Андрей Оршуляк
Советское детство, гитара и школьная пора

Пролог.

Мне уже за шестьдесят. Не пенсионер, не работяга, а так, коняка, с которого рано ещё сдирать подковы, живущего так сказать на вольных хлебах. Сочиняю и пою свои песни и песни других авторов. Мотаюсь по фестивалям, пою в дружеских компаниях. Иногда даю сольные концерты в залах и на квартирах. В перерывах между боями делаю акустические гитары, которые звучат от Владика до Питера. Ремонтирую авто. Я по образованию инженер, получивший в СССР отменнейшее образование по специальности: инженер механик по эксплуатации летательных аппаратов. Подполковник запаса.

Поймал себя на мысли о том, что мое пение нравится слушателям. Никогда не позиционировал себя супер-пупер вокалистом и гитарным виртуозом. Эдакий пропойца стихов под гитару, не испорченный академическими школами вокала и инструмента. Эдакий хулиган с гитарой, поющий в стиле "АЛЯ ОРШУЛЯК".

В двадцатом году до пандемии получил приглашение на программу Элеоноры Филиной. Дворовые песни. Познакомился с ней на всероссийском фестивале «Любим тебя Россия», где я исполнил свои песни патриотической направленности. На этом фестивале моя песня «Высотка» завоевала ГРАН-ПРИ.

И вот фрегат под управлением меня должен был зайти в музыкальную гавань Элеоноры, где я бы доставал из трюма песни тех времён, рассказы и байки о том, как жила в те далёкие 70-е дворовая песня. Но наступила пандемия и всё оборвалось. Замерла вся музыкальная жизнь. Концерты приказали долго жить. Ограничения по передвижениям. Эдакая тюрьма. Но я извлек из этого периода определённую пользу. Появилось много свободного времени. Никуда не нужно было бежать. Преодолевая все сомнения и действуя по пословице: Делаешь не сомневайся, я приступил к написанию Зонг оперы «Мастер и Маргарита», любимого для меня произведения Михаила Булгакова. Либретто было написано за неделю. И ещё сорок дней я писал у себя в студии музыку. Благо никто не мешал. Работа кипела сутками, прерываясь только на перекуры. Тут же записывал или просто под гитару, или под лёгкие аранжировки на пятикопеечном китайском синтезаторе. Получился музыкальный опус на 1час 58 минут. Пандемия качала свои права, а мы понимали, что по-другому не получится. Музыкальная жизнь встала на паузу. Появились ещё факторы, повлиявшие на нажатие клавиши пуск.

Часть 1

Лето 2023 года.

Сидя на балконе частного отеля у Черного моря, погружаюсь в приятные сердцу воспоминания моего детства и школьной юности. Попыхивая сигаретой, смотрю на природу кавказского хребта. По небу плывут поросые тучи. Видимо снова собирается дождь и гроза. Ударит в фанфары гром и умоет мою память.

Хотите верьте хотите нет, а дело было так.

Своему рождению я обязан острову Сахалин и конечно же моим родителям, непосредственным и главным участникам события. После окончания институтов они отправились за романтикой. Подальше от материкового застоя. В страну гигантских папоротников и лопухов. Сначала жили в двухэтажном деревянном бараке на краю города, а уж потом получили двушку в новом микрорайоне ЧЕРЕМУШКИ.

Из воспоминаний того периода помню поездку с отцом на лесозаготовки на МАЗ 200. Такой грузовик с деревянной кабиной и никелированным быком на капоте. Отец работал преподавателем лесотехникума. Вотчина куда мы направлялись находилась на севере острова. МАЗ ехать не хотел. Дох на затяжных подъемах и это при такой то мощи в двести лошадок. Постоянно останавливались. Отец что-то делал под капотом. И вот после очередного лазания к чреву мотора, МАЗ вдруг проснулся и так попёр, что мама не горюй. Оказалось, что топливный фильтр был напрочь забит. На лесозаготовках работали ЗэКа и проходили практику студенты. Слышался шум бензопил «Дружба». Вечером освещение работало от дизельной электростанции и свет выключали ровно в 21 час. Предоставленный сам себе, бродил в окрестностях среди сочной сахалинской растительности, вдоль небольшой речушки. Это всё мне напоминало царство Берендея.

Помню поездки с отцом на мотоцикле «ИЖ – 49». Иметь такой мотоцикл было на Сахалине скорее необходимостью, чем модой. Многие друзья отца имели такие же. Ездил с отцом и на рыбалку, и на охоту. Я даже стрелял по тетереву из советского ружья «ИЖ- 56». Такое интересное сочетание обвеатур: ИЖ 49, ИЖ 56. Помню, как гуляя весной у дома соскочил в канаву, заполненную водой. Благо проходящий мужик, схватив меня за ворот пальто и выдернул на сушу. Видимо всевышний готовил меня для чего-то важного в моей жизни и приставил ко мне ангела хранителя, крепко вцепившегося в моё плечо. Много было в жизни душещипательных моментов, но БОГ миловал.

В возрасте семи лет родители отдали меня в Южно-Сахалинскую музыкалку. Успешно пройдя соответствующие задания – типа: спеть нужные ноты или повторить, настуканный ритм пальцами, я успешно был зачислен в первый класс. Родители купили мне черное пианино с загадочным названием «КАЛУГА АККОРД», на котором я должен был постигать азы музыки.

Учиться и постигать азы нотного стана особого желания не было. Время учить этюды и вникать в суть нот было весьма ограниченным. Какое пианино, если во дворе пацаны гоняют на великах, играют в «ПЕКАРЯ» – такая игра, где с разных расстояний нужно сбить консервную банку деревянной палкой и повысить свой статус от рядового до генерала, тем самым уменьшая расстояние броска до банки, Ещё в сопки сбегать поиграть в казаков разбойников. Поэтому всё то, что мне преподавал учитель на уроке, я пытался запомнить и произвести на слух. Преподаватель долго не мог понять почему я гляжу в книгу, а вижу фигу. Родителям мной заниматься было некогда, да и сам я не хотел насиловать организм многочасовыми тренировками ударов пальцев по клавишам рояля. Так с минимумом знаний в области нотной гармонии, сольфеджио и истории русской классической музыки моё музыкальное образование накрылось медным тазом, если не считать уроков пения в общеобразовательной школе.

Но именно в этот промежуток времени проявились мои первые задатки в области сочинительства. После трагического полёта в космос и гибели космонавта Комарова я пришел на урок музыке и выдал учительнице музыки свой первый песенный опус, посвященный космонавту герою. Сев за пианино, я спел преподавателю на мелодию похоронного марша свою первую песню с не замысловатыми словами: Вечная память. Герою космонавту. Вечная память герою Комарову…

Спасибо моим родителям, что отнеслись к получению моего муз образования по – философски: Ну не дал бог. Станет простым советским инженером, а не музыкантом. Наступил период, когда я вообще потерял связь с музыкой, хотя до сих пор помню, песни звучавшие по радио в 60-е в исполнении Магомаева, Макарова, Мондрус, Хиля, и Миансаровой, на концерте которой даже довелось побывать. Концерт проходил на летней эстраде ВДНХ в Москве. Потянулись годы обычного ребячества, присущего всей эСэСэСэРовской детворе.

В 1968 году я был отправлен с острова на материк и попал в крепкие руки моей бабушки по отцовской линии Ефросиньи Даниловны на перевоспитание. Дела мои школьные шли на острове в разнос. Пропуски уроков. Невыученные задания и как следствие двойки. Родители были в трудах праведных. Уходили, когда мы ещё спали и приходили, когда мы уже спали. Такой ритм жизни ни к чему не обязывал, контроля не было вообще никакого, полное предоставление себя самому себе, и это в таком то возрасте. Я был частью дворовой толпы, которая летом уходила в сопки в лес на лыжную базу «Горный воздух», гоняла на великах, по только что построенному микрорайону «Черёмушки», где родители получили квартиру. Зимой играли в хоккей на коньках в дворовых коробках, которые заливали взрослые мужики, пригоняя пожарную машину с водой. Катались на лыжах и санках, рыли огромные пещеры в снегу, который заваливал город по второй этаж во время океанских циклонов. Летом ходили на озеро в городской парк, находившийся по соседству через дорогу. В общем дворовая шпана жила своей нормальной пацанячьей жизнью, которая преподавала свои уроки, отличные от правильного воспитания. Первую рюмку портвейна я потянул во втором классе. Тогда же была выкурена и первая сигарета без фильтра «СОЛНЦЕ». В это же время состоялся мой первый «гоп стоп» – кража бутылок пива из автомашины, вставшей под разгрузку у универмага. Такое состояние дел явно не устраивало моих родителей, и они явно засуетились с переездом в Армавир к своим родителям. Их пребывание на острове Сахалин и романтика, за которой они уехали с материка после окончания институтов, заканчивалась. Меня отправили в ссылку на материк. Одного одинёшенького.

Так я попал к бабушке и дедушке и целый год провёл в ожидании приезда папы, мамы и сестры…

Часть 2.

Придя на школьную линейку по случаю начала учебного года в четвёртом классе, я с удивлением обнаружил, что все ребята и девчонки моего будущего класса уже пионеры (для учеников далёкого острова это звание было наградой на усердие в учёбе при примерном поведении, к категории которых я по понятным причинам не относился) . Посчитав себя не лысым, тут же пошел в киоск «СОЮЗПЕЧАТЬ» и купил пионерский галстук за 10 копеек. Таким образом в новом классе, в котором мне предстояло учиться долгие годы, на одного пионера стало больше.

Бабушка за год слепила из меня примерного мальчика – твёрдого хорошиста. Мой организм противился всеми фибрами детской души насилию просвещением. Я убегал из дома и, если меня закрывали на ключ, вылазил в форточку и тикал к пацанам. Бабуля моя не сдавалась. Она была Советским гвоздём. Отступать не собиралась.

Дед Иосиф Иосифович привил мне привычку постоянно что-то мастерить. Он был отличным столяром и имел по тем временам приличную мастерскую с набором всех необходимых инструментов. Сразу по приезду меня с Сахалина дед сделал мне самокат из дерева. Даже колеса были выпилены из бука лучковой пилой. Я носился по проездной щебенке и грохотом извещал округу, что едет не иначе, как сам – Андрюха Оршуляк. За процессом изготовления самоката наблюдал лично и дед постоянно рассказывал и показывал мне как нужно использовать инструмент, какие свойства у дерева и как с ним правильно работать.

Часть 3.

Через год переехали насовсем в Армавир мои родители. Перед ними предстал Пай мальчик. Лысый. Пацаны дворовые на лето все стриглись под гребёнку. Возражения не принимались. Когда я только что приехал на материк, то сразу решил качнуть свои права во дворе: Типа такой крутой приехал с острова. Сразу получил по морде. И морда встала в один ряд со всеми без шума и пыли.

В постоянном пилении, точении, сверлении и вырезании проходило моё детство. Делались поделки, выпиливались пистолеты и автоматы, в общем забивались гвозди в мои будущие профессиональные качества самоделкина.

Мы жили в районе Армавирского мясокомбината, о существовании которого напоминал запах навоза и скотины, при изменении ветра. Этот ветер окучивал частный сектор, где мы собственно и проживали. Ученики жили, окружая среднюю школу № 3, и учились в ней, собирали металлолом и макулатуру.

Имея постоянное желание узнавать что-то новое и чувствуя в себе непоседу, я стал постоянным членом, в хорошем смысле этого слова, разных кружков городского Дворца пионеров. За несколько месяцев я успел отметиться и в кружке по фото, и в археологическом, и в шахматном. Однажды на подходе к дому пионеров на очередное занятие услышал рёв мотоциклетного мотора. Во дворе на машинах гоняли ребята из картинг секции. Вот тут я и понял, что это моё. Делать своими руками, а потом ещё и летать по асфальтированным дорожкам. Это было для меня апофеозом.

Сначала было тягомотно. Учили правила дорожного движения, учили мат часть. Иногда привлекались к слесарным работам по обточке металлических деталей для постройки картинга. Иногда новичкам давали посидеть за рулём и погазовать на машине, стоящей на деревянном ящике. Ящик не давал сцепления с грунтом и они просто крутились при включении скорости и давлении ногой на педаль газа. Так обкатывали моторы после переборки. Прошел год и я стал полноправным участником сообщества домапионеровских картингистов.

Высшим достижением в этой области познания для меня стало участие на первых всесоюзных соревнованиях на приз «Пионерской правды» в 1971 году. О соревнованиях я не знал. Два летних лагерных потока был на море с мамой в пионерском лагере, где она работала детским врачом. И вот, придя по приезду домой из лагеря во Дворец пионеров, попал на отбор участников секции для выезда в город Курск, где должны были проходить соревнования, куда со всего Советского Союза приедут команды побороться за звание лучшей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.