Mr_Fox
Конструктор плоти. Высшая Школа

Предисловие: Будем честны, это далеко не самая лучшая и не самая гениальная книга. О чем говорить, я даже не считаю ее сюжет лучшим из своих (будем надеяться, что лучшие сюжеты меня ждут впереди)! Однако в это произведение я вложил весьма много интересных идей, мыслей и концепций, а также времени, поэтому прошу вас оценивать этот текст не только как цельное произведение, но и как некий эксперимент в котором я, как автор, пробовал себя в самых разных жанрах и делился своими мыслями. Приятного чтения!

Глава 1. С добрым утром солнышко!

– И сколько мне осталось?.. – спросил я у сидящего передо мной толстячка в белом халате.

У него была лысая голова и овальное лицо в очках. Последние он беспрерывно поправлял, словно те спадали. А еще, судя по нервно дёргающимся пальцам, он очень переживал.

– Пара дней. Если вы останетесь здесь, то мы сможем гарантировать вам…

– Нет, мне ничего не нужно, – сказал я, поднимаясь с кресла.

Но кажется, в этот момент что-то оборвалось внутри. Рана возле сердца резко заболела, и на тело накатилась слабость. Внезапно я обнаружил себя лежащим на полу, словно через ушную вату пробивались какие-то слова врача, а в голове крутилась немного неуместная и нелепая мысль.

«Надеюсь, современная фантастика, если и врала, то не во многом…»

***

– Солнышко, пора вставать! – мягко крикнул кто-то из-за соседней стены.

– Дай мне еще немного времени… – на чистом автомате сказал я, получше устраиваясь на кровати и укутываясь одеялом.

Следом за этими действиями пришло понимание, что здесь что-то не так. Во-первых, кто мог называть меня солнышком? Тридцать лет, за плечами не очень успешная карьера офисного планктона. Единственный, кто мог называть меня так, была мать, а та сейчас в деревне. Да и я, должно быть, в больнице, разве нет? Кстати об этом, неужто откачали, раз я жив? Но зачем, все равно оставалась пара дней?

Но мозг вновь зацепился за какое-то несоответствие. Точно! Сердце!

Испугавшись, я схватился рукой за больное место и с удивлением обнаружил, что… боли нет. Вылечили? Но как? Или…

Безумная догадка пронеслась через сознание. А что, если я умер, но воскрес? Переместился?

В прочем, для проверки этой теории достаточно было только открыть глаза и… разочароваться и удивиться одновременно. Вокруг оказалась почти привычная больничная палата, только явно новая. Увы, перемещения между мирами не случилось. Но тогда выходит, что меня вылечили?

Остался вариант дождаться врача, чтобы тот объяснил мне, как так вышло, что я жив. И так, ждем.

И словно по команде, в помещение ворвался высокий мужчина с легкой серой бородкой и белом халате. Поправив круглые очки с тонкой оправой, он пронесся через комнату прямо к кровати и, заметив открытые глаза, поинтересовался:

– Как вы себя чувствуете? Ничего не беспокоит?

– Да вроде бы нет… – хрипло ответил я и нахмурился.

Когда это я мог простудиться или потерять голос? Я же только что очнулся! Может быть, оставили открытой форточку, и меня наморозило? Я прокашлялся, стараясь заставить горло говорить нормально, но врач остановил меня мягким движением руки.

– Не стоит напрягаться. После такой травмы чудо, что вы вообще выжили!

– К-какой травмы?

– В смысле какой? – доктор наморщил лоб. – Что последнее вы помните?

Я молча уставился на врача, подсознательно понимая, что ситуация не так проста, как кажется на первый взгляд. Что-то сомневаюсь, что он говорит о больном сердце.

– Ваше имя? – с надеждой уточнил врач, но, не увидев понимания на моем лице, злобно махнул рукой, отходя в сторону.

– Ч-черт! А я ведь говорил ей, что это глупая затея! И ДНК-тест ничего не показал… Кто же ты такой, мальчик? – заинтересованно пробормотал старик.

– Мальчик? – поразился я.

– Ну не девочка же! – отмахнулся он. – Неужто обычный безродный? Ладно, тогда я тебя поздравляю! Ты Пробужденный!

Я молча уставился на врача. То бишь, первое предположение о том, что я попал, было верным? Ну надо же! Видимо, и тело вновь молодое… А значит, меня ждут интересные приключения!

В этот момент в комнату неожиданно вошла молодая девушка в таком же белом халате и сразу же обратилась к врачу.

– Виктор! Обнаружились документы парня!

– В той катастрофе что-то уцелело? – очень удивился врач. – и как же зовут мальчика, который выжил?

– Антон Вульф. Родился в две тысячи сто пятнадцатом, лишился родителей в тринадцать, ехал учится. И да! Он потомственный пробужденный, вернее уже должен был пробудится. – отчитавшись девушка замолчала, мельком и с любопытством поглядывая на меня.

А я сжал уголок одеяла и пребывал в шоке. Хотелось переспросить: какой-какой год? Но я удержался. Антон Вульф, значит. Тоже важная информация. А ведь еще есть некие пробужденные… Пожалуй, этот момент следует уточнить поподробнее.

Придется изображать полную амнезию, но тут особо изображать не придется. А вот еще любопытно узнать, о каких таких травмах шла речь и как они умудрились «оживить» меня.

– У нас проблемы. – вздохнул Виктор Сергеич, – у него амнезия. Возможно даже почти полная. Однако он говорит, так что не стоит исключать обратимость.

– К-как? – ахнула девушка.

– Не знаю. – развел руками врач. – Эй, парень, сколько тебе лет? – обернулся врач

Я промолчал, постаравшись изобразить испуг. Судя по всему, вышло достоверно, так как Виктор отошел от меня и вновь заговорил с медсестрой.

– Ты иди пока, оформляй бумаги, а я попробую с ним поговорить. Скорее всего он ничего не помнит из-за травмы. Довольно долгое время в его мозг не поступал кислород, и я боюсь, что нервные окончания могли деградировать.

Быстро закивав девушка выскочила за дверь, а доктор вновь обернулся ко мне.

– Совсем ничего не помнишь? Семью? Клан?

Я отрицательно покачал головой, с надеждой поглядев на врача. Тот вздохнул и принялся за короткий рассказ о том, что знает.

Оказывается, моя фамилия была не самой заурядной. Достаточно знаменитый род, известный своими способностями. Они (мы?) оборотни. Причем не какие-то заурядные, а имеющие возможность оборачиваться по желанию и не в одну форму, а в две-три похожие.

Заметив мой удивленный взгляд, Виктор принялся объяснять, кто такие оборотни. Но я в этом не нуждался, хотя и внимательно послушал. Закончив с этим, он стал рассказывать дальше.

Пробужденными, как оказалось, назывались всякие маги-волшебники, получившие класс. На этом моменте доктор вновь остановился подробнее.

И так, оказывается, существует некая магическая система, которая в определенный момент может дать способности. Вернее, не совсем их, а предрасположенность к ним. Ценилось в первую очередь что-то необычное. Например, стандартные маг, воин и убийца считались основной тройкой, таких было много. Следом шли классы поинтереснее, вроде следопыта, плута, целителя. Ну и так далее.

Одним из редчайших считались оборотни. В семье, в которой родился мальчик, в теле которого я нахожусь, они были самые сильные и необычные.

Как происходило пробуждение? Ну, в какой-то момент человек просто видел перед собой надпись о пробуждении, выданный класс, имя и врожденную способность.

Такие люди обычно имели какие-то немного улучшенные параметры в нужной области. Условно, какой-нибудь целитель интуитивно понимал, как в общих чертах устроен человек. Это не было абсолютным, и профессионалом в биологии такой человек становился только после долгих лет учебы, но из него все равно получался первоклассный врач с магическими способностями.

На вопрос о том, какую я получил травму, доктор слегка замялся, но ответил. Мне почти отрубило голову.

Я не стал уточнять подробностей, но выходило так, что каким-то расчудесным образом я продолжал жить с оторвавшейся на половину шеей. На этом моменте я не удержался и потрогал рукой пострадавшее место.

Сейчас, узнав мою фамилию, он сделал предположение о том, что я унаследовал некий необычный класс. Ведь родителями этого тела были как оборотень из того самого рода (отец), так и целительница чуть выше среднего ранга.

Заинтересовавшись, я спросил о том, как я могу увидеть свой класс. Ответом мне послужил недоуменный взгляд.

– Просто… подумай об этом. – он явно растерялся от такого вопроса.

Я же, постаравшись не выдать смущения подумал и увидел следующее.

Антон Вульф.

Конструктор плоти.

Адаптивное тело.

Класс судя по всему явно необычный, поэтому на всякий случай я сказал, что ничего не получается.

В ответ доктор пожал плечами и сказал, что это, скорее всего, от шока. Затем он встал, переспросил, не вспомнилось ли мне что-нибудь, и ушел с извинениями.

Оставшись в одиночестве, я заинтересовался классом. Вызвав надписи, я попытался узнать какую-то информацию, но ничего не произошло. Кажется, мне придется самому это выяснять.

Название у класса жуткое. Но я могу предположить, что это как раз следствие необычного генома. Мощный оборотень и неплохой целитель. Но тут вступает в силу другой вопрос: а что значит «адаптивное тело»?

Первой мыслью было бессмертие, но это явно глупо. Нет, определенно не так это работает. Скорее всего, оно как-то приспосабливается к внешним условиям? Да, скорее всего.

Опробовать бы свою способность! Но не на ком. Нету даже никаких насекомых поблизости, и это меня печалит.

Ближе к вечеру принесли простую еду. Тихо поблагодарив другую медсестру, я принялся есть простенькую рисовую кашу с котлетой и суп. После еды для меня расщедрились аж на небольшой телевизор, за что я был очень благодарен. Его втащили в комнату и поставили на тумбочку.

Перехватив черный пульт поудобнее, я включил "зомбоящик". По нему показывали что-то совсем стандартное. Новости, мультфильмы и просто фильмы. Исторические от современных я отличить не смог, а потому решил переключиться на фантастику.

Наверное, логичнее было бы включить новости, ознакомиться с местной иерархией и бытом, но меня всё равно завело на какой-то супергеройский блокбастер. Никогда не отличался большой выдержкой.

Сразу стало заметно, что как таковая магия и небольшие суперспособности являются чем-то совсем обыденным. Из любопытного я выделил разницу между супергероями моего детства и местными.

Если у меня на Земле это были люди, получившие некие суперспособности, то здесь это были люди, получившие уникальный класс. В случае моего фильма этот класс прямо так и назывался «супергерой». Вернее, класс у всех был разный, но способность у них была одна.

Фильм показался мне забавным. Супергерой по классике – это неудачник, пробудившийся и получивший такой необычный класс. Получив новые возможности, он пошел причинять добро. Затем неожиданно появляется какая-то хтоническая тварь из воды, и супергерой ее убивает. Конец.

Кстати, насчет тварей. Попереключав каналы, я узнал, что подобное является вполне реальным сценарием. Есть необычные места на земле, где водятся чудища со своими сверхспособностями. Поговаривают, что ими управляет злобное зло, которое планирует уничтожить мир.

На самом деле я всё утрировал, но что-то похожее говорят во всех новостях. Мол, вот там появилась медуза размером с айсберг, потопивший «Титаник», а вот там рой саранчи истребил сначала весь урожай, а затем и скот деревни.

Ясно-понятно. Сойдет. Мир как минимум интересный. А вот насчет класса следует что-то придумать. Как мне кажется, сообщать о таком уникальном классе кому бы то ни было опасно. Я не уверен, как они на него отреагируют.

За окном уже вступил в свои права вечер, и я хотел было пойти и посмотреть на ночной город, но тело навалилась сильная слабость, и пришлось остаться на месте.

Через какое-то время любопытство пересилило, и я, сжимаясь от страха, решил попробовать свои способности. Итак, конструктор плоти подразумевает возможность изменять ее так? А значит, нужно просто что-то представить.

Сжимаясь от страха, я представил, будто у меня меняются зрачки. Я прикрыл глаза и снова их открыл, и… ничего. Я совершенно ничего не почувствовал. Может, не сработало?

Я представил, как мои уши удлиняются на манер эльфийских, и снова неудача. Ощупывая свои совершенно человеческие уши, я крайне огорчился.

В задумчивости покусывая язык, я стал размышлять о вариантах. В чем ошибка? Плохо представляю? Не действует на меня?

Неожиданно челюсти громко клацнули, когда я прокусил язык насквозь. Сдавленно вскрикнув, я подпрыгнул на кровати и, подставив руки к лицу, ожидая обнаружить реки крови, но там ничего не оказалось.

Не понимая, что произошло, я попробовал пошевелить языком и внезапно обнаружил, что их у меня два! Вернее, самый кончик моего языка разделился.

Не успел я это осознать, как язык за секунду вернулся в свое прежнее состояние. Я лег обратно и принялся успокаивать разбушевавшееся сердце.

Что это было? Галлюцинации? Или все-таки способность именно в этом и заключается? Что, если я могу изменять свое тело? Это было бы, с одной стороны, круто, а с другой – крайне бесполезно. Из очевидного я могу лишь предположить возможность выращивания потерянной, например, руки. Но ведь с этим справится и обычный целитель!

Неожиданно эти размышления навевали сон. Бросив еще один взгляд в окно, я устроился поудобнее и уснул.

– С добрым утром солнышко! – сказал тот же женский голос, и я проснулся.

Нахмурившись, я оглядел палату, пытаясь понять, откуда звучит голос. Может быть, в соседней палате есть мать с ребенком?

– Уже проснулся? – спросил вошедший в палату врач.

– Виктор Сергеевич, скажите, а в соседней комнате кто-то есть?

– Нет, там никого. А что случилось?

– Да так, показалось будто там кто-то говорит…

– Ладно, – Виктор замолчал, вспоминая, зачем пришел, – давай начнем с хорошей новости. В принципе, ты здоров, и, если не против, то я могу тебя выписать. Пойдешь в школу, поучишься, может, что-то вспомнишь. Насколько я понимаю, язык и математику ты помнишь?

Я кивнул.

– Тогда тебе придется налечь на историю. Так, что дальше… Ах да, плохая новость. Родственник у тебя оказался всего один. Твой прадед по материнской линии. Тебя он не видел и утверждает, что услышал о тебе, только когда погибла твоя мать. Ты, наверное, не помнишь, – вздохнул Виктор Сергеич, – но произошло это совсем недавно, две недели назад. Он приедет только через три дня.

– Тогда может быть он заберет меня? – прохрипел я в ответ проигнорировав слова о матери.

– Он сказал, что хотел бы, чтобы ты пошел учиться и уже там он встретится с тобой. Но если ты против, мы дождемся его здесь. – Доктор развел руками, предлагая мне самому совершить выбор.

А выбор предстоял интересный и неоднозначный. С одной стороны, если я остаюсь, были слегка подпорченные отношения с дедом. Не гарантированно, конечно, но будем исходить от худшего.

С другой стороны, подпорченная репутация в школе. Сейчас я плохо ориентируюсь в местных реалиях, могу ляпнуть что-нибудь не то. Да и могли быть у Антона какие-то знакомые, которые могли заметить необычные перемены. Тут, конечно, можно отмазаться потерей памяти, но это временное решение. Если обнаружатся знакомцы, то мне следует резко поменять круг общения.

Немного подумав, я склонился ко второму варианту. Все-таки школа – это не навсегда, а изменения в поведении очень просто скидываются на амнезию. Только надо будет заявить о себе, стать «своим» человеком для подростков. Нелюдимых новичков, да еще и выживших в непонятной катастрофе, будут подозревать. А так я стану простым везунчиком.

– Я лучше поеду в школу. – Спустя затянувшееся молчание ответил я.

Врач кивнул и сообщил мне:

– Тогда уже сегодня вечером я смогу тебя выписать, заселишься в общежитие Академии. Утром начнешь учиться. Насчет горла не переживай, я тебе дам лечащий артефакт, каждый день будешь прикладывать его к горлу, недели через три придешь в норму. А теперь, Антон, отдыхай.

С этими словами Виктор Сергеич собрался уходить, но я на последок спросил:

– Можно мне какие-нибудь книги про пробужденных. Я все никак не могу увидеть свой класс!

– Конечно, я попрошу в ближайшее время принести планшет. Почитаешь что-нибудь полезное. Да, пожалуй, мне давно стоило распорядиться об этом… Вполголоса пробормотал последние слова Виктор.

После чего дверь закрылась. Пять минут ничего не происходило, и я уже грешным делом решил, что про мою маленькую просьбу забыли, но нет, вскоре мне принесли обычный планшет.

Осмотрев его со всех сторон, я нажал кнопку сбоку, и, как только он включился, залез в интернет, а если быть точным, то вбил один конкретный запрос.

Глава 2. Переезд.

«Фамилия Вульф».

В ответ мне выдали список ссылок на сайты, распределенные по популярности. Также рядом я нашел список новостей.

Для начала меня заинтересовала самая общая информация, доступная массам. Местная википедия выдала следующую информацию:

Один из древнейших родов, особенностью членов которого является оборотничество. У большинства имеется всего одна форма, но уникальной особенностью рода является наличие нескольких двойных и даже тройных оборотней, которые имеют по две и три звериные формы соответственно.

" – Спасибо что просветили " – язвительно подумал я.

Полистав и почитав еще немного, я выяснил хоть что-то полезное. Например, у большинства моих родственников с двумя и тремя формами основной был волк (ну, как бы фамилия намекает), а вторичной – пантера. Уж не знаю, как предки скрещивали пантеру и волка, но факт был любопытным и мог пригодиться в будущем. Имен почему-то не было, как и количества членов клана. Странно.

Затем, прежде чем переходить к новостям и поиску информации о себе, я запросил список всех родов. Их было вагон и маленькая тележка, но я, сдерживая любопытство, скромно ткнул в Медведевых. Может быть, тоже оборотни?

Оказалось, нет, обычные силачи, известные своим умением укреплять кожу, создавая огромные слои мышц. Получались такие перекаченные ребята, на зависть профессиональным бодибилдерам, но сдувались через некоторое время. Халк крушить! Класс у них тоже был интересным – Силач.

Заинтересовавшись, я заглянул еще и к Орловым. Те оказались фамильярщиками. Класс, который встречается только лишь у этого рода, был уникальным благодаря фамильному духу. У каждого члена их семьи была вот такая вот птичка, которая могла появляться в любой момент по желанию и усиливать хозяина. Подробностей не было, но суть была ясна и так.

Ну что ж, оказалась, эта процедура была не совсем обязательной, и можно взглянуть на новостную ленту. Что там у нас?

Первой же строчкой вышла информация о страшной аварии с поездом, где погибло двадцать семь человек и остался один выживший из эпицентра событий. Последний – это я. Мне уделили короткую строку:

Выжил парень, четырнадцати лет. Благодаря своей родословной и невероятному мастерству врачей его удалось спасти. Имя мальчика не уточняется, в данный момент находится в госпитале на лечении.

Обновлено 1 день назад. Удалось выяснить имя и фамилию выжившего. Это Антон Вульф, четырнадцать лет, совсем недавно переживший смерть родителей и направлявшийся в Высшую школу.

Коротко написано. Я даже слегка огорчился. Зато здесь так же кратко описали причину падения поезда: нападение стаи монстров. Но интересно другое, а именно выделенные слова. Высшая школа. Что это за место? Полагаю, что непростое место учебы. Хотя «высшая» звучит глупо.

По этому запросу я узнал, что это место, где обучают пробужденных с необычными классами или с классами повышенной опасности.

То есть там уже должно быть известно о моем классе, правильно? Надо уточнить у врача. Или можно совершить еще один запрос в интернет.

По запросу «Высшая школа» браузер выдал мне вереницу ссылок на разнообразные сайты и видеоролики. Пропустив всё, я просто посмотрел в «Википедии».

Место, которое упоминали в новостях и куда направлялась моя тушка до того, как ею стал я, оказалось местом обучения пробужденных. Полное название: «Высшая школа пробужденных». В повседневности сокращалось до Высшей школы.

Само по себе место было популярным. Там учились пробужденные с необычными классами. Сначала детишки (до четырнадцати лет) обучались общему образованию, а потом, если клановый, уже учился своим способностям на дому. Если же у тебя более-менее стандартный класс, то ты шел в «старшую школу». Если у тебя необычный или даже, не дай бог, уникальный класс, то дорога тебе в Высшую школу.

Туда отправлялись чаще всего клановые, которые из-за своих заморочек зачастую и получали новые классы. Там их делили каким-то образом по группам и составляли почти индивидуальную программу, попутно тщательно изучая новые способности.

Про форму объявления о своем классе я не нашел, даже повторив запрос. Пожав плечами, я решил дождаться своего попадания туда.

А затем, оглядевшись по сторонам, я все-таки попробовал найти свой класс. Удивительно, но по моему запросу нашлась жалкая пара ссылок. Одна из них – это какой-то графический роман с маловразумительным сюжетом, а второй – это просто набор самых дерзких предположений о существующих классах. Что ж, одна из их теорий подтвердилась. Тут же кратко предположили способности. Мол, человек с таким классом мог бы так или иначе изменять свое и чужие тела.

Выключив планшет, я откинулся на подушку и, прикрыв глаза, принялся переваривать полученную информацию.

Нет, определенно сейчас пробовать как-то пользоваться имеющимися способностями будет опрометчиво, так что придется дождаться своего появления в Высшей школе.

Вообще, меня очень удивляет то, как просто я принял факт своей смерти и попадания сюда. Никаких сожалений о несовершенных делах, ничего. Наверное, это потому, что я уже как неделю готовился к смерти. Наверное, это даже к лучшему, иначе я мог бы начать истерить, а тут жизнь с чистого листа.

В этот момент в палату ворвался, словно ураган, Виктор Сергеич.

– Так, Антон, давай потихоньку собирайся, пройдем парочку обследований, кое-что подлечим, и на выписку. Планшет можешь оставить. – С этими словами он протянул сложенную стопку одежды и вышел в коридор.

Нехотя поднявшись с кровати, я оделся в простые джинсы и легкую рубашку, которую не стал заправлять. Обувью оказались тонкие кроссовки черного цвета, которые оказались слегка великоваты мне, но я решил не жаловаться.

В коридоре обнаружился и сам врач. Как только я вышел, он повел меня по разным кабинетам, где у меня проверили горло, пульс, сердце и еще какие-то параметры. В довершение всего подарили амулетик на цепочке, внешне напоминавший карманные часы.

Это артефакт для лечения. «В твоей палате вместо него была кровать, но сейчас тебе придется носить его постоянно», – объяснял Виктор. – Без него горло может зажить неправильно и болеть. Проработает неделю, после чего придется зарядить.

– А сколько мне еще хрипеть? – просипел я, беря амулет и надевая его на шею.

– Месяц точно, – хмуро отозвался врач.

Я лишь горестно вздохнул. Боюсь, для детишек это будет поводом позубоскалить и, может, стать причиной конфликтов. Будем надеяться, что до этого не дойдет.

И только после этого Виктор Сергеевич вручил мне паспорт. Выглядел он как небольшая серая книжица с символом, выглядящим как переплетение узоров с пятью точками в углах.

– Удалось восстановить после… того события, – объяснил он. – Теперь давай к выходу, там тебя ждет такси, водитель довезет тебя до школы, и уже там тебя заселят в общежитие. К этому моменту мы дошли до выхода, спокойно пройдя мимо клюющей носом вахтерши.

– Ну, пора прощаться. Надеюсь, мы с вами больше не встретимся при таких обстоятельствах, – улыбнулся врач, протягивая руку.

– До свидания, – прохрипел я, пожимая руку.

При этом мне показалось, будто врач сделал это неохотно, словно ему было неприятно пожимать руку. Ну, может, так оно и было, но мне всё равно, с этим странным человеком я больше не увижусь, и это прекрасно.

На улице уже был ранний вечер, и свежий ветерок подул мне в лицо. Определенно, сейчас примерно середина лета, так как снега я не вижу. А пейзаж казался одновременно таким знакомым и чужим.

Вроде привычные серые здания, но в то же время реклама и прочие вывески говорили о совершенно незнакомых вещах. Автомобили, проезжавшие неподалеку, чем-то неуловимо отличались от тех же, что были в моем родном мире.

– Красота-то какая… Ляпота! – выдохнул я, любуясь заходящими лучами солнца, что виднелись из-за крыш многоквартирных домов.

Опустив взгляд ниже, на парковку, я отыскал там единственную машину с заведенным мотором и примечательной вывеской «Такси». Думаю, я не ошибусь, если мне именно сюда.

– Эй, простите, это же вы ждете Антона Ву… – Я осекся, подумав, что фамилией светить лишний раз не стоит.

Благо водитель с коротко стриженной головой не обратил внимания на мою оговорку и сказал:

– Садись, подвезу.

Я открыл дверь машины и хлопнулся на заднее сиденье, после чего такси плавно выехало с парковки.

Первое время поездки я еще пытался глядеть в окно и что-то запомнить, но мозг, перегруженный новой информацией, просто отказывался работать, и я беззастенчиво уснул.

– Солнышко! За окном уже светит твой братец! – разбудил меня женский голос от чего я проснулся.

– Что? – переспросил я водителя.

– Приехали, говорю, – сказал он. – Сейчас высажу тебя у ворот, дальше сам дойдешь. Вроде как тебя встретят…

Я кивнул и выбрался из машины, сладко потянувшись до хруста позвоночника. Такси тут же умчалось обратно, а я пошел к воротам, попутно разглядывая Высшую школу.

Наверное, можно сказать, что это было похоже на знаменитую школу волшебства и чародейства, только современный. Огромное здание размером с футбольный стадион. Рядом теряются несколько домиков поменьше. В одном из них, судя по всему, мне и придется жить.

Я подошел к черным воротам, рядом с которыми стояли лампы в старомодном стиле, освещавшие прогулочную тропинку. За воротами стоял худощавый человек в легкой рубашке и строгих штанах.

Его фигура смотрелась довольно жутко при неярком освещении, но, судя по всему, он и есть тот человек, который должен меня встретить.

– Антон Вульф? – спросил человек, подтверждая мои мысли.

– Да это я.

– Приятно познакомиться, – безэмоционально ответил он. – Меня зовут Дариус, я заместитель директора. На ближайшее время я также твой куратор, идем за мной.

Он развернулся и пошел ровной походкой вглубь учебной территории, заложив руки за спину.

Проскочив в слегка приоткрытые ворота, я проследовал следом, догнав зама директора. Ну-с, посмотрим.

– Вот здесь основной корпус школы, – говорил Дариус, указывая и не останавливаясь. – Здесь общежития, там спортивная площадка, вот там учительские и складские помещения. Тебе, как и остальным ученикам, сюда нельзя.

– Хорошо, – я кивнул, но, кажется, ему было все равно.

Далее немного об обучении. Первые полгода или даже год, в зависимости от обстоятельств, вас распределят по группам случайным образом, и уже потом, в зависимости от ваших способностей, распределитесь по группам.

– А что насчет класса? – Я решил прояснить важный для меня вопрос, пока мы не добрались до общежития.

– Все первокурсники проходили проверку в начале этого учебного года. Это было публичное мероприятие, можно сказать, праздничное. – Он задумался. – Думаю, специально для тебя проведут процедуру повторно, после речи ректора, во время которой будет минута молчания погибшим студентам в том поезде… – Он ненадолго замолчал.

Как раз в этот момент мы добрались до одного из зданий общежития, и Дариус закончил свою речь.

– Покажешь документы завхозу, он даст ключи и вещи, в том числе форму. Также тебе положена компенсация от государства, ее пришлют тебе через пару дней. У тебя же есть банковская карта?

– Э-э-э… не помню, – я не много засмущался.

– Ах да, наслышан о твоей проблеме, – без намека на скорбь ответил замдиректора, – что ж, тогда, думаю, тебе выдадут новую вместе с наградой. На этом мы с тобою прощаемся, по вопросам можешь приходить в мой кабинет.

– До свидания, – вежливо простился я и, дождавшись, когда Дариус уйдет, вошел в прямоугольное здание общаги.

Судя по чистоте и приятному виду, место имеет мало общего с тем же самым в моем родном мире.

Внутри была небольшая прихожая, в углу которой и стоял тот самый завхоз. С коротко стриженой головой, небольшими серыми усами и закрывающимися глазами. Из последних сил стараясь не заснуть, он нажимал что-то в телефоне и даже не обратил внимания на то, что я пришел.

– Кхм, – прокашлялся я, привлекая внимание.

Вздрогнув, он перевел взгляд на меня и, сосредотачиваясь на лице, спросил.

– Ты, Антон? Тогда давай документы… – и широко зевнул.

Уже через несколько минут я получил всё необходимое и, открыв выданным ключом дверь, оказался в темной комнате. Я снял ботинки и мягко прошелся по ковру, заглянув внутрь.

Оказалось, что в одной комнате три кровати, две из них были пусты, а вторая занята кем-то, у кого явные проблемы с дыхалкой. Шумный свист вырывался из-под одеяла, давая понять, что человек крепко спит.

Решив не будить будущего товарища и нынешнего соседа, я разложил полученные вещи в тумбочку и на незанятые полки шкафа, после чего грохнулся в слегка скрипнувшую кровать.

Повернув голову набок, я посмотрел в темное, незанавешенное окно, где ярко светила луна.

Выходит, вся моя конспирация с уникальным классом летит псу под хвост. Наверное, для самой школы это правильно, ведь скрывать способности ученика было бы той еще проблемой, а так торжественно говорят об этом всем. Скорее всего, таким же образом главы кланов узнают об уникумах и забирают их к себе, если я правильно понял правила этого мира. Нужно в этом разобраться и решить, чем займусь. Поставить глобальную цель, такую, чтобы за нее было не жалко отдать жизнь…

Мысли плавно текли из одной темы в другую, и я сам не заметил, как уснул, слушая мерное сопение соседа.

***

Больница, после того, как ее покинул Антон:

– Виктор Сергеич, он ушел? – спросила медсестра лечащего врача, который только что проводил тяжелым взглядом такси с уникальным пациентом.

– Да-да, а что случилось? – мужчина повернулся, снимая очки.

– Вы просили проверить соседние с ним палаты, но за одной из его стен находилась кладовка, а вторая была пуста всё это время.

– Могли ли быть у него галлюцинации? – спросил сам себя врач, уставившись в потолок. И через несколько секунд кивнул: – Могли.

– А не опасно ли было его отпускать? – забеспокоилась девушка.

– Я бы с радостью его обследовал глубже и лучше, даже хотелось бы провести пару экспериментов, но его родственник все еще достаточно влиятелен, чтобы ему перечить.

– Надеюсь, с ним всё будет хорошо… – искренне заметила медсестра.

– За это можешь не переживать, он действительно практически здоров. Но на всякий случай подай заявление в школу на регулярное обследование. Таким образом мы сможем держать руку на его пульсе, – усмехнулся Виктор.

– Хорошо, – кивнула девушка и исчезла где-то за углом. Видимо, пошла оформлять бумаги.

Оставшись в одиночестве, Виктор Сергеевич прошел в свой кабинет, а оттуда в личную лабораторию. Его ценили как хорошего врача и лучшего пробужденного-целителя в больнице, поэтому он имел свой кабинет и лабораторию для исследований.

Пройдя туда, он достал из внутреннего кармана небольшую колбочку с красной кровью и подписью: «Антон Вульф».

– Посмотрим, что с тобой не так… – еле слышно прошептал врач и поставил колбу в специальный держатель.

Из полки снизу он достал пухлую папку бежевого цвета с именем этого же парня и, пролистав несколько страниц, достал рентген мозга и, сравнивая изменения за определенный период, шептал, записывая результаты в блокнот.

– Первое время после начала лечения клетки отмирали, но в какой-то момент начались странные процессы прямо внутри головного мозга. Странная и невероятно сильная активность затрагивала не только области, необходимые для использования способностей, но и что-то другое…

После этого он открыл колбу с кровью и, положив каплю под микроскоп, принялся разглядывать ее, прерываясь на записи.

– Так, аномалий не замечено, кровь свежая и живая… Хотя нет, стойте, как это живая!?

Он потряс головой и вернулся к наблюдениям.

– Поразительно! Клетки двигаются словно живые! Даже сейчас, находясь вне тела, это же просто феноменальная… живучесть?

Виктор задумался. Что это: регенерация, живучесть или что-то иное? Может ли быть так, что организм молодого человека является чем-то большим, чем один организм? Эта теория была бредовой, поэтому Виктор отмел ее.

Нет, тут определенно было что-то иное. Скорее всего, это был какой-то класс, завязанный на управление телом. Контроль над ним. Такое было вполне вероятным…

Дзинь!

Разбилось стекло колбочки с кровью Антона, и расплескалось ее содержимое. Вскочив, врач хотел было собрать всю оставшуюся жидкость обратно, но кровь внезапно… испарилась.

– Черт!

Глава 3. Магия-шмагия.

– Доброе утро моя радость! Солнце встало! – ласково сказал женский голос.

– Да что это за фигня!? – проснулся я с вопросом откидывая в сторону уголок одеяла.

Яростно оглядевшись невыспавшимися глазами в поисках источника страданий, я наткнулся лишь на спящего соседа.

Выдохнув сквозь сжатые зубы, я собрался было погрузиться обратно в сон, несмотря на пробивающиеся солнечные лучи, но тут прозвенел громкий звон, разнесшийся по всей округе.

Неприятный звук вкручивался в голову, заставляя меня поморщиться, но вот человеку, спящему рядом, повезло куда меньше. От резкого звука он подскочил, как ужаленный, отбрасывая в сторону подушку.

– Как же я ненавижу этот звонок! – в сердцах воскликнул он, после чего грохнулся на пол лицом вниз.

– Сочувствую, – искренне прохрипел я.

Замерев на секунду и перестав ругаться, сосед поднял голову и посмотрел на меня, поднявшись на обе ноги.

Выглядел он… достаточно внушительно. Крупное телосложение, короткие темные волосы и квадратное лицо. Сфокусировав на мне рассеянный взгляд, он спросил:

– Ты еще кто такой?

– Я твой новый сосед, теперь будем просыпаться вместе. – я развел руками слегка улыбнувшись.

Он промычал что-то невразумительное и пошел в ванную, судя по всему, умываться. Я вздохнул и принялся одеваться. Будильник у них, конечно, своеобразный.

– Так как говоришь тебя зовут? – наконец вышел из ванной сосед.

– Антон, – я протянул руку быстро вспомнив свое новое имя.

– Всеволод Медведев, – ответил он на рукопожатие, после чего уступил дорогу к умывальнику. – А что это у тебя с шеей?

Я коснулся шрама и нехотя ответил.

– Травма, но сказали скоро должно пройти.

Ответ устроил Всеволода и тот отстал.

В ванной я сумел разглядеть себя нового. По внешности я, наверное, был самым обычным пареньком четырнадцати лет. Ничего особенного: растрепанные светло-коричневые волосы, безмозглые зеленые глаза и совершенно обычное, слегка худощавое телосложение.

Пока я проделывал утренние процедуры, вспомнил фамильную особенность рода Медведевых. А потом сопоставил с тем фактом, что он оказался здесь, то смею предположить, что он получил какой-то интересный класс…

Выбрались мы через минуту, оба одетые в одинаковую форму Высшей школы. Одевшись и взглянув мимоходом в зеркало, я скривился. Шрам через шею явно не добавлял привлекательности, и пришлось задрать ворот рубахи, застегнув его. Теперь я хоть и выглядел чудаковато, но особого внимания не должен привлекать. Не хватало еще в первый же день получить прозвище «висельник».

Во время сборов больше не общались, но, как только я оказался в коридоре, решил спросить.

– У нас же получается одинаковые уроки? Тогда где узнать расписание?

– В телефоне можешь посмотреть, – он невозмутимо пожал широкими плечами.

– Погоди, у меня нет телефона, – признался я стараясь не выказать стыда.

– Откуда ты такой свалился? Ааааа… Ты же тот самый Вульф, который в поезде выжил! Он громко хлопнул по своему лбу, видимо сопоставив проблемы с голосом и слухи.

– Ну я.

– А это правда, что ты память того… – он красноречиво показал рукой, как из черепной коробки вылетает некая эфемерная субстанция.

– Правда, – в очередной раз признал я.

– Сочувствую, – искренне сказал он. – Ладно, давай сейчас походишь со мной я тебе объясню, что да как. А там уже сам вовлечешься в процесс.

Я благодарно кивнул и последовал рядом с огромным (если сравнивать со мной) Всеволодом. Так мы вышли на улицу и, пройдя вместе с шумящими ребятами в одном большом потоке, оказались в здании школы.

Там мой новый товарищ, не сбавляя шага, уверенно последовал до лестницы на второй этаж и уже оттуда провел меня к двести пятнадцатому кабинету.

По пути я разглядывал футуристичный интерьер, в котором преобладали белый и голубой цвета. Всюду можно было заметить небольшие экранчики с короткими роликами об исторических событиях или невероятных научных открытиях.

ББыло очень шумно, и это слегка оглушило меня, но я справился и, продираясь сквозь толпу следом за широкой спиной, продолжал исследовать новый для меня мир.

Когда мы вошли в кабинет, у меня глаза собирались в кучку. Мой мозг пытался ухватиться за каждую крупицу информации вокруг. Неосторожно оброненная фраза, неизвестное слово, подслушанные предложения, красочные изображения… Я пытался запомнить всё. И, кажется, у меня ничего не вышло.

В кабинете оказались заняты лишь половина парт. Ученики сидели порознь, за исключением нескольких ребят, сбившихся в небольшие группки. Все одноклассники были плюс-минус одного со мной возраста (а мне сейчас шестнадцать), разве что я заметил одного паренька лет двенадцати, он был самым молодым и сидел отдельно ото всех, с любопытством разглядывая своих одноклассников.

Не придумав ничего лучше, я просто проследовал за Всеволодом и сел за одну парту с ним в третьем ряду возле окна. Парень не возражал, так что я устроился неподалеку и, откинувшись на спинку стула, прикрыл глаза.

Через несколько минут прозвучала короткая мелодия, которая, судя по всему, заменяла обычный звонок, и в кабинет вошел учитель. Бодрый старичок с коротко стриженными седыми волосами держал в руках небольшой планшет со стилусом.

Положив планшет на стол, он достал из-под синего пиджачка квадратные очки и, водрузив их на свой нос, оглядел кабинет. За прошедшее время сюда пришло еще около семи учеников, которых он оглядел с таким же чуть скучающим лицом, пока не наткнулся на меня.

Он осмотрел меня, казалось, с головы до ног, и после этого кивнул каким-то своим мыслям.

– Итак, дамы и господа, ученики и ученицы… – Он начал говорить, не глядя на нас, что-то нажимая в планшете. – У нас с вами уже не первый урок, но придется в этот раз вспомнить старые темы, так как среди нас опоздавший по независящим от него обстоятельствам.

Выразился он немного витиевато, но подростки поняли его, и уже через секунду переглядываний их глаза уткнулись в меня.

Я слегка опешил от обилия внимания, но виду не подал, лишь мимолетно коснулся рукой травмированной шеи.

Дождавшись, когда все поймут, о ком речь, он продолжил, подняв взгляд с планшета.

– Как вы помните, после обеда ректор собирает вас всех для одного важного объявления. Перед этим было решено провести для нашего ученика отдельную аттестацию на класс, там вам расскажут о причинах опоздания нашего ученика, хотя я так думаю, большая часть из вас уже давно догадались, кто этот молодой человек. Ну а теперь вернемся к занятию.

Он прервался, вновь нажав что-то на своем планшете, и на зеленой доске во всю стену появилась картинка. Я сначала решил, что это обыкновенный проектор, но потом до меня дошло, что это стилизованный экран.

" – Технологии, чтоб их… – мимолетно подумал я«

– У каждого человека есть шанс стать так называемым пробужденным. Шансы на это, так же как и класс и способность, получаемая при этом, зависят от родословной. Происходит пробуждение у каждого примерно в одно время, от пятнадцати до восемнадцати. В остальных случаях это крайне редкое исключение, как, например, у нашего Максима. Ему двенадцать.

После его слов появилось небольшое изображение в виде пяти слов со стрелочками. Родословная, пробужденный и разветвление на шанс, класс и способность соответственно.

Я же внимательно его слушал, мотая на ус. Информация была известная, но выслушать еще раз будет не лишним.

– Класс – это основа способностей пробужденного. Из самых примитивных можем вспомнить воина, мага и плута. Маг получает возможность оперировать внутренней энергией, некоторые забывают ее модным словом «мана», – учитель усмехнулся, – воин получает физическое усиление, плут – необычайную ловкость. Каждый, развив свои способности, сможет использовать их более творчески или лучше. Например, большинство воинов на определенном уровне развития могут использовать окружающие предметы в качестве оружия.

Картинка на экране сменилась, и нам показали короткий ролик, где крупный мужчина, стоявший посреди тренировочного полигона, хватает с пола железную трубу и, сплющив резким движением кончик, использует ее вместо копья. Манекен, в который он попадает, отлетает к стене, протянутый насквозь, но, врезавшись в стену, падает разломанной кучкой дерева вместе с копьем, которое слегка поцарапало стену.

– Но ведь есть поистине уникальные классы! – продолжает рассказ учитель. – Из таких существует монах. Он в разы слабее война, до тех пор пока не помедитирует. После этого он становится способен управлять своим телом на невероятном уровне. Но что же здесь есть еще? Способности. У каждого она одна. Иногда это что-то обычное, вроде возможности мага улучшать определенные стихийные заклинания. Но иногда тот же плут получает возможность, например, воровать чужие способности. Да, на время, но ведь какой потенциал…

После этих слов мы увидели короткий ролик, где сначала маг запускает в тот же манекен огненный шар, а затем то же повторяет другой человек.

К этому моменту ученики начали терять интерес к уроку. Пошли тихие шепотки, несколько ребят достали телефоны. А я продолжил внимать.

Хотя надо признать, что дальше урок действительно оказался скучным. Пока слушал, успел понять, что этот учитель ведет предмет «естествознание», а значит, проблем с его уроками, кажется, не должно быть. Впрочем, я постарался сделать вид самого старательного ученика, и под конец занятия (которое шло целый час) это отметил и сам учитель.

– На этом урок окончен. Хочу отметить, что самым внимательным слушателем был Анатолий Вульф, ваш новенький. Я отмечу это в своем журнале. В отличие от вас, Максим, он даже не достал своего гаджета.

– Это потому что у него его нет, – громко шепнул Всеволод, чем вызвал приступ короткого смеха у одноклассников.

К счастью, учитель этого не расслышал и, как только прозвучал звонок на перемену, ушел, схватив планшет подмышку.

– А вот сейчас обидно было, – я с улыбкой повернулся к Всеволоду.

– Да ладно, тебе! – он поднял руки вверх, – все же понимают твою проблему.

Но я не мог не ответить и потому придумал другую остроумную шутку.

– Как жаль, что не всем известна твоя проблема… – я притворно грустно вздохнул.

– Это какая? – не понял Медведев.

Весь класс затих, с интересом прислушиваясь к нашим репликам.

– Ты калека. А знаешь почему? Потому что у тебя мозга нет. Шутка конечно не самая остроумная, но другую ты не поймешь.

Несмотря на то, что говорил я тихо, меня услышали, и раздался хохот со стороны ребят. Кажется, они оценили мою шутку, а вот Всеволод слегка покраснел и пробормотал.

– Ладно, этот раунд за тобой.

Самодовольно ухмыльнувшись, я повернулся обратно. Судя по тому, что никто не собирался уходить, следующий урок пройдет прямо здесь, и я уставился в большое окно, за которым были деревья, пели птички и светило яркое летнее солнышко.

Вдали заметил работницу, что-то рыхлившую возле дерева, рядом со школой стояло несколько учеников постарше, которые увлеченно о чем-то спорили.

И всё было так… обыденно, что на несколько секунд мне показалось, что я действительно Антон Вульф, а не пришелец из другого мира. И что моя задача – прилежно учиться, чтобы потом поудобнее устроиться в мире.

С сожалением я заставил себя вернуться к более важным сейчас мыслям. Глобальная цель мне бы не помешала. Черт возьми! Я переродился в новом для себя мире! Если я вернусь к прежним занятиям, то сойду с ума. Тут столько возможностей!

Взять хотя бы эту школу. Вроде как выпускников отсюда отправляют либо в армию, либо в научные лаборатории, сотрудниками, конечно же. Лаборантом быть вот совсем не круто, я считаю, так что взор переносится к армии.

В своем мире мне повезло, откосил. Но ведь здешняя армия – это не просто война, это битвы с монстрами! Возможно, это было бы мне интересно?

Может, и да. Осталось разузнать способности моего класса. Когда я вспомнил о том, что теперь смогу творить… что-то эдакое, то мне захотелось завилять хвостиком от счастья.

Сколько в детстве было мечтаний о карьере супергероя, волшебника или еще кого-то. Этот манящий дух авантюрных приключений, когда кажется, что главному герою всё по плечу…

Да, наверное, я хотел бы защищать мирных граждан от этих ваших монстров. Почему бы и нет?

За рассуждениями я не заметил, как прозвенел звонок на урок. В класс тут же, словно стоял за дверью, ворвался учитель.

Судя по расслышанным мной обмолвкам, сейчас будет урок истории, что было несомненным плюсом. Меня словно вводили «в курс дела». Провели, так сказать, курс молодого бойца.

Учитель оказался учительницей. Вполне обычная дама тридцати лет, с чуть злобным взглядом, которая прошла в кабинет с планшетом подмышкой.

Подойдя к столу, она положила планшет и уперевшись в него обеими руками сказала.

– Доброе утро, дети. Прежде чем начать, я представлюсь для новенького. – Она внимательно посмотрела на меня. – Меня зовут Инна Владиславовна, я веду такой предмет, как история. Сейчас я продолжу урок именно с того момента, с которого мы закончили, а вы, Антон, должны будете ознакомиться с материалами из учебника.

Последующий час Инна рассказывала историю «до появления классов». То есть до двадцатого века. Судя по обмолвкам, именно в это время появились первые люди, увидевшие надписи перед глазами. До этого момента история шла плюс-минус так же, как у меня на родине. За исключением стран, материков и еще некоторых особенностей. Были свои аналоги России, Америки, Африки и прочего. Даже некоторые легендарные личности повторялись.

Под конец урока я чуть ли не засыпал. Несмотря на довольно интересную и полезную информацию, преподаваемую учительницей, делала она это на удивление скучно и сухо.

К счастью, всё когда-то кончается, и этот урок закончился. Судя по тому, что ученики не спешили подниматься со своих мест, все теоретические занятия будут происходить в одном кабинете.

Следующим, что принялись нам рассказывать, оказалась «монстрология». Ну, или, как ее назвал сухонький учитель по имени Айрат Юрьевич, классификация монстров.

Последними, как и ожидалось, называли здесь всех существ, не являющихся людьми и обладающими фантастическими способностями.

Откуда и почему они возникают, никто не знал. Были, конечно, теории, будто это планета сопротивлялась людям, но звучало откровенно бредово.

Так вот, монстры возникают в местах, чаще всего не населенных людьми, но бывают и исключения. Сила монстров разнится, точно так же, как и агрессия. Выяснилось только то, что чем сильнее и опаснее монстр, тем скорее он будет пытаться уничтожить людей.

Именно поэтому создавались особые альянсы, кланы и прочее-прочее. Они собирали рейды из нескольких человек и отправлялись уничтожать угрозу.

Концепция была довольно проста и не впечатлила меня. Но вот обещание учителя о том, что на следующем занятии нам покажут настоящего, но неопасного монстра, обрадовало. И, судя по оживлению, не меня одного!

А кого бы подобное оставило равнодушным? Неважно, насколько существо опасно. Сам факт того, что ты увидишь нечто из разряда фантастики, будоражил.

После этого объявления ученики совсем перестали обращать внимание на учителя, уйдя с головой в обсуждения на новую тему. Инна Владиславовна, конечно, еще пару раз одергивала нас, но, когда поняла, что ее не слушают, объявила, что закончит этот урок пораньше.

Ученики зашушукались с утроенной силой, а учительница залезла в планшет, что-то там выискивая.

Подождав еще немного для приличия, я повернулся к своему соседу. Тот, отвернувшись назад, увлеченно рассказывал что-то парню и девчонке.

Я хотел было вмешаться, но передумал и, откинувшись на спинку стула, сосредоточился. Через минуту у меня получилось вызвать буквы перед глазами. Ничего нового не появилось, и это не давало мне покоя. Откуда? Зачем? Как?

В моей голове, начитавшейся фантастики, роились множество идей. От откровенно безумных до вполне реалистичных. Хотя, конечно, не в моем случае говорить об этом.

Глава 4. Сверхспособности.

Звонок прозвенел неожиданно резко, от чего я чуть не свалился со стула, успев схватиться за угол в последнюю секунду.

Толпа учеников тут же повалила наружу. Учитель, как сидела, так и осталась, а я решил последовать за всеми.

Действительно, уже через минуту я добрался до двустворчатой двери в школьную столовую. Данное учебное заведение особо ничем не отличалось от других, так что я подхватил пластиковый поднос белого цвета и получил порцию еды (расплачиваться, к счастью, не пришлось).

В обед, как известно, все места должны быть заняты. И у меня могли бы возникнуть с этим некоторые проблемы (никогда не был особым мастаком заводить случайные знакомства), но цепкий глаз приметил стул и стол в уголке.

Сидя я разглядывал учеников, подмечая интересных личностей и пытаясь разобраться в местном устройстве. Итак, были несколько неуверенных в себе подростков. А были группки побольше, которые вели себя смело и вальяжно.

Отталкиваясь от того, что известно, и вспоминая прочитанные ранее книжки, я предположил, что есть клановые и неклановые. Или еще что-нибудь в этом духе. Родовые и безродные.

Подобная система была мне понятна, но не близка. Да еще и оставляла пару вопросов, например, как мне стоит себя вести с теми и теми, чтобы не выделяться в худшую сторону?

***

Обед закончился быстро, и, побродив по коридорам, я нашел актовый зал. Там планировалось послушать речь ректора.

Оказавшись там одним из первых и не имея при себе телефона, я пытался найти другие развлечения и не находил. Пришлось познать дзен и дождаться, когда соберется толпа и начнется само мероприятие.

Возле сцены стоял чуть седой человек с залысиной на голове, в вязаной кофточке и с квадратными очками. Таких людей очень хочется называть «профессором» и обращаться исключительно на «вы», хотя они будут просить вас об обратном.

Рядом с этим человеком стояли какие-то другие люди с проводами, бумажками и планшетами.

Когда прозвенел звонок, от профессора отошли, и он поднялся по лестнице сбоку на сцену. Там, как по волшебству, обнаружился микрофон.

– Итак, дорогие друзья, прошу несколько минут вашего времени. Я, как большинству из вас известно, директор сего прекрасного заведения. Аркадий Самойлович. Я хочу сразу перейти к тому, зачем я вас собрал, так что не буду ходить вокруг темы. Всем известна трагедия, произошедшая совсем недавно. Поезд вместе с вашими потенциальными одноклассниками перевернулся. Практически все погибли, и произошло это из-за появившейся стаи монстров в лесу. Не уследили. Но есть и радостная новость, смягчающая предыдущую. Одному человеку удалось выжить. Да, с некоторыми травмами, да, с чудом, и он пропустил немного учебного плана. Но он здесь, с нами! Антон, прошу тебя, встань.

А я хотел провалиться сквозь землю. Аркадий Самойлович явно планировал ввести меня в коллектив учеников и «пропиарил» таким незатейливым способом. И есть у меня немаленькое подозрение насчет того, что он таким образом еще и повышает престиж и репутацию школы. Вот, мол, так и так, поддерживаем пострадавших и очень-очень скорбим.

К счастью, долго на меня смотреть не дали, скорее обозначив присутствие на мероприятии. Затем прошла минута молчания.

Ну как молчания. Дети и подростки в большинстве своем очень жестоки и не обращают внимания на чужие проблемы. Каждый из этих ребят про себя вытер пот со лба и прошептал: «Не со мной», а потом благополучно забыл. Ученики перешептывались и ерзали на своих стульях, пока таймер отсчитывал шестьдесят секунд скорби.

Я, наверное, тоже веду себя нетипично для парня, потерявшего за месяц память и родителей, но что с этим делать, не представляю. Актер из меня должен быть аховый, а значит, остальным придется принять меня просто другим.

После этого директор перечислил имена погибших, рассказал еще что-то про эти события, погрозил кулаком на виноватых и сказал интересующую меня больше всего вещь.

– А теперь мне хотелось бы разбавить этот грустный момент еще одним радостным событием. Антон, который, как мы помним, чудом выжил, сейчас пройдет официальное посвящение в нашу школу. Антон, прошу, выйди ко мне.

Пока я поднимался по деревянным ступенькам, кто-то из работников занес с другой стороны небольшой столик со странной аппаратурой на нем. Что-то вроде компьютера с выпирающими проводочками и светящейся сердцевиной. Было специальное место в форме ладони и небольшой, но заметный экранчик.

– Антон, – обратился ко мне директор так, чтобы слышал только я, – тебе сейчас нужно будет положить ладонь на это место, после чего руку может слегка защипать. Так работает особая магия, вложенная в артефакт. После этого на экране появится твой класс и твоя способность. Готов?

Последний вопрос он задал достаточно громко, чтобы услышали и остальные ученики. Я, только сейчас почувствовавший небольшое волнение, кивнул на выдохе.

– Ну, тогда начинаем, – он замолчал и продолжил говорить, только когда свет в зале слегка приглушили. – Дорогой ученик! Добро пожаловать в нашу школу и приготовься к официальному посвящению. Повторяй за мной слова клятвы: перед лицом Высшей школы магии клянусь быть честным, порядочным…

Директор говорил слова клятвы, а я повторял за ним. От проскочившей мысли у меня по спине пробежали мурашки. А что, если эта клятва реальна? Если я ее нарушу, то последует наказание? В мире магии могут устроить и не такую подлянку, а мне очень не хотелось бы, знаете ли, быть излишне честным.

– …Клянусь! – повторил я последние слова и напряженно сжал край стула.

Мне показалось, что даже ученики и директор замерли, ожидая моей реакции, но на самом деле я себя просто накрутил. Потому как, не дожидаясь каких-либо еще действий, Аркадий Самойлович продолжил:

– А теперь положи руку на распределительный артефакт.

Я, не ожидая подвоха, легким движением хлопнул по выделенному месту. Свет, исходивший изнутри устройства, стал немного ярче, и я почувствовал сначала легкое, а потом все усиливающееся покалывание.

– Эй! А так и должно быть? – спросил я, когда ощущения стали совсем далекими от приятных.

Нет, я продолжал держать руку «на пульсе», но от электрических разрядов, пускаемых по ладони, мне становилось не по себе. И, судя по нахмурившемуся директору, это было ненормально.

Когда покалывание внезапно прекратилось, я понял это не сразу и, подержав руку на месте еще пару секунд, оторвал от артефакта, сжав в кулак.

– Какого?… – спросил директор, глядя на экран.

И мне захотелось спросить то же самое, когда там я увидел схематичное, словно с детского рисунка, изображение улыбающегося солнца с лучиками-палочками.

Затем экран моргнул и выдал текст обычным шрифтом:

Антон Вульф

Конструктор плоти

Адаптивное тело

Прочитав три строчки, которые могу вызывать своей шизой, без помощи подручных средств, я спросил своим хриплым голосом:

– Что это было?

– Понятия не имею, – пробормотал директор как-то расслышав сказанное мной.

Заглянув за его фигуру, я увидел целую кучу удивленных подростковых лиц, часть из которых пыталась заснять произошедшее на телефон. В детстве мне всегда казалось, что никто не видит, но сейчас понимаю, что все все прекрасно видят.

– Дорогие ученики, произошли небольшие неполадки с нашим распределительным устройством, но в остальном всё в порядке. Мы с другими преподавателями обязательно разберемся в этом инциденте, а пока предлагаю слегка сократить церемонию. – Директор обратился к ученикам и, замолчав на секунду, закончил: – «Поздравляю тебя с поступлением, молодой, э-э-э-э, конструктор плоти, надеюсь, ты будешь достойным учеником. На этом закончим, всех прошу разойтись по своим кабинетам».

Ученики начали вставать, и я хотел было тоже уйти по-тихому, но Аркадий Самойлович остановил меня, жестом попросив подождать.

Когда все покинули актовый зал, директор обратился ко мне:

– У тебя есть мысли почему это могло произойти? – спросил он у меня.

Вообще-то есть, но с вами я, пожалуй, делиться ими не стану. Так что я отрицательно покачал головой. И вообще, где ваши манеры? Вы взрослый человек, а у пострадавшего ребенка спрашиваете мысли об этом.

– Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? Жалобы? – он без капли беспокойства, но с изрядной долей любопытства в голосе поинтересовался моим состоянием.

– Все в порядке, – я ответил все тем же неизменившимся хрипом и встал со стула направившись к выходу.

За спиной я услышал негромкие переговоры учителя с другим работником, но слов не разобрал. Задерживаться не вижу смысла, тайн мне никаких не расскажут, так что стоит поспешить…

***

– Куда это они так спешат? – спросил директор Высшей школы, когда последний из рода Вульф вышел из актового зала.

– Сегодня удалось выпросить наглядный материал в виде простенького монстра, вот они все и зашевелились. – ответил главный человек, отвечающий за артефакты в школе.

– Ясно. Ну, что можешь сказать насчет всего… произошедшего?

Печально вздохнув, работник, который выглядел, как паренек чуть за двадцать, в красной футболке и такой же кепке, задумчиво почесал лоб.

– Понятия не имею. – вынес он вердикт, – само устройство сильно перегрелось, но в остальном… с ним ничего не произошло. Можно обратится к артефактору, создавшему его, я думаю он скажет немного больше.

– Хорошо, тогда я попрошу тебя остаться здесь на несколько минут. Нам повезло, и этот милейший человек сегодня находится в школе.

Отойдя в сторонку, Аркадий Самойлович набрал номер телефона и, о чем-то переговорив с собеседником с той стороны провода, вернулся к школьному артефактору, сев рядом с ним на зрительское место.

Еще через несколько минут дверь вновь открылась и в пустой зал вошло третье действующее лицо.

Молодой мужчина в рубашке и с бордовым галстуком вошел со слегка озадаченной физиономией, почесывая нос.

– Здравствуйте, – он поочередно кивнул двум присутствующим здесь людям. – Признаться, это очень неожиданная проблема. Честное слово, с артефактом не должно было приключиться никаких проблем! Он рассчитан на выявление даже таких, как тот паренек с очень необычным классом.

– И все-таки я надеюсь, что проблема именно в устройстве, – сказал Аркадий Самойлович. – Мне, знаете ли, хватило этого самого паренька. Им интересуются буквально все! Аристократы даже как-то разнюхали название его класса и теперь пристают с вопросами! В последнее время мне все труднее и труднее им отказывать, а распространение подробностей…

– Не одобрит начальство, – покивал, соглашаясь, эксперт по артефактам. – Я вас понимаю, но зависит все это в большей степени не от нас. Если выживший в катастрофе паренек действительно имеет возможность обманывать подобные артефакты или еще что-то, то…

– В последнее время у нас одни уникумы, – вставил свои пять копеек парень в красной кепке, – взять хотя бы того же, как его называют, Мелкого. В двенадцать лет пробудился!

– Сплошная головная боль.

После этих слов все печально вздохнули, припоминая проблемы создаваемые пробужденными с совсем необычными классами.

– Ну, так я, наверное, посмотрю, что там у нас?.. – наконец встряхнулся прибывший человек.

– Да-да, конечно, проходите.

Спустя пять минут, когда все только успели заскучать, мастер перестал копаться во внутренностях распределительного артефакта и повернулся к остальным со словами:

– Можете прыгать до потолка. Дело не в его классе или способностях.

– И в чем же?

– Я понятия не имею, но могу сказать, что это как-то связано с его мозгом, – для убедительности человек с галстуком постучал по своему виску. – Может быть клиническая смерть или еще что-то. Но артефакт просто столкнулся с какой-то ошибкой в его голове и «каратнулся».

– Хм, это может быть связанно с произошедшим инцидентом? – задумчиво спросил самый молодой в компании.

– Вполне, – согласился директор школы. – Даже больше, я подозреваю, что дело именно в этом! Как там назывался его класс… кажется что-то связанное с кожей…

– Конструктор плоти, – подсказал человек в красном.

Все снова замолчали, но этот мыслительный процесс почти сразу прервал специалист.

– Раз все решилось, то я пойду. Заскочил ненадолго, так что дальше без меня как-нибудь разбирайтесь. Как говорится, кто куда, а я…

– Идите уже, – поморщившись махнул рукой Аркадий Самойлович, отпуская сотрудника. И когда тот ушел, добавил еле слышно: – а откуда солнце тогда? При чем здесь оно? Нет, надо будет заскочить в лабораторию и все перепроверить…

***

Я шел по пустым коридорам, вглядываясь в каждый кабинет в поисках нужного и усердно размышлял.

Этот голос при пробуждении и ошибка в виде соответствующего символа на экране ведь неспроста. Они определенно связаны.

Знать бы еще, чем. Было ли у Анатолия Вульфа в прошлом что-то похожее? Или появилось только, когда я занял его место? Если второе, то связано это именно с моим вселением или со случившейся катастрофой?

Хотя второе вряд ли. Подробностей, конечно, нет, но что-то внутри меня склоняется к версии с проблемами переселения душ. Или сознаний. Или что там у меня переместилось в новый мир.

Кабинет все не находился, а коридоры, как назло, были абсолютно пустыми. Информативные ролики на вмонтированных в стену экранчиках теперь скорее отвлекали, чем вызывали интерес. Поэтому я шел хмурый, как дождливая туча, и раскладывал варианты.

Связь с классом, конечно, не стоит совсем отвергать, но это тоже бесперспективное направление. Фактов, доказывающих эту связь, нет и не предвидится.

Хорошо, тогда, может, стоит зайти с другой стороны? При чем здесь солнце? В прошлой жизни я не припомню частого обращения в подобном ключе. Да и вообще событий, связанных с солнцем или его схематичным изображением, я не знаю.

Но это один из вопросов. Меня также интересует, чей это голос я слышу? Что это за внутренний будильник? Галлюцинация лишь слуховая, никаких видений перед или после нее я не слышу.

Пройдя еще немного, я остановился перед очередной дверью, ведущей в спортивный зал. Постояв и вслушиваясь в звуки за ней, я решил, что раз рассуждения ведут в тупик, то стоит отвлечься на что-то новое. И под это новое отлично подойдет монстр, которого нам собираются показать на уроке.

Толкнув дверь перед собой, я высунул голову и огляделся. Судя по всему, занятие еще не началось, так как в просторном зале с несколькими дополнительными дверьми и длинными скамейками, на которых сейчас переговаривались мои одноклассники, не было учителя.

– Раздевалка там, – махнул мне рукой Медведев.

Хотелось сказать, что формы у меня нет, но решил, что проблемы надо решать по мере их наступления. Благодарно кивнув, я заскочил в указанную дверь.

За ней оказался короткий коридор, оканчивающийся двумя другими дверьми с обеих сторон.

Определив направление по картинке, я зашел в мужскую раздевалку. Она оказалась совершенно безжизненной. Зато обнаружились длинные ряды открытых шкафчиков. Несколько из них были закрыты, судя по всему, заняты. Зато в других обнаружился комплект спортивной одежды. Мне осталось только выбрать подходящий размер, и всё!

– Удобно, – оценил я вслух.

Пройдясь до шкафчика чуть дальше входа, я быстро переоделся в черные спортивные штаны с надписью: «Высшая школа» и желтую футболку без надписей. В такой же одежде были и остальные ребята, так что я не стал задумываться над этим.

Форма легла, как будто делалась под заказ, и, очень довольный, я закрыл шкафчик магнитным браслетом-ключом. Очень современная, даже по меркам моего мира, школа. А, возможно, она даже в чем-то превосходит то, что было у меня на родине.

Не знаю, как там в элитных школах, я учился в самой обычной, но подозреваю, что там всё происходит примерно так же. Разве что распределительной шляпы… то есть артефакта нет, это точно. Хотя кто их знает…

Глава 5. Жутко страшный монстр.

Вышел из раздевалки я очень вовремя, так как через секунду, после того как я уместился с краю скамейки появился учитель.

– Прошу прощения за опоздание, – извинился он перед моментально затихшей группой. – класс, встаньте в ряд.

Подростки, зная, что надо делать, просто выстроились по росту, а я, чуть замешкавшись, втиснулся третьим сначала.

– Перед началом занятия, хочу объяснить новичку, что и как будет происходить, – сказал лысый учитель, бросив на меня долгий изучающий взгляд.

Я тоже не остался в долгу, бегло оглядев его внешность. Темно-зеленая футболка, лысая голова, крепкие руки. Человек явно сам занимался физкультурой не на любительском уровне меня-прошлого.

– Для начала: занятия у нас либо в зале, либо на спортплощадке, либо в бассейне. Для последнего нужно иметь собственные принадлежности. Меня зовут Геннадий, ко мне обращаться так же. Не клановый, не растаю. – От неказистой шутки рассмеялась лишь парочка учеников. – Далее с формой ты разобрался. В остальном ничем не отличается от учебы в обычных школах.

После этого он замолчал ненадолго, поглядел на карманные часы, которые достал словно из ниоткуда.

– Начнем занятие! Для начала пробегите десять кругов…

Дальше пошла стандартная, разве что немного более тяжелая, школьная тренировка. Учитель говорил, мы делали. Ничего нового и необычного. Примерно через тридцать минут нас остановили, дали отдышаться и объявили:

– Ну а теперь то чего вы так ждали. Сейчас я принесу сюда клетку с монстром.

На минуту тренер ушел за одну из дверей, о которой ничего не говорили, а потом просто вытолкал оттуда же огромную метр на метр клетку из стекла, поставленную на низкую тележку.

За прозрачными стенками можно было разглядеть странное и в чем-то даже несуразное существо. Аморфная масса красного цвета с несколькими десятками глаз и вылезающими щупальцами. Последние плавно двигались, то и дело ударяясь о стенки.

Глаза существа вертелись, разглядывая каждого из учеников, в какой-то момент остановившись на мне.

Немигающий взгляд четырех глаз одного монстра действительно пугал. Но еще больше пугало то, что его интересовал именно я.

Не знаю, почему другие ребята, как и учитель, этого не заметили, но несколько глаз из всего многообразия не переставали следить за мной.

А еще я обнаружил факт, заставивший коду покрыться мурашками. Глаза существа по форме были очень, даже чересчур, похожи на человеческие! К счастью, следующие слова учителя меня успокоили.

– Одно из самых безопасных и в тоже время опасных существ. Не обладает разумом сравнимым с человеческим, но является существом чуть более умным нежели большинство животных. Кто-нибудь уже догадался о ком речь?

– Это мимик? – спросила одна из учениц.

– Верно. – Учитель кивнул и подошел поближе к клетке. – Очень молодой мимик. Со временем это существо может разрастись до размеров дома. Собственно, такие чаще всего под него и маскируются. Мелкие, вроде нашего, обычно притворяются камнями, сундуками или дверьми. Отличить их несложно из-за низкой детализации подряжаемых объектов, но они обычно прячутся в темноте, так что распознать их, особенно когда не ожидаешь встречи, очень трудно.

Я внимательно вслушивался в речь учителя и, честно говоря, немного «плыл». Монстр, встречающийся во многих играх, здесь был реальностью. И вот что неясно: то ли это в моем родном мире копировали что-то отсюда, то ли этот монстр появился не только в этом мире.

В прочем, несколько глаз, так и не оторвавшихся от меня, напрягали еще больше. Самые разрозненные мысли носились в голове, и мне казалось, что я вот-вот упаду в обморок. Непонятное солнце на распределительном устройстве, монстр, который что-то во мне увидел, в конце концов, я только вчера оказался в этом мире!

– Сегодня я предлагаю вам посмотреть, как он маскируется. Поиграем, так сказать, в прятки с мимиком. Попрошу вас выйти ненадолго в коридор и вернуться, как только я скажу.

Прятки с Мимиком. Интересный у вас тамада, и конкурсы у него необычные. Там что-то говорили про обеспечение безопасности. Значит, учитель в случае угрозы сможет расправиться с "Красным Веномом"? Очень на это надеюсь.

Мы с классом вышли в коридор, где встали в ожидании команды учителя. Ребята принялись перешептываться и строить предположения. У меня нет достаточно хорошего друга, чтобы просто взять и начать разговаривать. Всеволод же был занят тем, что собрал вокруг себя небольшую команду (а меня не взял! Обиделся, что ли?) и составлял вместе с ней план.

Через примерно три минуты нас впустили обратно. На месте осталась лишь стеклянная клетка. Глазастого не было.

– Сейчас в этом зале спрятался ровно один молодой мимик. Мы ему, конечно, выдрали все зубы, но он по-прежнему может попытаться вас заглотить. Так что прошу, будьте аккуратны. А теперь начинайте!

После этих слов группа разбрелась кто куда, принявшись тыкать пальцами в разные предметы, валяющиеся то тут, то там. Надо признать, что спортзал был далеко не пустым, по углам расположились тренажёры, где-то валялись футбольные мячи и так далее.

А я внезапно почувствовал затылком взгляд. Пристальный, навязчивый. Оглядев всех людей в комнате, я пришел к выводу, что никому я, собственно, не нужен. Неприятно, однако.

Не зная, что делать (я даже в теории не представляю, как вычислить Мимика, когда с этим не справляется толпа детей с суперспособностями), я принялся обходить вокруг спортзала, приглядываясь к каждому предмету.

И вот тут мне стал ясен еще один подвох задания: нам сказали, что у мимика проблемы с детализацией. А что, если у предмета будет совершенно гладкая текстура и четкие линии? Здесь нечего детализировать, и мимик вполне комфортно мог бы разместиться где-нибудь в доме, притворившись, скажем, современным телевизором.

С этими мыслями я продолжил бродить, пока не наткнулся на человеческий глаз в стене, разглядывающий меня. Остановившись, я посмотрел в ответ. И только потом я увидел довольно жуткую картину целиком.

– Мама! – выкрикнул я отпрыгивая от мимика.

Почему нас не предупредили, что он может просто-напросто приклеиться к стене?

– Поздравляю Антон, ты нашел мимика! – довольно бодро отреагировал учитель.

А я чуть не хлопнулся в обморок, когда с существа начала сползать маскировка и вся куча глаз уставилась на меня.

Удержав в себе панические вопли, я внезапно почувствовал внутри себя некую энергию. Не знаю, как это описать словами, но меня это не очень заботило.

Подсознание, получившее адреналиновый пинок, решило, что эта самая энергия отлично подойдет для уничтожения опасности.

Вырвавшаяся из груди, ну допустим, лапа насекомого с острым костяным шипом на конце напугала меня куда больше, чем просто жуткие глаза.

Эта лапа, толщиной с мою нынешнюю руку и состоящая из трех звеньев, выстрелила с такой скоростью, что пригвоздила монстра к каменной стене, словно бабочку.

Монстр, получив серьезные повреждения, внезапно разросся еще на несколько метров вширь, распахнул свои жуткие глаза и начал размахивать выросшими щупальцами.

Это оказалось последней каплей, и я отключился.

***

– Доброе утро солнышко!

Женский голос вновь ворвался в мое сознание, вырывая из сладкой дремы.

События, предшествовавшие моей отключке, медленно пронеслись у меня в голове, и у меня остался всего один вопрос: как я не обделался от страха?

В прочем, движение рядом с моей кроватью сообщило о том, что я не один. Притворяться спящим по меньшей мере глупо, и я открыл глаза, обнаружив рядом с собой слегка полноватую тетку в застегнутом медицинском халате. Она раскладывала на столике рядом с кроватью какие-то таблетки и графин с водой.

– Здрасте, – сказал я.

– Ой, здравствуй. – она явно не ожидала, что я проснусь. – ты очнулся? Как себя чувствуешь?

– Нормально, – ответил я, оглядев место, в котором оказался. Судя по всему, в этом месте учебы есть даже специальный медицинский центр. – кстати, а что там с мимиком?

– Вы посмотрите на него! Беспокоится о каком-то монстре! А спросить о том, что с учениками ты не хочешь?

– А что с ними могло стать? – спросил я пораженно.

– После того как ты его ударил у тебя отросли паучьи ноги, и ты пошел громить все вокруг, выискивая студентов и пожирая… – но увидев мое вытянувшееся лицо женщина не выдержала, – ой, все не могу, ха-ха! Шучу я! Что с ними станется, испугались немного, не без этого, а так ну хлопнулся в обморок ученик, ничего случается.

Облегченно выдохнув, я упал обратно на подушку и прикрыл глаза. Помню, как только я появился в этом мире, я говорил о том, что буду бить горы и сворачивать монстров. Так вот, я больше не хочу.

Увидеть вживую такой кошмар… неприятно. Крайне. И повторения подобного, неожиданного опыта мне не хотелось бы.

– Ладно, я сейчас уйду, а ты выпей вот эти таблетки… – врач перечислила необходимые наименования и ушла, закрыв за собой дверь. Что-то из успокоительного и общеукрепляющего… в общем мне ничего не грозит.

Оставшись наедине со своими мыслями, я глянул в окно. Раннее утро. Выходит, я провалялся в отключке никак не меньше одного дня. Но из-за стресса столько не лежат пластом. Выходит тут замешано либо снотворное либо какое-нибудь истощение.

От безделья (где мой телефон!?) я нашел нужные таблетки и выпил их, одним глотком осушив стакан воды. Вновь стало нечего делать.

Думать об обретенных способностях, честно говоря, не хотелось. Эмоции, которые они вызывали своим появлением, не были положительными. В обоих случаях это был страх.

Первый раз – в больнице, когда у меня раздвоился язык. Перепугался я знатно. Второй раз, тоже напугал меня не меньше. Это-ж надо себе представить, какие чудовищные мутации я могу в себе вызывать!

Воображение моментально нарисовало жуткие картины монстров, в которых я теоретически могу превращаться. Гипертрофированный рот, полный острейших зубов, – самое безобидное. Как вам идея создать у себя пару… десятков глаз на затылке? Или шагнем дальше! Давайте приклеим мне пару лишних ног, и я побегу со скоростью двух человек!

Жуть! Не хочу я таких способностей! Где мои огненные шары и прочая атрибутика нормальных попаданцев? Я же читал книги! Люди с такими способностями, как у меня, обязательно становятся изгоями общества. Ну сами посудите, смогли бы вы общаться с человеком, который в любой момент превращается в… это.

Нет, вы бы обязательно чувствовали себя напряженными рядом с ним. Даже если он хороший человек и превосходный собеседник. Вы бы просто инстинктивно отслеживали малейшие его действия, чтобы, не дай бог, увидеть жуткую картину подобных метаморфоз. А уж ощущать это на себе…

– Надо что-то с этим делать, – устало вздохнул я.

А ведь завтра еще общение с последним родственником. Интересно, насколько рад будет дед увидеть нежданного внука? Действительно обрадуется или решит использовать меня как половую тряпку?

Плохо, что я о нем совершенно ничего не знаю. Как и о родителях. Эти пробелы в знаниях необходимо срочно заполнить, информация жизненно важна!

И подарить такое достижение техники, которое поможет мне с этим, может только дед. А он будет завтра. Так как занятия в это время уже начинаются (определил по часам на стене), то смею предположить, что сегодня я сам по себе.

Я вызвал все те же не меняющиеся строчки перед глазами. Зачем они нужны? Кто их создал? При чем здесь солнце?

Ну и классические вопросы иномирца: кто, как и зачем. Ответы на все эти вопросы я, конечно же, попытаюсь найти. Из ресурсов для их поиска у меня только интернет. Доступа к которому у меня в ближайшее время не предвидится.

Как раз вспомнилась упомянутая ранее компенсация от государства. Должны еще и привязать новую банковскую карту. И я почти уверен, что возьмут страшный налог. Дай бог, получу пятьдесят процентов от полагающейся суммы.

Если параллельно вспомнить некоторые особенности культуры этого мира, то можно предположить, что без влиятельных заступников мне не светят нормальные условия. С другой стороны, я как-никак аристократ, должны же быть и у меня какие-никакие, а преференции!

Но это все же не так интересно, как мои способности. Наверняка, будь я обычным подростком, то нашел бы тысячу и одно применение своим способностям. Скорее всего, даже не обратил бы внимания на минусы.

Но в теле шестнадцатилетнего парня нахожусь тридцатилетний я. Хорошо, наверное, что еще тридцати, а не шестидесяти. Характер ворчливого старика как-то не вяжется с образом обычного паренька.

Ну да, обычного… В общем, я думаю, несмотря на перечисленные ранее минусы, мои способности определенно интересны. И полагаю, забыть о них просто так не удастся. А значит, следует их если и не развивать, то хотя бы изучать.

Решив не откладывать это дело в долгий ящик, я вспомнил всю прочитанную фантастику и попытался воспроизвести то самое чувство, которое возникло вчера в спортзале.

Надо признать, это удалось мне неожиданно просто. Не понадобились многочасовые медитации или еще что-то.

Мне понадобилось всего около получаса, чтобы разобраться в этом необычном чувстве. Я не знаю, как его описать, но я словно ощущал третью руку, которая как бы была по всему телу и немного вне его пределов. Звучит… странно, но я даже не знаю, как еще описать это.

Тем не менее я решил попробовать сделать что-нибудь. Напрягся, и… ничего не произошло. Нет, конечно, я понимаю, что с первой попытки ничего не получится, но все равно из меня вырвался разочарованный вздох.

Где-то с третьего раза у меня получилось еще раз раздвоить язык. Оказалось, нужно более четко оформлять свое желание и направить ее в ту часть тела, в которую я хочу. И это интересно. По крайней мере, я задумался.

Через десять секунд язык пришел в норму, и я стал рассуждать. Класс называется «Конструктор плоти». Не морф или еще как-нибудь, а именно так. Значит, я могу изменять не только себя? Выходит, так?

Но на чем или на ком бы это проверить? Никогда бы не подумал, что отсутствие комаров и мошек может быть проблемой, скорее наоборот. Пусто.

Отчаявшись найти хоть одного завалявшегося таракана, я озарился идеей. А подойдет ли для этого растение?

Еще раз оглядев комнату я понял, что и растений тут нет. А жаль. Значит будем снова скучать.

Попытка уснуть была обречена на провал, и я решил встать с кровати, размять косточки. Небольшая хаотичная разминка, и я ложусь обратно. Надеюсь, скоро придет врач, и я смогу получить разрешение на прогулку по территории школы.

Подняв руку кверху, я поглядел на пальцы. Продолжим эксперимент. Сколько держатся изменения?

Напрягшись, я захотел создать шестой палец. По какой-то причине это потребовало гораздо больше сил, чем предполагалось изначально.

Ощущения от того, как у тебя растет лишний палец, были не самыми приятными. На самом деле я не чувствовал ничего, кроме небольшой щекотки, до конца процесса роста.

Выросший палец был размером с мизинец и немного тонким. Управлялся он тоже так себе. Хотя, должен сказать, это незабываемое ощущение.

Никогда не хотели узнать каково это, чувствовать лишний палец? Мне вот, только что удалось это узнать.

В уме я отсчитывал секунды, ощущая при этом трату энергии, при помощи которой и проводил изменения. Через две минуты, двадцать секунд я понял, что энергии осталось совсем чуть-чуть.

Решив не рисковать, я, как бы, отпустил концентрацию, расслабил внимание. Палец тут же стал вялым и принялся уменьшаться, всасываясь обратно в руку. Хотя бы не отвалился.

Приглядевшись, я обнаружил на месте исчезнувшего пальца крохотную царапинку. Может быть, она уже там была, а может, и нет. Надо будет проверить.

По внутренним ощущениям, мана (я решил называть это пока так) заполнялась довольно быстро. И выходило так, что требуется около десяти минут на полное восстановление.

Глава 6. Тайны школы.

– Давай, иди уже. – сказала медсестра, выпроваживая меня из медблока, предварительно проверив состояние.

Оглянувшись, я тихо прикрыл дверь и оказался в совершенно пустом коридоре. Ну, оно и понятно, что здесь делать другим ученикам? Выходные уже завтра, а значит, половина из них разъехалась по домам, а другая половина собрала вещи.

Мне, наверное, тоже стоило бы собраться, но вещей у меня, как у сиамского кота шерсти. Ноль без палочки, то бишь.

И это меня несказанно печалит. Я уже не раз ныл по поводу телефона, так что, если все пойдет по плану, то от деда получу хоть что-нибудь с выходом в интернет.

Наверное, мне стоит составить хотя бы примерный список необходимых вещей. Правда, я понятия не имею, каких. Ей-богу, все есть, кроме самого важного.

Двигаясь по безжизненным коридорам, я пытался понять, где нахожусь и как добраться до моего домика.

Несколько минут блужданий, и я нашел дверь. На улице сориентироваться стало не проблемой, и я бодрым шагом пошел куда нужно.

Добрался до дома, кивнул вахтеру и поднялся в комнату. Там меня встретила тишина и скучающий Всеволод.

Когда я вошел в комнату, он лишь слегка приподнялся, чтобы поприветствовать, и лег обратно.

Выспаться я успел на больничной койке, поэтому к кровати даже не подошел. Зато полез в шкафы и полки, принадлежащие моей половине комнаты, в поисках повседневной формы. Попутно поинтересовался у Медведева:

– Не хочешь прогуляться?

– Иди на фиг, это ты отдыхал, а мне пришлось сегодня весь день учится.

– Ну да, как будто что-то сложное было, – я усмехнулся, разворачивая футболку. Моя.

– Нет, я понимаю, что первое время тут ничего серьезного не будут преподавать, но все равно выматывает. Да и не выспался я…

– На том свете отоспишься, – весело отозвался я, собрав одежду и парой движений переодеваясь.

Я конечно не уверен, но отоспаться там, у него наверняка не получится. По своему опыту знаю. Хотя и не понимаю почему. Может быть я такой уникальный, что меня ни туда, ни сюда? Ни в ад, ни в рай?

– Может быть ты и прав… – сказал Всеволод, задумчиво взглянув на потолок, – завтра выходной, а сегодня делать нечего.

– Так ты идешь? – я остановился возле двери.

– Иду.

Выйдя на улицу, я обратил внимание на то, что сейчас стало прохладнее. Возвращаться не стал, не сахарный, не растаю.

Следом выбрался Всеволод, надевший, в отличие от меня, безрукавку поверх футболки. Он засунул руки в карманы и спросил:

– Куда идем?

– Честно, я думал ты что-нибудь посоветуешь.

– В город без разрешения нельзя, – покачал головой, – так что придумай ты.

– Пошли просто пройдемся по темным углам? Может, раскроем страшную тайну этого места? – Я проговорил это зловещим голосом, а поврежденная шея только способствовала этому.

– Давай, – бодро кивнул Всеволод.

И мы направились черт знает куда. Прошлись по территории вокруг ворот, подошли к закрытым дверям основного корпуса школы, дошли до стадиона.

Совершенно обычный, ничем не примечательный. Разве что фонарные столбы стоят через каждые пять метров.

– Может пробежимся? – совершенно неожиданно предложил Всеволод.

Я молча кивнул и первым побежал легкой трусцой. Через мгновение меня нагнал Медведев. Тихо, смеркается, а мы бежим.

После второго круга (я даже почти не запыхался) нас окликнул охранник с фонариком.

– Шуруйте отсюда, в это время ученикам запрещается покидать свои корпуса без особой надобности.

Всеволод пожал плечами и просто свернул с дорожки, я пристроился следом.

И именно в этот момент, во мне взыграла вторая молодость:

– А давай спрячемся и посмотрим, что тут происходит ночью?

– Хм, – Всеволод серьезно задумался, – а давай.

Как только мы скрылись из вида охранника тут же свернули куда-то в сторону и скрылись среди деревьев. Всеволод предложил спрятаться в небольшой парковой зоне на территории школы.

– Зачем? – поинтересовался я.

– За тем, что тут бродят охранники в поисках таких же любопытных как мы.

Я был вынужден согласится, но меня побеспокоила одна вещь: а зачем Всеволоду оставаться на улице? Ладно я, мне стало ну не то чтобы скучно, но как минимум хотелось просвежится. А ему-то что?

– А почему бы нам не вернуться? – поинтересовался я у парня.

– Да что там делать-то? Я сейчас все равно не усну. А так, хоть какое-то приключение.

– Угу. А Класс у тебя какой? – я решил все-таки узнать о нем чуть подробнее.

Всеволод глубоко вздохнул и махнул рукой в сторону обнаруженной скамейки. Как по мне, так это весьма слабое укрытие, но меня больше интересовал ответ на вопрос.

– Вот смотри: все Медведевы имеют класс Силачей. Название не очень благозвучное, но способность родовая! – он развел руками, – а я по какой-то причине получил класс варвара.

– Это редкий класс, – наугад ткнул я.

– Верно. Но далеко не уникальный. Дело в способности, которая у меня называется крушитель.

– И что ты можешь делать?

– Понятия не имею, – Медведев пожал плечами, – у нас же тесты способностей начнутся только через месяц. А у тебя, что там было вчера? Ты тоже какой-то мега уникальный, как наш Скрытник?

– Да нет, там просто что-то поломалось, – я постарался как можно более беззаботно отмахнуться и перевел тему, – а что за Скрытник?

– Да есть тут один… паренек, на год младше нас с тобой. У него какой-то очень уникальный класс из-за которого все носятся вокруг. Конспирацию развели жуткую.

– И что у него за класс?

– Никто не знает, – Всеволод откинулся на спинку скамейки, – поговаривают что-то вроде ядерного удара или созидателя.

– Ясно.

Я тоже расслабился и закинул ногу на ногу. Спрашивать почему скрытник, не стал. Думаю, это и так понятно.

Тишина и вечерняя прохлада. Что может быть лучше для спокойных рассуждений? Правильно, только кружка горячего чая. Последней у меня, к сожалению, не было, поэтому я прислушивался к шороху листвы.

От спокойного созерцания меня отвлек скрип ворот и шум двигателя. Очнувшись, я завертел головой в поисках источника звуков.

Всеволод тоже огляделся и кивком головы предложил сходить проверить, что там. Я пожал плечами и тихим бегом направился к воротам.

На небе уже наступила темная ночь, и проглядывали звезды. Мы притаились за широкими кустами и поглядывали через ветки, как на территорию школы заезжает тройка грузовых машин.

За всем этим следил замдиректора лично, закрыв ворота следом за последней машиной. Водители знали, куда ехать, и направились в сторону склада, следом, не торопясь, пошел Дариус.

– Как думаешь, что они привезли? – шепотом (то есть во всю мощь легких) спросил я.

– Скорее всего продукты. – лицо Всеволода при этом выражало лишь небольшую скуку.

И для меня его безразличие было полной неожиданностью. Не понимаю, как можно не чувствовать хоть какое-то любопытство, шпионя ночью за замом директора. Нет, я понимаю, если бы это был тридцатилетний мужик… Но, блин, даже я не смог побороть неожиданно яркие эмоции нового тела.

– А может что-то более интересное? – я не оставил попыток расшевелить нового друга.

– Я тебя умоляю, – он всплеснул руками, – что здесь может быть интересного?

– Да? – переспросил я, усмехнувшись. – Ну даже не знаю, что может быть необычного в школе где учатся дети с супе… с уникальными классами.

Всеволод завис на несколько секунд. Странно что такие мысли не пришли к нему в голову. В его возрасте я был более склонен мистифицировать повседневные вещи.

– Ладно, ты, пожалуй, прав. Если обнаружится что-то действительно интересное, то думаю отец будет доволен…

" – А как же простое любопытство? " – хотел спросить я, но сдержался. Папенькин сыночек.

Мы оба двинули следом за Дариусом, который довольно быстро добрался до крупного складского здания, возле которого начали суетиться рабочие.

Они выгружали прямоугольные ящики и относили их в сторону открытого склада. Куда их конкретно ставили, мне не было видно, но Всеволод как-то разглядел несколько этикеток и сообщил мне.

– Это продукты и какие-то вещи. Я же говорил!

– Неужели ты думал, что если принесут что-то секретное, то так и промаркируют его?

– Ну… – Медведев задумался.

– Баранки гну! Смотри лучше! – я толкнул парня в плечо указывая на странные действия Дариуса.

Замдиректора остановил одного из рабочих, в руках которого была коробка поменьше. И если мне не изменяют глаза, то вот она и не была промаркирована.

Что-то сказав рабочему, он указал на небольшую пристройку рядом со складом. Рабочий кивнул и отнес по очереди три таких ящика к указанному месту.

– Что это? – спросил Всеволод.

– А мне откуда знать? – удивился я и продолжил наблюдение.

Через несколько минут работники закончили и сели обратно в машину, остался лишь один из них, о чем-то коротко переговорив с Дариусом.

При чем работник был тот самый, которого остановил Дариус. Я запомнил его благодаря сколотому переднему зубу.

Наконец все рабочие уехали, а следом за ними пошел Дариус, оставив ящики на месте. Переглянувшись со Всеволодом, мы бегом добрались до трех странных коробок.

Медведев встал в полный рост и следил за тропинкой, ведущей к воротам, а я упал на колени и открыл ближайшую коробку. Внутри оказалось то, что меня сильно поразило.

– И что это? – спросил Всеволод.

– Не знаю.

Внутри коробки были расставлены овальные капсулы серебристого цвета. Дотронувшись до одной из них, я обратил внимание на то, что они холодные, почти ледяные.

Не став доставать их, я закрыл этот ящик и открыл следующий. Там оказалось то же самое. А вот в последнем одна из капсул была слегка приоткрыта.

Не успев обдумать ситуацию, я, конечно же, потянулся к контейнеру и, достав его, открыл пошире. Он был теплый, в отличие от других, и явно не пуст.

– Черт! Он идет… – шикнул Всеволод.

Буркнул что-то ругательное, я попытался закрыть капсулу обратно, но ничего не вышло, а потому я просто закинул ее в ящик и накрыл крышкой, чуть-чуть оцарапав руку обо что-то.

Как только я вскочил, Всеволод понесся в направлении парка, я последовал за ним, надеясь, что несколько крохотных капелек крови никто не заметит…

*****

Тем временем крышка ящика, в котором лежал открытый контейнер сдвинулась и оттуда что-то вылезло, коснувшись капель крови. Быстрая тень скрылась где-то в траве, и в этот момент до ящика дошел Дариус.

Зам директора, добравшись до ящиков и увидев открытый не на шутку всполошился. Замерев на пару секунд, он побледнел, побагровел и глубоко вдохнув-выдохнув подошел к ящикам.

На земле остался смазанный след, от колен в джинсах, а в открытом ящике не доставало содержимого контейнера.

Нагнувшись, Дариус, осмотрел следы. Мягкая земля и погнутая трава сохранили отпечатки двух пар ног.

Проследив направление, зам, добрался до кустов и там потерял след.

Оглядевшись Дариус предположил, что его ограбил кто-то из учеников, выбрался ночью и проследивших за ним.

Как на зло, этот груз должен был быть доставлен как можно быстрее и тайно, а значит почти все камеры «сломались», а охрана пропустила несколько ночных дежурств.

Благо, подростки не были профессионалами своего дела и наследили так что мама не горюй. Вычислить их можно благодаря одному очень важному следу…

*****

Тем временем черная тень, выскользнувшая из коробки, принесенной грузчиками, и глотнувшая каплю крови, оставленную Антоном, направилась в сторону основного корпуса школы.

Обойдя каким-то немыслимым образом все камеры слежения и датчики, призванные защитить от грабителей школу, она прошла в сторону кладовки спортзала. Там в специальном аквариуме хранился уже знакомый мимик, на которого и упала тень.

Мимик резко сменил окрас на черный и распахнул все свои глаза, уставившись в темноту, на несколько секунд. А затем он отрастил щупальце с острым концом и пробил стекло, выбираясь наружу…

*****

До общежития мы с Медведевым добрались в мгновение ока, остановившись лишь возле самого входа, чтобы отдышаться.

Погони не было, а значит нам повезло, нас не вычислили.

Раздеваясь перед тем, как лечь спать, я заметил, что испачкал в земле джинсы. Мне казалось, что земля более сухая, но пятно вышло ярким.

Пришлось немного отложить сон и попробовать вычистить брюки. Отчасти мне это удалось, но при желании все еще можно было понять, что я успел проехаться по земле.

Не хотелось бы произвести плохое впечатление на своего деда, но к сожалению запасной одежды, у меня нет.

Потерев закрывающиеся глаза и бросив попытку отстирать джинсы, я широко зевнул и грохнулся на тихо скрипнувшую кровать. Будем надеяться, завтра меня не будут будить какие-то голоса в голове, иначе я буду в плохом настроении.

На следующий день, десять ноль-ноль:

– Доброе утро солнышко!

– Да бл-л-л-линчки со сгущенкой!

***

Первая суббота в новом учебном году. Толпа учеников выходила через главные ворота тоненьким ручейком и либо садилась в машины родственников и такси, либо шла к остановке общественного транспорта.

Рядом с воротами стояла деревянная скамейка, на которой сидел заместитель директора. Он внимательно разглядывал каждого выходящего ученика в поисках одной ему известной приметы.

Подростки гудели и что-то обсуждали, не прекращая. Смех и шутки разносились на всю округу. Но если приглядеться, то можно было обратить внимание на то, что почти все они разделились на небольшие группки по три-четыре человека.

Если же быть еще более внимательным, то можно заметить, как люди в чуть более дорогой одежде сторонятся других. Нет, это было не четким социальным разделением, просто дети ищут тех, кто к ним ближе. Если твой друг ездит на крутой машине, а ты уезжаешь на вшивом троллейбусе, полном таких же детей, волей-неволей, а будешь считать своего товарища снобом.

Несомненно, были исключения. Но подростки склонны к максимализму, поэтому такое случалось нечасто.

Но все это мало интересовало Дариуса. Сословные различия в Высшей школе максимально стирались, за этим внимательно следили, ведь человек с уникальным классом – это важная государственная единица.

Дариусу был интересен всего лишь один ученик, который как раз прошел мимо ворот. Замдиректора спокойно достал телефон из нагрудного кармана, набрал номер и сообщил:

– Я его обнаружил. Начинать захват?

– Ты уверен, что это он? – донеслось из трубки.

– Да. Я вам уже все объяснил.

– Если ты ошибся, то у нас будут огромные проблемы.

– У меня есть с собой несколько порций Препарата. Почищу ему память, обставлю как обычное ограбление.

– Это те шприцы, которые стирают один день из памяти?

– Да, они.

– Он недавно пережил серьезную травму, будь осторожен и не убей его.

Ничего не ответив, Дариус сбросил трубку и положил телефон на место. Он и так потратил чересчур много времени, пора привести план в действие. Жаль, конечно, что у них так мало подходящих подчиненных.

К тому же, идиот, судя по всему, не знал, что забрал, и существо с наивысшим классом опасности сбежало, так как в обследованной комнате оно не было найдено. К этому еще стоит прибавить сбежавшего мимика, которого по какой-то причине не может вычислить нанятый следопыт, и выключенные именно в этот момент камеры.

Все сложилось наихудшим из возможных сценариев. Теперь необходимо оправдать отключенные камеры и не засветить тайную перевозку. А это не только огромные траты денег, но и потеря репутации Школы. Недовольные родители могут попытаться забрать своих детей, а это еще и вопросы от президента. А значит, могут подключится тайные агенты, которые в свою очередь могут разнюхать про неодобренные эксперименты с кровью пробужденных.

Сев в машину, Дариус, оставаясь внешне спокойным, вывел ее за территорию школы и начал преследование «объекта». Важно успеть до того, как он попадет на территорию своего дома.

Глава 7. Погоня.

Я вышел за ворота школы, попрощался с Медведевым и, зевнув, направился к одному из припаркованных такси, вызванных дедом. Об этом ему сообщил заместитель директора школы, передав сообщение через вахтера.

Последний, кстати, оказался довольно неплохим человеком. Он пригласил меня к себе на мятный чай с печеньем. Мы немного посидели, болтая ни о чем. Он сказал, что такси приедет нескоро, все преподаватели заняты, а ему скучно.

От него я вышел через час, к этому времени через главные ворота стал проходить постепенно уменьшающийся поток учеников, в который я влился.

Водитель оказался из молчаливых. Коротко взглянув на мое лицо и признав во мне одного из последних Вульфов, кивнул и завел машину.

За окном был оживший город. Когда я ехал в школу, он выглядел совершенно другим. Он был пустым. Сейчас же здесь словно разворошенный муравейник. По дорогам снуют машины, из зданий выходят и заходят. Сквозь тонированное стекло слышались голоса и гудки машин, сливаясь в один сплошной гул. Машина застряла в пробке, и, не удержавшись, я уснул.

– Солнышко, пора вставать! – послышалось через несколько секунд.

– Что? – спросил я открывая глаза.

И тут же получил ответ в виде дула пистолета, направленного на меня.

– Рановато ты проснулся, поспи еще, – сказал участливый голос водителя.

Из уже упомянутого дула вылетела тонкая иголка и воткнулась мне куда-то в район шеи. Я даже не успел полноценно проснуться, как провалился обратно в темноту.

– С добрым утром, солнышко!

В этот раз я пришел в себя гораздо быстрее и сумел заставить себя не открывать глаза. Сделав осторожный, но глубокий вдох я прислушался к окружению.

Судя по ощущениям, мы продолжали ехать в той же машине. Это хорошо, значит, прошло не так много времени. Я лежал, уперевшись лбом в водительское сиденье, и безвольно опустив руки. Сомневаюсь, что меня пересаживали, а значит, водитель действует один, по крайней мере, до сих пор.

Где-то внутри нарастала паника и страх, но опыт прошлых лет и подростковая смелость, граничащая с безрассудством, делали свое дело. Я достаточно легко справился с эмоциями.

Рассуждая трезво, мне стоит «вырубить» водителя, пока мы едем не так быстро. Под колесами хрустел гравий, и создавалось ощущение, что мы едем по небольшой тропинке.

Задушить человека я не смогу, давайте будем честны. Боюсь, что после такого события мои нервишки не выдержат. Вырубить его ударом по голове – тоже не вариант, силенок мало. Но есть другой потрясающий вариант! Приоткрыв глаза, я заметил лежащий на соседнем от водителя сиденье пистолет со снотворным.

Шансы на то, что он заряжен, крайне неплохи. Ждать, когда меня довезут туда, куда собирались, глупо. Там у меня не будет ни единого шанса, если меня «заказали». А вот отбить машину и телефон можно. Затем набрать в навигаторе адрес и там уже попросить помощи в полиции.

Отличный план, по нему и буду работать, тем более машина начала ускоряться и где-то рядом послышались звуки проносящихся машин. Мы недалеко от дороги, а это отличный шанс.

Рывок, и я, протиснувшись между сиденьями, потянулся к пистолету. Шокированный водитель дернул руль в сторону, из-за чего я не успел схватить оружие, повалившись спиной на мужчину.

– Какого черта! – воскликнул он, пытаясь схватить меня.

Я двинул локтем ему в челюсть и снова кинулся к пистолету. Мне удалось ухватиться за его рукоятку, и машина дернулась вперед.

Видимо, таксист случайно нажал педаль газа, и мы сейчас неслись… Я взглянул через лобовое стекло – прямо на дорогу!

Яростно рыкнув, водитель вновь попытался меня схватить, но я успел нажать на курок. Тонкая игла вылетела из дула (ага, значит, он его перезарядил) и влетела в оголившееся после борьбы предплечье.

– Ах ты… ! – воскликнул он, поняв, что произошло, но тут же свалился лицом на руль.

Биииип! – по округе разнесся протяжный гудок.

При этом машина продолжала ехать вперед, так как потерявший сознание водитель не убрал ногу.

Мы вылетели на полупустую трассу между двумя рядами деревьев. Он увез меня из города! И даже больше, на небе был вечер!

Дернувшись на кочке, руль выпрямился, и машина понеслась по встречной полосе, плавно набирая скорость.

Откинув назад бессознательное тело, я попытался сдвинуть ногу с педали газа, но она намертво застряла, упершись коленом в руль. Кажется, ее свело судорогой.

На горизонте показался КамАЗ со светящимися фарами, и мне пришлось выкрутить руль влево. Машину повело в сторону мелькающих деревьев, и я постарался выровнять движение.

Теперь самое главное – найти подходящее место, чтобы затормозить. Что может пойти не так?

Обычно именно после этого вопроса что-то как раз и происходит. Все планы идут не туда, а приключения набирают новый оборот.

К сожалению, я не был исключением, и в кармане водителя зазвонил телефон. Немного поколебавшись, я вытащил его и, рискуя заработать косоглазие, прочитал имя, которым подписан номер.

Клиент 228

– Как информативно! – съязвил я. – Ну давай поговорим!

И включил громкую связь, одной рукой продолжая поддерживать руль. Циферка на спидометре продолжала расти, и это напрягало меня ничуть не меньше, чем разговор с заказчиком. Мы уже ехали со скоростью девяносто восемь километров в час, примерно каждые десять секунд скорость возрастала на один-два километра в час.

– Куда ты уехал!? – тут же донесся до меня грубый голос из телефона. – Что за черт!

Я промолчал.

– Ну и что ты молчишь, неужели думаешь, что я поверю будто этот практически новорожденный подросток побил тебя и угнал твою машину!

– Кхм, вы, главное не напрягайтесь, – прокашлявшись, на удивление четким голосом обратился я к другому клиенту таксиста, на удивление четким голосом, – но так и есть.

Несколько секунд в трубке раздавалось молчание. Я уже было подумал, будто про меня забыли, как на грани слышимости прозвучало:

– Отследите телефон и езжайте за ним, он не мог уехать далеко…

К счастью, всё было не так уж и плохо, надо было только выкинуть телефон в открытое окно и проехаться немного дальше.

Поддерживая одной рукой руль, я потянулся к кнопке, открывающей окно. Опустив стекло вниз, я замахнулся, чтобы бросить туда шайтан-машину, но услышал в трубке:

– Вы нашли жучок, который…?

Дальше было что-то неразборчивое. Прозвучал утвердительный ответ и шум моторов.

Включив телефон и закрыв окно, я пришел к выводу, что выкидывать его бесполезно. Вернее, даже вредно, потому что я не знаю, куда еду.

Включил карту и нажал кнопку голосового набора:

– А… – я открыл рот и замолчал, вспоминая название города. – Высшая школа. – выкрутился я.

– Маршрут построен. Прямо, три километра.

Бросив взгляд на спидометр, я понял, что остановить или развернуть машину не смогу, не говоря уже о прыжке после которого меня размажет тонким слоем. Вперед в неизвестность, как говорится.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.