Юлия Узун
Костюмер

Глава 1

На меня смотрели холодные серые глаза.

– Вы замужем?

– Нет. Но в скором времени собираюсь. У меня есть жених. Его зовут Данил. Мы вместе уже пять лет.

– Когда собираетесь сыграть свадьбу?

– Летом.

– Как давно вы в Южной Корее? И где проживаете?

– О, это забавная история. Мой жених Данил приехал сюда на учёбу. Он переводчик. Я его очень ревновала, звонила постоянно, доводила иной раз парня до нервного срыва. Но он меня очень любит, поэтому решил пригласить в гости. Оказалось, что он купил нам квартиру.

– Выходит, вы живёте вместе.

– Да! Уже год я здесь. Со всеми документами улажено. Поженимся мы тоже в Сеуле и в дальнейшем будем проживать здесь. Поэтому я ищу работу.

– Хорошо. Где вы раньше работали?

– Прежде всего я закончила университет. Направление «дизайн». Затем я где только ни работала: в разных бутиках консультантом, помощницей не очень известного модельера, даже игрушки шила, хотя это не мой профиль. В последний раз подрабатывала в модельном агенстве – помогала моделям одеваться.

– А вы знаете, в чём будет заключаться ваша работа?

– Думаю, да. В вашей компании работает одна женщина. Она является тетей одного из друзей моего жениха. Она предложила отправить резюме сюда и объяснила, в чём будет заключаться моя работа. То есть, я буду отвечать за хранение и подготовку костюмов артистов. Перед выступлением я обязана проверить комплектность костюмов, привести их в порядок и отнести в гримёрки, где артисты готовятся к выходу.

– Иногда артисту требуется помощь в одевании, – добавила менеджер, которая вела собеседование. Милая женщина с короткой стрижкой и с холодным взглядом, как я ранее заметила.

– Да, я что-то подобное делала, работая в модельном агенстве. Девочкам иногда сложно было застегнуть платье на спине или правильно завязать поясок.

– Вы понимаете, что будете состоять в коллективе и сопровождать наших артистов на гастролях?

– Да, мы с Данилом это обсуждали. Но он и сам часто находится в разъездах. Ведь он переводчик в одной из известных телефонных компаний, а его босс в вечных разъездах.

– Замечательно. Какую музыку вы слушаете, Анна? Назовите ваши предпочтения.

– Я люблю оперу.

Женщина удивлённо воззрилась на меня.

– Да! В моём плейлисте можно найти десятки оперных арий. А ещё люблю классическую музыку: Бах, Шуберт, Чайковский, Вагнер и многих других. Я не увлекаюсь современной музыкой.

– А в вашей семье?

– У меня есть родная сестра. Ей семь лет, и она пока не очень разборчива.

– Вы знакомы с группой? Знаете имена участников?

– Если обязана, то я выучу. Их песни никогда не слышала. Знаете, я предпочитаю моду. Если смотрю телевизор, то это модные показы.

– Наши артисты часто посещают модные мероприятия, становятся лицом тех или иных брендов.

– Правда? Не знала.

– Как прошло собеседование? – обнимая меня, спросил Данил. От него пахло чем-то сладким. Моя карамелька. Уткнулась носом в его футболку и не хотела отрываться. Данил рассмеялся. – Тебя не было всего два часа.

– А ощущение, что я там торчала месяц! – падая на диван, простонала я. – И всё зря.

– Почему зря? – он присел рядом.

– Не думаю, что меня возьмут. Сказали, что позвонят, но и так ясно, что не стоит ждать. Дани, столько глупых вопросов я ещё никогда не слышала. Они хотели знать, не фанатка ли я их группы. Хорошо, это логично. Но когда они спросили, есть ли кто-то в моей семье, кто любит эту музыку, и особенно группу «TNC 701», я чуть не заржала в голос. Моя семья живёт у чёрта на куличках, и я в самом начале собеседования об этом сказала!

– Ладно, не обращай внимания на такие мелочи. Они обязаны спрашивать.

– Ага. Украду участника группы, привяжу бантик и подарю семилетней Вике, – сказала я и расхохоталась.

Пока я принимала душ, Данил заказал еды. За обедом мы продолжили обсуждать моё собеседование. Я была настроена скептически с самого начала. Никто не даст мне, иностранке, такую работу.

– Представляешь, та женщина сказала, что если я стану у них работать, то краситься нельзя, волосы я должна буду собирать и, чаще всего, надо носить маску на лице. Вот, чего я действительно сделать не смогу. Вау! Это что? Так вкусно!

– Это токпокки или жареный тток. Для компании важно, чтобы работники не соблазняли участников группы. Они же мужчины.

– Почему не ищут костюмера для женской группы? Мне трудно представить, как я им рубашки застегивать буду. – Я хохотнула. – Надеюсь, ширинку они себе умеют застегивать.

Но Данилу было не до смеха. Он смерил меня суровым взглядом, затем велел есть и не болтать. Я знала, что он не ревнивый, но всё равно пожалела о своих словах. Хотела пошутить, а вместо этого задела его. Ну, ничего. Заглажу вину ночью в постели. Я хорошо знала, что любит Данил, поэтому подготовлюсь как следует.

Пять лет назад я увидела Данила на одной из студенческих вечеринок. Я так глазела на него, что моя подруга не выдержала и привела его ко мне, чтобы познакомить. Позже он признался, что тоже глазел на меня в тот вечер. Подруга стала Купидоном, соединившая наши сердца.

Первый год я утопала в романтике. Данил дарил мне цветы, подарки, водил в кино и рестораны. Один раз мы съездили вместе в Египет. А потом он уехал в Сеул на учёбу, и виделись мы лишь когда он приезжал в родной город на каникулы.

Наша любовь была крепкой. Мы хранили верность и не сомневались друг в друге. Данил часто говорил о том, чтобы жить вместе. Я меняла работу, не находила себе места. Моё сердце тянулось к любимому.

И в один прекрасный день он заказал мне билет и позвал в гости. Потом понеслось… Приобретение Данилом квартиры и долгое проживание в Южной Корее позволило ему получить гражданство. Я пока имела лишь статус ПМЖ, но если я не буду покидать Корею несколько лет, тоже получу гражданство. На лето запланирована свадьба. Это тоже сыграет свою роль.

Мне нравилось в Южной Корее. Перспективная страна. Я обожала местную кухню, жить не могла без рамэна.

От местных мы мало чем отличались. С нами в квартире проживали две кошки. Белоснежная британская Шила и вислоухий экзот Манчи. Мы называли их своими детьми и даже оборудовали для них уголок.

Мы с Данилом жили счастливо, но я скучала. Особенно когда моего жениха неделями не бывало дома. Работа смогла бы меня отвлечь.

После собеседования я продолжила поиски и разослала резюме ещё в несколько мест. Через месяц меня позвали в магазин одежды. Это не совсем то, чего бы я хотела, но попробовать стоило. И только я дала согласие приступить в понедельник, как раздался следующий звонок.

– Анна, я звоню вам из компании Бэм. Если вы ещё желаете работать у нас, приезжайте завтра в десять, чтобы оформить необходимые документы.

Вот это да! Вот это удача! А я не верила.

Ровно в десять я была на месте. К счастью, одной мне не придётся работать. Менеджер познакомила меня с Вонхи и Боми. С этими девушками мне предстояло работать бок о бок, потому что и они являлись костюмерами.

Вонхи работала с первого дня, как дебютировала группа. Корейцы любят говорить о возрасте, поэтому я сразу узнала, что ей тридцать два. Её дочка ходит в третий класс, а муж занимается бизнесом.

Вонхи мы должны были слушаться, как старшую.

Боми – двадцативосьмилетняя полная девушка в очках. И тем не менее, несмотря на профессию и вес, носила безвкусные туго обтягивающие джинсы. Девушка по этому поводу совсем не комплексовала. А пока мы общались, выяснилось, что у неё отличное чувство юмора.

Общаясь с этими девушками, я благодарила Бога за то, что мой жених приложил все усилия, чтобы обучить меня языку. Я сносно говорила на корейском и даже переняла их манеру общения.

– Ты знаешь, что в группе их девять человек. Мы с Боми иногда не справляемся, поэтому нам подыскали третью помощницу, – говорила Вонхи, ведя меня по коридору. – Имей в виду, что перед концертом я распределяю, какими мемберами вы занимаетесь. Чтобы избежать казусов, – мы вошли в комнату, где на стене висели большие портреты всех мемберов группы, – ты должна не просто выучить их имена, но и знать их в лицо. Так, если я скажу – помоги Уджи, ты должна чётко понимать, к какому парню подойдёшь.

– Ясно.

Минуты две я просто разглядывала фотографии незнакомых парней и с ужасом понимала, что не могу выделить хотя бы одного из них. Пока они казались мне абсолютно одинаковыми… ну, или похожими. Никаких особенностей на первый взгляд. Вонхи назвала их имена, и мой мозг завибрировал от переизбытка информации. Как же мне запомнить все эти имена?

Уджи, Джехи, Юси, Вунхак, Сунгхо, Дино, Нью, Джуён и Минхёк – просто А-А-А!

– Вунхак – лидер группы.

Я внимательно посмотрела на него. Острые скулы; волосы, выкрашенные в яркий цвет. Твёрдый взгляд уверенного в себе человека и даже слегка суровый. Он смотрел в кадр, а мне казалось, что он смотрит на меня и как бы усмехается, мол, ну-ну, попробуй только не выучи наши имена!

– Это трудно, – отступив на шаг, сказала я.

– Ты узнаешь их и увидишь, какие они разные. А ещё они добрые и приветливые, никогда не скажут дурного слова, даже если ты нечаянно царапнешь кожу ногтем.

– А такое бывало?

– О, я много раз их царапала, щипала, колола… но, конечно, желательно этого избегать. Эти парни на вес золота.

Вздохнув, я ещё раз оглядела всех этих «золотых» парней. Ах, если бы мне просто нужно было заниматься костюмами. Мальчики они симпатичные, приятные, но такие чужие.

Вернувшись с работы, Данил застал меня на кровати, сидящей в турецкой позе. Очки сползли на переносицу, рот был набит едой, а на экране ноутбука – видео закадровой съёмки клипа.

– Что это?

– Это? – жуя, переспросила я. – Это моя работа.

– О. – Мой жених открыл шкаф и начал устало раздеваться. – Твоя работа – глазеть на корейских мальчиков?

– Это и есть группа «TNC 701». Мне нужно запомнить каждого по имени. Это сложно, чёрт!

Данил склонился ко мне без рубашки, и я тут же втянула аромат его кожи. Несмотря на длинный рабочий день, нотки парфюма сохранились. Он не качался, не занимался спортом, но телосложение мне нравилось. В отличие от мальчиков на экране, он не был «сладким», а наоборот, чуть грубоватым и мужественным. Данил почти всегда улыбался, потому что считал, что все трудности – дело временное, рано или поздно горизонт прояснится, а на небосклоне снова засияет солнышко. Такое отношение к жизни помогало ему выходить из самых неприятных ситуаций. Он и мне не позволял зацикливаться на проблемах, а помогал разруливать проблемы. Данил – интроверт, собственный внутренний мир его интересовал больше, чем окружающая жизнь. Наверное, поэтому мне с ним было хорошо и даже удобно.

– Этого я знаю, – сказал он. – Кажется, Юси. Хорошо танцует парень.

– О-о-о?! Какие познания!

Данил рассмеялся, затем отобрал у меня ноутбук и отложил в сторону, чтобы уложить меня на подушки. А перед поцелуем он сказал:

– Постепенно ты их всех узнаешь. Лучше удели внимание своему главному мужчине – будущему мужу.

Обвив его шею руками, довольная и счастливая, я приникла к его губам. Действительно, нечего зацикливаться. Ни один человек с первого дня не может всё знать. Путём проб и ошибок вольюсь в новый мир. Привыкну… со временем.

Глава 2

Отдать костюмы в химчистку – полбеды. Боми решила доверить мне одной привезти все костюмы в гримёрку. Я думала, что сойду с ума. В модельном агенстве все костюмы были всегда в одном месте. Я отдавала их человеку, которого наняли именно для этой цели, а он отвозил их в химчистку, а потом привозил мне. Здесь же всё нужно было делать самой.

Нагрузив вешалку на колесиках чистыми костюмами, я покатила её к лифту. Чёрно-красный парад чистых и выглаженных нарядов, которые поместили в специальные пакеты, приковывали взгляд. Шла и думала, какую песню они поют в этих одеяниях. Судя по крою, это что-то дерзкое и громкое. Вечером я смотрела развлекательные мероприятия и игры с их участием, чтобы запомнить имена участников группы, а заодно попробовать их различать. Надо было пару музыкальных видео посмотреть, чтобы с репертуаром группы познакомиться.

Приехал грузовой лифт. Вкатив вешалку внутрь, зашла следом. Нажала на кнопку и покатила вниз. Кабинка казалась шире, благодаря зеркалам. Я вертела головой и натыкалась на собственное отражение, которое не особо мне нравилось. Разве можно густые, пышные волосы, как у меня, так небрежно завязывать в хвост? Лицо без косметики выглядело уныло. Губы бледные, будто я несколько часов провела в холодной воде. Чёрные штаны и широкая, бесформенная белая футболка портили мне настроение. Я знала себе цену, знала, какая фигурка скрывается под этими тряпками. Но что вы! Нельзя соблазнять знаменитостей! Как будто мне есть до них дело.

Фыркнула и уставилась на цифры.

Створки раскрылись, выпуская меня в полутёмный коридор. Я покатила вешалку, полушёпотом повторяя имена парней:

– Юси, Нью, Минхёк, Вунхак… или Минхак и Вунхёк? Как запомнить? Джехи. Джуён или Джеён? Кто там ещё? Не помню. Их девять! А я сколько назвала? Запуталась, тьфу ты!

Внезапно вешалка, которую я толкала вперёд во что-то врезалась, содрогнулась, затем с неё упали несколько костюмов.

С большим трудом я удержала саму вешалку от падения. Затем замерла. С минуту глазела на упавшие ЧИСТЫЕ костюмы, потом медленно – очень медленно – перевела взгляд на того, кто не смотрит, куда идёт.

– Какого чёрта?

– Извини…

– Извини?! Да если с этими вещами что-то случится, мне голову снесут! – свирепо кричала я на весь коридор.

– Я помогу их поднять. Не думаю, что им что-то будет. Костюмы в пакетах.

Парень нагнулся, но я топнула ногой.

– Нет!

Он выпрямился, будто я дала команду.

– Какая суровая девушка…

– Да… потому что не ты потратил уйму сил на то, чтобы эти костюмы в чистом виде направлялись на склад. – Я прищурилась. – А ты кто такой? И что здесь делаешь?

– Ну, я… – он подтянул рюкзак на плече.

Я оглядела парня в широких джинсах и красной футболке оценивающим взглядом. Разве посторонним можно здесь ошиваться? Я нахмурила лоб.

– Что у тебя в рюкзаке?

Парень не растерялся.

– Кроссовки… вонючие.

Его довод меня не отпугнул.

– Дай сюда. Я проверю.

Чуть подумав, он усмехнулся, затем бросил рюкзак мне в ноги.

– Пожалуйста, проверяй.

Внутри я и правда обнаружила кроссовки. Очень вонючие. Но от запаха не скорчила лицо. Я аккуратно их вытащила и отложила в сторону, затем заглянула на дно и… что я увидела!!!

– Где ты взял эти футболки?

Парень посмотрел на дверь, ведущую на склад.

– Кто дал разрешение? Ты… украл вещи айдолов? – вынув телефон, я стала набирать номер Вонхи. – Стой, где стоишь! Сейчас будем разбираться.

Я подняла последний костюм, когда приехал лифт. По коридору раздался мягкий топот, затем появилась Вонхи. Она озадачено посмотрела на «вора», затем на меня.

Гордая тем, что смогла уличить «воришку» в краже дорогих вещей, я принялась объяснять ситуацию. Но постепенно мой голос ослабевал, и уверенность убывала с каждой секундой. Вонхи и «воришка» улыбались, слушая меня.

– И… и вот, – заикаясь, закончила я.

Ничего не говоря, Вонхи отобрала у меня футболки, сложила в рюкзак, следом засунула туда кроссовки, застегнула и отдала парню.

– Дай ей шанс, – сказал он, подмигнул мне и удалился.

Пауза между мной и Вонхи затянулась. Я чувствовала себя полной дурой, хотя не до конца понимала почему.

– Только потому что ты новенькая, я проигнорирую этот инцидент. Вижу, ты так и не поняла, с кем имела дело.

Я сглотнула, затем мотнула головой в сторону. Хотелось сбежать от этой неловкой ситуации и подальше – сесть в лифт и улететь на луну, а там парить в невесомости, ни о чём не думая. Или нет, думая, а что там за планета такая – Земля? Короче, забыть я хотела о существовании этого мира.

– Так вот это был Дино.

– Ди… из «TNC 701»??? Дино? Но он… другой совсем.

– Плохая отговорка.

Спустя сорок минут я, Вонхи и Боми сидели за столом в комнате не далеко от склада, ели куриные ножки в остром соусе. Передо мной лежала большая фотография Дино, лишь на чуток улучшенная фотошопом. Макияж, идеальное лицо, яркие краски. Губы сочные, сладкие, манящие.

Вдруг почувствовав неловкость за то, что не просто разглядываю губы парня, а ещё и фантазирую, я отодвинула фотографию и взялась за ножку.

– Такие казусы неприемлемы в нашей работе. Скажи «спасибо», что то был Дино, а не Минхёк. Он бы тебя на кимбап порубил за то, что ты его не узнала. А ещё радуйся, что ты во время концерта такой номер не выкинула.

– Мне дико неловко, – сокрушалась я, ничуть не лукавя. – Но он… такой обычный!

– Совсем не похож на знаменитость? – посмеялась Вонхи. – А ты думаешь, они в жизни тоже с макияжем ходят? Артисты все, без исключения, выходя на сцену, должны подчёркивать достоинства и скрывать недостатки. Их должны видеть. И не важно, кто это. Будь то актёр театра или певец. Макияж необходим, чтобы выделиться. Но в жизни они не блистают. В жизни они такие же, как и мы, Анна. – Она сделала паузу, чтобы попить. – Ты знала, что телохранители не гуляют с ними по улицам города. Охрана требуется лишь в местах столпотворения, где есть не только адекватные поклонники, но и чокнутые на всю голову. Наши парни живут обычной жизнью. Когда ты узнаешь их ближе, поймёшь, о чём я. Работать с ними – одно удовольствие! Потому что ребята шутят, смеются, балуются, как мальчишки. И ты должна их поддерживать.

– Э… смеяться над их шутками?

– Да.

Боми, чавкая, добавила:

– Запомни: когда одеваешь их, не смотри в лицо. И, тем более, в глаза!

– А то что? Загипнотизируют?

– Получишь выговор от начальства. До тебя у нас была стажерка…

– Боми, Анне не нужно это знать, – одернула её Вонхи, но я возмутилась.

– Начала уже – говори.

– Так вот она с болезненным любопытством изучала их лица. Парням было неловко, они смущались, отворачивались. А потом Минхёк – да, тот самый вредина – пожаловался на неё начальству. И всё. Её уволили.

Осталась последняя ножка, и я позволила Боми взять её.

– Мне это не грозит. У меня жених есть. Зачем мне кого-то там рассматривать?

– Правильно!

Вдруг Вонхи кивнула на фотографию.

– Читай вслух, что там написано.

– Дино?

– Нет, под фото.

– Его биография?

– Да. Читай.

– Ладно. – И я приступила к чтению: – Дино. Родился двадцать шестого апреля девяносто пятого года… О! Он на пять лет старше меня!

– Это имеет смысл?

– Нет, просто любопытный факт. – Взгляд снова упал на текст. – Вокалист, рэпер, танцор. Любит футбол и танцы. Кто бы сомневался… – я вспомнила вонючие кроссовки. – Любимый цвет – жёлтый. Любит собак больше, чем кошек. – Я фыркнула. – Зачем это?

– Так тебе будет легче запомнить, кто есть кто. Моя задача – помочь тебе не вляпываться в то, во что ты вляпалась сегодня. Итак, какое у него любимое блюдо?

– Крабовое мясо с жареным рисом и пирог… Чего?! Со вкусом зелёного чая? Он извращенец?

Боми и Вонхи переглянулись. Им не понять, что для нас, русских, это странное сочетание.

– Дальше абсолютно ненужная информация. Нет, фанатам, может, и интересно, что ему нравится научная фантастика и что по утрам он пьёт овощной сок… Но мне это зачем? Только не говорите, что эту ерунду я буду читать про других, – настороженно сказала я.

Вонхи кивнула и положила фото с биографией других участников.

Так, я запомнила, что Джуён играет сразу на двух инструментах: пианино и гитаре. Он считает свои брови самой красивой частью тела. А привлекательной – две ямочки на щеках.

Юси, которого знает Данил, лопает с большим удовольствием бублики, печенье и крем со вкусом мороженого. Юси обожает шапки и шляпы, и дома у него собралась целая коллекция головных уборов.

Уджи хорош в готовке корейского омлета. Интересно, мне это понадобится? Вряд ли я попробую его омлет. Уджи снимется иногда в фильмах – похвально!

Самый вредный участник группы с необычайно красивыми губами Минхёк обладает хорошей памятью. Ему достаточно пяти минут, чтобы выучить текст песни. Также он умеет играть на флейте – особый навык.

Нью – единственный ребёнок в семье. И, о Боже, он невообразимо высокий. Думаю, мне придётся подставлять стульчик, чтобы завязать ему галстук. Забавно, что в детстве Нью хотел стать ветеринаром. Хотела бы я посмотреть на «дядю Стёпу» с кошечкой на столе.

На мой взгляд Сунгхо очень симпатичный. Если бы не Данил и не работа, я бы положила на него глаз. И голос у него удивительный. Вонхи специально проиграла для меня песню с его партией, и мне очень понравилось, как он вытягивает высокие ноты. Вот, кого я хотела бы наряжать.

Лидер Вунхак – любитель искусства и розового цвета. Я долго смеялась. Почему ему нравится такой приторный цвет? Мужчина, всё-таки. Боми призналась, что несмотря на то, что Вунхак любит красивые и яркие вещи, включая розовый цвет, он тот ещё ворчун. А его сокровище – это наушники. И не дай Боже кому-нибудь их взять!

Джехи хорош в пародии. Он – самый талантливый в группе. Привередливый, любит чистоту и хорошо покушать. С ним можно посмотреть фильмы ужасов, но, Боми заметила, что с его талантами фильм покажется комедией.

Вонхи меня замучила, но домой я ушла, имея чёткое представление об участниках группы. Через две недели у парней начинались съёмки музыкальных видео, и я немного волновалась. Справлюсь ли? И как после дурацкого инцидента с футболками на меня посмотрит Дино?

Глава 3

Умудрилась задремать в лифте. Ехать-то всего четыре этажа. Поэтому вздрогнула, когда прозвенел звоночек, оповещающий, что сейчас откроются створки, и можно выходить. В голове был туман. Покачиваясь, я поплелась к двери нашей с Данилом квартиры.

Нажала на кнопку звонка и привалилась лбом к двери. Я так устала за этот день, что единственным желанием сейчас было обнять не Данила, а подушку. Осознав, что уже долго так стою, снова позвонила. Данил не открыл, хотя в одиннадцать вечера должен быть дома.

Зевая, полезла в сумку за ключом. Очень долго его искала, отчего злилась.

Наконец, я попала в квартиру. Меня встретили братья тишина и темнота. Споткнулась о ботинки Данила, выругалась. А когда включила свет, обнаружила собственную обувь. Ах да, утром собираясь, я хотела обуть оранжевые кеды, но передумала, а убрать их обратно в нишу не хватило времени.

Стоп!

Это значило, что Данил не приходил сегодня домой!

Эта мысль пробудила меня быстрее, чем холодный душ или супер крепкий кофе. На всякий случай обошла квартиру. Голодные коты лениво и вопрошающе смотрели на меня. Данил должен был дать им корм!

– Простите, детишки. Сейчас мамуля вам даст покушать.

Несмотря на усталость, я занялась котами, всё ещё думая, что же случилось с Данилом, рабочий день которого был короче, чем мой. Шила и Манчи набросились на корм, издавая нервные звуки «ау-ау-ау». Уверена, они проклинают нас на чём свет стоит. Мысленно все проклятия телепортирую Данилу.

На звонки мой жених не отвечал. Сообщений от него не было. Я забеспокоилась. А если с ним что-то случилось?

Веки слипались, и я подумала, что если утром Данил не объявится, буду бить тревогу. Я и предположить не могла, куда он мог подеваться. Мозг отказывался работать, поэтому я забралась в постель и вырубилась.

Проснулась в окружении мурчащих котов. Манчи улёгся, мягкой спинкой тыча мне в нос. Шила растянулась над макушкой. Будильник ещё не звенел. Но я всё равно взяла телефон, чтобы посмотреть время и… Сообщение!

Писал Данил:

Любовь моя, прости, что без звонка, всё было настолько быстро и неожиданно, что даже вещи не взял. Мы с моим боссом сейчас в Барселоне. Прошу, крошка, только не злись на меня. Это работа, сама понимаешь. Через три дня буду дома. Надеюсь, новая работа не заставит тебя скучать.

Я так стукнула по матрасу телефоном от злости, что коты разбежались от греха подальше.

Следующий рабочий день прошёл спокойно. Я с бесстрастным выражением лица ремонтировала некоторые костюмы парней. Сунгхо в разгаре выступления порвал все пуговицы на рубашке. Пришила. У Джуёна заклинил замок на ширинке. Заменила. Пиджак Джехи чудесным образом распоролся в нескольких местах. Зашила. И так далее…

На всю эту работу ушло утро и половина обеда. Пока шила, думала о Даниле. За весь год он уезжал в командировки раз тридцать точно, но всегда предупреждал меня заранее. Впервые он даже не написал мне элементарное «Со мной всё хорошо, позже объясню». Эту фразу мы договорились писать, когда нет времени на объяснения, но надо предупредить, что никакой опасности нет. В конце концов, мог голосовое отправить. Почему-то в душе поселилось скверное, очень неприятное чувство.

– А ты видела босса своего жениха? – спросила Вонхи после того, как я рассказала, почему весь день хожу загруженная.

– Нет. Я не лезу в дела своего парня. Никогда не интересовалась ни его коллегами, ни боссом.

– Наверное, это супер строгий мужчина, раз не разрешил ему чемодан собрать.

– Теперь и я так думаю.

– Не знаю, даже у нас в компании, несмотря на плотный график, никто тебе резко не скажет: «Поехали сейчас же. А прокладки купишь по прибытии». Глупо, правда? У нас расписание, планы. Ты сможешь заранее позаботиться, с кем оставить детей или питомцев. Также ты успеешь выключить все приборы в доме, чтобы не было пожара. Как можно вообще взять и велеть ехать в Барселону?

– А когда наш ближайший отъезд?

– Так, – Вонхи подумала, постучав пальцем по губам. – Сейчас у них съёмки нового музыкального видео. Потом трёхнедельный концерт в Азии. Вот на концерты мы тоже поедем.

Я кивнула.

– А хочешь посмотреть их костюмы для клипа? – бодро спросила Вонхи. Она явно настроилась поднять мне настроение.

Мы прошли в комнату, где было подготовлено всё для съёмок клипа. В углу стояли напольные вешалки с костюмами парней.

– Белые! – воскликнула я, выделив эти костюмы из всех, потому что обожала белую одежду. И, как ни странно, любила мужчин в белом.

– Да. Мне тоже нравятся эти костюмы больше всех. Особенно впечатлил крой брюк. По стилю они разные – у кого-то с замочками, у кого-то с карманами, а у кого-то с ремешками. А Нью не захотел ничего нашивать на них.

– Коротка дутая жилетка? – я пощупала вещь через пакет.

– Это для Дино. – Вонхи подмигнула мне и улыбнулась. – Он наденет её на голый торс. Поклонницы с ума сойдут.

– Охотно верю, – равнодушно отозвалась я и перешла к следующей вешалке. – А здесь что у нас?

– Стиль хиппи. В какой-то части клипа они будут изображать плохих мальчиков. Смотри, тут биты приготовили.

– Бр-р-р. Не люблю насилие.

– Брось! Песня весёлая. Вот, чёрно-серый и коричневые костюмы с блестками и прочей мелочью.

– И сколько всего костюмов на одного человека?

– Шесть.

– Да ну!

– Сама смотри. Белые, хиппи, с блёстками, элегантные костюмы, зеленые с белым или чёрным и… о-о-о, а эти самые необычные. Эти костюмы сочетают традиционное и современное, восточное и западное вдохновение. Думаю, работать мы будем в удовольствие себе.

– Жду с нетерпением, – уныло произнесла я.

И дело было даже не в моём настроении. Я откровенно боялась работать на съёмочной площадке. Боми сказала, что это страх перед неизвестностью. Стоит один раз попробовать, а дальше будешь наслаждаться процессом. Возможно, она права.

Мне поручили помочь одеть самого вредного мембера в группе – Минхёка. Я занималась своим делом и не обращала внимания ни на кого вокруг. Минхёк крутился, перебрасывался словами с другими участниками, хохотал, складываясь пополам и, тем самым, мешая мне. Но сделать ему замечание я не имела права. Сохраняя ангельское терпение, я продолжала застёгивать ремешки. Я боролась с желанием прикрикнуть на него и дать под зад, чтобы не дёргался.

На самом деле атмосфера на площадке позволила мне расслабиться. Ребята невероятным образом смогли поднять мне настроение, хотя конкретно ко мне они не обращались.

– Я голодный, – пожаловался Минхёк.

– Ты ел минуту назад, – заметил Сунгхо, который стоял за его спиной, пока им занимался визажист, поправляя макияж.

– Я не ел минуту назад! Не гони! Пока вы все ели, я был занят индивидуальной съемкой.

– Кто сказал «картошка»? – рядом объявился Джехи.

Мой рот растянулся шире под маской, руки не слушались, поэтому я никак не могла закрепить ремешок. Но Минхёк этого даже не замечал.

– Ещё один вечно голодный! – Сунгхо закатил глаза. – Никто не упоминал картошку. Картошка у тебя в голове, Джехи-хён

«Хён» корейцы называют того, кто старше тебя по возрасту, что-то вроде обращения младшего брата к старшему. Это я уяснила с первых дней в Корее.

Закончив с Минхёком, я взяла пиджак Джуёна, чтобы помочь надеть и правильно застегнуть, но его нигде не было, поэтому я осталась в окружении участников группы дожидаться его.

– Ты ешь, как моя собака – без разбора, – продолжали дразнить Джехи ребята.

– Да, я очень люблю поесть. Что в этом плохого?

– Щёки нарастил! – выкрикнул Дино. – Но щёки на лице – не так плохо, как щёки на пятой точке.

Не выдержав, я прыснула. И хотя я постаралась сразу же отвернуться, Дино успел заметить. Он посмотрел в мою сторону, задержал взгляд. Узнал ли он меня под маской? Чтобы избежать неловкой ситуации, я отправилась искать Джуёна.

Позже, оттанцевав и отсняв добрую половину клипа, у ребят был новый перерыв. Потные, запыхавшиеся и уставшие они уселись на пол и принялись подкидывать бутылку с водой так, чтобы она встала на донышко. Я исподтишка наблюдала за ними, напрасно думая, что они ничего не замечают. То, чем они занимались было так весело, что и мне захотелось присоединиться к ним. Да кто бы разрешил!

У Джуёна и Уджи отлично получалось. А Дино всё боролся.

– Это неправильная бутылка!

Уджи взял его бутылку, подкинул, и она твёрдо встала на донышко. И почему-то в этот момент Дино поднял глаза и посмотрел на меня. Смутившись, я быстро отвернулась. Потом ко мне подлетела Вонхи.

– Чего стоишь? Беги к Минхёку, у него полный беспорядок!

Опомнившись, я пошла к своей цели, чувствуя, как за мной следят чьи-то глаза. Когда я подошла, Минхёк боролся с Юси. И как ему костюм поправлять? Повернулась, чтобы поймать взгляд Вонхи, но вместо этого поймала взгляд Дино.

– Минхёк! – крикнул он низким голосом. Паренёк откликнулся, и Дино почти приказным тоном сказал: – Встань ровно! Тебе костюм поправят.

Несколько растерявшийся Минхёк сначала посмотрел на меня, затем выпрямился и позволил к себе подойти. Я начала с воротника. Директор торопил ребят, и я задвигалась быстрее. Рядом ещё стилист примостилась с расчёской. В общем, остаток съёмок прошёл в суете.

Вернулась домой дико уставшая. Проверила сообщения и удивилась, что Данил за весь день не написал ни слова. Я тоже не писала, но нам телефонами на рабочем месте запрещают пользоваться.

Забираясь под душ, я радовалась, что второй день съёмок начнётся после обеда. Высплюсь как следует, уберу за кошками… всё – утром.

Взбила подушку, уронила голову и взяла телефон. Сырые волосы приятно холодили кожу, запах шампуня распространился на всю комнату. Как приятно чувствовать себя свежей.

Абонент недоступен в данный момент… Я задержала дыхание. Что бы это могло значить? Разница во времени, и он сейчас на рабочем месте, не может говорить? Или телефон разрядился? Я звоню через интернет, так что нет смысла винить оператора связи.

Положив телефон на прикроватный столик, печально вздохнула. Манчи, мурлыча, запрыгнул мне на живот и тут же устроился. Я жулькала его шкурку и думала о Даниле.

Три дня. Один позади. Через два дня я устрою ему допрос с пристрастием.

Глава 4

Под улюлюканье своих друзей он взял яблоко в ладонь, вытянул вперёд и нажал. Яблоко вмиг расплющилось. Парни засвистели от восторга. Даже я открыла рот в восхищении. Дино показал невероятную силу. Мало у кого получится раздавить яблоко одной рукой. Этот парень выделялся среди всех мемберов. Я уже смотрела некоторые игры, где он мерился силами с участниками. Его мог переплюнуть разве что Нью. Но и тому приходилось немало потрудиться, чтобы победить.

Быстрота – это Джехи.

Сила – Дино и Нью.

Нью занимался боксом уже много лет. У него натренированы мышцы. Дино обладал физической силой от природы.

Второй день съёмок музыкального клипа проходил в студии с декорациями на фоне специальной зелёной стены. Я – та, которая впервые в жизни увидела этот «зелёный экран» поинтересовалась у одного из операторов, что это за чудо и как оно работает.

Он засмеялся, когда я назвала фон «зелёной стеной».

– Его потом не будет видно благодаря эффекту хромакей.

– Хромакей?

– Мы снимаем сцену на зелёном фоне. Конечно, освещение должно быть правильным, равномерным. Это важно. Потом на этот фон накладывается желаемая картинка. Например, видишь часть вертолёта?

– Ну?

– Нью будет имитировать прыжок с вертолёта. Он сделает шаг и спрыгнет на пол, а мы сделаем так, что вертолёт будет в движении и… в небе. А Сунгхо будет карабкаться по стене небоскрёба, словно человек-паук. Но на самом деле он ляжет на зелёный пол и поползёт.

– Вау. А «хромакей» – это что?

– Да. Хромакей – это непосредственное название эффекта, который достигается путём изолирования, удаления и замены цвета на видео. Кстати, иногда используют синие фоновые экраны. Зелёный – не принципиальный цвет.

Получив порцию информации, я по-другому стала смотреть на происходящее на площадке. Мальчики в белых костюмах бегали по зелёной «комнате», смеялись, дурачились, забавлялись, раздавливая яблоки или соревнуясь, кто быстрее схватит соперника за большой палец. Данил назвал бы их глупцами, хотя с чувством юмора у моего жениха было всё в порядке. Всё же он не понял бы этого ребячества. А мне они не только нравились, было желание присоединиться и тоже подурачиться. Давно я не вела себя по-детски. И что бы они ни сделали, вызывали у меня улыбку.

– Алло? Алло-о? – я кричала в трубку, стоя на крошечном пластиковом стульчике в туалете, чтобы поймать связь.

Дозвониться до Данила стало чем-то невероятным. Я пыталась звонить ему во все свои перерывы, но связь как назло прерывалась. И вот, когда он ответил, я услышала скрежещущий, свистящий звук.

– Данил? Что там у тебя происходит?

– Анют, я не могу говорить. Связь пло…

– Что?!

– Связи нет! НЕТ! Я в дороге! Поз… зже… Я т… лю…

Тык-пык – и ничего внятного. А потом звонок прервался. Подозреваю, что Данил сам отключился.

Вздохнув, я слезла со стула и пошла к двери. Послезавтра я выясню, что за командировка у него такая была. Он переводчик или информационный гид? Куда он ехал и зачем? Разве в машине не должна стоять тишина? У меня создалось ощущение, что он трясся в таком стареньком испанском автобусе, который подпрыгивает на самой маленькой кочке до небес.

Выходя из туалета, я не сводила взгляда с экрана – набирала сообщение Данилу. Пусть знает, что я переживаю и немного злюсь.

И вдруг врезалась в кого-то. Телефон от удара улетел черти куда. Кажется, я ударилась лбом о подбородок человека. Потирая лоб, я подняла голову и тут же отшатнулась.

– Ой. Прости, пожалуйста.

Я сделала аж три поклона. А парень рассмеялся.

– Наблюдаю за тобой уже два дня и не могу налюбоваться.

Моя челюсть упала вниз. И слов не находилось.

Дино пристально смотрел на меня.

– Сильно ушиблась?

– Нет.

Он чуть нагнулся к моему уху.

– Хочу, чтобы завтра ты одевала меня.

– Э… это не я решаю.

– Прихоть айдола, – он широко улыбнулся, обнажив ровные белые зубы.

Я спрятала взгляд. Потом вспомнила, что выронила телефон и принялась его искать глазами. Дино быстро понял, что происходит, обошёл меня и поднял телефон. Предатель экран – точно хорошо стукнулся – засветился и каким-то чудесным образом разблокировался, являя мою переписку с Данилом взору Дино. Слов парень бы не понял, русского он не знал. Зато он увидел наше с Данилкой фото на аватарке. Мы в темных очках и кепках позируем фотографу. Это наша любимая фотография, поэтому мелькает во всех соцсетях.

– Бойфренд? – спросил Дино.

– Что-то вроде того, – ответила я и вытянула ладонь.

Дино послушно вложил телефон, и на секунду наши руки соприкоснулись. Странная дрожь пробежала по всему телу, и этот пристальный взгляд вызывал желание спрятаться.

– Я не передумал насчёт завтра, – сказал он, повернулся ко мне спиной и зашагал прочь, оставив меня со своими мыслями.

«Что-то вроде того»? Зачем я это сказала?

Кимчи, разные салаты, маринованное мясо, рис и лапша – как это всё можно есть сразу? Я не понимала, хотя прожила в Корее уже год, а Боми уплетала еду за милую душу, ловко орудуя палочками. Я не ела. Только смотрела. Кусок в горло не лез, а всё из-за Данила. Из головы не лезло его «потом». Может быть, я себе накрутила, но не отпускало ощущение, будто он избегает разговора со мной.

Боми протянула мне мяско, держа его палочками, чтобы попробовала. Я отвернулась, отказываясь. Боми настаивала. И я сдалась, но прежде чем взяла кусочек мяса в рот, неудачно махнула рукой и попала в лоб. Место, которое я ударила о подбородок Дино, тут же отдалось болью. Синяка не было, а заденешь – болит.

Этот Дино словно из железа сделан. Яблоки одной рукой давит, побеждает в любых силовых играх, и, надо же, какой-то подбородок, а сколько боли!

Я вспомнила его улыбку и привычку забавно зажимать нижнюю губу верхними зубами. У него явно не скромное личное обаяние. Оно у него врождённое. Так и притягивает, при этом не прилагая никаких усилий.

– Боми?

– Ещё мяса?

– Нет.

– Может, кимчи?

– Я не голодна. Слушай, а у вас тут бывали случаи, когда… ну…

Боми тут же уловила мою мысль.

– Когда кто-то из персонала влюблялся в участника? Случалось не раз. Но их быстро в этом уличили и уволили. А ты, что, в кого-то влюбилась?

– Что? Я? Нет! У меня жених есть. В июле свадьба, – с ноткой возмущения ответила я. Не хватало мне влюбиться в кого-то из айдолов для полного счастья. – Я другое имела в виду. Наоборот. Случалось ли так, что… айдолы влюблялись… э… – снова запнулась, но и тут Боми поняла.

– В персонал? – Она громко расхохоталась и чуть не подавилась рисом. Запив колой, она сказала: – Нет. Эти парни – сложные. Да и зачем им на нас, серых мышек, заглядываться? У них такое окружение шикарное. Хотя… они и на своих коллег мало смотрят. У них контракт, и думают они только о работе.

– Значит, возможность минимальна?

– Можно спросить, к чему ты клонишь?

Я ловко ушла от ответа.

– А могу я выбрать мемберов, с которыми хочу завтра работать? Минхёк – это шило в заднице!

– О, ты думаешь, другие лучше? Кого ты хочешь, например?

– Ну… – я сделала вид, что думаю. Мне вообще было плевать, и на самом деле я не понимала своё ниоткуда возникшее желание подчиниться парню. Прихоть айдола – мне-то что! И всё же нечто очень весомое отодвинуло разум в сторону. – Пусть это будет Дино и… Вунхак – он тихий. Сунгхо…

– Сунгхо убегает каждый раз, когда ты подходишь что-то ему поправить. Он вообще на месте стоять не может.

– Уджи? Нью?

– Да бери кого хочешь. Завтра и костюмы сложные.

Завтра сам день будет сложным.

Манчи и Шила крутились у моих ног, пока я доставала корм. Я любила этих пушистых зверят, хотя не видела их маленькими. Данил взял их задолго до моего приезда в Сеул. Тогда он сказал, что в Южной Корее без животных почти никто не живёт. Здесь любят собак и кошек, а некоторые предпочитают завести питомцев, нежели рожать детей. Отсюда и рождаемость низкая, смеялась я.

Кстати, Манчи больше мой кот. У нас с ним особые отношения. В то время, как Шила равнодушна к нам с Данилом. Манчи часто прибегает в кровать, если мы с Данилом обнимаемся, обязательно ляжет посередине. Да так, что порой задним местом утыкается в лицо Данилу, а мордочкой зарывается в мою шею. Даня возмущается, выгоняет его, а потом Манчи его царапает или поджидает за углом, чтобы напугать.

Накормив кошек, я уселась за свой узенький стол, включила ноутбук самсунг (здесь всё самсунг, я привыкла), чтобы поработать, но всемирная сеть унесла меня в дебри. Я вдруг начала рассматривать фотографии парней из группы TNC 701. Открывала одну фотографию за другой. Макияж, красивые костюмы, изящные позы и профессиональная обработка делали из этих мальчиков конфетки. На фото Дино я остановилась и внимательно всмотрелась в его лицо. Белая кожа, каштановые волосы, властный взгляд, губы красивой формы, слегка массивный подбородок, но его это нисколько не портило. Мне понравились татуировки на его теле. Прямо над локтем левой руки была вытатуирована цепь, словно Дино заковали в неё навечно.

«Они и на своих-то не смотрят, куда им на нас, серых мышек, заглядываться!»

И зачем мне это? Я ухмыльнулась, но взгляда от фотографии Дино не отвела. Странно разглядывать мужчин, когда у тебя есть любимый человек… Мне было трудно представить себя с другим. Данил был первым и пока оставался единственным. И он воплощал все мои мечты в реальность. Я любила его искренне, всей душой.

В эту ночь я острее ощутила одиночество и неуверенность, словно потерялась в бескрайней пустыне. А причина банальна: со мной рядом всего лишь не было Данила.

Глава 5

В моих руках была пара чёрных многослойный брюк прямого кроя от Y/Project и жакет из мишуры. Я несла эти вещи в гримёрку, чтобы один из артистов мог надеть их. Мне стоило огромных трудов расправить непослушную мишуру на рукавах. В пакете она пригладилась, но в клипе мишура должна выглядеть лёгкой и пушистой.

Этим утром я слегка нервничала. Будильник подвёл, пришлось вызывать такси, чтобы не опоздать. А ещё споткнулась об Манчи. Коту ничего не было, он удрал до того, как на него бы свалилась тяжёлая Аня. Но я упала и ушибла коленку. Теперь прихрамывала, ибо очень больно ушибла.

В итоге я опоздала на одну минуту, и не успела дух перевести, как Вонхи загрузила меня работой. Я вскрыла все костюмы, которые требовались для последнего дня съёмки. Привела их в порядок, разложила как требовала инструкция. Затем приготовила чемоданчик с дорогой бижутерией, которую подберёт парням стилист.

Спустя два часа я наконец добралась до кофе, но успела сделать только два прекрасных глотка. Меня вновь вызвала Вонхи. Вручив брюки и жакет из мишуры, велела отправляться в гримёрку.

– Просто положи куда-нибудь аккуратно и выходи. Дино оденется, потом поможешь ему с ремнём. Знаешь, что ремень должен быть приподнят к талии и открывать участки кожи, так ведь?

Я кивнула, прекрасно представляя, что делать.

Уверенная в том, что гримёрка пуста, я вошла внутрь и принялась искать глазами подходящее место для костюма. Взгляд напоролся на другой взгляд – в зеркале. И речь вовсе не о моём отражении. В кресле сидел Дино с обнаженным торсом. Он смотрел перед собой, но вовсе не на себя. Долгий, испытующий взгляд скользил вдоль моих трепещущих нервных окончаний. Я попыталась спрятать глаза, но ничего не вышло. Он смотрел на меня, потому что ждал, когда же я выполню свою работу.

– Э… – от растерянности я начала запинаться. Он здесь один, и меня тут быть не должно. – Я принесла костюм. Куда положить?

Он пожал плечами.

Да, дурочка! Это моя работа.

Осмотревшись, я заметила перекладину на стене, явно предназначенную для одежды.

– Оставлю здесь, – сказала я, быстро развешивая брюки и жакет. Из пакета достала ботинки и собралась уходить, но мне преградили путь.

То есть пока я занималась костюмом, Дино тихо-тихо поднялся со стула и встал за моей спиной так, чтобы были отрезаны все пути.

– Что-то не так?

Я покраснела, потому что Дино стоял передо мной в одних шортах. Его чистая белая грудь поневоле приковывала мой взгляд. Я даже осмелилась посмотреть на… соски. Но я не специально!

– Как давно ты здесь работаешь? – спросил он, пытаясь заглянуть мне в лицо, которое я то и дело отворачивала от него.

– Я… ну, я… новенькая. Несколько дней работаю… неделю… а может…

– Ясно. Просто я тебя раньше не видел. До… того, как ты уличила меня в «воровстве», – он просиял. – Ты иностранка.

– Русская.

Дино смешно произнёс на русском «Привет. Начинаем!» и рассмеялся. Мне тоже стало весело, но я сдержала смех. Боялась, что кто-нибудь поймает меня на разговоре с артистом.

– Переодевайся. Я зайду через десять минут, чтобы помочь с ремнём.

– Как тебя зовут?

– Анна. Можно просто Аня. Легко запомнить, если ассоциировать моё имя с укорочённой формой слова «привет» на корейском.

– Аньён? – тут же сказал он. – Да, похоже. Я буду называть тебя Аньо. Можно?

Не скажу же я этому нахалу, популярному айдолу, что не желаю носить прозвища. Я не знала, на что они способны в гневе, а работу терять пока не хотела. Поэтому согласилась. И думая, что разговор закончился, пошла к выходу.

– Вернись, – приказным тоном сказал Дино, заставив меня окаменеть.

– Что? – я развернулась.

– Сюда иди. Помоги.

О, Боже! Он хочет надеть брюки у меня на глазах? Он снимет шорты??? Я, конечно, не из стеснительных, но что если нас увидят?

– По-моему, это плохая мысль.

– А по-моему, это твоя работа. – Он вдел ремень в шлёвки, затем ехидно улыбнулся. – Ты сказала, что поможешь с ремнём.

И он дал мне брюки подержать. А сам спустил шорты. Я быстро повернулась к нему спиной, а для пущей уверенности зажмурила веки. А потом услышала смех.

– Как же ты голых мужчин боишься. Эй, Аньо! Ты – костюмер. Разве ты не видела никогда голых людей?

Видела. Девушек. Иногда модели расхаживали в чём мать родила по гримёрке, несмотря на толпу, среди которой могли затеряться и мужчины – фотографы, например. Но моделям было чихать. Как, впрочем, и нам. Но Дино не девчонка!

– Мы здесь одни. Нас могут неправильно понять.

– Нашла отговорку! Ха-ха-ха! – Дино расхохотался. Послышалось шуршание. – Помогай с ремнём. Я в брюках, не бойся.

Не знаю, откуда появилась дрожь в руках и волнение, но прикасаться к его белой коже было трепетно. Если учесть его взгляд. Он следил за каждым моим движением и, кажется, ему нравилась моя возня. Ремень очень сложный – требовалось время застегнуть его, а потом закрепить цепочки. Ноги устали и я присела перед ним на корточки, чтобы застегнуть непослушную кнопку.

И надо было именно в этот момент появиться двум мемберам. Сунгхо и Вунхак зашли в гримёрку разговаривая, но прекратили болтовню, как только увидели практически эротического плана картину.

Я – на коленях перед полуголым парнем, держусь за пояс и… хотела провалиться на месте.

А вот Дино ничего не смутило. Он вступил в беседу с парнями, быстро позабыв про меня.

Наконец кнопка поддалась. Я закрепила цепочки, помогла надеть жакет из мишуры и убежала, спотыкаясь, подальше от всего этого. Послышался смех Сунгхо, а за ним и заливистый смех Дино. Он приятный внешне, но слишком уж нахальный.

Во время съёмки я сосредоточилась на образах. Подбегала к ним каждый раз, – когда они делали перерыв, – чтобы застегнуть пуговицу, поправить полы жакета или воротник, заправить рубашку, если вылезла во время танца.

– Они – своего рода дети, – сказала Вонхи, у которой есть дочь. – Их одеваешь, а потом поправляешь каждый раз, когда они выбираются из песочницы, чтобы показать необычный камушек. Мой ребёнок должен быть опрятным. Точно также я отношусь к этим ребятам. Они, шутя, часто называют меня «омма», – что означало «Мамуля» на корейском языке. – А я называю их «сыночками».

– Ты сойдёшь за старшую сестру, но никак не за маму, – возразила я. – Ты ещё так молода!

– Нет. «Нуна» у них Боми. Именно она им как старшая сестра.

– А я тоже нуна?

– Тебе сколько лет?

– Двадцать четыре.

Вонхи скривила рот.

– Опасный возраст для такой работы. Эти мальчики для тебя «оппа» – старшие братья. Им ведь от двадцати пяти и больше. Лидеру Вунхаку двадцать девять.

– Но есть личности, которые ведут себя как дети малые! Не поверю, что им двадцать восемь или двадцать девять.

– Кто, например?

– Ну… Минхёк или Дино.

Вонхи рассмеялась.

– Дино и Минхёку двадцать восемь, дорогая моя. Так что, они для тебя Дино-оппа и Минхёк-оппа.

«Дино-оппа, Дино-оппа», – бурчала я про себя, кривляясь, когда ехала вниз в лифте, сбросить костюмы в корзину для того, чтобы осмотреть их, сложить и отправить в химчистку. Многие вещи пропахли потом, и этот запах бил в нос.

Что будет, если я начну называть Дино оппа? Поймёт ли он, что я отношусь к нему, как к старшему брату? Раз Вонхи и Боми могли общаться с ними фривольно, и многие из персонала вели себя с ними раскованно, то и я не должна быть исключением. Сегодня я наблюдала, как телохранитель Уджи играл с ним. Они наступали друг другу на ноги и смеялись. Наверное, и мне стоит попробовать быть раскрепощенной, иначе мне не влиться в коллектив. А коллектив – это не только Боми и Вонхи, это просто огромнейшая «семья». Привыкание, адаптация, вливание в компанию займёт время, но мне нравилось здесь, поэтому должна сама себя ставить… без глупостей, конечно.

Я занималась костюмами до восьми вечера. Боми помогала мне до семи, затем уехала. Доделав работу, я, наконец, выбралась наружу. Вдохнула прохладный свежий воздух и засеменила к дороге, думая, взять такси или воспользоваться общественным транспортом.

И в тот момент, когда я подняла руку, чтобы махнуть таксисту, услышала мужской смех. Из здания вышли Уджи, Джехи и… Дино. Последний тут же поймал мой взгляд, а потом неожиданно подмигнул. Я отвернулась.

– Смотри, вон та красотка – костюмерша, – послышался голос Джехи. Этот парень без комплексов, никогда не постесняется ляпнуть лишнего. Приятно, когда тебя называют красоткой, но скромность никто не отменял. Я сделала вид, что не услышала и стала высматривать такси.

– Давай подвезём… – крикнул Уджи и чуть тише спросил у друзей: – Как её зовут?

– Аньо, – ответил Дино.

– Аньо! – повторил Уджи и хохотнул. – Какое-то странное имя…

– Аня. Не Аньо, – несколько дерзко поправила я.

– Анья? – попробовал повторить Уджи, но вышло с акцентом. К этому моменту они стояли уже рядом со мной. Когда я кивнула, что моё имя правильно произнесено, Уджи продолжил: – Далеко живёшь? Давай мы тебя подбросим?

– Нет, спасибо. Думаю, это будет не очень правильно с точки зрения правил.

– Какие ещё правила? – Уджи даже зажмурился от возмущения. – Работа закончена. Все разъехались по домам, а у нас начинается личная жизнь. В конце концов, мы всего лишь подвезём тебя до дома, а не выпьем по коктейлю.

– Но если хочешь коктейль, только скажи, – вставил Дино, и Уджи толкнул его.

– Он дразнится.

«Расслабься. Они обычные люди и не кусаются», – говорила себе, потому что чувствовала, как всё тело ломило от напряжения. Я снова напомнила себе о том, что дружба с айдолами пойдёт только на пользу. Дружить с ними не запрещено. За три дня съёмки я увидела достаточно, чтобы сделать выводы.

Вопреки расхожему мнению, что у айдолов нет времени ни на что, кроме следования своему официальному расписанию, всё же ясно, что всего у них на всё хватает. Просто с установкой «горю на работе» легче отвязаться от фанатов и на корню пресечь всякие подозрения. Всё, что находится за пределами камер, вся неофициальщина – личная жизнь айдола. Агенство чаще всего против отношений айдолов с персоналом, но о дружбе никто не заикался.

Подъехала машина, и Джехи открыл для меня дверцу. Поколебавшись секунду, я залезла внутрь. А рядом со мной уселся Дино. Да так близко, что я бедром чувствовала его тепло. Если об этом узнает Данил, рад точно не будет. Но он не узнает, потому что ещё не вернулся из Барселоны.

Глава 6

Вечер опустился на оживлённые улицы Сеула. Из окна «звёздной» машины я смотрела на город другими глазами. В каждом здании, в каждой яркой вывеске, в каждой витрине таилось волшебство. Казалось, что мне всё доступно, открылись двери в мечту. Я чувствовала себя всемогущей, но способной защитить и уберечь своё я от безумия.

Я утонула в своих мыслях и лицезрении уже полюбившегося города и не слышала, о чём болтали парни. Самое странное, что пока я ехала в машине группы «TNC», не думала о Даниле. Это было ново. Чуть страшновато, но интересно. Когда-то я должна была переключиться на что-то другое, ведь нельзя же быть сосредоточенной только на любви. Тогда такая любовь превратится в болезнь со всеми её вытекающими. Я этого не хотела. Так пусть сегодняшний вечер отличится от всех других вечеров. Один разочек.

– Анья? – обратился ко мне Уджи, и я, вздрогнув, отвернулась от окна. Уджи улыбался, а добрые лучистые глаза располагали к себе. – Давно живёшь в Корее?

– Год или чуть больше, – вежливо ответила я, а потом вдруг почувствовала шевеление рядом. Дино сидел очень близко и тряс ногой. Я заставила себя не смотреть в его сторону, а сосредоточилась на разговоре с Уджи. – Мне нравится здесь. Конечно, пришлось привыкать ко многим вещам, но…

– Твой корейский довольно неплох.

– Спасибо. Я выучила базовый язык за четыре месяца. Теперь практикуюсь.

– Не хочешь с нами поужинать? – спросил Джехи-без-комплексов. – Или тебя кто-то дома ждёт?

– Меня ждут… мои кошки.

– У тебя есть кошки? – обрадовался Уджи. – Как их зовут?

– Шила и Манчи. Манчи – экзот. Он меня очень любит. Шила британская кошечка. Она белая как снег, грациозная и иногда ленивая.

– Мы очень любим кошек. Я бы посмотрел на них. Есть фотки?

Я хотела было показать, но вспомнила, что помимо котов у меня есть не очень приличные фотки Данила в галерее. Люблю фоткать его в разных неожиданных позах, иногда с голым торсом, иногда в трусах. Будет неудобно, если Уджи, листая галерею, наткнётся на это безобразие. Давно пора разделить фотографии, раскидать по тематическим альбомам. Всё руки не доходят.

– К сожалению, фоток нет. Но вы можете зайти и взглянуть на них, – сказала я и сама себе удивилась. Я только что пригласила айдолов в свой дом посмотреть на кошек! Убрано ли у меня? А если в квартире не проветрено и воняет? Я со стыда сгорю! Кто вот меня за язык тянул? С утра я постель не убрала, и пижама валяется где-то на полу. На кухне грязная кружка и немытая кофеварка. А когда согнула коленку, вернулась боль, и я вспомнила, что споткнулась о Манчи утром. От моего падения обувь разлетелась в разные стороны и я не потрудилась её убрать, потому что спешила. Кто скажет мне, как вернуть слова назад?

– Хотя у вас, наверное, свои планы… – тут же поправилась я.

– Мы едем ужинать, – пожал плечами Джехи, – а на это время планировать не нужно.

– Если разрешишь, мы на пять минут зайдём посмотреть твоих питомцев.

– Э… Конечно! – воскликнула я с наигранным энтузиазмом, повернула голову и столкнулась взглядом с Дино. Смутилась и отвернулась.

Они не передумали. Что ж, сама виновата. Не надо было приглашать. Да и подумаешь – кошки! Я долго не могла взять в толк, почему им прям так интересно посмотреть на моих котов. Ладно бы я держала в доме редких рептилий или крокодила в ванной. Вот на это грех не напроситься. А коты…

Но не это беспокоило меня больше всего. Внутри поселилось очень неприятное чувство. Я даже не знала, как это называется. Я не хотела и всеми силами противостояла тому, чтобы айдолы узнали, что в этой квартире живёт ещё и мой жених, будущий муж, человек, которого я люблю. Язык не поворачивался признаться им в том, что я состою в отношениях.

И когда мы вошли в квартиру, я не стала включать свет в прихожей. Соврала, что лампочка перегорела. Какое счастье, что на улице стемнело! Пока разувалась, прятала мужскую обувь в шкаф.

Парни вошли и тоже послушно разулись. Я убежала вперёд, включила свет в гостиной и быстро осмотрела её глазами. Данила выдавала одна единственная фотография на стенной полке. Я схватила её и сунула между книг. К счастью, мы не увлекались всякой ерундой, вроде распечатывания совместных фотографий. В гостиной висела ещё одна фотография, но на ней была запечатлена только я. Это было профессиональное фото, сделанное год назад в студии, где я работала костюмером. Данилу так понравилось фото, что он заказал большую рамку и сделал из неё картину.

Дино долго рассматривал это фото, но при этом не задал ни одного вопроса.

Попросив парней располагаться на диванах, я пообещала вернуться через минуту. К тому же Манчи уже крутился в ногах у Уджи. А Шила вздыбилась, увидев незнакомцев. Парни отвлеклись на неё. А я воспользовалась моментом и пробежалась по оставшимся комнатам. Кружку закинула в посудомойку. Дверь в спальню плотно зарыла. Затем повела айдолов в закуток для кошек.

Когда я зажгла свет, Джехи выдохнул:

– Вау! Ничего себе – царство!

Данил создал котам паркур. Также в углу возвышался меховой домик. Всюду валялись игрушки. Это был их мир. В комнате не было окон, потому что эта часть комнаты на самом деле принадлежала нашей спальне. Данил поставил перегородку, уменьшив комнату на четверть.

Манчи радостно пригласил их мявканьем в свой дом, показал любимую игрушку, и Джехи сразу нашёл с ним общий язык. Манчи ещё котёнок, хоть и довольно большой. Ветер в голове, игры любит. Он очень дружелюбный котик. Тогда как Шила следила за незнакомцами издалека.

Я стояла в проёме и наблюдала за ними. Не зная, как избавиться от подавленного состояния и страха, я пошла на кухню и чисто механически включила чайник. Я не могла прогнать их, ведь это не гостеприимно. Точно так же было бы неправильно не предложить им чай или кофе. Меня хорошо воспитали, и несмотря на то, что привела троих мужчин в дом без ведома Данила, надо было проявить максимум вежливости. Я сделала глубокий вдох, затем медленно выдохнула.

– Мы тебя смутили? – услышала за спиной и развернулась.

– Почему? Нет.

– По-моему, с нашей стороны было невежливо напрашиваться.

– Я сама вас пригласила.

Дино подошёл ближе и облокотился о столешницу. Выразительные карие глаза смотрели на меня дружелюбно, но в то же время властно, словно собирались подчинить себе мою волю.

– Ты живёшь здесь не одна, так?

Я молчала, думая, что же выпустила из виду.

– Это не родители. Не подруга и не сестра. Сомневаюсь, что брат.

– Чаю?

– Уклоняешься от ответа, – он слегка улыбнулся, а я осталась серьёзной.

– Ты здесь кого-то видишь? – спросила я чуть раздражённо, ругая себя за то, что не могу просто сказать: «Я живу не одна, ты прав. Со мной живёт мой жених, но он в отъезде и приедет часам к семи утра». Но нет, я всеми силами пыталась доказать, что одинока.

– Ты предлагала чай? – он нагло открыл холодильник. – А мы голодны. И судя по скудному набору продуктов, ты тоже. Ребята! Давайте прямо сюда закажем? – он подмигнул мне. – Ты же не возражаешь?

Из моего горла вырвался смешок. По-моему, меня никто спрашивать не собирался.

Ужин затянулся. Джехи – любитель вкусной еды – заказал невероятное множество блюд. Я в жизни столько не ела. Мы с Данилом ограничивались двумя-тремя блюдами, а тут получилось заставить большой стол!

Уджи рассказывал разные истории из их профессиональной жизни. Джехи шутил и дурачился, иногда играл с Манчи. А Дино… Он весь вечер сидел тихо. Каждый раз, когда я поворачивала голову, ловила на себе его взгляд, от которого бросало в дрожь.

Внезапно к Дино пришла Шила, удивив всех. Она не подходила ни к кому. И к нам эта кошка шла редко. Шила – не любительница ласки. Дино протянул ей кусочек мяса, и хотя я была против того, чтобы давать нашу еду котам, возражать не стала. Шила слизывала соус с мяса, задевая розовым язычком пальцы парня. Почему-то это зрелище меня так заворожило, что я не могла отвести глаз.

– Шила тебя полюбила, – сказала я.

– Везунчик, – посмеялся Уджи. – У него всё в жизни легко, Анья.

– Правда?

– Да! Добивается желаемой цели, не прилагая усилий. Твоя кошка тому подтверждение. Нам есть чему у него поучиться.

– Уверен, Дино умеет гипнотизировать и… колдовать. Да, точно! – Джехи расхохотался.

– Не слушай его. Джехи балбес, – сказал Дино.

– Слушай, слушай. И мотай на ус.

Мотать на ус? Зачем мне это?

Парни ушли за полночь. Если бы кто-то когда-то сказал, что однажды я буду сидеть в собственном доме, кушать вкусную еду и болтать с айдолами, в того я бы запустила булыжник.

Гости мои оказались весёлыми и очень общительными. Рядом с ними я не чувствовала усталости. Почувствовала её, когда закрыла за ними дверь. Вернувшись в гостиную, я долго смотрела на заставленный остатками еды стол. Целый час я прибиралась. Вынести мусор у меня сил не хватило, и я поставила мешки на пол в прихожей, пообещав себе утром выбросить. Стол я сложила. А посуда? Тоже завтра помою.

Мне дико хотелось спать. Не теряя больше ни минуты, переоделась и забралась в постель…

Кто-то толкнул меня в плечо. Я закряхтела. Кто посмел нарушить мой сон? Ведь я и минуты не поспала!

– Анька? – услышала родной шёпот и открыла глаза. Затем резко села.

– Данил! – бросилась на шею. Взгляд выхватил засветившийся экран телефона, время на котором было около семи. А я думала, что поспала совсем мало. А уже утро! – Я так скучала.

Он поцеловал меня.

– Я тоже. Ань?

– Гм? – я скрутилась клубочком в его объятиях, больше ничего так не желая, как раствориться в его руках.

– Ань, что тут происходило?

Сон как рукой сняло. Я испуганно смотрела на Данила.

– А что происходило?

Глава 7

И это было не просто неприятное ощущение вины, а настоящая катастрофа. Спросонья я никак не могла сообразить, что сказать, а главное – как правильно разрулить ситуацию. Данил покраснел от кончиков ушей, вот-вот дым повалит из всех щелей.

– Пока я был в командировке, ты тут развлекалась?! – почти кричал он, пока я выбиралась из постели.

Шаркая босыми ногами по холодному полу, направилась в ванную. Тело двигалось, мозг ещё спал. Данил плёлся за мной, возмущаясь и размахивая руками. Я сочла, что пока до конца не проснусь, объяснить ничего не смогу, поэтому вошла в ванную и захлопнула дверь перед самым носом Данила. Вот так встреча! Теперь возмущена была я. Мы три дня не виделись, а он вместо поцелуя нападает.

Облегчившись, я спустила в унитазе воду и подошла к умывальнику. Уставилась в зеркало на свои мешки под глазами. Я не выспалась, и на улице было сыро и пасмурно. Работать будет тяжело.

– Я насчитал четыре коробки из-под куриных крылышек, – услышала за дверью приглушённый голос Данила и тут же проснулась окончательно.

Открыв дверь, я удивлённо посмотрела на своего жениха.

– Ты залез в мусорный пакет, чтобы посчитать коробки из-под крылышек?

– Я просто хочу знать, с кем ты здесь проводила время.

– О конечно! На коробках из-под крылышек написаны имена! Знаешь, с кем я проводила время? С коллегами по работе! – рявкнула в ответ, не удержавшись от жесткого тона. – Я только устроилась на работу и пытаюсь подружиться с людьми. Если бы ты не уехал в свою странную командировку, провёл бы вечер вместе с нами. А теперь завидуй молча.

Я вернулась к умывальнику, но дверь оставила открытой. Молчание продлилось ровно минуту, затем Данил сказал:

– Почему это «странная»?

Но я не хотела обсуждать это сейчас.

– Поговорим вечером. Сейчас мне надо собираться. Надеюсь, ты до моего возвращения вспомнишь, что скучал и обнимешь наконец.

Минут через пять, когда я перед открытым шкафом натягивала свои мешковатые джинсы, Данил обнял меня со спины и поцеловал в плечо.

– Извини, Анют. Я неверно себя повёл, напал на тебя спящую. Просто пойми, я ревную. Ты у меня красавица. Меня же можно понять, да?

Нежный голосок растопил моё сердце. Мой малыш ревнует, потому что считает меня достаточно красивой, чтобы другие позарились. Такой комплимент поднял мне настроение на весь день. Развернувшись, я жадно поцеловала его, затем убедила в том, что не делала ничего такого, что могло бы подорвать его веру ко мне.

Я не стала говорить, что эти «коллеги» – айдолы. Если Даня узнает, скандала не избежать, даже если я чиста, как ангел.

Утренняя перепалка с Данилом отрезвила меня. В течение трёх дней я была в неведении и в каком-то подвешенном состоянии: почему Данил так срочно уехал, почему не писал… Но вот он приехал, и я успокоилась. Мало ли что может взбрести в голову директору. Он явно чокнутый, раз увозит переводчика с бухты-барахты. Ладно, я это пережила.

Почти весь день я занималась костюмами вместе с Боми. Мы работали молча, ни о чём не разговаривали. Один раз попили зелёный чай и съели по пончику. Во время перекуса перебросились чисто рабочими фразами. У Боми не было настроения, а когда она в печали, никто не советовал к ней приставать. Я не шибко любопытная, к тому же, и нет привычки лезть в чужую жизнь, если человек сам того не хочет.

После обеда я сидела в одной из комнат в тишине на синем диванчике, изучая концепцию костюмов для выступления группы на одной из знаменитых передач. Костюмы будут арендовать, и мне завтра придётся мотаться по городу целый день, чтобы забрать одежду для девяти айдолов, а после выступления надо будет вернуть всё обратно. Я чертыхнулась. Парни одеты в разные бренды, а значит, надо будет выстроить маршрут.

Сдвинув брови к переносице, а губы вытянув в трубочку, я сосредоточенно вглядывалась в карту Сеула, выискивая нужные точки. Я совсем не задумывалась о том, какое выражение лица у меня в данный момент, ибо была уверена, что одна в комнате.

Была уверена, пока взгляд не выхватил отражение в чёрном стекле напротив дивана.

Я застыла, пытаясь рассмотреть, кто там. И давно он тут?

– Как поживают твои кошки? – спросило отражение. Широкие коричневые штаны с карманами пришли в движение. Фигура увеличилась, а потом я увидела рядом Дино. Он сразу сел на соседний диван, пристроив локти на коленях. – Мне беленькая понравилась. Сразу видно – девочка. Так просто не даётся.

Его слова привели меня в оцепенение.

– Э… Шила не любит чужаков.

– Но ко мне она пошла.

– Вероятно, ты располагаешь…

Он вскинул на меня свои чарующие карие глаза, а одну бровь приподнял. Я не совсем понимала, что хочет от меня Дино. Оттого не знала, как себя вести. А когда он потёр нижнюю губу пальцем, я невольно потянулась к своей, но вовремя одёрнула пальцы. Чего это я?

Надо было найти другую тему, и я быстро развернула свой планшет. На экране был костюм для Сунгхо.

– Завтра отправляюсь за вашими костюмами. Симпатично подобраны, правда?

Дино кивнул, не глядя. Он смотрел на меня, смущая, заставляя краснеть и теряться.

Тогда я встала.

– Извини, мне надо идти. Увидимся.

– Сегодня вечером?

Он удержал меня за запястье. Я сглотнула и замерла, пытаясь избавиться от волнения, внезапно нахлынувшее холодной волной. В висках запульсировало. Мысли прыгали и искрили. А если ему вздумается в гости прийти? А там Данил. Почему-то я не хотела, чтобы они встречались. И не из-за ревности Дани. Не только из-за неё. Мне не хотелось, чтобы Дино знал о существовании Данила. Боялась его разочаровать?

Вцепившись в последние мысли, хотела рассмеяться. Да кто я такая, чтобы Дино смог разочароваться. К тому же он совершенно меня не интересовал. А мой протест связан с чем-то другим. Нежелание сталкивать личную жизнь с работой. Я ведь не знакома с коллегами Данила, в глаза не видела его чокнутого директора. Так зачем ему видеть моих коллег? Сейчас мы живём замечательно. Не нужны нам друзья среди коллег.

Придя к логичному выводу, я высвободила руку и твёрдо сказала, что вечером занята.

Через два дня перед самым выступлением мы все находились в специальной комнате для подготовки. Персонал сновал туда-сюда. Менеджеры, ассистенты, визажисты и мы, костюмеры. Участники нервничали. Я слышала, как лидер Вунхак ворчал на кого-то.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.