Мехтильда Глейзер
Ловчая ветра

Пел песню ветер, и уныло
Рыдало море о былом:
Дар колдовской ребёнок милый
Употребил тогда со злом:
Закрыл народ на дне морском,
Навек оставив отчий дом.

Шторм воет словно рёв гигантов,
И кто-то на песке прочтёт:
«Принцесса из земли атлантов,
Готовься – месть тебя найдёт».

Песня, которую поют в Стеклянных залах

Автор неизвестен

Mechthild Gläser

DIE WORTE DES WINDES

Title of the original German Edition: Die Worte des Windes

© 2020 Loewe Verlag GmbH, Bindlach

© Гордиенко В.С., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Пролог

Начнём с того, что бури бывают разные: малые, большие и особенные – мы называем их «другие».

Первые два вида бурь тоже не возникают без магии, однако люди их понимают. Или думают, что понимают, объясняя всё законами физики: воздушные массы разной температуры сталкиваются друг с другом, между облаками возникают электростатические разряды, потоки воздуха движутся в разных направлениях, образуется и выпадает на землю конденсат водяного пара…

Небольшие грозы – самые безобидные. Они случаются чуть ли не каждый день. Там гроза, здесь ливень. Иногда после них остаются выкорчеванное дерево или затопленный сад. Никаких трагедий. Грозы шумят, сверкают, вымачивают прохожих до нитки, чтобы те простудились, и всё. Устроить небольшую бурю нетрудно, всего-то и нужно – котелок и несколько облаков. Оставьте воду покипеть на медленном огне, а потом призовите ветер, чтобы всё хорошенько перемешать, – и вот пожалуйста: дело сделано! Мы, ведьмы, любим маленькие бури. Они, так сказать, наш основной бизнес.

Большие же бури и ураганы куда опаснее. Нередко они несут заметные разрушения. Из-за них корабли в море терпят бедствие, уничтожаются посевы, срываются с домов крыши, реки выходят из берегов, на пляжи обрушиваются цунами. Такие сильные бури мы призываем только в исключительных случаях: они слишком легко выходят из-под контроля. Бывает, нужно всего лишь быстро полить пересохший участок земли, но не успеешь оглянуться, как на свет появляется настоящее чудовище. Сильные штормы иногда совершенно неуправляемы и порой стихают только после кровавой жертвы. Но даже самые мощные бури, несмотря на разрушительные последствия, естественно, не имеют собственной воли, ничего такого не замышляют. Они просто довольно неприятные.

Но есть бури ещё одного вида: «другие», как мы, ведьмы, их называем. Штормы, которые несут с собой не просто дождливые дни или стихийные бедствия. К счастью, как говорится в наших книгах, они гуляют только в открытом море – вдали от людей, посреди водной пустыни с гребнями волн. Этим штормам действительно присуще зло. Это бури, с которыми нам приходится сражаться насмерть и перед которыми пасуют даже лучшие из ведьм. На протяжении тысячелетий, с тех пор, как гласят хроники, как бесследно исчез бог судьбы, когда-то выпустивший их на землю, они потерянно бродят по миру, а мы защищаем от них род людской. Защищаем от других и от того, что живёт внутри их, и, сказать по правде, до сих пор мы очень хорошо справлялись.

Как я уже говорила, мы даже думали, что они существуют только там, в водной пустыне. Далеко-далеко.

И я, предполагала, что больше никогда их не встречу.

Но я ошиблась.

ПРОГНОЗ ПОГОДЫ:

Промозглый ноябрь несёт неуютные дни.

Ветер слабо или с умеренной силой дует с востока и гонит перед собой двух таинственных юных колдунов.

Ночью местами возможны порывы ветра со скоростью более 100 километров в час.

Поэтому Робин лучше бы найти укрытие.

Глава 1. Назревает буря

Ветер шептал мне на ухо, а приближающаяся гроза покалывала кончики пальцев. Как же мне хотелось откинуть голову и прислушаться к далёким раскатам грома. Вот бы остановиться посреди дороги, дождаться первых серебристых нитей дождя и встретить их старинными песнями!

Да только это было невозможно. В который раз я напомнила себе: после всего, что сделала, я больше не могу быть ведьмой. Та часть моей жизни осталась далеко в прошлом, вместе с детством. Теперь для меня любая буря должна быть чем-то таким, что просто иногда случается. Господи, нельзя даже думать о том, что гроза может оказаться другой.

Ускорив шаг, я поспешила дальше по тротуару. Мимо проносились машины, разбрызгивая коричневатые лужи, а выбившиеся у меня из узла на затылке волосы развевались за спиной как флаг. Вскоре у меня закололо в боку, как если бы я действительно была обычной шестнадцатилетней девочкой Робин, а не притворялась ею.

Несмотря на боль, я прибавила шагу. Отступать нельзя. Ни в коем случае, если я хочу предотвратить худшее.

Подошвы кроссовок скрипели на влажных от дождя камнях, а грязные панельные многоэтажные здания словно наблюдали за мной. Дождь шёл с самого утра, и в небе над городом клубились тёмные тучи. А меня снова преследовал вездесущий гул проклятого прибоя, пляшущего по пляжу в нескольких кварталах отсюда.

Немного впереди я разглядела два хвостика на затылках, исчезающих за следующим поворотом. Они принадлежали двум девочкам из старшего класса: Мари и Вивьен. Я не была с ними близко знакома и менять в наших отношениях ничего не собиралась.

В школе почти все знали, что от этой парочки ничего хорошего не дождёшься. Они либо грубили всем подряд в туалете, либо обижали учеников послабее, отбирая у них деньги или мобильные телефоны. Иногда силой. И как раз несколько минут назад я решила не обращать на них внимания.

Возможно, скоро я об этом пожалею, но сейчас это не имело значения.

Я проскочила поворот и вскоре оказалась в тупике. Точнее, на каком-то заднем дворе, с трёх сторон окружённом полуразрушенными бетонными стенами, которые кто-то исписал сомнительными лозунгами. И в этом четырёхугольнике стояли мусорные баки, ржавый велосипед и Луиза из восьмого класса.

– Ха-ха! Здесь ты и получишь своё приложение-паучка, – прорычала Вивьен, перекрыв Луизе отходные пути. Сильная, широкоплечая старшеклассница с размаху швырнула на землю старенький айфон Луизы.

Восьмиклассница так вздрогнула, что с неё едва не слетели очки. От гнева ей на глаза навернулись слёзы.

– Ты что, дура?! – крикнула она, но нагнуться за телефоном с треснувшим экраном не решилась. Луизе было четырнадцать лет (на вид не больше двенадцати), она переехала откуда-то неделю назад и поселилась в нашем общежитии. Вот я и взяла её под крыло, пока не освоится. Но я понятия не имела о её таланте постоянно влипать в неприятности.

– Что, притихла? Ротик схлопнулся? – ухмыльнулась Мари. Она была так сильно накрашена, что при взгляде на её лицо вспоминалась рыба-клоун с её яркими полосками. На щеках блестела жемчужная пудра, а глаза были подведены раз в двадцать толще обычного. Похоже, она и не замечала меня, пока я не протиснулась мимо и не встала перед Луизой.

– Робин! – с облегчением выдохнула девочка, и я быстро кивнула ей в ответ, прежде чем повернуться к разбивателям смартфонов.

– Повеселились, и хватит, – сказала я, скрестив руки на груди. – Оставьте её в покое.

Вивьен, которая уже принялась топтать мобильный телефон, остановилась.

– А ты желаешь что-то сообщить? – полузло-полураздражённо уточнила она, выпрямляясь, отчего свитер туго обтянул ей грудь.

Я устало вздохнула. Совершенно не хотелось заниматься ерундой, к тому же после урока математики разболелась голова. Тупо пульсировало, как бывало не раз, а сегодня боль в моём черепе крутилась неслышным вихрем… Я закусила губу и сосредоточилась на дыхании.

Тем временем Вивьен вызывающе вскинула подбородок.

– Так что желаешь сообщить? – повторила она с угрожающими нотками в голосе.

Я ещё раз вздохнула и посмотрела ей прямо в глаза:

– Будешь смеяться, но я как раз собиралась задать тебе тот же вопрос.

Она смотрела на меня, а я на неё, пытаясь вспомнить, кого из них – Вивьен или Мари – в прошлом году приговорили к наказанию в суде по делам несовершеннолетних за нанесение телесных повреждений.

Если честно, мне не стоило с ними связываться. Ростом я чуть выше Луизы, не слишком сильная, дзюдо и прочих единоборств не освоила. Да и зачем мне было учиться таким приёмам, если я владею магией?

Хотя не было и речи о том, чтобы снова пустить её в ход, всё же я знала, что слабые проблески моей прежней силы время от времени вспыхивают и, возможно, мне удастся кое-что предпринять…

И действительно, старшеклассницы вдруг отступили, хоть ненамного.

Мари, держа в руках рюкзак Луизы, в котором только что нашла пакетик сока, прищурила облепленные искусственными ресницами глаза и посмотрела на меня чуть пристальнее.

– А, ты та лунатичка из одиннадцатого класса? – задумчиво пробормотала она.

– Сто очков за правильный ответ. – Конечно, я вовсе не брожу во сне, но пусть уж лучше мои ночные прогулки по пляжу в новолуние объясняют сомнамбулизмом. – И поэтому вы теперь заплатите за ремонт этого мобильного телефона, – заявила я. – Очень рада, что мы всё уладили.

Мари резко вдохнула:

– Что ты сказала?

Вивьен скривилась.

– Можно подумать… – начала она.

– Жаль, что вы случайно уронили телефон, – продолжила я. – Луиза любезно даёт вам шанс исправиться. Счёт за новый дисплей мы вам пришлём. – Я подняла телефон, вытерла его о джинсы и протянула Луизе. А потом, прежде чем Мари успела понять, что происходит, выхватила у обидчицы рюкзак. – Вот так.

Вивьен и Мари растерянно переглянулись. Что-то во мне на мгновение их покоробило, а может, даже и напугало. Но понять, что это было, они не могли. Ведь ни Мари, ни Вивьен не знают, кем и чем я была до своего двенадцатого дня рождения, не говоря уж о том, что вряд ли верят в существование настоящих ведьм.

И тут им пришло в голову, что они могут мне накостылять так же легко, как проделали это с Луизой. Эта мысль буквально высветилась на их гладких лбах. Ещё несколько секунд – и…

– Беги, – шепнула я Луизе и легонько её подтолкнула. – Быстро!

Она нерешительно сделала шаг вперёд, а потом вдруг бросилась бежать – мимо старшеклассниц и дальше из переулка.

Я последовала её примеру, протиснувшись между стеной и Вивьен, которая бросилась было на меня, но промахнулась. Через мгновение она уже неслась следом.

Я никогда не была хорошей бегуньей. За почти четыре с половиной года жизни среди людей я так и не увлеклась ни бегом, ни другим видом спорта, потому что на суше у меня постоянно ныли ноги. Мою спортивную форму даже удовлетворительной нельзя было назвать, поэтому мне оставалось только как можно чаще петлять, оставляя за собой труднопреодолимые препятствия.

Сначала я проскользнула вплотную от припаркованной машины и нырнула под перила лестницы. Потом бежала зигзагами по лугу, которые изредка попадались в этом районе города, а затем неожиданно для преследователей повернула на детскую площадку.

Обежав скалодром, мусорный бак и скамейки, Вивьен наконец сдалась. Мари, которая и так с трудом бежала в туфлях на платформе, тоже расхотела играть со мной в догонялки. Один раз она бросилась мне наперерез, но я увернулась и ушла на очередной круг. Выкрикнув гадкое ругательство, она швырнула в меня отобранным у Луизы пакетиком сока.

– В яблочко! – обрадовалась она, когда этот снаряд угодил мне в висок и взорвался.

Что-то липкое потекло по лицу, боль пронзила голову с новой силой.

– Супер, – прошипела я, сжав кулаки. – Какой героический поступок!

Вивьен фыркнула, а Мари пронзила меня взглядом.

– Тебе повезло, что мы тебя не тронули, – сказала она. – Сегодня. – Она подковыляла к Вивьен, и обе ушли с детской площадки.

Я сердито посмотрела им вслед.

Нестерпимо хотелось вызвать восточный ветер и натравить его на них. Ненадолго. Просто чтобы научить их хорошим манерам. Раньше, дома, никто не осмеливался даже глаз поднять в моём присутствии. А теперь приходится стоять столбом и терпеть вот такое!

Я снова услышала всепоглощающий шум прилива и песню моря. Свободную и сильную. Но я старалась не думать о них. Да и вряд ли мой любимый восточный ветер стал бы мне теперь подчиняться, верно? Я вздохнула. Иного я не заслужила. Надо благодарить судьбу за то, что я вообще живу!

Я вытерла рукавом с лица фруктовый сок. Толком не отдышавшись, подошла к качелям и опустилась на одно из сидений на верёвках. Мокрое – ну и пусть. Небо готовилось вот-вот пролиться дождём, но я не боялась промокнуть. Хотя облака в какой-то момент почудились мне слишком тёмными, но, может быть, мне просто показалось.

Вот будь я в открытом море… А здесь? Ужасно разболелась голова: похоже, начались галлюцинации.

Зато в эту пасмурную погоду в моём распоряжении свободная игровая площадка. Закрыв на мгновение глаза, я оттолкнулась ногами от песка и представила, что это волны мягко раскачивают меня вверх-вниз. Луиза побежала по улице в противоположную сторону и, наверное, уже вернулась домой. Сегодня мне пришлось спасать её уже в третий раз за неделю! И как ей удаётся постоянно ввязываться в неприятности! И хотя мне даже нравится заботиться о ней, небольшой перерыв не помешал бы.

Не открывая глаз, я сжала переносицу большим и указательным пальцами. Не хватало ещё окосеть от этой жуткой боли! Интересно, может, это из-за атмосферного давления? Мне всегда было трудно дышать на суше. С каждым вдохом меня преследовало ощущение, что я теряю что-то очень важное. Наверное, я так никогда и не привыкну чувствовать над собой небо, а не океан. Это пугающее пустое пространство над головой, это ужасное отсутствие… всего! Так можно и заболеть. Ни одна ведьма добровольно не задерживалась здесь дольше, чем необходимо. Мы не покидали поселений глубоко под водой, защищённых стеклянными куполами, если на то не было чрезвычайно веской причины.

И именно поэтому скрыться на суше было очень разумным решением.

Конечно, в этом городе были и наблюдательные посты морских ведьм. Управлять погодой, заваривать облака, да и кипятить котлы приходилось на суше, и время от времени я замечала себе подобных на пляже или в волнах. Я знала, что старый маяк на вершине скалы служит ведьмам тайным убежищем. Но никто из них пока не удостоил меня даже взглядом. Я Робин, обычная девушка. Живу в общежитии для трудных подростков и страдаю от хронических головных болей, которые мучают меня, предположительно, из-за напряжённой учёбы в школе. Да, чтобы исчезнуть в хаосе земного мира, я стала ничем не примечательной и обыкновенной.

Слиться с толпой – такова была моя цель.

Снова что-то мокрое попало мне на лицо, но на этот раз это была капля дождя, прохладная и гладкая, не липкая, как апельсиновый сок. Как приятно. Я раскачивалась всё быстрее, с наслаждением ощущая, как новые капли растекаются по моим щекам и пропадают в длинных растрёпанных волосах. Ветер трепал мою одежду, и даже сквозь закрытые веки я видела, как в небе сверкают молнии. Яркие и острые – из таких можно выковать великолепный клинок. Что меня нисколько не интересовало. Я обычная девочка-подросток, просто живу здесь, на суше, и качаюсь на качелях под дождём…

Вскоре я промокла до нитки. Джинсы прилипли к ногам, а пиджак тяжело повис на плечах. Зато головная боль немного отступила. Я улыбнулась про себя. Именно такие минуты приносили облегчение, заставляя забыть о том, что я потеряла. Вода! Вода стекала по лицу, попадала в уши и заливала все мои мысли. Вода, которая на мгновение так живо напомнила мне дом, что я не распознала очень важную деталь.

И когда я моргнула в следующий раз, было уже слишком поздно. Гроза изменилась. Дождь, который продолжал поливать землю, словно делал так целыми днями, остался прежним.

Но облака.

Вспышки молний.

Рокот грома!

Внезапно в небе раздался рёв – тупой грохот, услышать который нельзя, а можно только почувствовать нутром. Злобный. Угрожающий.

Чёрт! Тёмные набухшие словно толстые животы облака мне не привиделись! Этот шторм был… другим.

Но это невозможно!

С тех пор, как я слышала подобные звуки, прошло много времени. Очень и очень много. И в тот раз это случилось далеко-далеко, посреди моря. В сотнях километров от цивилизации, там, где, к несчастью, такие шторма не редкость.

Но сейчас я в городе. В обитаемом городе!

На территории людей.

Я крепче стиснула верёвки качелей. Каким бы невероятным ни казалось мне происходящее, сомнений не было.

Зло меня нашло.

Глава 2. Грозовой дракон

Другие бури очень коварны. Не зря их обычно замечаешь, только когда уже находишься в центре событий. Большинство людей погибают, не успев осознать, что происходит. Меня же когда-то специально учили находить другие бури и шторма. Узнавать их по самым незначительным признакам и противостоять им.

И остатки этой подготовки и спасли меня сегодня, не дали погибнуть на месте. Отголосок грома ударил меня по ногам, заставив спрыгнуть с качелей ещё до того, как…

Удар был сильным, ступни покалывало. Без клинка из молнии я могла сделать только одно – убежать. Нужно было уйти как можно дальше от него. Взмолившись богу небес, чтобы моя неосторожность не стоила мне головы, и не обращая внимания на боль, я побежала.

Детская площадка располагалась на краю парка. Но на газоне я была совершенно беззащитна и потому свернула к дороге. Ботинки шлёпали по лужам, кровь стучала в ушах, а мокрая одежда, казалось, нарочно не давала двигаться. И всё же, то и дело спотыкаясь, я мчалась вперёд.

Скорее!

Надо уходить.

И снова молния яркой вспышкой рассекла небо. Почти в то же мгновение раздался раскат грома, и этот звук пронзил меня до костей. Это был тот самый гортанный рёв, от которого перехватывает дыхание. Всё мгновенно изменилось: к грохоту присоединился рокот моря, громкий и сердитый. И запах тухлой рыбы. В воздух взвились осколки ракушек и закружились вихрями, царапая мне лицо и руки.

Невероятно. В голове не укладывается. Это было какое-то безумие! Никто из других не появлялся в городе уже тысячу лет. Да и вообще на суше! Может, я всё-таки ошиблась? В любом случае, я не решилась остановиться, чтобы оглянуться назад и убедиться, увидев всё своими глазами.

Снова ускорив шаг, я побежала по дорожке. Только бы добраться до светофора… Там можно спуститься в пешеходный переход. Узкий и тёмный…

Мои чувства обострились до предела: казалось, позади веет ледяным дыханием, а вокруг клубятся серо-зелёные облака тумана. Неужели головная боль предупреждала об опухоли мозга, которая привела к галлюцинациям?

Чёрт, чёрт, чёрт!

Но вот показался подземный переход. Я ринулась вниз по ступенькам в темноту, но туман и осколки ракушек последовали за мной. К привычному шуму примешивался звук чего-то другого. А рёв перерос в оглушительный грохот, от которого задрожали каменные плиты под ногами.

Земля содрогнулась от боевого клича громового дракона, существа, живущего в самом сердце этой страшной бури.

Дракон оказался почти рядом со мной. И напал.

Я проклинала свою беспомощность. В Атлантиде, царстве моей матери, я всегда носила с собой несколько клинков-молний в бархатной кобуре. Клинки были богато украшены и так остры, что могли расколоть даже жемчуг.

Теперь у меня был только рюкзак, набитый тетрадями и ручками. Может, где-то завалялись и ножницы? О чём это я?! Сражаться с драконом игрушкой из пластика и стали просто смешно!

Тем временем туманные облака сгущались. У меня перехватило дыхание, а смерч из осколков ракушек и мусора едва заметно замедлился. Око бури приближалось. В любой момент появится громовой дракон…

Остановись я сейчас – погибну прежде, чем успею расстегнуть рюкзак.

Почти вслепую я спустилась по ступенькам в полумрак пешеходного перехода. Туман всё ещё застил глаза, поэтому две фигуры, прислонившиеся к бетонной стене и курившие, я узнала, только когда приблизилась к ним почти вплотную.

– Что за чёрт! – вскрикнула Вивьен, когда осколок раковины ударил её по щеке.

Она уставилась на меня: мои волосы развевались в тумане, словно жили собственной жизнью.

– Что вы здесь делаете? – выдохнула я.

– От дождя прячемся, – крикнула Мари, пытаясь перекричать вой ветра. – Какого чёрта! Что это? – Она указала на грязно-зелёный отсвет тумана и осколки ракушек, которые застряли в моей одежде.

– Слушай, с чего вдруг запахло гнилью… – начала Вивьен.

Но тут земля задрожала так сильно, что мы все зашатались, и я врезалась в девчонок. Мари пыталась удержаться на ногах, прижавшись к стене туннеля. Вивьен упала на колени и завопила.

И всё стало предельно ясно: или я бегу дальше, оставив Вивьен и Мари на произвол судьбы, или пытаюсь остановить грозового дракона, чтобы дать шанс на спасение хотя бы девчонкам. Мне в любом случае придётся туго. Я закусила губу. Даже если эти старшеклассницы мне совсем не нравились, и вели они себя так, словно им наплевать на всё и всех на свете, они всё равно люди. И однажды, как все ведьмы, я дала клятву…

Вход потемнел, когда нечто с тёмными чешуйчатыми лапами и острыми как бритва когтями протиснулось за угол.

Что-то… огромное.

– Уродина чокнутая, дура лунатичная! – заорала Мари, впившись пластиковыми накладными ногтями в бетонную стену.

– Просто беги, слышишь?! – крикнула я. – БЕГИ!

– Но там же гроза, – заикаясь, выговорила Вивьен.

– Да, а если в нас ударит молния…

Дракон издал булькающее шипящее рычание, которое прозвучало как тысяча громовых раскатов одновременно – и в переход протиснулась морда размером с автомобиль. Огромная распахнутая пасть потянулась к нам, и нас опять окатило волной вони и мусора, ещё более мерзкой, чем первая.

Меня чуть не стошнило. Мари и Вивьен, бледнее призраков, стояли с открытыми ртами, из которых не вырывалось ни звука. Девчонки были слишком испуганы, чтобы кричать, потому что даже не верили в существование драконов! Боже мой! Если нам всё-таки удастся отсюда выбраться, можно только надеяться, что всё пережитое покажется им настолько абсурдным, что они решат, будто выдумали эту историю… Но в данную минуту это волновало меня меньше всего.

Не мешкая, я влепила девчонкам по пощёчине.

– БЕГИТЕ! – крикнула я. – Нет времени объяснять. БЕГИТЕ!

Всё-таки они зашевелились и, спотыкаясь и пошатываясь, бросились в другой конец туннеля и вверх по лестнице.

Я же принялась шарить в рюкзаке в поисках ножниц и с мрачным видом повернулась к дракону.

Он к тому времени заполнил собой весь вход в подземный туннель. Поскольку голова его была слишком велика, чтобы протиснуться, он немного отпрянул и изменил тактику. Вместо гигантской морды сквозь густой туман пробился шипастый хвост длиной со ствол дерева. За хвостом последовало студенистое туловище – такие обычно бывают у обитателей морских глубин. Внутри, под шкурой, мелькали вспышки молний, в воздухе почти осязаемо висело зловоние, которое, казалось, вытеснило весь кислород.

Когда хвост принялся нащупывать меня, я закашлялась и отступила назад. Чешуя и шипы скребли по асфальту, неумолимо приближаясь. Видеть меня дракон не мог, однако надолго это его вряд ли задержит.

Мне очень хотелось оказаться как можно дальше от чудовища, но в этот момент кончик его длинного шипастого хвоста нашёл меня. Точнее говоря, он как хлыст на бешеной скорости пронёсся вперёд и разорвал на мне джинсы. Когда шип коснулся моей кожи, я едва подавила крик.

По ноге потекло что-то тёплое. Наверное, кровь, но я не стала тратить силы и время, чтобы это проверить: какой бы глубокой ни оказалась рана, сейчас это совершенно не важно.

Своего первого грозового дракона я убила в десять лет – раньше всех ведьм, когда-либо совершивших этот подвиг. В тот раз шторм застал нас с сёстрами врасплох, когда мы поднялись на поверхность моря. Помню, как без колебаний вонзила клинок-молнию прямо в раскалённое сердце чудовища. Я действовала наудачу, не размышляя.

Какая наивность! Я действительно поверила, что непобедима, – ведь все меня в этом убеждали. И что непогрешима. Сказочное дитя пророчества. От воспоминаний во рту стало горько.

Теперь-то понятно, что все ошиблись.

И сегодня, без единого клинка в руках, мне нужен другой план. Нужно как-то задержать дракона, хотя бы пока Вивьен и Мари не уйдут с линии огня (и желательно, чтобы при этом меня не съели).

Хвост дёрнулся в мою сторону, но на этот раз промахнулся на волосок – я вовремя отпрыгнула. Увы, передышка продлилась недолго.

Тварь снова потянулась ко мне.

Когда я нашла ножницы, то, не раздумывая, изо всех сил вогнала острые лезвия в чешуйчатое тело, но вместо того чтобы отступить, чудовище только разгорячилось. А нелепой атакой я выдала своё местоположение. Хвост дракона снова просвистел в воздухе, ударил меня по бедру, прижал к стене и стал тянуть ближе и ближе к туловищу. Показалась ещё одна порция острых как бритвы осколков. Я вскинула руки, чтобы хоть немного защитить лицо.

Грозовой дракон издал мощный боевой клич, от которого у меня чуть не лопнули барабанные перепонки. Судя по звуку, чудовище проголодалось.

Я заморгала, отчаянно оглядываясь в поисках выхода. Неужели это конец? Столько лет скрываться – и стать жертвой не наёмных убийц, а бродячего дракона-громовержца?! Без оружия и на суше?! Принцесса, которая уже в детстве прославилась искусством владения клинком?!

Пасть раскрылась шире, готовясь меня проглотить.

Нет! Не могу же я сдаться без боя, я должна… ну хотя бы попытаться, верно?

Да, рискованно, опасно и глупо, но у меня нет другого выхода.

Я не хочу умирать.

Осколки ракушек царапали лицо и руки, а хвост дракона держал меня так крепко, что едва не трещали рёбра.

Время пришло. Сейчас – или…

Смерть притаилась в тени, пытаясь сжать меня в когтистых объятиях. Уродливая и неумолимая, как громовой дракон.

Нет!

Я сделала вдох, который мог стать последним, и… сделала то, чего давно не собиралась делать.

Я запела.

Громкий чистый звук вырвался из моего горла так свободно, как если бы я не сдерживала его четыре года, пять месяцев и шестнадцать дней. Этот звук летел и раскрывался, как только что закинутая рыболовная сеть, отражаясь от стен туннеля, и, казалось, накрывал город и небо над ним трепещущей волной. Звук помчался по морю до самого горизонта. Это была не мелодия, не песня, не музыка в истинном смысле – это был зов.

И восточный ветер ответил.

Он всё ещё меня слушался!

Ветер возник из шелеста, который смешался с раскатами громового дракона и стал медленно нарастать. Проникнув в облако тумана, ветер завихрился, отталкивая драконью пасть. Потом старый друг, здороваясь, пробежал по моим растрёпанным волосам. На мгновение он заигрался с длинными прядями и дёрнул за мокрую куртку, словно хотел обнять. И задал происходящему свой тон. Мы запели дуэтом, наши голоса слились, заполнив туннель, и я смахнула слезинку. Длинные волосы окончательно перепутавшись, облепили меня, когда восточный ветер закружился, не давая дракону сдвинуть меня с места. Я откинула голову и на мгновение закрыла глаза. Глубоко вдохнув, чуть изменила тональность мелодии.

Восточный ветер мгновенно откликнулся и устремился к студенистому туловищу монстра. Огоньки под чешуёй вспыхнули, дракон потерял равновесие и зашатался. Смертельные когти и туман немного отступили, а шипастый хвост, обвивший мои ноги, ослаб достаточно, чтобы я смогла освободиться.

Ветер надолго не задержал бы громового дракона. Но я уже высвободилась и могла снова бежать.

Я побежала к выходу, к лестнице, по которой несколько минут назад поднялись наверх Мари и Вивьен. Может, мы спасёмся все втроём?

Позади восточный ветер ревел изо всех сил, пытаясь удержать дракона.

Но вдруг к его пению добавилось что-то ещё. Раздался странный треск, словно мы оказались в зоне напряжения, внутри грозовой тучи, которая вот-вот разразится молниями.

Я как раз добралась до нижней ступеньки лестницы, когда всё залило ослепительным светом, ярким и режущим глаза. Туннель затопило волной тепла.

Клинок-молния?

Громовой дракон издал пронзительный крик. Повеяло горелым, дурманящим запахом.

Я остановилась и оглянулась.

На другом конце пешеходного перехода появились двое – чародеи!

Двое мальчиков-колдунов, один из которых ещё не достиг и совершеннолетия. Ему было не больше тринадцати лет. У него было узкое лицо и бледная кожа – такая бывает, если долгие годы живёшь глубоко под водой. Мальчик подпрыгнул, держа в обеих руках по светящейся молнии, и ударил ими в ноздри дракона.

Тем временем второй колдун, гораздо выше ростом и более крепкий на вид, выхватил свой клинок из студенистого туловища – и сразу же нанёс новый удар: прямо в подрагивающее сердце. Громовой дракон взревел и издал ещё один крик, во все стороны полетели осколки раковин, а туннель затопило последней волной затхлого рыбьего духа.

Потом свет в туловище дракона померк. Туман медленно опускался на землю и стелился нам под ноги.

Дракон был мёртв, другой шторм побеждён.

Колдун осторожно вытащил из туловища дракона клинок-молнию, протёр его тряпкой и привычными движениями вложил в кобуру на спине. Очевидно, что делал он это не в первый раз и вряд ли был старше меня. На мой взгляд, ему было лет восемнадцать-девятнадцать, максимум двадцать. Похоже, он хорошо знал своё дело и возвышался над своим юным спутником на несколько голов. Волосы спадали ему на лоб тёмными волнами, словно их было так же трудно укротить, как мои, а его ботинки явно видали лучшие времена.

А когда он взял клинки-молнии у младшего парня и вытер их, я заметила, что его сильные руки подрагивают.

– Я же велел тебе ждать наверху! Для тебя это пока слишком опасно, – отругал он мальчика.

Но младший лишь пожал плечами:

– Тебе нужна была помощь, верно?

– Нет, – ответил тот. – И ты это прекрасно знаешь. Ты ещё не готов, Дамиан. Как твой учитель…

– Что этот зверь вообще здесь делал? – с искренним удивлением перебил его маленький мальчик.

Драконы не выходят на берег. Никогда. И я… чёрт возьми, неужели все духи моря меня оставили?! Почему я стою здесь, а не убегаю? Эти двое ещё не заметили меня.

Как ни глупо, колени у меня размякли, будто превратившись в медуз. Нестерпимо хотелось присесть.

Пока я пыталась заставить ноги вновь мне повиноваться, мальчишки-колдуны принялись осматривать лежащую перед ними тушу. Или то, что от неё осталось.

Морда грозового дракона была разбита и распадалась с бешеной скоростью. Повсюду были скользкие чешуйки, а хвост распластался в вонючей луже.

Другие исчезали так же быстро, как появлялись.

Без предупреждения. Не оставляя следов.

И всё же колдуны тщательно обследовали асфальт. Возможно, они искали подсказки, пытались понять, что привело чудовище в центр человеческого поселения.

Мне бы тоже хотелось это выяснить. У меня даже возникла мысль нагнуться и поднять одну из чешуек. Но в этот момент старший из парней оглянулся и окончательно вывел меня из странного оцепенения. До сих пор он не смотрел в мою сторону, но… Неужели я действительно сошла с ума, если так долго стою на месте?!

В то же мгновение я бросилась вверх по лестнице и, не оглядываясь, побежала по ступенькам, прочь от колдунов и всего, что осталось для меня в далёком прошлом.

Восточный ветер в последний раз потрепал меня за капюшон, но я так поспешно отослала его, что даже забыла поблагодарить за помощь.

По дороге я перепрыгивала через сломанные ветки и содержимое опрокинутых мусорных баков. Скорее бы вернуться домой! Я бежала изо всех сил, тротуар мелькал под ногами, а паника уже захлёстывала меня как средних размеров цунами. Да, к счастью, я осталась жива. Но… после долгих лет жизни без моих способностей… я ведь всегда придерживалась правила никогда не призывать магию, что бы ни случилось на суше.

Что я натворила?!

Да, когда-то я была принцессой волшебного народа. И очевидно, колдовские силы меня не покинули. Я всё ещё могу бороться, но это ничего не меняет.

Я больше не могу быть ведьмой.

В ночь катастрофы, в ночь побега, я раз и навсегда отказалась от своего настоящего имени и титула. Ундины Северины Маре, седьмой дочери седьмой королевы, ребёнка, которому когда-то была уготована великая судьба, больше не существует.

Я давно отреклась от магии и штормов.

И если я не хочу, чтобы меня обнаружили, всё должно остаться по-прежнему.

Глава 3. Восточный ветер

Иногда жизнь в общежитии бывает очень утомительной. Например, приходится придерживаться бюджета и соблюдать ещё около сотни правил. Но если старший группы, социальный работник, равнодушен к проблемам вверенных ему жильцов, в этом есть свои преимущества. До тех пор, пока я, согласно расписанию, прикреплённому магнитом к холодильнику, разгружала посудомоечную машину, не имело ни малейшего значения, насколько мокрой, грязной и израненной я прихожу домой…

Андреас даже не взглянул на мои порванные джинсы и синяк на левом бедре, когда я вечером прошлёпала через просторную кухню в свою комнату и вскоре после этого закрылась в ванной на целый час, чтобы не торопясь принять горячий душ.

Когда-то, в самом начале моей жизни на суше, мне приходилось спать под мостами и в подъездах многоквартирных домов, а днём попрошайничать на улицах. В результате меня забрал сотрудник Управления по делам молодёжи, дал мне имя Робин, заподозрив амнезию, и отправил в заведение для трудных подростков. Сначала меня поместили в совершенно переполненное общежитие, однако через несколько недель (когда стало ясно, что мне очень трудно найти свой путь в нормальной человеческой жизни) я попала сюда.

Городская администрация перестроила старый дом викария рядом с пляжем, разделив его на четыре квартиры и поселив в каждую по три девушки в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет. И мы неплохо ладили. Только сегодня всё как-то… немного смешалось. Но, возможно, это только кажется из-за моих натянутых нервов.

В общем, когда без четверти семь я приступила к своим обязанностям посудомойки, а потом накрывала на стол к ужину, из комнаты Луизы доносился громкий гангстерский рэп. Музыку заглушал лишь спор между Андреасом и Фионой, нашей третьей соседкой: они кричали друг на друга, стоя перед кухонным сервантом.

– Это несправедливо! – Фиона размахивала чайником, который должна наполнить. Она училась в одиннадцатом классе, как и я, и любила платья в стиле ретро и чёрно-белое кино. А, ну да, и вчера вечером её навестил незнакомец, оставшийся на ночь без согласия Андреаса.

– Джонас – любовь всей моей жизни! Ничто и никто не сможет разлучить нас.

Кстати сказать, Фиона явно имела склонность к мелодрамам.

– В таком случае, весь следующий месяц вы вместе с ним будете стирать на всех бельё – он ведь тебя не оставит, – предложил Андреас, почитатель дисциплинарных мер.

Ему было около пятидесяти, он проработал у нас социальным работником всего четыре недели и большую часть времени проводил в гостиной со своим смартфоном, набирая сообщения неизвестно кому (может, зависал в приложении для онлайн-знакомств?) и рвал на себе волосы, когда ему в очередной раз не удавалось правильно воспользоваться сенсорным экраном. С насиженного места на диване он вставал, только чтобы принять участие в совместной трапезе или ради выговоров (как сейчас).

– Стирать целый месяц?! – возмутилась Фиона, треснув чайником по столешнице.

Я молча расставляла тарелки и столовые приборы, надеясь, что ссора утихнет. Слово Андреаса было в нашем доме законом. И никакие протесты и обсуждения не помогут.

К сожалению, Фиона видела ситуацию по-другому. Когда через двадцать минут мы все вместе сели за стол, она всё ещё громогласно возмущалась. Тем временем мы с Луизой молча жевали бутерброды с сыром и старались не обращать на спорщиков внимания.

После столкновения с убийцами мобильных телефонов Луиза выглядела немного расстроенной. Похоже, разговаривать ей хотелось не больше, чем мне.

С этой точки зрения было очень удобно, что у всех свои проблемы, и никто, казалось, не заметил, как дрожит моя рука, когда я потянулась за ножом для сыра.

Встреча с грозовым драконом сильно меня встряхнула. Как безрассудно я призвала магию! Определённо, это самая большая глупость, которую я позволила себе совершить за последние четыре с половиной года. А если бы мальчишки-колдуны меня заметили? А вдруг они увидели меня или даже узнали? Хотя за это время я и перекрасила волосы в тёмный цвет, опасность ещё не миновала. И если моя семья когда-нибудь до меня доберётся…

Я сглотнула.

Те, кто совершил предательство под водой, не лелеют надежд на пощаду. Как бы я ни сожалела о том, что в день моего двенадцатилетия всё пошло не так, королева меня так и не простила. Даже с мужем, моим отцом, герцогом-изменником, она, как говорили, недолго враждовала.

Но что же, да помоги мне борода Нептуна, привело другого на сушу? На протяжении тысяч лет ведьмы делали всё возможное, чтобы защитить людей от этих чудовищ. В Средние века такие случаи бывали. И нередко. Погибло довольно много крупных торговых судов. Но в основном это происходило вдали от берегов, на морских просторах и…

– Робин? – голос Луизы вывел меня из задумчивости.

Я растерянно захлопала ресницами. Только сейчас я заметила, что Фиона и Андреас больше не спорят. Все собравшиеся за столом выжидательно смотрели на меня.

– Э-э… – протянула я. – Что вы сказали, простите?

Андреас вскинул брови:

– Я спросил, что ты делала после школы. Чем… ну… занималась? Новое хобби завела или что-то ещё?

– То есть? – не слишком остроумно переспросила я.

– Ты поздно вернулась домой. Попала под дождь, верно? – Андреас продолжал попытки завести беседу, но при этом явно поглядывал на свой мобильный телефон, делая вид, что одёргивает сине-зелёный узорчатый свитер (если Андреас действительно пытается завести знакомства в Интернете, надеюсь, на фотографии в онлайн-профиле он предстал в другом наряде).

Я снова моргнула. В последнее время наш социальный работник всё чаще пытался завести со мной этот странный, напускной светский разговор. Луиза предположила, что Андреас с моей помощью оттачивает искусство флирта (ну тогда ему ещё учиться и учиться!). Фиона, напротив, утверждала, что Андреас просто не способен к нормальному общению и что ему легче всего проявлять притворный интерес ко мне, самой молчаливой из нас троих.

Меня же эта болтовня просто раздражала.

– Ничего страшного. Видимо, ты снова замечталась о далёких мирах, верно? – Он искусственно рассмеялся и налил себе чаю.

– Извините, я очень устала. Очень плохо спала прошлой ночью, – солгала я и хотела вернуться к своему сэндвичу.

– Ага. – Андреас ещё раз многозначительно посмотрел на Фиону.

– Мы с Джонасом не так уж и шумели!

– Ну, разве что… – пробормотал Андреас.

Фиона поджала губы:

– Робин, мы ведь тебя не разбудили, правда?

– Нет, – сказала я. – Мне приснился кошмар.

На этот раз я всё-таки отодвинула тарелку.

* * *

Пульсация опять усилилась, как раз когда за окном завыл шквал, подозрительно похожий на восточный ветер. Добавьте к этому притяжение моря и тяжёлые воспоминания о детстве в далёком жестоком королевстве, которые упрямо пытались мною завладеть… Хватит, с меня достаточно. День выдался трудный, и у меня уходило слишком много сил, чтобы просто сидеть за столом и притворяться девушкой по имени Робин. Сердце забилось быстрее, и я почувствовала, что на лбу выступили бисеринки пота.

– Ты такая бледная – с тобой всё в порядке? – спросила Луиза.

Выражение лица Андреаса тоже изменилось. Он внимательно оглядел меня, словно гадая, кого я ухитрилась спрятать в своей комнате.

Или всё-таки заметил мой порез?

– Пожалуй, пойду прилягу. В ушах шумит. Давление, наверное. Можно мне уйти?

– Вообще-то… – начал Андреас, но Луиза его перебила:

– Я займусь посудомоечной машиной.

И это Луиза, которая обычно старалась избегать любой работы по дому! Очевидно, хотела отплатить за услугу.

– Ну ладно, но только на этот раз, – согласился Андреас.

– Спасибо, – пробормотала я и встала.

Широкими шагами я прошла по коридору к своей комнате. Пришлось приложить некоторые усилия, чтобы не бежать. Но даже когда я закрыла за собой дверь, заперлась на замок и опустилась на пол, прижавшись спиной к двери, сердце по-прежнему громко колотилось в груди. Как будто хотело ускакать галопом и убеждало меня бежать вместе с ним. Но куда мне бежать? Я сосредоточилась и стала как можно медленнее вдыхать и выдыхать. Вдох и выдох, и опять…

Я справлюсь, просто… мне нужно успокоиться и прийти в себя. Да, вот именно!

Ведь мы, ведьмы, когда-то жили среди людей, и это считалось вполне нормальным. Мы были людьми, даже если не хотели себе в этом признаваться. Людьми с магическим даром, защищающими урожай и управляющими погодой, но людьми. Мы ушли на морское дно лишь много позже, когда развилась цивилизация и те, кто не обладал магией, вдруг захотели точно объяснить каждое явление и управлять природой. Тогда нас стали выслеживать, пытать и сжигать на ужасных погребальных кострах.

И однажды предки моей семьи не увидели другого выхода, кроме как раз и навсегда увести наш народ в безопасное укрытие. Уйти в самое неисследованное из всех неисследованных мест на планете: вниз, в города морских глубин. Кардинальный, но необходимый шаг. Но, как я упоминала, даже по прошествии многих веков, за которые мой народ привык к жизни в убежище, к темноте, холоду и песне моря, ведьмы по-прежнему могут жить в мире людей.

Теперь это был и мой дом.

И встреча с грозовым драконом ничего не изменила. Если Мари и Вивьен действительно расскажут кому-нибудь, что видели, я пущу слух, что они были не в себе. Да и кто поверит в дракона!

Я сделала ещё один глубокий вдох и встала.

Надо поскорее забыть этот день. Да, надо просто перестать думать о случившемся и жить как прежде. Словно ничего и не было. Ха!

Как просто. Гениально. Не думать – и точка. Только так я могу сохранить своё инкогнито. Это единственный способ остаться в живых.

Собравшись с духом, я пошла в ванную, чтобы почистить зубы. Потом вернулась в свою комнату, переоделась в пижаму и легла спать. Перебирая в уме темы следующей контрольной по математике, я то и дело ловила себя на страшных мыслях, но математика была такой скучной, что я постепенно успокоилась…

Уже в полудрёме я вдруг вспомнила, что забыла покормить Бо. Застонав, я перекатилась на живот и нащупала под кроватью миску с золотой рыбкой. (По правилам нам не разрешается держать в общежитии домашних животных, но кроме Бо у меня от прошлого ничего не осталось, поэтому я не обращала внимания на глупые приказы.)

– Прости, – полусонно пробормотала я, нащупывая банку с рыбьим кормом. – Ты, наверное, голодный.

Бо немного сердито подплыл к стеклянной стенке. Вода перелилась через край, и на ковре появилось небольшое тёмное пятно.

– Я знаю, прости, – повинилась я, всё-таки найдя то, что нужно, и раскрошив несколько разноцветных хлопьев на поверхности воды. Задвинув маленький аквариум обратно в тайник под кроватью, я почти мгновенно погрузилась в море клубящихся запутанных снов.

Снов, в которых не было грозовых драконов.

Вот так.

Зато сны перенесли меня, как часто бывало, во владения моей матери. Я была в замке, дома, и шла по одному из длинных каменных коридоров, стены которого были украшены ракушками и окаменевшими останками причудливых доисторических существ. Коридор освещался люминесцентными медузами, плавающими в стеклянных шарах, развешанных на равном расстоянии друг от друга, и в этом свете перламутровый пол таинственно мерцал.

Как и в свой двенадцатый день рождения, во сне я надела сверкающую диадему. А ещё в честь праздника у меня на шее висел Амулет Ветров, некогда выкованный из металла первозданного котла богов. Когда я пробиралась мимо стражников к лестнице, ведущей в подземелье, как и тогда, моё платье подозрительно шуршало… Но сегодня это шуршание звучало как-то иначе, словно по истоптанным ступеням прошелестел не просто морской шёлк, но и… Может, мне слышался шёпот, гул и вой восточного ветра, который хотел меня предостеречь?

Конечно, мне показалось. Я помнила каждую подробность той ужасной ночи, и восточного ветра тогда со мной не было…

Я поспешила дальше, в темноту. Хотя этот сон снился мне уже много раз, остановиться я не могла. Как бы я ни старалась развернуться на каблуках своих бархатных туфелек спиной к подземельям и остаться принцессой, какой хотел видеть меня мой народ, – я не могла. Словно невидимые цепи тянули меня всё дальше вперёд и память о том времени меня не отпускала.

Наверное, что-то в самой глубине души заставляло меня снова и снова переживать самый тёмный час моей жизни. Теперь меня взялся изводить голос восточного ветра. Отлично!

Вот и сегодня я неумолимо пробиралась по лабиринту тюремных камер и караульных комнат, где не было ни медуз, ни других источников света. В душном воздухе витал запах отчаяния, а рёв моря звучал здесь странно: приглушённо и угрожающе.

Как ужасно провести всю жизнь в одной из этих камер!

Когда я в тысячный раз прошла мимо долговязого нового помощника тюремщика, который, тихонько похрапывая, дремал в углу тёмного коридора, у меня по шее поползли мурашки.

В конце этого длинного коридора заключённый, которого держали здесь несколько поколений моей семьи: он ждал освобождения…

То, что я тогда сделала, было несомненно предательством. И даже больше, чем просто предательством.

Но я не могла этого не сделать.

Поспешно подобрав юбки, чтобы они не шуршали, я ускорила шаг. Передо мной лежало запретное подземелье. Я достала Амулет Ветров и вставила его в первый из множества замков, в которых украшение поворачивалось как ключ. Пол под моими ногами уже дрожал.

Я ненавидела это чувство, ненавидела это воспоминание. Моё подсознание снова показывало мне всё в деталях: как я открыла дверь и освободила оракула. Как случайно активировала защитные проклятия её величества и запустила цепную реакцию, в результате которой половина подземелья превратилась в руины. И как Амулет Ветров каким-то образом затерялся в этом хаосе.

Во сне я сжимала талисман обеими руками, как будто ещё оставалась возможность вернуть его матери.

Внезапно раздался другой звук, которого раньше не было ни в одном из моих снов: это был удар, такой громкий, что я даже проснулась и, моргая в темноте, задрожала.

Я определённо проснулась в мире людей, а не в мрачном дворце Атлантиды. Я лежала в своей кровати в общежитии, это точно. Но почему было так холодно?

– У тебя всё в порядке? – окликнула меня Луиза из соседней комнаты.

– Да-да, всё нормально, – пробормотала я, всё ещё растерянная, замёрзшая и…

– Сильная гроза, правда? – не унималась Луиза. – У тебя ничего не разбилось?

– Э… – Я моргнула ещё пару раз, потом взглянула на окно и окончательно проснулась.

Вскочив с кровати, я перегнулась через подоконник во тьму, пытаясь ухватиться за ручку на оконной раме. Стёкла задребезжали, когда я с трудом вернула створку окна на место, а порыв ветра ещё раз попытался вырвать её у меня из рук.

– Ветер открыл окно, – объяснила я Луизе через стену. – Но я его уже закрыла. Всё в порядке.

– А говорили, что это я вчера шумела! – громко пожаловалась Фиона из соседней комнаты по другую сторону от моей спальни.

Вдруг распахнулась дверь, и Андреас посветил фонариком прямо мне в лицо.

– Что здесь происходит? – поинтересовался он.

Андреас заявился в полосатой пижаме и тапочках и был настроен очень решительно, намереваясь выгнать любого гостя мужского пола на улицу, под дождь.

– Извините, – пробормотала я. – Ветер. – Я кивнула на старинное окно, по которому хлестал дождь.

– Понятно. – Андреас всё же прошёлся лучом фонарика по комнате, заглянул во все углы и даже под кровать (к счастью, не в самый дальний угол, где стояла стеклянная плошка с золотой рыбкой Бо), а когда он ушёл, я в изнеможении откинулась на подушки.

Хотя бы из-за погоды можно не волноваться. Это всего лишь небольшая, в лучшем случае средняя гроза, такие в этой местности случаются часто.

Но в ту ночь ветер дул явно с востока, и в его шёпоте, гуле и завывании действительно слышалось что-то похожее на предупреждение.

Глава 4. Выкорчеванные деревья

На следующее утро я целых десять минут боролась со своими волосами. За ночь пряди так спутались, что я в очередной раз подумала, что, возможно, действительно стоит окончательно с ними расстаться. Я смотрела на своё бледное заострившееся лицо в зеркале в ванной, пытаясь завязать на затылке хоть подобие приличного хвоста.

Вообще-то я рыжеватая блондинка, но такой цвет волос слишком уж бросается в глаза. Яркая грива почти до бёдер, сияющая как маяк, наверняка вмиг привлекла бы внимание преследователей. Поэтому вскоре после прибытия на сушу я перекрасила не только шевелюру, но и брови в насыщенный чёрный цвет.

Тёмные волосы не слишком мне шли, из-за них я выглядела бледной, как ходячий труп, как мне иногда хотелось себя назвать. С другой стороны, если вернуть мой естественный рыжеватый цвет и подстричься покороче…

– Ты там надолго засела? – Луиза постучала в дверь ванной. – Скоро автобус, а мне нужно в туалет.

Вздохнув, я сдалась и отложила щётку для волос. Пока меня никто не узнаёт, не важно, как я выгляжу, верно? Я освободила место у раковины.

Вскоре вместе с Фионой и Луизой мы уже спешили к автобусной остановке в конце улицы. Никто из нас не любит рано вставать, и поэтому обычно в это время суток мы все не особо любезны. И тот факт, что автобус опоздал, настроение нам не улучшил.

– Отлично, и зачем только так торопились! – возмутилась Луиза.

Мы прислонились к стенке автобусного павильона. Пока Фиона не сводила глаз с экрана мобильного телефона, скорее всего, переписываясь с Джонасом (любовью всей её жизни и недавно назначенным помощником по стирке нашего грязного белья в следующем месяце), я скользила взглядом по туманной дороге впереди. Похоже, гроза ночью выдалась сильнее, чем я предполагала. На асфальте повсюду блестели лужи, а между ними валялись сломанные ветки. Неподалёку перевёрнутый мусорный бак перегородил проезжую часть, а рассыпавшийся мусор равномерно распределился по палисадникам по соседству.

– Возможно ли, что автобус не может проехать, – предположила я. – Дороги не слишком чистые.

И в самом деле, даже автомобили с трудом находили свободную полосу и проезжали мимо очень медленно.

– Хм, – задумчиво протянула Луиза и застегнула молнию на куртке. – Здесь всегда осенью такая ужасная погода? Или это связано с изменением климата? Я думала, что переезжаю на морской курорт…

– Не знаю, – соврала я, пожав плечами.

Конечно же, я точно знаю, какая погода была в этом городе в любой из дней за последние четыре с половиной года. Да, глобальное потепление уже давно не даёт покоя моей матери, но грозы и ливни, продолжающиеся чуть ли не по целой неделе, пока случаются редко. На море погода обычно меняется довольно быстро, ведь котлы чародеек довольно близко, и облака чередуются с солнечными вспышками почти каждую минуту, к тому же часто дует сильный ветер, но здесь, на суше… Никогда раньше не было так плохо. С тех пор как я встретилась с другим, у меня возникло ощущение, что что-то происходит. Что-то важное, связанное с ведьмами…

Когда с опозданием на четверть часа долгожданный автобус появился, мы быстро влезли в него и разместились между другими учениками. Но наша радость от появления автобуса быстро померкла – выяснилось, что внутри практически нет места.

В салоне было нечем дышать. Даже окна запотели. К тому же меня зажало между Фионой и парнем из баскетбольной команды, и даже будь окна чистыми, мне всё равно не удалось бы выглянуть наружу.

Оставалось смотреть в узкий проход между рядами сидений, где я заметила Вивьен и Мари. Обе казались довольно бледными и тревожно вздрагивали каждый раз, когда автобус останавливался или подпрыгивал (водитель явно с трудом ехал по привычному маршруту). Они были настолько поглощены своими мыслями, что даже не отобрали карманные деньги у сидящих рядом пятиклассников и не теребили их, требуя уступить места у окошка.

Когда Вивьен случайно взглянула в мою сторону – мы уже почти доехали до школы, – она побледнела ещё сильнее и схватила Мари за руку, надеясь на её защиту. Опустив головы, девчонки прошли мимо меня по улице, и я подумала, а не догнать ли их, чтобы рассказать какую-нибудь пустяковую историю. Например, про галлюциногенные сигареты, которые я якобы подсунула им вчера, или что-то в этом роде.

Но потом я повернула за угол – и, совершенно забыв о Мари и Вивьен, просто остановилась от удивления. Рядом стояли мои растерянные одноклассники, застывшие у ворот школы.

Перед нами предстала картина полного опустошения. Очевидно, школьный двор оказался центром бури.

Повсюду валялась разбитая черепица с полуразрушенной крыши, бесчисленное множество выкорчеванных деревьев валялось друг на друге как палочки из игры «Микадо». Кое-где торчали части оконных рам и сорванные с петель двери. Кто-то, вероятно, школьный сторож, оцепил всю территорию красной и белой лентой с флажками. На ленте висела табличка с сообщением о том, что занятия, к сожалению, придётся отменить до дальнейших распоряжений и что секретарь разошлёт соответствующие оповещения родителям учеников.

Вдалеке слышалась сирена, постепенно становящаяся всё громче.

– Может быть, что-то взорвалось, – предположил мальчик с наушниками в ушах и жевательной резинкой во рту, стоящий в середине кучки шестиклассников, столпившихся у ленты с флажками. – Потрясно! Тут не одну неделю убирать будут.

– Интересно, а купание в Зюдбаде теперь тоже не состоится? – поинтересовалась девушка слева от него, размахивая спортивной сумкой.

– Неисправная газовая труба? – размышлял тем временем другой мальчик. – Или гроза так разбушевалась?

Я кивнула.

– Никогда и не подумаешь, что гроза может натворить такое, правда? – пробормотала я скорее себе, чем озадаченным одноклассникам. Я была не в силах оторвать глаз от разрушений. Невероятно! Неужели со вчерашнего дня весь мир перевернулся? В любом случае, эти деревья не были вырваны из земли мощным порывом ветра. На стволах виднелись вмятины – судя по всему, следы чьих-то лап, следы… когтей!

– Всё ясно, – со вздохом сказала Луиза. – Если поторопимся, успеем на автобус через две минуты. – Фиона уже давно попрощалась с Джонасом, и Луизу тоже ничего не задерживало на этих руинах. – Как насчёт второго завтрака, а потом поспать? – зевнула она и попыталась потянуть меня за собой.

Но я не двинулась с места. Не двинулась я, даже когда прямо позади нас остановилась пожарная машина и команда, вооружённая бензопилами, принялась разгонять зевак.

– Хочу побыть на свежем воздухе, – объяснила я Луизе. – Ты поезжай, а я пройдусь, ладно?

Луиза вскинула брови, словно хотела что-то спросить. Наверное, я была ещё бледнее, чем обычно. Но потом она кивнула и оставила меня.

– До скорого, – сказала она. – Позвони, если у тебя снова закружится голова или ещё что-нибудь случится. – И она исчезла в толпе моих одноклассников, которые двинулись к двум разбитым автобусным остановкам за углом.

А я обернулась к неописуемой картине разрушений.

На асфальте школьного двора зияли глубокие царапины, и даже стена фасада слева от главного входа была частично пробита. Глубина и ширина царапин слегка различались, как будто здесь потрудились несколько грозовых драконов. Два, три, а может быть, даже четыре, размышляла я, наклонившись над заградительной лентой и щурясь, чтобы получше рассмотреть борозды.

– Девушка, приказ и вас касается, – оторвал меня от размышлений один из пожарных. Я оглянулась – и оказалась лицом к лицу с внушительным мужчиной средних лет. – Здесь небезопасно. Крыша может обрушиться в любой момент, – объяснил он. – Так что вам пора. Да и нам нужно свободное место для работы.

– Да-да, – ответила я. – Извините. Я сейчас…

Моё бормотание заглушил рёв бензопилы, и я отошла от ограды на несколько шагов. На мгновение я даже притворилась, что тоже собираюсь пойти на автобусную остановку… Бросив взгляд через плечо, я убедилась, что пожарный за мной не идёт и не смотрит мне вслед. В следующее мгновение я метнулась в прогалок между двумя одинокими (и фактически превратившимися в металлолом) машинами на учительской парковке. Через треснувшее ветровое стекло я наблюдала, как одни пожарные разгружают оборудование и устанавливают предупреждающие знаки, а другие пытаются пробиться на спортивную площадку, прорубая себе путь бензопилами.

Вскоре следов ночной грозы не останется, а значит, мне надо запомнить всё, как есть сейчас. Одной рукой я затянула завязку, придерживающую безнадёжно растрепавшийся хвост на затылке, а пальцами другой провела по глазам, будто стирая картину ужасного хаоса и пытаясь избавиться от кошмара. Однако я поморгала, но всё осталось как прежде. Повсюду были следы бесчинств грозовых драконов. Точнее – разъярённых грозовых драконов.

Что бы ни происходило в царстве ведьм, но если чудовища забрались так далеко и никто их не остановил, значит, дело плохо. Плохо и опасно. Возможно, моя игра в прятки на суше тоже станет опаснее?

Я выдохнула. Уж если грозовые драконы появились на суше, в человеческих владениях, о покое и безопасности можно забыть. Особенно таким, как я. Если мне хочется и дальше жить инкогнито, нужно срочно выяснить, что происходит. Вдруг придётся приспосабливаться и защищаться своими силами…

Приседая, я прокралась между машинами и юркнула в узкий проход между зданием школы и спортивным залом. Здесь был ещё один вход, который вёл в кабинет секретаря и учительскую. Если идти дальше, попадёшь прямо на школьный двор, причём с противоположной стороны от пожарных, которые прокладывали себе путь к зданию.

В проходе повсюду валялась черепица. Не говоря уж о деревьях и обломках разбитого стола для пинг-понга. Я продвигалась медленно, приходилось пригибаться и карабкаться, перелезая через кучи мусора, и я исцарапала руки о камни и обломки ветвей. Ещё я часто останавливалась, чтобы тщательно рассмотреть следы грозовых драконов.

Обнаружились не только царапины, но и отметины когтей на асфальте, словно расплавленном от жара молний. Господи, это же… след зубов… на трибунах на спортивной площадке? И почему, ради всех священных котлов, футбольное поле так перерыто, будто там веселились кроты размером со слонов?!

Я слышала, что грозовые драконы порой живут в открытом море целыми стаями. Но судя по пришкольной территории, чудовища не просто заглянули к нам отдохнуть – нет, следы говорят совсем о другом. И хотя я ничего не понимала, не имела ни малейшего представления, что всё это значит, одно бросалось в глаза: здесь была большая драка.

И это напугало меня до смерти.

Приблизившись, я увидела, что трибуны с сиденьями для зрителей на краю спортивной площадки не только отмечены следами укусов, но местами полностью снесены. Здесь грозовые драконы, похоже, цеплялись за деревянные скамьи. Сиденья едва виднелись, даже бетон под ними во многих местах был вырван из креплений. Но что заставило драконов здесь всё разрушить? Бесились ли они в припадке безумия или что-то искали?

Движение я заметила сначала лишь краем глаза. Слева кто-то шевелился, примерно на полпути вверх по горе обломков, которая когда-то была Западной трибуной. Деревянные обломки трескались, куски бетона со стуком сыпались вниз. Этот кто-то был больше похож на человека, чем на грозового дракона.

И всё же мне сразу же захотелось сбежать.

Ничего не видя, я крутанулась на месте и бросилась обратно в проход между зданиями, под защиту стен. Там я глубоко вдохнула, осторожно заглянула за угол – и узнала мальчика, которого видела вчера. Это был меньший из двух колдунов, убивших грозового дракона. Он выполз из-под груды обломков: волосы в пыли, одежда на тощем теле висит клочьями, а откуда взялись тёмные пятна на ткани, я даже предполагать не хотела. Застонав, мальчик тут же схватился за один из крупных обломков и попытался сдвинуть его с места, но безуспешно.

Возможно, то, что искали грозовые драконы, всё ещё здесь?

Колдун изо всех сил тянул и тянул за то, что, возможно, когда-то было частью бетонных ступеней в центре трибуны. Его лицо под слоем грязи покраснело от напряжения.

– Ну, давай! – прохрипел он. – Давай! – Его голос, казалось, принадлежал совсем маленькому мальчику. Спустя некоторое время его рычание сменилось сердитыми всхлипами.

Наблюдая за ним, я не могла не выйти из укрытия и не подобраться поближе. Малыш всё равно стоял ко мне спиной, а я просто обязана выяснить, что именно он задумал. Он же колдун – так вызвал бы, что ли, ветер, чтобы сдвинуть тяжёлый обломок. Но он этого не сделал. А лишь боролся всё отчаяннее.

– Пошевеливайся, – ворчал он на бетонную глыбу. – Чёрт! Держись, Аарон! Я тебя вытащу. Только дыши, хорошо?

Аарон? Второй колдун, тот высокий темноволосый парень? Его засыпало обломками?

Как всегда, когда в опасности оказывались другие, где-то внутри меня будто щёлкнул выключатель, и все мои доводы, все взвешенные решения улетучились в мгновение ока. Так я не раз попадала в беду. Пора бы уже научиться на собственных ошибках…

– Тебе помочь? – услышала я в следующую секунду свой голос.

Мальчик обернулся.

– Да, пожалуйста! – воскликнул он. – Помогите мне, если можно! Моего друга завалило.

Подобравшись к мальчику, я разглядела среди щепок и обломков прядь тёмных волос. Да, это явно был второй колдун, никаких сомнений. И, похоже, он был ранен, потому что вокруг пряди растеклась скользкая красная лужица.

– Он в сознании? – спросила я, обхватив кусок бетона.

– Нет. Но ещё дышит, – сказал мальчик. – Ну я на это надеюсь, – мрачно добавил он.

– Понятно, – сказала я. – Готов? Тогда на счёт «три»! Раз, два, три!

– Три! – подхватил мальчик.

Вместе нам удалось немного приподнять обломок бетонной ступеньки и стащить его с груди Аарона. Мы увидели исцарапанное лицо, покрытое толстым слоем пыли. И кровь. Рубашка колдуна была разорвана, а на мускулистом плече виднелись глубокие следы зубов. Из раны сочилась кровь, и с каждым ударом сердца её становилось всё больше. Судя по всему, один из драконов всё-таки добрался до этого колдуна. Чудо, что он вообще остался жив (и что его рука всё ещё прикреплена к телу). Его грудь действительно вздымалась и опускалась, и, кроме раны от укуса, других повреждений я не заметила.

– Я вызову скорую, – сказала я, доставая мобильный телефон.

Старый аппарат, с откидным экраном и кнопками. Простая конструкция, но мне потребовалось довольно много времени, чтобы вспомнить, как он работает. Современные технологии в мире людей приводили меня в такой же ужас, как и бесконечно высокое небо. Просто непостижимо. Я уставилась на дисплей, пытаясь вспомнить, как разблокировать эту чёртову штуку.

– Нет, – сказал малыш. – Спасибо, я сам о нём позабочусь. Он… не любит больниц.

– Но рану обязательно нужно обработать, – пробормотала я, не отрывая взгляда от мобильного телефона. Сначала нажать на ромб или… Я тоже сомневалась, что в человеческой больнице знают, как лечить укус грозового дракона, но никому не могла сказать, что знаю, кто эти мальчики и что драконы существуют.

А может, кто-то из докторов всё-таки что-то знает о таких ранах и сможет добыть застывшую морскую пену? В любом случае, я и так зашла слишком далеко, даже заговорив с малышом. Что бы ни случилось, пусть думает, что я обычная девушка, а люди в таких ситуациях всегда вызывают скорую помощь.

– Пожалуйста, не надо. – Мальчик-колдун положил грязную ладошку на мою руку. – Я сам справлюсь, обещаю.

Я внимательно посмотрела на него. В его глазах мелькали панические искорки, но он изо всех сил закусил губу, чтобы скрыть тревогу. Между передними зубами у него была небольшая щербинка, через которую он с облегчением выдохнул, когда я закрыла телефон и положила его в карман.

– Вы учитесь в нашей школе? – спросила я, продолжая притворяться наивной девушкой. – Что вообще произошло?

– Мы здесь, чтобы… ну, вообще-то, чтобы… – Мальчик откашлялся. – Мы приехали в город и всю ночь провели под дождём, – объяснил он, начав освобождать неподвижно лежащего друга от обломков дерева. – Встретили знакомых, случайно, а потом, к сожалению, нас застала врасплох эта… э-э… другая… э-э… я имею в виду – эта ужасная буря.

Я кивнула. Очевидно, он провёл маловато времени на суше и не привык общаться с людьми. Я стянула через голову тонкий джемпер и протянула ему:

– Попробуй перевязать им рану, нужно остановить кровь. А возле старого маяка есть больница: говорят, хорошая. Может, передумаешь?

При слове «маяк» выражение лица мальчика изменилось. В его круглых карих глазах вспыхнула надежда:

– Хорошо, я отведу Аарона в ту больницу. Спасибо за помощь, человеческая девушка.

Я пожала плечами и притворилась, что не расслышала, что он назвал меня «человеческой девушкой»:

– Не за что. А можно спросить, с какими знакомыми вы встречаетесь посреди ночи в нашей школе?

– Ой, ну… с разными…

Аарон застонал. Его веки дрогнули, а кисть здоровой руки дёрнулась, словно он хотел дотянуться до невидимого лезвия клинка-молнии.

– Драконы, – хрипло прошептал он. Маленький волшебник кашлянул, но Аарон продолжил: – Дамиан, помоги мне, поторопись. Мы должны остановить драконов…

– О, отлично. Он приходит в себя, – слишком громко сказал мальчик. – Теперь мы… э-э-э… и правда справимся без тебя.

Он встал перед другом, чтобы загородить мне обзор.

С одной стороны, разумнее было бы уйти как можно скорее – прежде чем я проболтаюсь, или кто-то из них вспомнит коварную принцессу с бледным лицом… Но с другой – они считают меня обычной человеческой девушкой, верно? Так почему бы не задержаться на минутку и не задать парочку невинных вопросов. Эти парни сражались с чудовищами и… обратили их в бегство? Им наверняка что-то известно!

– Так гроза застала вас внезапно, или… – начала я.

– Мы попали в засаду, – пробормотал красавчик и закашлялся. – Вообще-то мы охотники за штормами. Направлялись за сотней клинков-молний. Но вчера в центре города обнаружили эту стаю грозовых др…

– Господи, он бредит! – перебил товарища Дамиан. – Похоже, бетонная ступенька ударила его по голове.

Аарон затуманенными глазами посмотрел на меня из-за ног малыша и вроде бы попытался подмигнуть:

– О, привет! Мы с тобой уже встречались, верно?

– Нет, – отрезала я. – И кстати, это самый избитый способ познакомиться.

Он закрыл глаза и слабо улыбнулся:

– Точно, мне сейчас нужно думать совсем о другом. Например, вспомнить, что без замёрзшей морской пены я скоро истеку кровью. Или хотя бы подумать о том, кто ставит на пляже приманки для драконов…

– Приманки для драконов?! – воскликнула я, в то время как Дамиан одновременно крикнул «Аарон!» и ткнул друга в бок:

– Она человек!

Приманка для дракона. У меня закружилась голова. Конечно же я об этом слышала. Когда-то наши предки использовали их, чтобы заманивать стаи в море. А теперь кто-то сделал всё наоборот и напустил чудовищ на город? Кто мог совершить такой ужасный поступок? Зачем? И если я правильно помню, для того чтобы сделать такую приманку, нужно принести не одну кровавую жертву…

Аарон попытался подняться.

– Чёрт возьми, тебе не кажется, что мне и так здорово досталось? – огрызнулся он на Дамиана, потирая правый бок.

– Просто помолчи! Она не из наших и…

– Нет?

– Вообще-то я понятия не имею, о чём вы говорите, – поспешно подтвердила я. – Кроме того, мне нужно идти: мой… ну, мой автобус скоро придёт. – Я хотела повернуться, чтобы уйти, но что-то в выражении лица Аарона меня остановило. Неужели в его глазах мелькнули весёлые искорки? Когда он улыбался, его лицо становилось слегка асимметричным, менее совершенным, но более открытым. «Какая у него очаровательная ямочка на левой щеке», – я тряхнула головой, чтобы отогнать эту глупую мысль.

– Вот что. – Аарон откашлялся. – Если бы я не валялся здесь полумёртвый, то придумал бы для знакомства что-нибудь поинтереснее, – сказал он, крепче прижимая здоровой рукой мой джемпер к ране. На мгновение показалось, что он с трудом держится, чтобы не потерять сознание, но потом самообладание к нему вернулось. – Но если серьёзно, мы ведь действительно уже встречались? – спросил он, прерывисто дыша.

Он больше не улыбался.

Я безотчётно отступила на шаг.

– Извините, наверное, это какая-то ошибка, – пробормотала я.

Чёрт, чёрт, чёрт! Как же так?! Четыре с половиной года я так идеально скрывалась – а теперь за два дня всё испортила?! Ну да, выбирая место, где спрятаться, я не могла предположить, что подобные бури когда-нибудь обрушатся на материк, но…

– Вчера в переходе это ведь ты была на лестнице? – нахмурился Аарон. – Почему ты убежала? Нам бы пригодилась твоя помощь. У того монстра, как видишь, были друзья, которые оказались совсем не рады…

– ОНА НЕ ВЕДЬМА! – крикнул Дамиан, всем своим видом показывая, что хотел бы вырубить своего друга, осмелившегося на такие разговоры. Но он не стал этого делать, потому что тогда Аарон уже вряд ли пришёл бы в себя.

– А как же в таком случае она повелевала восточным ветром? – продолжал допытываться Аарон.

Нет! Я попятилась назад, подальше от этих двоих. Надо уходить, иначе мне не спастись. Если они поняли, какой силой я обладаю, значит, вскоре догадаются, и кто я такая. Разве не так?

– Что? – переспросил Дамиан. – Это она вызвала ветер?

– Я его точно не звал, а ты…

Дамиан хмыкнул.

– Извините, но я ничего не понимаю… – соврала я скорее плохо, чем убедительно. – Ладно, с меня хватит. Сходите в больницу и обработайте рану. – Я повернулась, чтобы уйти.

– Подожди! – крикнул Аарон. – Ты уверена, что тебе сегодня ничем по голове не прилетело? Я же знаю, о чём говорю. Я видел тебя вчера, а сегодня ты снова появляешься там, где порезвились другие. Скажешь, совпадение?

– Я… нет… я… – заикаясь, выдавила я. И бросилась бежать мимо остатков трибун обратно в проход между зданиями. Это было уже слишком. Слишком опасно. Что на меня нашло?! Нельзя было с ними разговаривать!

С колдунами! С моим народом! Наверное, я сошла с ума.

– Кто ты? – продолжал допытываться Аарон, но Дамиан уже склонился к нему.

Я повернула за угол спортивного зала, и брошенные вдогонку слова затерялись в рёве бензопил, повсюду прогрызающих себе путь через завалы. Шум продолжал нарастать с каждым моим шагом, пока я не добралась до учительской парковки и не обнаружила там целую толпу пожарных.

Я чуть не сбила с ног парня, который уже прогонял меня от главного входа.

– Что за чёрт, мне казалось, я ясно выразился! – крикнул он мне. – Девочка, иди отсюда!

– Понятно, – вздохнула я и помчалась по улице так быстро, словно от этого зависела моя жизнь.

К сожалению, вероятность того, что всё обстоит именно так, была очень велика.

Глава 5. Танцующие волны

Казалось бы, Фиона, Луиза и я вполне способны провести утро без присмотра. Ведь мы уже не дети. И уж точно не умерли бы от скуки, если школу отменили. У меня дома, на дне моря, мы бы уже считались взрослыми и не ходили бы ни в какую школу. Ведьмы старше двенадцати лет ни о какой помощи и поддержке взрослых даже не заикались. Зачем нам это? Мы были в состоянии сами о себе позаботиться.

Люди, которые во многом мыслят иначе, чем ведьмы, считают по-другому. Особенно Андреас, которому нравится заставлять нас делать то, чего мы не хотим.

– Ох, но почему именно настольные игры? – ворчала в гостиной Луиза, когда я вошла. – Разве мы не можем просто разойтись по комнатам? Или посмотреть какой-нибудь фильм? Я ненавижу игру «Не ссорьтесь».

– Тогда сыграйте в карты. – Андреас бросил на низкий журнальный столик колоду игральных карт. Развалившиеся на диване Луиза и Фиона даже не пошевелились. – Давайте несколько раундов «Мау-Мау»! Я что, слишком многого прошу?

– Да, слишком многого, – пробормотала Фиона. Она держала в руке мобильный телефон, её взгляд был прикован к экрану.

– Луиза, ты сдаёшь. И хватит спорить. О, Робин, а вот и ты! Садись, – Андреас указал на кресло напротив себя.

– Спасибо, нет, – проворчала я и повернула к своей комнате.

– Это не обсуждается.

Я вздохнула. Грозовые драконы крушат город, а колдун понял, кто я! У меня не было сил играть в глупые игры.

– Извините, но у меня есть проблемы, – сказала я и вышла из комнаты.

Андреас громко ахнул мне вслед.

– Это ещё что, чёрт тебя побери… – начал он, но я не остановилась и решительно зашагала по коридору.

Возвращаясь со школьного двора, я подумывала о том, чтобы забрать вещи, взять миску с золотой рыбкой и топать прямиком на вокзал, откуда первым же поездом уехать из города. Да, получить другие человеческие документы будет непросто. Вероятно, мне снова придётся побыть бездомной. Поэтому я пока ничего окончательно не решила.

Но вспоминая, как смотрел на меня Аарон, и что он говорил о восточном ветре… стоило ли рисковать и оставаться здесь, у моря? Был ли ещё шанс сохранить маленький безопасный мирок, который я с таким трудом создала? Или пришло время двигаться дальше? Могу ли я позволить себе уехать, когда ужасные монстры, другие, выходят из моря и угрожают людям на суше? Нет, нужно посидеть в тишине и покое, чтобы всё взвесить. Нужно отдохнуть и обо всём подумать. Безо всяких глупых воспитательных мер.

Однако подойдя к двери в комнату, я лишь тщетно подёргала ручку.

– Андреас запер комнаты! – крикнула Луиза из гостиной, и теперь ахнула я.

Как глупо получилось.

Я вернулась к остальным.

– Можно мне попасть в спальню? Пожалуйста? – раздражённо спросила я.

– Извините, но на повестке дня личное общение, и это обязательно, – Андреас самодовольно усмехнулся. – Я предоставляю вам возможность провести полчаса друг с другом, а не со своими смартфонами.

Ха, так и сказал! Не удержался! Я сжала кулаки, прикрыла глаза и глубоко вдохнула.

– У меня нет смартфона, – тихо сказала я. – Мне правда очень нужно побыть одной и принять решение… очень важное.

– О? – Андреас вскинул брови. – Решение связано с мальчиком? Ты влюблена! – театрально вздохнул он.

– Нет, – сказала я, закатывая глаза и опускаясь в кресло. Я бы с удовольствием сбежала в ванную и захлопнула за собой дверь. Меня так и тянуло вырваться из квартиры и бежать как можно дальше. Такое поведение соответствовало бы моей роли трудного подростка…

Глупо терять самообладание, особенно когда ситуация требует предельной осторожности. Да я и не из тех, кто устраивает сцены, а скорее из тех, кто годами совершенствовал способности оставаться незамеченной. Только так я могла приспособиться к жизни на суше…

Здесь всё было не так, как в моём детстве. Чем больше проблем создаёт человек, тем больше вопросов ему задают люди…

– Я… хорошо, я… – Я закрыла глаза и выдохнула. Проклятое общежитие и общение с себе подобными! – Тогда я всё решу позже, – смирилась я, взяла карты и начала тасовать.

Только примерно через час Андреас всё же оставил нас в покое.

– Ну вот видите, весело же было, правда? – спросил он, вручая каждой из нас ключ от комнаты, как если бы это был приз.

В ответ Луиза подавила зевок, а Фиона бесшумно вышла из комнаты. Я тоже встала, но за это время мои планы изменились. Честно говоря, принудительный раунд «Мау-Мау» оказался не таким уж кошмарным. Во время игры мы почти не разговаривали, а в повторяющемся выкладывании и вытягивании карт было что-то успокаивающее. Мне удалось отвлечься, и это, возможно, и спасло меня от поспешных решений.

За последний час мой личный уровень паники даже почти вернулся к обычным показателям. Ну вот, у меня есть жизнь на суше, в которой я могу играть в «Мау-Мау» и спорить с несимпатичным социальным работником! Разве я не просто Робин, обычная городская девушка? Дамиан ни на секунду в этом не усомнился. Ведь так? Он поверил моим наивным ответам на сто процентов.

И даже если Аарон и заметил во мне что-то от ведьмы, он был ранен и наверняка очень слаб. Ведь парень потерял много крови и пролежал полночи под бетонным блоком. Думаю, ему здорово досталось по голове. В свете всего этого он, скорее всего, уже давно обо мне забыл. К тому же мы всё равно больше никогда не увидимся.

Поэтому, как только Андреас нас отпустил, вместо того чтобы броситься в свою комнату и вытащить всё из шкафов, я взяла из миски на серванте яблоко, а с вешалки в коридоре шарф и направилась к входной двери.

– Ну и?.. – вопросительно пробормотал Андреас. – Я думал, ты ляжешь и будешь писать грустные любовные стихи.

– Передумала, – пожала я плечами. – Ты же знаешь, у нас, подростков, настроение меняется практически каждую минуту.

– Ха-ха, – выдавил Андреас и забарабанил пальцами по экрану мобильного телефона, а я вышла на лестничную площадку.

Снаружи снова моросил дождь, а ветер дул с северо-востока. Но это меня почти не беспокоило. Я надкусила яблоко и пошла по песчаной дорожке, которая вела от дома бывшего викария через дюны к пляжу. Грохот волн, как всегда, звучал музыкой для моих ушей, а сладкий сок яблока успокаивал.

Хотя ноябрьская погода не располагала к прогулкам босиком, я сняла туфли и чулки ещё до того, как показалось море. Последнюю часть извилистой тропинки я пробежала по деревянным доскам и островкам травы. А потом утонула по щиколотку в песке, глядя на серо-стальные волны океана.

Дом.

Запах соли и морских водорослей щекотал нос, а крошечные капельки морских брызг летели в лицо. Я поспешила к воде. Как всегда, море манило, словно призывая броситься в волны. Прямо сейчас. В джинсах и куртке, хотя вода, наверное, ледяная.

Всякий раз, когда я видела море, у меня возникало ощущение, что стоит только захотеть – и я дотянусь до куполов над городами моей матери в таинственных, мерцающих глубинах. Это, конечно, не так. Подводные дворцы возвели очень далеко от побережья, хорошо спрятали в каньонах и впадинах морского дна, а путешествие в Атлантиду занимает несколько дней даже на лучших лодках-котлах. Однако пляшущие здесь на песке приливы и отливы касаются и скал, кораллов и раковин в подводном королевстве, а волны, пробегавшие над стеклянными куполами над головами моих сестёр, теперь дерзко ощупывают кончики пальцев моих ног.

В холодной воде моим усталым ногам стало легче. Мы остались людьми, но наши колдовские тела веками медленно приспосабливались к жизни под водой. Сработали законы эволюции. Да, изменения были крошечными, едва ли заслуживающими упоминания, но всё же заметными: из поколения в поколение холод и темнота пугали нас всё меньше, давление воды уже не причиняло боли телу. Наоборот: если мы слишком долго оставались на суше, наши ноги начинали кровоточить, потому что кожа стала слишком тонкой и нежной.

Поэтому я так часто натираю пятки и ступни. Словно хожу только в новых жёстких туфлях, хотя на самом деле признаю лишь хорошо разношенные кроссовки. Как я уже говорила, ничего страшного, жить можно. Но так приятно пройтись по набегающим на песок волнам!

Закатав штанины, я медленно шла вдоль берега в сторону от города. Позади, где дюны поднимались к скалистым утёсам (и, к счастью, за пределами видимости), стоял старый маяк. Может быть, Аарон и Дамиан сейчас там, торгуются за ракушку, полную застывшей морской пены… Если они не глупы, то скрыли от торговцев ранение Аарона, чтобы те не догадались, как отчаянно колдун нуждается в лекарстве. Но поскольку эти двое называют себя ловцами бурь, то, вероятно, понимают, как себя вести в таких случаях.

А я знаю, как оставаться незамеченной.

Волны плескались у щиколоток, а пальцы ног с каждым шагом погружались в скользкую смесь мокрого песка, водорослей и осколков ракушек. Я жадно втягивала в лёгкие морской воздух и чувствовала, как с каждым вдохом утихает буря моих страхов и мыслей.

Пожалуй, я никуда не поеду.

Вода вокруг блестела под рассеянными лучами солнца, которые пробивались сквозь густые облака, словно одобряя моё решение.

Нет, опасность никуда не делась. Впервые за годы на суше я призвала магию – и зря! Непростительная глупость, нарушение самого важного правила. Но сколько я ни раздумывала, мысль снова всё бросить и бежать пугала почти так же, как возможная встреча с родственниками, которые вдруг обнаружат меня в этом городе. К тому же… Сегодня впервые после побега из дворца я разговаривала с себе подобными. Двое колдунов смотрели мне в лицо, находясь совсем близко, на расстоянии вытянутой руки. Но ни один из них не узнал во мне Ундину, седьмую принцессу.

* * *

Чудо из чудес – но вдруг со временем я просто поддалась паранойе? Во всяком случае, учитывая моё прошлое, в этом не было бы ничего удивительного.

Я поднимала всё больше брызг, шагая бодрее, как будто с моих плеч внезапно свалился груз. А всё потому, что во мне совершенно неожиданно росла надежда.

До сих пор я считала, что даже с новым цветом волос и с тем, что за последние несколько лет я выросла примерно на тридцать сантиметров, мне не удастся никого обмануть. Ведь моё лицо давно отчеканено на каждой подводной монете. Но я, видимо, изменилась сильнее, чем мне казалось, и, возможно…

Что-то острое ткнулось мне в правую пятку.

В испуге я отпрыгнула, но слишком поздно: кровь на мгновение окрасила воду в красный цвет, мои нежные подошвы горели, несмотря на прохладное море, а рассмотрев то, что торчало передо мной из прибрежного ила, когда прибой отступил, я вздрогнула. Мне вдруг стало холодно, и этот холод не от воды и не от ветра проникал до костей.

На первый взгляд это что-то можно было принять за пучок морских водорослей с ракушками и щепками от коряги. Люди, скорее всего, просто прошли бы мимо. Но водоросли не просто запутались, влекомые к берегу течением, – они были очень аккуратно завязаны в узел. Семь раз по семь узлов – готова спорить, даже не считая. И это были не ракушки или кусочки дерева, которые кто-то нанизал на петли растений как бусинки, а кости. Много костей разного размера, длинных и коротких, все отполированные и заострённые словно иглы.

Острые, как зубы грозового дракона.

Я сглотнула и сделала ещё шаг назад.

Приманка. Значит, колдуны не солгали. Кто-то специально пытался выманить других на берег!

Совершенное безумие.

В истории ведьм, управлявших погодой, такого прежде не бывало!

Кто мог нарушить высший закон нашего народа и сознательно подвергнуть людей опасности?! Кто отважился на семь раз по семь жертв… Магия крови была запретом, считалась тёмным и опасным колдовством. С её помощью можно было плести мощные заклинания, ведь кровавые жертвы усиливали врождённые способности ведьмы. Но заклинание действовало, только если колдун был готов расплатиться жизнями нескольких морских существ. Умертвить их. Чем крупнее были существа, тем мощнее получался выброс магии.

Меня затрясло от страха, а приманка так и лежала передо мной на песке, невыразимо мерзкая, уродливая и опасная.

Её нужно уничтожить. Немедленно!

Нет. Я вздохнула. Ничего не получится. Я не могу, забыв обо всём, снова призвать магию. Чёрт возьми, нельзя же быть такой дурой! Надо найти другой выход и, пока ничьей жизни не угрожает серьёзная опасность, нужно заняться этими поисками. Успокоюсь и подумаю об этом… Да, и обязательно найду решение!

Я стиснула зубы, повернулась спиной к драконьей приманке – и чуть не столкнулась с Аароном.

– Ой, да ты торопишься, – сказал он.

Пока я пыталась восстановить равновесие, колдун медленно смерил меня взглядом с ног до головы.

– Что… – охнула я и тоже уставилась на него.

Он переоделся, вместо рваной рубашки и брюк на нём был шерстяной свитер и светлые джинсы, а волосы блестели, как будто он только что из душа. Правда, сапоги на нём были по-прежнему грязными и покрытыми солью, как если бы он уже давно гулял по песку вдоль прибоя.

– Привет, – сказал Дамиан, стоящий позади Аарона. Он тоже был одет чисто и аккуратно.

Словно ничего и не случилось…

– Привет… – Я обернулась к Аарону. – Что с твоей рукой? – я указала на место под рукавом, где была рана от укуса.

Он пожал плечами:

– Вылечился.

Я открыла и снова закрыла рот:

– Уже?!

С тех пор как я оставила их на спортивной площадке, прошло не больше трёх часов. Как колдунам удалось так быстро раздобыть замороженную морскую пену?! Даже если они встретили нужного торговца на старом маяке и договорились с ним… потребовалась бы минимум ночь, чтобы доставить пену из Северной Атлантики.

– С хорошими связями кое-чего можно добиться быстрее, – туманно пояснил Аарон. – Спасибо, что помогла утром Дамиану. – Он заглянул мне через плечо и едва заметно пожал плечами. – А, вижу, ты наткнулась на другую приманку.

– Прости, я действительно не знаю, что… – начала я, но он прервал мои объяснения:

– Но ты с ней ничего не сделала… – Прищурившись, он снова посмотрел на меня, теперь уже более пристально. Его брови взлетели вверх. Совсем недавно при виде меня уголки его губ дрогнули в едва заметной улыбке, но теперь он стал серьёзен. – Или это ты её туда положила и поэтому притворяешься, что не одна из нас? – резко спросил он. – Это твоя затея?

– Нет! – крикнула я, тряся головой. – Я бы никогда не сделала ничего подобного! И я ничего не затевала.

Вот грубиян, кто бы мог подумать!

– Хм… – Он сложил руки на груди. В его медового цвета глазах мелькнуло подозрение или любопытство, определить я не смогла. – Так кто же ты такая, странная ведьма, которая всегда появляется именно там, где сбившиеся с пути грозовые драконы замышляют беду?

Чёрт! Мои щёки вспыхнули румянцем.

– Я… я… – заикаясь, произнесла я и в тот же миг почувствовала, как море, которое плескалось у моих ног, придало мне сил. – Меня зовут Роберта, – солгала я и опустила глаза. – Но все зовут меня просто Робин. Я родом из Восточного моря. Несколько лет назад купол над нашим поселением разрушило ураганом. Все погибли, только я смогла выбраться на берег, а потом меня нашли люди. Они взяли меня к себе, и с тех пор… Я притворяюсь одной из них, потому что… – Я посмотрела ему в глаза. – Ну, потому что все мои родные погибли, и с той страшной ночи я не хочу жить в мире ведьм, – выдавила я.

Мне даже не пришлось стараться, чтобы сделать грустное лицо, хотя историю я придумывала на ходу. Ведь моя семья и правда для меня умерла.

И я для них.

– А-а, – протянул Дамиан. – Ну… сочувствую. Мои родители тоже умерли.

– Да, – коротко вздохнул Аарон и закусил губу. – Но ведь ты из-за этого не стал выманивать на берег грозовых драконов, верно, Дамиан?

Я уставилась на него, и охватившая меня печаль мгновенно превратилась в гнев:

– Как ты смеешь меня обвинять?!

– Смотри: сначала мы встретились с тобой в подземном переходе, когда бились с другим. На следующее утро ты появляешься там, где нас пытались убить грозовые драконы. А теперь мы застаём тебя здесь, рядом с приманкой, – покачал головой Аарон. – Робин, Робин, что, по-твоему, мы должны думать?

– Во-первых, я вчера дралась с другим, пытаясь выжить, если ты не заметил, – заявила я, выпрямляясь во весь рост. – Во-вторых, это вы сегодня утром оказались на спортивном поле моей школы, а я всего лишь спешила на занятия. И в-третьих, я просто случайно нашла эту приманку и пока не придумала, как её обезвредить.

– Многовато совпадений, – проворчал Аарон.

– Да ну? – Парень уже стал действовать мне на нервы. – Не хочешь – не верь. А вот мне кажется гораздо более странным, что вы двое менее чем за сутки появились рядом со мной целых три раза, – перешла я в наступление.

– Мы действуем от имени её величества Правительницы глубин, – сообщил Аарон, как будто одного этого объяснения вполне достаточно. – Мы охотимся за клинками-молниями для королевы, и ты наверняка знаешь, из каких бурь можно выковать самое лучшее и самое острое оружие. И в то же время мы удивляемся, с чего это чудовища вдруг вышли на берег. Вот почему мы ищем на побережье приманку и уничтожаем её.

– Супер! – сквозь зубы процедила я, подавив дрожь. Её величество Правительница глубин – моя мать! Чёрт! Я постаралась развернуться, чтобы уйти как можно непринуждённее. – Если всё так, то продолжайте! Удачи!

Я хотела смыться от колдунов, но на этот раз они явно были начеку. Прежде чем я успела сообразить, что к чему, Дамиан схватил меня и заломил руки за спину. Мальчишка был меньше ростом, но определённо сильнее.

– Отпусти сейчас же! – Я извивалась, тщетно пытаясь освободиться.

– Не будем спешить, – сказал Аарон, внезапно оказавшись совсем рядом. Он буравил меня взглядом, и я разглядела тёмно-коричневые крапинки на его радужной оболочке. – Робин из Восточного моря, – пробормотал он. – Никто не может заставить тебя жить по законам ведьм, но… Честно говоря, я никогда не слышал, чтобы кто-то из нас добровольно отказался от магии и ушёл к людям. А как же твоя клятва их защищать? Вы ведь даёте такую клятву даже в Восточных морях… – Он моргнул. – Я ничего не понимаю. Почему ты убегаешь от своей судьбы?

– Ну, потому что… – начала я. – Но это же глупо! Ребята, почему бы вам не оставить меня в покое?

– Я не знаю, стоит ли? Что скажешь, Дамиан?

– Вообще-то она нам помогла. Но и наврала мне сегодня утром, – заявил Дамиан, дыша мне в шею. – Всё это странно и… подозрительно.

– Очень подозрительно, – согласился с ним Аарон.

Я вздохнула. Дамиан по-прежнему держал меня железной хваткой, и Аарон тоже явно не собирался помиловать и отпустить. Скрестив руки на груди, он уставился на меня. Без объяснений мне не уйти, это уж точно.

– Мне страшно, – честно прошептала я. – Я… не могу больше быть ведьмой, понимаешь?

Аарон продолжал бесстрастно смотреть на меня. Поверил или нет?

– Допустим, ты говоришь правду и вчера не ты натравила этих зверей на город, – спустя несколько минут заговорил он. – Но дело в том, что здесь, на суше, осталось не так много ведьм. Большинство из них очень стары и почти никогда не покидают маяк. Ты и сама знаешь, что уровень моря повышается, а погода… – Он вздохнул. – Старикам с трудом даются самые обычные заклинания. Так что с этим драконьим нашествием придётся разбираться нам с Дамианом, уж как получится, и… нам определённо пригодится помощь.

– Ясно, – сказала я, и Аарон кивнул:

– Значит, ты согласна? Готова спасти людей, с которыми здесь живёшь?

Стиснув зубы, я подумала о своей школе. Сколько учеников погибло бы, напади драконы днём, а не посреди ночи? И всё же… Я старалась избегать взгляда Аарона. Просто не могла ни на что решиться.

– Или ты собираешься молча смотреть, как этот город и всех его обитателей неумолимо стирают с лица земли?

Я так сильно закусила губу, что почувствовала вкус крови, а когда моргнула, с ресниц вдруг скатилась слеза. Конечно, я не могу позволить другим разрушить город и причинить боль людям, но… чёрт!

Чёрт подери! Проклятье!

Не сводя с меня глаз, Аарон склонил голову набок, и на его губах медленно появилась улыбка, которая, метнувшись к его глазам, постепенно превратилась в широкую ухмылку, сделав черты его лица не такими правильно-холодными и явив на щеке милую ямочку.

– Я знал! Рад, что мы всё уладили, правда?

Я молча смотрела на него, пока он не махнул Дамиану и тот меня отпустил.

– Добро пожаловать в команду, Робин из Восточного моря, – торжественно произнёс Аарон, снова пожимая мне теперь уже свободную руку. – Так давайте покажем драконам, какого мнения о них колдуны и ведьмы! – Он повернулся к застрявшей в песке приманке. – И первым делом отправим эту гадость на дно Марианской впадины, ха! – Он наклонился над связкой из водорослей и костей.

Я сглотнула и потёрла ноющие запястья, которые так сильно сдавил Дамиан. Тем временем Аарон уже призывал южный ветер, а я всё никак не могла представить, что из всего этого получится.

ПРОГНОЗ ПОГОДЫ:

Дерзкая авантюра оканчивается звёздной ночью.

Днём пасмурно, температура воздуха от четырёх до восьми градусов.

Ветер порывистый. Местами грозы.

И молния – молния в руках Робин.

Глава 6. Морковный кофе

Воздух был полон морскими брызгами и летящим песком. И звуками бархатистого голоса Аарона. Он пел сложную песню, вызывая южный ветер, заставляя его хлестать по пляжу и в результате направляя его на приманку для воздушного змея у полосы прибоя.

Эта тварь начала сопротивляться. Приманка шипела и дёргалась как живая, словно хотела схватить ветер, который поднимал её в воздух, чтобы унести в море. Подальше отсюда. Подальше от людей и всего, к чему драконам нельзя приближаться.

Зов Аарона был сильным, и южный ветер повиновался ему беспрекословно. И всё же приманке удалось вырваться, и она уже опускалась обратно на землю. Костяные осколки мрачно светились, а чёрная кровь сочилась из узлов и капала в волны, чтобы потом выплеснуться и…

– Чёрт возьми, так мы приманим всех драконов в округе! – крикнул Дамиан под завывание ветра.

– Знаю. – Аарон крепче упёрся ногами в песок и повторил свой призыв – последовательность нот, звучащая не мелодией, а скорее боевым кличем. Он откинул голову и сжал кулаки. Звук его голоса соединился с рёвом моря.

У меня по шее поползли мурашки. Песни ветра были чистейшим волшебством.

Аарон снова подбросил приманку в воздух. И снова чудище попыталось сбежать. Ещё больше капель крови окрасило волны. Должно быть, это заклинание сплела могущественная ведьма, не страшащаяся кровавых жертвоприношений.

Затаив дыхание, я смотрела, как приманка борется с южным ветром, рычит и хлещет Аарона по лицу.

– Сейчас самое время мне немного помочь, – пробормотал он, не сводя глаз со спутанных водорослей. Чёрная кровь стекала по его щекам как слёзы. Он схватил приманку обеими руками и потянул.

Я взглянула на Дамиана, но он не шелохнулся.

– Он говорит не обо мне! – крикнул мальчик. – Я не владею магией. Такой уродился.

– Ты… что? – в замешательстве переспросила я. В детстве я слышала истории о ведьмах и колдунах, которым погода не подчинялась, но всегда считала это сказками. – Так вот почему ты не вызвал ветер сегодня утром, чтобы столкнуть тот кусок бетона…

– Хм… хм… хмпф! – перебил меня Аарон. Он указал на горизонт, где собирались грозовые тучи, явно другой бури. Драконы учуяли наш запах.

Я сглотнула и на мгновение закрыла глаза.

А потом вдруг улыбнулась – и сама себе удивилась, вызывая второй раз за сутки восточный ветер.

Клянусь бородой Нептуна – что-то со мной было не так! Я вела себя совершенно неразумно. И всё же почувствовала такое… облегчение. Восточный ветер, казалось, тоже был доволен. Как и вчера, он бушевал вокруг, ерошил мне волосы, словно соскучился, и в то же время прислушивался к моему призыву. Словно и не было четырёх лет молчания.

Я позволила своему голосу танцевать над песком и морем, послала своего друга вихрем над водой и почувствовала, что уплываю вместе с ним. Моя магия, которую вчера я вызвала лишь в панике и только на мгновение, теперь свободно текла через меня. Я дышала полной грудью, древняя власть над приливами, облаками и ветрами пульсировала в моих жилах. И впервые со дня побега я снова ощутила единство с океаном, услышала его дыхание в каждой волне, которая ласкала мои лодыжки.

Я знала, что больше не могу быть ведьмой. И я честно пыталась, стараясь забыть о своём происхождении и наказывая себя.

Но здесь и сейчас я ничего не могла поделать. Потому что всё равно оставалась той, кем была рождена. Я была и осталась ведьмой.

Ведьмой, о которой с самого рождения слагали легенды. Такова моя судьба, нравится она мне или нет. И если честно, магия мне нравится – почему бы нет? Да, я была в восторге.

Мой зов легко соединился с зовом Аарона. Наши ветры встретились над волнами, сплелись в невидимую сеть и окружили приманку. Аарон рывком высвободился, и мы вместе забросили это чудовище в море. Прямо в другую бурю на горизонте и далеко за её пределы.

Мы приказали ветрам утянуть эту штуку в глубину и вскоре увидели, как грозовые тучи удаляются, следуя за приманкой.

Через несколько минут на пляже стало тихо, как будто ничего не произошло, и прибой смыл отпечаток, оставленный водорослями и костями на берегу.

Аарон вытер последние следы капель крови со щёк и посмотрел на меня. Посмотрел по-новому, отчего мне… не стало неприятно.

– Ты молодец, – сказал он.

– Да, – пробормотала я, пожав плечами. – Кое-что ещё могу.

Он открыл рот, словно хотел что-то ответить, но тут вмешался Дамиан:

– Слушайте, я голоден как акула. Давайте перекусим?

В кафе рядом с парком было полно людей, желающих подсластить дождливый день чашкой горячего шоколада или банановым кексом, которые здесь подавали. Но по примеру Дамиана, я выбрала горячий итальянский сэндвич с расплавленным сыром, помидорами и песто. Странно, как быстро общая борьба против заклинаний на крови вызвала желание ужинать с совершенно незнакомыми людьми. Все мы были выходцами из одного мира, и это нас накрепко связало.

Опасная связь. Потому что теперь мне придётся быть ещё бдительнее, постоянно начеку. Это была рискованная игра с огнём. Но, увы, в глубине души я так и осталась принцессой-воительницей из прошлого, которая так взволнованно ожидала волшебного вечера.

Я отхлебнула газированного сока, пытаясь успокоиться, и заворожённо (и в то же время с лёгким отвращением) наблюдала, как Аарон вдруг макнул морковку в кофе, а потом со смаком её съел.

– У него необычный вкус, – пояснил Дамиан, заметив моё изумление. – Наверное, у вас в Восточных морях более склонны к другим… э-э… вкусовым сочетаниям?

– Угу, – кивнула я. – Что правда, то правда.

– О вкусах не спорят, – проворчал Аарон с набитым ртом с таким выражением, что сразу стало понятно: эту тему мальчики обсуждают не в первый раз.

– О твоих можно и поспорить, – вмешался Дамиан. – И запретить так себя вести, хотя бы на людях.

– Не преувеличивай. – Аарон взял ещё одну морковку и потянулся к чашке с кофе.

Дамиан театрально вздохнул.

Эти колдуны, судя по всему, не только учитель и ученик, но и добрые друзья. Товарищи по оружию, которые могут говорить о чём вздумается. Обычно более опытные ловцы бурь в нашем мире настаивали на таких формах обращения, как «почтенный господин». Аарон ничего такого от Дамиана не требовал, и меня это почему-то обрадовало. И ещё то, что он дал юноше, не владеющему магией, шанс научиться драконьему бою… Очевидно, Аарона нельзя было назвать обычным представителем своей профессии, которым, как правило, движет почти безграничная жадность к славе и признанию.

– Ты тоже считаешь, что это отвратительно, да, Робин? Кофе ведь даже не впитывается в морковь… Ну что ж, порадуемся, что здесь не подают картофель фри или взбитые сливки, – продолжил Дамиан и кивнул, когда я скорчила гримасу. – Вот именно. – Он сложил руки на груди. – Вот видишь, Аарон, Робин тоже считает твои привычки ненормальными. А она довольно долго жила с людьми.

Вместо ответа Аарон пожал плечами, будто это мы сошли с ума, а не он.

Удивительно, но ни один из них, похоже, нисколько не сомневается в моём рассказе о себе и жизни на суше. Они называют меня Робин. Им нужна моя помощь. И никто не пытается убить меня за то, что я предала наш народ… И всё же, если положение изменится, я окажусь на железнодорожном вокзале в считаные минуты.

Пока я пыталась на всякий случай вспомнить расписание поездов, Аарон запихивал в рот очередную несчастную морковку, окунутую в кофе. Этот экземпляр он посыпал сахаром и макнул в сливочный салатный соус. От одного вида такого блюда у меня по спине побежали мурашки.

– Может, нам повезёт и со временем он научится есть как люди на суше, – задумчиво проговорил Дамиан. – Нам всё равно придётся задержаться здесь на некоторое время. Пока не вернём наш груз, на глубине нам лучше не показываться.

Аарон помрачнел.

– Украли девяносто семь клинков-молний! Это катастрофа, – пробурчал он и опрокинул остатки кофе в тарелку с салатом.

Но его странные вкусы уже отошли для меня на второй план. Я правильно расслышала?

– Украли весь ваш груз? – уточнила я. – Как это случилось?

Он задумался:

– Ну как тебе объяснить? Робин, мы охотимся здесь на драконов не из чистого человеколюбия, а потому, что у нас кое-что пропало. Тучи, молнии, ливни – в общем, вся наша добыча за последние несколько недель позавчера испарилась из кладовых старого маяка.

– И мы считаем, что другие приложили к этому лапу, – добавил Дамиан.

Вот это номер!

– М-м, – протянула я. – Прости, но я ничего не понимаю. Да, другие крушат всё на своём пути и убивают. Но они не воры! Особенно когда речь идёт о клинках-молниях. Оружие сделано из молний. – Сама мысль, что грозовой дракон вламывается куда-нибудь и… нет, это абсурд!

– Знаю! И всё же вчера мы попали в засаду, как раз когда пошли по следам нашего пропавшего груза, – серьёзно сказал Аарон. – Каждую пойманную молнию я помечаю своей печатью, чтобы защитить свою собственность и найти, если потребуется. Тем более что торговцы в наши дни доверия не заслуживают. – Он взъерошил тёмные волосы. – Свою печать я узнаю где угодно. Даже придавленный куском бетона, уж поверь. И как бы невероятно это ни звучало, Робин, но в животах грозовых драконов на школьном дворе были мои молнии!

– Наши, – поправил его Дамиан. – Наши.

– Кажется, пора тебя как следует выпороть, – проворчал Аарон.

Дамиан молча пожал плечами, словно и сам сомневался в том, что следует предпринять.

Я переводила взгляд с одного колдуна на другого, но всё равно ничего не могла понять:

– Так они что, съели клинки?! И с ними ничего не случилось? – уточнила я.

– Похоже на то.

– М-да. – Я покачала головой. Бессмыслица! Грозовой дракон и так ходячий источник молний, поэтому колдуны Аарон и Дамиан охотятся на этих монстров. А вот встреча с уже выкованным клинком обычно заканчивалась для них печально.

Пока я размышляла, Дамиан доедал итальянский сэндвич. Аарон же отодвинул тарелку с едой, подпёр подбородок руками и уставился на меня в глубокой задумчивости. И каким-то образом его настроение постепенно улучшилось.

– В чём дело? – спросила я. – У меня песто на подбородке?

– Нет. Просто смотрю, какие у тебя глаза, – объяснил он как само собой разумеющееся и склонил голову набок. – Они очень-очень голубые, тебе это известно?

Я машинально опустила веки. Да, мне известно, что глаза у меня необычные. Слишком заметные.

– Слушай, может, хватит? На этот раз тебе не удастся оправдать неуклюжий комплимент ударом по голове, – ответила я, пытаясь скрыть замешательство. Я никогда не питала склонность к банальным ухаживаниям. Я заставила себя снова посмотреть на него. – Давай лучше займёмся твоей проблемой с грозовыми драконами.

– Нашей проблемой с драконами, – на этот раз Дамиан поправил меня.

– Ну ясно, – хмыкнула я.

Уголки губ Аарона дрогнули, и он повернулся к Дамиану:

– Слушай, я как раз подумал, что вряд ли кто-то когда-нибудь смог хоть в чём-то отказать этим глазам, верно? Как считаешь? А?

Дамиан тоже внимательно посмотрел на меня.

– Может, и сработает, – кивнул он. По его лицу скользнула тень радостного предвкушения, отчего я вдруг встревожилась и вскочила.

Неужели догадались?! Меня выдал цвет глаз? Должно быть, я упустила что-то важное.

Ничего, попробую выпутаться. До двери было метров пять, а следующий поезд приходит примерно через семь минут. И если сбежать прямо сейчас…

Аарон рассмеялся:

– Поразительно! На моей памяти ни одна девушка так не реагировала на комплименты. Не нужно сразу паниковать, – успокаивающе поднял он руки. – Я беру свои слова обратно, идёт? На самом деле ты незаметнее серой мыши, тебя вообще трудно разглядеть.

Я глубоко вдохнула и выдохнула, а потом опустилась обратно на стул.

– Вот так-то лучше, – проговорила я любезно, хотя и с оттенком подозрительности. – Вернёмся к драконам.

– Мне что-то послышалось? – Аарон сделал вид, что смотрит сквозь меня.

– Ха-ха, как смешно, – парировала я.

– Мне кажется, я тоже что-то слышал. Голос с того света или что-то подобное, – усмехнулся Дамиан. – О, как страшно!

Я сдержала улыбку.

– Драконы. Или я ухожу, – заявила я мальчикам и напустила на себя самый серьёзный вид.

– Извини. – Аарон ещё мгновение тихо смеялся про себя, а потом откашлялся. – Итак, речь о грозовых драконах и нашей сделке, – сказал он с подчёркнутой серьёзностью. – Комментарий о цвете твоих глаз тоже был сугубо деловым. И… в рамках нашего сотрудничества, ты окажешь нам маленькую услугу? Чтобы сделать этот город снова безопасным. Что скажешь, сирота из Восточного моря?

Глава 7. На старом маяке

Ко входу я приближалась с крайне неприятным ощущением в желудке. Скользкая песчаная тропинка вела вверх по скалам. Всего в нескольких шагах от нас возвышался старый маяк: наблюдал за морем и посылал вдаль луч света. По крайней мере, таково его известное всем официальное предназначение.

Но неофициально здесь происходит гораздо больше интересного. Например, на маяке творят погоду – прямо сейчас в небо поднимался из потайной дымовой трубы в шпиле невидимый поток заклинаний, а в вышине собирались серые грозовые тучи. Похоже, котёл уже согрелся над огнём…

– Не знаю, не знаю, – пробормотала я.

Шла я всё медленнее, и вот, за несколько метров до потрескавшейся деревянной двери с табличкой «Не входить! Опасно для жизни!», совсем остановилась. Хотя маяк вздымался перед нами совершенно безмолвно и казался заброшенным, поднимающиеся из трубы заклинания погоды говорили об обратном.

С каждым вдохом страх всё сильнее сковывал меня по рукам и ногам.

Что я вообще здесь делаю?! Неужели окончательно сошла с ума?!

– Ну что же ты, – сказал Дамиан. – Давай скорее! Разве ты никогда не скучаешь по дому? Ты же ведьма, и твоё место в волшебном мире.

– Уже нет, – помотала я головой. – Я передумала. Извините, но я не могу туда войти! Это будет… неправильно.

Аарон обернулся и, прищурившись, посмотрел на меня.

– Тебе пришлось пережить ужасное время, твой дом был разрушен, я всё понимаю, – сказал он. – Но без снаряжения мы ничего не сможем сделать против грозовых драконов. А старый Сигурд меня ненавидит, так что… – он вздохнул. – Пожалуйста, помоги нам. Может, там собралась дюжина древних ведьм и колдунов, но я обещаю, что после сегодняшнего дня ты их больше не увидишь. Слово глубоководной чести. Мы прогоним грозовых драконов из города как можно скорее, а ты, если захочешь, сможешь потом вернуться к скучной жизни среди людей, договорились?

Я сглотнула. Всего дюжина ведьм?! Как им удаётся управлять ветрами и приливами таким узким кругом чародеек? Интересно, знает ли об этом моя мать? Неужели ведьмам на суше приходится так плохо? Быть может, это тоже последствия моего преступления? Что могло случиться с моим народом за последние четыре с половиной года?

Пытаясь унять дрожь в коленях, я пошла вперёд. На мгновение меня с равной силой охватили страх, любопытство и тревога. Аарон нажал на ржавую ручку, дверь распахнулась, и я от изумления забыла, что вообще когда-либо чего-то боялась.

Котёл был огромен!

Его медное брюхо занимало почти весь нижний этаж башни, а от пылающего под ним зеленоватого пламени исходил запах затхлых морских водорослей, который густыми облаками заполнял помещение. В тумане я не сразу разглядела остальное. Только проморгавшись, обнаружила маленького человечка с белой бородой, стоящего на лестнице, прислонённой к стенке котла, и ворочающего в нём огромной ложкой.

– Проклятые сыновья ветра! – простонал старик.

Мы подошли ближе, я держалась за спиной Аарона.

– Что, опять туман не поднимается? – спросил Дамиан, встав на цыпочки, но всё равно не дотягиваясь до края котла.

– Ну, помогай, раз пришёл, парень, – вздохнул колдун, не отрывая глаз от кипящей погоды. – Похоже, грядёт ещё один вечер автомобильных аварий на загородных дорогах, а после вчерашней бури в центре я и не знаю, как… чёрт возьми!

Ложка выскользнула из узловатых рук старика и, чавкнув, опустилась на дно котла.

– Я сейчас! – крикнул Дамиан, засучивая рукава и одновременно взбираясь по ступенькам к старику. – Идите без меня. Я догоню, – сказал он нам.

Аарон прокашлял что-то похожее на «трус», а потом без лишних слов взял меня за руку и потянул за собой от маленького человечка и его комковатых туманов. Мы осторожно протиснулись мимо котла, боясь обжечься о его раскалённый бок. Спиной мы постоянно натыкались на ложки, мехи и кованые инструменты, свисающие с крючков на стене. У меня ужасно слезились глаза от дыма, казалось, поглотившего в комнате весь кислород.

Странное ощущение. Конечно, я знала во всех подробностях, как готовить погоду, какие нужны ингредиенты, какой высоты и какого цвета должно быть пламя и какой из ветров призывать на помощь. Я знала всё это наизусть до мелочей, потому что искусству погоды нас с сёстрами обучали годами.

Правда, почти исключительно теоретически. Точнее, во дворце, в школьном зале, украшенном перламутром и кристаллами. А когда наш учитель всё же переходил к практическим занятиям, то всегда готовил погоду в маленьких золотых котелках, добавив щепотку ароматного порошка и не забыв о сверкающих разноцветных вспышках для красоты.

Теперь же я увидела, какое это грязное и тяжёлое дело, и…

– Ты в первый раз такое видишь? – спросил Аарон, который явно заметил, с каким интересом я всё разглядываю.

– Эм-м… – неопределённо пробормотала я.

– Всё нормально, – сказал он. – Ты, должно быть, была совсем маленькой и не поднималась на поверхность, чтобы попутешествовать по суше до того, как… до того, как оказалась среди людей.

Я кивнула.

– Вот он называется «Толстяк», – объяснил Аарон, показывая на огромный котёл. – В каждой прибрежной заставе есть такой главный котёл. В нём перемешиваются самые важные ингредиенты погоды: грозы, туманы, ливни… Все они варятся здесь. Потом через отверстие в потолке он поднимается на следующий этаж. Там стоят серебряные котлы, из которых можно добавить щепотку тепла или солнечного света к сырой погоде, а иногда немного снега и льда, смотря какое время года. А под самой крышей, перед тем как всё отправится в небо, варево нужно завернуть в облака, чтобы было красиво. Да, вот так и делается идеальная погода. Понятно?

Я снова кивнула. Теоретически, как уже сказано, всё это я знала. И всё же не могла оторвать глаз от покрытого копотью отверстия в потолке, куда на наших глазах протиснулись завитки не слишком опрятных туманных сгустков. Блестящая серая жидкость стекала по краям воронки, добавляя в варево инея.

Аарон вздохнул:

– Жаль, но в последние годы становится всё труднее сдерживать погоду. Ты и сама, потеряв родной дом, знаешь, что это значит… – Он избегал смотреть мне в глаза. – Наши старые рецепты уже не действуют как раньше. Из-за людей на суше климат меняется быстрее, чем мы успеваем подправлять списки ингредиентов. Мы, ловцы бурь, находим всё меньше сырья. А её величеству Правительнице глубин не хватает магии. Даже в Восточном море вы наверняка слышали о том, как седьмая принцесса Атлантиды взорвала королевскую темницу Амулетом Ветров…

– Да, конечно, – сказала я беззвучно. – Кто не слышал об этом. – Я прокашлялась, чувствуя, как внутри поднимается новая волна паники. – Где же этот Сигурд, с которым я так хочу поговорить от твоего имени?

Аарон потянул меня дальше (мы обошли почти половину большого котла) и остановился перед необычным люком в полу. Каменные истёртые ступени круто спускались в глубину. Несмотря на светильники-медузы, установленные на стене через равные промежутки, конец лестницы терялся во тьме; следующий этаж, похоже, был довольно далеко внизу. Где-то внутри скалы?

– После вас, – сказал Аарон, пропуская меня.

Я на мгновение замешкалась, подумав о сине-белых светящихся медузах, тихо плавающих в стеклянных шарах и заливающих лестницу подводным сиянием. Биолюминесценция – как давно я не видела этого света? Прозрачные щупальца ближайшей ко мне медузы сновали туда-сюда так мирно и неторопливо, будто она плыла в открытом море. Хотя она наверняка родилась в неволе и не представляет, что значит быть свободной.

Я глубоко вдохнула и сделала ещё один шаг навстречу жизни, от которой так давно отказалась, до сих пор не в силах объяснить, почему я это делаю. Зачем подвергаю себя такой опасности – ведь сама же хотела спрятать мысли и память о прошлом глубоко в сердце и никогда к ним не возвращаться? Неужели всё изменилось только потому, что я решила помочь мальчикам? И ещё потому, что грозовые драконы напали на город и я не могу оставаться в стороне?

Не слишком ли я увлеклась сегодня днём на пляже, когда вызвала ветер? И разве не тянет меня вниз, мимо светящихся медуз в неизвестную глубину? Разве не стремлюсь я спуститься в этот важный уголок на суше, форпост подводного владения моей матери? Боже мой! Не надо было мне заходить на маяк! Ведь я всё знала заранее – не зря же мне так хотелось повернуть назад. Я шла на риск. Навстречу опасности!

Как глупо!

* * *

И всё же ничто и никто в мире не смог бы помешать мне спуститься по той лестнице. Слишком много лет я провела на суше в одиночестве, изнывая от скуки. А сколько обитателей морских глубин живёт совсем рядом со мной, в море? Да и я всего лишь одним глазком посмотрю на свой настоящий дом, ведь так? Это ненадолго, только пока мы не прогоним из города грозовых драконов, чтобы люди жили в покое и безопасности. Получится у меня такой… ну, может быть, отпуск, что ли, после долгого изгнания?

Ноги сами несли меня дальше в темноту. Всё будет хорошо. Меня никто не узнает. Об этом я позабочусь. И Аарону нужна моя помощь…

Я и не заметила, как лестница закончилась. Неловко оступившись, я вдруг оказалась в просторном зале, вырубленном в скале. Этот зал определённо был слишком огромен, чтобы поместиться в фундаменте маяка. Ведьмы, похоже, выдолбили изнутри всю скалу, и здесь когда-то был один из самых важных перевалочных пунктов в Европе.

А теперь он стал слишком велик для того, что в нём размещалось: в прошлом здесь мог бы раскинуться огромный рынок, но сейчас я заметила лишь горстку торговцев: их лодки с товарами ожидали покупателей в сухих доках. Большинство якорных стоянок были заброшены, многие из них пришли в упадок. Балки изъедены плесенью, утоптанная земля покрыта мхом, краны ржавели и, судя по их виду, в любой момент могли рассыпаться в прах. Несколько торговых прилавков, составленных в центре зала, выглядели довольно жалко.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.