барыги очень рады, что уехал ты в Берлин.

Деньков прошло немало, вопит бомжиха Алла,

И на весь рынок слышен её крик:

«Вернулся Бэтмен Стёпа, не по душе Европа,

Он к вам, барыги, всей душой привык!»

Зелёный

Еду, еду я к тебе, неблизка совсем дорога,

Места ты в моей судьбе занимаешь очень много,

И поэтому я мчусь через весь кипящий город,

Ох, как я к тебе хочу, но мешают светофоры.

Зелёный! – я сказал, и по газам,
До отказа в пол давлю педаль,
Утонуть хочу в твоих глазах,
Не подведи, мой белый «Континенталь».

Еду, еду я к тебе, колпаки блестят на колёсах,

Неплохой автопробег, нет моей машине сноса,

И как пуля я лечу через весь кипящий город,

Ох, как я к тебе хочу, но мешают светофоры.

Зелёный! – я сказал, и по газам,
До отказа в пол давлю педаль,
Утонуть хочу в твоих глазах,
Не подведи, мой белый «Континенталь».

Еду, еду я к тебе, позади всех оставляя,

Еду, еду я к тебе, вот она любовь какая,

Постовым я заплачу, с ними не дойдёт до спора,

Ох, как я к тебе хочу, но мешают светофоры.

Зелёный! – я сказал, и по газам,
До отказа в пол давлю педаль,
Утонуть хочу в твоих глазах,
Не подведи, мой белый «Континенталь».

Бандит и музыкант

Вокзал, перрон, заполнился вагон,

И скорый поезд двинул на юга,

В одном купе присели бандит и музыкант,

В одном купе гитара и наган.

Камса и хлеб, не густо на столе,

Как видно, не шикует музыкант,

Он взял бы посытнее, да вот не позволяет

Его почти совсем пустой карман.

Коньяк, вино и блюда, как в кино,

Не уместить всё это на столе,

Ты, лабух, не стесняйся, давай-ка, угощайся,

Я ж вижу всё, как есть – ты на нуле.

И мчится поезд вдаль, мелькают липы,
И делит воздух пополам,
И тишину сбивает с ног,
Пусть за шлагбаумом ждут блатные джипы,
Ведь у него своих железных сто дорог.

Дымок густой и монолог блатной

Бандюга лысый начал задвигать:

«Пока учил ты ноты, мотивчики пиликал,

Учился я деньжата добывать.

В ладоши хлоп, все вместе на гоп-стоп,

И вот уже считаем барыши,

Сейчас на дно залягу, где пляжи, пойло, бабы,

А ты чего умеешь, покажи».

Аккорд, куплет, заслушался сосед,

И звук волшебный впился в его душу,

Плеснул себе стакан и залпом осушил,

Пустил слезу, задумался и слушал.

И мчится поезд вдаль, мелькают липы,
И делит воздух пополам,
И тишину сбивает с ног,
Пусть за шлагбаумом ждут блатные джипы,
Ведь у него своих железных сто дорог.

Волшебный тает звон, качается вагон,

Лишь стук колёс, да гул по проводам,

И пьяный бандюган молил: «Давай ещё,

За каждую тебе я денег дам».

Куплет, ещё куплет, и деньги на столе,

Бандит уже от пойла засыпал,

Глаза закатит, выпьет, деньжат на стол подсыплет,

А вот и юг, конечная, вокзал.

Пять звёзд, отель, здесь пляжи, бабы, хмель,

И в кабаке для лабуха поют,

На все гуляет он, не думая о том,

Когда бандита денежки уйдут.

Вокзал, перрон, и опустел вагон,

Кошель пустой, бандит с похмелья стонет,

Шёл кассу бомбануть, да замели менты,

И снится клятый гитарист на зоне.

Он музыканту куш отдал,

А шёл бомбить, да сам попал,

И снится клятый гитарист на зоне.

И мчится поезд вдаль, мелькают липы,
И делит воздух пополам,
И тишину сбивает с ног,
Пусть за шлагбаумом ждут блатные джипы,
Ведь у него своих железных сто дорог.

Дешёвка

Догорает во мне золотая заря,

А на сердце уют и покой,

Слишком дёшево стоит улыбка твоя,

Чтоб о ней вспоминать мне с тоской.

Центровуха любая честнее тебя,

Ведь она отдаётся открыто,

Ты ж клянёшься в любви, но совсем не любя,

И над сердцем смеёшься разбитым.

Рестораны и шмотки, чужая кровать,

Ты живёшь для постельного спорта,

В общем, вывод: ты просто дешёвая блядь,

Да к тому же не первого сорта.

Очко

Карты веером, сукам-шулерам,

Не достанутся бабки жигана,

Десять на столе, а туз ведь в рукаве,

Всё по-честному, всё без обмана.

А в баре два кента друг дружку поят водочкой,

А у меня в десятый раз, по-честному, очко,

Посуда бьётся не в кредит, звенят стаканчики,

А щипачи бочком, бочком, шерстят карманчики.

Загрустил скрипач, чей-то пьяный плач,

И вином запиваются слёзы,

Девки тут, как тут, денежки метут,

Лохи вежливо дарят им розы.

А на крыльце на бугая погнали два кента,

А он им почки опустил и ждёт теперь суда,

Ему нехило и в сизо – девчонки, водочка,

А у меня в десятый раз, по-честному, очко.

Ноги на столе, на понтах клиент

Портит воздух дешёвым парфюмом,

Очень вежливо подошли быки,

Зря ты, дядя, послал их угрюмо.

А в зале напевал цыган, мелькали кулаки,

Учили вежливости дядьку на понтах быки,

Вокруг такой бедлам, а щипачи бочком, бочком…

А мне плевать ведь, у меня, братки, опять очко!

Я еду с севера…

Я еду с севера в тепло, к себе домой,

Я столько лет был там, где снег почти не тает,

И столько сил оставил я на буровой,

Но духом стал сильней, в деньгах нужды не знаю.

И вот родной вокзал, и ждут меня кенты,

А рядом девочки, как бабочки порхают,

Я к ним шагнул, а тут цыганка из толпы:

«А ну-ка, милый, не спеши, дай погадаю…»

Я не спешу, ведь всё веселье впереди,

На лицах девочек, как на моей ладони,

Проснусь я завтра у кого-то на груди

И пусть попробует тоска меня догонит.

На чемодане карты в ряд одна к другой

Цыганка старая привычно раскидала,

И после каждой, то качала головой,

То про себя тихонько на своём шептала.

«Послушай, милый, подведут тебя друзья

И съедешь в дом казённый, это вижу точно,

Они же девкам сдарят на твои шмотья,

И за твои же будут приходить к ним ночью…»

«Эй, знаешь, не по нраву мне твои слова,

Тебе, старуха, их по возрасту прощаю,

Ведь карты лгут твои, ты очень не права,

Я за своих кентов башкою отвечаю!»

И вот мы пятый день гуляем в кабаке,

Я здесь желанный гость с желанными деньгами,

Я их копил в снегу по пояс вдалеке,

Теперь пусть девки мне подёргают ногами.

Ночной мой город жил и утопал в цветах,

Я в люксе с бабочкой, шампанское, икра,

А утром – щёлк браслеты на моих руках,

И где та бабочка? Здесь только мусора!

При понятых менты подняли из бачка

Пакет замотанный, а в нём – палёный ствол,

Подставили меня кенты и бабочка,

Всё, дело шито-крыто, и легло на стол.

Я всё равно сбегу, вы знайте, шакальё,

Я дотянусь, всех разберу по запчастям,

Вы девкам дарите там за мои шмотьё,

И за мои же с ними спите по ночам.

Крошка

Пьём на лавочке, сидим и активно голосим,

Новый тост и снова звон стаканчиков,

Ах, какая крошка пишет,

мы зовём – она не слышит,

Видно ей сегодня не до мальчиков.

Спотыкаясь через шаг, две косички на ушах,

В розовых сапожках сбиты каблучки,

Вся по-модному одета,

Между пальцев сигарета,

Накурила на плаще две дырочки.

Крошка, такая миленькая, в розовых сапожках,
Крошка, так чётка шла,
Что больно подвернула ножку,
Киска, что ты пила сегодня, водку или виски,
А может, выпила всего лишь чашку чая,
И это ветер твою тушку так качает?

Ножки заплетаются, сумочка болтается,

Ты ж идти устала, крошка, с нами отдохни,

Всяк бывает, верно, люди?

Трогать мы тебя не будем,

Если вдруг сама захочешь – так подмигни.

Не роняй селёдочку, пей поменьше водочку,

А не то растаешь, как Снегурочка,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.