Хавьер Муньос
Ларри Топпер и волшебный мир Ховкрафтса. Книга 1

Javier Muñoz Ruiz

LARRY TOPPER Y EL MUNDO MÁGICO DE HOWCRAFTS: Una aventura en Minecraft

© del texto: Javier Muñoz

© de las ilustraciones: Alejandro Suárez

© 2023 Editorial Planeta, S. A.

© Морена Д., перевод на русский язык, 2024

© Галиуллина А.Р., иллюстрация на обложку, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

* * *

1
Нужно же с чего-то начинать

НЕ СПРАШИВАЙТЕ МЕНЯ, КАК И ПОЧЕМУ ЭТО ПРОИЗОШЛО, НО НЕОЖИДАННО ВСЕ ОДИННАДЦАТЬ СВЕЧЕЙ НА ПРАЗДНИЧНОМ ТОРТЕ РАЗЛЕТЕЛИСЬ В РАЗНЫЕ СТОРОНЫ!

Две из них отскочили прямо в шляпку моей тети Поппи, да так, что шляпка слетела с ее головы, а саму тетю прибило к стене той из них, что попала в ее высокую прическу.

Еще три свечи попали в живот моего дяди Винсента и, отскочив от него, с удвоенной скоростью полетели в другие стороны:

Со свистом «ФИУ-У!» она разрезала воздух прямо надо мной.

И КАК ЖЕ ЛЕГКО Я ОТДЕЛАЛСЯ! СЕРЬЕЗНО.

Моему кузену Дубиэлю повезло меньше – кремовый торт взорвался прямо перед ним, и четыре свечи угодили в него, мгновенно вырубив.

Оставшиеся две свечи устроили настоящую гонку за гостями именинника. Друзья Дубиэля бегали по всей столовой, пытаясь убежать от них, но укрыться в шкафу не успели – со звуком «ПИМБА!» те хорошенько ударили их по затылкам.

Итак, мой кузен в нокауте, оба его друга валяются без сознания, тетя Поппи не может вытащить свечку из своих волос, а дядя Винсент кричит на меня:

> одна попала в потолок;

> вторая – в семейную фотографию, на которой меня, конечно же, нет;

> третья чуть не задела мне голову.

– Что? Нет, нет, нет, нет! Это случайность! – попытался оправдаться я.

Прозвучало не очень убедительно, если честно. Ну сами посудите, КТО ЕЩЕ, КРОМЕ МЕНЯ, ХОТЕЛ БЫ, ЧТОБЫ СЕГОДНЯ ЗДЕСЬ ПРОИЗОШЛО ЧТО-ТО ПОДОБНОЕ?!

– ЖИВО СЮДА-А! – закричал мой дядя с новой силой, да так, что его живот начал пульсировать от звука. И, несмотря на огромное брюхо, он приближался ко мне со скоростью километров двести в час.

– А-А-А-А-А-А, – заверещал я, убегая от него.

Я бегал по комнате так быстро, как только позволяли мне ноги и дурацкий костюм официанта, который меня заставили надеть. Пробирался между ножками стульев, прыгал с одного дивана на другой и оттуда на кресло, а затем вскочил на стол, где случайно разбил последние остатки посуды, не тронутые взрывом торта и разлетевшимися свечами.

«КРАК! КРАК! КРАК!» – слышалось под моими ногами.

– ИДИ СЮДА, Я СКАЗАЛ!

– Даже не думай об этом, Винсентсито! – крикнул я, уверенный, что дядя меня не достанет.

Но это разозлило его еще больше. И разъяренный, как зомби, горящий от дневного света, он схватился за стол и в мгновение ока вышвырнул меня в коридор, загнав в угол около входной двери.

– Винсент, послушай меня… Я НЕ ДЕЛАЛ ЭТОГО! Я ПРОСТОЙ ДЕРЕВЕНСКИЙ ЖИТЕЛЬ, ВИНСЕНТ. КАК Я МОГУ СДЕЛАТЬ ЧТО-ТО ПОДОБНОЕ?!

Но Винсент не ответил. Вместо этого он медленно потянулся к моему уху.

– НА ЭТОТ РАЗ ТЕБЕ НЕ ОТВЕРТЕТЬСЯ… НИ ЗА ЧТО! ТЕБЕ ЭТО С РУК НЕ СОЙДЕТ! – заорал он.

Я был близок к тому, чтобы сдаться, как вдруг – О ЧУДО!

«КЛОНК!» – раздалось со стороны входной двери, и через почтовое отверстие внутрь влетело письмо, аккуратно приземлившись прямо передо мной.

На конверте было написано: «ДЛЯ ТЕБЯ».

И я закричал:

– ЭТО ДЛЯ МЕНЯ! ЭТО ДЛЯ МЕНЯ! ЭТО ДЛЯ МЕНЯ-Я-Я-Я!

– Это первое письмо, которое пришло тебе за все время… – пробормотал Винсент в недоумении.

– НУЖНО ЖЕ С ЧЕГО-ТО НАЧИНАТЬ! – ответил я.

Опустив глаза, я начал открывать конверт. Внутри оказался другой конверт…

И ПОТОМ ЕЩЕ КОНВЕРТ, И ЕЩЕ…

– Дядя Винсент, скажите, сколько конвертов может поместиться внутрь одного?.. – прошептал я.

ВИНСЕНТ ЗАСТЫЛ В НЕДОУМЕНИИ И НАЧАЛ ВНИМАТЕЛЬНО НАБЛЮДАТЬ ЗА ПРОЦЕССОМ РАСПАКОВКИ ПИСЬМА.

Кто знает, сколько еще конвертов мне придется раскрыть И СКОЛЬКО ВРЕМЕНИ ЭТО У МЕНЯ ЗАЙМЕТ?! Потому что, если что-то мне сейчас и ясно, так это то, что я не сдвинусь с места, пока не докопаюсь до чего-то, что скрыто в одном из этих конвертов.

Так что я лучше воспользуюсь случаем и представлюсь:

Первое, что нужно знать обо мне, – это то, что я обычный деревенский житель. Ну как обычный – с несколькими маленькими странностями.

Первая вещь, которая отличает меня от обычных деревенских жителей, – это цвет глаз, они у меня фиолетовые, а не зеленые.

Еще прямо посреди носа у меня есть огромный красный прыщ, который не поддается никакому лечению – наверное, это из-за подросткового возраста, но он все равно кажется мне очень странным.

И последнее из того, что не поддается никаким правилам элементарной логики, – это мое имя. В тот день, когда я родился, родители увидели во мне Ларри. И все было бы хорошо, если бы от них мне не досталась худшая фамилия в мире. ЛАРРИ ТОППЕР. ХУДШИЕ ИМЯ И ФАМИЛИЯ, КОТОРЫЕ Я СЛЫШАЛ В СВОЕЙ ЖИЗНИ.

Мой кузен Дубиэль – единственный житель деревни, который не испытывает отвращения при звуке моего имени. На самом деле он его даже обожает, потому что может подразнить меня всякий раз, когда его безгранично сообразительный ум не может выдумать никакой другой колкости.

– Я маленький, как крот[1], и фамилия у меня почти такая же. Кто же я? Правильно, я – То-То-Топпер! – повторяет он мне около двух тысяч раз в день.

Чуть реже Дубиэль делает это, когда устает. В такие моменты он максимально упрощает свою шутку и говорит мне:

– ТО-ТО-ТОППЕР! ХА-ХА-ХА!

И улыбается своей фирменной улыбкой до ушей, словно идиот.

Но даже тогда это не сильно обижает меня. Я ведь не виноват, что мне досталось такое гнусное имя, а Дубиэль не виноват, что ему достались такие ГНУСНЫЕ РОДИТЕЛИ.

Мой дядя Винсент – фермер, и он совершенно убежден, что никто в мире не работает больше, чем он. МОЖЕТ БЫТЬ, ИМЕННО ПОЭТОМУ ОН ТРАТИТ БОЛЬШЕ ВРЕМЕНИ НА ПОИСК ТЕХ, КТО ОТЛЫНИВАЕТ ОТ РАБОТЫ, ЧЕМ НА САМУ РАБОТУ.

«Ларри, проснись и начни делать что-то, чтобы принести в наш дом хоть один блок изумруда», – говорит он мне чуть ли не каждый день. А когда я в ответ пытаюсь указать на его сына-бездельника, то он, как правило, уже находит другую жертву своих наставлений.

Поппи тоже не самый приятный человек. Она занимается рыбалкой и твердо убеждена, что лучшая рыба должна доставаться Дубиэлю, так как он находится в стадии активного роста. Поппи повторяет это каждый день по нескольку раз каждому из членов семьи.

Иногда я ей напоминаю, что у нас с Дубиэлем АБСОЛЮТНО ОДИНАКОВЫЙ ВОЗРАСТ. К тому же наши дни рождения в один день! Но она просто улыбается в ответ на это, тем самым давая мне понять, что разговор окончен.

Поэтому я знаю, каково это – быть чужаком в собственном доме.

Но сегодня все зашло слишком далеко!

– Видишь ли, Ларри… – сказала Поппи, жестом предлагая мне присесть. – В прошлом году мы, конечно, переборщили с подарками твоему двоюродному брату и понимаем это, но в нынешнем году получилось так, что мы купили ему еще больше подарков, хе-хе-хе.

– Ага… – рассеянно ответил я, глядя на садовую аллею по ту сторону окна.

– Дело в том, что у нас закончились деньги, и их не хватило на организацию праздничного ужина. Мы с Винсентом сочли это прекрасной возможностью для тебя – ты наконец сможешь быть всем полезным.

– Почему бы и нет! – ответил я, по-прежнему не сводя глаз с аллеи.

– В смысле, ты согласен?

– Да, да… КОНЕЧНО, ДА, – сказал я, совершенно не понимая, что именно она хочет от меня.

– Отлично! Тогда у нас есть для тебя костюм, – продолжила Поппи, достав из ниоткуда форму слуги и прижав ее к груди.

– ВОТ ЭТОТ?

– Да, давай-ка, надень его. Друзья твоего кузена будут в восторге!

– ЧТО-О-О? НЕТ! Я НЕ МОГУ НИКОГО ОБСЛУЖИВАТЬ НА ПРАЗДНИЧНОМ УЖИНЕ! – быстро ответил я, когда понял, о чем идет речь. – Правда не могу. Дядя Винсент категорически запретил мне присутствовать на дне рождения Дубиэля. А обслуживание предполагает какое-никакое, но все-таки посещение…

– Не прикидывайся дурачком, Ларри. Я была вместе с Винсентом тогда, и мы оба запретили тебе появляться на празднике. Но теперь мы оба меняем свое мнение и говорим, что ты ДОЛЖЕН быть там, – подчеркнула Поппи. – И я заранее предупреждаю тебя: ЕСЛИ ТЫ ПОСТУПИШЬ ПО-СВОЕМУ, НАВСЕГДА ЗАБУДЬ ОБ УЖИНЕ.

– Даже сырой треской не покормишь? – спросил я из любопытства.

Но разговоры с Поппи всегда заканчиваются раньше времени, то есть тогда, когда она этого захочет.

ТАК ЧТО Я, ПОЧТИ НЕ ОСОЗНАВАЯ ЭТОГО, ОКАЗАЛСЯ НА ПОБЕГУШКАХ У СВОЕГО КУЗЕНА-БОЛТУНА И ЕГО ДРУЖКОВ, ПРИЧЕМ НА СОБСТВЕННОМ ДНЕ РОЖДЕНИЯ!

– Ларри, мне нужен колокольчик, – сказал Дубиэль, когда я оказался перед ним.

– Но у тебя уже есть один, – сказал я, указывая на его маленький смешной колокольчик.

– ТОГДА ПОДАРИ МНЕ КОЛОКОЛЬЧИК ПОБОЛЬШЕ. САМЫЙ БОЛЬШОЙ КОЛОКОЛЬЧИК, КОТОРЫЙ У НАС ЕСТЬ! – приказал Дубиэль.

Клянусь, он чуть не умер от смеха вместе со своими глупыми дружками.

Когда я отходил, чтобы найти колокольчик побольше, которым можно было бы, например, раздавить Дубиэля на месте, кто-то резко опустил шторы, и свет погас…

ЧТО ПРИВЕЛО К ТОМУ, ЧТО Я С РАЗМАХА УДАРИЛСЯ О ДВЕРЬ!

И все четверо – то есть мои дядя с тетей и друзья Дубиэля – приняли звук удара за сигнал к действию, начав петь: «С днем рождения тебя! С днем рождения тебя! С днем рождения, Дубиэ-э-эль! С днем рождения тебя!»

Закончив петь, Винсент, Поппи и двое друзей Дубиэля начали аплодировать польщенному имениннику изо всех сил. И так долго, что их ладони стали красными, как прыщик на моем носу…

– А сейчас загадай желание и задуй свечи, чтобы оно исполнилось, дитя мое! – сказала Поппи.

Мой кузен задул все одиннадцать свечей с одной попытки. «Ф-Ф-Ф-Ф-Ф-Ф-Ф-ФУ-У-У-У-У-У-У!» – раздалось по всей столовой, и после короткой передышки Дубиэль расхохотался.

– Я только что пожелал, чтобы Ларри оставался моим личным слугой в течение следующих пятидесяти дней рождения! Хо-хо-хо… – веселился он.

И его приятели подхватили его смех, повторяя: «ХО-ХО-ХО!»

– Ларри с удовольствием исполнит это желание! – заверила сына Поппи.

– Правда же, Ларри? – спросила она меня с немного угрожающей улыбкой на губах.

Но вместо ответа я нахмурился и сосредоточился на сливочном пироге именинника.

Сначала совсем чуть-чуть. А потом все больше и больше, пока не перестал понимать, что вообще происходит.

И ПОТОМ, НЕ СПРАШИВАЙТЕ МЕНЯ, КАК И ПОЧЕМУ, НО ТОРТ ВЗОРВАЛСЯ, И ОДИННАДЦАТЬ СВЕЧЕЙ ИЗ НЕГО РАЗЛЕТЕЛИСЬ В РАЗНЫЕ СТОРОНЫ! БУ-У-У-УМ!

Все остальное вы уже знаете.

Тем временем я все еще потрошу конверты, пока за мной внимательно наблюдает дядя Винсент.

– Девяносто шесть… Девяносто семь… Девяносто восемь… – считает он. – Может, мы закончим на этом?

– Думаю, что мне нужно открыть еще один, дядя Винсент.

– Ну давай, но только ОДИН.

– Это последний, правда, – говорю я.

И в девяносто девятом конверте меня ждало…

НИЧЕГО.

Поэтому я тут же нарушил свое обещание и начал открывать следующий конверт, пока Винсент замешкался. И в этот раз…

– БИНГО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О! – закричал я, когда наконец-то увидел бумажку с письмом.

– Дай посмотреть, – приказал мне Винсент.

Но я развернул письмо и прочел его на глазах у дяди, прежде чем он успел что-либо сделать.

– ШКОЛУ ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА?! – воскликнул я, не веря своим глазам.

И продолжил читать…

Точнее, только попытался, потому что, когда я снова опустил глаза на письмо, оно исчезло. Мой дядя украл его!.. И БЕЖАЛ С НИМ ПО КОРИДОРУ СО ВСЕХ НОГ!

– ОТДА-А-АЙ! – начал кричать я как сумасшедший, срываясь с места и гоняясь за ним по всему дому.

Мы выбежали во двор, обогнули дом и начали наш увлекательный забег с самого начала – прямо от парадного входа.

В КОНЦЕ КОНЦОВ Я УСТАЛ ОТ ЭТОЙ БЕССМЫСЛЕННОЙ ПОГОНИ И РЕШИЛ ТКНУТЬ В ДЯДЮ ПАЛЬЦЕМ ТАК, СЛОВНО ЭТО БЫЛА НАСТОЯЩАЯ ВОЛШЕБНАЯ ПАЛОЧКА!

2
Скажи им, чтобы они убирались отсюда, Ларри!

Как только дядя Винсент увидел мой палец, направленный на него, то завопил:

– ДАЖЕ НЕ ДУМАЙ ОБ ЭТОМ, ЛАРРИ!

Вот что сказал этот трус, действительно веря в то, что я могу хоть как-то ему помешать, просто указав своим нелепым квадратным пальцем.

– С каких пор обычный палец вызывает у тебя такое сильное чувство страха, Винсент? – спросил я дядю со снисходительной улыбкой на губах. И после этого очертил пальцем круг в воздухе для убедительности – хотел напугать, чтобы он не набросился на меня при первой же возможности.

И дядя действительно испугался. Винсент сглотнул и попросил меня быть осторожнее…

– Потому что есть кое-что, о чем мы тебе никогда не говорили, Ларри, – произнес он.

– Вот это удивил! Да вы НИКОГДА мне ничего не рассказываете!

– Именно поэтому ты и не знаешь, что твои родители думали, будто были…

– Гораздо лучше, чем ты думаешь? – перебил я его. – Или что на самом деле они были просто чудаками? Ну сумасшедшими? И что «яблоко от яблони недалеко падает», да? И что я такой же безумец, как они, да? И что…

– Послушай меня, Ларри! Твои родители…

– Не смей говорить о моих родителях! – закричал я и поднял палец так, что он оказался направлен прямо в его межбровье. – Отдай письмо!

И дяде ничего не оставалось, как сдаться, оказавшись в ловушке моего «волшебного» пальца.

– Хорошо, забирай свое письмо! – прокричал он и сердито бросил лист к моим ногам.

Я нагнулся, чтобы поднять его… И ЭТО ВСЕ, ЧТО Я ПОМНЮ! Потому что в тот момент, когда я согнул спину и вытянул руку, огромная тень от тела Винсента проглотила меня целиком! ТО ЕСТЬ МОЙ ДЯДЯ ПРОСТО СХВАТИЛ И ВЫРУБИЛ МЕНЯ!

На следующий день я проснулся в своей кровати на чердаке. Однако, учитывая последние обстоятельства, мои милые дядя и тетя решили запереть меня там и связать руки веревкой, от которой исходил запах тысячи свиней, бегущих по пустынному биому. Фу-у…

И конечно же, этого им было недостаточно. Поппи сдержала свое обещание, и я остался без ужина навсегда. Ну по крайней мере, на следующие пять дней и, что невыносимее, ночей. Мне приходилось довольствоваться сухарями и остатками еды с их стола. Объедки приносили по вечерам, и, как правило, в очень малых количествах, потому что животы Винсента и Дубиэля поглощали почти все и никогда не оставляли ни одного целого кусочка.

ПРИЗНАЮСЬ, Я БЫЛ НАСТОЛЬКО ГОЛОДЕН, ЧТО ЗАСКУЧАЛ ДАЖЕ ПО СЫРОЙ ТРЕСКЕ. «Но нет, никогда не признаюсь ей в этом», – твердо пообещал я себе.

– Ларри?.. – раздался внезапно чей-то голос. Я удивился, потому что было совсем раннее утро, а объедки обычно приносили намного позже.

– ЛАРРИ, Я ТЕБЯ НЕ ВИЖУ. На этом чердаке так грязно и темно, что невозможно понять, ты ли это или просто горка барахла, хе-хе-хе, – засмеялась моя тетя Поппи.

Несмотря на нелицеприятное сравнение, я тут же бросился к ней.

– ПОППИ… ДАЙ МНЕ ОДНУ ИЗ ТВОИХ СЫРЫХ РЫБ! ПОЖАЛУЙСТА, ПОЖАЛУЙСТА, ПОЖАЛУЙСТА! ПОЖАЛУЙСТА!

– Сейчас не время для просьб, Ларри. Но ты должен пойти со мной и помочь нам кое-в-чем, дорогой, – сказала она.

Я услышал в ее словах что-то вроде: «ТРЕВОГА, ТРЕВОГА, ЭТО НЕМИНУЕМАЯ ЛОВУШКА, ТРЕВОГА, ТРЕВОГА!»

В то же время другой голос внутри меня спросил: «Что может быть хуже, чем быть запертым на вонючем чердаке и скучать по сырой треске?»

«Ничего же, правильно?» – ответил я сам себе. АБСОЛЮТНО НИЧЕГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ХУЖЕ.

Тетя Поппи потащила меня вниз, к выходу из дома, и вывела на центральную аллею в саду.

– Скажи им, чтобы эти твари убирались отсюда, Ларри! – нервно приказала она.

– Ты хочешь, чтобы я поговорил с кем-то из этих тихонь?..[2]

– Не с кем-то… ВЫГОНИ ИХ ВСЕХ! Эти проклятые жужжалки портят мой сад! – поправила меня Поппи с раздражением. – ОНИ ПОРТЯТ МОЙ САД, ЛАРРИ! ДАВАЙ, СДЕЛАЙ ЖЕ ЧТО-НИБУДЬ!

Она подошла ко мне, развязала руки, взяла мой «волшебный» палец, которым я угрожал Винсенту, и направила на них.

– Если ты не можешь поговорить с этими существами, Ларри, используй свои хваленые магические силы!

– МАГИЧЕСКИЕ СИЛЫ? – вырвалось у меня.

– Сделай с ними то же самое, что ты сделал с тортом! Или хотя бы немного напугай!

Дубиэль и Винсент вышли из дома и присоединились к этой комичной сцене, потому что услышали, как кто-то сказал слово «торт».

– Только прицелься, пожалуйста, уж сделай одолжение, – попросил дядя, остановившись на безопасном расстоянии от нас и спрятавшись за пузом своего сына.

– ДАВАЙ ТО-ТО-ТОППЕР! Хо-хо-хо! – вставил свое слово Дубиэль.

И в тот момент я мог бы сделать с ними все, на что способен мой палец. Но не сделал этого, а направил палец на бедных тихонь.

– Убирайтесь отсюда, дураки! – кричал я им, помахивая пальцем. – УЛЕТАЙТЕ И НЕ ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ НАЗАД! Бегите подальше от этой лачуги…

Но существа не послушали меня, да и палец никак не сработал.

– Хо-хо-хо… Они даже не вздрогнули от твоего крика!

– Даже эти странные тихони смеются над тобой! – добавил осмелевший Винсент и показался из-за спины своего толстого сына, увидев, что у меня ничего не получилось.

От злости я начал целиться в отдельных тихонь, чтобы найти хоть одну, на которую подействуют мои «силы».

– ХО-ХО-ХО…

– ХЕ-ХЕ-ХЕ…

– ХИ-ХИ-ХИ…

Дубиэль, его отец и Поппи начали хохотать во весь голос, словно настоящие гиены. И ЭТО БЫЛА ПОСЛЕДНЯЯ КАПЛЯ, КОТОРАЯ ПЕРЕПОЛНИЛА СОСУД МОЕГО ТЕРПЕНИЯ!

– Хотите попытать счастья на себе? – спросил я, повернувшись к ним всем телом и подняв палец.

В тот же момент Винсент вновь укрылся за сыном, сам Дубиэль спрятался за матерью, а Поппи была вынуждена храбро закрывать их своей грудью.

– Ларри, ты упустил свой шанс снова пообедать с нами сырой треской, – сказала она спокойным тоном, чтобы не злить меня еще больше. – Вернись на чердак, ладно?

– ЛАДНО? ТЫ ЧТО, СПРАШИВАЕШЬ МЕНЯ, ХОЧУ ЛИ Я ВЕРНУТЬСЯ НА ЧЕРДАК? СЕРЬЕЗНО?

– Да, – ответила моя тетя, и маленькая капелька пота медленно стекла с виска по ее щеке.

И, чтобы мои слова возымели хоть какое-то действие, я подумал о взрывах. И о летающих тихонях. И о тех силах, которые вроде как у меня есть, но я даже не знаю, где они прячутся.

И… И… И… И как только я подумал, что все безнадежно и ничего не произойдет, ни с того ни с сего ЧТО-ТО СЛУЧИЛОСЬ! Внезапно вокруг моего пальца-палочки появилось несколько золотых искр!

– СМОТРИТЕ, СЕЙЧАС Я ВАМ ПОКАЖУ, НА ЧТО СПОСОБЕН! – закричал я, испытывая сильнейшее волнение.

Но сверкание искр длилось едва ли дольше, чем я произносил эти слова. Шоу закончилось так же быстро, как и началось.

– ХО-ХО-ХО…

– ХЕ-ХЕ-ХЕ…

– ХИ-ХИ-ХИ…

Дядя, тетя и двоюродный брат снова засмеялись. А Винсент, перестав видеть во мне хоть какую-то угрозу, приблизился и закинул мое тело на спину через плечо, как мешок картошки.

– ОТПУСТИ МЕНЯ, ТОЛСТЯК! – закричал я, дергая его за фермерский комбинезон.

– ХИ-ХИ-ХИ… На чердаке отпущу, малыш! – ответил он мне, посмеиваясь.

– ВЫПУСТИ МЕНЯ!

– Когда твои маленькие друзья-тихони покинут наш сад, я, может быть, подумаю о том, чтобы тебя отпустить, а пока посиди наверху и подумай о своем поведении.

– ОТПУСТИ-И-И-И МЕНЯ! – продолжал орать я.

Тем временем тихони не сводили глаз с происходящего. И тогда, уже отчаявшись, я решил воззвать к ним.

– ПОМОГИТЕ МНЕ-Е! – закричал я в их сторону в тот момент, когда дядя уже вносил меня в дом, а тетя начала силой заставлять меня заткнуться.

Хотя тихони и не набросились на Винсента, как мне хотелось бы, но угрожающе подлетели к нам и начали кружить вокруг входа в дом.

– ЧТО ТЫ ПРИКАЗАЛ ИМ СДЕЛАТЬ, ЛАРРИ? – испуганно спросил Винсент. Он испугался, поскольку синие существа кружили вокруг нас все быстрее, как маленькие злобные демоны.

– ПОМОГИТЕ! – повторил я.

И тут они внезапно зависли в воздухе. Десятки тихонь замерли и начали скидывать вниз конверты, которые были у них все это время.

«ПА-ПА-ПА-ПА-ПА», – конверты громко разлетались во все стороны.

Они с силой врезались в стены дома и даже иногда оставляли на них след от удара. Конверты падали на Поппи, Дубиэля и Винсента. Какой-то из них случайно даже попал мне в лицо.

Повсюду были эти конверты! Из каждого из них вылетал другой, а потом еще один. И еще один. И еще. И еще!..

Мне удалось укрыться от конвертов исключительно потому, что я был единственным, в кого тихони не целились специально. Но мои дядя, тетя и кузен явно получили по заслугам – до искр в глазах.

Пользуясь случаем, я поймал один конверт и открыл его. Конечно же, меня ждало там то же самое, что и в прошлый раз – куча других конвертов. Но где-то двадцать или тридцать конвертов спустя я все-таки наткнулся на заветное послание, которое так и не закончил читать в день рождения Дубиэля. (КОТОРЫЙ ВООБЩЕ-ТО ЯВЛЯЕТСЯ И МОИМ ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, НЕСМОТРЯ НА ТО ЧТО ИНОГДА Я САМ ОБ ЭТОМ ЗАБЫВАЮ.)

Слово в слово в нем говорилось следующее.

3
Как бы чего не вышло

В ответ на письмо дядя Винсент хотел сказать что-то вроде: «ДАЖЕ НЕ МЕЧТАЙ ОБ ЭТОМ!» – но вместо этого бросился в дом, все еще держа меня на плече, взял лопату и начал копать так, как никогда в своей жизни не копал.

ДА ЕЩЕ И ВЕРТИКАЛЬНО, ТО ЕСТЬ УХОДЯ ВСЕ БОЛЬШЕ И БОЛЬШЕ ВНИЗ, БЛОК ЗА БЛОКОМ!

Одной рукой он измельчал несчастные глыбы земли, а второй – держал меня, чтобы я не мог сбежать.

– В понедельник ты никуда не пойдешь! – предупредил он меня.

– Если я так досаждаю тебе, то почему бы не отправить меня в Ховкрафтс – да и дело с концом?

– Чтобы ты потом вернулся, метая молнии через свой магический палец? ХА-ХА!

– Но ты ведь не веришь ни в какую магию… А МАГИЯ ВООБЩЕ СУЩЕСТВУЕТ? С КАКИХ ПОР? И КАК ОНА ВЫГЛЯДИТ? КАК ВЫГЛЯДИТ МАГИЯ, ДЯДЯ ВИНСЕНТ?

– Как бы чего не вышло… – пробормотал Винсент.

– Вот именно, пусть лучше Ларри останется здесь и всегда будет таким же тихим и жалким, как сейчас! – добавил Дубиэль, с трудом и в без того тесное пространство объемом в один блок.

Вскоре Винсент, Поппи, Дубиэль и я оказались в яме, которую выкопал дядя. Они держали меня втроем так, что я не мог даже пошевелиться – не то что вырваться и убежать от них.

– Твои сумасшедшие родители всегда говорили о магии. Но я никогда не видел, чтобы они ее использовали или чтобы с ними происходило что-то невероятное, потому что…

– Потому что они были больше похожи на чудаков, чем на волшебников? – опередил я тетю.

– Точно, ХЕ-ХЕ-ХЕ.

Кажется, я не упоминал об этом, но мои родители умерли, когда я был совсем маленьким. Так что я не могу злиться на них – даже несмотря на то, что унаследовал самую унизительную фамилию на свете и должен жить с моими дядей, тетей и их сыном-идиотом Дубиэлем.

Хотя в данной ситуации будет справедливо сказать, что самым большим идиотом показал себя Винсент, который копал уже около трех часов, спускаясь все ниже и ниже. Я полагаю, что он хотел прокопать около семнадцати миллионов блоков… Или даже полмиллиарда – не знаю точную цифру, но уверен, что он рассчитывал на такое количество блоков, при котором никто не сможет добраться до меня и прийти на помощь.

Вдобавок ко всему, когда толстяку надоело копать, ПОППИ ЗАСТАВИЛА МЕНЯ ПОСТРОИТЬ ДЛЯ ВСЕХ ЛОГОВО.

Честно говоря, я не стал прикладывать особых усилий – просто выкопал еще несколько блоков земли по бокам и зажег огонь в центре. И все.

– КАКОЕ ЧУДЕСНОЕ ЛОГОВО ТЫ СООРУДИЛ, ЛАРРИ, – набрался смелости съязвить Дубиэль.

Но я даже не обратил на него внимания. Я не мог думать ни о чем другом, кроме Школы Чародейства и Магии, о которой говорилось в письме. И о том, что завтра, в понедельник, в 10 часов утра меня не будет на платформе 0 и ¼.

– Учитывая обстоятельства, чем более убого, тем лучше, Дубиэль. Так мы останемся совершенно незамеченными, и ни у кого не будет возможности пробраться сюда, чтобы спасти твоего кузена, ХИ-ХИ-ХИ, – объяснял Винсент своему сыну, закрывая туннель, по которому мы спустились, и кивнув мне, чтобы я закончил свою часть работы над логовом.

Но у меня было предчувствие. Оно было похоже на то чувство, которое возникает, когда вы проводите весь день в поисках алмазной руды и, несмотря на то что прошло уже пятнадцать часов бессмысленной работы и вы ничего не нашли, вы обещаете себе попробовать покопать еще пять минут, поскольку что-то подсказывает вам, что вот-вот вы найдете свое сокровище. И конечно же, вы действительно находите его – пусть и в самую последнюю секунду. Вот что-то такое чувствовал и я, будучи глубоко под землей вместе со своей гадкой семейкой.

– Кто-нибудь обязательно придет за мной, – внезапно бросил я им.

– ХА-ХА-ХА-ХА… – хором рассмеялись дядя, тетя и Дубиэль.

– Если кто-нибудь из жителей деревни появится здесь до 10 утра завтрашнего дня, я отпущу тебя с ним, куда захочешь, – усмехнулся Винсент.

– Серьезно?

– Если вдруг появится какой-нибудь селянин, то да…

– ОН ПОЯВИТСЯ! – сказал я им с улыбкой от уха до уха.

– ХА-ХА-ХА-ХА, – все снова покатились со смеху.

Но я чувствовал, что вот-вот что-то обязательно произойдет.

– Даю ему десять секунд, чтобы появиться тут и забрать меня! – прокричал я, одержимый идеей своего магического спасения.

Я даже осмелился действительно начать отсчитывать время.

– Десять… Девять…

– Перестань считать, – тут же приказала мне Поппи.

– Восемь…

– ПРЕКРАТИ! ПРЕКРАТИ СЧИТАТЬ! – взвизгнул Дубиэль, бросаясь ко мне, чтобы закрыть рот руками.

– Жемь… – пробормотал я.

И хотя Поппи и Винсент приложили все усилия, чтобы заставить меня замолчать, я продолжал вести обратный отсчет.

Я не договорил «ноль». Когда я собрался это произнести, в логово ворвалось что-то настолько мощное, что было сильнее Винсента и Дубиэля, вместе взятых. На первый взгляд оно производило впечатление неуправляемой природной стихии.

– КТО ЭТО?! – крикнул Винсент в облака пыли и грязи, поднятые внезапным гостем.

Никто не отзывался. Когда облака начали рассеиваться, мы смогли увидеть очертания незнакомца, и Винсент тут же заорал:

– ЭТО ЖЕЛЕЗНЫЙ ГОЛЕМ, А НЕ ДЕРЕВЕНСКИЙ ЖИТЕЛЬ!

И затем, более или менее оправившись от того, что мое «заклинание» сработало, он начал повторять одно и то же, как заезженная пластинка:

– ОН НЕ СЧИТАЕТСЯ, ОН НЕ ДЕРЕВЕНСКИЙ ЖИТЕЛЬ! ОН НЕ СЧИТАЕТСЯ, ОН НЕ ДЕРЕВЕНСКИЙ ЖИТЕЛЬ! ОН НЕ СЧИТАЕТСЯ, ОН НЕ ДЕРЕВЕНСКИЙ ЖИТЕ-Е-ЕЛЬ!

4
«Сам-знаешь-кто»

Мне было АБСОЛЮТНО ВСЕ РАВНО, был это какой-нибудь селянин или нет. И я даже не особо задумывался об этом, если честно, потому что, выбирая между моей так называемой семьей и огромным железным Големом…

Я, ЕСТЕСТВЕННО, ВЫБРАЛ ГОЛЕМА!

– Стойте, где стоите! – прокричал я Винсенту, Поппи и Дубиэлю, вскакивая на спину железного монстра.

Не говоря ни слова, голем бросился к дыре, через которую вошел несколько секунд назад. Сбивая один блок за другим со звуком «ПЛАКА, ПЛАКА, ПЛАКА», он пробивал путь наверх до тех пор, пока мы не оказались в каком-то храме посреди леса.

– Ох… Спасибо! – сказал я голему, слезая с его спины.

Он ничего не ответил и уставился на меня так, словно разглядывал незнакомую картину. На железном лице не дернулось ни единого мускула, вид у него был мрачный. Его густые усы и борода были такие же черные, как и потертый кожаный костюм, в который он был одет.

– ЛАРРИ! – вдруг произнес он.

И бросился обнимать меня так, словно забыл, что сделан из железных блоков, а я – не самый сильный деревенский мальчик одиннадцати лет.

– ТЫ МЕНЯ ЗАДУШИШЬ! ОТПУСТИ, ОТПУСТИ, ОТПУСТИ МЕНЯ!

– Ой… – выдохнул он.

Затем схватил меня за плечи (на этот раз довольно аккуратно) и поднял на высоту своих глаз, чтобы продолжить внимательно рассматривать меня.

– Ты… Ты знаешь меня, голем?

– ЗНАЮ ЛИ Я ТЕБЯ? Я знаю тебя с тех пор, как ты родился, головастик! – с гордостью произнес он.

Тут голем принялся теребить отвратительный прыщик у меня на носу. Я бы даже сказал, что он попытался меня погладить… Хотя с такими ручищами единственное, что у него получилось, – это немного поцарапать меня.

– ЭЙ, ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! – воскликнул я, когда мое терпение подошло к концу. И стукнул его по руке, хотя мне очень не хотелось этого делать. УВЫ!

– Я просто осматривал твою бородавку. Никогда не видел такую большую и красную, как у тебя.

– Это не бородавка. Это огромный прыщ, который я не могу вылечить. Он, конечно, похож на бородавку, но это не она. Потому что бородавки появляются только у тех, кто… – попытался объяснить я, но запнулся.

– У кого? Скажи.

– Н… Н… нет. Нет-нет-нет. ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!

– Я встречался с твоими родителями, Ларри. Поверь мне, это так, – сказал голем, пока я внимательно рассматривал свою бородавку.

– Ты маг, Ларри! И бородавка на твоем носу – это не что иное, как очаровательная магическая метка!

– А как же моя тетя? – спросил я после того, как пришел в себя после сногсшибательной новости. – Как же могло получиться, что она стала такой скучной и СОВЕРШЕННО НОРМАЛЬНОЙ жительницей деревни, если мои родители действительно были волшебниками?

– Потому что твоя мать тоже родилась обычной селянкой, Ларри. Но когда она узнала о своих магических силах и существовании волшебного мира, то решила стать его частью и в конце концов сделалась лучшей волшебницей из тех, что я когда-либо знал.

– Правда?

– Абсолютная правда. А твой отец… Ха! Каким же прекрасным волшебником был твой отец! Он родился настоящим магом, с ним шутки всегда были плохи!

– Если то, что ты говоришь, – правда, то как так могло случиться, что они погибли от падения?

– О каком падении ты говоришь? – удивился голем.

– Дядя Винсент рассказывал мне, что во время экскурсии по заброшенной шахте мой отец наткнулся на огромного пещерного паука, и тот отбросил его назад так сильно, что папа упал с обрыва в Нижний мир. Там он столкнулся сначала с пандой, потом с ламой, с семьей хоглинов[3], с аксолотлем[4], затем с океанским кальмаром и дельфином, которые в этот момент проплывали через биом теплого океана, и в конце концов врезался в гигантский морской огурец[5] на дне. Отец застрял в углублении, которое сам же и образовал при падении, и оставался там, пока не утонул, будучи не в силах выбраться на поверхность самостоятельно. Через несколько часов моя мама забеспокоилась и начала искать его. И, по словам Поппи, с ней произошло то же самое. В итоге они оба погибли на дне теплого океана неподалеку друг от друга.

– Ну, так, конечно, вполне могло быть, – ответил голем. – Ни один, даже самый сильный волшебник, не может предотвратить несчастный случай вроде того неудачного падения, которое ты описал. Но с твоими родителями все было не так, Ларри.

– РАЗВЕ?

– Конечно! Твои родители погибли, пытаясь защитить тебя от… – начал объяснять он.

Голем на секунду прервался, чтобы внимательно осмотреться. Когда он убедился, что поблизости никого нет, он подошел ко мне вплотную и прошептал:

– Молде…что?

– МОЛДЕВОРТ, – повторил он.

В этот же момент внезапный рев разнесся эхом по внутренним помещениям храма. Мы присели от испуга и внимательно осмотрелись, прежде чем снова встать.

– А кто это? – спросил я голема, пытаясь унять дрожь в теле.

– Величайший злодей, которого когда-либо знал волшебный мир. Само олицетворение зла, Ларри. Существо, которого настолько боятся, что маги до сих пор не осмеливаются произносить его настоящее имя, поэтому говорят «САМ-ЗНАЕШЬ-КТО».

– И мои родители его победили?! – восторженно воскликнул я (отчасти потому, что наконец-то узнал о них что-то хорошее, а не выслушивал бесконечные оскорбления в их адрес).

– Нет. Это ты победил его. После того как «Сам-знаешь-кто» покончил с твоими родителями, он попытался атаковать тебя, но все, что смог сделать, – это поранить твою бородавку так, что она покраснела.

– И это несмотря на то, что я был совсем маленьким? – спросил я, поднеся руку, чтобы потрогать бородавку (всю свою жизнь считал ее противным прыщом, который невозможно вылечить).

– Да, тебе не было и двух лет, когда он пришел за тобой.

– И КАК ЭТО ВОЗМОЖНО, ЧТО ТАКОЙ МОГУЩЕСТВЕННЫЙ ВОЛШЕБНИК, КАК «САМ-ЗНАЕШЬ-КТО», НЕ СМОГ СПРАВИТЬСЯ СО МНОЙ?

– Никто не может ответить на этот вопрос, Ларри. Абсолютно никто. Но после покушения «Сам-знаешь-кто» внезапно исчез, и мы больше ни разу ничего не слышали о нем. Но не волнуйся, у тебя будет время найти ответы на все вопросы и наверстать упущенное… ПОТОМУ ЧТО ПРИШЛО ВРЕМЯ ЕХАТЬ В ХОВКРАФТС!

– НАДО БЫЛО НАЧАТЬ С ЭТОГО, ГОЛЕМ! – воскликнул я.

Но он не ответил. Голем был занят тем, что изучал поросшие мхом каменные блоки, из которых сложены стены храма в джунглях.

– Ты что-то потерял? – спросил я, пытаясь чем-то помочь. Но ответа не было. Он сделал вид, что не услышал моего вопроса, и продолжил заниматься своим странным делом.

И вдруг… «КЛАК!» – запустился какой-то механизм, и каменные блоки начали двигаться и меняться местами, словно кусочки пазла.

– ЭТО ПОРТАЛ! – закричал я, когда блоки перестали перемещаться и образовали вход.

Железный гигант сначала ответил мне молчаливой улыбкой, а потом начал смеяться, когда я подошел ближе к порталу.

– ЕДЕМ В ХОВКРАФТС! – супергеройски прокричал я, поглядывая на здоровяка.

Но голем сделал шаг назад и внимательно посмотрел на меня.

– Ну, в Ховкрафтс нам пока рановато.

– Правда?.. НО ТЫ ЖЕ САМ ТОЛЬКО ЧТО СКАЗАЛ, ЧТО МЫ ЕДЕМ ТУДА!

– Я сказал, что «ПРИШЛО ВРЕМЯ» ехать в Ховкрафтс. И, кроме того, разве ты не получил письмо о зачислении в школу? Там было написано, что в Ховкрафтс можно попасть только на летающем поезде.

– Так ты хочешь сказать, что «пришло время» поехать на платформу?

– Да. Но сначала мы поедем за покупками в Извилистый переулок.

– Куда?

– В единственное место, где ты сможешь найти все, что нужно, чтобы начать свой первый год учебы в Ховкрафтсе! – объяснил великан.

Я кивнул и потихоньку подошел к порталу еще ближе.

«Если мы действительно пойдем по магазинам, лучше не говорить голему, что у меня нет ни гроша. Если повезет, он просто пригласит меня в Ховкрафтс, а там я как-нибудь найду все, что нужно для учебы, – подумал я. – Покупка всяких мелочей – не такая уж и большая проблема».

5
Дареной мантии на рукава не смотрят!

Я отказываюсь комментировать, как прошло мое первое перемещение через портал… Скажу только, что, когда мы оказались по ту сторону, Харви упал и оказался в ужасно нелепой позе. Но не такой нелепой, как моя, конечно.

Но боль от падения мгновенно прошла, когда я встал на ноги, поднялся на цыпочки и поверх тысяч голов волшебников и ведьм разных мастей увидел главную аллею Извилистого переулка.

Это было место, переполненное разными магазинчиками, деревянными вывесками, неоновыми надписями и блестками. Чего там только не было!

> Здесь продавались мантии, которые никогда не ждали, пока вы подойдете к ним, а сами шли к вам, показывая себя во всей красе.

> Здесь километровые витрины были заполнены банками и склянками, надписи на которых обещали самые нелепые вещи, например: «Сон длиной в один день или десять лет – в зависимости от вашего случая». Или: «У вас обязательно вырастут волосы, но предсказать, где именно, невозможно». Или даже: «Вам БОЛЬШЕ НИКОГДА НЕ ПРИДЕТСЯ ХОДИТЬ В ТУАЛЕТ!»

> В самых разрушенных временем лавках можно было купить произведения искусства, о которых мечтал каждый волшебник, не говоря уже о ведьме: фальшивые алмазные бородавки, котлы с вековой копотью на внутренних стенках, хоглинские духи, которые можно носить вечно…

> А где-то за покупателей боролись сами здания: магазины волшебных палочек против магазинов книг с заклинаниями; магазины котлов для зельеварения против магазинов с мантиями; рестораны, специализирующиеся на хрустящей бересте, против ресторанов, готовящих на заказ уши летучих мышей. ЭТО БЫЛО НЕПОВТОРИМОЕ ЗРЕЛИЩЕ, ДАЖЕ НЕ СОМНЕВАЙТЕСЬ!

Что касается людей, то, проходя по главной аллее Извилистого переулка, я видел разных волшебников, которые порой сильно отличались друг от друга:

> те, кто родились деревенскими жителями, носили возмутительно высокие ведьминские шляпы, чтобы максимально дистанцироваться от своего происхождения;

> те, кто были колдунами с рождения, блистали своими бородавками так, словно специально полировали их каждый день;

> поборники ходили с таким мрачным видом, как будто у них совсем не было друзей, а если и были, то они были очень плохими людьми;

> паникующие поборники с испуганными лицами;

> зеленые, синие и желтые зомби;

> семья из шести снежных големов с тыквами вместо голов;

> скелеты (такие же отвратительные, как их обычно описывают);

> лягушка в шляпе, которая была в три раза больше ее самой;

> и что удивило меня больше всего – хоглин в длинном красном плаще, идущий на двух ногах самой горделивой походкой, которую я когда-либо видел.

Выше, над всей этой магической суетой и головами волшебников, располагалась большая вывеска с золотыми буквами, которая гласила: «ВЫ НАХОДИТЕСЬ В ИЗВИЛИСТОМ ПЕРЕУЛКЕ».

Я прочитал надпись, и у меня появилось очень странное ощущение. Словно я наконец попал в свой настоящий дом и могу быть собой, не притворяясь кем-то другим. Будто наконец-то освободился от норм и ограничений, которые мне выставляла деревня…

– Эй, Ларри, здесь неприлично рыгать без причины так же, как и в обычном мире.

– Это ты так думаешь, – ответил я и – «БЕ-Е-Е-Е-ЕРП» – попытался прийти в себя и сдержаться, пока мы пробирались сквозь толпу волшебников и волшебных существ.

– Нет, серьезно, Ларри, прекрати!

– БЕ-Е-Е-Е-ЕРП!

– ЛАРРИ! – завопил Харви гнусавым голосом.

– Все, хорошо, хорошо, – сказал я, пытаясь прочистить горло.

– А еще тебе бы не помешало вынуть палец из носа, Ларри.

– И ЭТО ТОЖЕ НЕЛЬЗЯ?! – спросил я. – Хочешь сказать, что мир волшебников такой же скучный, как и мир обычных селян?

– Да.

– Но тут я чувствую себя совсем по-другому.

– Как?

– Неважно… Вряд ли ты поймешь, Харви, – сказал я.

И, чтобы избежать дальнейших вопросов, я ускорил шаг и сам пошел туда, куда указывал великан, не задумываясь о том, что нас там ждет.

Вдруг я случайно услышал, как перешептывались два колдуна, стоявшие у витрины очередного магазинчика. И, поскольку все вокруг кричали, их шепот, конечно, привлек мое внимание.

– Посмотри на нее… – сказал светловолосый волшебник с веснушками по всему лицу. Это был парень примерно моего роста, несмотря на то что он казался немного младше.

– Уже давно пора найти магазин с чем-то более бюджетным, чем это… – ответил ему брат, который выглядел как его точная копия, но немного повыше и постарше. Он указал на большую золотую морковку, выставленную на витрине.

– Пойдем посмотрим! – сказал ему малыш.

И они вдвоем вошли в магазин.

– Ты видел это, Харви?

– Этих мальчишек? – спросил голем.

– Да… Зачем им сдалась золотая морковка такого размера?

– ХА, потому что у них никогда не получится наколдовать такую же морковь, как эта, Ларри.

– НАКОЛДОВАТЬ? А я думал, это какой-то редкий сорт…

– ХА-ХА, – усмехнулся Харви.

– Хорошо, а зачем ее тут наколдовывают? Чтобы сделать зелье? Или вы едите ее, как деревенские жители? Что вы делаете с морковкой, Харви?

– Летаем на ней. Точнее, «передвигаемся», потому что летать на морковках нельзя. Или можно? – продолжал размышления Харви.

– ЛЕТАЕТЕ?

– Да, мы используем их, чтобы передвигаться по воздуху.

– А как же метлы?

– Метлами мы подметаем. А что делают с метлами жители деревни?

– Подметают ими… Но я думал, что волшебники…

– Вот и банк! – перебил он меня. – Что у них за дурацкая привычка постоянно менять расположение! Говорят, это вопрос безопасности, но я думаю, что сотрудники банка делают это, чтобы бедные маги их поменьше тревожили и никогда не смогли найти!

Пользуясь случаем, я решил наконец-то признаться Харви, что у меня с собой ни гроша:

– Ах, так вот что мы искали все это время. Ты хочешь, чтобы я взял взаймы у банка, да?

И тут же, подняв на него глаза, добавил:

– Я просто думал, что, раз уж ты и так уже спас меня, не потребовав ничего взамен, то мог бы просто отпустить меня в Ховкрафтс. А я сам бы нашел все необходимое для первого года учебы…

– У тебя много денег, Ларри. И если уж кто-то что-то друг другу и должен, то это ТЫ ДОЛЖЕН МНЕ!

– О каких деньгах ты говоришь? Все деньги моих дяди и тети шли на Дубиэля.

– К счастью, родители были совсем не похожи на твоих дядю и тетю. Они накопили и оставили тебе неплохое наследство.

– ЧТО-О-О-О?! – удивился я.

И от огромной кучи изумрудов, которую я представил себе в ту же секунду, мои глаза чуть было не стали зелеными, как у типичного деревенского жителя.

Сразу после этого мне действительно удалось почувствовать себя по-настоящему богатым. Когда мы вошли в банк, трое слизняков, сидевших за стойками и обслуживающих клиентов, мгновенно вскочили со своих мест и побежали нам навстречу.

– Ларри Топпер собственной персоной, – закричал самый пузатый слизняк, что привлекло еще больше внимания присутствующих в зале.

– ПРОСИ НАС О ЧЕМ УГОДНО! О ЧЕМ УГОДНО, ТОППЕР! – присоединился к нему другой слизняк с длинной белой бородой.

В это время третий слизняк принялся усердно начищать мои ботинки. Будучи слизняком-альбиносом, он почти не отличался от второго, хотя был намного моложе и прилипчивее. Мне пришлось несколько раз дернуть ногой, чтобы аккуратно отогнать его от себя.

– Откуда вы меня знаете? – удивленно воскликнул я, пытаясь избавиться от белой слизи, оставшейся на ботинках от третьего слизняка.

– Ларри, ты самая известная фигура в магическом мире. Единственный, кто смог противостоять «Сам-знаешь-кому», – сказал Харви.

Слизняки кивнули, указав мне на мою бородавку.

– А, ну и еще одна причина в твоей бородавке, конечно… Потому что это единственная красная бородавка, которую я видел за всю свою жизнь! Так что тебе лучше прикрывать нос, если ты не хочешь привлекать лишнего внимания к своей персоне, хо-хо-хо, – пошутил Харви.

Он был так доволен своей шуткой, что от смеха сел на пол и начал бить по нему своими огромными руками. И ЭТО ЗАСТАВИЛО ДРОЖАТЬ СТЕНЫ ВСЕГО БАНКА!

– Все, что нам нужно, – это чтобы вы проводили нас к хранилищу Ларри, – сказал великан, когда пришел в себя (на это ему понадобилось около десяти минут).

После этого нас пригласили занять места в специальной вагонетке (не летающей), и мы смогли осмотреть огромную пещеру, в которой банк хранил сокровища своих клиентов.

Мое хранилище оказалось одним из самых дальних. Или одним из первых – это зависит от того, с какой стороны начинать отсчет. Но факт остается фактом: оно находилось глубже многих.

Прибыв на место, мы молча вышли из вагонетки и встали перед огромными и внушительными дверьми, сделанными из блоков обсидиана. Это было бы непреодолимое препятствие для любого смертного, если бы не замок, который можно было как-то открыть…

– У меня никакого ключа, – сказал я Харви, когда понял, что мы стоим, потому что слизни ждут чего-то от нас.

– Все, что им от тебя нужно, Ларри, – это дать согласие на открытие дверей, – объяснил мне Харви.

– Согласие? Но как оно поможет, если у них, как и у меня, нет ключа? – удивился я.

– Дай им свое согласие – и увидишь, – продолжал настаивать на своем Харви.

И я решил попробовать сделать это, несмотря на то что сама задумка казалась мне ужасно нелепой.

– СОГЛАСЕН, – обратился я к слизнякам.

И один за другим они ответили:

– Принято.

– Принято.

– Принято.

В это же мгновение щуплый и бородатый слизняки подтолкнули альбиноса к двери, чтобы тот сделал всю работу. Не успел я глазом моргнуть, как тот проскользнул к подножию огромной двери, увеличился в размерах, чтобы достать до замочной скважины, и проникнул в нее.

Оказавшись внутри замка, слизняк-альбинос подтянул свое тело так, чтобы оно полностью подстроилось под форму внутреннего механизма. После нескольких едва слышимых щелчков раздался громкий скрип, и дверь открылась.

Я нырнул в изумруды, которые все это время хранились за дверью. Осматривал их около получаса – обычное дело, когда видишь такую гору изумрудов же, да? Она была больше, чем я вообще мог себе когда-либо представить!

ДА, ВОЗМОЖНО, Я БЫЛ СЛИШКОМ ПОГЛОЩЕН ИМИ, НО НЕ НАДО МЕНЯ СУДИТЬ!

Из-за нахлынувших чувств я даже взял с собой чуть больше изумрудов, чем действительно было нужно на покупки.

– ДУМАЮ, КОГДА У ТЕБЯ МНОГО ДЕНЕГ, ЛУЧШЕ ПУСКАТЬ ИХ В ОБОРОТ, ЧЕМ КОПИТЬ, – размышлял я.

По пути к выходу Харви внезапно что-то вспомнил и попросил слизняков повернуть к хранилищу № 786.

– Чуть было не забыл… – прошептал Харви. – О секретной миссии, которую на меня возложил Альбен Гаст. Впрочем, вы, наверное, уже в курсе.

– Да.

– Да.

– Да, – ответили слизняки так же тихо, поддерживая загадочную атмосферу.

– Конечно.

– Конечно.

– Конечно.

– Никаких проблем.

– Никаких проблем.

– Никаких проблем.

И в обстановке полной секретности мы поднялись еще на несколько этажей, чтобы доехать до хранилища № 786.

На первый взгляд, оно ничем не отличалось от моего. Но это было обманчивое впечатление, потому что действительно похожей была только дверь, а внутри нас ждали вовсе не деньги…

– Вы использовали целое хранилище в банке, чтобы хранить ЭТО? – У меня перехватило дыхание от возмущения.

Комната, в которой я прожил всю свою жизнь в доме моих дяди и тети, была и вполовину не так просторна, как это хранилище. Да она не составляла даже его четверти! И НЕ БЫЛА НИЧУТЬ ПРИЯТНЕЕ! И что дальше, спрашивается?

Не понимаю я этого, хоть убейте. Это несправедливо, как ни крути.

– Что есть, то есть.

– Что есть, то есть.

– Что есть, то есть.

– Что есть, то есть, – послышались в ответ четыре голоса, потому что к слизнякам присоединился Харви, который взял маленький сверток в форме яйца и положил его в один из карманов своего кожаного костюма.

– Ладно, Ларри, теперь пойдем наконец-то купим все, что тебе нужно.

– ДАВНО ПОРА! – сказал я.

И мы отправились на охоту за всем, что было необходимо для первого курса Ховкрафта, а именно:

> тринадцать учебников заклинаний для начинающих волшебников;

> небольшая партия котлов, колб, зелий и прочей чародейской утвари;

> одна тихоня для передачи почты;

> одна палочка;

> одна мантия.

Однако то, что было проще простого сделать в деревне, оказалось настоящим квестом в магическом мире. Было недостаточно просто выбрать то, что нравится, и заплатить за это изумрудами – нужно было, чтобы сама вещь выбрала тебя как своего будущего хозяина и захотела, чтобы ты ее купил, еще до того, как ты сам этого захотел.

В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ, ЧТО БЫ ВЫ НИ ПОПЫТАЛИСЬ КУПИТЬ ПРОТИВ ЕГО ВОЛИ, ОНО ПОСТАРАЕТСЯ ВАС УБИТЬ.

Поэтому:

> мне пришлось довольствоваться самыми старыми и пыльными книгами из тех, что были в магазине;

> небольшая партия колдовской утвари, которую я собрал, была уже покрыта какой-то гарью и пахла блевотиной;

> я взял самую непослушную и угрюмую тихоню из тех, что когда-либо видел (что в целом было бы еще терпимо, если бы она не была такой уродливой);

> теперь у меня бледная и непропорциональная палочка, похожая на палец, и это означает, что когда я буду использовать ее, всем будет казаться, что я тыкаю в них пальцем…

ЭТОЙ ШТУКОЙ Я НИКОГДА НЕ СМОГУ НАПУГАТЬ ДАЖЕ ДЯДЮ ВИНСЕНТА И ДУБИЭЛЯ, НЕ ГОВОРЯ УЖЕ О КОМ-ТО ПОСЕРЬЕЗНЕЕ!

> а выбор мантии вообще стал последней каплей в чаше моего терпения, потому что ни одна из них не захотела, чтобы я ее купил!

Я примерил одну, и она сжалась так, что чуть не задушила меня на месте. Вторая вызвала у меня аллергическую реакцию – сыпь на руках. Третья металась от меня по всей улице и залетала в каждый вонючий кабачок, выставляя меня настоящим посмешищем на весь Извилистый переулок! После этого случая я решил, что вообще не буду покупать себе никаких мантий и обойдусь без них.

– Буду учиться в фермерском комбинезоне Винсента, И НИЧЕГО СТРАШНОГО, ЧТО МАНТИЯ – ЭТО ШКОЛЬНАЯ ФОРМА! – сказал я себе.

И в этот самый момент рядом с нами встал страйдер с огромной головой.

– Хэй! – поприветствовал он Харви, дружески ударив его по ноге и поправив на затылке гигантский тюрбан, который, по идее, должен был закрывать его голову.

Я подошел к нему и попытался так же дружески стукнуть по ноге, чтобы представиться. Но у меня ничего не получилось, потому что я не смог попасть. Тогда я попытал счастья еще раз… И еще… И еще… И ЕЩЕ! Пока не понял, что незнакомец специально уворачивается от меня, делая вид, что не замечает.

– Эй! Да что с тобой? – спросил я угрюмо.

– Рад познакомиться, Ларри Топпер, я Меррил Лавагант, ваш преподаватель по борьбе с темными искусствами в Ховкрафтсе.

– Взаимно… Но к чему все эти ваши прыжки? – повторил я свой вопрос, пытаясь снова похлопать его по ноге.

Страйдер увернулся от меня так быстро, словно одним своим касанием я мог довести его до судорог.

– Если ты не можешь поспеть за мной, чтобы поприветствовать, то я не знаю, как ты собираешься справляться с опасностями магического мира, – сухо пробормотал он.

В моей голове была только одна мысль.

ВЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ХОТИТЕ БРОСИТЬ МНЕ ВЫЗОВ?..

СЕРЬЕЗНО?

Страйдер не успел и глазом моргнуть, как на него обрушился шквал всевозможных ударов: прямых, круговых, с поворотом, наклонных… И надо признать, что он уклонялся от меня как настоящий мастер. Этого нельзя отрицать.

Но в то же время я заметил, что с каждым разом Лавагант слабел, и ловить удары для него становилось все сложнее. Поэтому я продолжал наносить их: «ПИМ-ПАМ-ПИМ-ПИМ-ПИМ-ПАМ», пока совсем не утомил его, и в итоге один удар пришелся прямо в голень. Или, лучше сказать, в нижнюю часть мантии, которая закрывала его голень, поскольку моя нога ударила именно по ней.

– УБЕРИ СВОЮ НОГУ ОТ МОЕЙ МАНТИИ! – крикнул мне Меррил.

– Я НЕ МОГУ! – ответил я. Пока я изо всех сил тянул ногу на себя, мантия прилипала ко мне все сильнее.

– УБЕРИ ЕЕ, Я ТЕБЕ СКАЗАЛ!

– ТЫ ЧТО, ГЛУХОЙ?.. Я ГОВОРЮ, ЧТО НЕ МОГУ!

– А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А! – Страйдер перешел на визг.

(Слишком эмоциональный и не уместный в данной ситуации, если вас интересует мое мнение.)

Но, похоже, ему было так неудобно из-за сбегающей от него мантии, что он наконец-то развязал завязки и отстранился.

– Уф-ф, какое облегчение! – выдохнул Лавагант и в ту же секунду исчез в толпе.

– Смотри-ка, Ларри!.. Наконец-то ты нашел свою мантию! – радостно заметил Харви.

Мантия перестала прилипать к моей ноге, как только потеряла Меррилла из виду. Она потихоньку поднялась до уровня шеи и сама легла мне на спину.

Конечно, ей не хватало рукавов, потому что у страйдеров нет рук… НО ДАРЕНОЙ МАНТИИ НА РУКАВА НЕ СМОТРЯТ!

6
Мантум Репаро!

– Нужно ли тебе еще что-то перед тем, как ты сядешь на поезд в Ховкрафтс, как считаешь? – спросил Харви, когда мы прибыли на железнодорожную станцию.

– Нет, ничего, – уверенно ответил я.

– Что ж… Выходит, пришло время прощаться, Ларри.

– ПОДОЖДИ, ПОДОЖДИ! Только что понял, что мне кое-что все-таки нужно… – сказал я с самым задумчивым выражением лица, на которое был способен. – Прежде чем я уеду, мне нужно, чтобы ты кое-что объяснил мне, Харви… Скажи, почему все сотрудники банка были слизняками?

– Очень просто, Ларри, потому что они такие вязкие, что никогда не смогли бы украсть изумруды без посторонней помощи. Они сразу же уронили бы их… Или же даже случайно проглотили, – УСМЕХНУЛСЯ Харви.

И снова упал на землю от гордости за собственную шутку. Пока он смеялся, я начал искать нужную мне платформу 0 и ¼…

Вначале я ничего не понял, потому что станция выглядела совершенно обычной. Но потом осознал, что так она, в принципе, и должна выглядеть. Это же, по сути, и есть обычная железнодорожная станция… Только с волшебной платформой 0 и ¼, которую используют только волшебники.

– Куда бы пошел настоящий волшебник? – спрашивал я себя, проходя по платформе.

Но ответа у меня не было. И, как назло, вокруг не было никого, кто мог бы мне помочь.

– Есть тут кто? – прокричал я в пустоту, надеясь найти хоть кого-нибудь.

– НЕТ.

– НЕТ.

– НЕТ, – эхом донеслось до меня, словно я все еще разговаривал со слизняками в банке.

После этого я перевел взгляд на вокзальные часы, которые показывали, что до 10 часов осталось всего ничего – около пяти минут.

Я был готов уже кричать от отчаяния, как внезапно на платформе появилась семья снежных големов с тыквами вместо голов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

С испанского переводится как «крот». – Здесь и далее прим. переводчика, если не указано иное.

Вернуться

2

Тихоня (англ. Allay) – маленький дружелюбный летающий моб, способный переносить и отдавать предметы игроку или выбрасывать их к музыкальному блоку.

Вернуться

3

Хоглин (англ. Hoglin) – это враждебный моб, обитающий в Нижнем мире.

Вернуться

4

Аксолотль (англ. Axolotl) – это дружелюбный моб, обитающий в воде.

Вернуться

5

Морской огурец (англ. Sea Pickle) – светящийся блок, который генерируется в биоме теплого океана.

Вернуться