Алиса Коршунова
Осколки прошлого

Пролог

В одном далеком королевстве жила прекрасная девушка по имени Лилиана. Она была настолько красива, что все, кто ее видел, не могли отвести глаз.

Лилиана знала о своей красоте и гордилась ею, часто проводила часы перед зеркалом, любуясь собственным отражением.

И ведь правда.

Ее красота привлекала множество поклонников. Молодые люди из разных уголков королевства приезжали, чтобы увидеть эту прекрасную девицу, попытаться завоевать ее сердце. Девушки мечтали о дружбе с ней, надеясь, что Лилиана поделится секретами своей красоты и популярности.

Но Лилиана была эгоистична и высокомерна. Она считала, что все эти негодные, ничтожные людишки не достойны ее внимания и любви.

Когда кто-то пытался приблизиться к ней, девушка холодно отталкивала их. Она смеялась над чувствами окружающих, настраивала людей друг против друга, высокомерно унижала тех, кто искал ее дружбы.

Ехидные слова и экстравагантные поступки причиняли боль ее близким, но Лилиана не замечала этого, она была слишком сильно поглощена своим мнимым "величием".

Однажды, гуляя по лесу, девушка наткнулась на "волшебное" озеро. Вода в нем была настолько чистой и прозрачной, что оно отражало все, как зеркало… И даже лучше!

Лилиана, увидев свое будто бы более прекрасное отражение в воде, была еще больше сражена собственной привлекательностью.

Она проводила у озера очень много времени, потому что забывала за самолюбованием обо всем на свете.

Проходили дни, недели, месяцы, а Лилиана как заведенная игрушка все возвращалась к озеру, чтобы увидеть чудесную, изящную, миловидную деву пленительной красоты. Она перестала общаться с друзьями и семьей, ее больше не интересовали ни праздники, ни веселье. Ведь весь ее мир сузился до одного единственного – отражения в воде.

Тем временем, люди в поселении как будто бы начали отходить от общества Лилианы. Они вспоминали, как та была жестока и эгоистична. И хотя многие все еще питали к ней глубокую симпатию, граничащую с любовью и поклонением, они начали понимать, что красота девушки – это лишь внешняя оболочка, за которой нет ничего добропорядочного.

Поначалу односельчане, вспоминая Лилиану, выражали надежду, что она изменится и вернется к ним однажды из лесу другой, более доброй и внимательной… Но шли дни, а девушка не менялась.

Горделивость. Эгоизм. Высокомерие. Спесь. Важничанье. Тщеславие… Припоминать можно много, но суть от этого не меняется – людям настолько претила ее манера поведения, что они решили обратиться за помощью, когда в их края забрела шаманка.

Почему бы не "осчастливить" зазнавшуюся девочку? Мы же о ней беспокоимся! Так сказать, с благими намерениями…

***

Однажды, когда Лилиана снова сидела у озера, к ней подошла незнакомая старушка.

Женщина была обвешана какими-то амулетами, но ее внешний вид показался девушке довольно-таки безобидным.

Стоит ли она внимания? Думаю, нет. Ведь отражение в озере интереснее.

… И почему в наши края не едет принц? Я должна выйти за него замуж, ведь только он достоин моей красоты…

– Деточка, ты должна осознать и искупить свои ошибки.

… О чем глаголет эта сумасшедшая?..

Лилиана задумалась, но не обратила более свой взор на нежданную гостью.

… Ах, как прекрасно сложится моя судьба. Я буду править всеми…

– Ты должна знать, что не всегда стоит идти напролом. Иногда надо уметь вовремя остановиться.

… Роскошные балы, на которых я буду блистать в великолепных нарядах. Так и вижу, как все будут преклоняться передо мной и завидовать моему счастью…

– Поумерь свой вздорный характер. И узри, наконец, что твои эгоистичные желания несут проблемы окружающим.

… И чего эта сумасшедшая на меня взъелась? Почему она просто не оставит меня в покое? Я же не шут гороховый, чтобы всякую челядь развлекать, она явно адресом ошиблась…

Незнакомка вызвала раздражение, но не смогла отвлечь девицу от привычного времяпровождения… Вернее, не могла. До тех пор, пока не обняла ее. Крепко. Яростно.

… Хм, похоже, первое впечатление оказалось обманчивым, у этой старухи явно не все дома…

– Да отпусти же ты меня!

Лилиана пыталась вырваться из цепких объятий, но все было тщетно. И ведь казалось же – дряхлая старушка, а силы столько, что любой крепкий мужик позавидовал бы.

В следующий миг раздались мелодичные песнопения на незнакомом языке.

Лилиана заметила, что теряет силы. Перед глазами все стало расплываться.

… Кто-нибудь, помогите!..

Девушка из последних сил пыталась позвать на помощь, но у нее ничего не вышло.

– Духи пошлют тебе испытания, – услышала Лилиана голос старухи. – Поумней. Пойми, что главное для каждого порядочного человека. Искупи свои грехи.

… Почему незнакомка ко мне так жестока и несправедлива?..

… Устрою я ей, когда принцессой стану!..

… Не жить старухе!..

… Помрет собачьей смертью, уж я-то ей это обеспечу!..

– Пока духи не решат, что ты достойна прощения, жить тебе в нужде и несчастьях!

И тут в одно мгновение сознание девушки померкло и погрузилось во тьму.

Глава 1

Пару лет назад я закончила свое обучение в аграрном вузе. Было местами непросто, местами интересно. Но я справилась и теперь являюсь дипломированным специалистом.

Сама сфера сельского хозяйства мне нравилась. Но ближе к выпуску я стала понимать, что работать животноводом категорически не хочу. На то есть много разных объективных причин, но опустим формальности.

При поиске работы нашла вакансию профконсультанта в местной государственной организации и решила, что стоит попробовать.

В основном работа сводилась к грантам и субсидиям, которые государство выдает для развития сельского хозяйства представителям малого бизнеса, владельцам личных подсобных хозяйств, участникам потребительских кооперативов и самозанятым.

За год я поднаторела не только в консультациях и повседневной рутине, но и в написании бизнес-планов. Все было хорошо, пока в один "чудесный" день руководство не решило, что я от лица нашей организации поеду на полтора года в Тихую Сосновку…

Как я "обрадовалась", словами не передать!

Зачем мне к ним ехать?

Почему из всех сотрудников выбрали именно меня?!

И какого хрена я вообще должна восемнадцать месяцев куковать в этом поселке "типа" городского типа, который за тридевять земель? Да-да, я погуглила в интернете, там же от города нет ничего, самая настоящая деревня!

Пошла договариваться к начальнику об отмене приказа и замене моей кандидатуры, так меня деликатно послали. Видите ли, еду я, потому что у других семьи да дети, а у меня ни того, ни другого.

Зашибись.

И уволиться не могу, место-то терять не хочется. Да и премию пообещали в конце года увеличенную выплатить.

Ладно уж, придется перетерпеть как-нибудь.

***

Проблемы посыпались как снег на голову с самого начала.

Я заранее искала какой-нибудь приемлемый вариант для съема жилья в поселке, куда меня ссылают, но ничего попросту не было. Обратилась в их местную администрацию, и мне по сильно заниженной цене предложили купить домик.

Самое интересное в том, что цена покупки дома была значительно ниже той, которую мне на работе выделили на аренду за весь период. Странно, конечно… Но других вариантов в пункте назначения не предлагали, да и времени на раздумья у меня уже не оставалось. Поэтому я решила ехать и разбираться со всем этим на месте.

***

– Почему так дешево? – спросила я у сотрудницы местной администрации, когда она предложила оформить сделку.

Елена тяжело вздохнула, будто я не вопрос задала, а задачу по физике решить предложила. Чтобы не вдаваться в долгие рассказы, женщина предложила осмотреть то, что должно было стать на ближайшее время моим новым домом.

Я, недолго думая, согласилась. Все равно ничего от этого уже не теряю.

***

Жесть… Теперь я понимаю, почему ценник был таким скромным. Хотела бы я взглянуть на тех, кто в этой рухляди до меня жил…

Потолки низкие и покрыты многолетними слоями копоти от масляных ламп и свечей. Стены неровные, с потрескавшейся и отшелушивающейся краской. Пол истертый, со скрипучими досками, которые грозили провалиться под ногами. Перила на лестнице, ведущей на второй этаж, местами поломаны, и некоторые ступени отсутствуют.

А мебель здесь – одно название… Либо частично сломана, либо сильно покрыта пылью, которая все же не может скрыть изношенность. В гостиной стоят обшарпанный диван и пара стульев. И смотрятся они здесь так, будто их выбросили на свалку. В столовой стоят старинный деревянный стол и несколько стульев с протертыми сиденьями и спинками. На кухне старая газовая плита, покрытая ржавчиной, и раковина, в которой даже нет крана.

Я была удивлена, когда мне сказали, что тут еще и санузел имеется. Понадеялась было на то, что хотя бы он будет свежее и приличнее, но нет. Все то же грустное зрелище. Унитаз треснут, а ванна – забита и покрыта пятнами. Раковина сколота с одной стороны, и из крана течет слабая струя воды.

В спальне стоит деревянная кровать с ржавыми пружинами и протертым матрацем. По углам комнаты валяются кучи устаревших газет и журналов.

Мы поднялись на чердак, где тоже царил полный хаос. Все покрыто пылью и паутиной. Старые коробки и сундуки разбросаны по полу. Некоторые из них уже были открыты, и их содержимое валялось вокруг. Чьи-то игрушки, книги, одежда, мебель – и все это покрыто многолетним слоем пыли.

Какое печальное зрелище! Это же не дом, а настоящая развалина! Он же нуждается в капитальном ремонте, если не в полной реконструкции. И мне здесь жить предлагают?! Или это такая неудачная шутка от местных для приезжих?

Разворачиваюсь к Елене и спрашиваю:

– Вы надо мной издеваетесь?! Сами тут жить стали бы?

Женщина бросила на меня сочувственный взгляд, но уверила в ином:

– Анна, все-таки дом вместе с землей всего лишь за четыреста пятьдесят тысяч. Свежий воздух, небольшой земельный участок в придачу. Да и вариантов для проживания все равно больше не найдете. Соглашайтесь.

Я и сама понимала свою безвыходную ситуацию.

По спине пробежал сквозняк, и я обернулась в сторону мрачной комнаты.

– Откуда?! – не дом, а сплошное недоразумение. – Окно там открыто, что ли?

– Что? – Елена обернулась, а затем вновь обратила свое внимание на меня. – Нет, там все наглухо закрыто должно быть. Ну что, оформляю сделку?

***

Почти весь день у меня ушел на то, чтобы разобрать свои вещи и сделать домик чище и уютнее. Полтора года тут предстоит жить как-никак. На капитальный ремонт я замахиваться не буду, так по существу что-то докуплю, что-то подправлю. А со всем остальным пусть уже следующий хозяин разбирается.

Елена при оформлении документов сказала, что домик достался какому-то парню по наследству. Но тот решил продавать все имущество, даже не вывозя мебель или памятные вещи. Я б, наверное, на его месте тоже всю эту рухлядь здесь бросила.

Обживаюсь потихоньку, пытаясь принять мысль, что это теперь мой дом. С новосельем, как говорится! Может, приживусь еще…

Лампочка в коридоре перегорела, свет остался только на кухне и в спальной комнате. Запасных у меня с собой не было, надо будет завтра до хозяйственного магазина прогуляться и купить на всякий случай побольше.

Я теперь понимаю, как удобно и уютно мне, оказывается, было на съемной квартире. Не думала я, что при переезде потеряю привычный уровень комфорта.

Электрического чайника тут не было, и воду мне пришлось кипятить в найденной алюминиевой кастрюльке на газу. В другой решила сварить себе кашу быстрого приготовления. Спички я не нашла, так что мне пришлось ко всему прочему изловчаться с зажигалкой.

Перед сном я привыкла регулярно принимать душ. Мыться здесь мне пришлось с включенным на телефоне фонариком, потому что света в ванной не было. Напор воды был таким слабеньким, что все происходящее вызывало лишь раздражение. А потом еще и по спине резко холодом обдавать начало.

Я не параноик, я не параноик, я не параноик.

Блин, откуда тут может быть сквозняк?! Ощущение чужого присутствия очень сильно пугало, и я поспешила выскочить из ванны.

Я хотела отогреться и успокоиться. Пошла на кухню, чтобы выпить еще одну чашечку чая. Хорошо, что успела присесть, потому что внезапно раздался щелчок, и кухню поглотила темнота. Я начала дрожащими руками водить по столу, чтобы нащупать телефон. Господи, это просто совпадение. Старый дом, вот все и выходит из строя. Не надо так нервничать… наверное.

***

Не понимаю, как кто-то вообще мог спать на этих подушках. В них же словно песка насыпали! Боюсь представить, что будет завтра с моей шеей. Про "комфортный" матрас я уж вообще молчу.

Пока пыталась заснуть, мысленно составляла список того, что надо бы купить в первую очередь. Подсчитала, во сколько мне это примерно должно вылиться по деньгам, и поняла, что все пока еще не так плохо.

Подумала об обещанной премии и решила, что по приезде надо будет выбрать какую-нибудь хорошенькую городскую квартиру и взять ипотеку. На первоначальный платеж и ремонт должно будет хватить. Как провалилась в сон, уже не заметила.

***

Я проснулась от боли во всем теле. Сначала не могла понять, где я. Потом вспомнила про переезд и неудобное ложе. За окном все еще было темно, как будто я провалилась в сон не более пяти минут назад.

Перевернулась на другой бочок и стала снова засыпать, как услышала странные звуки, доносящиеся сверху. Чьи-то шаркающие шаги. Размеренная поступь, которая шла вразрез с моим спокойствием.

Кому и что в такое время может понадобиться на заброшенном чердаке?

…Шарк-шарк-шарк…

Меня начало нещадно потряхивать. Ладно, кто бы это не оказался, не будут же меня трогать, в конце концов.

Откуда-то снова засквозило.

Кровать поскрипывала от любого движения на ней. Поэтому я старалась вообще не шевелиться, чтобы не привлечь внимание кого бы то ни было. Закрыла глаза, на которые наворачивались слезы от нервного напряжения.

Откуда-то ощутимо повеяло сквозняком.

Так надо успокоиться, это наверняка старые окна пропускают холод. Надо будет завтра их чем-нибудь уплотнить.

…Шарк-шарк-шарк…

Шаги стали слышны так отчетливо. Похоже, что кто-то ходил по комнате прямо за моей спиной.

Я сжала кулаки, стараясь не выдать себя и едва слышно выравнивая дыхание.

…Шарк-шарк-шарк…

Что за проклятый дом я купила?! Если такое будет каждую ночь повторяться, я в нем невротиком стану раньше, чем обратно в город перееду!

Глава 2

Сегодня утром я решила не заморачиваться над вчерашними явлениями. Наверняка это мое воображение разыгралось.

Объяснила я себе все довольно просто. Испытала стресс от переезда. К тому же пыли нанюхалась, пока выгребала ее. Вот и померещилось всякое, глюкануло чуть-чуть. Наверное. По крайней мере, мне хотелось бы в это верить.

Сегодня был выходной день, поэтому я продолжила обживаться в доме.

Сходила в магазин, закупив продукты и товары для хозяйства.

Продолжила генеральную уборку. Заменила лампочки и пощелкала выключателями, наслаждаясь результатами своих трудов. Сказал бы мне кто об этом месяц назад, не поверила бы. Но теперь я радуюсь тому, что в каждой комнате есть свет… Как мало для счастья человеку надо.

Вечером решила не напрягаться и провести время за просмотром какого-нибудь интересного фильма. Посмотрела, что есть из скачанного на ноутбуке, и погрузилась в популярную новинку с интересным сюжетом. Я полностью ушла в историю, начисто забыв о недавних проблемах и заботах.

***

Мне предоставили для работы кабинет в местном здании администрации.

Сегодня много народа стало подтягиваться, чтобы узнать, какие меры государственной поддержки для них доступны, что надо иметь в хозяйстве, какой пакет документов собрать, сколько денег им выдадут, и почему же они должны, тратя их, отчитываться за каждую копейку.

Но главные возмущения предстояли впереди, когда посетители видели утвержденную государством форму бизнес-плана, который пишется не произвольно, а со всеми принятыми “сверху” таблицами и расчетами.

Народ решил, что готовить и писать все необходимое за них буду я. Ну, а кто ж против-то? Особенность только в том, что у нас в организации эти услуги за отдельную плату оказываются. На счет организации, конечно. Но договориться “по-братски” не получится, существует официальный прайс-лист, а правила для всех одинаковы.

Хотите, чтобы все подготовили за вас?

Так заплатите!

Нет, не продуктами. Нет, не вещами. Оплачиваются все услуги деньгами.

Казалось бы, дают же на развитие пять-семь миллионов, так чего тебе стоит сейчас десять тысяч в "сложный" бизнес-план вложить?.. Ан, нет, народ всегда находит, где недовольство выказать да права покачать.

Главное “веселье” началось тогда, когда мне из нашего офиса начал названивать начальник отдела. Ответила и узнала, что на меня перекладывают правки по бизнес-планам, которые сверху не одобрили и вернули. Видите ли, наши профконсультанты не справляются.

А мне вот прям заняться нечем, чтобы еще и чужую работу делать, угу. Я здесь тоже не прохлаждаюсь, между прочим!

Не справляются со своими обязанностями, пусть тогда увольняются. Несправедливо это – делать работу за них должна я, а денежки получат за нее они. Сколько подобное еще будет продолжаться?!

Совести у моих коллег совсем нет!

***

Домой возвращалась в восемь вечера, потому что рабочее помещение в это время уже надо было закрыть. Было холодно, и я судорожно перебирала ногами. За целый рабочий день вымоталась так, что теперь хочется только поужинать и брыкнуться спать.

Пока шла к своему домику, встретила соседку пожилого возраста. Я только поздоровалась с ней, а та уже с любопытством начала меня расспрашивать, откуда я к ним пожаловала, надолго ли да где живу.

– Надо же, как внучок Веры Павловны дом продал быстро, – обсуждать бывших владельцев мне не хотелось, поэтому комментировать никак не стала. Я уже от излишнего напора местных подустала, но вежливость не позволяла сказать, что это все меня совсем не интересует. – Она ж только в позапрошлом месяце померла, а Володя и приехать не удосужился.

Мне уже хотелось тактично попрощаться и уйти в дом, как я вспомнила о вчерашнем инциденте. Мало ли, чем лукавый не шутит. Хотелось бы в безопасности пожить, поэтому вопрос вырвался сам собой:

– Маргарита Степановна, а вы не знаете, кто ко мне мог ночью в дом залезть?

Соседка удивленно сдвинула брови, ожидая от меня чего-нибудь еще.

– Ну, я ночью слышала, как по дому кто-то ходил размеренной поступью. Сначала на чердаке, а потом и со мной рядом, – меня аж передернуло, когда я вспомнила свои ощущения. – Шаркающие шаги такие были, что их в тишине ночи в доме невозможно было не услышать.

– Что ты, деточка, у нас никто по чужим домам не лазит. А, если б и лазил кто, так это б сразу всем стало известно, – соседка предупредительно покачала головой. – Вот ты мне говоришь про шаркающие шаги, так я вот что вспомнила. У Веры Павловны перелом ноги неправильно сросся, вот она обычно именно такой походкой в последние годы жизни в доме своем ходила. Да и ночами от бессонницы бедненькая частенько мучилась.

– Вера Павловна? – не понимая, переспросила я.

– Ну, так это ж владелица дома, – я озадаченно вытаращилась на собеседницу. – Да вот только померла она. Поэтому глупости не выдумывай, некому там, кроме тебя ходить, привиделось наверняка.

Я вежливо попрощалась и пошла домой.

Проворачивая ключ в двери, я подумала, что надо бы в целях безопасности сменить замок. Мало ли.

Переодевшись, прошлась по дому. С моего ухода вроде бы ничего не изменилось, все на своих местах. Заглянула на чердак, до которого я на выходных так и не добралась. Ну, что сказать? Пыль, грязь и куча чужих вещей.

Не знаю, как объяснить, но у меня от этого дома какое-то непонятное отвращение возникает. Нищета, мрак и безнадежность. Не стоило мне соглашаться сюда ехать. Вдохнула-выдохнула и попыталась сосредоточиться на своих перспективах в будущем.

Думаю, что соседка права, у меня вчера разыгралось воображение. Переживать не о чем, ведь этот дом – мое временное пристанище. Всего на полтора года. Надо просто прекратить параноить и волноваться.

Глава 3

Правильно, наверное, в народе говорят, что благо жизни – в труде. Вот только это не объясняет, почему мой начальник и сюда мне подкидывает дополнительную работу, которую должны делать другие.

Ну, конечно, у него одна отговорка, смысл которой сводится к тому, что у всех семьи, а я – одиночка.

Ну а когда мне с кем-то встречаться, если меня работой постоянно перегружают?! С таким успехом и вовсе без семьи всю жизнь прожить можно!

Возвращаясь домой, заметила на крыльце своего дома крепкого мужчину в полицейской форме. Хм, интересно.

– Добрый вечер, уважаемый, – привлекла к себе внимание я. – Вы ко мне?

– Да. Я ваш участковый, Иван Сергеевич, – ну, только тут еще проблем мне не хватало.

– Что-то случилось? – решила не тянуть быка за рога и сразу задать интересующий меня вопрос.

– Нам с вами побеседовать надо, – час от часу не легче. – Найдется время?

– А по какому вопросу? – присутствие этого человека мне почему-то не добавляло спокойствия, а неизвестность непомерно нервировала.

– Да познакомиться не мешало бы в общих чертах. Заодно про свою проблемку расскажете, – видя непонимание на моем лице, уточнил. – Мне Маргарита Степановна о вашем разговоре доложила. Я про то, что вам кажется, будто у вас по ночам кто-то шастает.

– Ну, хорошо, – я пожала плечами и открыла входную дверь. – Проходите.

Мужчина вошел внутрь и начал с любопытством все осматривать. Странный он какой-то. И наглый – по чужим комнатам без разрешения расхаживать.

Ну да ладно. Чтобы поскорее с ним разобраться, пригласила его на кухню.

– Чай или кофе? – предлагать ему отужинать я не стала, стыдно признаться, но у меня в допотопном холодильнике нет ничего приготовленного.

– Чаю давайте попьем, – любезно согласился Иван Сергеевич.

Он разложил на столе свои папки, вытащил какие-то бланки и начал со мной "беседовать". Пояснил бы мне еще кто, почему наш разговор так на допрос смахивает.

Эх, ладно, мне с этим человеком лучше дружбу водить, а то вдруг что-то реально случится. Так и быть, перетерплю пока и поотвечаю на его вопросы. Хотя у меня создается полное ощущение, что этот дяденька просто пользуется своими должностными обязанностями и удовлетворяет свой интерес из любопытства.

В процессе нашей с ним беседы я подумала, что из всего надо выносить пользу. Вначале мне казалось, что совать нос в былое – плохая затея. Так сказать, меньше знаешь – крепче спишь. Но потом мы с Иваном Сергеевичем разговорились, и вопрос сорвался с моих губ раньше, чем я успела его остановить:

– А вы можете мне что-нибудь рассказать про людей, которые здесь раньше жили?

***

Эх, правду говорят, любопытство до добра не доведет… Лучше б я свою идею узнать какую-нибудь информацию о предыдущих жильцах уничтожила в зародыше. Потому что то, что поведал мне участковый, не поддается никакому человеческому пониманию…

***

Раньше в этом доме жила Вера Павловна со своим мужем, Семеном Ивановичем. Их единственный сын Андрюша уже в раннем детстве обладал необыкновенными способностями к математике и физике. Его родители надеялись, что их ребенок в будущем станет, как минимум, академиком. Семен Иванович всегда старался во всем поддерживать своего сыночка, при всем при этом не забывая уделять должное внимание к его способностям в точных науках.

Странности в поведении Андрея начались с момента смерти его отца. Нет, это случилось не в раннем возрасте. Наоборот, Семен Иванович покинул жизнь в старческих годах, когда сам Андрей уже был в зрелом возрасте, более того, имел жену Ольгу и четверых детей – 15-летний Володя, четырехлетний Ваня, двухгодовалые Аня и Маша.

Так вот, единственный сын Семена Ивановича и Веры Павловны так сильно скорбел об утрате. Его боль и упаднические настроения привели к тому, что он начал много времени проводить за чтением странной литературы. И в какой-то момент Андрей начал убеждать свою жену в том, что существует путь обрести полное благополучие. Для этого всей семье необходимо пройти ритуал "Великий баньян". Из какого источника он про него узнал, неизвестно.

Сама суть ритуала сводилась к тому, что все члены семьи должны связать себе руки, завязать глаза и повеситься (примечание: баньяновое дерево уникально тем, что оно имеет так называемые воздушные корни, которые будто бы висят на нем, поэтому несложно догадаться, почему ритуал получил именно такое название). И тогда умерший Семен Иванович должен был прийти и спасти каждого из участников ритуала. Также перед выполнением основного действия в доме должен был обязательно стоять стакан с водой, потому что после возвращения умершего ее цвет должен измениться. И еще Андрей был искренне убежден, что так как их младшие дети не смогут выполнить ритуал самостоятельно, им надо будет помочь в этом, а после – последовать за ними и жене, и ему.

Ольга "умным" размышлениям и повериям своего мужа не поддалась. Более того, она подняла тревогу, рассказав все его матери. Вот только поддержку она от Веры Павловны не получила.

Ольга убеждала свою свекровь в том, что Андрею нужно показаться соответствующему специалисту и, возможно, пройти лечение в психиатрической больнице. После этих слов Вера Павловна была буквально в бешенстве. Она не постеснялась высказать своей невестке, что та на фоне беременности стала слишком мнительной. А вот если бы Андрюшенька получал достаточно женской любви, заботы и внимания, то и глупостей всех этих в его голове не было бы.

В общем, Вера Павловна решила дать "молодым" время побыть наедине. Она взяла своего любимого старшего внука и поехала по срочно купленной путевке отдыхать на все зимние праздники в санаторий, расположенный где-то за тысячи километров от дома.

Во время отдыха Вера Павловна никак не могла дозвониться до семьи, это вызывало в ней небольшую тревогу. Но чудовищный ужас ожидал женщину по приезде домой, когда она обнаружила в родных пенатах останки детей и невестки, упакованные в полиэтиленовые мешки.

Вера Павловна испытала кошмарный шок от увиденного. Неподдельный ужас. Но не из-за потери невестки и внуков… Нет. Этой женщине было страшно узнать о гибели своего любимого единственного сыночка.

Вера Павловна начала обыскивать весь дом в его поисках. И какого же было ее удивление, когда она заметила его в одной из комнат. Спокойного, живого и абсолютно невредимого.

Андрей был очень сильно удивлен тем, что мать вернулась с отдыха на несколько дней раньше. Оказывается, он рассчитывал захоронить тела своих родных в другой области, но теперь его планы были нарушены ее приездом.

Правда, которую знали единицы, была в том, что в молодом возрасте Андрей состоял на учете в психоневрологическом диспансере.

Однажды он даже привлекался к уголовной ответственности за избиение какой-то девушки. Но его мать с отцом вовремя подсуетились и добились для своего сына законного освобождения от наказания в силу психического заболевания.

В начале 2000-х семья Черновых переехала сюда на постоянное место жительства из другого города. Семен Иванович и Вера Павловна специально не стали сообщать местным лечебным учреждениям о психическом заболевании сына и его предыдущей постановке на психиатрический учет.

Вера Павловна начала выяснять, как умерли невестка с внуками. И Андрей сознался матери, каким образом и в каких целях решил принести свою семью в жертву. По рассказу своего взрослого ребенка женщина стала осознавать, что сыночек делал все во вменяемом состоянии, а это значит, что его психическое расстройство – шизофрения – в этот раз не прокатит.

Андрей не сдержался и расплакался. Он насильно принудил свою семью к выполнению ритуала. Мужчина каялся своей матери в том, что не сумел довести дело до конца, так как в последний момент решил, что ничего не сработает. Все должно было случиться добровольно, но Ольга его не только отговаривала, но и изо всех сил сопротивлялась, когда он решил привести задуманное в действие.

Вера Павловна пыталась придумать, что же теперь со всем этим делать. А Андрей в это время решил перевезти все "улики" на их семейную ферму, которая находилась примерно в двух километрах от их дома. Женщина понимала, что рано или поздно кто-нибудь поднимет тревогу из-за отсутствия нескольких человек, поэтому теперь уже решила незамедлительно обратиться в участок и сообщить о случившемся несчастье.

***

Удивительным было то, что сотрудники участка не стали фиксировать слова Веры Павловны. Они сочли их за глупую шутку, восприняли все очень холодно и даже не попытались обдумать услышанное всерьез. Так что проводить в этот день какое-то расследование, посещать дом с фермой для проведения соответствующих мероприятий и обыска никто из них не стал.

Вернулась домой женщина в двойственных чувствах. С одной стороны, ей не хотелось подвергать правосудию своего любимого сына. С другой стороны, она осознавала, что все произошедшее выходит за рамки понимания и не является чем-то нормальным и обыденным.

Всегда есть риск того, что кто-то внезапно опомнится и поднимет шумиху. И кому тогда от этого лучше станет? Более того, с минуты на минуту от гостей должен был вернуться Володенька. Будет очень сложно объяснить ему, куда пропали мама с братиком и сестренками.

Надо бы поскорее поговорить с Андрюшей и убедить его в том, чтобы он пошел с ней вместе завтра в правоохранительные органы и признался в содеянном. Может быть, удастся получить для него минимальное наказание, кто знает?..

***

На следующее утро Вера Павловна проснулась и спустилась на первый этаж дома, чтобы позавтракать. Накануне вечером они все же пришли с Андрюшей к решению пойти вместе в участок. Женщина заметила Володю, который размеренно пил кофе с молоком. Она попросила, чтобы тот сходил к отцу и разбудил его.

Внук отправился выполнять просьбу бабушки. Буквально через пару минут он вернулся обратно на кухню и продолжил пить свой напиток.

Прошло около двадцати минут. За это время Вера Павловна успела приготовить завтрак. Женщине показалось очень странным то, что ее сын до сих пор не вышел к ней, так как тому никогда не было нужно много времени, чтобы раскачаться после сна, умыться и одеться.

Зайдя в комнату сына, она заметила, что его там уже нет. Вера Павловна позвала Андрея по имени, но никто не откликнулся. Тогда она решила обойти весь дом. Женщина даже вышла во двор, но так и не обнаружила сына.

В прихожей Вера Павловна обратила внимание на то, что верхняя одежда Андрея висит дома, обувь также стоит на месте, а это значит, что он не мог уйти в сильный мороз куда-то далеко и тем более надолго. И все же сына нигде не было.

Что за глупые шутки?!

Обеспокоенная женщина начала снова искать своего пропавшего сына, попросив Володеньку помочь ей с этим. После повторного осмотра дома и его окрестностей они отправились на свою семейную ферму.

Вера Павловна заметила дым, исходящий из свинарника и со всех ног помчалась в его сторону. Подбежав к двери и открыв ее, она увидела обгоревшее тело своего сына…

Какое-то время женщина стояла неподвижно, будто ее ноги приросли к земле. Когда она начала анализировать увиденное, то сиюминутно ощутила отчаянную боль в сердце. Глаза продолжали видеть жуткую картинку, но мозг отказывался принимать эту болезненную информацию.

Женщина почувствовала, что с каждой прошедшей секундой земля начала уходить из-под ног. Глаза все больше наполнялись слезами, а дыхание стало запредельно прерывистым и тяжелым.

Вера Павловна еле держалась на ногах и никак не могла поверить в то, что ее сын мертв. Он больше не дышит. Он больше не живет. Это какой-то неправдоподобный сон.

Еще более странным было то, что обгорел Андрюшенька в том самом месте, куда он предыдущим днем спрятал останки своей семьи. И теперь сам же ушел на тот свет вслед за ними.

Жуткая и нестерпимая боль, поселившаяся в душе. Отчаяние и глубочайшая печаль, охватившие всецело.

Тошнотворное ощущение потери настолько разрушало ее внутренний мир, что Вера Павловна была не в состоянии осмыслить и осознать окружающую реальность. Все вокруг стало казаться бессмысленным, пустым.

Сильное сотрясение охватило женщину столь тяжко, что руки начали ходить ходуном. Вера Павловна упала навзничь. Она была не в состоянии присесть или подняться. Весь мир для нее замер на эти мгновения тоски и скорби. Из глубин души рвался наружу крик ошеломляющей боли против беспощадной реальности.

Как ей теперь жить без Андрюшеньки?

Нестерпимые материнские муки. Горькое чувство вины. Лютое ощущение самой главной потери. Разум боролся с понимание того, что больше ничего нельзя сделать или изменить. Все. Точка. Ее любимого Андрюшеньки больше никогда не будет рядом. Отныне она не сможет услышать его славный голос, почувствовать силу его сыновних объятий.

Глубочайший шок. Мучительная скорбь. Беспросветное отчаяние. Горестные чувства одолевали Веру Павловну, поглощая весь ее разум одним четким осознанием – настал день смерти ее единственно любимого и оберегаемого ребенка.

Кто мог убить Андрюшеньку?! За что?! Ответов на эти и многие другие вопросы у Веры Павловны в тот момент не было.

Кроме ее сына имя преступника не знал никто. Официальной версией было то, что Чернов Андрей Семенович так сильно сожалел о содеянном, что умер в результате самосожжения. Но Вера Павловна отказывалась в это верить.

Женщина не сомневалась в том, что ее сына убили. Она никак не могла выбросить из головы тот факт, что кто-то подложил два бревна к двери свинарника таким образом, чтобы ее нельзя было открыть изнутри.

На фоне горя Вера Павловна и ее единственный уцелевший внук Володя должны были как никогда сплотиться, но произошло все ровным счетом наоборот. Родственные отношения бабушки и внука потерпели крах. Женщина за что-то возненавидела свою кровинушку настолько, что Владимир спешно уехал на проживание в город к друзьям матери.

Глава 4

По мере повествования участковым всей этой истории я испытывала леденящий страх и суеверный ужас. Мне было сложно принять все, смириться со случившимся. Руки бесконтрольно подрагивали от напряжения. Я никак не могла полностью осознать и признать чудовищную историю семьи Черновых и купленного мною дома.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.