Delhy
Tearing off the masks

Глава 1

Первые лучи утреннего солнца лениво пробирались сквозь плотно задернутые шторы, но во многих домах уже вовсю кипела жизнь. В их доме было так же. Она ступала босыми ногами по полу, шлепая по ступеням и наигранно возмущаясь:

– Алекс, ты не можешь просто так свалить и оставить меня здесь! – фыркнула девушка на вид двадцати трех лет. Ее темные волосы каскадом спускались на плечи, серые глаза горели. Она подняла свои тоненькие ниточки бровей вверх, и легкая складка морщинки коснулась ее лба. Девушка еще раз попыталась отыграть возмущение, но, заметив едкую улыбочку брата, быстро сдалась и застонала: – Ты не можешь…

– Конечно могу! – хмыкнул Алекс. Он был выше на две головы, крепкий, широкий в плечах и с такими же пронзительными глазами, как у нее самой. Сегодня ему снова нужно было выйти вместо напарника, который слег на прошлой неделе с какой-то дурью. – Сэм, если бы ты слушалась тех, кто желает тебе только добра, ты бы не носила его и не вопила о том, как несправедлив мир.

– Черт побери! Ай, блин! Ай! – Она начала трясти левую руку, шипя, матерясь и снова труся ею, пока брат не закрыл ей рот ладонью, смеясь.

– Глупая! Ты же знаешь, как работает этот Браслет, пока ты не научишься следить за своим языком, его не снимут.

Она промычала ему в ладонь, отчего он снова прыснул со смеху, но ладонь все же отнял.

– Что ты хотела сказать, милая?

– Чтоб ты шел в жо… – Она прикусила себе язык, борясь с очередной порцией отборной брани, и подняла руки в воздух, смирившись с ситуацией. Глубокий вдох и выдох помогли ей совладать с собой. – Когда сниму Дисциплинарный Браслет, вежливо одетый на меня твоим ещё живым лучшим другом, и переступлю порог этой квартиры, я найду эту тощую задницу и с превеликим удовольствием защелкну Браслеты на всем, что у него болтается!

– За нападение на Надзирателя тебя отправят к Совету Старейшин. – Алекс нежно потрепал ее по голове. Она шлепнула его по руке в ответ. – Если бы ты не упоминала при Тони инцидент с травкой, в красках описывая весь кайф от прихода, он бы так не петушился. Как твой брат, я мог закрыть глаза на твои детские выходки, но долг Надзирателя…

– Да-да! – Она потрясла рукой в воздухе, закатывая глаза. – «Предупреждать Гражданских от неправомерных действий и всегда чтить законы, установленные Советом», зануда. Именно поэтому я никогда не буду Надзирателем! Вы, ребята, живёте слишком правильной жизнью, вызывая у меня тошноту.

– И мы ещё не раз поговорим о твоём выборе, верно? – На такое его заявление Сэм снова фыркнула. – Так, иди сюда, хулиганка..

Брат обнял ее на прощание, как делал это всякий раз, уходя в смену. Улицы города всегда оставались опасны, и как знать, вернётся он под утро следующего дня, или удача все же повернется к нему спиной.

– Я люблю тебя, детка, – прошептал Алекс. – И оставь яйца Тони на растерзание Майку.

– Зависит от того, кто из нас первый доберется до них, – ехидно протянула Саманта.

– Я всегда знал, что ты злодейка.

Прощаясь, они смеялись, и когда сестра закрыла за ним дверь, она поспешила к ноутбуку, созвонившись со своей подругой по видеосвязи.

– И-и-и? Как малышка Саманта поживает в заточении? – Звонкий голос вызвал улыбку на лице девушки.

– Тебе ещё не пришла в голову мысль стать принцем и вызволить меня из этой башни? Злой дракон Алекс говорит: «Поделом тебе, Сэм, кодекс Надзирателя гласит…» и бла-бла-бла… – Она подняла палец вверх, пародируя своего брата. На том конце вновь засмеялись. – Руби, я так хочу сегодня вечером побывать «У Джо», у него всегда после заката начинается дикая свистопляска, ты же знаешь!

– Да, а ещё я знаю, что в последний раз из-за этой свистопляски ты и получила этот милый аксессуар, – пропела Руби, раскачиваясь на своем кресле туда-сюда. Она накручивала прядку своих длинных синих волос на пальчик, присвистывая какую-то незамысловатую песенку. – Алекс меня по головке тоже не погладит, если узнает, что я иду у тебя на поводу.

– Три слова, крошка, и ты запоешь по-другому, – предостерегающе сказала Саманта, прикусывая нижнюю губу от предвкушения реакции своей подруги на ее главный козырь. – Ты готова, Кэпман?

При упоминании своей фамилии, она ухмыльнулась, продолжая свое занятие.

– Ох, дорогая, сомневаюсь, что есть что-то, что изменит…

– Там будет Вэндал, – перебила ее Сэм. В комнате повисло неловкое молчание, и даже скрип компьютерного кресла по ту сторону экрана замолк. Руби прочистила горло.

– Что ты сказала? – свистящим шепотом спросила Кэпман, пока девушка наслаждалась легкой победой.

– Тебе тоже кажется, что этот браслет не сочетается с моей сумочкой? – невинно начала сестра Алекса, взмыв рукой вверх перед камерой. – Ох, определенно не мой цвет, как же быть?

Когда она в последний раз встряхнула рукой, металл на ее запястье, словно жидкость, стек вниз и, придя в свою естественную форму, уже лежал на полу, издав три коротких сигнала на всю квартиру. Саманта расплылась в улыбке всего на секунду. Она знала, чем это может обернуться для них обеих. Но ничего не стала с этим делать. Бар Джо так и манил.

«Дисциплинарный браслет 1954: Деактивирован. Последний носитель: Саманта Росс. Надзиратель: Тони Бэдэр», – оповестил браслет, следом перечисляя статьи, нарушенные Гражданским лицом. Руби неожиданно взвизгнула.

– Че-е-ерт, так он еще и принадлежит этому белобрысому куску дерьма! – Она хлопнула ладошками по своему столу, что есть мочи. В ее зеленых глазах явно отражалась злость и растерянность от сложившейся ситуации. – Твою мать, Сэм, он же нам задницы пооткусывает, как только до него… О-о-о, нет! Мать твою! Нет! Он уже мне звонит по второй линии.

– Я отключаюсь, крошка, увидимся вечером, – быстро пролепетала шатенка, махнув ей на прощание пятерней.

– Нет! Ты не можешь ос…! – Сэм нажала «отбой», быстро вскочив со своего кресла и последовав в ванную комнату. Вопрос времени, когда Тони решит оповестить Алекса об очередных проделках непослушной младшей сестры либо же сам последует за ней, чтоб в очередной раз построить из себя «папочку».

От чего-то ее это даже забавляло.

Наблюдать за тем, как его Душа рядом с ней из яркого серебра окрашивается в предупреждающий золотистый, отливая яростью красного, при том, что он старается сбалансировать свое состояние и прийти к умиротворенному бирюзовому – оставалось самым ее любимым занятием. Почему Руби и другие вызывали в нем на порядок меньше эмоций? Возможно, все дело в связи между ним и Алексом, а может, и в том, что она единственная не боялась всегда говорить то, что вздумается.

В любом случае вечер обещал быть ей весьма и весьма веселым.

Девушка завила свои волосы, надела золотистые серьги-конго, слегка подвела ресницы и распределила большим пальцем небольшое количество розового блеска для губ. Натянув на себя короткие шортики и черный шелковый топ, она обулась и захлопнула за собой дверь, исключая вариант быть пойманной дома. Оставалось только придумать, где бы скоротать время до захода солнца.

***

– Ты всегда идешь у нее на поводу, – массируя виски, в очередной раз напомнил ей Тони. Алекс, закинувший ноги на пыльный стол, перелистнул страницу старого журнала, делая вид, что его здесь и вовсе не существует.

– Ой, заткнись, пай-мальчик, – раздраженно ответила Руби. Она открыла холодильник, тут же его захлопнув, и поморщилась от запаха протухших продуктов. – Ты хуже сторожевого пса. В толк не возьму, зачем ты каждый раз подрезаешь девчонку, когда ее родной брат дает ей многим больше воли и не ворчит, как курица-наседка при любом удобном случае!

– Вот именно потому, что ее брат там легкомысленно относится к ее взбудораженным порывам, мы раз за разом вытаскиваем ее из какой-то задницы! – Крашеный блондин переступил через друга, окидывая его строгим взглядом. – А ты мог бы и поспособствовать тому, чтобы это происходило реже.

Росс вздохнул, отложив журнал на ободранный диван.

– Слушай, я же не учу Майка, как ему воспитывать тебя. Иначе бы ты больше походил на нее, чем на себя нынешнего. В ее возрасте у меня тоже чесалось шило, и я бунтовал от Северной окраины до Западной. – Бэдэр открыл было рот, чтоб возразить, но Алекс тут же махнул рукой, призывая его не перебивать. – Ей необходимо попасть хотя бы раз в такую передрягу, из которой она без посторонней помощи бы не выбралась. Позволь девчонке пару раз споткнуться, прежде чем ее чему-то учить. В противном случае она будет поступать во всем тебе на зло. Разве сейчас произошло не так?

Глаза Тони расширились от удивления, Руби усмехнулась, продолжая копаться в полках, вываливая на пол ненужное барахло.

– То есть ты знал, что она это сделает?

– Придурок, она же его сестра, – просто ответила девушка, бросив в него растрепанную тетрадь. Бэдэр ловко ухватился за край, разворачивая ее. – Это оно?

Блондин пробежался по строкам, вчитываясь в размашистый почерк. Несколько страниц были вырваны, где-то виднелись следы гари, мешающие разглядеть хоть какие-то расчеты.

– Если это действительно оно, то Нора будет в восторге, – прошептал Тони.

Алекс подошел сбоку, выхватывая тетрадь из рук друга. Ошибки быть просто не могло. Он приложил два пальца к оправе своих очков, стукнув пару раз.

– Привет, Дэниз, сравни фрагменты, найденные в отчете Майка за 2 квартал 3718 года с фрагментами, представленными перед тобой. Это один и тот же почерк, дорогая?

– Секунду, Алекс, сейчас я загружу последние данные и отчеты всех Надзирателей, работающих в тот квартал. Было несколько подобных отчетов, раскинутых по всей Северной части, ты же понимаешь, что это дело нескольких минут уж точно.

Перед его глазами промелькнуло порядка трехсот разных страниц, сверяющихся хоть на единое совпадение с тем, что он сейчас держал у себя в руках. «Ох, детка, пожалуйста, скажи, что мы не просто так притащились в эту дыру».

– Солнце начнет садиться через четверть часа, и, как ты помнишь, у нас не было разрешения находиться здесь, – как бы между прочим напомнил он коллеге, намекая, чтоб та ускорилась.

– К тому же Тони, ой как, горит желанием оказаться в другом месте и…

– Заткнись, Руби, – оборвал девушку Бэдэр. Она рассмеялась, болтая ногами на стуле, точно маленькая девочка.

– Тише, красавчик, тише, а то я решу, что ты нервничаешь, – играя бровями, снова завелась Кэпман.

– Еще одно слово… – предостерегающе начал блондин, и Алекс в привычной манере поднял руку, давая им понять, что пора замолчать.

Файлы редели перед его глазами. Он напрягся. Слегка.

– Дэниз? – Облизнув пересохшие губы, он сглотнул.

– Выведи картинку, Алекс, пусть они тоже увидят, – подала она голос с другого конца.

Он, точно пару минут назад, щелкнул по оправе, и комнату наполнил свет. Парень снял очки, положив их на пол, и перед их ногами развернулось две голографические страницы, одна из которых была у него в руках, а вторая находилась в базе центра, где сейчас всем заправляла Дэниз.

– Десять из десяти, детишки, вы нашли эту маленькую лабораторную мышку. Я составлю отчет и передам его Норе с вашего позволения.

– Да, конечно. Передай нашей славной Старейшине, что по прибытию я загляну к ней, чтоб передать найденные фрагменты лично в руки. Спасибо, Дэниз.

– Вы проделали отличную работу. Еще увидимся.

Она отключилась, и свет покинул их маленькое замкнутое пространство. Солнце начинало садиться, и Алекс понимал: чем дольше они будут здесь находиться, тем выше вероятность столкнуться с кем-то, кто сочтет их приход причиной наступления. Росс поднял очки с пола, покрутив их в руках, и надел обратно, шумно выдохнув. Руби бродила из комнаты в комнату, не зная, чем себя занять. Тони подошел к шатену, похлопав его по спине.

– Все нормально, приятель? – чуть наклонившись вперед, спросил он и сразу же пожалел об этом.

– Черт-черт-черт! Я готов поклясться, что вижу сладкий сон! – Взъерошив другу волосы, Алекс закинул руку ему на плечо, приобняв Тони. – Спустя 5 лет мы наконец-то вышли на него, Майк будет просто в восторге! Я не могу в это поверить! – продолжал без умолку он, точно малое дитя, которому дали еще одну конфетку за хорошее поведение. Блондин позволил себе слегка улыбнуться, он давно не видел Росса в хорошем расположении духа. Их маленькую радость нарушил стук каблучков.

– М-м-м, а может, Нора, наконец, закроет глаза и вернет мне возможность телепортироваться без письменного разрешения всякий раз, когда мою задницу пытаются поджарить? – Оперевшись о дверной косяк, девушка скрестила руки на груди. – Она же обожает тебя, Алекс, подыграй ей разок, чего тебе стоит?

– Сомневаюсь, что сейчас подходящее время для этого, – скинув руку Росса с себя, ответил Тони. Девушка вскинула бровь. Он подошел к ней вплотную, и она выставила перед ним руки, как бы призывая соблюдать дистанцию. Ее бдительность тут же ослабла.

– О чем ты говоришь, пай-мальчик? Ты что…, – Кэпман попыталась отойти от него на шаг, но врезалась спиной в стену. Ее Душа начала отдавать желтым свечением – это говорило о том, что она встревожена и совсем чуточку зла. Камень на ее шее сбоку начал понемногу мерцать. – До нашего расчудесного разговора, где мы желали тебе капельку ума и снисхождения к нашей подруге, уже успел снять протокол с Дисциплинарного Браслета и отправить отчет Дениз? – Руби вцепилась в его форму, заводясь с пол-оборота. Но Тони ловко перехватил обе ее руки, прозвенев знакомым куском металла перед лицом всего на долю секунды, прежде чем девушка поняла: эстафета Саманты по ношению Дисциплинарных браслетов теперь принадлежит ей. Она резко повернулась к Россу, кидая на него отчаянный взгляд. – Алекс!

Раздалось несколько знакомых сигналов.

«Дисциплинарный браслет 1954: Активирован. Носитель: Руби Кэпман. Надзиратель: Тони Бэдэр. Статьи, нарушенные Надзирателем: Сокрытие Гражданского лица от действующего Надзирателя; соучастие в побеге Гражданского лица; нарушение протокола 4.7. о статье....»

Тони сделал очередной шаг в ее сторону, заправил синюю прядь ей за ухо и наклонился достаточно близко, чтобы она услышала:

– Ты должна быть мне благодарна, – тихо сказал он. Она дернулась в сторону, но он удержал ее, наблюдая за тем, как Душа Руби краснеет от ярости.

– За что же, позволь полюбопытствовать? – зарычала она, вырываясь из его хватки, и тут же опешила, впервые видя его чистую искреннюю улыбку.

– Я попросил у Дениз разрешение на скачок для тебя, правда, всего один, но, думаю, ты будешь в восторге… Ей пришлась по душе эта идея.

– Тони! – Руби попыталась прикрыть Душу рукой, но блондин и тут опередил ее, приложив свой камень на предплечье к ее шее.

– Приятного отдыха тебе. И, Руби, крошка… – Он нежно провел большим пальцем по ее щеке, от чего по всей ее спине прошел холодок. – Больше не беси меня.

– Ублюдок! – вскрикнула она и испарилась, оставив после себя парочку тлеющих искр. Тони тут же достал свой телефон из заднего кармана формы, откидывая светлую челку, выбившуюся из низкого хвоста.

– Наша психопатка доставлена домой в целости и невредимости, – коротко оповестил он и лениво окинул Росса взглядом. – Ты не выглядишь удивленным.

Алекс покачал головой, хватая с пола свой рюкзак и закидывая туда найденные материалы. Он подошел к разбитому окну квартиры, наблюдая за тем, что творится внизу.

– Думаю, у нас не больше минуты, чтобы смотаться отсюда.

– Мне следовать за тобой к Норе, или я свободен?

– Нет, необязательно. Можешь взять пару выходных, пока не стало известно следующее поручение. Держи. – Алекс подцепил рюкзак друга за лямку и не глядя бросил его в сторону, зная, что тот непременно поймает. Коснувшись своей Души на мочке уха, он закрыл глаза на секунду, мысленно ведя отсчет до прибытия на место. Бэдэр сделал то же самое, коснувшись своего предплечья.

– Увидимся, друг. – Кивнул блондин на прощание, но, услышав, как его тут же окликнул Алекс, повернулся к нему в пол-оборота.

– «У Джо» все равны, Тони, – как бы невзначай заметил он, усмехнувшись. – Сними тряпки хотя бы в этот раз и дай себе побыть просто Тони Бэдэром, а не Надзирателем.

– Я говорил, что иногда твоя проницательность бесит?

– Сотни раз, малыш, сотни раз.

***

– Джозеф-Кристофер Тортон, сколько раз я повторяла, что это лучшее место на всей Северной Окраине, а?

– Сотни раз, девочка моя, сотни раз… – Хриплый смех окутал крохотную комнатку, застеленную стеной сизого дымка, исходящего из трех забитых косячков.

Саманта разделила его смех и опустилась на мягкий ковер, чувствуя, как ворс подхватывает ее тело.

Здесь ей было спокойней всего. Здесь она ровным счетом ничего не представляла собой и пребывала в лучшем расположении духа, чем когда-либо до этого. До прихода ее результатов оставалось два месяца с небольшим. Столько, сколько ей еще позволялось ходить в статусе Гражданского лица, имеющего право разве что на существование по своду законов и предписаний.

Она перевела дух. «У Джо» ей не хотелось думать о том, что происходило за этими стенами. Здесь все было незначительным, и имело вес лишь то, насколько тебе хорошо. Она перекатилась на бок, встречаясь нос к носу с Вэндалом Парксом, который подложил свою крепкую руку под голову. Он был старше ее на четырнадцать лет. И, несмотря на то что за пределами этого заведения являлся Чистильщиком, его ничуть не смущало, да и не особо волновало ее пребывание здесь. Раз все равны, то и судить нечего. Подумаешь, Гражданская нарушает – это ли новость?

– Чем ты озабочена, пташка? – Прокуренный голос Вэндала стал еще ниже его обычного баритона. Он медленно очертил ее своими карими глазами от пят до серых лужиц ее собственных глаз и протянул к ней свою свободную руку, коснувшись кончика носа. Сэм задержала взгляд на двух колечках-сережках, продетых через его левое ухо.

– Руби так и не появилась, – напомнила она, и Паркс принял с протянутой руки Джо косячок, глубоко затягиваясь.

– Она сказала мне, что какой-то засранец накинул на нее Дисциплинарный Браслет. Как раз она собиралась посетить нас. – Последовал голос Джо сверху. Вэндал поднес косяк к ее губам, внимательно наблюдая за тем, как она обхватывает его и делает сладкий вдох. Душа, находящаяся в щербинке между ее грудей, резво начала перекатываться с серебристого к фиолетовому, следуя всей цветовой гамме. Предугадать теперешнее ее состояние могли только те, кто вдыхал чистый кайф через легкие. На секунду она даже потеряла нить разговора.

– Ты просто сказочник, Тортон, – выдыхая, сказал Вэндал. Пара новых облачков наполнили пространство между ними. Джо сменил одну композицию на более спокойную и осторожно переступил через их тела, направившись к выходу. Они заказали у него пару шотов и еще один круг «Пленительного счастья», которым Тортон решил окрестить свой новый сорт продукта. Комнату наполнило еще несколько человек, раскинувшись то тут, то там. Сбоку от Вэндала присел еще один Чистильщик – Томас Рэйд, но, как и многие другие, он был в обычной одежде, ничем не выказывая своей принадлежности к той или иной группе. Они обменялись приветствиями, и каждый продолжил то, что делал до этого – ловил умиротворение и наслаждался музыкой, очищая свою голову от лишних мыслей. Когда к ее спине прижалась чужая, она ощутила прилив тепла и передала свой косячок, не оглядываясь. Делиться здесь всем – было обычным делом, тем более Джо все равно вот-вот мог вернуться. Чужая бледная рука взмыла вверх, ловко перехватывая его.

Мужичок вернулся через минут пять, неся на внушительном подносе все, что у него успели заказать по пути. Остальная толпа бесновалась внизу, под присмотром его брата Карла и сестры Эдиты. Это было исключительно семейное дело.

Она приподнялась со своего места, забирая у него пару шотов на себя и Вэндала, но Джо сунул Вэндалу еще два шота, кивая на Тома позади него.

– Раскидайте их между друг другом, я взял на всех, – пояснил мужчина, разнося напитки по всей комнате. Росс посмотрела по сторонам, отмечая, что с их стороны, у каждого в руке есть и что выпить, и чем закурить. Она обернулась в надежде, что у ее соседа, возможно, нет шота, и оказалась права, взглянув на его свободные ладони.

– Класс, а то я уже стала думать, что он хочет меня к утру отсюда кубарем выкатывать, – тихо засмеялась она, поднимая на него свои глаза и протягивая алкоголь.

Щетина на его обычно гладко выбритом лице начала проглядываться то тут, то там. Вечно выбивающиеся из хвоста светлые пряди упали ему на лицо, и он по привычке смахнул их, без стеснения принимая из ее ладони прохладный шот, касаясь ее пальцев своими.

На мгновение ей показалось, что она обкурилась, либо же Джо умолчал, что его «Пленительное счастье» еще и галлюциногенное.

– Выпьем за то, чтоб каждый рассвет… – начал по привычке Тортон, выдерживая паузу.

– БЫЛ КАК ЭТОТ ЗАКАТ! – завопили все, радостно чокаясь друг с другом и галдя.

– Ты словно призрака увидела, – улыбнулся Тони, чокаясь с ней и опрокидывая рюмку. Он забавно поморщился. Но впервые ей было не до смеха, когда Бэдэр снова взял чей-то, галантно предложенный, косячок и затянулся, протягивая его ей.

– Зачем? – только и спросила она, смотря на его протянутую кисть. – Это новый трюк, чтоб, когда я его взяла, ты снова защелкнул на мне Браслет, который сейчас висит на Руби?

– Тогда мне пришлось бы ждать тебя под дверьми этого милого заведения, как в прошлый раз, не думаешь? Глупо кричать сейчас о наказании. – Пожал он плечами и покрутил фильтр между пальцев.

– И почему же? – не унималась она.

– Потому что иначе мне придется позвонить Алексу и попросить его о паре Дисциплинарных Браслетов, – засмеялся он, закатывая рукава. Бэдэр повернул свою кисть, показывая ей предплечье, где душа искрилась красками, подобно ее собственной. – Теперь я свободен от допроса, Саманта Росс?

– Ну, хорошо! Значит, я могу скинуть всю вину на тебя, – фыркнула она, ловко выхватывая косячок и затягиваясь. Выдохнув ему в лицо, она демонстративно завалилась обратно, вслушиваясь в говор сидящих людей. Он последовал ее примеру, положив руку себе на живот.

– Пташка, ты в норме? – через плечо кинул девушке Вэндал, она помахала ладошкой в воздухе, давая ему понять, что он может спокойно трещать с товарищем и дальше. Сэм закрыла глаза.

– Я испортил твой вечер? – спросил Тони, касаясь пальцами тыльной стороны ее ладони. Она встрепенулась, но виду не подала, продолжая лежать с закрытыми веками.

– Если бы ты не отыгрался на Руби, все было бы чуточку легче, даже в твоей компании, – спокойно сказала она, стараясь не думать, прислал ли его Алекс, чтоб за ней проследить, или же это была его инициатива. Уж больно подозрительно для такого правильного парня. Бэдэр продолжал рисовать на ее ладони какие-то незамысловатые узоры, и это здорово начинало нервировать.

– А, может…, – начал Тони, оттягивая паузу. Саманта раздраженно выдохнула.

– Что?

– Может, мне тоже хочется твоего внимания без визжащей девчонки под ухом?

Если бы в этот момент она что-то пила, то однозначно бы подавилась. Но Росс только прыснула со смеху и снова втянула дымок, передав его своему ночному Надзирателю.

– Исключено, – только и сказала она, сдаваясь под его гнетом, и распахнула глаза. Благо, свет в помещении был достаточно тусклым, чтобы не так резать их. Шатенка перевернулась на бок, подложив руку себе под голову. Он больше не мог ее касаться так, как ему хотелось, и от этого ей было чуточку легче. – Ты мне даже не друг, если уж на то пошло.

Тони повторил за ней, расположившись напротив ровно в той же позе. Все это напоминало ей какие-то игры в кошки-мышки.

– Я и не стремлюсь, «если уж на то пошло». – Блондин улыбнулся ей уголками губ, после чего затянулся в последний раз и потушил косяк об пепельницу, лежащую над их головами. Она следила за каждым его движением, словно через секунду-другую он мог что-то выкинуть, но мужчина продолжал просто лежать, так же внимательно следя за ней. – Сегодня я хочу быть сплошным противоречием всему, что ты обо мне знаешь. Так что можешь расслабиться и не искать своего брата у меня в штанах.

«Он что, пошутил?»

– Ты обкурился, пай-мальчик? – Не поверила она своим ушам.

Блондин поморщился от знакомого прозвища, и свечение его Души на долю секунды задержалось на теплом оранжевом. Это не укрылось и от нее.

– Вы только посмотрите, ему не нравится, когда его зовут «пай-мальчик», – ухмыльнулась она, видя, как Душа задержалась снова над этим цветом. – Пай-м…

Он приложил к ее губам указательный палец, заставив забыть, как дышать. В этот раз с ней действительно происходило странное, раз таким глупым и незамысловатым действием он смог обезоружить ее без всяких подручных средств.

– Оставь это, Сэм…, – прошептал он, но этого было достаточно, чтоб она услышала. Саманта сделала судорожный вдох от того, как мягко слетело ее имя с его уст, привлекая внимание блондина к себе. Тони опустил свой взгляд, осторожно скользнув пальцем по ее нижней губе, большим очертив острый подбородок. Сэм замерла. Кто-то громко окликнул Джо, и Бэдэр тут же отвел глаза в сторону, оторвав свою ладонь от нее, и резко поднялся, бормоча о том, что ему необходимо проветриться за пределами этого душного помещения. На полпути к тому, чтобы выйти, он обернулся к шатенке.

– Я могу быть уверен в том, что ты вернешься домой без происшествий? – спросил он. Она присела, замявшись на мгновение, а после кивнула ему, удивившись тому, как скоро он выскользнул прочь, даже не попрощавшись.

«Я его совсем не понимаю» – подумала Росс, откинувшись назад.

– Этот Бэдэр совсем не вписывается в текущую обстановку. – Кивнул Джо, щедро протягивая ей новый шот. Она чокнулась с ним, опрокинув в рот содержимое, и приняла дольку апельсина, жуя за обе щеки.

– Ты знаешь Тони? – между делом спросила Саманта. Картинка совершенно не складывалась у нее в голове. Зачем он вообще притащился сюда, если провел здесь не больше двадцати минут?

– Я знаю Майка. Он повеселее младшенького будет, – подключился к разговору Том, все это время сидящий сбоку от Вэндала. – Одно время он здесь довольно часто зависал. Я очень удивился, когда узнал, что они родные братья.

– Блюститель нравственности и тусовщик – словно чья-то злая шутка, – фыркнул Паркс, крутя таблетку между пальцев, словно маленькое колесико фортуны. – Будешь? – Подмигнул ей Вэндал, и она покачала головой, решив, что на сегодня с нее хватит. Всем, чем бы мог Тони испортить этот вечер, он уже испортил.

– Мне передать Руби что-нибудь? – спросила она напоследок, взглядом ища свою сумочку.

– Скажи ей, что я скоро постучусь в ее дверь. – Брюнет протянул ей свой шот, склонив голову на бок. – Давай по последнему, и можешь лететь в свое гнездышко, пташка.

Он стянул с маленького столика шот Тома, пока тот считал ворон, и они вместе осушили рюмки, обнявшись на прощание.

– Что ты закинул ей, старый проказник? – Ткнул его локтем Том Рэйд, резко развернувшись к нему. – Я все видел.

Вэндал задумчиво почесал бороду, хмыкнув себе под нос.

– Ну, за «Пленительным счастьем» всегда должно следовать «Безудержное веселье» или «Необузданная страсть», как знать.

Они не удержались, засмеявшись на всю комнату.

Джо по новой разливал алкоголь.

Часы отгремели начало третьего ночи.

***

Она пробиралась сквозь толпу, стараясь не получить от скопища пьяных тел куда-нибудь под ребра. Наконец, улица встретила ее прохладой, но от количества выпитого она ощущала более-менее комфортную температуру, хотя была уверена, что уже достаточно зябко. Посмотрев сначала влево, потом вправо, она ступила вон из-под козырька здания и свернула в сторону дома. Сделав пару шагов, она остановилась, заметив в тени соседнего здания знакомую ей фигуру.

– Бэдэр? – окликнула девушка блондина, прищурившись. Его расплывчатый силуэт дернулся в темноте, и он медленно направился к ней. Саманта замялась, переступая с ноги на ногу. – Знаешь, теперь ты заставляешь меня чувствовать себя не в своей тарелке.

– И от чего же? – Выйдя под тусклый свет фонаря, Тони оглядел ее мутным взглядом. – Я подумал, что, если все-таки столкнешься с Эриком или Джесси, ты точно проведешь ночь в месте, не столь гостеприимном, в сравнении с этим. – Он ухмыльнулся, кивая в сторону вывески бара Джо. Его выбившиеся пряди снова падали ему на лицо.

Росс прикусила нижнюю губу, борясь с тем, чтобы невольно не расплыться в глупой улыбке. Впервые он проявил к ней какую-то дурную заботу, идущую в разрез с его принципами. Она действительно не знала, как на это реагировать. Что за прихоть?

«Ах, как же я устала гадать» – подумалось ей, и она сделала ему шаг навстречу.

– И куда же мы теперь держим путь, господин Надзиратель? – пошутила она, наклонившись вперед и сцепив руки за спиной.

Блондин звонко цокнул, щелкнув Сэм по носу. Она фыркнула, приняв это за вызов, и замахнулась ладонью в ответ, но поймала лишь воздух перед собой.

– Забудем до рассвета о том, что я твой Надзиратель, – отклонившись от нее, сказал Тони. Он перехватил ее руку, чувствуя легкое сопротивление, последовавшее за этим, и подавил смешок. – Пошли, хулиганка, нам необходимо немного подвигаться.

– Ты проведешь меня до дома? – Снова потянула Росс руку на себя, заставляя его остановиться.

– Ты хочешь домой? – вопросом на вопрос ответил парень, сцепив их пальцы в замок. Она разомкнула губы, приготовившись возражать, но тут до нее дошла другая мысль.

– Алекс не вернется домой, иначе бы ты не гулял вволю так свободно, – сказала тихо она. Дорога почему-то начала покрываться рябью, ее ладони похолодели до кончиков пальцев.

– Как знать, – просто ответил он. – Ты хочешь простоять здесь до утра, или мы наконец…?

Она прикинула в голове, что раз над ней нет гиперопеки, и Тони не строит из себя блюстителя нравственности и правопорядка, то было бы неплохо окунуться в то же состояние, в каком она пребывала «У Джо». Ноги налились свинцом, и ей казалось, что всю дорогу она не идет, а парит в воздухе.

«Последний шот был явно лишним» – про себя усмехнулась она и опустила взгляд туда, где переплетались их руки. Им обязательно всю дорогу идти именно так?

Бэдэр шел медленно, подстраиваясь под ее шаг, и рассматривал закоулки, которые патрулировал каждую ночь своей смены. И то ли алкоголь и травка, то ли полное отсутствие полномочий в данной ситуации, но он впервые чувствовал себя свободным и расслабленным за долгое время.

– Когда четыре года назад я ждал своих результатов, мне тоже хотелось быть выбранным Чистильщиками, – вдруг подал он голос, бегло кинув на нее взгляд, когда ему показалось, что она притихла. – Их работа казалась мне захватывающей, волнующей, что ли…

– Майк бы сравнял Совет с землей. – Просто пожала она плечами, на что он прыснул со смеху, представляя брата, швыряющего в него что-нибудь тяжелое. Он всегда отличался более вспыльчивым характером, в отличие от него.

– Ну хорошо, а ты? Что тебя так манит вступить в ряды этих бешеных псов? У Алекса трясутся поджилки всякий раз, когда он об этом говорит. – Тони потянул ее за собой в сторону детской площадки, приметив ржавую, но все еще уцелевшую качельку. Девушка позволила себя вести туда, куда ему взбрело. Он пропустил ее вперед, чтоб она села, и схватился за одну цепь, потихоньку раскачивая качели. – Так что…?

– Вседозволенность меня привлекает, – схватившись за цепь чуть ниже его ладони, ответила Сэм. Она сказала правду, но в то же время не ту, которую просил от нее Бэдэр. Сэм подняла голову вверх, смотря, как ночное небо кружится перед ее глазами, и глубоко вдохнула. С ней явно было что-то не так, но что именно, она не могла понять. Было хорошо, но хорошо настолько, что становилось дурно. Кислород давил на легкие.

Казалось, Тони этот ответ устроил. Он еще раз дернул цепь взад-вперед, смотря, как ее хрупкое тельце парит в воздухе. Блондин посмотрел вслед за ней вверх.

– Вседозволенность иногда может стоить чьей-то жизни. Порой и не всегда виновной, Сэм.

Мир плясал. Он отбивал какофонией звуков, скулящих, скрежещущих звуков, сводящих ее с ума, обводя пространство вокруг нее каким-то живым импульсом. Она наблюдала, как этот звук обретал форму, зримой прозрачной волной разбиваясь об ее тело и словно бы оттолкнувшись от него, медленно отскакивало той же волной прочь.

– Мы говорим о разных вещах, Тони. – Закрыв глаза, Росс прислонилась щекой к его ладони, почувствовав, как он слегка вздрогнул, услышав свое имя. Ей неумолимо хотелось остановиться, хотя она и так ничего не делала. – Я не понимаю, что со мной происходит… – шумно выдохнула шатенка, поежившись от резкого холода, охватившего все ее тело.

Тони впился в цепь, останавливая движение, и встал перед ней, осторожно задрав ее лицо за подбородок. Она распахнула глаза, смотря на него нечитаемым взглядом, и он опустился взглядом вниз, видя, как мечется ее Душа. Внутри него все похолодело, и, казалось, парень тут же протрезвел.

– Росс?

– М? – устало протянула она. Бэдэр уже несколько раз позволял себе касаться ее, чего никогда себе не позволял. Был ли он любителем обнимашек под «этим» делом, или это плод ее бурной фантазии?

– Что ты еще принимала? – Коснувшись ее взмокшего лба, он легонько похлопал ее по щеке. Она была холодна как лед. – Сэм?

Росс тихонько засмеялась, перехватывая его руку.

– Перестань, господин Надзиратель, я просто выпила еще парочку шотов с Вэндалом перед уходом. Со мной все нормально, смотри… – Она наклонилась вперед, чтоб встать, и он тут же поймал ее ослабевшее тело, чуть не упав вместе с ней на землю. – Упс… – снова засмеялась она, упираясь ладошками в его грудь. – Какая я неуклюжая…

– Ты под кайфом, идиотка, – констатировал он, встряхивая шатенку. – Он совершенно точно тебе подмешал какую-то дрянь в выпивку, а ты даже носом не повела. Эй, ты можешь стоять нормально?

– Со мной все хорошо, – для пущей уверенности сказала она, но скорее себе, чем ему. Его беспокойство начинало уверять ее в том, что с ней что-то не так. Если она и под кайфом, то паниковать – это последнее, чем она хотела бы заниматься. Росс сделала глубокий вдох. Кровь снова ударила в голову, и она схватилась за футболку Тони, находя в парне свою опору. – Или нет…

– Ладно. – Прикинув все «за» и «против», парень подхватил ее на руки, смотря на нее сверху вниз. Она дернулась, пытаясь выбраться, и он только сильнее вцепился в нее. – Тихо, ты посмотри…

– Опусти меня на землю, Бэдэр, я могу идти и сама! – воскликнула она, и голос ее звоном разнесся по площадке.

– Да как же? – Закатил глаза блондин, смотря на осколок своей Души. Она почти пришла в норму, понемногу отливая серебром. – Постарайся выровнять дыхание и успокоиться. Где-то через полчаса я перемещу нас домой.

– И скажешь Алексу…

– Не скажу, – тут же перебил Тони. – Сегодня я не твой Надзиратель, Сэм. Сегодня я просто друг твоего брата, который помог его сестре не оказаться в какой-нибудь заварушке из-за неосмотрительности.

Она затихла, блуждая рассеянным взглядом по улице, и снова сделала глубокий вдох, чувствуя исходящее тепло от тела, прижатого к ее собственному. Шатенка склонила голову, уткнувшись куда-то в шею Тони, обхватила парня руками. Под ее кожей размеренно бьется его пульс. Сэм сосредоточилась на этом хрупком биении, чувствуя, как глаза потихоньку начинают закрываться от покоя, о котором он просил несколькими минутами ранее.

Как же быстро он смог ее успокоить, всего лишь парой фраз. Уголки ее губ слегка приподнялись, и она ощутила исходящий от него запах чего-то легкого, освежающего.

– Жасмин, Д… – едва прошептала она. – Совсем как ты…

– Что? – Не понял парень, прислушиваясь к ней, но она уже размеренно дышала ему в шею. Где-то в глубине карманов его брюк лежал подавитель. Но это означало только то, что ему бы пришлось ее опустить, чего совершенно не хотелось делать.

– Ладно-ладно, – говорил он сам с собой, протянув руку к своему предплечью. Тони взглянул на девушку украдкой, мысленно благодаря свой разум за то, что он решил остаться. – Пошли домой…

Они испарились, оставив после себя тлеющие искры на мокром асфальте. Тень выскользнула из своего укрытия. Подойдя к месту, где они стояли несколькими секундами ранее, опустилась на колени и коснулась последней, все еще горящей искорки.

***

«Все в порядке» – гласило сообщение Тони, пришедшее пару секунд назад. Алекс улыбнулся, проводя большим пальцем по экрану телефона, словно бы мог прочувствовать каждую букву. Изящные тонкие пальцы опустились на его плечи, и он отвел руки в стороны, позволяя девушке сесть на свои колени. Ее умиротворенный взгляд, казалось, мог призвать каждого к спокойствию. Телефон выскользнул из его рук, падая на пол.

– Нора?… – прочистив горло, Росс поднял на нее глаза.

Она была сладким видением. Ее белоснежные волосы ниспадали до самых босых пят, которые по-ребячески колыхались взад-вперед. Он провел по ее щеке кончиками пальцев, словно бы боясь запятнать всей той пылью, которая въелась под его ногти и кожу. Пушистые ресницы Советницы затрепетали, и она прикрыла глаза, прильнув к нему в ответ. На секунду Алекс пожалел, что не снял гловелетты перед тем, как заглянуть к ней.

– Я переживала, – дала Нора ответ на все его немые вопросы. Он заправил прядь шелковистых волос ей за ухо и позволил себе пропустить их сквозь пальцы, пока его рука не достигла линии талии. – Бывали дни сложнее этих в тысячу крат, но тогда не было необходимости чувствовать подобной тревоги…

– Я уже здесь и нашел то, что мы так долго искали в течение нескольких лет. Осталось отыскать Исаака.

Она тихонько усмехнулась, обхватывая ладонями лицо Росса, и их губы оказались в критическом расстоянии от столкновения. Серые глаза споткнулись об янтарные омуты.

– Исаак… – протянула она, лаконично перекатывая на языке буквы чужого имени. – Ты не найдешь его… Я вижу рядом с ним другого человека. Не тебя, Алекс…

– Я всегда нахожу то, что хочу найти. Любой це… – он начал защищаться, но девушка тут же оборвала его дальнейшую речь, соприкасаясь с ним губами. Защита Алекса пала под палящим дыханием Советницы, и он набрался смелости украсть поцелуй в ответ, как это сделала она.

«Нора особенная», – как-то сказала ему Руби, намекая на то, что порой девушка могла предугадать исход того или иного события. Для него не было секретом, что существовали люди, имеющие возможность видеть дальше, больше, но все равно что-то глубоко внутри него давало семечку сомнения разрастись.

Их языки сплелись в одном танце, и он отвлекся ею, позволив себе ослабить бдительность и попасть под ее чары, пока пальцы Советницы жадно скидывали пряжки с его жилета и ныряли под футболку. Алекс обвил ее руками, прижимая к себе, и, когда Нора на секунду оторвалась от него, утыкаясь своим лбом в его, она произнесла то, что еще долго Росс будет нести с собой:

– Я не хочу, чтоб именно ты умер за это…

Он разомкнул уста, намереваясь спросить ее об этом, но был в касание губ прерван ее вниманием к себе. Эхо прерывистого вздоха прокатилось по всей зале и вернулось к отправителю, когда девушка прильнула к шее Алекса. Нора дурманила его, опьяняла каждым своим прикосновением, оставляя после себя лишь горячие следы на коже. Росс скользнул руками вдоль ее оголенной спины, поднимаясь к шее, и потянул за узелок, придерживающий платье. Легкий шорох падающей ткани стал для него сигналом к тому, чтоб распахнуть глаза и насладиться видом обнаженной девушки, сидящей на его коленях. Алекс вновь потянулся к ее манящим пухлым губам за поцелуем, овладевая ими так же, как она овладела его сердцем…

***

Ее каштановые волосы разметались по подушке, что так бережно поддерживала голову. Он сидел в кресле напротив кровати, внимательно следя, как ее грудь то размеренно поднимается, то опускается. Сэм перевернулась на бок, лицом к нему, и парень почувствовал, как струна встревоженности натянулась до предела.

Ему не хотелось, чтоб она знала о его присутствии. Прядка волос упала шатенке на лицо, и она забавно сморщила носик. Парень подавил в себе желание усмехнуться и тихонько нагнулся вперед, упираясь локтями в колени. Ее лицо оставалось таким безмятежным, таким манящим, что он сдался, не совладав со своим терпением. В конце концов, желание оставалось просто невыносимым, нереальным, чтоб ему не уступить, ведь он находился вдали от нее так нескончаемо долго…

Его правая рука поддалась секундному импульсу, и он медленно, осторожно отвел волосы от лица Саманты, откидывая их назад. Она глубоко вздохнула, и его пальцы замерли у щеки девушки, едва ли соприкасаясь с ней. Одно жалкое, глупое движение, и бархат кожи остался бы еще одним воспоминанием в его памяти, но видимо даже ему не суждено было сбыться, когда металл дула уперся ему в затылок.

Застали ли его врасплох? Конечно, нет, он знал, на что идет, когда увязался за ними.

– Скинь капюшон и развернись, – тихо, но четко сказал Тони, сжимая пистолет в руках. – Я не стану повторять дважды.

– Она проснется… – Качнул головой ночной гость, с явной досадой отнимая руку назад, и коснулся своей груди, где-то в районе сердца, отсчитывая секунды, и позволил все же себе усмехнуться. – Разве можно беспокоить такой сладкий сон?..

Тони нахмурился, вновь уперев оружие в голову, как он уже понял, мужчины. Его голос был ему знаком, но так сразу сообразить, кто скрывался за мантией, он не мог. Впервые в своей жизни он хотел просто расслабиться и откинуть свою работу, как она сама находила его, точно шла по пятам.

– Ты оглох, что ли? – чуть громче спросил Бэдэр. Он бесцеремонно, не желая больше ждать, сделал выпад вперед, схватив противника за капюшон, и чертыхнулся, отдергивая руку, когда искры от телепортации обожгли ему руку. Его противник исчез так же быстро, как и появился.

«Какого черта?» – пронеслось в его голове. Остатки следов его присутствия исчезали на глазах. Тони схватил мерцающую искру, что медленно парила в воздухе, и, морщась от очередного мелкого ожога, потушил ее, переводя взор на дремлющую девушку.

След невозможно было прочитать.

Кем ей приходился этот человек, что так противился ее пробуждению?

Что ему нужно было от нее?

Среди Надзирателей не нашлось бы ни одного, кто желал вреда сестре Алекса. Гражданские не имели ни малейших прав к использованию телепортации, так гласил Кодекс.

Неужели..?

Он вытащил телефон из своего кармана, набирая Кэпман, попутно запрашивая у Дэниз разрешение на скачок для своей истеричной напарницы.

Она не отвечала.

Нервно зачесав челку назад, он попытал удачу с Алексом, но друг так же проигнорировал его звонок. Пришлось снова, чему он и сам не был рад, набирать Кэпман. Спустя несколько минут его надоедливых вызовов Руби ответила на звонок:

– Сукин ты сын, от тебя даже во сне покоя нет! Ты видел время? Я спрашиваю тебя, мать твою, ты время видел, нет? – Тони отодвинул от уха телефон, морщась от ее визга, и тихо вышел из спальни девушки, оставляя дверь слегка приоткрытой на случай, если этот скрытный ублюдок решит вернуться.

– Да что ты завелась, как психованная? – раздраженно спросил он. – Дэниз выписала разрешение на ска… – Ее рука тут же появилась в поле его зрения, и он ударился головой об стену позади себя, когда Кэпман, тут же воспользовавшись телепортацией, накинулась на него, застав врасплох. Ее глаза горели негодованием, а Душа опасно металась от янтарного к цвету ее имени. Она была вне себя от злости, и скованные Дисциплинарными Браслетами запястья ничуть не мешали ей схватить его за грудки.

– Ты даже ее поднял ни свет ни заря, гребаный ты кусок дерь…! – Бэдэр захлопнул ее рот ладонью, прерывая поток ругательств, и зашипел.

– Да заткнись ты хоть на десять секунд! Она всего лишь компьютерная программа, если уж на то пошло! – не менее гневным шепотом зашелся Тони, сжимая ее маленькое лицо. – Я бы и в жизнь тебе не перезванивал, если бы Алекс снял звонок, истеричка долбанная!

Ее тоненькие ниточки бровей сошлись на переносице. Она что-то промычала ему в ладонь, и он нехотя оторвал ее от лица синевласки.

– До утра никак нельзя было подождать? Что за гребанная срочность возникла?! И вообще каког… – Он толкнул ее в плечо, и она возмущенно прикусила язык, делая шаг к нему. Он поднял руку, показывая куда-то позади себя. Она проследила за его движением, вглядываясь в слабо освещенное помещение, и заметила знакомые постеры на стене.

Какого хрена все это значит?

– Что мы здесь делаем? – перешла на шепот она, заметив, как Росс зашевелилась, лениво переворачиваясь на спину. Тони повернул голову в сторону спальни.

– Кто-то проник сюда.

Кэпман дернулась, словно от удара.

– Что? – Ее глаза расширились от удивления, и она впервые захлопнула рот, не вереща на все здание. Подумав секунду-другую, она прищурилась, не веря его словам. – В смысле «проник»?

– В прямом.

– Это дом Алекса! – фыркнула девушка, скрещивая руки на груди. Дисциплинарные Браслеты звякнули от удара друг об друга. – Сюда нельзя просто взять и «проникнуть».

Бэдэр устало потер лоб ладонью. Если ее настроения разбудят Росс, он позаботится о том, чтобы отправить Руби на Совет по поводу рассмотрения вопроса о ее некомпетентности.

– Думаешь, я забавы ради придумал это? Ты, что, совсем идиотка?

Руби ощетинилась, заводясь с пол-оборота:

– Слышь…

– Я тебя вытащил не для того, чтобы собачиться, – тут же перебил он ее. – Он может перемещаться точно так же, как это делаем я, ты и любой другой Чистильщик или Надзиратель.

– К чему ты клонишь? – вскинула синевласка бровь. – Все, кроме нас троих, сейчас патрулируют улицы, и у них нет возможности ближе даже десяти метров подойти к этому зданию, Бэдэр.

– Вот именно. Поэтому я пришел к выводу, что это не наши люди. У Гражданских так же нет полномочий совершать скачки. И остается склониться только к тому…

– Чистильщики? – усмехнулась Руби, закатывая глаза. Уж кто, как не она знала его предвзятое отношение к этим ребятам. – Ты серьезно сейчас порешь эту чушь?

Он цокнул на нее, посмотрев куда-то в сторону. Конечно, она вступится. Неожиданно кремовые стены стали для блондина намного разумнее, чем девчонка, стоящая перед ним. Почему с ней так сложно вести диалог?

– Я больше поверю в то, что это был кто-то из Отверженных, Черных, как хочешь называй этих припадочных. Чистильщикам на Севере нечего ловить. Ты когда их видел-то в последний раз? – напала она на него с вопросами.

– Действительно хочешь знать, Кэпман? – ядовито выплюнул он ей в лицо слова. О, как же она сейчас напрашивалась. Тони ткнул указательным пальцем ей в солнечное сплетение, резко отдергивая руку назад, когда девушка попыталась хлопнуть его по ладони. – Да хотя бы сегодня, когда твой дружок Вэндал подсыпал ей что-то в выпивку, после чего я тащил ее безвольное тело домой. Скажешь, что он не в городе?

– Паркс тут не при чем, понял? – взъелась подруга Сэм, делая шаг к нему. – Я скорее в рот ноги засуну, чем это окажется правдой.

Он усмехнулся, не отставая от нее, и перешел в наступление, схватив ее за шею одной рукой, чтоб предплечьем второй снова сделать то, что делал еще днем. Ее Душа начала искриться от злости.

– Тогда начинай разрабатывать челюсть, Кэпман, – ядовито улыбнулся Тони. – Потому что, когда это окажется правдой, я лично их тебе туда запихаю.

– Я убью....! – Тело ее сделало скачок, оставляя после себя яркий след присутствия. Парень потер напряженный лоб, разглаживая образовавшиеся морщинки.

«Алекс, где же тебя носит?»

Глава 2

«Самым важным является исполнение требований, выдвинутых к работе, вне зависимости от того, к кому тебя причислят. Кодекс Совета един для всех, и у нас нет полномочий к тому, чтоб сопротивляться приказам. Действуй, согласно установкам, не нарушай протоколы и всегда помни о том, что за сокрытие или защиту Правонарушителей, находящихся на Окраинах, тебя может ждать только смерть».

Вспоминая долгие лекции Алекса о важности исполнения долга, Сэм прогуливалась по улице в сопровождении теплого солнца и близкой подруги. Странно, что именно сейчас эти мысли решили посетить ее голову, врезавшись в память так же ярко, как реклама батончиков с шоколадной глазурью, которую крутили по меньшей мере пятнадцать раз на день.

«Я слишком себя накручиваю, вот и все», – оправдывала себя девушка.

– Мне тут пташка нашептала, что Томас Рэйд искал тебя после ночки «У Джо», – отвлек ее голос, доносившийся сбоку.

Сэм вскинула бровь. Она, конечно, помнила Тома, но не замечала за ним даже толики намека на то, чтоб он пытался хотя бы завязать разговор с ней. Все его внимание в ту ночь было приковано к Вэндалу. Говорить о том, что парень удостоил ее хоть призрачным взглядом, – все равно, что сказать, что она – гусеница. Невообразимо глупо.

– Это слушки, – заверила подругу Росс. Низкорослая блондинка, сопровождающая ее, приложила пальчик к губам, монотонно мыча в ответ. Ее вьющиеся локоны покачивались в такт каждому шагу.

– Не скажи, – причмокнула она. – Он застал нас с Лайлой за обедом в кафешке неподалеку и спросил не могла бы я «стрельнуть номерок этой крошки». – Она звонко засмеялась, прикрыв рот ладошкой, в зеленых глазах плескалось веселье. – Если он как-то его раздобыл, так и знай: это не я. У меня нет привычки раздавать телефончики своих подруг.

Шатенка прикинула в голове, чем мог бы заинтересоваться такой парень. Может, ему что-то нужно было от Алекса? Но она знала, что ее брат относился к Чистильщикам с явным пренебрежением и отвращением. Вряд ли. Может, он искал Руби, чтоб передать ей сообщение от Паркса? Да нет… У Вэндала точно оставался ее телефон.

– Меня это не интересует, Гретта, – отозвалась Росс, оставляя тщетные попытки найти ответ на этот вопрос. Гретта пожала плечами, загадочно улыбаясь.

– Как знать, – просто ответила она и завернула в магазинчик со сладостями. Саманта последовала за ней, с любопытством оглядываясь по сторонам.

Как только утром она разлепила сонные веки, Тони поспешил исчезнуть, не сказав ей и слова. От его вчерашнего поведения не осталось и следа, но ее это не особо удивило. В конце концов, это же Тони. Может, он счел ее еще одной надоедливой проблемой, как зудящей под ухом мухой, которую постоянно хотелось смахнуть. А может, она в очередной раз принесла ему головную боль, и он решил, что с него хватит исполнения роли няньки сестры своего друга. Ее, конечно, интересовала резкая смена настроения парня, но ломать голову над тем, что у него семь пятниц на неделе, не входило в ее планы. Оставалась пара месяцев перед решением всей ее жизни, и она хотела потратить их на что-то более стоящее, чем то, что какой-то напыщенный гусь, коим Росс окрестила Тони, будет обламывать ей такую прекрасную возможность.

– … Но он ничего так, да?

– М-м-м… Да? – запоздало ответила шатенка Гретте. Девушка насупилась.

– Ты меня совсем не слушаешь! – возмутилась она, хватая упаковку мятных леденцов с полки и швыряя в корзину. – Он же милый! Неужели тебя не задели эти красивые глубокие глаза?

– Бэмби, я каждый день слушаю нотации касательно того, что хочу вступить в ряды Чистильщиков, – деликатно напомнила ей Сэм. – Если Алекс узнает, что я якшаюсь с Томом или хотя бы Вэндалом, то все волоски на его заднице вспыхнут Адским пламенем.

– Твой брат слишком категоричен, – защищалась блондинка, вставая на носочки, чтоб достать с верхней полки плитку шоколада. Сэм протянула руку над ее головой, с легкостью подхватывая то, что хотела подруга, и подала. – Спасибо… Знаешь, Совет хоть и запрещает им делиться информацией о своей деятельности, но я нигде не слышала о какой-то правке, касательно обычного общения. Это глупо.

– Они сами его установили. Это негласное правило.

– Фу ты! Будь мы по разные стороны баррикад, я бы не прекратила дружить с тобой! – фыркнула она, топая вперед. Сэм усмехнулась. Как же – Гретта Марк скорее встанет лагерем у врат Совета, чем позволит кому-то вертеть ее жизнью вне ее интересов. Это знали все.

– Я тоже тебя люблю, – поспешив за Греттой, чуть громче сказала Саманта. Приметив пачку хлопьев на завтрак, она ловко стащила ту за край и ускорила шаг. Блондинка скрылась за поворотом, и Росс свернула, врезаясь лбом в чью-то грудь. Коробка выскользнула из ее руки, глухим ударом оповестив о своем приземлении. – Черт, Марк, ты не могла предуп…

Голос ее стих, когда она вскинула голову. Рослый парень медленно нагнулся, поднимая с пола коробку хлопьев. Его голубые глаза заинтересованно оглядели ее снизу-вверх.

– В последнее время мы сталкиваемся все чаще, пташка. – Глубокий тембр заполонил все вокруг. Рядом с парнем, на которого она налетела, стоял Вэндал. Она удивленно уставилась на них. Том разогнулся и протянул коробку, одаривая ее лучезарной улыбкой.

– Привет, крошка, – поприветствовал он Саманту. Она забрала пропажу, отмечая, что Гретты не было в радиусе двух метров, словно она вообще сквозь землю провалилась. Но даже не это ее волновало.

– Сейчас день, – удивленно пробормотала она в ответ. – Окраины…

– Ты наблюдательна, – смешок сорвался с губ Паркса, прерывая ее бормотания. – Что бы могли в светлое время суток Чистильщики делать в Центре города? Явно не молоком закупаться.

– Вы в Центре, – так же растерянно повторила Росс, смутившись их внезапному появлению.

– И за это я еще накидываю пять баллов сверху, пташка, – уже не стесняясь, смеялся брюнет. Том склонил голову на бок, решив прервать их бессмысленную беседу.

– Сегодня Ежегодный Совет, и кто-то плохо подготовился к экзаменационному вопросу, как я погляжу.

– О… Эй, да знаю я, что вы не долбанные дети ночи! – вспыхнула Саманта, тут же защищаясь.

– Я слышал от Руби, что скоро наступит время отбора для распределения. Предчувствую свежую кровь…

– Да, через два месяца с небольшим, – фыркнула Росс. Паркс ухмыльнулся.

– Интересно… Кстати! – неожиданно воскликнул он, заставив ее тело дернуться. – Тут один мой друг хотел передать сообщение твоему брату. И раз уж все так удачно сложилось, я думаю, он не обидится, если я передам весточку через тебя. – Брюнет порылся в своих карманах, вытаскивая небольшой конверт, и протянул его Саманте. – Что скажешь? Не составит труда? Я не шибко горю желанием видеть его высокомерную мордашку, сама понимаешь…

Она рассмотрела запечатанное послание в руках Вэндала, замечая знакомую печать. Сэм читала о ней еще в то время, когда их всех только приняли в группы перед главной сдачей на распределение. Такую печать мог сломать только Советник, либо каждый из Глав своего сообщества. Но нового Главу Чистильщиков в лицо не видел никто, даже Алекс… Значит ли это, что…

– Это разве…?

– Чтобы не возникало соблазна прочесть, – хмыкнул в ответ Паркс. Он посмотрел на свои часы и присвистнул. – Черт, а мы нехило попадем, если не поторопимся. – Он пихнул в ее свободную руку письмо, на прощание потрепав по голове, и прошел мимо. – Бывай, пташка, еще поболтаем как-нибудь. Помчали, Томми.

Рэйд поравнялся с ней, неспешно коснувшись ее руки. Саманта подняла на него глаза в смятении и злости.

– Эй, не горячись, – улыбнулся парень, пытаясь смягчить ее пыл. – Надеюсь, когда ты врежешься в меня в следующий раз, у нас будет больше времени, чтобы узнать друг друга.

Он оставил ее, и она тупо уставилась на белый конверт, второй рукой потряхивая пачку с хлопьями. Хруст резонировал на фоне музыки, льющейся из динамиков торгового центра. Гретта подскочила как раз вовремя, хватая ее под руку.

– Где ты была? – Покосилась на нее Сэм. Девушка вскинула бровь в недоумении.

– Да за углом, искала панировочные сухари для филе, а потом до меня дошло, что мы в долбанном магазине сладостей и выпечки, – беспечный смех вырвался наружу. – Я слишком рассеяна в последнее время. Что-то случилось?

Шатенка сжала конверт, пряча его в сумочку, и покачала головой.

– Ничего особенного, пошли.

– Я хочу сходить еще в тот магазин, про который нам рассказывала Руби, и…

Росс смахнула волосы с лица, откидывая их назад. Ее настораживало внимание со стороны Рэйда, но прочитать какого-то скрытого смысла в его действиях она не могла. Может, Руби могла бы пролить немного света на эту ситуацию? Она постоянно ошивалась в компании Вэндала, значит, заочно могла знать что-то о его напарнике.

И все же, ее голова еще раскалывалась. Разум рисовал ей раскачивающееся звездное небо. И почему оно качалось? Может, это был очередной ее причудливый сон?

***

– О чем ты только думал, Алекс?! – шипя, налетел на него Тони. Они находились в огромном зале, стоя по другую сторону от Чистильщиков. Последними, кажется, из той шайки-лейки успели проскочить Паркс со своим дружком. Алекс фыркнул.

Обе стороны дожидались выхода Старейшин, чтоб начать Ежегодное Собрание на тему земель, находящихся за пределами Окраин. В последнее время деятельность изгнанных обитателей напоминала о себе все чаще и чаще.

Парень уперся рукой в челюсть друга, отодвигая его от себя, словно тот был готов накинуться на него и отгрызть кусок. Кэпман почему-то вела себя тише воды, ниже травы, что абсолютно не вписывалось в ее обычное состояние. Ему не нравилось настроение своей команды.

– Эй, я разговариваю с тобой! – не унимался блондин, хватая его за кисть. Росс стряхнул парня с себя, разворачиваясь к нему лицом.

– Тони, если ты сейчас же не угомонишься, то я вытащу тебя отсюда за шкирку, как котенка, который решил насрать в тапочки своего хозяина! – раздраженно прошептал Алекс, указывая на него пальцем. – Даже у Руби хватает ума вести себя здесь соответствующе. Что за муха тебя укусила?

Бэдэр открыл было рот, чтобы что-то ему ответить, но тут же его захлопнул. Характерный скрип тяжелых дверей привлек внимание собравшейся толпы, и все обернулись на звук.

– Спешу поблагодарить всех, кто смог оставить свои дела и присутствовать сегодня на Ежегодном Собрании! – Мелодичный голос младшего из Старейшин – Микаэля заставил всех если не замолчать, то хотя бы перейти на шепот. На вид ему было чуть меньше двадцати, но за этим фальшивым ребяческим видом скрывался мужчина тридцати лет с небольшим. Он приходился братом Норе, отличаясь такой же выразительной наружностью, как сестра, – белоснежными короткими волосами и янтарными глазами. Микаэль взмыл рукой вверх, призывая к тишине и вниманию.

– Как бы мне не хотелось признавать, но пай-мальчик впервые в чем-то прав, – тихо промолвила синевласка, равняясь с парнями в одну линию. Алекс скосил взгляд на нее. – Паранойя окончательно сгладила его последнюю извилину в прямую, кэп.

– После Собрания прошу Глав Чистильщиков и Надзирателей, либо же их Заместителей подойти ко мне для передачи данных о новых заданиях, в которые все группы будут посвящены в ближайшее время.

– Пошла ты, Руби! – фыркнул Бэдэр, скрещивая руки на груди. Росс привалился плечом к плечу блондина, склонив голову слегка влево, так, чтобы он услышал его ядовитое замечание.

– Вам обязательно именно здесь собачиться? Не нашли времени и места получше, чтобы выяснить свои отношения? Что с тобой, Тони? Вы за ночь успели поменяться местами?

– К сожалению, как Вы знаете, Глава Чистильщиков был уничтожен на Западной Окраине при выполнении своих обязанностей, потому в ближайшее время будет проведено переизбрание. На данный момент все полномочия были переданы доверенному лицу. И потому как у него не было возможности посетить данное Собрание ввиду сложившейся ситуации, Заместителем назначен Вэндал Паркс.

Руби резко развернулась, ища взглядом брюнета. Он стоял среди своих подопечных, перешептываясь то с Томом, то с Домиником. Когда их взгляды пересеклись, девушка поднесла ладонь к горлу и рассекла воздух назад и вперед, дав ему понять, что, когда они окажутся наедине, Паркс покойник. Лицо мужчины исказилось в смехе, и он прикрыл рот ладонью, стараясь не шуметь. Несколько Чистильщиков с любопытством обернулись назад.

– Я так и знал, что ты с ним где-то трешься, – с отвращением сказал Тони цокая.

– Так, заткнитесь во имя Совета, я вас прошу! – взмолился Алекс, насильно развернув Кэпман корпусом к подиуму, на котором стояли Старейшины.

Нора появилась следом за братом, за ней прошли еще двое: женщина преклонных лет, которую все знали как Сибэл, и мужчина – Ноэль – один из самых старейших Советников у власти. Все они имели схожие черты во внешности, хотя только двое из них находились в кровном родстве. Но самое важное условие, которое их объединяло, – процветание своего народа, его защита и стремление к прогрессу.

Смотря на них, Алекс понимал, почему выбрал путь именно Надзирателя, стараясь вносить в общество баланс и защищать тех, кто мог бы подвергнуться насилию. Чем руководствовались его приятели, стоящие по бокам от него – он не представлял. Они просто решили вдвоем вывести его с утра пораньше, перегрызая друг другу глотки. Не ясен оставался и всплеск эмоций в поведении Тони. Его Душа то и дело мерцала янтарем, выдавая его злость и волнение. Но Росс сомневался, что причина заключалась именно в Руби. Тут оставалось место для чего-то еще.

– Все Вы знаете, что последние пять лет мы обеспокоены поиском Нарушителя. И ни для кого не является секретом то, что данный Гражданин, а в прошлом почитаемый ученый, нарушил порядка шестидесяти статей Кодекса, за которыми следует неминуемая казнь. – По залу пронесся гул завываний, неодобрительных комментариев и ругани. Микаэль призвал всех успокоиться, вновь подняв свою ладонь. – Я понимаю Вас. Но, к сожалению, следы, найденные за это время, только путают поисковые команды, а также отдельных лиц, закрепленных за данным рассмотрением дела. Я прошу подключить дополнительные силы, и даю Вам возможность выбрать с каждой Группы еще двух человек, способных к выполнению поставленной задачи, поимки и последующего устранения. – Росс огляделся по сторонам, наблюдая за реакцией. Когда его глаза остановились на Парксе, тот, будто чувствуя, посмотрел на него в ответ. Алекс резко развернулся к подиуму, делая вид, что этого не произошло. Долбанный Вэндал, затмивший и без того розовый мозг Руби, совсем выбил девчонку из колеи. И с этим тоже нужно было что-то делать.

– Когда состоится распределение «Свежей Крови», есть ли необходимость вводить их в курс дела? – донесся откуда-то вопрос. Ноэль, вздохнув, осторожно опустился в свое кресло, постукивая указательным пальцем по деревянному подлокотнику, увенчанному железным плетением. Звон от создаваемого шума прошелся по зале.

– Я не вижу необходимости прибегать к данным мерам, потому как это чревато большими проблемами, нежели пользой для тех, кто только заступил на службу во благо процветания нашего народа. Главы, а также их Заместители, обязаны проследить за тем, чтобы ни одно лицо не оказалось втянуто в вопросы, обсуждаемые сегодня на Ежегодном Собрании.

– Да, Советник, – произнесли Алекс и Вэндал в унисон.

– Что до остального, то нам бы хотелось выразить благодарность за то, что Вы, а также те, кто отправился на Границы Запада и Востока, ежеминутно оповещаете нас о накалившейся обстановке. Потому как бывшие Граждане, а так же Изгнанные, находящиеся за пределами нашей территории на постоянной основе, донимают наши Границы и находят лазейки, чтобы проникнуть в город, встает вопрос о мотиве совершаемых действий. Нам совсем неясно, чем руководствуются эти люди, однако их действия напрямую сказываются на поведении Гражданских лиц. Участились случаи нарушений по статьям о распространении запрещенных препаратов, а также проведении подпольных операций по извлечению или слиянию Душ. Вы знаете, чем это может закончиться для каждого из нас. Это неприемлемо. Ошибки наших предков должны поучать нас.

– Именно поэтому мы выдвигаем предложение о том, чтобы перемещать данных представителей в места заключения до выяснения всех обстоятельств, – вмешалась Нора, опираясь о кресло Ноэля. Сибэл молча слушала и лишь изредка кивала головой в знак согласия.

– Что-то происходит, и это несет далеко не положительный характер. Будьте начеку.

***

Голова Тони пухла с каждой минутой от головной боли. Он выволок Алекса в коридор после Ежегодного Собрания, игнорируя крики Кэпман, которая тащилась позади.

– Ты можешь и дальше бежать, как собачонка, за этим сраным Чистильщиком, а не делать вид, что тебя может волновать еще что-то, помимо его долбанной прически и статуса! – огрызнулся блондин, отмахиваясь от нее. Руби схватила Алекса за свободную руку, потянув на себя.

– Нечего спускать на меня собак только потому, что ты не справился с одной голимой задачей, придурок! О, и где же мой Дисциплинарный Браслет? Кажется, наш пай-мальчик только что выругался вслух! – не оставшись в долгу, прошипела Руби. Росс вырвал свои руки из хватки обоих ребят, приходя в бешенство.

– В чем дело?! Почему я чувствую себя рядом с вами воспитателем дошкольной группы, а не предводителем группы взрослых самостоятельных людей, выступающих за благое дело? Вы из ума выжили? А ты?! – Алекс кивнул на предплечье Тони. – Что с тобой? Ты никогда не выходил из себя!

– Давай! Скажи ему, – подначивал девушку Бэдэр, скрестив руки на груди. – Скажи, что твои новые и самые лучшие друзья вчера совершили! Уверен, он придет просто в восторг от этой новости!

– У тебя нет ни одного доказательства, чтобы утверждать это! – Взбесилась синевласка, толкая его в грудь. Тони не сдвинулся ни на миллиметр.

– Да вы можете сказать, наконец, что случилось? Или мне вас по углам рассадить?! – встав между ними, зло спросил Алекс и расставил руки, чтоб ни у кого из них не было возможности снова толкнуть друг друга.

– Это у тебя нет ни единого доказательства, чтобы утверждать, что это не они! Что случилось, хочешь знать? Ублюдок Вэндал Паркс – вот что случилось! А она… – накидываясь на девушку, перешел на крик Тони. Алекс отпихнул его в сторону, начав заводиться с полоборота. – Параноидальная истеричка и дура!

– Его там не было! – взревела Руби, набрасываясь в ответ.

– Прекратите сейчас же, черт вас дери!

– А у кого тогда еще была возможность проследить за нами вчера и вычитать след с Перемещения, Кэпман, а? Он вчера был там! Он был в пабе «У Джо», и нужно быть полным идиотом, чтоб не сложить два плюс два!

– Да с чего бы ему следовать за вами? Если ты сам проебался с тем, что не заметил, как в дом проник кто-то посторонний, то это тебе следует заткнуться и принять факт, что обосрался! Это мог быть кто угодно, раз вы были в баре «У Джо»! И не смей мне говорить, что на все два этажа вас там находилось только четверо, включая самого Джо! Ты бредишь!

До Росса потихоньку начало доходить, о чем спорили эти двое. Он схватил Тони за воротник и, будучи выше его на голову, посмотрел на брата Майка сверху вниз.

– Алекс! – взвизгнула Руби, хватая его за предплечье, будто бы в ее силах было хоть что-то сделать. Она начала отталкивать Росса в сторону, словно не сама минутой ранее с радостью накидывалась на Тони, чтоб раскрасить его мордашку.

– Ты хочешь мне сейчас сказать, – держа себя в руках, проскрежетал зубами шатен, – что вчера в мою квартиру кто-то смог проникнуть, и ты этого не заметил? В Мой дом?

– Я тебе звонил! – скинув с себя руки друга, защищался Бэдэр. – Два раза! Я скидывал тебе сигнал тревоги, Алекс! Ты не ответил на это даже утром! Где ты был? Всю ночь провел в стенах Совета? Теперь отчетность у тебя занимает перед Норой всю ночь? – обвинил он парня. – Или ты тоже уподобляешься этой девчонке и следуешь своим мимолетным порывам?

– Успокойся, пай-м-…

– Я не могу успокоиться! – в сердцах рявкнул блондин, всплеснув руками. Его колотило в бешенстве. Возможно, вообще впервые за всю свою жизнь. Как? Как Росс мог ему не доверять в подобной ситуации? – Я проверил всю систему безопасности, но ничего не повреждено! Может, это был сбой? Или человек, приходящийся тебе знакомым? Но я отказываюсь в это верить! Кто бы скрывал свое лицо и проникал в дом ночью, чтоб посмотреть на твою сестру? Совершенно беззащитную, Алекс! Не в пабе, а в Твоем доме!

Бэдэр тяжело дышал. Закатав рукав, он только убедился в том, что его состояние находилось на грани между тем, чтобы либо ударить Алекса из несправедливости, либо свернуть шею Кэпман, раз та так рьяно отстаивала честь Паркса. Он шумно выдохнул и провел ладонью по предплечью второй руки, скрывая осколок от их глаз. Ему нужен был транквилизатор. Срочно. Стараясь привести сбившееся дыхание в норму, Тони считал про себя до десяти. Импульс был воспринят Дэниз неправильно, но он ничего не мог поделать – команда о перемещении уже вступила в свою силу.

– Блядь… Я не могу успокоиться, Алекс. – Его алый осколок задребезжал. И он, по привычке, смахнул челку со своего лица, устало вглядываясь в глаза Алекса. – Если ты не получил отчет от системы безопасности, значит у него был прямой доступ к твоей квартире, – предположил Бэдэр. – У меня нет других идей. Чья еще личность, помимо наших, идентифицирована в твоей базе?

Росс открыл рот, чтобы что-то сказать, но было слишком поздно – Тони испарился, оставляя после себя алый дымок. Руби чертыхнулась, пнув ногой землю.

– Ты не должен верить той чуши, которую он спорол! – возмущалась синевласка. – Когда я была вчера там, никого в доме не было. Даже след не остался!

– Руби, помолчи, – попросил подругу Алекс. Он похлопал руками по жилету и карманам брюк, ища свой мобильный, но его не оказалось на месте, и тогда ему пришлось вытащить из нагрудного кармана очки. – Дэниз, как связь? – Коснувшись оправы, настраивал волну парень. Вместо ответа системы, он получил внимательный взгляд Руби.

– Почему вы вдвоем постоянно меня затыкаете, думая, что знаете все лучше остальных? Решил, мне плевать на Сэм? Она вообще-то и моя подруга тоже, раз ты не заметил! – Кэпман уперла руки в бока, слегка поддавшись вперед, чтоб заглянуть в лицо брюнета. Но он отмахнулся от нее, развернувшись в противоположную сторону, что вывело ее из себя пуще прежнего.

– Дэниз, как связь? – повторил Алекс, отходя вперед на пару шагов.

Если до этого Руби была просто раздражена, то сейчас нет. Не-е-ет, она была просто в бешенстве, ведь, даже для того чтобы уйти с психом крушить что-то на другом конце города, ей необходимо разрешение на долбанный скачок, который Дэниз до сих пор не дала.

– Как же вы меня бесите! – негодовала девушка, развернувшись и уйдя в противоположную сторону. – Пошли вы! Оба!

– Алекс, вся система нагружена, и требуется переустановка, но я имею возможность уделить тебе парочку минут до полного моего отключения. Чем могу помочь? – мелодичный и мягкий голос Дэниз успокоил его.

– Кто-то вчера пробрался в мой дом. Нарушений в системе безопасности не обнаружено? У меня два Надзирателя, которые путаются в своих показаниях, и я не могу понять, что могло произойти за восемь часов моего отсутствия.

– Одну секунду, – попросила программа и заполнила тишину своим смехом. – Прости, их поведение свойственно детям в диапазоне от шести лет до пубертата, поэтому я не могу не среагировать. Сбой системы. Требуется корректировка.

Росс усмехнулся. Даже Дэниз находит это нелепым, а они еще обижаются на него, когда он их отчитывает за их детские выходки.

– Нет, Алекс, в системе безопасности все чисто. Могу проанализировать записи с камер, но боюсь, не успею. Меня вот-вот отключат.

– Черт, как не вовремя! – с досадой отозвался парень.

– Давай поступим так, – смягчилась программа. – Я оставлю себе задачу, а как меня перезагрузят – первым делом скину тебе все, что найду, хорошо?

– Был бы признателен.

Она отключилась, и Алекс стянул с себя очки, спрятав их в нагрудный карман. Отслеживать след Бэдэра уже не имело никакого смысла. Он хоть и не понимал нездорового интереса Тони к безопасности его сестры, но все же мог дать ему скидку. В конце концов он редко проявлял свои эмоции, помимо колких замечаний по поводу работы Руби или поверхностного отношения его, Алекса, к малышке Саманте. Еще раз проверив свои карманы, Росс вздохнул. Нужно было попросить Дэниз кинуть координаты потерянного мобильника, но он был слишком возбужден, чтоб думать о чем-то, помимо возможного ночного гостя его дома.

«… У него был прямой доступ к твоей квартире, Алекс. Чья еще личность, помимо наших, идентифицирована в твоей базе?» – брюнет напрягся, прогоняя в голове недавние слова Тони.

Нет, это должно быть какая-то ошибка. Или пьяный бред Бэдэра, он же посещал перед этим Джо. Может, старик что-то подмешал ему в выпивку? Или его сестра забила косячок Амнезии, и парню просто показалось, что в доме кто-то еще находится… Алекс был уверен, что, как только Дэниз выйдет на связь, он получит подтверждение своих догадок. Майк находился на территории Изгнанных, а последний, кто мог бы войти в его квартиру, давно костями соприкоснулся с землей, не говоря уже о родителях… Алекс потянул бегунок вверх, застегивая жилет, и проследовал в здание Совета.

***

– Пинту пива, пожалуйста, – бросив пару мелких купюр на стойку, попросил блондин. Его длинные волосы каскадом спадали с плеч, и он по привычке откинул длинную челку назад, присаживаясь за барный стул. Бокал через пару секунд оказался в его ладони, и Тони залпом осушил его, следом попросив второй. По бокам от него присели люди, и он скосил свой взгляд, тут же раздраженно его отведя. Справа устроился Паркс.

– Дерьмовый денек? – поинтересовался он и сделал свой заказ, когда бармен подошел к блондину со вторым бокалом.

– Избавь меня от своей компании, ладно? – смотря перед собой, прошипел Бэдэр. Вэндал осмотрелся по сторонам и усмехнулся.

– Увы, дружок, греть нам задницы рядом суждено самим небом, так что-о-о…

Тони припал к пинте и, не допив ее до конца, спешно поднялся со своего места, не желая делить с Парксом один воздух на двоих. С него хватит. Он позволил эмоциям всколыхнуться, позволил взять над собой верх. Что вчера, что сегодня. Достаточно.

– Наслаждайся, я закончил, – кинул он в ответ, оставив еще немного мелочи на чай под бокалом. Он только хотел привести свои мысли в порядок, немного остыть, возможно, извиниться перед Алексом, как проблема их раздора с Кэпман и его другом тут же нарисовалась рядом. Он не отошел – об этом говорило мерцание его Души – оно до сих пор не пришло в норму. Так какого, спрашивается, черта он должен снова поддаваться эмоциям в компании этого наглого, беспринципного Чистильщика?

– Кстати, пока ты не упорхнул… – Остановил его почти у выхода Паркс, повысив голос. Блондин обернулся вполоборота. – Майк не обмолвился с тобой о том, что Совет дает гарантию выше, чем в половину, что пташка окажется в наших рядах?

Вэндал ухмыльнулся, наблюдая за тем, как желваки на лице Тони заиграли, и парень сжал кулак, разворачиваясь к нему всем корпусом.

– Повтори.

– Бьюсь об заклад, ее брат не ожидает такого удара в спину от своей любимой Советницы. Но, видать, даже ей хватает извилин разделять постель и долг перед своим народом, – добавил брюнет напоследок. – Твое здоровье, приятель.

Он поднял бокал, отсалютовав Тони, и этого хватило, чтоб в следующую секунду блондин выбил его из ладони Вэндала, хватая того за жилет, едва ли не рыча в лицо. Жидкость разлилась вдоль стойки, бокал слетел вон, осколками разлетаясь в разные углы паба. Паркс наигранно покачал головой, показывая напускное расстройство от потери своего напитка, к которому едва успел прикоснуться.

– Что ты сказал?! – Голос Бэдэра сорвался на крик, и несколько человек обернулись на шум.

– Чувак, я, конечно, хотел пригубить пивка… – хватая его одной ладонью за шею, ухмыльнулся Вэндал. – Но набить тебе морду мечтал оба дня! – Их лбы столкнулись друг с другом, и брюнет оттолкнулся со своего места, навалившись на Тони всем весом.

– Гребаный мусор! – перекидывая его через себя, взорвался Бэдэр, хватая со стойки пустую бутылку.

– Парни! Устраивайте разборки за пределами моего паба! – рявкнул на них владелец, выскакивая из-за барной стойки. Кто-то вскрикнул, отлетая от них в сторону, пока Вэндал, вскакивая обратно на ноги, ринулся вперед, перехватывая Тони за пояс.

– Черт, у меня словно еще один день рождения! – оседлав его бедра, рассмеялся брюнет, ударив кулаком по лицу оппонента. Бэдэр сжал бутылку ладонью, размахнувшись, и разбил ее об голову Вэндала, думая, что это может его хоть немного ослабить, но тот лишь громче рассмеялся, вновь прописав парню в челюсть. – Тебе еще не один год до меня расти, щенок!

– Ублюдок!!!

– Ты просто бесишься как мальчишка! Как же?! Обе девчонки в твоем окружении больше тянутся к нам, чем к слабакам вроде вас! Вы только и можете, что отчитывать Гражданских, да Браслеты на них вешать, как женские побрякушки! – Вэндал ухватился за светлые волосы, наматывая их на кулак, и потянул вниз, задирая лицо Тони. Их взгляды встретились, и когда Душа Чистильщика отражала удовольствие от развернувшейся драки, Душа Бэдэра напротив – искрилась таким уровнем злости, что еще чуть-чуть, и он бы взорвался от бешенства, наплевав на все, чему сам поучал других.

Парни вцепились друг в друга, катаясь по полу то в одну сторону, то в другую. Вэндал отлетел к дальнему столу, сметая парочку стульев. Его хохот походил на смех обезумевшего. Посетители вжались в свои места, не смея шелохнуться. Смуглая рука смахнула со стола чужой напиток, и Паркс отхлебнул, расслабляясь от контраста прохладного с обжигающим. Тони во второй раз выбил у него бокал из рук, рыча в негодовании, и толкнул его в грудь.

– Она никогда не примкнет к вам! Никогда!

Паркс сбил его с ног, навалившись сверху, и раздраженно бросил:

– Да что ж ты не уймешься никак… Это решать не тебе.

Заряженное ружье уперлось в висок Вэндала, и парни синхронно повернулись к старику, разъяренному беспределом в стенах его заведения.

– Быстро встали и пошли вон отсюда! – гаркнул он на них. Паркс цокнул, нехотя поднимая руки в знак своего отступления.

– Потише, дедуль, мы уходим. Я оставлю сверху пару сотен за наше недопонимание. Чудненько, не находите?

Он повел ружьем в сторону выхода, не говоря ни слова, и брюнет поднялся, не удосужившись подать руку Тони. Вместо этого он достал из кармана пачку, отсчитал деньги и положил их на барный стул, зацепив со стойки чью-то открытую бутылку пива.

– Продуктивного Вам денька, господа! – Чокнувшись с дулом, ухмыльнулся Вэндал и отпил немного, отступая понемногу к выходу. Звук колокольчика от открывшейся двери пронесся по бару, и Тони сел на полу, касаясь разбитой губы. Пальцы окрасились в алый.

– Придурки больные, терпения на Вас не напасешься! – Сплюнув, подвел черту старик, удаляясь на свое место.

Кто-то подошел к нему, протягивая руку, но Бэдэр отмахнулся от помощи, поднимаясь на ноги.

Ублюдок. И что только Руби могла найти в этом сумасшедшем идиоте, который наслаждался тем, что избивал людей и гоготал от полученных побоев? Не удивительно, почему Алекс так предвзято относился ко всей этой шайке и приходил в ярость от желания Сэм присоединиться к ним. Тони вздрогнул от одной только мысли об этом. Может, именно поэтому он так часто заводил об этом разговор с ней? Бэдэр, конечно, слышал, что есть возможность примкнуть к другой Группе, при возможном сопротивлении со стороны Гражданского лица на парах раннего распределения, но, заканчивались ли они благоприятным исходом, ни он, ни Майк не слышали. Хотя понять ее отношение к вечному трепу со стороны брата, ему не составило труда. Но послушала бы она, если бы, к примеру, Руби попросила ее подумать об этом? Блондин рассмеялся себе под нос. Нет, Кэпман, скорее обойму проглотит, чем попытается отговорить свою подругу от того, чего она желала больше всего.

– Ты еще долго там будешь портить мне день своей сраной физиономией? – Донесся до него голос старика. Тони сплюнул кровь на пол, очерчивая взглядом напуганных людей.

– Ты давно держал в руках Кодекс, старик? Совсем забыл свое место?

– Можешь свернуть его в трубочку и засунуть себе в задницу, сынок, – напоследок бросил ему управляющий.

Весь этот чертов день выводил Тони из себя. Он зло толкнул дверь, спеша убраться вон.

***

– И что он сказал? – Руби воткнула ложку в пригоршню мороженого и, зачерпнув немного, отправила в рот, закатывая глаза от удовольствия. Сэм улыбнулась, копаясь в своей креманке, и размазала остатки лакомства по краям, смотря, как оно стекает обратно на дно.

– Сказал, что еще найдет меня. Это странно, не находишь?

– М? Почему? Хорошенький мальчик решил обратить свое внимание на не менее хорошенькую девочку. – Она подмигнула подруге. – Так, ты либо его доедаешь, либо даешь его мучениям закончиться у меня во рту.

Шатенка рассмеялась, протягивая ей свою порцию, и взяла стакан с соком, кусая соломинку. Гретта, сидящая сбоку от Кэпман, хлопнула ладошками по столу.

– Вот когда ты в последний раз была на свиданиях? – Напала она сразу на Саманту. – В этом же нет ничего плохого. Вон, посмотри на нее. – Показала Марк пальцем на Руби. – Да она слюни каждый раз на стол пускает, стоит Вэндалу только оказаться в радиусе пяти миль.

– Эй! – толкая локтем в бок подругу, возмутилась Руби. – Не пускаю я слюни на него! Ну, разве что…

Гретта фыркнула.

– Ну да, да, я схожу по нему с ума! – Сдалась девушка, клацая зубами по ложке. – И что такого? Вы его видели?

– Гора мышц, ни капли такта, с девизом «беру все что мое и даже не мое»… – Играла бровями Марк, смеясь и уворачиваясь от Кэпман, когда та накинулась на нее, чтоб дать хорошенький тумак. – Все-все, я молчу!

Саманта с улыбкой наблюдала за ними.

– А как ты, – нашлась она, – как поняла, что можешь ему доверять? Он же с противоположной для тебя Группы, все же… Не было ли у вас конфликтов на этой почве?

Руби остановилась, разворачиваясь к ней, и спустя минуту ковыряний ложки в креманке, вздохнула, поднимая на Саманту глаза.

– Как бы тебе объяснить… Все это не имеет значения, когда мы общаемся. Мы же не нарушаем порядок Устава и не делимся личной информацией о нашей работе… Когда мы видимся… – Она вздохнула мечтательно, подпирая щеку рукой. – Мы просто такие же, как и все… Да, у нас есть долг перед Советом, перед всеми этими чудесными Гражданами, но, Сэм, когда мы одни… Мы, Руби и Вэндал, а не Надзиратель и Чистильщик с верой в праведность наших действий… – Руби вновь вздохнула и прикусила нижнюю губу. – И когда он скидывает с себя свою сексуальную форму и остается совсем го…!

Гретта засунула девушке свою ложку в рот, пока та возмущенно мычала в ответ. Сэм рассмеялась и, подавившись соком, зашлась в кашле, хлопая себя по груди.

– Больная, никто не хочет здесь слушать о том, что вы с ним делаете за закрытой дверью своей спальни! – возмущалась Марк, толкая Руби в плечо. – Посмотри, что ты с ней сделала!

– Ладно-ладно, в этом ничего такого нет, – согласилась Саманта, все еще смеясь и кашляя. – Я подумаю о ваших словах.

– Ты должна действовать, а не думать! – отбиваясь от миниатюрной блондинки, заявила Руби. – Том может быть милым, когда захочет. Узнай его поближе, а там сама решишь, стоит вам продолжать общение или нет. Он же не съест тебя сразу, если ты понимаешь, о чем… Ай, да хватит меня лупить! Я все Лайле расскажу!

– Да она только добавит от себя еще парочку подзатыльников, извращенка!

– О-о-о, да чья бы корова мычала, Марк?! Не ты ли обращалась ко мне недавно с вопросом о том, какой дев…

– Во имя Совета, Кэпман, я сделаю одолжение всем и вырву твой юркий язычок! – взвизгнула Гретта, накрывая ладонью верещащую девушку. Сэм держалась за живот, не переставая гоготать над этими двумя. Они сидели около окна, выходящего видом на оживленную улочку. Она наблюдала пару минут за тем, как солнце начинало садиться за крышами домов, и отодвинула от себя все лишнее. Знакомая фигура проплыла перед ее глазами, и она подскочила со своего места.

– Простите, но мне срочно нужно уйти! – кинула она на прощание, хватая куртку с диванчика и направляясь к выходу. Оживленная толпа возле входа в кафе разверзлась смехом. Росс обогнула их, смахивая перед лицом клубы сизого дыма, и проскользнула вперед, ускоряя шаг.

Ей не показалось, еще мгновение назад это точно был он. Сэм оглянулась по сторонам, как вдруг чьи-то руки опустились ей на плечи, и она возмущенно обернулась к парню:

– Знаешь, Тони, если ты считаешь, что можешь вести себя со мной, как полный прид… – Она заткнулась на полуслове, встретив ту самую обворожительную улыбку объекта их недавних сплетен.

– Должно быть, это судьба, – пропуская весь ее треп мимо ушей, произнес Том. Он тут же обнял ее, слегка отрывая от земли, и осторожно опустил обратно. – Как ты здесь оказалась?

– Руби сказала, что Алекс ошивается неподалеку, и я решила подсидеть его, чтоб вместе пойти домой, – удивленно пробормотала она, совершенно не ожидая, что он так просто может вторгнуться в зону ее комфорта. Она отступила на шаг, смущенная и обескураженная. – А ты?

– Вэндал уже успел сцепиться в пабе. Очень надеюсь, что это был кто-то не из Гражданских, а то в первый же день своего назначения получать от Совета по первое число – так себе перспектива. Нет, я знаю, он точно состроит весьма ироничную мордашку и скажет, что Закон должен иметь свое лицо и твердый кулак, но… – Они засмеялись, кивая головами в знак одобрения этого предположения, потому что уж кому-кому, а Парксу это было свойственно, как никому другому.

– Получается… Ты спешишь, да? – Сэм склонила голову набок, заглядывая парню в глаза.

– Детка… – Том скользнул пальцами по тыльной стороне ее ладони и обхватил ее маленькую кисть. – Я бы с радостью сейчас скинул этого проблемного засранца с себя и почирикал с тобой в более приватной обстановке, но…

Девушка заметила, как за его спиной вдалеке мелькнули косы Руби, и малышка Гретта показалась следом, возможно, ища Росс в собравшейся толпе. Саманта сжала его ладонь в ответ, тут же выпустив ее. Холодок прошелся по ее коже, и она встрепенулась.

– Забери Руби с собой, – попросила шатенка, кивая ему за спину. Рейд обернулся назад, раздосадованно вздыхая.

– И почему нам вечно кто-то мешает, когда я наконец решил с тобой заговорить… – прошептал Том, встряхнув головой. Сэм затаила дыхание, на секунду решив, что ей послышалось. Он нагнулся вперед, невесомо касаясь ее щеки губами, и быстро отпрянул назад. Горячее дыхание опалило ей кожу, и она неосознанно тут же прикоснулась к месту, где были его губы. – Прости, но мне нужно быть там. Давай встретимся на днях «У Джо», как считаешь?

– Я буду, – промолвила она, чувствуя, как узел в ее животе от волнения затянулся. Он улыбнулся в ответ, подмигивая ей, и развернулся, хватая приближающуюся к ним Кэпман за плечо.

– Какого черта, Рейд? – нашлась она, чуть не споткнувшись на ровном месте. Гретта застыла на месте, поднимая глаза на сокомандника.

– Что случилось? – обеспокоенно спросила она.

– … Да как обычно. Нигде от вас не спрячешься. – Донесся до Саманты его голос, и он утащил за собой ее подруг.

Она заметила, как чуть погодя Алекс залетел в кафе, и медленно побрела обратно, думая о том, когда же им с Томом выпадет шанс увидеться снова.

***

В их доме горел свет. Алекс напрягся, скидывая с себя обувь, и обернулся к сестре.

– Ты забыла его выключить, когда уходила? – поинтересовался он. Она мотнула головой, проходя в свою комнату, чтоб скинуть с себя вещи и переодеться.

– Кстати, – нашлась она, вытягивая в небольшой проем руку с конвертом, – Вэндал был неподалеку и просил передать тебе это.

– Вэндал? Вэндал Паркс? Какие у тебя могут быть дела с этим…

– Алекс!

Когда он схватился за край конверта, Сэм тут же захлопнула дверь, вызвав у него смешок. Печать Главы Чистильщиков алела на обратной стороне. Он приложил конверт к предплечью, тихо прошептав «развейся», и печать треснула пополам, оставляя после себя серый дымок.

Как странно… Совет обмолвился о том, что нового Главы Чистильщиков еще ждет переизбрание, а конверт уже лежал у него в руках.

Может, это оставалось пока для всех конфиденциальной информацией, которой могли владеть только он и Совет? Или у Вэндала, как и у него, теперь был доступ к передаче информации подобным способом? Нет, его же только пару часов назад назначили Заместителем, это невозможно… Какого черта он вообще об этом переживал?

Алекс вытащил сложенный пополам лист, присаживаясь на корточки в прихожей. Звук льющейся воды оповестил его о том, что сестра отправилась в ванную комнату. Росс развернул сообщение, быстро пробегая по нему глазами.

«Что это?»

Душа отозвалась на то, как застыла кровь в его жилах. Сердце сделало болезненный удар о грудную клетку, и он скомкал лист, вскакивая на ноги. Пройдя на кухню, он включил конфорку, бросая комок прямо в огонь. Шум воды все еще не прекратился, и он наблюдал за тем, как бумага искрится, выталкивая послание в воздух, которое расплывалось перед ним лишь одной важной фразой, приводящей Алекса в состояние, сродни нервному срыву.

Нет, он был просто в ужасе.

Дыхание его сбилось, он опустил руки на столешницу, делая глубокий вдох.

«Этого не может быть» – лихорадочно пронеслось в его голове.

«Этого просто не может быть!»

Ударив кулаком по кухонной поверхности, Алекс развернулся, опираясь поясницей о бортик. Звонок телефона привел брюнета в оцепенение, и он вытащил сотовый, видя имя Дэниз на дисплее.

– Алекс, анализ записей с камер…, – тут же подала голос программа, когда он смахнул на принятие звонка.

– Это он, да?! – перебив ее, тут же спросил Алекс. Он чувствовал, как вспотели его ладони. В горле пересохло. – Дэниз, его тело испустило дух на моих руках! Я похоронил его пять лет назад! Его Душа!… Это чья-то злая шутка? Кому бы в голову пришло…

– Алекс…

– Как Совет мог скрыть это от меня? – Сорвался парень, захлопнув за собой дверь. Голос его перешел на тихое шипение. – Это же он, да? Почему ты ничего не говоришь? Если ты мне сейчас скажешь, что это засекреченная информация…

– У меня нет доступа к данной информации, это Высший Приоритет, – подтвердила программа. – Но исходя из анализа записей и книги твоих идентифицированных лиц, у которых есть возможность заходить и выходить…

Она вывела картинку на дисплей, и он сглотнул, видя, как в полумраке Бэдэр держал пушку возле головы человека. Дениз приблизила изображение. Взгляд его темных глаз был направлен прямо в камеру, и знакомая ухмылка застыла на губах, но это было совершенно незнакомое ему лицо. Он обернулся, видя, как последние слова развеиваются в воздухе.

«… – мое по праву, не находишь?»

Он махнул рукой, разгоняя дымку, и подорвался к окну, отворил ставни.

– Алекс? – донесся до него голос сестры.

– Это невозможно, я не узнаю его, Дениз. Это совершенно другой человек. Как у него мог оказаться… Неужели это то, о чем мы говорили? Это фрагмент? Кто-то выкрал его информацию или…? – не верил брюнет, сжимая мобильный в руке. Приближенное лицо ночного гостя смотрело на него в ответ. Тони был прав с самого начала, а он накинулся на него, обвиняя во лжи.

– У меня не получается проникнуть в систему с данными о нем, но сомнений нет. Единственный, кто бы имел доступ к вашему дому, кроме Кэпман и Бэдэра, идентифицируемый через Душу или ключ-карту – это…

– Диего… – с горечью отозвался Алекс. Он смахнул фотографию в спешке, слыша, как провернулась ручка двери, и сбросил звонок Дэниз, пряча кисть за спиной. Шатенка улыбнулась ему, проходя к холодильнику, и открыла дверцу, с головой скрываясь от его глаз.

– Что будем на ужин? – весело спросила она, шаря по полкам. Он отвел взгляд на обеденный стол, ища в нем хоть какую-то опору для глаз. Что все это значит? Кто-то извлек его Душу? Но как и когда? Даже тяжесть его тела, испустившего дух, все еще ощущалась на кончиках пальцев.

Он умер на его руках.

Он умер на его глазах.

Этого не может быть.

– Что только захочешь, Сэм, – ответил он и прикрыл рот ладонью.

– И что же секретного было в том послании? – поинтересовалась она, захлопнув дверь, и достала небольшую кастрюльку, проходя к плите. Взгляд ее упал на оставшийся пепел, и она нахмурилась. – Ты что-то жег?

– Да не важно, детка… – устало ответил он и щелкнул ее по носу. Она увернулась от него, возмущенно ворча. – Не бери в голову.

– Мог бы и убрать за собой, черт тебя дери…

Она надула губы, ставя кастрюльку на газ, и потянулась к верхней полке над плитой, чтоб достать тарелки. Алекс обвел ее взглядом, чувствуя напряжение, сковывающее его внутри, и глубоко вздохнул.

Прошлое осталось в прошлом.

Это мог быть кто угодно.

Кто-то выкрал его ключ-карту.

Он умер. И все тут.

Глава 3

5 лет назад

Свистящий вдох, резкий – он отпечатался в памяти Алекса, как его самое страшное наваждение в будущем. Его собственное дыхание затаилось. Замерло, точно его сердце, которого он больше не чувствовал. Росс опустил свои глаза туда, где руки настойчиво зажимали рану, пытаясь остановить кровь, льющуюся наружу нескончаемым потоком. Ее было не просто много – она была всюду.

– Майк! – вскрикнул он, задрав голову наверх, и начал искать взглядом своего товарища. Старый заброшенный завод по производству бумаги молчал в ответ. Здесь было слишком темно, и парень огляделся перед собой, ища, чем бы осветить местность вокруг. Спустя минуту бесполезных поисков Алекс понял: стоит ему отнять руки, даже одну, как дыхание парня под ладонями прекратится в мгновение ока. От безвыходности хотелось взвыть, а когда друг тихонько усмехнулся и зашелся кашлем, и вовсе – исчезнуть, лишь бы не находиться в подобной ситуации.

– Майк!

Бледная рука вцепилась в кисть Росса, и брюнет вздрогнул, обращая свой взор к нему.

– Эт… бесполез… но… Ал… – прохрипел парень. Свечение Души опасно тускнело, и Алекс сглотнул.

– Заткнись… – Покачал он головой, отказываясь верить в то, что сейчас происходило с ним, с его другом и всем этим чертовым миром. – Просто заткнись… Я все решу, все будет нормально…

– Ал, я… Кхм… Я уми…, – Он промычал в ответ, когда Росс заткнул ему рот предплечьем, и непонимающе уставился на него.

– Я не позволю тебе сделать это! – прошипел парню в лицо Алекс и резко обернулся на шум за спиной.

– Алекс! – Ворвался в помещение третий человек, тяжело дыша и опускаясь рядом с ними на землю. Он выругался, осматривая парней со всех углов, не особо понимая, чья именно кровь сейчас стекала в огромную лужу. – Какого черта?

– …вет, друг… Кха-кха!… Ммм…

– Нам нужно срочно его переместить, – затараторил Росс, игнорируя обоих. Он сделал глубокий вдох – в груди закололо.

– Что здесь произошло? – настойчиво повторил Майк, цепляя Алекса за плечо.

«Дышать, нужно всего лишь дышать» – повторял себе парень, прикусив губу. Его серые лужицы глаз столкнулись в черными омутами парня, лежавшего под ладонями, и Алекс лишь сильнее вцепился зубами в нежную плоть.

– Алекс? Я тебя спрашиваю: что здесь произошло?

Сглотнуть собравшуюся во рту слюну оказалось самым тяжелым, что он когда-либо делал. Почему? Потому что во рту пересохло, и горло драло так, словно по нему прошлись пару раз лезвиями, снимая верхний слой слизистой. Но он все же сглотнул, распахнув свои губы.

– Я-я выстрелил в него! – признался парень, смотря в глаза своей »жертвы». – Выстрелил, я-ясно?

– Чт-…? Но зачем?

– Он прикрыл собой наркоторговца, когда я спустил курок, Майк!

– Почему он так поступил? Согласно Кодексу…

– У нас нет времени, чтоб я распинался! – грубо перебил Бэдэра брюнет. Он обернулся через плечо, меча в друга искры гнева. – Помоги мне его переместить, кровь не останавливается!

– Отойди от него, Алекс.

– Блядь, пожалуйста, Майк!

– Росс, я сейчас с тобой не как друг разговариваю.

– Б-Бэдэр…

– Нет, Алекс, это даже не обсуждается.

Что било больнее – сама ситуация или холод от слов того, кому он доверял? Или думал, что доверял? Все его естество сжалось от осознания того, ЧТО ему приказывают сделать. Казалось, раскусить губу еще больше уже было невозможно, но он чувствовал солоноватую жижу на языке, мерзкую и удушающую. Сделать вдох стало непосильной задачей. Алекс опустил глаза к своему запястью, вокруг которого все еще смыкались пальцы парня, и сиплый, едва различимый стон беспомощности вырвался сквозь его сжатые челюсти.

– Он мой лучший друг… – промычал Росс, страшась того, как бы эти пальцы не разомкнулись и не осели бесшумно на грязный холодный пол. – Я не смогу с этим жить…

Тяжелый вздох пролетел по заводу.

– Тогда я… – Голос Майка оборвался, оставив за собой странный, но до боли знакомый звук. Это был громкий удар его собственного сердца.

Режущий скрип железной покачивающейся двери от сквозняка теребил кончики нервов, и, когда тяжелая рука Майка опустилась на плечо Алекса, тот вздрогнул, едва не сорвавшись, чтобы заорать что есть мочи. Он впервые почувствовал, что не может доверять Майку не только как командующему, но и как близкому товарищу.

Алекс посмотрел в глаза парня под своими руками в последний раз. Собственный крик оглушил его лучше любой гранаты, что могла бы разлететься около него. Звон застрял в ушах, и только ладони Бэдэра, отрывающие его тело с места и швыряющие в сторону, имели сейчас особое значение. Он просто отпихнул его, дав всему закончиться так, как того требовал Кодекс. Они не дали ему и шанса на то, чтобы объясниться. Оставили его, Диего, истекать кровью, чтобы в конце концов умереть.

Сердце Алекса, едва склеенное после гибели родителей, разбилось во второй раз. Он поднялся на колени, сгребая пыль, строительный мусор и грязь под свои ноги, едва ли не на четвереньках подползая к своему товарищу. Лицо Диего стало белее простыни, и последняя улыбка, подаренная Россу, осталась нетронутой, запечатленной на этом мертвом лице. Майк схватил Алекса за шиворот, оттаскивая от тела Мармонта, и силком поволок вон из-под крыши завода.

– Отпусти меня, Майк! Отпусти меня! Отпусти! – вырываясь из хватки старшего Надзирателя, кричал Росс. Он пытался перехватить блондина, но тот вел себя слишком агрессивно и активно даже для себя самого. Алекс вздернул голову, натыкаясь на высокомерный взгляд Флоренса Колли, и всякое движение прекратилось.

– Ч-что он здесь делает? – чувствуя, как спирает воздух в легких, просипел шатен. Чистильщик прошел мимо, за ним последовало еще несколько человек.

– Делает свою работу.

– Нет!

Спустя пару мгновений завод вспыхнул как спичка.

Хоронить было нечего.

***

Настоящее время

– Ты слишком рано себя раскрыл, никакой интриги, – фыркнул Вэндал, падая в кресло. Он открыл банку пива, припав к ней, как к самой сладкой конфетке. Его слегка раздражала вся эта суматоха вокруг поимки главного Нарушителя, вокруг Росса с его собачками, который всем своим видом выказывал неуважение к нему, товарищам Паркса, и, конечно, его выводил из себя еще больше сраный Тони Бэдэр. Челюсть все еще ныла. Хорошо хоть пива в достатке.

– Время ни свет ни заря, малыш, а ты уже хлещешь, – усмехнулся Мармонт. Диего подпер щеку ладонью, пальцем другой руки скользя по ободку пустого стакана. Он представил на месте пустого стакана чувство упущенного, испытанное им в тот краткий миг, когда мог прикоснуться к…

Ладонь превратилась в кулак.

– Моя смена закончилась сколько? – выкинув руку вперед и показательно взглянув на воображаемые часы, тут же нашелся Вэндал. – Минут пятнадцать назад? До вечера в городе делать нечего. А всю работу, что ты мог мне подкинуть, я выполнил. Я же прав? О, да, как же я, мать твою, прав!

– Паркс… – Улыбаясь, покачал головой Диего, отгоняя от себя мысли.

– Что такое, милый? – Не растерялся сокомандник.

– Ты неподражаем.

Вэндал обнажил белые зубы, прикусывая нижнюю губу.

– Естественно, босс, я очаровал даже такого скрягу, как ты, о чем вообще речь? Остальные попадали в обморок.

– М-м-м, брат Майка, как я погляжу, оценил твое тонкое обаяние.

Вэндал коснулся разбитой губы – та до сих пор пекла.

– Этот маленький щенок получил бы свое, если бы не старик, – хрипло произнес он, почесывая свою бороду. – Не будь там столько Гражданских, я бы засунул это дуло ему в задницу и выстрелил.

– Кому? – поинтересовался Том, вклинившись в их разговор. Он развалился на полу, листая электронное досье на задержанных, находящихся в охраняемой ими Округе. – Бэдэру? Или старику?

– Да какая разница?! – отмахнулся Паркс, делая щедрый глоток пойла. – Можно и по очереди, я славлюсь не только очарованием, но и щедростью.

Диего усмехнулся, наблюдая за подчиненными.

– Ты передал Главе Надзирателей то, что я тебе сказал? – перекатывая монету между пальцев, между делом спросил Мармонт. От него не ускользнуло, как резко глаза Рэйда метнулись к напарнику и обратно.

– О, можно сказать и так. – Прочистил горло мужчина. – Одна моя пташка согласилась передать на хвостике твое послание.

Монета задержалась, и Диего подкинул ее, перехватывая в воздухе.

– С каких пор Гражданские входят в число посредников, Вэндал?

– Она особенная пташка, босс. – Просто пожал плечами Паркс, припадая к горлышку бутылки.

– Что есть – того не отнять, – глухо согласился с ним Том, смахивая наскучившую работу. Голографический экран растворился, и он вцепился рукой в подлокотник кресла, на котором сидел Паркс, подтягиваясь вверх, чтоб подняться. Он встал в полный рост, бросая на Диего бесстрастный взгляд, – Я думаю прогуляться, пока мы еще какое-то время находимся здесь.

С этими словами Том вышел вон, оставив их один на один, и молчание между ними нарушалось только громкими глотками пива, стекающему по глотке Паркса. Диего медленно прикрыл веки, задирая голову наверх, и сделал вдох полной грудью, ощущая запах одеколона Вэндала, пива и чего-то кислого. Посторонняя боль отдавала в виски, челюсти сжались в напряжении.

Что такое, дружок? Тебе не по себе?

– Какой-то он взволно… – открыл было рот Паркс.

– «Особенная пташка»? – сквозь зубы прошипел Мармонт. Жидкость булькнула, возвращаясь на дно бутылки, и, не глядя, он мог почувствовать, как Вэндал посмотрел в его сторону. – Соври, что это не то, о чем я подумал, и ты не передал послание Надзирателю через его родственника.

– Нет. Совершенно точно нет, – слишком быстро дал ответ брюнет. Диего сжал ладонь в кулак.

– И я не стану тебя предупреждать, что это была твоя первая и последняя ошибка, раз это не так, верно?

– В точку, – согласился с ним Вэндал. Шорох одежды привлек внимание, и Мармонт лениво распахнул глаза, черными угольками наблюдая за тем, как мужчина подхватывает с пола еще одну бутылку, оставляя на ее месте пустую. Этикетка мелькнула перед его взором, и Вэндал, заметивший любопытство в его взгляде, пропустил смешок: – Да, я всегда травлюсь этой сладкой херней с привкусом блевотины, когда костяшки на моих пальцах не трещат от чьей-то пробитой башки. Нужно в полной мере ощущать вкус дерьмового дня.

Ненадолго неловкая тишина встала поперек. Диего протянул руку вперед.

– Дай сюда.

Паркс захохотал, делясь с ним выпивкой, и, когда губы коснулись горлышка, а первый глоток спустился по горлу, Мармонт поморщился, отодвигая бутылку:

– В самом деле – дерьмовое пойло, – согласился он, покачивая ею и наблюдая за тем, как бултыхается жидкость внутри емкости, сползая вниз по стеклянным стенкам. – Куда он отправился?

– Судя по тому, как протекает его бочок, – за прокладками, – хохотнул Вэндал. Его острый взгляд проскочил по телу Чистильщика, и от него не укрылось раздражение, которое выплескивалось наружу. – Мне вот что интересно, босс…

Черные угольки подперли его в ответ. Губы озвучили вопрос, и бледная ладонь Диего коснулась задней шейной области, осторожно разминая кожу вокруг Души. Он чувствовал жар, исходящий от нее, зная, чем это чревато, и потянулся к горлышку бутылки, раздумывая над ответом. Это было совсем не тем, чем ему бы хотелось заняться на самом деле.

– Сносно, – наконец, подал он голос. Вэндал наклонился вперед и оперся локтями в колени.

– Конкретней?

– Конкретней могу дать только пинка под зад, Паркс.

Брюнет выпятил губу, демонстрируя наигранную обиду, но они оба знали, что он просто валяет дурака.

– Ты такой скряга.

– Повторяешься.

– Спешу заметить, твои угрозы тоже в последнее время не блещут оригинальностью.

– Можешь спросить у Флоренса, насколько они действенны.

– О, пожалуй, откажусь, босс, спасибо за предложение.

– Всегда пожалуйста.

***

Вряд ли цитадель наркотиков и дешевой выпивки можно назвать приличным местом для встречи, не говоря уже о свидании. Но когда ее это останавливало? Молодость обычно запоминается глупыми поступками и внезапными порывами, включающими в себя все вытекающие.

Его изводила такая легкомысленность. Как можно прожить столько лет и совершенно игнорировать угрозы, подступающие со всех сторон?

Она определенно кого-то ждала. Все в ней кричало об этом: макияж, короткая кожаная юбка, оголяющая аппетитные стройные ноги, и тонкая футболка с вырезом, выигрышно выставляющим напоказ ее спелую, хоть и небольшую, грудь. Да, стоит признать, она выглядела весьма привлекательной и завораживающей, чтоб обратить на себя чей-то взор не единожды. Но его…

Его она просто выбешивала.

Ее тонкая ножка нащупала опору, и она слезла с барного стула, разворачиваясь к нему лицом. Выпрямленные пряди покачивались в такт движению.

– А вот и ты, – с неким садизмом протянула она, тут же вонзая в его ладонь короткую иглу с колбой на другом конце. Дыхание замерло, стоило транквилизатору коснуться первой нити, ведущей к всему его естеству. Их раздраженные взгляды сгущали пространство, оставленное между ними, и он почувствовал, как неожиданно что-то внутри лопнуло с такой легкостью, что вес эмоционального напряжения сдулся в считанные секунды, как гелиевый шар.

Все вокруг прояснилось, оставляя взамен себя мягкую безмятежность.

– Никогда не думал, что скажу это в здравом уме, – наконец, вздохнув, начал Тони. – Но обстоятельства вынуждают.

– Ну-ка, ну-ка? – Приложив ладонь к уху, Кэпман наклонилась вперед, не смея больше скрывать своего веселья. Ее волосы, цвета сапфира, касались стола и пальцев парня, вызывая раздражительную щекотку. – Только погромче, чтоб все в этом пабе были свидетелями твоего маленького позора.

Джо стоял за стойкой, скрывающей половину его туловища, но было явно видно торчащий телефон, направленный камерой в их сторону. Глаз Бэдэра дернулся от мысли, что он в самом деле участвует в этом идиотизме. Он распахнул губы, желая покончить поскорее и утопиться в пинте пива, которое эта ненормальная приволокла с собой.

– Спаси-…

– Не-е-ет, это никуда не годится, – тут же вмешалась она, обрывая Тони на полуслове. Он был в секунде от того, чтоб закатить глаза. – С придыханием, пай-мальчик, больше эмоций!

– Ты только что всандалила мне лошадиную дозу и впрямь веришь, что я могу произнести подобное с чувством и расстановкой? Ты иди-… – Ее вскинутые брови заставили его захлопнуть рот. Собравшаяся толпа, до этого бурно обсуждающая свои насущные дела, теперь с любопытством глядела на них, ожидая продолжения.

– М? Ты что-то хотел сказать?

Он рыком подорвался со своего места, выхватывая из ее руки пиво, и поднял бокал перед собой.

– Я чертовски рад поднять этот бокал за внимательную, заботливую и Ответственную, – сделал блондин упор на последнее слово, – напарницу. Спасибо, Руби, что тебе приходится терпеть мое высокомерие и дерьмовое чувство юмора.

Искренний смех вырвался наружу, и Кэпман ударила в ладоши, буквально выпрыгивая из своего тела от гордости за совершенное. Глаз Тони все еще дергался, пока Джо хохотал с остальными, подхватывая настроение Руби.

– Все, представление окончено, – объявил блондин, сваливаясь обратно, и присосался к бокалу. Девушка все еще выпрыгивала из своих трусов, и он невольно задумался над тем, что нужно было заранее попросить сразу пачку транквилизаторов, чтоб вытерпеть этот вечер.

«Ну, ладно» – согласился он сам с собой, все же позволяя закатиться глазам, – «Это могло пройти гораздо хуже, стоит отдать ей должное. Нет-нет, чувак, мы уже рассчитались, забудь».

Руби упала рядом с ним, и Карл, брат Джо, подошел к ней, вальяжно опуская руку на спинку стула. Он был младшим в их семье и имел мягкие черты лица. Короткие окрашенные пряди цвета мокрого асфальта были взъерошены, карие глаза поблескивали от выпитого алкоголя, и сам он держался вполне расслабленно для того, кто носился в битком забитом месте в этот час.

– Чего хочет наша любимая экстравагантная детка? – пролепетал он, подхватывая ее длинную прядь. Тони скосил на него взгляд, и девушка взорвалась во второй раз, замечая его реакцию.

– Слушай, ты сейчас лопнешь, – обратилась она к блондину, и тут же повернулась к Карлу: – Эдита сегодня наверху? – Карл кивнул. – Тогда-а-а… Давай-ка я закажу здесь пару шотов, а после мы с моим милым »кошельком» поднимемся к ней.

– Без вопросов, – улыбнулся парень, опуская глаза к ее вырезу на груди. Тони со звоном опустил на стол пустой бокал, обращая внимание к себе.

– И посчитай сразу.

– Не-а, пай-мальчик, сегодня ты так легко не отвертишься.

Он вскинул светлую бровь.

– Не смотри на меня с выражением лица «да-ты-должно-быть-разыгрываешь-меня». Я ради тебя чуть жопу не порвала в клочья, так что будь добр – веди себя хотя бы в половину по-джентльменски.

– Прости?

– Ты меня слышал.

Тони опустил глаза, смотря на свое предплечье, и мягкий свет, являющийся прямым доказательством ее заслуги, впервые так нервировал. Все его раздражение тут же гасилось, и он устало вздохнул, понимая, что не отделается от нее.

– Ладно, – рявкнул Бэдэр, всплескивая ладонью. – Я буду то же самое, что закажет эта девчонка.

Карл кивнул и развернулся, удаляясь к соседнему столу, чтобы собрать несколько заказов сразу, прежде чем передать их на бар.

– Ну и? Каково чувствовать злость, которая улетучивается в мгновение?

– Не знаю я, мне хочется разнести этот паб к чертовой матери, а потом обнять каждого, осыпая его цветами.

Руби прыснула, откидываясь назад. Она накручивала волосы на пальчик, не зная, чем еще себя занять.

– Твоя голова пустая, да?

– Совершенно, – согласился Тони. – Хочу залезть внутрь и распахнуть дверь, чтоб переварить все, что произошло вчера, сегодня, но мой мозг отказывается выдавать ключи.

– Расслабься.

Он в буквальном смысле выплюнул смешок, ощущая вкус иронии.

– Ага, мы оба помним, чем вчера закончился этот совет.

– М?

– Алекс сказал что-то подобное.

– А…

Карл поставил перед ними четыре шота малинового цвета и подмигнул.

– Отлично, отрывай свою задницу, пошли, – подхватывая их, бросила Руби и поспешила вперед. Тони поплелся следом, засунув руки в глубокие карманы джоггеров, и без интереса оглянулся по сторонам. Звон колокольчика разнесся по пабу, оповестив о новом госте.

– Салют, Джо! – мужской голос поприветствовал Тортона, но это уже его не интересовало.

На втором этаже, где Кэпман «изящно» толкнула ногой одну-единственную дверь, их встретила нежная улыбка Эдиты. Она обняла Руби, тут же охая в восхищении от наряда девушки, и поздоровалась с ним, коротко рассказывая по пути о вчерашней драке на соседних улицах. Небрежный пучок ее белокурых волос маячил перед его лицом.

– Это просто ужасно, я еле ноги оттуда унесла! Если бы не Вэндал и Том, даже не знаю, что бы со мной произошло. Я попала в самый замес, Руби!

Нервный тик не оставлял Тони до самого конца. Он только смирился с положением собственных дел, как имена этих долбанных придурков доносятся с каждого угла, куда бы он не заглянул!

Они перешептывались еще какое-то время, после чего Эдита отошла вниз, чтоб забрать напитки других ребят, расположившихся в этой комнате. Синевласка плюхнулась на кресло-мешок, хлопая ладонью по соседнему. Они чокнулись, опустошая первые шоты, и девушка довольно застонала.

– Я впервые нарушил Кодекс, – сознался Бэдэр. Он вертел в руках стеклянную емкость, не зная, куда себя деть. Его жалкое поведение впервые вынудило обратиться за помощью. Да еще и к кому…

– И что? Мне теперь называть тебя не пай-мальчик, а бэд-бой?

Он скривился.

– Звучит просто отстойно, чувак, – согласилась Руби. – Если уж на чистоту, то вряд ли можно считать это нарушением Кодекса с твоей стороны. Это я достала и своими же руками вколола тебе транквилизатор.

– Да, после моей просьбы, что не снимает с меня ответственности, Кэпман.

– Заткнись, а? – цокнула она. – Дело сделано. Поздно верещать о благодетели, когда чей-то член глубоко в твоей киске, улавливаешь?

Тони уставился на нее, не скрывая своего удивления, но на лице Руби не отражалось никаких эмоций. Она была серьезна.

– Обязательно быть такой мерзкой? – Он поморщился.

– Да, обязательно. Воспринимай свою маленькую гадкую тайну возможностью к приобретению какого-никакого, но все же опыта.

– Ты также говоришь Гражданским, когда они вскрывают глотки друг другу?

– Слушай, в чем твоя проблема? Ты должен понимать, что это не одно и то же. Если бы ты обратился к Дэниз, и она бы перенаправила тебя в санчасть – твоя последняя задача стала бы в самом деле конечной. – Руби забрала пустую рюмку из-под шота, протягивая ему новый, и они снова чокнулись. – Да возьми хотя бы Майка! Когда они сцепились с Алексом пару лет назад, он не мог успокоиться, и его два месяца держали, ограничив всякий контакт с внешним миром. Ты помнишь, каким отчужденным он вернулся?

Тони вздохнул, опуская голову, и челка тут же надоедливо полезла в глаза.

Конечно, он помнил об этом. Брат тогда разнес всю квартиру, беснуясь и впадая в состояние, схожее с бредом. И это не Майк связался с Дэниз, чего Кэпман наверняка не знает, а сам Тони оповестил о том, что брату нужна срочная помощь.

Тогда он полагал, что поступает правильно.

Они никогда не обсуждали этот момент.

Потихоньку одни стопки сменялись другими. Гамма цветов не переставала его поражать. Какую еще гадость они добавляли в алкоголь, чтоб получить едко-зеленую жидкость?

Тони затянулся, впуская в свои легкие «жидкое веселье», и передал косячок Руби, ощущая беспомощность собственного тела. Он даже никак не отреагировал на Чистильщиков, сидящих напротив, и теперь расслабленно вел диалог. Легкое головокружения завладело его ослабшим сознанием, а фокус сменился, останавливая взгляд на чьих-то кожаных берцах. Блондин медленно поднял глаза.

– …а потом я понимаю – она же немая, чувак! Представляешь? Хотя, с другой стороны, много ли нужно слов, чтоб продать дурь? Она делала свою работу молча, сечешь? – Смех толпы смешался в кучу. Руби вытянула ноги вперед и бросила пару слов, поддерживая общую беседу.

Серо-голубые глаза изучали незнакомое лицо. Парень, выглядящий его ровесником, пялился куда-то в одну точку. Темные глаза не выражали ничего, кроме скуки. Его пальцы завораживающе перекатывали монету из одной стороны в обратную. Он отвел свободную руку в бок, и она тут же ощутила вес открытой бутылки, которую ему вручил не кто иной, как Вэндал. Значит, тот тоже был Чистильщиком.

«Несложно догадаться».

Тони дернулся от вопля, вылетевшего со стороны Кэпман, и наблюдал за тем, как синевласка вскакивает, бросаясь в объятия Вэндала. Смуглые руки опустились на тонкую талию. Тони отвел глаза в сторону.

Что ж, из этого следует еще два вывода: он был прав, выдвигая обвинения против Руби, касательно их грязной интрижки с Парксом, и ей очень повезло, что его собственное состояние сейчас граничило между обмороком и желанием проблеваться. Одно радовало – их вчерашнее родео оставило след не только на его лице. Рассеченная губа и подбитая скула казались ему сладким видением.

Тони поднялся и нетвердым шагом направился к лестнице, ведущей вниз. Грохот музыки бил по вискам. Блондин поморщился и поспешил вперед, вылетая к толпе, беснующейся напротив бара. Он нашел глазами Джо и жестами объяснил, что ему необходим тайм-аут. Мужчина ответил кивком, возвращаясь к работе.

До чего же он все-таки докатился? Слонялся по пабам, не зная покоя, пошел на то, что всегда считал безрассудным, учинил драку на виду у Гражданских. Все выходило из рук вон плохо с тех самых пор, как однажды ранним утром ему пришла в голову идея заняться тем, что не имело к нему никакого отношения.

Он проявил слабость и оказался обглодан чувствами вплоть до костей, стыдясь своего поведения перед старшим по званию, другом и даже братом. Теперь он мог понять, почему в тот день Майк вел себя агрессивно.

Тони прислонился к красному кирпичу массивной стены бара Джо. Музыка вырывалась оглушительными басами каждый раз, когда кто-то распахивал дверь, чтоб выйти наружу.

Город в это время суток начинал кишеть Чистильщиками. Они тащились вон из отелей, выглядывали из близлежащих забегаловок и прогуливались мимо размеренным шагом, наслаждаясь свободным временем, выделенным в честь Ежегодного Собрания. Он понимал, что их надоедливые рожи будут мелькать здесь порядка двух-трех дней до окончания выдвинутых заданий, сбора групп и распределения вдоль каждой Окраины.

Бэдэр вдохнул прохладный воздух и коснулся плеча, разминая затекшие мышцы. Чья-то рука протянула ему раскрытую пачку сигарет. Он обернулся, видя перед собой Руби.

– Ты должна сейчас пользоваться возможностью тискать своего бэд-боя, пока я не пришел в себя и еще раз не надрал ему задницу, Кэпман. – Тони вытащил одну палочку и склонился над зажженной зажигалкой, прикуривая.

– Ой ли? Здесь нет прав учинять драки, пай-мальчик. Джо придет в бешенство.

– Будем считать, что я сильно обиделся. Это дает мне скидку и дополнительный купон на затрещину. Думаю, в теории может прокатить. Мне просто нужна небольшая фора.

Девушка рассмеялась.

– И что тебя так развеселило?

– Ваше ребячество.

Блондин покосился на нее.

– Он тебе рассказал?

– В теории? – Задумалась Руби, смотря на него открытым взглядом. – Некоторые действия не нуждаются в объяснении. По твоему лицу и так все ясно. Просто я не понимаю, почему ты тратишь свое время на то, чтоб набить кому-то морду вместо того, чтоб уделить время понравившейся девчонке. – Она пожала плечами.

Бэдэр подавился дымом, и пелена подступающих слез застлала ему глаза.

– Что ты несешь? – откашливаясь, хрипло прошипел он, потирая глаза свободной рукой. Девушка вскинула брови, не впечатленная его ответом. Она поднесла кисть к лицу, покусывая ноготок на большом пальце.

– Теперь это выглядит так, словно я на твоей стороне, – пробормотала Руби, но из-за громкой музыки блондин ничего не услышал.

– Что?

Она закатила глаза и отняла руку от лица, поворачиваясь к нему всем корпусом.

– Ты кретин!

– Ты сбрендила, Кэпман?

– Нет, я ушла, – откидывая волосы назад, усмехнулась она. Тони цокнул и потушил сигарету, подрываясь следом.

Казалось, теперь в пабе было просто не продохнуть. Парни и девушки танцевали, заполняя все свободное пространство вокруг столов. Их выкрики и хохот едва перебивали громкость музыки. Цветные огни хаотично плясали на лицах пьяной толпы. Тони протискивался вперед между потными телами, взглядом ища синюю копну волос, но Руби словно растворилась, и среди этой толпы он наткнулся на нее. Малышку Росс, живо щебечущую с каким-то парнем. Она наклонилась, находясь в возмутительной близости к нему, и что-то рассказывала, не переставая жестикулировать руками. Ее собеседник накрыл лицо ладонями, широкие плечи затряслись от смеха, и она подхватила его настроение, откидывая голову назад.

Хохотание Саманты он бы услышал, будь даже трижды глухим. Блондин отвлекся на телефон, вибрирующий в кармане, и, когда глаза его пробежались по сообщению Руби, он почувствовал, как яркая вспышка гнева утопает в принудительном безразличии от действия транквилизатора. Как же сложно…

«Теперь до тебя дошло, осел?»

Было физически больно противостоять этой мощи. Он двинулся вперед и тут же споткнулся – кто-то потянул его за футболку, стоя позади. Руки незнакомой девушки обняли его, касаясь груди. Сказать, что Бэдэр удивился – было преуменьшением. Он накрыл ее ладони своими и оторвал от себя, делая шаг вперед, но она вновь вцепилась в него, вынуждая обратить на себя внимание. Тони развернулся, с четким намерением пресечь на корню дешевые методы заигрывания какой-то девицы, но был застан врасплох.

– Что ты здесь делаешь, Дэниз?!

***

Том хлопал рукой по барной стойке, едва не выплевывая свой напиток в лицо Джо от смеха.

– Осторожней, приятель!

– Это чистая правда! – Сэм толкнула его в плечо двумя руками.

– Ты хочешь сказать, что это он разнес фонтан в садах Норы, где стоял монумент памяти ее отца, и Алекс оторвал ему голову?

– Эй, я этого не говорила!

– Ну да, фраза: «Он сделал кое-что на частной территории Совета, что бы ты оценил» – явно последнее, о чем я могу подумать. Вероятно, он просто нарвал страстоцветов и легкой походкой свалил в заходящее солнце.

Она прыснула со смеху, прикрывая рот ладонью.

– Это было отчаянием.

– Весьма оригинально, – согласился парень.

– Ну, ему было семнадцать, он влюбился и отказывался принимать решение о Распределении.

– О-о-о, – понимающе протянул Рэйд, кивая головой, а потом резко обернулся. – Подожди-ка, его подружка… Что? Серьезно? Шесть лет разницы? – Сэм улыбнулась, чувствуя смущение, прилившее к щекам. – Это поражает…

– Да, она стала Чистильщиком, и он решил выместить злость из-за их расставания. Его поступок тянул на что-то, посерьезнее Дисциплинарных Браслетов, понимаешь? Так что никакой он не святой.

– Да ладно тебе! – отмахнулся Том, потягивая свой коктейль. – И что они сделали? Заставили быть их садовником следующие триста лет?

Росс поманила его пальцем, и, когда Том наклонился, шатенка прильнула к нему, наклоняясь над самым ухом. Она заметила, как рука Рэйда вцепилась мертвой хваткой в бокал, он начал мелко дрожать, борясь с самим собой. Его просто распирало от веселья. Саманта захихикала и отпрянула, закидывая голову вверх, – их хохот нашел выход.

Глубокая синева его глаз встретилась с ней. Время от времени они сталкивались лбами, когда делились чем-то эдаким, перекрикивая громкую музыку. Теплая ладонь Тома в такие моменты находила ее оголенное колено, но он оставался сдержанным, не позволяя себе зайти дальше. Они хорошо проводили время.

Сэм пообещала себе позже поблагодарить Руби за ее совет отбросить сомнения и позволить себе вновь попытаться создать приятные воспоминания. Было рано говорить о возможных отношениях, она уже представляла реакцию Алекса и его лицо, перекошенное в недовольстве. Мышцы девушки напряглись, заставляя тело вытянуться вверх, точно по струне.

Его непереносимость на клеточном уровне нельзя было не принимать во внимание. Брат странно вел себя со вчерашнего дня. В точности, как еще один небезызвестный блондин. Казалось, они скрывают что-то, чего она не должна была знать. Сильно ли это беспокоило? Определенно – да.

– Ну, а ты? Какие у тебя мысли насчет грядущего распределения?

Росс склонила голову на бок и поджала губы, подтягивая к себе бокал. Сладковатая жидкость обожгла ей горло. О таком она не любила трепаться в будничной манере, словно все происходило так, как должно быть. Нет, это было совершенно не так.

– Двоякая ситуация, – призналась шатенка, скользя пальчиком по ободку стекла. – В обоих случаях придется что-то терять. Игнорирование проблемы, конечно, не говорит о ее решении, но мне так пока легче.

– Проблема же в нем, да? – понял Том. – В твоем брате.

Она сглотнула непрошенный ком.

– У него есть собственные причины для ненависти, – попыталась объяснить Саманта, стараясь не вдаваться в подробности. Они касались и ее жизни, а Том не был пока этой частью, чтоб так просто выкладывать все карты на стол. Стоило немного испытать этого парня, чтоб понимать, чего он стоит. – Я его понимаю отчасти.

Брюнет склонился над девушкой, позволив себе коснуться ее щеки. Она перевела на него взгляд серых глаз. Покалывание кожи отдавалось теплом в животе.

– Детка, я не заставляю говорить о том, что может поставить тебя в неудобное положение. Сменим тему? – Сэм коротко кивнула, чувствуя, как его большой палец чертит круги. Сейчас он был с ней слишком мил, и это не могло не подкупать.

Она прикрыла глаза, испытывая облегчение. Теперь уже ее рука касалась его колена, опираясь на него. Не хватало еще свалиться вниз, соскальзывая из-за тонкой материи.

– Если мы хотим показать этим дилетантам, как нужно правильно отдыхать, то мне понадобятся еще пара напитков для храбрости.

– Храбрости для чего? – промямлила Сэм, не совсем понимая, что он имеет в виду.

– Потанцевать с тобой, конечно.

Уголки ее губ потянулись вверх. Они разорвали контакт и сделали заказ у Джо на несколько фирменных коктейлей, чтоб поднять ставки. После первого круга Рэйд извинился, отлучившись на несколько минут. Вэндал вытянул его покурить, чтоб переговорить о чем-то своем.

Сэм разгладила края своего шелкового платья-миди и развернулась лицом к бару, играясь с тонкой соломинкой от безделья.

Звонкий удар дребезжащей монеты о твердую поверхность раздался слева от нее, привлекая к себе внимание. Она украдкой бросила взгляд на парня в темной одежде, который присел рядом, и отвела его обратно.

– Чего тебе, приятель? – Подошел к нему Джо.

Он заказал крепкий напиток, и запах чего-то легкого обдал Саманту, когда парень потянулся к диспенсеру с трубочками, располагающемуся около нее. Она помогла ему, пододвигая желаемое поближе.

– Я уже забыл, как здесь хорошо, – сказал он после того, как поблагодарил ее. Теперь она могла рассмотреть его воронье гнездо темных волос, широкий низкий лоб, бездонные темные глаза, прямой нос и полные губы, растянувшиеся в полуулыбке.

– Да, свобода от ясности освежает, – согласилась она, кивая на свою Душу, которая не прекращала искриться сменяющимися красками. Стоило отдать ему должное – он не опустил взгляд, пялясь на ее грудь. Вместо этого он постучал указательным пальцем по ножке ее бокала.

– Что-нибудь будешь? Я угощу тебя.

Сэм потянулась к новому коктейлю, стоящему неподалеку от выпивки Тома. Вряд ли Рэйд расстроится, узнав, почему она решила его присвоить себе. Девушка улыбнулась незнакомцу.

– Все в порядке, спасибо за предложение.

Росс развернулась и отклонилась назад, упираясь открытой спиной в стойку бара. Короткий вздох вырвался из ее груди.

Ей не хотелось расстраивать Рэйда своими разговорами с незнакомым парнем, но еще больше Саманту раздражало то, что от него пахло слишком знакомо. Взгляд метнулся к танцующей толпе. Она вспыхнула, заметив среди подрагивающих тел Надзирателя, и круто развернулась обратно, упираясь ладошками в дерево.

«Черт, что он снова здесь забыл?» – лихорадочно пронеслось в ее голове. Он стоял к ней спиной, и оставалось загадкой, в какой именно момент до него дойдет, что она тоже находится здесь. Ледяная ладонь коснулась кисти, и Саманта вздрогнула, едва не подпрыгнув на месте.

– С тобой точно все в порядке?

– Я делаю вид, что меня здесь нет, – быстро выпалила она, вжавшись головой в плечи. Боюнет мягко рассмеялся, с любопытством оборачиваясь назад, чтоб посмотреть, что ее так напугало, и Сэм шикнула, неосознанно хватая его за рукав, – Что ты делаешь? Он сейчас меня заметит!

– Ты прячешься от Надзирателя?

– Да, – сквозь зубы процедила Росс.

– Ты что… Маленькая воришка? – предположил он, склонив голову.

– Что? Нет! – воскликнула она. Он усмехнулся, чертята играли в его глазах.

– Чем-то ему насолила?

– Ага, своим существованием, – язвительно протянула шатенка.

– Ого! – Удивление пронеслось в его мягком голосе, когда он вновь обернулся, поглядывая через плечо на толпу. – Он идёт прямо сюда.

Она сглотнула.

– Блин, серьезно?

Осторожно обернувшись, она панически пробежала глазами по каждому лицу, но знакомая шевелюра словно испарилась, и Сэм возмущенно толкнула брюнета в бок:

– Черт, да ты разыграл меня! – завопила она, подпрыгивая со своего места. Ярость вперемешку с эйфорией от выпитого вскружила ей голову, будоража сознание. Его запах и тягучий смех выводили Саманту из себя.

– Прости-прости, я не смог удержаться, – оправдывался он, скрывая улыбку за бокалом.

– Да что ты…

– Руки прочь от чужих пташек, босс. – Смуглая рука опустилась на его плечо. Сэм подняла глаза на Паркса, удивленная его появлением, но что важнее всего…

– Босс? – шепотом спросила она.

– Чужих пташек? – одновременно с ней переспросил парень, хмурясь. Вэндал кивнул куда-то позади себя.

– Он сейчас вернется, – имея в виду Тома, пояснил мужчина. Он похлопал парня по плечу. – Давай, иначе Рейду придется искать не только прокладки, но и салфетки для слез. Я не хочу слышать ночью, как он громко рыдает, прикусывая край подушки. Будь душкой хотя бы сегодня, босс, у меня на редкость чуткий сон.

Брюнет промолчал, поднимая свою выпивку над уровнем лица Вэндала, и тот шумно выдохнул, закатывая глаза от безнадежности. Спорить с ним было бесполезно.

– Ладно, я тебя понял. Жду наверху.

Вэндал отсалютовал ей напоследок и удалился, оставив их в каком-то напряженном молчании. Мягкие черты стали резкими, придавая лицу незнакомца суровый вид. Теперь он выглядел раздраженным, и она не могла понять: случилось ли это из-за того, что Вэндал раскрыл его?

«Почему я не видела его раньше, раз он…»

Руки Тома опустились на талию Сэм, притягивая к себе, и тепло, исходившее от его груди, обжигало ей спину. Она отвлеклась от своих мыслей, полностью переключаясь на него.

– Детка? Ты успела заскучать? – Дыхание касалось затылка девушки. Она соскользнула с барного стула, принимая помощь Рэйда, и улыбнулась, радуясь тому, что Тони не заметил ее.

– Ты вовремя.

Его глаза горели неподдельным огнем, тонкие пальцы скользнули вниз от предплечья, переплетаясь с ее собственными, и он наклонился вперед, находясь в опасной близости к лицу Саманты.

– Так странно, – заметил он. – На улице был я, а руки холодные у тебя. Это требует срочного вмешательства, что скажешь?

Она усмехнулась, когда он потянул ее в толпу, напомнив, что задолжал самое важное обещание за этот вечер.

Они слились с людьми, вливаясь в общий ритм, и Том в очередной раз позволил себе коснуться ее тела. Он прижался к ней сзади, скользя руками по шелку платья, и девушка подняла свою ладонь, зарываясь в его густые волосы. Они покачивали бедрами в такт, смеясь над глупыми шутками, которые Рэйд шептал ей на ухо, и когда она украдкой поднимала свои глаза, то сталкивалась взглядом с тем, кто был ей абсолютно незнаком.

***

Видеть тело Дэниз приходилось нечасто.

Он до сих пор не мог привыкнуть к тому, что Совет решил впихнуть машину в тело, максимально сливающееся с толпой обычных Граждан. Спрашивать у нее, кому хватило ума обшить ее искусственной кожей, сохраняющей температуру любого живого человека, он не стал. Хватит с него и того, что они засунули в нее фальшивое стекло, выдавая его за Душу. Когда она появилась в пабе, повторяя, как умалишенная только два слова, ему показалось, что вчерашняя перезагрузка прошла скверно, и ее все еще потряхивало от неполадок системы. Пришлось вручную вытащить устройство, отвечающее за ее речь, поэтому теперь они молча передвигались по городу в поисках чего-то, известного только ей.

Они брели по заброшенному району, находящемуся на перестройке. Дэниз свернула в арку, ведущую в какой-то закрытый двор и остановилась. Тони огляделся по сторонам, чувствуя подвох. Вокруг никого не было – лишь обломки строительного мусора да несчастные окна, подглядывающие своими разбитыми глазами в ответ. Он обошел машину, вопросительно взглянув ей в лицо. Она даже не моргала.

– И зачем ты меня сюда привела?

Ее губы зашевелились, выпуская пустой воздух. Он вытащил из кармана речевой аппарат, возвращая его на место.

– Высший Приоритет. Высший Приоритет. Высший При-…, – голос смолк, когда он вновь выдернул устройство из ее горла.

– Я отнесу тебя обратно в Центр, Дэниз. Кто-нибудь сможет с этим разобраться, у меня нет на это времени.

– Этого не потребуется, Натаниэль, – донесся до него тонкий голос. – Она выполняла свою задачу.

Тони обернулся, по инерции опуская руку туда, где обычно лежало его оружие, но его там не оказалось, и парень напрягся опомнившись.

«Точно, я выложил его еще дома, черт.»

Золотые глаза, обрамленные белоснежными ресницами, глядели на него в ответ. Ее серебристые волосы струились по плечам, и ему пришла в голову мысль о том, что вблизи Советница выглядела еще более хрупкой.

Нора сидела на уцелевших ступенях, ведущих к разгромленному дому в нескольких метрах от него. И как он вообще мог не заметить ее? Она слишком явно выделялась на фоне всего этого черного пятна грязи, окружающего их со всех сторон.

– Ты можешь вернуть ей голос, команда Дэниз стала завершена, как только я оказалась в поле ее зрения.

Бэдэр не стал исполнять сказанное ею и вытянулся, внимательно наблюдая за Норой. Никогда еще Совет не был к нему так близок. В последний раз он имел честь перекинуться с ней парочкой фраз в тот день, когда сам являлся «Свежей Кровью». И вряд ли это можно было бы счесть разговором, состоящим из типичного объявления о присвоении его в тот круг, в котором он находился сейчас.

Все это казалось подозрительным и нереальным.

– Зачем я Вам понадобился, Советник? – не смея тянуть, перешел к делу Тони.

– Это хороший вопрос. – Она прикрыла глаза, с улыбкой кивая блондину. – Появились сведения о том, что Нарушитель, поисками которого вы занимались последние несколько лет, объявился.

– Объявился?

– О его местонахождении знает человек, прибывший в город на днях, и мне нужен кто-то, кто мог бы за ним проследить, а впоследствии – вывести на поимку.

«Ничего не понимаю. К чему она клонит, и зачем для этого понадобилось вытаскивать меня в такую помойку, как эта?»

– Сегодня обсуждалось расширение поисковых групп, – как бы невзначай напомнил парень. – Почему нельзя направить группу на поимку человека, связанного с Нарушителем?

– Потому что этот человек находится в группе Чистильщиков. Быть точнее – он является его Главой.

Он едва не поперхнулся кислородом – смятение ярким пятном вылезло на его лице.

«Что?!»

– Он не поддается допросу Совета, а также анализам нашего Центра, потому как нестабилен. – Нора раскачивала ногой в воздухе, скучающе следя за носком своей лаковой туфли.

– Как Вы тогда могли запихнуть его в группу, поощряя перемещения по городу на общих правах, если он так опасен, как Вы говорите? – вскинул бровь Бэдэр. Он скрестил руки на груди, анализируя ее. Сейчас это казалось каким-то помутнением рассудка. Его разыгрывали? Может, действие транквилизатора усугубилось под влиянием алкоголя и выкуренного косяка? Может, сама она – бред, выброшенный его сознанием на поверхность?

– Он выдвинул свои требования в обмен на информацию. – Тони уловил перемену в ее голосе, слыша вместо приятного мягкого ропота сталь выброшенных слов. – Приоритет в поимке остается острым, у нас не оставалось другого выхода, кроме как пойти на эти условия.

Тони не смог бы подавить смешок, даже если бы очень этого захотел.

– Вы всерьез сейчас мне заявляете, что какой-то человек шантажировал Вас – я повторюсь – Вас, чтобы иметь полный карт-бланш? Целый Совет?

– Да.

– Вы хоть понимаете, насколько это немыслимо и глупо сейчас звучит?

– Сейчас меня не особо интересует то, как это выглядит со стороны. – Она поднялась со своего места, медленно спускаясь к Тони. – Есть подозрения, что этот человек замешан в ликвидации Колли. Они оба находились на Окраинах, и он вышел на связь спустя сутки после смерти Флоренса, предоставив нам некоторые доказательства, касательно связи с Нарушителем. Они оказались неопровержимы.

– К чему это все? Зачем Вы мне это рассказываете?

– Мы пришли к единогласному решению отправить твою группу вместе с ним. Нам нужны сведения, отчеты о его перемещениях и контактах с посторонними лицами, потому что он явно водит нас за нос и что-то замышляет.

– Вы оборачиваете все так, словно не можете считать того, что у него на Душе. Бросьте, Советник, что с ним может быть не так? Вы сами сказали, что он с Окраин. Не нужно иметь особых навыков и знаний, чтобы понять что к чему. Его происхождение берет начало от преступности. С такими показателями Душа наверняка изъедена чернотой.

Он покрутил в руках голосовое устройство, насмехаясь над самим собой. Серьезно, что он делает? Почему просто не воспользовался Перемещением, чтобы отправить Дэниз в Центр, и не попытался выяснить, какого черта Сэм вела себя так беспечно и глупо? Она выглядела такой живой рядом с тем парнем…

Все это имело для него смысл, пока Нора не распахнула уста:

– Это и есть «некоторые доказательства», о которых я говорила ранее. Его Душа. Она в слиянии. – Пальцы расслабились, выпуская передатчик Дэниз из рук в грязь. Девушка встала напротив Тони, заглядывая прямиком в его глаза, и по спине у него пробежал гадкий холодок. – Поэтому истинная природа его эмоций, намерений и пороков не поддается анализу. Мы не знаем, чем руководствуется этот человек.

– Слияние… Возможно?.. – вымолвил он, не веря своим ушам. Взгляд Норы ожесточился, и легкая морщинка легла меж ее светлых бровей.

– Оно аморально, – она выплюнула эти слова, морщась от самой мысли. – Поглощать волю другого человека, живя в его теле, подобно паразиту, – это действия против самой природы всего сущего. Отнимать чужую жизнь ради продления своей собственной… Душа образует червоточину, и это приводит к конфликту внутри самого тела. Такой человек не может руководствоваться умом – он безумен.

– Но почему Вы пришли с этим именно ко мне? Я верен воле Совета – это так. Но есть и другие.

– Ты можешь быть заинтересован в этом многим больше других, – заверила его Нора.

– Советник, – настаивал на своем блондин.

Девушка нагнулась и схватила голосовой аппарат Дэниз, не боясь испачкаться.

– Ни для кого не секрет, что итоговые результаты распределения «Свежей Крови» зависят от нашего решения.

Мысли выстроились в его голове, но он не мог ухватиться за логическую нить. Она поняла это без вопроса, продолжая свою речь, пока ее пальцы умело смахнули грязь с устройства.

– При тестировании Саманты вышло девяносто пять процентов к ста в пользу группы Чи…

– Я понял, – скрипя зубами, оборвал ее Тони, не желая слышать окончания предложения. – Хорошо, тогда я задам вопрос иначе. Почему не Алекс?

Нора повернула голову к машине и проследовала к ней, медленно сокращая расстояние между ними. Она нажала двумя пальцами на кожу в области горла и потянула на себя. Небольшое отверстие пустовало, и девушка аккуратно вставила недостающую деталь на место. Дэниз опустила голову.

– Нора.

– Дэниз, покажи.

Глазницы машины заморгали, и яркий свет вылился наружу, создавая перед ними голограмму. Это было фото, снятое с камеры, и он хорошо знал место, откуда оно сделано.

Потому что сам находился там бесчисленное количество раз.

И потому что сам присутствовал в этом кадре.

В ушах встал звон монеты, и громкое сердце, врезающееся в ребра, причиняло боль. Пальцы, что ловко перекатывали плоский, круглый кусок золотистого металла и темные глаза – такие же, как сегодня вечером, смотрели прямо в цель, пока позади него стоял Тони, вытянув пистолет, приставленный к голове.

Тот парень в пабе.

Это был он.

Он забрался в дом Алекса в ту ночь.

«Сукин сын».

– Личностные отношения всегда становятся преградой к выполнению поставленной задачи. Ты прав, мы могли поручить это Алексу, если бы этот человек не приходился ему кем-то близким. Ты понимаешь?

Его лицо было ему совершенно незнакомо.

– Нет, не вижу связи, – упрямился Тони. – Я никогда раньше не видел его рядом с ним. Кто он?

– Диего Мармонт. – Она махнула рукой, и досье покойного Надзирателя развернулось перед ним. Покойного. Потому что пометка «Устранен» жирным красным пятном привлекала к себе внимание против воли. – Вернее то, что он сейчас из себя представляет.

– Это невозможно. – Покачал головой Бэдэр, не видя связи. – Он погиб пять лет назад. Они совершенно не похожи, здесь могла произойти какая-то оши-…

«Чья еще личность, помимо наших, идентифицирована в твоей базе?» – его собственный голос разразился, как гром среди ясного неба, лишая дара речи.

«Даже след не остался!»

Алкоголь полностью выветрился, сталкивая его с жестокой реальностью. И Нора была неумолима.

– При отчете о произошедшем, полученном пять лет назад, мы не учли вероятность нахождения нашего Нарушителя на той территории, потому что в то время она еще не относилась к Окраинам. – Перед блондином мелькнула карта, старый завод и Надзиратели, ответственные за проведенную операцию пять лет назад, среди которых был его брат Майк. – Вероятно, в ту ночь он смог его спасти до того, как пожар уничтожил все подчистую. Причин для недоверия гораздо больше, чем причин слепо следовать его направлению, иначе он объявил бы о себе гораздо раньше. Ты понимаешь это?

– И что я… – Ему не хватало слов, чтоб описать происходящее безумство. – Что получу взамен, если займу место Алекса?

– Мы выдвигаем предложение в обмен на безопасность девушки и последующее определение в ту группу, которую сочтешь приемлемой именно ты. Если предпочтешь оставить ее Гражданской – так тому и быть. – Он вздрогнул, не ожидая подобного поворота, и взглянул ей в лицо. Нора выглядела собранной, безмятежной и непоколебимой. – Любое решение, Натаниэль. Мы примем его без возражений.

Счастливая улыбка Алекса, запечатленная на снимке, резала его на две половины. Это было общее фото, где собралась вся группа, празднуя какое-то событие. Его рука обнимала парня, стоящего рядом с одной стороны, и его брата – с другой. Тони не знал, какой была жизнь Росса до их встречи – лишь вскользь слышал что-то размытое, но, смотря на это, мог прийти к выводу, что они относились друг к другу достаточно тепло.

– А он? – безжизненным тоном спросил блондин, указывая на Диего в его истинном обличии. – Что будет с ним? Его устранят?

– Как только Исаак будет доставлен в Центр, территория Окраин будет подвержена полной ликвидации вместе с Мармонтом. Он уже принимал неверное решение, стоившее ему жизни. Полагаю, задуманное им ничем не отличается.

Дыхание парня оборвалось при виде следующего снимка. Он сжал кулаки, пожирая глазами увиденное, чтоб не упустить ни малейшей детали. Нора подняла ладонь, смахивая материал, и экран растворился в воздухе, оставляя Тони ни с чем. Он уставился на свои берцы, давно погрязшие в слякоти, хмурясь от открывшейся правды.

Сестра Алекса состояла в связи с его другом.

Это было слишком.

– Натаниэль?

– Я понял. Я согласен.

***

Какой же ты жалкий.

– Заткнись! – Шлепки от удара обуви об воду разносились по глухой улице, вдоль которой он шел, медленно возвращаясь к своему временному убежищу.

Забавно. Зная, какую работу выполняли Чистильщики, ему хотелось рассмеяться в лица тем, кто расположил всю их группу в отеле, находящемся чуть ли не на отшибе. Словно они – сама проказа на этой земле. Внутри обшарпанные номера, горы мусора на лестничных пролетах и сомнительные соседи, потрахивающие своих любовниц за картонными стенами.

Ладно. Ему не привыкать – Исаак и не такое мог учудить, предоставляя для ночлега сырую землю, а взамен подушки – горстку булыжников. Но это были они. Вряд ли группе приходилось сталкиваться с подобным под руководством Флоренса. Хотя…

«В жопу Флоренса».

Обжигающий жар прилил к Душе, и Мармонт зашипел, обхватывая шею двумя руками. Под пальцами пульсировало. Брюнет ступил в глубокую лужу, вода доходила до щиколоток, проскальзывая сквозь тугую перевязь шнурков внутрь. Диего ускорился, пересекая неровности дороги, и завернул меж бедных высоток.

Ему хотелось сейчас же сорвать с себя одежду и шагнуть в ледяной душ, остужая невыносимую боль, пронзившую все его тело. Он остановился, упираясь руками в стену, и опустил голову, ощущая себя здесь лишним. Груз тянул его тело вниз, нажимая что есть силы на широкие плечи.

Ты все такой же мальчишка. Никчемный трус. Мразь.

– Закрой пасть, Аарон, – прорычал Мармонт. – Я не расположен для светских бесед.

Грязныйгрязныйгрязный.

Он хватал ртом воздух, пытаясь заглушить голос в своей голове, и медленно выдыхал. Кулак врезался в стену, и физическая боль отдалась в теле сладкой истомой, притупляя совершенно иную. Это продолжалось до тех пор, пока с костяшек не начала капать кровь. Он впился зубами в нижнюю губу. Переводить дыхание становилось легче.

Диего оттолкнулся назад и зачесал влажные волосы, смахивая с них капли моросящего дождя, опустившегося на город.

Его пальцы помнили шелк ее волос. Помнили холод ее руки и освежающий запах чего-то сладкого, находящегося на дне ее бокала.

Как же она была нежна в этом тонком куске ткани. Ее оголенный позвоночник кричал, что по нему необходимо скользнуть. Взгляд серых глаз и мягкая, робкая улыбка, от которой пересыхало в горле, черт…

Его рвало на части от желания провести по ее бедру рукой, поднимаясь выше. И выше. А после…

Диего остановился, поворачивая голову в бок.

«Видимо, не только я бываю нетерпеливым», – усмехнулся он, слыша тихий шаг позади себя.

– Каково это – быть сейчас тобой? Тебе страшно, или ты зол? – громко спросил Мармонт, оборачиваясь назад. – Алекс?

Глава 4

5 лет назад

Холод наступающей смерти сравним с ледниками. Провалиться в пучины ледяной бездны – достаточно мягкое сравнение для того, чтобы кто-то имел хотя бы отдаленное представление о его погибели. Слишком мелкое, но какое уж есть.

Первым ощущением, пронзившим его тело, после того, как дух испустил себя, стала легкость. Он словно выдохнул всю тяжесть, свалившуюся на него, и теперь мог сделать, последующий за этим делом, логический вдох, но не смог. Холод объял его со всех сторон, и он бы трепыхнулся, будь в его теле достаточно силы. Ни писка, ни шевеления пальцев – ничего. Только всепоглощающая острая боль, вонзившаяся в плоть ледяными иглами равнодушия.

– …рон… И ты уверена в этом?

– Нет, но у нас нет времени! Они сейчас вс…

Ропот чьих-то перешептываний отвлекал. Он вслушивался в посторонние голоса, хватаясь за них, точно за спасительную соломинку, и медленно, как тонкую нить, тянул к себе, пытаясь не забыться.

Честно говоря, выходило достаточно скверно. Или даже бесполезно.

Неожиданно веко приподняли – в глаз ударил резкий холодный свет, но он не дрогнул, стараясь увернуться, и взгляд лениво упирался в ответ.

–…час или выбрось эту идею. Ис…!

Волны прохлады, омывающие его тело, сменились чем-то знакомым и мягким, пока тепло не пронзило основание темечка.

Хватит спать, придурок!

Он сделал долгожданный вдох, испуская наружу стон, полный отчаяния и боли. Дрожь опустилась до кончиков пальцев, и он разлепил тяжелые веки самостоятельно, видя перед собой серую дымку. В воздухе витал запах гари.

Поднимайся сейчас же!

Когда туман рассеялся, он уставился на светодиодную операционную лампу.

Где он вообще?

Последнее, что он помнил…

Помнил…

Разве у него есть воспоминания?

Женский смех застрял в ушах, и серые глаза ярким кадром всплыли в его памяти. Он зажмурился, и картинка сменилась – собственные руки потряхивало, а на футболке расползалось темное пятно крови, ноги подкосились, он завалился на бок, видя перед собой две пары черных берцев. Странно…

«Почему в голове такая каша?»

Рот резко стянуло от жажды, и парень медленно поднял дрожащую руку, вяло утыкаясь в сухие потрескавшиеся губы пальцами. Свет загородила тень чьей-то головы, и перед ним возникло взволнованное лицо. Расплывчатые синие глаза и рука, опустившаяся на его лоб. Он дернулся в сторону, но этот рывок стоил ему всех сил, и парень, точно тряпичная кукла, размяк на твердом столе.

– Тише, успокойся, тебе никто не причинит вреда, – тут же выдал незнакомец, удерживая его на месте за плечо. – Тебе плохо? Чувствуешь жажду?

Его голос скрежетал, отдавая невыносимыми импульсами, бьющими по барабанным перепонкам.

Он поморщился, тихо выдыхая:

– Не шуми…

– Речь не пострадала – это хорошо, – игнорируя его просьбу, продолжил парень. – Твои повреждения были фатальными, мы едва успели. Возможно, ты испытываешь тошноту, но это скоро пройдет. Ты можешь сказать, кто ты?

– Мое имя…

Тебе не нужно имя. Забудь его. Не вспоминай.

Незнакомец поднял верхнее веко, внимательно осматривая его, после чего отошел немного в сторону и протянул руку, загибая все пальцы, кроме указательного.

– Сколько?

– Один…

– А так? – Он показал три пальца.

– Три…

– Хорошо, а теперь следи за моим пальцем. – Он вновь оставил только указательный, и глаза лениво провожали след, по которому следовала рука его странного мучителя. – Помнишь, что с тобой произошло?

– Имя… Не помню… Шумно…

Важно только Мое имя. Ты – никто.

– Да, как тебя зовут?

– Мое имя…

– Можешь не спешить, все в порядке, – он попытался приободрить его, но отчего-то лицо этого человека вызывало внутри странное и противоречивое чувство. Он медленно повел головой, когда тошнота подступила во второй раз.

– Кажется… Не знаю… Дани… – Он прикусил язык и поморщился.

«Нет, это что-то другое…».

– Дэсм-… Нет…

Замолчи. Ты – ничтожество.

– Дэсмонд? – догадался парень. – Тебя зовут Дэсмонд?

– Не то… Нет… Д-… Дие-… Диего…, – он попробовал это имя на языке – оно казалось правильным. Полным. Имеющим вес. – Кажется, меня зовут Диего.

– Ты не уверен? Диего? Посмотри на меня внимательно. Кто я, можешь сказать?

Он склонился, заслоняя собой яркий свет лампы, и Диего, силясь над собой, поднял тяжелые веки самостоятельно. Он ощущал злость от того, что ему докучали чередой нелепых вопросов.

Зачем?

Зачем он мучает его, если видит, в каком состоянии лежит тело перед ним?

Мышцы ныли, и каждая клетка в организме отдавала такой болью, как будто ее пропустили через пресс-машину. Ему хотелось не смотреть в эти глаза, нет. Ему хотелось их выколоть, чтоб синие кляксы его радужек окрасились в багровый.

Нравится так думать? Я заставлю тебя купаться в ненависти и злости. Исчезни, пока не поздно.

Странно, но почему-то имя этого парня пришло ему в голову многим быстрее его собственного, словно кто-то нашептывал на ухо. Мармонт прочистил горло и на выдохе выбросил короткое:

– Исаак.

– Да, все правильно.

«Почему оно мне так знакомо?»

Не вспоминай. Не цепляйся за прошлое. Стань прошлым.

Он зажмурился от резкой боли, возникшей в голове ярким пятном. Уши заложило, оставляя его один на один с противным писком.

Что это?

– Исаак…

– Диего! Диего, успокойся, тебе нельзя конфликтовать с телом – это сведет тебя с ума, – хватая его за голову, громко отдал команду Исаак, но Мармонт его уже не слышал.

– Исаак… Исаак, – в бреду повторял он заезженной пластинкой. Серая пелена застелила ему глаза – Диего ослеп в своем беспамятстве, и отдаленная картина всего, что происходило когда-то с ним, закрасила недостающие участки выпавших воспоминаний.

«– Он прикрыл собой наркоторговца, когда я спустил курок, Майк!

– Почему он так поступил? Согласно Кодексу…

– У нас нет времени, чтоб я распинался!»

– Исаак…

«– Кровь не останавливается!

– Отойди от него, Алекс.

– Блядь, пожалуйста, Майк!

– Росс, я сейчас с тобой не как друг разговариваю.

– Б-Бэдэр…

– Нет, Алекс, это даже не обсуждается.

– Он мой лучший друг…»

Мармонт распахнул глаза, широко раскрыв рот – память сжалась в маленький клубок и неожиданно взорвалась, ошметками разлетаясь во все стороны. Тело выгнулось дугой, будто в позвоночник врезались металлические пластины, и он заорал от боли нечеловеческим голосом. Острая игла появилась в поле зрения Мармонта. Рык вырвался из его груди:

– Н-не… Эт-то ты… Теб-б-бя ищ-щет наш-… -а… г-группа… Не трог-гай меня…

– Не могу, тебя необходимо стабилизировать, чтоб тело поддалось Слиянию. Диего, это опасно, ты можешь п… Диего!

Диего выкрутил кисть, сбрасывая цепкие пальцы Исаака, и сжал челюсти, заставляя тело перевернуться. Он с грохотом упал на пол, тележка, рядом с ним откатилась в сторону, и парень взвыл, отдирая свое лицо от холодного кафеля. В отражении на него глядел совершенно незнакомый парень. Мармонт сглотнул, и его растерянность отпечаталась таким же испугом в чужих глазах. Пальцы нашли порез на щеке, пощипывающий кожу, – отражение ответило аналогичным действием.

– Чт-… Кто я?.. Что т-ты с-с-со мной сдел-лал? – дрожащим голосом спросил он Исаака. Игла вошла под кожу, и скользкий холод обуял Диего, подталкивая парня к безвольности. Мышцы медленно расслаблялись, шея не могла удерживать голову долгое время, и он шмякнулся лицом в пол, беззвучно шевеля губами.

Это мое тело. Исчезни. Исчезни. Исчезни.

– Спас тебе жизнь, как смог.

Глаза закатились назад. И в этот раз он подумал, что пропал навсегда.

***

Настоящее время

Мелкий моросящий дождь достаточно быстро воспрял, обращаясь в полноценный ливень. Его темная копна волос теперь лезла в глаза, но даже так – бездонные ямы глядели в ответ, не проигрывая в их глупом состязании.

Он не знал его. Не знал этого парня, но был в курсе того, что именно этот ублюдок побывал в их доме накануне, да и к тому же посмел воспользоваться чем-то, что Алекс считал достаточно личным – памятью об ушедшем друге.

– Кто ты? – громко спросил Росс, направляясь в его сторону. – И как у тебя получилось проникнуть в мою квартиру? Что тебе нужно?

Звонкое прицокивание отбивало искры. Незнакомец покачал головой. Словно потешался над ним всем своим видом, натягивая маску напускной грусти.

– Да ладно тебе, я даже приветственную открытку отправил. Неужели ты ее не получил? – последовал ответ. Алекс собрал ладонь правой руки в кулак, и Душа его отозвалась – предупреждающее свечение пока еще мягкого персикового оттенка поблескивало, оповещая его о том, что стоит сбавить обороты, если он не желает учинить драку здесь и сейчас.

– Приветственную? – издал Росс смешок. – Ты находишь это забавным? Отвечай сейчас же на поставленный вопрос!

Его оппонент сделал несколько ленивых шагов вперед.

«Черт, где же он ее прячет? Я ни черта не могу понять, о чем он думает», – глаза лихорадочно метались по телу парня, выискивая Душу, но все, что попадалось в поле зрения, оставалось чистым. – «Под одеждами? Или сзади?»

– Не кипятись, ладно? – он поднял перед собой ладони, ухмыляясь. – Или ты предпочел бы цветы?

Злость бурлила, поглощая клетки крови, и ударила потоком в голову, сжигая все самообладание, оставшееся на задворках. Ноги не слушались – они сами сорвались на бег, сокращая оставшееся расстояние до нуля, и Алекс схватил не сопротивляющегося незнакомца за шею, вколачивая его тело в стену. Ладонь опалило невыносимым жаром, исходящим от парня, и Росс отдернул руку, тут же оглядываясь на нее – не остался ли ожог. Он неверяще обернулся назад, встречаясь с глазами брюнета – тот посмеивался, стоя на своем месте, и это завело сильнее, вынуждая ударить кулаком в считанных сантиметрах от головы парня. Кирпич под его костяшками покрошился, мелкой трухой осыпаясь вниз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.