Аристарх Риддер
Новичок 5. Кубок Канады 1989, часть вторая

Глава 1

14 марта 1989 года. Миннеаполис, штат Миннесота, США. Стадион Метрополитен Центр. Матч регулярного сезона НХЛ между командами «Торонто Мэйпл Лифс» и «Миннесота Норт Старз». 15000 зрителей. Все билеты проданы.

– Семенов! Семенов! Семенов! – Гремели трибуны, когда очаровательные девушки на коньках и в очень откровенных платьях убирали тысячи плюшевых мишек со льда. Одной из этих красоток была Бекка.

Она подъехала ко мне и, встав на цыпочки, поцеловала виновника торжества в губы. Болельщики на это отреагировали очередной порцией криков восторга. Бекка довольно улыбнулась, и как-то даже победно оглядевшись, вернулась к уборке льда.

С недавних пор она, помимо учебы в университете, подрабатывает чирлидером на играх Миннесоты, а то, что вместо обычных сотрудников лёд после хет-триков убирает наша группа поддержки, идея лично мистера Феррелла.

Это не первый раз, когда из-за меня пришлось прерывать сегодняшний матч. Буквально семь минут назад девушки уже убрали кепки, которыми закидали лёд наши болельщики. Мой хет-трик фанаты встретили классически.

А мишками они отпраздновали мою сотую шайбу в НХЛ, которая стала сотой и в этом сезоне.

Для этого мне пришлось сыграть в этом сезоне 69 матчей, предыдущую игру с Сент-Луисом я пропустил из-за недомогания. Утром перед матчем проснулся с температурой и заложенным горлом. Так как мы уже выполнили задачу на регулярный сезон, Боумэн решил дать мне день отдыха. Ту игру мы, кстати, выиграли.

В моё отсутствие бремя центрального нападающего первого звена взял на себя Майк, а на его место Боумэн поставил Майка Гартнера. Который отлично влился в состав своей новой команды и существенно её усилил.

Благодаря Майку у нас оба топ звена получились очень быстрыми. Вторая тройка Гартнер-Арчибальд-Хабшейд существенно уступала в скорости только моему звену. Но моей тройке вся лига уступала, так что в этом не было ничего страшного.

В общем, домашнюю игру с блюзменами мы не без труда, но выиграли. Сент-Луис был очень сильно мотивирован, рубка за места плей-офф в нашем дивизионе идёт страшная.

Это Миннесота, оторвавшись, смотрит на всех свысока, все остальные могут как занять второе место, сразу за нами, так и вообще не попасть в итоговую четверку.

Торонто, наш сегодняшний соперник – не исключение. Кленовые листья перед этим матчем шли на последнем месте в дивизионе, но в случае победы могли залететь сразу на третье.

В итоге, правда, не залетели.

Игра, в которой я забросил свою сотую шайбу в сезоне, получилась для Миннесоты максимально лёгкой. Торонто, несмотря на всю свою мотивацию, мало что смогло сделать с нашей атакой и показало странную импотенцию в атаке.

Уже на третьей минуте Гартнер после передачи Манты открыл счёт, затем вернувшийся в состав после травмы Дэйв Гагнер удвоил наше преимущество, преобразовав мой пас на пустой угол в гол в большинстве. Я мог бросать сам, но Гагнер уж слишком хорошо открылся, чтобы его проигнорировать.

Под занавес периода Дэйв вернул мне должок. Он тоже мог бросать сам и тоже не стал этого делать, а отдал мне пас. Я в касание преобразовал его в гол. 3–0 по итогам первого периода. По броскам, правда, отставание Торонто было не таким критическим. 11–8, но подавляющая часть попыток у кленовых листьев была, прямо скажем, плохая.

Стопроцентным можно было назвать только один момент. На экваторе периода мы ошиблись со сменой, и Эдди Ольчик вышел один на один с Джоном Кейси.

Кейси в этом матче подменял ставшего первым номером Такко и справился на все сто, показав, что с вратарской бригадой у нас всё более-менее.

Больше по-настоящему опасных моментов у Торонто не было.

На второй период кленовые вышли очень заряженными и в достаточно странном сочетании защитников. Вместо Бёрье Салминга, легенды Торонто, вышел задрафтованный в прошлом году защитник, мой давний знакомый Тай Доми.

До этого у Доми набрался буквально десяток матчей, в которых он играл седьмого защитника без сколько-нибудь значимых игровых минут. С Миннесотой он еще ни разу не пересекался.

А тут выходит в начале второго периода. Да, его команда проигрывала три шайбы, но впереди еще сорок минут чистого игрового времени, за которое можно попробовать и спасти матч.

Но для чего он вышел, мне было понятно. Доми вышел мстить, ну, и заодно встряхнуть свою команду. Все негласные распоряжения Зиглера насчёт того, чтобы не трогать меня, очевидно, будут проигнорированы.

Судья Морел возобновил игру, я выиграл вбрасывание, и тут же краги Доми летят на лёд, а он сам на меня. Что ж, я не против и тоже сбрасываю краги.

За те почти полтора года, что прошли с момента нашей с ним первой драки, Доми очень сильно изменился. Он и тогда уже был крепким парнем, но сейчас передо мной стоял совсем другой человек. Очевидно, что Тай не тратил время зря и качался, плечи у него явно стали шире.

Плюс он явно брал уроки бокса. Бой он вёл достаточно профессионально.

Правда, у меня тоже в Миннесоте нашёлся хороший учитель. Мы с МакРеем продолжили занятия бокса, правда, в один момент нас с ним-таки поймал ассистент Боумэна Кингстон, и пришлось спарринги перенести в более подходящее место, в зал.

Так что мой уровень тоже вырос, а преимущество в росте и размахе рук никуда не делось.

Доми, конечно, попытался его нивелировать и сократить дистанцию, но у него ничего не получилось. Я очень грамотно контролировал все его действия и бил с обеих рук, целясь в голову.

Правда, в конце концов, он всё-таки в меня вцепился, но это было уже в самом конце, когда лицо Тая превратилось в отбивную, а сам он еле стоял на ногах.

Мне тоже досталось прилично, на скамейке штрафников, куда я отправился под аплодисменты зрителей, мне сразу приложили старинный четвертак к левому глазу и начали зашивать рассеченную бровь.

Помимо брови и фингала мне в очередной раз выбили один из передних зубов – в драке я потерял капу. Взаимоотношения со стоматологами у меня сложные и регулярные еще с Союза. В США ничего не изменилось, зубы мне выбивают регулярно.

В будущем это может нанести удар по здоровью, но сейчас бьет только по кошельку.

Мы с Таем получили свои законные пять минут, а он еще две за то, что был зачинщиком драки. Это большинство нам реализовать не удалось, хорошие броски были, но вратарь играл надёжно.

Когда до истечения моего штрафа оставалось меньше минуты, Кленовые даже отыграли одну шайбу, и стало казаться, что план их тренера по встряхиванию команды сработал.

Всё тот же Ольчик, который не реализовал чистый выход один на один в первом периоде, реабилитировался и добил шайбу в ворота после броска защитника Гари Лемана.

Гости встрепенулись, побежали забивать вторую, но тут же получили в свои ворота.

Модано отобрал шайбу в своей зоне, отдал на Гартнера и тут же ускорился, идя параллельным курсом со своим тезкой.

Тот вошёл в зону, ложным замахом, уложил на лёд защитника Торонто и отдал на пустые ворота. Вратарь гостей в этот момент уже вышел из них, чтобы сократить угол обстрела. Большая ошибка.

Модано без проблем поразил уже пустые ворота и победно вскинул руки.

Для него эта шайба стала пятидесятой, и мой левый крайний стал третьим игроком команды, которому в этом сезоне покорилась эта отметка, за два матча до этого Беллоуз тоже выбил пятьдесят.

Попытка Торонто встряхнуть игру через драку провалилась, и матч вернулся всё в тоже русло. Кленовые вроде бы и атаковали, но по-настоящему опасных моментов у ворот Кейси не было.

Третий период начался по сценарию первого, и тон задавало моё звено. В первой же смене мы с Брайном вывели Майка на бросок из левого круга вбрасывания, и Модано сделал дубль, а потом уже и я забил свой второй в этом матче гол.

Моя девяносто восьмая в этом сезоне шайба получилась курьезной. Гиллис бросил в большинстве. Каучуковый снаряд заметался на пятачке и подлетел где-то сантиметров на пятьдесят.

Меня в это время защитники Торонто сбили с ног, и лайнсмен уже поднял руку, сигнализируя о еще одном удалении. Но играть втроём Кленовым листьям не пришлось. Я, стоя на коленях, ударил по воспарившей передо мной шайбе черенком клюшки, и она залетела в ворота.

Такое тоже засчитывают, и наше превосходство выросло до пяти шайб. 6–1.

То, что сегодня может произойти по-настоящему грандиозное событие, стало понятно, когда до конца третьего периода оставалось пять минут.

После силового приёма Марка Тинорди в нашей зоне шайба отлетела ко мне, и я на все сто использовал своё преимущество в скорости. Я в одиночку убежал от трёх игроков Торонто и щелкнул по воротам сразу, как только вошёл в зону наших гостей.

К этому моменту место на посту номер один у Торонто занял запасной кипер. Вместо получившего целую авоську Бестера вышел Джеффри Рииз.

Он ничего не смог сделать с моим богатырским щелчком, и в третий раз за игру на арене зазвучала «Ария». Есть шайба за номером 99!

Кепок болельщики накидали очень прилично, девочки из группы поддержки несколько минут убирали лёд. Наконец они справились, и игра возобновилась.

Боумэн дал моему звену на отдых целых три минуты, и я снова появился на льду, когда до конца матча оставалось всего два оборота минутной стрелки.

Принял шайбу в центральном круге и тут же отдал Беллоузу, Брайн привычно для нас был практически полностью в зоне соперника, на синей линии оставался только его конёк.

Свисток молчит, всё в пределах правил, и Беллоуз входит в зону. Мы с Майком делаем это синхронно несколькими мгновениями позже.

Я меняюсь позициями с Модано, он уходит в центр, а я на левый край. Беллоуз отдаёт Майку, а тот выводит меня на бросок.

С кистей я бросаю по воротам, и притихшая арена отзывается разочарованным вздохом. Фанаты слышат звон штанги, а не голевую сирену.

Шайба отлетает за ворота, и расторопнее всех оказывается Модано. Он во время моего броска сразу пошёл на добивание – по инерции продолжил движение и, ускорившись, первым успел к шайбе.

Майк огляделся, сначала поднял шайбу на крюк, а потом перекинул её через ворота. К нему с обеих сторон летели защитники Торонто, и по-другому пас просто не мог пройти.

А так, я по-бейсбольному наотмашь ударил клюшкой по летящей шайбе и спустя мгновение подбросил в воздух обе краги и сделал по ним два воображаемых выстрела. Мет. центр стоит на ушах, с трибун сыплются игрушечные медведи, неделю назад меня в Sport Illustrated назвали русским медведем, ломающим НХЛ, а со скамейки ко мне бежит вся команда.

Это моя сотая шайба за сезон! Сотая!

* * *

Игра с Торонто стала для Миннесоты кульминацией регулярного сезона. В последовавших после этой победы матчах Боумэн уже откровенно готовился к плей-офф, симулируя различные игровые сочетания. Кроме этого он нашёл возможность дать отдых нескольким ключевым игрокам. Я, Модано, Беллоуз, Арчибальд, Манта, Гиллис, несколько других парней, кто-то постоянно получал незапланированные выходные.

Самыми большими «халявщиками», в результате оказались я и Арчибальд. Что я, что Дэйв, в концовке сезона пропустили по пять матчей.

Из-за этого в свой первый сезон в НХЛ я сыграл 74 матча, из которых пропустил из-за болезни или травмы всего один, очень большой прогресс, по сравнению с моим первым сезоном в профессиональной карьере. В «Автомобилисте» из-за нескольких переломов я пропустил чуть ли не половину сезона, что, правда, не помешало мне установить целую кучу рекордов чемпионата.

Тоже самое у меня получилось и в моей новой команде. За эти 74 матча я в итоге забросил 104 шайбы и сделал 137 результативных передач. Итоговые 241 очко стали рекордом для лиги. Предыдущее достижение, 215 очков за сезон, которое установил Гретцки, продержалось всего три сезона.

Благодаря сумасшедшей результативности игроков моего звена сразу три игрока Миннесоты по итогам сезона попали в пятерку лучших бомбардиров. Я со своими 241 очками её выиграл, Беллоуз, остановившийся на отметке в 179 очков, стал третьим, а Модано, набравший 170, четвертым. Вторым стал Лемье, набравший 199 очков, а пятым Гретцки, 168 очков.

Итогом такого сумасшедшего регулярного сезона стала целая россыпь индивидуальных наград, которые я завоевал. Колдер Трофи, приз лучшему новичку. Арт Росс Трофи, приз лучшему бомбардиру. Плюс-минус трофи, по этому показателю я тоже поставил рекорд лиги, набрав 127 баллов. Предыдущий рекорд принадлежал Бобби Орру и составлял 124 балла. Лестер Пирсон Эворд, приз лучшему игроку сезона по мнению хоккеистов.

И, само собой, Харт Трофи. В голосовании за этот трофей царило редкое единодушие, и абсолютно все поставили меня на первое место, сделав первым не североамериканским игроком, получившим приз самому ценному игроку сезона.

Из тех наград, что я не выиграл, да и не мог это сделать, стоило отметить Норрис Трофи, его, как и Харт, выиграл новичок из Советского Союза Слава Фетисов. Показал, что он не зря капитанил у себя в «ЦСКА» и сборной. В голосовании на Везину достаточно высокое место занял Третьяк. Вратарь Монреаля в итоге стал пятым.

У «Канадиенс» вообще сложилась уникальная ситуация в вратарями, Везину взял в итоге Руа, который поровну поделил время в воротах с Третьяком. И у Влада, и у Патрика набралось по сорок матчей.

С командными достижениями у меня тоже было всё в порядке. Президент Трофи Миннесота взяла с результатом 54–10–10–6.

Мы одержали столько же побед в основное время, что и Калгари, третьим по этому показателю стал Монреаль, который остановился на пятидесяти трёх победах.

Победу в гонке за президентский кубок нам принесло куда меньшее количество поражений, чем у Калгари, их у «огоньков» набралось 17.

В результате сложилась ситуация, в которой две сильнейшие команды лиги гарантированно не сыграют в плей-офф. И мы, и Калгари, играем в одной конференции, и финал запада представлялся куда скрытым финалом всего кубка Стэнли.

Хотя не стоило сбрасывать со счетов и Монреаль. За лучшую команду Востока могли сыграть несколько факторов. Тут и более сильная, чем у нас с Калгари, вратарская бригада, и куда более легкая сетка плей-офф.

Если претенденту от запада предстоит тяжелейшая финальная серия в своей конференции, то на востоке нет ничего подобного. За Монреалем пустота, вторым участником финала конференции принца Уэльского мог стать кто угодно. Начиная от выигравшего свой дивизион Вашингтона, и заканчивая Филадельфией, занявшей в том же дивизионе Патрика четвертое место.

Если же говорить о конференции Кларенса Кэмпбелла, ну или западной, как её еще неофициально называли, то сетка Миннесоты представлялась более лёгкой.

Первые два раунда в плей-офф проходят внутри дивизионов, и мы должны были начать свой поход за кубком Стэнли с серии против Чикаго. «Черные ястребы» в итоге заняли четвертое место в дивизионе и виделись достаточно простым соперником.

Если всё пройдёт удачно, то нашим соперником станет победитель пары Детройт – Сент-Луис, и я, пожалуй, не стал бы делать ставку в этой серии. Победить там мог кто угодно.

Второй раунд тоже виделся достаточно простым, и настоящие трудности должны были начаться в финале конференции, в потенциальной серии против Калгари.

У «огоньков» всё намного сложнее.

Им, начиная с первого раунда, нужно будет драться насмерть. «Ванкувер Канукс», который до начала сезона считался аутсайдером дивизиона Смайта, оправдывал прогнозы всю первую треть чемпионата, а потом вышел на новый уровень.

В результате Кануки заняли место вслед за Калгари и получили в соперники по первому раунду Лос-Анджелес с Гретцки в составе. Посмотреть на противостояние последнего с Ларионовым будет очень интересно.

Ну, а Калгари в первом раунде достался Эдмонтон, в котором после ухода Уэйна по полной раскрылись Мессье, Курри и Джимми Карсон.

Калгари виделся фаворитом в своем дивизионе, но легко «огонькам» точно не будет.

Абсолютно все серии первого раунда должны были начаться в один день, и пятого апреля 1989 года Метрополитан Центр увидит нашу первую игру против Чикаго.

Глава 2

Президентский кубок отлично смотрелся в холле нашей Арены. Его установили вечером четвертого апреля, и теперь он под защитным стеклом будет целый год встречать зрителей. Суеверие насчёт него еще не успело сформироваться, и болельщики охотно фотографировались на фоне приза победителю регулярного сезона.

Кроме этой витрины была и еще одна, которая вызывала не меньший ажиотаж, а именно самая настоящая выставка моих индивидуальных трофеев.

Вообще, индивидуальные награды они на то и называются индивидуальными, что хранятся у того, кто их выиграл. Поэтому когда я сам предложил мистеру Ферреллу выставить их на всеобщее обозрение в холле Мет. центра, он меня сначала не понял.

Потом, правда, согласился, что это отличная идея, которая добавит несколько баллов в копилку фанатской любви как ко мне лично, так и к команде.

Если всё пойдет как нужно, то в последних числах мая две витрины сменит одна большая. И в ней будет существенное прибавление. Два командных трофея и один индивидуальный.

Для того чтобы это произошло, требуется выиграть четыре серии плей-офф. 16 побед и дело в шляпе.

Правда, сказать это намного проще, чем сделать. Постсизон это всегда самый тяжелый период в жизни любого хоккеиста, играющего в лигах, где есть плей-офф.

Травмы накапливаются, усталость тоже, и играть зачастую приходится на уколах. И это еще мягко сказано.

Весь мой прошлый опыт, включая и сезон в «Автомобилисте» показывал, что если есть хоть малейшая вероятность того, что ты будешь играть, то ты в составе. В плей-офф играют с переломами, трещинами костей, вывихами, растяжениями и прочим, прочим, прочим. Здоровых к этому моменту в составах команд остается очень и очень мало.

Мне в этом сезоне повезло. Серьезные повреждения меня миновали, и я подошёл к матчам на вылет в очень хорошем состоянии, как физическом, так и моральном.

За второе отвечала Бекка и новости из дома. У родителей всё было хорошо, и, самое главное, Катенька, благодаря инъекциям гормона роста, начала показывать хорошую динамику. Если она, динамика, сохранится, то в результате моя сестренка догонит своих сверстников и ничем не будет отличаться от других девочек. Ну, может быть будет чуть ниже среднего роста. Но это совершенно не помеха нормальной жизни. Вон, Месси вообще стал легендой мирового футбола с той же проблемой в детстве. Так что тут всё хорошо.

Единственное, что испортило мне настроение, это финал сезона для «Автомобилиста». Я следил за выступлениями своей бывшей команды, как-никак именно в Свердловске я заработал себе имя, и расстроился тем, как сезон завершился.

То, что он будет куда менее успешен, чем прошлый, было понятно даже ежу. Когда у провинциальной команды забирают сразу пять основных игроков, по-другому и быть не может.

И, положа руку на сердце, то, что «Автомобилист» в итоге вышел в плей-офф и занял восьмое место, было сродни чуду. Но могли-то сотворить сенсацию и пройти во второй раунд.

Но не судьба, моя первая команда уступила «Крыльям», которые дошли до финала, и там в пяти матчах уступили «ЦСКА».

Команде Виктора Васильевича Тихонова не помешал отъезд всей первой пятерки, за исключением Крутова в НХЛ, глубина состава сыграла свою роль. Плюс тройка Федорова продолжала прогрессировать с бешеной скоростью, и на грядущем чемпионате мира именно звено Сергея – Могильный, Федоров, Буре, должно стать первым.

Чемпионат мира стартует 15 апреля в Стокгольме, и на него, помимо хоккеистов команд, которые не попали в плей-офф, смогут приехать и неудачники первого раунда.

Особенно интересным в этом плане был дивизион Смайта. Уже в первом раунде к нашей сборной могли присоединиться Ларионов, Лукиянов и Макаров, а к канадцам Гретцки, Мессье и Робитайл с Карсоном. Всё зависит от того, кто кого будет выбивать.

Что до меня, то я даже и в мыслях не допускал возможность поездки в Стокгольм, и вовсе не потому что я не патриот и не хочу играть за сборную. Я собирался задержаться в плей-офф до самого конца, до финальной серии. На взрослый чемпионат мира я еще успею попасть. Мне только-только исполнилось восемнадцать, впереди вся карьера, в которой наверняка будут и локауты с непопаданиями в плей-офф. Успею еще выступить, как на первенстве мира, так и в чемпионате России.

Сезон в «Автомобилисте», скорее всего, так и останется моим единственным советским сезоном в клубной карьере, а в Российскую лигу я сто процентов загляну, и может быть, памятуя о том, что локаутов будет несколько, даже не один раз.

Этими несвоевременными мыслями я занимал себя, пока автобус Миннесоты ехал с нашей клубной базы до арены. Думать о первой матче в плей-офф не хотелось. Как и о том, что будет в ближайшие часы. Игра покажет. А чересчур много думать в таких ситуациях вредно.

И в этот раз болельщики постарались устроить шоу с флагами и пиротехникой так, что выходили мы из автобуса в клубах зеленоватого дыма. Было очень эффектно.

На лицах абсолютно всех игроков команды было очень серьезное выражение, и только несколько из нас, включая меня, приветствовали болельщиков. Всем остальным было не до этого.

На раскатке трибуны были уже полными, Миннесота соскучилась по играм на вылет. Закончив, мы отправились в раздевалку, расселись по своим местам, и Боумэн начал предматчевую речь.

– Прошедший сезон стал для меня двадцатым в роли главного тренера команды НХЛ. За это время я всего дважды со своей командой не выходил в плей-офф и четыре раза выиграл кубок Стэнли. Я говорю об этом, потому что хочу, чтобы вы поняли. Я повидал всякого. И за это время я научился понимать, кого я вижу перед собой.

И сейчас в этой раздевалке я вижу команду, с которой я могу взять свой пятый кубок Стэнли. У нас для этого есть очень многое. Мы самая быстрая команда лиги, и мы в отличной форме.

И для того чтобы в итоге мы подняли над головой кубок, нам нужно забыть обо всём. Важен только следующий матч, только он имеет значение. Всего остального просто не должно существовать.

Только так мы дойдём до самого конца и возьмём свое. На этом всё. Вперед, Чикаго ждёт!

* * *

5 апреля 1989 года. Миннеаполис, штат Миннесота, США. Арена Metropolitan Center. Первый матч первого раунда розыгрыша кубка Стэнли между командами «Миннесота Норт Старс» и «Чикаго Блэкхоукс». 15 тысяч зрителей. Все билеты проданы.

Организаторы расстарались, и каждый игрок Миннесоты выезжал на лёд под прицелами прожекторов и с персональным представлением от ведущего. Получилось очень и очень круто.

Игроков первой тройки представляли последними, и я закончил это представление. После этого свет вспыхнул, на льду появились хоккеисты Чикаго, и можно было начинать.

Я встал в центральный круг, место напротив занял форвард гостей Савард, и судья Ван Хеллемонд начал игру.

Шайба от меня пришла к Гиллису, тот отдал Манте, а Мо отдал Беллоузу.

Брайн вошёл в среднюю зону, но там его встретил силовым приёмом Стив Лармер, и Беллоуз в итоге шайбу потерял.

Крайний нападающий Чикаго вошёл в нашу зону и тут же бросил по воротам Такко. Шайба прошла мимо, и за воротами Манта вступил в борьбу с Савардом.

Игрок в красном оказался проворней и откинул шайбу коньком. Её подобрал Лармер и отдал на ворота.

В результате шайба пришла к Майку, и тот не придумал ничего лучше, чем выбросить её из нашей зоны. Да еще и так коряво, что в результате Модано поехал на скамейку за затяжку игры. Шайба улетела на трибуны.

Смутил нас стартовый натиск Чикаго, нечего сказать.

Ко мне в пару вышел Митч Мессье, и судья возобновил игру. Вместо нормального начала игры, требовалось убивать чужое большинство.

Так как с начала игры прошло всего ничего, то тренер «черных ястребов» не стал менять своё первое звено и просто добавил к нему четвертого форварда. Им стал Трой Мюррей.

Которого я тут же обыграл на вбрасывании, Савард так сильно хотел меня сделать, что в результате дёрнулся раньше времени.

Шайба досталась Манте, и тот сыграл намного надежнее Майка. Выбросил её верхом через центр.

Как обычно в таких ситуациях я поехал в чужую зону, а Митч остался страховать наших защитников.

Мой прессинг в итоге был бесполезным – кипер гостей, Шеврье, быстро избавился от шайбы, отдав её Мюррею, тот вошёл в нашу зону, и игроки Чикаго расставились по своим местам.

Шайба секунд десять ходила с одного фланга на другой, а потом Лармер бросил. Его бросок попал в спину партнера, который работал на пятачке, а потом уже я как следует поборолся и забрал шайбу себе.

Осмотрелся и усмехнулся про себя. Игроки Чикаго, как только поняли, что я контролирую шайбу, тут же покинули нашу зону и выстроились в оборонительный порядок.

Всего за сезон я приучил всю лигу, что могу запросто убежать в меньшинстве. Что ж, это хорошо. Голы с «короткими руками» (shorthanded goal – гол в меньшинстве), конечно, эффектны, и зачастую выступают в роли контрольного выстрела, и такая реакция на мой контроль шайбы резко уменьшают шансы на быстрый прорыв.

Но это и упрощает нашу работу в меньшинстве. Можно подержать шайбу у себя пару лишних секунд и спокойно сменить спецбригаду. Что мы и сделали.

В итоге мы спокойно защитились, и после выхода Модано Миннесота играла в полном составе.

Первый период команды откатали в холостую. Чикаго на первых минутах показало, как будет играть. С одной стороны достаточно агрессивно, а с другой стороны осторожно. Этим они по максимуму обезопасили себя от атак сходу, в которых Миннесота была лучше всех в лиге, и нам пришлось больше полагаться на позиционное нападение. Никаких проблем мы, в связи с этим, не испытывали, мастеров сильных и точных бросков, как и нестандартных пасов у нас было достаточно.

Вот только шайба, как заговоренная, не шла в ворота. Дважды я выводил на убойные позиции Майка, а один раз Дэйв Арчибальд остался один перед пустым углом ворот. Казалось бы, забивай – не хочу.

Но нет, три штанги. Это было всё, чего мы добились. А так как попадания в каркас ворот не считаются, то, получается, что мы не добились ничего.

* * *

Во втором периоде игра практически ничем не отличалась от того, что зрители уже увидели: очень аккуратная, и при этом агрессивная игра гостей и наши позиционные атаки.

В начале периода я хорошо щелкнул со средней дистанции, но шайба снова попала в каркас ворот, потом Хабшейд с метра угодил точно в ловушку кипера гостей, а Арчибальд продолжил не попадать в пустые ворота. Дэйв, если бы не его сбитый прицел, уже к двадцать седьмой минуте мог оформить свой первый в карьере хет-трик в плей-офф. А вместо этого три промаха.

Хоть я и не верю в подобное, но нас как будто сглазили.

Это ощущение усилилось на экваторе периода, когда форвард гостей Ван Дорп в меньшинстве убежал к воротам Такко и переиграл нашего кипера.

В пропущенной шайбе была виновата в основном не вовремя сломавшаяся клюшка Мусила. Франтишек от души размахнулся, чтобы щёлкнуть по воротам, а в результате шайба приползла прямо в ноги Ван Дорпу. Тот убежал, и от нашего чеха, и от Гагнера.

Времени до конца периода у нас было предостаточно, но атаки, которых было много, и которые не были однотипным навалом на ворота, не доходили до своего логического завершения, точного и сложного для кипера гостей, броска.

В итоге сорок минут игры закончились со счётом 0–1.

Первый же матч в плей-офф показал, что тут совсем другой хоккей.

Глава 3

Пятая минута третьего периода. Меня только что удалили за атаку игрока, не владеющего шайбой, и следующие две минуты придётся побыть в роли зрителя. Надеюсь, что две минуты, а не меньше. Получать сейчас вторую шайбу было чревато.

А вот для Чикаго это был наоборот отличный шанс для того, чтобы вплотную приблизиться к победе в первом матче серии.

И гости сделали максимум из того, что могли. Они успешно заперли нас в зоне и принялись обстреливать ворота Такко со всех возможных позиций. За две минуты, что я сидел на скамейке, игроки Чикаго бросили по нашим воротам шесть раз, столько же, сколько за весь второй период. Можно сказать, что именно Кари оставил нас в игре в этот момент.

А потом две минуты кончились, и я буквально выпрыгнул на лёд.

И сделал это очень вовремя. Курт Гиллис увидел меня в центральном круге, сильно и, самое главное, точно послал шайбу между двумя игроками Чикаго, застывшими на синей линии.

Я принял шайбу и тут же ускорился. Вошёл в зону, раскачал кипера гостей финтами, подкинул шайбу над ним и… снова ничего!

Шеврье каким-то чудом перевернулся на спину во время моего броска и успел выбросить вверх левую ногу. В конёк которой и угодила шайба. Облизнула перекладину и упала на лёд за воротами. И слава Богу, что я продолжил движение вперед и успел юркнуть за ворота.

Выехал из-за них с шайбой и наконец-то попал. Тут уже Шеврье был бессилен! 1–1!

И играть еще пятнадцать минут. Времени полно для обеих команд.

Правда, как оказалось, я своим промахом и последующим добиванием всё-таки снял проклятье с атаки Миннесоты, и дальше пошла игра, которая ничем не напоминала наши мучения в первых двух периодах.

Уже в следующей атаке наш третий центр Гагнер вывел Миннесоту вперед, он добил после щелчка пасека из левого круга вбрасывания.

Еще через две минуты я вывел на ворота Чикаго Брайна с Майком, и последний завёз шайбу в пустой угол.

Ну, а подвел точку в этой игре Арчибальд. Его четвертая попытка забросить стала результативной. Позиция у Дэйва в этом эпизоде была намного хуже, чем в первых трёх, и чтобы забросить, ему требовалась попасть в тоненькую щелочку между штангой и вратарём. Мало кто рискнул бы бросить, особенно после того, как всю игру не удавались куда более простые броски.

Но Дэйв рискнул и в итоге поставил точку в протоколе матча. 4–1, и мы забрали первую игру серии.

После матча Боумэн был достаточно сдержан. Он, кстати, и в перерывах был не очень похож на себя образца тех игр, в которых у нас что-то не получалось. Вместо урагана с летающими по раздевалке бутылками воды и амуницией, Скотти очень корректно разговаривал со своей атакой и больше акцентировался на том, что и как можно поправить. Возможно, принесло свои плоды и это.

– Это была хорошая игра, и я очень рад, что первая игра в плей-офф получилась именно такой, – сказал наш главный тренер, – вы сами видели, как они боролись за эту игру. Надеюсь, что теперь все поняли, что такое хоккей в плей-офф. Это совсем другая игра. Я доволен, как мы играли всю игру. Да – да. Вы не ослышались, всю игру, а не только третий период. Вся команда справилась. На этом всё. Первый шаг в этой серии мы сделали, осталось еще три.

* * *

Помимо так важной для нас первой победы пятого апреля состоялось еще сразу семь матчей. Нас больше всего интересовала игра в Детройте, где местные «Красные Крылья» играли с «Сент-Луис Блюз».

Итогом стала уверенная победа Стива Айзермана и компании. Детройт камня на камне не оставил от своего соперника, в два раза перебросав гостей 41–19, и заслуженно выиграл со счётом 6–1.

Из других интересных результатов на западе можно было отметить домашнюю победу Ванкувера над Лос-Анджелесом, оба Игоря и Ларионов набрали 1+2, затянувшуюся аж на три овертайма игру Калгари с Эдмонтоном, сильнее, в итоге, оказались «огоньки» – 3–2. Макаров забросил первую шайбу своей команды.

На востоке Монреаль стартовал очень уверенно, «Канадиенс» разгромили «Хартфорд» со счетом 7–0. Жаль только, что этот сухарь оформил Руа, а не Третьяк.

* * *

Первые две игры в плей-офф у нас шли в формате back-to-back, и снова на лёд Мет. центра команды должны были выйти завтра. Поэтому Боумэн не отпустил своих игроков домой, и мы все остались ночевать на базе.

Для меня, привыкшего по несколько недель не видеть родных и фактически жить на базе «Автомобилиста» в Курганово, это было привычно, но и остальные восприняли ночевку на базе с пониманием.

Правда, Майк, с которым я делил номер, захрапел, едва его голова коснулась подушки. Вот ведь гад! Дома мой приятель спит очень тихо, я ни разу не слышал ни одного звука из его спальни, а тут устроил целый концерт. Беруш у меня, конечно же, не было, и оставалось только попробовать уснуть под музыку, льющуюся из наушников плеера. В самолетах мне это удавалось постоянно.

Но природа сжалилась надо мной, и где-то через час после отбоя начался дождь, звуки которого неожиданно возымели терапевтический эффект на Майка, и он затих. После этого заснул и я.

Наутро мы провели восстановительную тренировку, и Боумэн отправил команду отдохнуть. Спать не хотелось ни мне, ни Майку, и мы решили поиграть на приставке.

Благо, что у Модано был с собой картридж новинки от Nintendo, игры Blades of Steel, примитивного, но при этом затягивающего хоккейного симулятора.

Оба хотели играть за Миннесоту так, что пришлось договориться, что за нас играть не будет никто. В результате он выбрал Торонто, а я Монреаль.

Спустя час импровизированный хоккейный турнир был закончен триумфом Торонто. Модано выиграл серию до четырёх побед всухую.

Это было весело, правда, я стал беднее на сто долларов. Чтобы играть было интереснее, мы каждую игру ставили 25 долларов. Непозволительно много, учитывая то, что со слов Майка, средняя зарплата в час в США составляла 10 долларов. После того, как он рассказал мне это, я решил, что больше на деньги играть не буду. Подобное показалось мне, как минимум, неуместным.

Но в любом случае, я хорошо провёл время и настроился на игру.

* * *

6 апреля 1989 года. Миннеаполис, штат Миннесота, США. Арена Metropolitan Center. Второй матч первого раунда розыгрыша кубка Стэнли между командами «Миннесота Норт Старс» и «Чикаго Блэкхоукс». 15 тысяч зрителей. Все билеты проданы. Счёт в серии 1–0 в пользу Миннесоты.

Очень часто вторая игра серии до четырех побед становиться во многом определяющей. Та команда, которая по итогам первых двух игр одержит две победы, чаще всего выигрывает серию. Поэтому настрой Чикаго был еще более боевым.

Вот только если во вчерашней игре «чёрные ястребы» играли аккуратно, то сегодня у них явный перебор с агрессией.

Третья минута первого периода. Миннесота в позиционной атаке, и мне сзади прилетает клюшкой по лицу. Главный арбитр тут же поднимает руку, и нападающий Чикаго Пресли отправляется отдохнуть в штрафном боксе.

Я сажусь на скамейку, а на лёд выходит наша вторая спецбригада.

Арчибальд проигрывает вбрасывание, и в зону гостей мы входим только спустя пятнадцать секунд после возобновления игры.

Но входим основательно, и Майк Гартнер босает после передачи Мусила. Шайба мечется на пятачке, а потом Хабшейд, который вёл там борьбу с защитниками, неожиданно кричит и сбрасывает левую крагу.

Линейный арбитр что-то сигнализирует главному, и тот сначала останавливает игру, а потом удаляет еще одного игрока гостей за удар по рукам Хабшейда.

На лёд выходит моя спецбригада, и через десять секунд мы открываем счёт.

Для того, чтобы сделать это, нам понадобились два паса и один бросок.

Я выиграл вбрасывание, отдал Гиллису, а сам сместился в центр зоны Чикаго. Наш защитник отдал мне под бросок и щелкнул по воротам. Как и много раз в прошлой игре, эхом этому броску стал звон каркаса ворот, но сегодня шайба от перекладины ушла не вверх, а вниз и затрепыхалась в сетке. Есть 1–0!

Не успели зрители как следует нарадоваться первой шайбе, как в ворота Чикаго влетела вторая, которая снова стала делом рук первой спецбригады и меня лично.

В будущем левый круг вбрасывания назовут «Офисом Овечкина», но сейчас это одна из моих любимых точек на площадке.

Мы вошли в зону, Гиллис и Гагнер отдали друг другу пару передач, а потом последний, вышедший четвертым форвардом, отдал мне под бросок. Я щелкнул точно с точки вбрасывания и победно вскинул руки. Есть вторая шайба!

Два глупых удаления, и вот мы уже ведем в две шайбы.

А игроки Чикаго еще даже ни разу не бросили по нашим воротам!

В концовке первого периода мне выпал еще один отличный шанс забросить, но Чикаго спас защитник Конройд.

Беллоуз пасом вывел меня один на один с вратарём, тот далеко выкатился из ворот, и я без проблем его обыграл. Бросил с неудобной руки и тут же недовольно выругался. Конройд в прыжке остановил шайбу на самой ленточке. Вместо красивого гола получилось даже более эффектное спасение. В хайлайты матча оно точно попадёт.

В итоге первый период так и закончился со счётом 2–0.

Игра плей-офф без драки, это как блюдо в ресторане без одной из приправ. Съедобно, и, даже может быть вкусно, но не то.

Первая игра с Чикаго была именно такой, а вот вторая исправилась.

В самом начале второго периода как следует повеселили публику два тафгая. Моему спарринг партнеру Бэйзилу Макрею противостоял защитник Чикаго Дэйв Мэнсон. В принципе, их поединок был равным, сцепившись, на лёд упали оба, но Бэйзил, в итоге, оказался под Мэнсоном. Поэтому можно сказать, что игрок Чикаго победил.

Вот только победа в кулачном поединке ничего не стоила на фоне счёта.

Практически сразу после этой драки обе команды остались в неполных составах, и таки сделал свой первый хет-трик в розыгрыше кубка Стэнли.

Тут мне никто не смог помешать воспользоваться своими скоростными качествами, и я, получив от Брайана пас в своей зоне, слаломным проходом ушёл от трех игроков Чикаго и с неудобной руки попал над плечом Шеврье. 3–0!

Гости тут же отквитали одну шайбу, отличился их капитан Савард, но концовка второго периода у них получилась ужасной. Майк Гартнер и Дэйв Арчибальд наглядно показали «чёрным ястребам», что не только первое звено Миннесоты умеет очень быстро бегать на коньках.

Парни на скорости уделали всю пятерку гостей, и Майк забивал уже в пустые ворота. 4–1!

После того, как на старте третьего периода моё звено выстрелило дуплетом, я два раза выводил крайних нападающих на очень опасные вантаймеры, и парни оба раза попадали. Стало понятно, что вторая игра в серии, считай, закончилась. 5 шайб меньше чем за пятнадцать минут не отыграть.

Так и получилось. В концовке Мусил забил седьмую, и его гол поставил точку. Мы повели в серии со счетом 2–0. Это отличный задел на две гостевые игры.

Другие матчи на западе преподнесли следующие результаты: в нашем дивизионе Детройт снова был сильнее Сент-Луиса – 3–2, и лучшим стал Айзерман, забросивший за три секунды до конца победную шайбу.

В дивизионе Смайта Ванкувер увеличил свой отрыв от Лос-Анджелеса, благодаря еще одной отличной игре своей русской связки «Кануки» вырвали победу у «королей» в овертайме. 5–4. Победную шайбу с паса Ларионова забросил Лукиянов.

Эдмонтон сравнял счёт в серии с Калгари. Марк Мессье был неудержим, и, набрав 3+2, поучаствовал во всех пяти голах своей команды. Игра закончилась со счётом 5–3.

На востоке вторую победу одержал Монреаль, а во всех остальных парах счёт стал 1–1.

Плей-офф потихоньку раскручивался и обещал быть очень интересным.

Наша следующая игра с Чикаго, на сей раз гостевая, была назначена на восьмое апреля. Мы прилетели в Иллинойс утром того же дня и не планировали возвращать серию назад в Миннеаполис. Одержать две победы в гостях нам было вполне по силам.

Глава 4

– Сан Саныч! Как же я рад вас видеть! – буквально закричал я и сделал то, что буквально полгода было немыслимо, обнял Асташева так, что у того казалось кости затрещали.

– Пусти, медведь здоровенный, ты мне сейчас ребра сломаешь, – сказал главный тренер «Автомобилиста».

– А вас сюда каким ветром занесло? – спрашиваю я Асташева и не перестаю улыбаться, – вы же помощник Тихонова. А сейчас Чемпионат мира в самом разгаре.

Я действительно очень рад его видеть. А Миннесоте мне комфортно, если говорить чисто о бытовых вещах, то намного комфортней, чем дома. Но быт это не всё. Он даже не самое главное. Дом у меня всё равно в Нижнем Тагиле, и, пожалуй, в Свердловске.

И это удивительно. В будущем, где Россия ничем не отличается от Европы или США с Канадой, если у тебя есть деньги, конечно, я не испытывал к ней таких чувств. Да, я её тоже называл своим домом. Но сейчас в это слово я вкладываю намного больше. Это именно ДОМ!

Скорее всего, это связано с семьей. Которой я был не очень нужен там, и эти чувства взаимны. Здесь с мамой и отцом у меня совсем другие отношения.

И если вернуться к Асташеву, то его прилёт в Миннеаполис был этаки приветом с Родины. Притом, приветом искренним и очень добрым.

– Видишь, Саша, – отвечает мне главный тренер «Автомобилиста», – этот год особенный из-за двух больших турниров. Федерация приняла решение, что тренерский штаб сборной в этом году нужно расширить, и меня отправили сюда, в США. Посмотреть на игроков, которые точно не смогут приехать на чемпионат мира, но могут усилить состав на Кубке Канады, – Сан Саныч замешкался, но всё-таки продолжил, – да и помощником Тихонова я сейчас являюсь только отчасти. «Автомобилист»–то в плей-офф провалился. А Виктору Васильевичу, ты сам знаешь, только лучших подавай.

– Ну, не знаю, Сан Саныч, – покачал я головой. У вас в этом сезоне ресурсы очень ограничены были. Так что даже восьмое место – это большой успех.

– Спасибо, конечно, но это отговорки. Давай лучше о тебе. Как плечо? В последней игре тебя здорово помяли?

– А вы её видели вживую или по телеку? – ответил я вопросом на вопрос.

– Конечно, вживую. Как и предыдущую. Чикаго у меня было первой остановкой. Ты – главная ударная сила не только Миннесоты, но и сборной.

– Плечо нормально, врачи говорят, что к следующей игре всё нормально будет. Как вам вообще наши игры с Чикаго?

– Хорошо, типичные игры плей-офф с одним исключением. Вот оно, передо мной сидит, – ответил Асташев.

Я улыбнулся в ответ на его слова. Ну, да. Игры в Иллинойсе у нас, и правда, получились интересными…

* * *

9 апреля 1989 года. Чикаго, Штат Иллинойс, Соединенные штаты Америки. Стадион Chicago Stadium. Третья игра полуфинальной серии в дивизионе Норриса между командами «Чикаго Блэкхоукс» и «Миннесота Норт Старс». Счет в серии 2–0 в пользу гостей. 19000 зрителей. Все билеты проданы.

…Середина второго периода, а счёт всё так же 0–0. Всю первую двадцатиминутку мы владели преимуществом и могли запросто забросить две, а то и три шайбы. Но как уже бывало в этой серии, шайба категорически не идёт в ворота Чикаго. Где-то нас подводит концентрация, где-то отлично играет вратарь, а где-то защитники.

Что до хозяев, то они, как и в первой игре серии, сидят в обороне и ждут своего шанса. Пока что мы его не предоставили, но кто знает, что будет дальше.

Я выхожу на площадку после того, как кипер гостей поймал бросок Гагнера. У Дэйва почти получилось открыть счёт, но Шеврье сделал очередное сумасшедшее спасение.

В регулярке за ним не водилось привычки совершать такие акробатические номера, а в серии с нами он прям разыгрался.

Только что этот не очень высокий, по меркам современной НХЛ, вратарь сначала отбил дальний бросок Мусила, а чуть ли не с колен прыгнул за шайбой и поймал добивание Гагнера. Максимально эффектно, и, к сожалению, для нас эффективно.

Я выхожу на вбрасывание, судья МакРири возобновляет игру, и шайба, после того как я отбрасываю её назад, ложится точно на крюк Манте. Мо щелкает, Шеврье отбивает, а я не очень удачно играю на добивании. Игроки в черно-красном могут выдохнуть. Защитник Чикаго выбрасывает шайбу в среднюю зону.

Где совершенно неожиданно для нас Беллоуза в погоне за шайбой опережает нападающий «черных ястребов» Уэйн Престли.

Он на какие-то сантиметры опередил Брайана, вошёл в зону с висящим у него на плечах соперником и сразу же бросил.

Бросок у Престли получился не очень акцентированным, Брайан всячески старался помешать ему, но вмешался случай.

Шайба, по пути к воротам, попала в клюшку нашего защитника Тинорди, и, изменив направление полёта, влетела в угол. Такко её ждал совсем не там.

Команда, которая до этого сидела в обороне почти полчаса и играла в откат, в результате повела. Сценарий первой игры повторялся практически полностью. Только теперь у Чикаго был еще один дополнительный козырь, вернее, даже два.

Домашние трибуны и домашнее судейство.

В покинутом мною времени нет-нет да и закипали споры о судействах в матчах кубка Стэнли. Что, мол, лиге не выгодно, чтобы серии заканчивались без шансов для одной из команд, и нужно чтобы команды убивались в семи матчах.

С точки зрения логики это понятно. В семи матчах действительно можно заработать существенно больше денег. Плюс интрига в каждой серии это здорово для телевизионной привлекательности. Кому охота смотреть на избиение аутсайдера?

Я пару раз сталкивался со спорным судейством во время игры за Тампу, и сегодня снова я видел, что МакРири и его помощники, скажем так, немного помогает хозяевам.

В первый раз это проявилось в моей следующей смене. В борьбе у борта мне достаточно чувствительно посчитали рёбра, уверен, что судья это видел, а потом не свистнули чистую подножку на Модано.

Что ж, надо это учитывать.

До конца второго периода пятнадцать секунд, и я получаю шайбу на нашей синей линии. Отдаю Беллоузу, и мы с Брайаном обыгрываемся накоротке.

Подрабатываю шайбу сначала клюшкой, а потом коньком, и вот я уже в чужой зоне. Прямо передо мной защитник, а за ним так нужный для броска чистый лёд. Показываю замах, игрок передо мной ведётся и ложится под шайбу. Я объезжаю его, выхожу один на один с вратарём, финтом отправляю его в левый угол, а сам собираюсь бросить в правый.

Собираюсь, но не бросаю. Второй защитник Чикаго меня буквально снёс, протаранив в спину. Вместо шайбы в сетку попал я.

Чистое нарушение, и судья обязан поставить буллит, но нет. С точки зрения этого козла с шотландской фамилией силовой приём был чистый.

Ладно, это еще не конец игры. Буду иметь в виду.

* * *

Начало третьего периода у меня, а следом и у всей команды, откровенно не задалось. Удаление за толчок на борт оставило первое звено Миннесоты без центрального нападающего, и через двадцать четыре секунды Чикаго смогло оторваться. Когда на площадке нет меня, то процент выигранных вбрасываний у нас неизбежно падает до среднестатистических значений, и соперники могут сразу же начать осаждать наши ворота при игре в большинстве.

Сейчас так и получилось – Камински без шансов уступил Саварду, тот отдал Санпассу, нападающему, который играл четвертого форварда. Пас на Саварда, и тот забрасывает вторую шайбу своей команды за сегодня.

Мы впервые за эту серию уступаем в две шайбы. Играть, правда, еще много времени, так что паниковать и нервничать не стоит.

А вот когда в наши ворота влетела третья шайба, Престли сделал дубль, в головах у многих могла появиться мысль, что сегодня Чикаго одну игру в серии всё-таки возьмёт.

Скотти тут же взял тайм-аут, который посвятил тому, что попытался привести нас в чувство. Всё свелось к очень экспрессивной речи тренера, которую не стоит давать слушать маленьким детям.

Не знаю, как остальные, но мне подобная эмоциональная накачка не нужна. Я и так был готов на все сто, как физически, так и эмоционально.

Выхожу на вбрасывание и вижу, как собран и сконцентрирован Савард. Его команда очень близка к победе, и это наверняка придаёт ему сил.

МакРири возобновляет игру, и я начинаю атаку своей команды.

Пас на защитника Кольстада, тот отдаёт Гиллису, и шайба приходит к Майку.

Модано входит в среднюю зону, отдаёт поперечную передачу Беллоузу, и Брайан сильно вбрасывает шайбу по борту.

Не этого ожидали игроки Чикаго. Мы крайне редко входим в чужую зону вот так.

Поэтому я успеваю к шайбе, и тут же первым же касанием делаю прострел на ворота.

Модано ускоряется и бросает, как и я, в касание.

Шеврье отбивает, но шайба приходит ко мне.

Угол у меня нулевой, но времени, чтобы улучшать позицию, нет. До силового приёма защитника Чикаго считанные мгновения. Поэтому бросок с нулевого угла в надежде на удачу.

И да! Везет тем, кто везет. Шайба, пройдя по ленточке, заползает в ворота от конька вратаря. 1–3! Еще две шайбы, и мы переводим игру в овертайм!

До конца третьего периода минута, и только что Такко нас чуть было не похоронил. Финн выронил шайбу на линию наших ворот после несложного броска Саварда. Если бы не расторопность Мусила, который вынес шайбу с пятачка, то игра бы закончилась.

Но нет. В силовой борьбе Хабшейд выгрызает шайбу у игрока Чикаго, и она приходит к Гартнеру.

Майк разгоняется, проходит среднюю зону, отдаёт пас на противоположный фланг Арчибальду, а Дэйв бросает. Шеврье отбивает, но я первый, и с метра добиваю шайбу в ворота.

Спасибо Такко, он максимально быстро успел к нам на скамейку, и у меня получилось выскочить шестым полевым на лёд.

Чикаго ведёт всего в одну шайбу, до конца пятьдесят секунд, и уже хозяева берут тайм-аут.

Нам пауза тоже выгодна. Отдыхать сейчас не нужно. На лед так и так выйдут игроки, которые сидели на скамейке в предыдущей смене. Но можно успокоиться и привести мысли в порядок.

Боумэн именно это и делал. Успокаивал игроков и чертил схему на планшете.

Очень простую схему с входом в зону и моментальным броском по воротам.

Если у нас получится, то следующее вбрасывание будет уже в зоне Чикаго. И, учитывая мою сверхспособность, шансы резко вырастут.

Таймаут подходит к концу, и я занимаю место в центральном круге.

МакРири возобновляет игру, и Савард неожиданно для всех меня обыгрывает! Сегодня Чикаго ну очень хорошо играет. Даже единичная победа надо мной на вбрасывании это уже подвиг.

Защитник Чикаго с шайбой уходит за ворота, мы всей тройкой пытаемся прессинговать, но игрок в красном всё равно находит момент для передачи.

Боб МакГилл входит в среднюю зону, готовится отдать пас, но тут я его ловлю и впечатываю в борт.

В этот момент я был уверен, что, несмотря на то, что силовой чистый судья свистнет удаление.

Но нет. Я завладел шайбой и тут же отдал пас на Майка.

Модано вошёл в зону. Оставил шайбу Беллоузу, тот бросил с кистей, и шайба заметалась на пятачке. Я и Майк работали там очень активно, и я, в результате, всё-таки пропихнул шайбу под уже лежащим Шеврье.

3–3 и для обеих команд матч, по сути, начался заново.

После того, как мы закончили обниматься, и скамейка поздравила меня с заброшенной шайбой, Боумэн сменил состав. Но не до конца. Крайние нападающие ушли с площадки, а я остался. По ходу сезона мы делали так пару раз, так что каким-то особенным сюрпризом это не стало.

За десять секунд до конца у Миннесоты на льду было звенго Хабшейд – Семенов – Гартнер.

Очередное вбрасывание. В этот раз я безошибочен, и шайба у Манты. Мо отдал Майку Гартнеру. Тот, как будто и не было 60 минут игры, курьерским поездом рванул в чужую зону мимо двух игроков Чикаго.

Еще один вышел ему на перехват, но Майк даже не собирался его обыгрывать. Он отдал пас мне на свободный лёд, я покатил шайбу еще левее, и Мабшейд в гордом одиночестве бросил по воротам.

Шеврье успевает сместиться, но Хабшейд всё сделал по науке. Бросил в противоход и его бросок за две секунды до сирены выигрывает для нас третью игру в серии!

Гол у меня получился не победный, но всё равно именно меня в итоге признали лучшим игроком встречи. Без моих голов и передач мы бы не смогли догнать и перегнать Чикаго.

Видимо, поражение в матче, в котором они были обязаны побеждать, надломило «чёрных ястребов». Четвертая игра серии, состоявшаяся в день космонавтики, превратилась в формальность.

Первый период они еще как-то держались и даже открыли счёт после шального броска защитника Конройда, но после первого перерыва всё стало очевидно.

Мы еще в концовке первого периода сначала сравняли, а потом и вышли вперед. Дублем отметился Гиллис, а уж начиная с двадцать второй минуты игры «Ястребы» просто отбывали номер.

Второй перерыв команды встретили при счете 7–1 в пользу Миннесоты, и трибуны начали постепенно пустеть. Мой хет-трик и шайбы Арчибальда с Гартнером дали уверенность, что не стоит терять время.

В третьем периоде мы продолжили куражиться и забили еще три гола, доведя отрыв до девяти шайб. Трибуны были уже практически пустые в этот момент.

Видимо, игроки Чикаго решили, что проигрывать 9 шайб это всё-таки много и попытались хоть что-то сделать.

Хозяева добавили агрессии, но результатом стал только грубый силовой приём Дуэйна Саттера на мне.

Я редко не вижу, когда на мне собираются проводить силовой приём, и Саттер вошёл в число таких вот счастливчиков. Его удар я не видел.

В том числе, потому что был занят борьбой за шайбу у борта, а Саттер бил меня не в плечо, а в спину.

Плечом в результате я впечатался в бортик. Боль была такая, что я увидел звездочки в глазах. И, честно сказать, в этот момент я испугался.

Как и все в Миннесоте, собственно. Итогом этого испуга стало то, что МакРей, сидящий в тот момент на скамейке, вылетел на лёд и набросился на Саттера. Тот тоже был бойцом, но ярость Бэйзила буквально размазала игрока Чикаго по льду. У того не было ни единого шанса.

Правда, деклассирование Саттера я увидел уже потом, в повторе по телевизору. Меня сразу же увели в раздевалку, и врачи команды начали колдовать над моим плечом.

По счастью ничего страшного не произошло. В результате удара Саттера у меня всего лишь уши, пусть и довольно болезненный…

* * *

Это я и сказал Асташеву, который на следующий день после игры позвонил в дверь моей квартиры.

– Ну, слава Богу, – выдохнул Сан Саныч, когда это услышал, – было бы до слез обидно, если бы ты вылетел.

– Вы сейчас говорите как тренер сборной? – ехидно спросил я.

– Дурак ты, Сашка. Я так сказал, потому что мне не всё равно, что происходит с карьерой и жизнью лучшего игрока, которого я когда-то тренировал. Когда у вас следующая игра?

– Надеюсь, что минимум восемнадцатого. Недели должно хватить.

– Хорошо, если так.

Потом мы немного еще поговорили с Астаховым, и повеселевший тренер «Автомобилиста» отправился восвояси. Ему было нужно лететь в Ванкувер.

«Кануки» вели в серии 3–1, и мало кто сомневался, что новая команда Гретцки в итоге не сможет спасти серию. Слишком уж был хорош Ванкувер.

Нашим соперником по финалу дивизиона Норриса стал Детройт, «Красные крылья» в шести матчах справились с Сент-Луисом, последняя игра у них получилась ну очень затяжная. Только в начале третьего овертайма Детройт одолел своего соперника.

Ванкувер не подвёл и выбил Лос-Анджелес в пяти матчах и хорошо отдохнул перед своей следующей серией.

В которой «Кануки» сыграют с Калгари. Соседи по Альберте устроили самую настоящую зарубу, и Эдмонтон проиграл только в овертайме седьмого матча. И мне, и Асташеву, да и всем остальных советским любителям хоккея было приятно, что Эдмонтон сложил с себя чемпионские полномочия после гола Макарова. Именно Сергей забил в овертайме.

На востоке царил предсказуемый хаос. Единственным островком стабильности был Монреаль, уверенно разобравшийся с Хартфордом. Все остальные серии были куда как менее предсказуемы.

Например, Вашингтон, выигравший свой дивизион, проиграл Филадельфии, а Бостон хоть и обыграл Баффало в шести играх, но в двух последних матчах дважды ушёл с –3. Питтсбург, который перед серией с «Нью-Йорк Рейнджерс» смотрелся стопроцентным фаворитом, тоже потрепал нервы своим болельщикам и не без труда выиграл серии 4–2.

В общем, становилось всё интереснее и интереснее.

Мы же начинали второй раунд домашней встречей с Детройтом.

Глава 5

Первый матч второго раунда кубка Стэнли должен был вот-вот начаться, но владельцы «Миннесоты Норт Старз», Джордж и Норман Гунды, не собирались на стадион. Телевизор в кабинете Джорджа был включен и беззвучно показывал как игроки Миннесоты и Детройта раскатываются по льду Мет. центра. Трибуны заполнялись достаточно быстро, и братьям было понятно, что и сегодня будет аншлаг, 43-й в этом сезоне.

Это, с одной стороны, поднимало им настроение, а с другой стороны добавляло сложностей.

– Я только что получил ответ от Зиглера, – сказал Джордж своему младшему брату. Тот отпил виски и ответил. Его слова звучали скорее утвердительно.

– Зиглеру не нравится идея переезда команды в Сан-Франциско. Он считает, что это может плохо отразиться на репутации его лиги, – ответил Норман.

– Мне, да и тебе наверняка тоже, на репутацию НХЛ наплевать. Мы бизнесмены, и Миннесота это, прежде всего, актив, который вдруг стал выгодным. Надо уже сейчас прощупывать почву насчет возможной продажи. Если вдруг «Норт Старз» возьмёт кубок в этом году, то стоимость команды вырастет раза в полтора, а то и в два.

Норман выслушал своего старшего брата, всё это время он кивал, соглашаясь с ним, а потом встал, потянулся, разминая затекшую спину, и сказал максимально будничным тоном.

– Я разговаривал с Норманом Грином из «Грин Групп».

– Да, и что он хотел, – спросил Джордж, а потом, встрепенувшись, добавил, – когда ты с ним успел поговорить?

– Вчера в Калгари. Так вот, Норм заинтересован в покупке нашей команды.

– Интересоваться он может чем угодно. По правилам НХЛ нельзя владеть сразу двумя клубами, играющими в лиге. Куда он денет Калгари?

– В том-то и дело, что он уже нашел покупателя для «огоньков». Грин считает, что большинство канадских команд, кроме Монреаля и Торонто, это очень плохое вложение средств. Сейчас Калгари на пике, вот он и хочет продать команду, пока весь рынок в Канаде не рухнул.

– Грин обычно не ошибается в таких делах, – это была чистая правда, Норман Грин, владелец одноименной инвестиционной группы, сколотил состояние благодаря инсайдерской информации, которая многим зачастую казалась стопроцентным бредом. Вот только благодаря этому бреду Грин богател, а те, кто его высмеивали, оставались ни с чем.

– Надеюсь, ты ничего ему не ответил.

– Конечно, нет. Я не сказал ни да, ни нет. Но мы договорились созвониться примерно через месяц.

– Через месяц? – Джордж закатил глаза, что-то подсчитывая в уме, – Через месяц как раз должна закончиться финальная серия в нашей конференции.

– Да, верно. Я для того и назвал этот срок. Через месяц будет понятно, кто будет играть в финале кубка Стэнли. И то, что наша команда обыграет в финале конференции Калгари и станет финалистом от запада, прогнозируют очень многие.

– Я думаю, нам надо встретиться с Джеком, – один из владельцев команды имел в виду Джека Феррелла, генерального менеджера «Норт Старз», – пусть он сообщит Боумену, что мы готовы заплатить очень хорошие премиальные. За выход в финал конференции, за проход в финал Кубка Стэнли и за победу там. Если в результате мы продадим команду Грину, то в любом случае не останемся в накладе.

– Да, ты прав, братец. Это обязательно надо сделать. А теперь давай посмотрим игру.

* * *

18 апреля 1989 года. Миннеаполис, штат Миннесота, США. Стадион Метрополитан Центр. Первая игра финальной серии в дивизионе Норриса между командами «Миннесота Норт Старз» и «Детройт Ред Уингз». 15 тысяч зрителей, все билеты проданы.

«Детройт Ред Уингз» для любителей хоккея из России всегда стояла особняком. Так сложилось, что долгое время её у нас любили сильно больше, чем остальные команды НХЛ вместе взятые.

И почему так было мне совершенно понятно. Долгое время Детройт был самой русской командой НХЛ, и приложил к этому руку тренер, который только что закончил предматчевую установку Миннесоты.

Именно Боумэн придумал и создал русскую пятерку. Фетисов, Константинов, Федоров, Ларионов, Козлов. Даже интересно, что теперь Скотти будет делать, если возглавит Детройт. Советских хоккеистов в лиге уже много и будет еще больше. Плюс уже сейчас Боумэн тренирует команду, в которой тоже играет из СССР. И играет достаточно неплохо.

Хотя нет. В Детройт, даже если Боумэн или кто-то другой меня позовет, я не пойду. Меня сейчас полностью устраивает Миннесота. Это, конечно, не Флорида, новый год на пляже тут не встретишь, но любовь фанатов искупает абсолютно всё.

Уже сейчас они буквально боготворят «тройняшек» и их лидера, а что будет через несколько лет, когда и я, и Майк выйдем на свой пик?

Майку по-прежнему не хватает опыта, плюс физические кондиции можно и нужно улучшать. У меня с первым всё в порядке, но и мне есть над чем работать, как в плане физики, так и техники.

Но главное у нас есть. Базовые хоккейные навыки на самом высоком уровне. Как Линдрос, ни я, ни Майк, закончить не должны.

И это значит, что возможно у звёзд на долгие годы есть доминирующая связка.

Однако я отвлекся. После русской пятерки упавшее знамя подхватил Павел Дацюк, и Детройт оставался любимой командой для очень и очень многих.

Потом, конечно, пришла эпоха Вашингтона с Тампой, но это уже другая история.

Сейчас команда из Мичигана не относится фаворитам, какой она станет в девяностые и нулевые. В этом сезоне мы имеем положительный баланс с «красными крыльями», и они нам ни разу не забивали больше трёх шайб.

В общем, на первый взгляд всё за нас. Но плей-офф и регулярка это два разных мира. Нельзя недооценивать соперника и нужно играть на 110%.

Отзвучали гимны, и на точку вбрасывания встали Дэйв Гагнер и Стив Айзерман. Скотти всё чаще использует понравившийся ему приём с началом матча игроками третьего звена, так что и сегодня первые минуту-полторы я сижу на скамейке.

Проводивший лучший сезон в своей карьере Айзерман обыграл Гагнера, и Детройт начал первую в этом матче атаку.

Шайба транзитом через защитников вернулась к Стиву, тот вошёл в нашу зону и сразу же бросил по воротам Такко. Оба крайних нападающих Детройта пошли на наш пятачок, но оборона Миннесоты была к этому готова, и даже если бы Такко не поймал, игрокам в красном ничего не светило бы. Но Такко поймал, так что всё получилось совсем надёжно.

Парни из третьей тройки пробыли на льду всего двадцать секунд, и вот уже наша очередь.

Я встал на точку, линейный Уэйн Бонни возобновил игру, и шайба от меня пришла к Мусилу.

Того тут же побежал прессинговать Айзерман, но Франтишек быстро избавился от шайбы, отдав её Марку Тинорди. Тот нашёл передачей Беллоуза, и моя тройка побежала в атаку.

Обыгравшись в центральной зоне с Модано, мы с ним поменялись флангами, Беллоуз вошёл в зону Детройта и тут же бросил по воротам. Шайба от клюшки игрока Детройта прошла выше и попала в заградительную сеть. Вбрасывание в зоне Детройта.

Спустя несколько секунд я отдаю пас на Тинарди, и тот щелкает в одно касание.

Вантаймер нашего защитника попадает в штангу, и шайба отскакивает в правый круг. Там к ней первым успевает Беллоуз и простреливает вдоль ворот. Я подставляю клюшку, но вратарь гостей Грег Штефан надежен и ловит шайбу. Время меняться.

Мы уступаем место тройке Арчибальда, и через минуту Миннесота выходит вперед.

Гартнер в очередной раз показывает свои лучшие игровые качества и как от стоячих уходит от двух игроков в красном. Уходит, отдаёт назад под бросок Хабшейду, и тот не промахивается. 1–0, Миннесота повела!

Следующий стопроцентный шанс мы создаем через четыре минуты. Нападающий Детройта Галланд, очень неоднозначный парень, который с одной стороны отлично умеет играть в хоккей, а с другой не чурается грязных приёмов и не прочь подраться, чуть было не отправил в больницу Гиллиса, того сразу же увели в раздевалку, и после штатной драки с нашим штатным же тафгаем, Макреем сел на скамейку. Игрока Детройта удалили за толчок на борт и драку, а Бэйзилу дали 2+5 как организатору этой же драки. Самосуд сейчас хоть и не порицается, за жестокие силовые приемы тут мстят, но наказывается.

Команды остаются играть 4 на 4, и это как раз то, что нужно «тройняшкам».

Пас на Манту, тот отдаёт Брайану. Беллоуз пасует Модано, а Майк, ускорившись, входит в зону. В него втыкается защитник гостей, а его партнер выбрасывает шайбу из своей зоны.

Очень ненадолго. Такко отдаёт мне, а дальше зрители видят очередной ремейк фильма «Семенов забивает после сольного прохода».

Я прокинул шайбу мимо одного игрока в красном, ускорившись убежал сразу от еще двоих, и показав ложное движение направо. Ушёл налево и оказался с глазу на глаз со Штефаном. Бросок в домик, и счёт стал 2–0!

На первый взгляд всё просто, но за кажущейся простотой скрывается огромная работа. Чтобы вот так вот рвать с места и уходить от игроков соперника нужно не только выиграть в генетическую лотерею и иметь отменные физические кондиции. Нужно еще и каждый день работать в зале, на льду и на земле. Плюс думать каждую секунду, думать и анализировать то, что происходит на площадке.

Мой очень высокий процент голов, забитых после сольных проходов, такой, в том числе, и потому что я тяну одеяло на себя только когда вижу хорошие шансы.

У того же Джимми Карсона, из уже вылетевшего Эдмонтона, попыток сольных проходов куда больше, а результаты сильно хуже. А всё потому что такие вот выпады для меня – вспомогательный инструмент, и я куда чаще полагаюсь на партнеров. Джимми-же зачастую перетягивает одеяло на себя.

В концовке первого периода мы забросили третью, вернувшийся из раздевалки Гиллис реализовал удаление броском от синей линии, и тут же пропустили в ответ.

Айзерман показал, что свои 65 шайб он забросил не случайно и шикарным кистевым из правого круга вбрасывания поставил точку в эффектной атаке Детройта. Игроки в красном расписали всё как по нотам и вывели Стива свободный бросок. Тот не промахнулся.

Первый период так и закончился со счётом 3–1 в нашу пользу.

* * *

То, что тренер гостей Демерс буквально перевернул игру своей команды, стало понятно сразу, как только матч возобновился. Детройт как будто превратился в Чикаго образца первой игры с нами. Несмотря на отставание в две шайбы, «Красные крылья» не бежали сломя голову к нашим воротам, а наоборот, играли максимально строго и сдержанно, делая акцент на надёжность обороны.

Нас это устраивало, тем более что мы вели в две шайбы.

Правда, уже на пятой минуте второго периода Айзерман сделал дубль, реализовав удаление за нарушение численного состава. Эту глупую ошибку мы допустили всего второй раз в сезоне, и что характерно, как и в первый раз нас за это наказали.

После заброшенной шайбы темп игры упал еще сильнее, а количество силовых приёмов игроков Детройта выросло. И то, что они делали, очень сильно напоминало Рижское «Динамо». Понятное дело, что это Владимир Юрзинов скорее черпал вдохновение в играх клубов НХЛ, а не наоборот, но у меня возникли именно такие ассоциации.

Сразу несколько игроков Детройта оказались большими мастерами вставить свой локоть в нужное место. Постоянные тычки на грани фола, а когда судьи не видели, и за этой гранью делали своё черное дело. Когда у тебя буквально звенят руки от того, что тебе по ним попали, надеяться на хороший бросок, по меньшей мере, наивно.

В подобной игре всё решают сантиметры, но аналогий с первой игрой с Чикаго у нас и тут было предостаточно. Если бы моя тройка забила хотя бы в одном из трех моментов, что мы смогли создать, то Детройту пришлось бы снова перестраиваться и играть в хоккей, а не сидеть в своей зоне и упражняться в грязных приемах.

Но сначала я промахнулся из выгодной позиции, а потом дважды Брайан угодил в штангу.

Правда, и Детройт после гола Айзермана вообще не имел моментов, мы тоже неплохо умеем играть в обороне. Без этого Миннесота не одержала бы 54 победы в регулярке.

Больше тридцати минут была самая настоящая голевая засуха, да еще и с минимумом опасных моментов.

А вот когда до конца основного времени матча оставалось чуть больше четырёх минут, гости наконец-то пошли вперед. Это не в последнюю очередь произошло благодаря ошибке Кевина Камински. Центр нашего четвертого звена на ровном месте схватил 2+2, и обеспечил Детройту игру в большинстве до самого конца периода.

Естественно, что гости сразу же взяли тайм-аут, а потом основательно сели на наши ворота. А благодаря тому, что у меня, да и у остальных быстрых хоккеистов-звезд, уже рёбра ныли от количества мелких тычков и зацепов, то ни о каких кавалерийских наскоках и говорить не пришлось. Мы только отбивались.

В эти минуты Боумэн использовал мое умение играть на вбрасываниях по максимум. Игра постоянно проходила в нашей зоне, и было критически важно снизить количество бросков по воротам Такко. Я играл буквально через смену. Отдышусь секунд двадцать на скамейке и снова в бой.

Конечно, полностью исключить броски по нашим воротам не получилось, но Такко играл надёжно и не дал хоккеистам Детройта обнулить подвиги игроков Миннесоты. Плюс еще и полевые пару раз ловили на себя очень опасные броски. Ларри ДеПальма так вообще покинул лёд за две минуты до конца периода на одном коньке. Как потом оказалось, бросок Адама Оутса сломал Ларри ногу.

Но в итоге всё для Миннесоты закончилось благополучно. За двадцать секунд до конца тренер Детройта снял вратаря, и практически сразу же мы забросили в пустые ворота.

Оутс бросил по нашим воротам, Такко отбил, а я, в борьбе с Айзерманом, отбросил шайбу с пятачка. Она отлетела к защитнику Детройта Зомбо, тот щёлкнул, но попал в спину Айзерману, и в итоге шайба оказалась на крюке у нашего нападающего Пасека.

Душан от души размахнулся, бросил, и шайба, пролетев всю площадку, попала сначала в левую штангу ворот Детройта, потом в правую и в итоге-таки переползла ленточку. 4–2!

Последние секунды «красные крылья» провели в атаке, и Манте даже пришлось выбивать шайбу из пустых ворот. Но счёт так и не изменился, и Миннесота повела в серии.

В первом матче финала дивизиона Смайта игра получилась тоже очень и очень интересная. Калгари с огромным трудом одолел Ванкувер со счётом 6–5. Русская пара «Кануков» Ларионов-Лукиянов по-прежнему оказывала огромное влияние на игру своей команды, но на Калгари двух Игорей не хватило. Серия двух канадских команд только начиналась, но скорее всего общий, более высокий, уровень «Огоньков» скажется.

На востоке Монреаль предсказуемо обыграл Бостон. «Мишки» упирались как могли, но «Канадиенс» их дожали. Финал дивизиона Патрика тоже начался согласно всем прогнозам. Ведомый Лемье Питтсбург обыграл Филадельфию.

Майк и другие парни уверены, что именно «Пингвины» составят Монреалю пару в финале конференции принца Уэльского, но у меня было другое мнение. Мы по этому поводу даже заключили пари с Майком.

Я поставил на Филадельфию, а тот на Питсбург. В случае моего успеха именно Майк оплачивает первые три месяца аренды нашего нового дома. А если проиграю, то, соответственно, я.

Наш с Модано разговор о доме с тренировочным залом и катком, который я завел еще в прошлом году, получил продолжение только в апреле. Майк заключил договор с одним из риелтором Миннесоты, и тот, после трёх месяцев поисков, нашёл нужный вариант. Правда, дом будет свободен только летом, но он был идеален.

Он располагался точно на полпути между ареной и нашей тренировочной базой, и там было всё необходимое для меня.

Большой гараж, аж на четыре машины, где я планировал устроить каток, плюс цокольный этаж, идеально подходивший для строительства там тренажёрного зала и сауны с бассейном. Последняя была нужна не для развлечений, хотя и они предполагались, а для ускорения восстановления после тяжелых игр.

Перестройка дома должна была влететь в копеечку и требовала много внимания, поэтому заняться всем этим вплотную мы решили после кубка Канады. Ни я, ни Майк, еще не получили вызовы в свои национальные сборные, как-никак Чемпионат мира только стартовал, а про КК говорить вообще рано.

Но оба рассчитывали после победы в Кубке Стэнли сыграть за свои сборные.

Глава 6

Вот уже несколько лет свердловский ресторан «Космос» был не только предприятием общественного питания. Вернее, для непосвящённых так и было, но те, кто в теме, знали, что практически каждый день в подвале этого ресторана собирались очень интересные компании.

И собирались не просто так. Стараниями директора ресторана там было оборудовано всё необходимое для комфортного отдыха нужных людей. Не хватало только бани или сауны, но такая модернизация подотчетных помещений уже ни в какие ворота не лезла.

И главным развлечением у этих гостей ресторана были карты. Азартные игры в Советском Союзе всё еще запрещены, и подвал «Космоса» служил своего рода подпольным казино.

Которое держали «Центровые», бывшие первой в Свердловске организованной преступной группой. Страна стремительно шла в разнос, организованная набирала силу, и закрытый Свердловск исключением не стал.

Были в Свердловске и другие банды, но именно «Центровые», благодаря поддержке из Москвы, и не просто поддержке, а помощи самого Деда Хасана, считались в городе главными.

Они занимались рэкетом, бандитизмом, валютными махинациями, и, само собой, азартными играми.

Вечером 21 апреля в подвале Космоса снова играли. Сам Олег Вагин, в прошлом боксёр, а ныне глава центровых и карточный шулер, сидел за картами и обувал очередных жертв.

В этот раз в их роли выступали заведующий одной из свердловских баз отдыха, товарищ Круглов, вопреки своей фамилии это был тощий и высокий мужик, и капитан свердловского «Автомобилиста» Виктор Кутергин.

Кутергин не в первый раз посещал подвал «Космоса». Триумфальный прошлый сезон был для него не только самым успешным в спортивном плане, но и самым денежным.

Он и раньше играл, но по мелочи, а когда к Виктору пришли большие, по меркам Советского Союза, деньги, его увлечение приобрело другие, намного более опасные формы.

Это, на самом деле, не редкость среди спортсменов. Умение ловко бить по мячу и быстро бегать вовсе не означает наличие житейской мудрости, а зачастую и ума.

Нет, есть среди спортсменов настоящие интеллектуалы, которые дадут фору очень и очень многим, но есть и те, кто за пределами своего, достаточно специфического рода деятельности, мало что понимает, и из-за этого теряет всё, что заработал за годы спортивной карьеры. Кто-то, поверив «хорошим» людям, а кто-то вот так, спуская всё в карты.

На западе последнее не так опасно, как в Советском Союзе. Там спортсмен-лудоман может просто оставить всё, что у него есть в казино и выйти из него хоть и без штанов, но не имея проблем с теми, кому задолжал.

А вот у Кутергина такие проблемы были. Позавчера он проиграл пять тысяч, а сегодня, в попытке отыграться, уже двадцать. И что хуже всего – на руках у Виктора было всего пять.

Товарищ Круглов вовремя сумел остановиться и отчалил восвояси с пустым кошельком, но в штанах и без долгов, а вот Виктор всё играл и играл.

– Вот что, Витя, – сказал Вагин, когда Кутергин проиграл ему еще десять тысяч, – на этом хватит. Ты мне и так уже тридцать пять тысяч должен. Больше я с тобой в долг играть не буду.

– Мне нужно отыграться, – ответил Кутергин, вытираю лоб.

– Тебе нужно думать о том, как мне бабки вернуть, а не о том, как их у меня выиграть. Продашь свою Волгу, квартиру поменяешь на меньшую с доплатой. Плюс у тебя наверняка барахла всякого полно. Короче выкрутишься. А вот когда отдашь долг, тогда и приходи отыгрываться. Только смотри, Витя, без фокусов. Понял меня?

– Да понял я тебя, понял. Не дурак!

– Если бы ты был умным, Витя, то не пришёл бы сегодня отыгрываться, а просто отдал бы бабки. Сейчас наши с чехами играть будут, – сменил тему Вагин, – останешься посмотреть?

– Нет, я пойду, – смотреть хоккей в компании этого уголовника Кутергину совсем не хотелось.

– Ну, тогда жду тебя с деньгами, Витя. Времени тебе две недели.

В принципе, совет Вагина был хорош, Кутергин вполне мог распродать имущество, машину, поменять квартиру и набрать нужную сумму.

Но это же означало то, что все вокруг, а самое главное, жена, чемпионка мира по настольному теннису и её отец, заслуженный тренер по этому виду спорта, узнают об этом позоре.

Допустить этого Виктор никак не мог и вместо плохого варианта выбрал очень плохой.

В карты играли не только у центровых в подвале «Космоса», но и еще в нескольких местах. Например, прямо рядом с Уралмашем был организован шалман, который держали братья Цыгановы. Туда Виктор и направился.

У Цыгановых, которые в это время как раз активно создавали свою ОПГ, нашлись умельцы, и к утру Виктор был должен уже не тридцать пять тысяч, а сто тридцать пять. И в отличие от центровых, уралмашевцы поставили условие, что деньги он должен отдать уже через три дня. Иначе у Виктора будут серьезные проблемы.

Такой огромной суммы, да еще и так быстро, он мог собрать только заняв у всех своих друзей-знакомых, но делать было нечего. Пришлось наступить на горло собственной песне.

* * *

Вторая игра с Детройтом у нас прошла практически как под копирку. «Красные крылья» показали, что они повыше классом, чем Чикаго, и неудача в первом матче их не подкосила. В отличие от «черных ястребов» ребята из Мичигана не расплылись и не получили авоську шайб в свои ворота.

Нет, они так же как и пару дней назад играли в максимально собранный и аккуратный хоккей с большим количеством сомнительных приёмов.

В какой-то момент нам даже пришлось тяжелее, чем в первой игре. Там хотя бы первый период полностью остался за нами, как по игре, так и по счету, а во второй игре стартовая двадцатиминутка завершилась вничью 1–1. На гол Дона Барбера Детройт ответил реализацией большинства Адамом Оутсом.

Детройт всю игру оборонялся максимально низко, что свело к минимуму возможности пройти их оборону на скорости, и мы вынужденно проводили длинные позиционные атаки с большим количеством бросков из района синей линии и с борьбой на пятачке.

Хорошо хоть, что в защите мы взяли пример с соперника и практически не допускали ошибок. Воротам Такко игроки в красном практически не угрожали.

Впрочем, это в итоге чуть было не сослужило нам дурную службу. Атаки Миннесоты продолжали разбиваться о безупречно игравшего в этот вечер Штефана, а в защите у нас в самом конце матча случился самый настоящий привоз от Карри.

Наш вратарь пустил самую настоящую бабочку. Айзерман бросил из центральной зоны, и шайба прошла под щитком у нашего вратаря.

До конца матча оставалось каких-то тридцать секунд.

Тут же последовал тайм-аут, и на лёд Миннесота вышла уже вшестером.

Я выиграл вбрасывание, но у Гиллиса не получился пас, и в результате нам пришлось секунд пятнадцать потерять в своей зоне. Детройт в этой ситуации очень вовремя изменил себе, и нападающие гостей включили высокий прессинг.

В итоге в зону мы вошли, когда времени оставалось всего на одну атаку.

Согласно нашему плэйбуку в подобной ситуации я играл на пятачке, бросок у меня, конечно, отличный, но умение играть возле чужих ворот его перевешивает, и в позиционных атаках я чаще забиваю с мясом, чем после свободных бросков.

Тренерский штаб Детройта это тоже хорошо знал, поэтому я решил сыграть неожиданно. Рывком ушёл с пятачка наверх, получил немного свободного льда и считанные мгновения свободы.

К чести нашего защитника Тинорди, тот всё понял правильно и моментально отдал мне передачу.

Я щёлкнул, шайба попала в легшего под бросок игрока Детройта, но выкатилась из под него мне прямо под ноги.

Повторный бросок, теперь уже с кистей, и за воротами загорается красный свет! Есть попадание. 2–2, и игра переходит в овертайм.

Через тридцать секунд после его начала для нас чуть было всё не кончилось. Оутс бросил очень неточно, но шайба в результате попала в конёк Мусилу и пошла точнехонько в угол ворот Такко. Этот рикошет еще и поймал нашего вратаря на противоходе, так что ему пришлось проявить чудеса растяжки, чтобы её отбить.

На добивании первым тоже был игрок Детройта, но повторный бросок угодил в шлем Карри, и шайба улетела на трибуны. Можно сказать, что эти эпизодом финн полностью реабилитировался за свою ошибку в третьем периоде.

В ответной атаке уже кипер Детройта совершил супер спасение, Беллоуз бросал в упор и в пустой угол, но Штефан успел-таки выбросить ловушку и поймать шайбу.

В общем, начало дополнительного времени буквально кричало о том, что дополнительное время будет очень недолгим.

Но нет. Развязки игры пришлось ждать больше часа чистого игрового времени.

Только в начале четвертого овертайма случилась победная шайба.

Детройт проводил редкую для сегодняшнего матча позиционную атаку, и защитник Норвуд щелкнул от синей линии. Бросок у него получился неточным, и шайба прилетела точно в лицо Гиллису. Тому мгновенно стало не до хоккея, и Курт, согнувшись, схватился за лицо. Судьи не стали останавливать игру, и к шайбе первым успел нападающий Детройта Галлант.

Он бросил в упор, если бы попал, то всё, на этом игра бы завершилась.

Но Галлант угодил в штангу, а так как бросок был очень и очень сильным, то шайба, никого не коснувшись, вылетела в среднюю зону.

Я из последних сил бросился за ней, дело это было практически безнадежное, Норвуд был гораздо ближе к шайбе и мог бы без проблем меня обогнать.

Но вместо того, чтобы развернуться и бежать за шайбой, тот зачем-то прыгнул за ней, пытаясь в падении дотянуться клюшкой. Большая ошибка.

Я перепрыгнул через клюшку Норвуда, подобрал шайбу и ушёл от второго защитника гостей О`Коннела.

Выкатываюсь на Штефана, ухожу налево, и с неудобной руки попадаю точно в верхний угол ворот Детройта. 3–2! Есть наша вторая, добытая потом и кровью победа!

После игры оказалось, что мы потеряли сразу несколько ключевых игроков. Помимо Гиллиса, получившего перелом лицевой кости, выбыло еще два игрока. Душану Пасеку порвали связки в середине третьего периода, а Боб Брук поймал перелом ребер в силовой борьбе уже в овертайме. Вкупе с уже находящимся в лазарете Де Пальмой, у нас наметились серьезные проблемы с составом.

Но в любом случае мы выиграли игру и еще на один шаг стали ближе к финалу конференции.

Калгари также в дополнительное время одолело Ванкувер, и в обеих сериях на Западе фавориты вели 2–0.

На Востоке Монреаль тоже вёл 2–0 в серии против Бостона, а вот Фили, неожиданно для Майка, с которым поспорили, сравняли в серии с Питтсбургом. Матчи этих двух команд вообще были пока что главным украшением второго раунда плей-офф. Фактически Питтсбург и Филадельфия не только бились за выход в финал конференции Принца Уэльского, но и выясняли, кто главный в Пенсильвании. Страсти там кипели нешуточные.

* * *

Из-за настолько затянувшегося матча, домой я попал глубокой ночью. Серьезных травм, Слава Богу, не было, но всё тело ныло, и на нём не было живого места, последствия силовой борьбы, в которой Детройт, не стесняясь, пускал в ход локти. Особенно болели ребра, как раз в том месте, где мне их когда-то сломали в серии с Рижским «Динамо».

Понятное дело, что это, скорее всего, совпадение, но факт оставался фактом, было больно и даже очень.

Если бы работы в нашем с Майком доме были бы закончены, я бы залез в ледяную ванну. Хотя многие и считают, что подобные процедуры имеют скорее эффект плацебо, но мне лично ледяные ванны после тяжёлых игр или тренировок всегда помогали, уменьшали или вовсе снимали боль, помогали расслабиться и заснуть.

Но сейчас я такой возможности не имею и поэтому обошёлся только контрастным душем.

После того, как я чуть ли не двадцать минут гонял температуру то вверх, то вниз, мне полегчало, и я, покряхтывая как самый настоящий старикан, прохромал в спальню и вырубился, как только голова коснулась подушки. У нас с Беккой были совсем другие планы на этот вечер, но чёртов Детройт всё разрушил. После двух часов чистого игрового времени сил у меня ни на что не было.

– Алекс, вставай, – услышал я сквозь сон голос моей девушки, – тебе звонят, и если я правильно поняла, то из России.

– Скажи, чтобы перезвонили, – ответил я, голова в тот момент совсем не соображала. А потом резко проснулся.

Звонить могли только мои родители, а что мама, что отец, знают, какая разница во времени между Нижним Тагилом и Миннеаполисом, и то, что у меня сегодня игра. Никто бы не стал звонить посреди ночи и беспокоить меня из-за ерунды.

– Спасибо, детка, я сейчас, – сказал я Бекке и посмотрел на неё. Обычно мы спали без одежды, и вид у моей девушки был сейчас очень соблазнительный. Правда, из-за звонка из дома мне было не до неё сейчас.

– Алло, – дежурно сказал я в трубку.

– Привет, сынок, – раздался голос отца, – как вы сыграли сегодня?

– Мы выиграли, но пап, ты что, звонишь сейчас ради того, чтобы узнать результат матча? Мы их дожали только в четвертом овертайме, и я дико устал.

– Я понимаю, извини. Но тут такое дело. Ко мне приезжал Кутергин, и его вид мне очень не понравился.

– Вот как? А что с ним? И зачем Витя к тебе приезжал?

– Просил денег в долг. Много денег, сынок. Очень много, – повторил отец.

– Я таких чисел не знаю. Много это сколько?

– Двадцать тысяч.

– Ничего себе! Он объяснил, зачем ему понадобилась такая сумма?

– В том то и дело, что нет. Просто очень просил выручить его.

– А ты что? Дал?

– А как не дать? Видно же, что у человека большие проблемы. Только не всю сумму. У нас с матерью столько просто нет. Но десять тысяч я ему дал. А тебе я позвонил, чтобы попросить тебя узнать, что с Витькой случилось. Понимаю, что звучит глупо, ты там у себя в Миннесоте, а я, считай, под боком у Кутергина в Нижнем Тагиле, но я потом позвонил Нестеренко, Сан Саныч сказал, что Кутергин перезанимал у половины команды. А ты всё-таки со всеми общаешься, пусть и по телефону.

– Ты всё правильно сделал, пап, – поспешил я успокоить отца, – я лучше сразу Кутергину позвоню. Чего слухи собирать, когда можно его самого спросить.

– Да, наверное, так будет лучше.

Сон как рукой сняло, мысли о сексе тоже окончательно меня покинули, и я позвонил Кутергину.

Тот оказался дома и сам взял трубку.

– Привет, Вить. Это Семенов. Что там у тебя стряслось?

Кутергин поначалу не хотел говорить, так что пришлось на него даже немного надавить. Так что в результате он мне всё рассказал. И про карточные долги, и про то, что смогу собрать не всю сумму.

В этот момент я тут же вспомнил о том, что Асташев-то никуда еще не улетел и продолжал свое турне по США и Канаде. Сан Саныч успел уже пообщаться со всеми потенциальными кандидатами в сборную и сейчас выполнял другую часть работы скаута – отсматривал игроков команд конкурентов.

Следующий матч, который он посетит, был как раз нашей игрой с Детройтом. Айзерман и Галлант считались железными кандидатами в сборную Канады, так что их обязательно нужно было посмотреть. Потом Асташев посмотрит еще и игру Питсбурга с Филадельфией, и только потом полетит домой.

Деньги для Кутергина у меня были, так что я решил передать недостающую сумму с главным тренером «Автомобилиста». Ну, и заодно нужно было поговорить с Асташевым насчет Вити. Понятное дело, что с учетом возраста не мне было заниматься этим делом, но мой первый капитан в этом мире – не чужой для меня человек. Поэтому нужно ему помочь, а кто как не главный тренер способен повлиять на своего игрока?

С собой в Детройт я взял пятнадцать тысяч долларов. Виктору нужны были 60 тысяч рублей, а у валютных спекулянтов курс очень отличался от государственного. На черном рынке давали четыре рубля за один доллар.

И хорошо, что нас ждали два подряд матча в Детройте, если бы после игры пришлось возвращаться домой, то, боюсь, что Боумэн рогом бы уперся, но не допустил бы того, чтобы я вернулся в Миннесоту отдельно от команды. А так мы с ним договорились, что я смогу поужинать со своим первым тренером после игры. Во время ужина я и передам деньги Асташеву.

Глава 7

20 апреля 1989 года. Детройт, штат Мичиган, Соединенные Штаты Америки. Джо Луис Арена. Третий матч финальной серии в дивизионе Норриса между клубами «Детройт Ред Уингз» и «Миннесота Норт Старз». Счёт в серии 0–2 в пользу гостей. 20 тысяч зрителей. Все билеты проданы. До конца основного времени матча пять минут.

Джо Луис Арена стоит на ушах, Скотти, надрываясь, орёт на своего визави МакАдама и судей, а на льду творится форменное безумие.

Майка унесли в подтрибунное помещение, в центральном круге схватились Беллоуз и Галлан, возле ворот Такко сразу пятеро наших рубились с игроками Детройта, а я, с Бобом Пробертом, старательно мордуем друг друга в зоне Детройта.

Не моё это дело, конечно, драться с тафгаем такого уровня, как Проберт, но Бэйзил, наш штатный полицейский, тоже получил травму, так что больше некому.

А драться надо. Только что Галлан и Проберт взяли Майка в коробочку, и последний буквально размазал Модано по борту. Джерси Майка, как и лёд с бортом, окрасились кровью моего приятеля, и эта кровь поставила точку под хоккеем на сегодня. Дальше началась битва.

На самом деле, весь матч к этому и шел. Детройт продолжал играть в свою игру, но сегодня мы, наконец, решили ответить.

Нижние звенья Миннесоты были заряжены на точно такой же грязный хоккей, как тот, в который Детройт играл всю серию. Это подняло градус агрессии игроков «Красных Крыльев», и команды большую часть времени играли в неполных составах.

Ну, и драки, само собой. Что в первом, что во втором периоде, зрители увидели по два поединка. В одном из которых Бэйзил и выбыл. Он с Пробертом устроили отличный боксерский поединок, в котором по очкам победил игрок Детройта, а Бэйзил сломал запястье. Это случилось еще в первом периоде, так что всё оставшееся время управы на Проберта не находилось, мне Боумэн вообще запретил драться. «Нам нужно игру выигрывать, а не морды им бить» – вот, что сказал мне главный тренер в первом перерыве. Поэтому за меня и выбывшего МакРея отдувались другие парни. Моё же звено играло в хоккей.

В середине первого периода мы с Майком вышли играть 4 на 4, и я пасом в центральный круг отрезал всех игроков в красном. Майку, которому и предназначалась эта передача, оставалось только переиграть вратаря. Майк эффектно усадил того на пятую точку и открыл счёт.

Потом, правда, Детройт выстрелил дуплетом, забросив дважды. Большинство у хозяев отработало просто великолепно. Правда, дальше всё пошло совсем не плану хозяев.

За десять секунд до конца периода теперь уже мы реализовали лишнего. Всё получилось достаточно дежурно. Я выиграл вбрасывание, Гагнер отдал под бросок Майку, и тот сделал дубль. Такие вот трехходовки в различных сочетаниях мы отрабатываем на каждой тренировке и в результате добились автоматизма.

В перерыве Скотти призывал игроков нижних звеньев с одной стороны быть повнимательнее, а с другой стороны продолжать давление на игроков Детройта, ну, и всем нам было необходимо терпеть. С точки зрения Боумэна всё шло нормально.

На третьей минуте второго периода Майк сделал свой первый плей-оффный хет-трик в карьере. Мы с ним вдвоём убежали на одного защитника, и я, хоть и мог бросать сам, не пожадничал, и покатил шайбу на Модано. Тот молодецки щёлкнул, и шайба от перекладины залетела в ворота. Счёт в матче стал 3–2.

Прошло еще четыре минуты, и мы снова забили. Майк набрал четвертое очко за матч, ассистировав защитнику Чемберсу. Этот игровой отрезок включал в себя еще одну драку нашего игрока с Пробертом. Тот взял верх над Митчем Мессье. Тот относительно неплохо держался, но в результате Проберт его просто задавил.

Под конец периода Миннесота вела уже в три шайбы. Снова большинство, снова я пасую на Гагнера, но завершал на сей раз Беллоуз.

В общем, всё складывалось для нас неплохо. Да, нас били, но и мы делали тоже самое в ответ, а единственное что имеет значение – счёт на табло, всё время рос в нашу пользу.

За шесть минут до конца Майк, проводивший свой лучший матч в карьере, сделал покер, поймав вратаря Детройта на противоходе, и фактически выиграл для нас этот матч. 6–2 это очень серьезный отрыв для столь малого отрезка времени.

Вот только в планы Детройта уже очевидно не входило пытаться спасти эту игру. Вместо этого «красные крылья» решили просто бить в тело. Подло и грязно.

Когда Майк осел на лёд после удара Проберта на лёд выскочило сразу несколько игроков в зелёном, а я, послав куда подальше слова Боумэна, летел на Проберта скинув краги. Тот оголил кулаки и встретил меня серией ударов. То, что Боб до этого уже поучаствовал в двух драках, на нём как будто не особо-то и отразилось. Да, Бэйзил поправил лицо Проберту, но тот как будто не обращал на это внимание. Как и на сбитые костяшки своих кулаков.

Что весом, что ростом, Проберт мне не уступал, а вот в умении драться, пожалуй, и превосходил. Было видно, что этот гад тратит очень много своего времени именно на отработку не хоккейных навыков. И это сейчас, лучшие-то годы тафгая Проберта еще впереди.

Но мне на это было наплевать. И за меньшее просто необходимо бить морду, а уж за то, что Галлан и Проберт сделали с Майком, мне вообще хотелось их обоих закопать.

Дрались мы долго, что я, что Боб, остались без джерси, свитера не выдержали и буквально разлетелись на тряпки, а потом у меня на лёд полетела еще и защита. Как и когда порвались шнурки, державшие нагрудник на месте, я не понял, но в результате я его частично лишился. Само собой, что и шлемы тоже оказались под ногами.

То, что происходило вокруг, я не видел, как тут отвлечься, когда такая горилла как Боб пытается тебя форменным образом искалечить, поэтому что там у ребят, я не знал.

В итоге наш с Пробертом бой закончился фактической ничьёй. Мне под ноги попался красный шлем, из-за которого я потерял равновесие. Но успел вцепиться в Боба, и, падая, увлёк его за собой.

Продолжить в партере нам с ним не позволили. И не судьи, как можно было предположить, а полиция. Как потом оказалось, эта драка стала одной из крупнейших в истории НХЛ. Постепенно она переросла в формат команда на команду, и на скамейках обеих команд стало пусто.

Для того чтобы прекратить побоище и пришлось задействовать полицию.

При таких масштабах уже не важно, кто победил, а кто проиграл. Куда важнее потери сторон, скажем так.

Матч смогли возобновить только спустя полчаса, и доигрывали его ну в очень усеченных составах. Большая часть игроков, что Детройта, что Миннесоты, получили удаления до конца игры.

Счёт, в итоге, так и не изменился, и мы повели в серии 3–0.

Но куда важнее то, кого мы в итоге не досчитались из игроков.

Различные травмы получило полдюжины наших игроков, и самыми тяжелыми были повреждения у Бэйзила, Брайана и Майка.

Макрей в драке с Пробертом не только сломал запястье, но и безымянный палец на левой руке, в теории он смог бы сыграть в четвертой игре серии, но, учитывая то, что она наверняка будет очень и очень жаркой, кидать в пекло тафгая с такими травмами категорически нельзя.

Беллоузу врачи диагностировали сотрясение. Причиной стала драка с Галланом, которая закончилась для моего правого крайнего ударом головой без шлема об лёд. Сроки восстановления Брайана были не понятны, но как минимум следующие пару игр он пропустит.

А вот для Майка сезон совершенно точно закончен. Модано, как и мне когда-то, сломали рёбра. Минимум месяц он будет восстанавливаться, совершенно точно не сумеет больше нам помочь в этом розыгрыше кубка Стенли, плюс перспективы его попадания в состав сборной на кубке Канады стали ну очень туманными.

Тем более, что тренером у кленовых, скорее всего, будет Боумэн, и он точно не будет подвергать риску игрока своего клуба. Так что тройняшкам не суждено сыграть друг против друга в форме национальных сборных.

Я тоже угодил в госпиталь, как ни крути, в драке с Пробертом я поймал своей головушкой немало ударов, и руководство команды решило перестраховаться.

Кроме того, меня решили не заявлять на вторую игру в Детройте. Со слов Боумэна он лично принял это решение, так как у нас и так вылетело слишком много ведущих игроков, и потеря еще и меня, даже в случае победы в четвертой игре, будет означать неминуемый вылет из кубка Стэнли в последующих стадиях.

По всему выходило, что мы намеренно решили отдать спаренную игру.

Так что настроение у меня было, прямо скажем, поганое.

А тут еще и Асташев, когда мы с ним встретились, буквально растоптал мой план помощи Вите Кутергину.

– Ты, конечно, молодец, Саш, что хочешь помочь Кутергину, – начал он, когда я озвучил свою просьбу и положил на столик ресторана конверт с деньгами, – вот только ты сейчас меня под 88-ю статью подводишь.

– То есть? – непонимающе сказал я, – я вас не очень понимаю, Сан Саныч.

– Это статья за незаконный оборот валюты, Саш. Если меня таможенники примут с этим конвертом, то лет пять я сам себе нарисую наверняка.

Вот чёрт, я постоянно нет-нет да забываю, в каком мире живу и то, что Советский Союз ну очень особенная страна.

– И что же делать? Витя на меня рассчитывает.

– Ты знаешь, вот ты сейчас попросил передать ему деньги и поговорить, как-то повлиять. А мне хочется не говорить с Витькой, а выгнать его ко всем чертям из команды! Или как минимум отстранить на сезон.

– Но так же нельзя, – возразил я.

– Вот именно, что нельзя. Не поймут. А насчёт этого, – Асташев кивнул на деньги, – я, конечно, помогу. Только сделаю это не вот так вот, в лоб. Просто передам конверт с долларами, а отоварю эти деньги, и либо передам Кутергину то, что купил здесь, или сам продам и отдам деньги.

– Наверное, лучше отдать то, что вы купите Виктору, у него много знакомых перекупщиков, как в Свердловске, так и в Москве.

– Не перекупщиков, а фарцовщиков со спекулянтами, – как-то зло поправил меня Асташев, – а также бывших уголовников, катал и прочих. Мне сейчас даже удивительно, как Витьку до сих пор по партийной линии не потребовали убрать из команды. Я же не один такой кто знает, с кем он знакомства водит. Ладно, это всё лирика. Давай сюда деньги, я всё сделаю.

Конверт сменил карман, и дальше мы с Сан Санычем разговаривали исключительно о хоккее.

– Значит, тренеры Миннесоты решили отдать завтрашний матч? – полуутвердительно сказал Асташев, когда я рассказал о планах Боумэна на четвертую игру, – что ж, это логично. У вас и так проблемы в составе, не стоит еще и тебя подставлять. В гостях-то Детройт должен быть менее агрессивным.

– Да это далеко не факт. Им тут всё равно перед своими или чужими зрителями драться.

– Не понимаю я этого. Этот, как его, Проберт, по-хорошему просто обязан быть дисквалифицирован до конца сезона, а ему выписали только матч штраф. И это после трех драк и того, что он сделал с твоим крайком.

– Что поделать, – развёл я руками, – здесь такие правила.

– Вот видишь, рано или поздно местные хоккейные чиновники начнут со всем этим беспределом бороться. Их либо по судам затаскают после того, как очередной безмозглый идиот с огромными кулаками кого-то сделает инвалидом, или они просто начнут терять деньги. Красота хоккея в заброшенных шайбах, а не в боксерских поединках. Ты, кстати, очень зря свою голову под чужие кулаки подставляешь. Это очень плохо может на тебе отразиться в будущем. И, честно сказать, если бы тебе не было 18-ти, то я бы уже позвонил в советское посольство.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.