Карамельный и лавандовый раф
Владимир Логинов

Иллюстрации Нейросеть ChatGPT

© Владимир Логинов, 2024

ISBN 978-5-0064-4112-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Плейлист

– Soltwine – Ставь чайник

– Просто Лера – Хрущевка

– Земфира – Аривидерчи

– Земфира – П.М.М.Л

– Нервы —Нервы

– Три дня дождя и MONA – Прощание

– Zhanulka – лазить по стенам

– Рок-острова – Ничего не говори

– Ансамбль Весёлые ребята – В последний раз

– Rio Romeo – Nothing’s New

Тима

Зайдя в свою до жути промозглую кухню, я сразу проверил батареи.

– Ничего удивительного, – пробурчал я себе под нос.

Уже середина ноября, но отопления в наше дом все еще не дали. Я жил в небольшой квартире старого дома на окраине города. Бюджет моей семьи был чуть выше прожиточного минимума. Я постоянно чувствовал на себе тяжесть финансовых проблем. Еда всегда была скромной и недостаточной, но я был привычен к этому и не жаловался. Я знал, что его родители делают все, чтобы обеспечить меня и моего младшего брата, но нам трудно справиться с постоянными трудностями.

Я принялся заваривать себе самый дешевый кофе. Открыв шкафчик, я не обнаружил там сахар.

«Видимо придется пить так» – подумал я про себя.

Заварив свой горький несладкий кофе, поежившись, я уселся напротив окна. Вид так себе. Я понимал, что сегодняшний день ничем не будет отличаться от вчерашнего и от того дня, который был три года назад. Но в чем- то он все же ошибался.

Прохладное утро окутывало улицы, словно легкий туман. Деревья, обсыпанные золотом и багрянцем, величаво сбрасывали листья, и город, погружённый в сонное утро, постепенно оживал от звуков машин и голосов людей, которые торопятся на свою работу.

Я сделал последний глоток утреннего кофе, терпкого и горького, как сама жизнь, и нехотя поднялся, чтобы собираться в школу. Сегодня был тот день, когда я снова должен был погрузиться в привычную суету школьной жизни после коротких, но таких желанных осенних каникул.

Накинув свою старую, выцветшую одежду, которая кое- как скрывала моё скромное финансовое положение, я вышел на улицу. Одежда, хоть и старалась служить барьером между мной и окружающим миром, не всегда успешно справлялась с этой задачей, обнажая то, что я так старательно прятал. Я вышел на улицу и нырнул в суету обычной жизни.

Подземка встретила меня запахом стальных рельсов и шумом мимо проносящихся поездов. Я сел в вагон, который мирно качался на стыках путей, и достал из рюкзака потрёпанную книгу Стивена Кинга, «Парень из Колорадо». Знакомые слова унесли меня в другой мир, где можно было забыть о рутине и заботах. Ехать мне предстояло долго, и я жадно вчитывался в страницы, впитывая каждую букву, как спасение.

В школе всё шло своим чередом. Я пересек порог и оказался среди сверстников, которые выглядели гораздо ухоженнее и одевались намного лучше. Часто, находясь среди них, я ощущал себя неуверенно и неловко, как будто мой внешний вид выделял меня из толпы, будто вывеска с надписью: «Я не такой, как вы». Это было временное и неопределённое состояние, но продолжалось оно уже не первый год.

Как только я вошёл в класс, то занял своё привычное место у окна. Лучи солнца, пробиваясь сквозь стекло, мягко ложились на страницы книги, которую я продолжал держать в руках. Вскоре звонок прозвучал с нарастающей силой, призывая всех занять свои места. В классе наступила тишина, которая прервалась, когда дверь распахнулась, и вошла Анна Игоревна, наша строгая, но справедливая директор. Она редко появлялась без повода, и её присутствие вызывало тревожность у учеников.

Однако на этот раз она была не одна. Позади неё, словно тень, шла неизвестная нам девушка.

– Класс, – голос Анны Игоревны разнёсся по всему классу, как звон колокола. – С сегодняшнего дня в вашем классе будет учиться новенькая, Скворцова Ева. Она приехала к нам из Уфы. Прошу любить и жаловать.

Ева казалась очень ухоженной и изысканной девушкой. Она была невысокого роста, но её длинные каштановые волосы, переливающиеся на свету, как медные нити, придавали ей особый шарм. Её глаза внимательно оглядели класс, как будто оценивая обстановку, прежде чем найти свободное место. Единственное свободное место было за моей партой. Она на мгновение задумалась, затем уверенно направилась ко мне.

– Привет, – поздоровалась она, её голос звучал мягко и дружелюбно. – Меня зовут Ева, а тебя как? – Улыбка на её лице была настолько искренней, что я не мог не ответить тем же.

– Привет, я Тима, приятно познакомиться, – ответил я, стараясь скрыть удивление, но чувствовал, как каждый звук отчеканивается с невиданной лёгкостью.

Ева села за парту, несмотря на окружавшую нас обстановку, я почувствовал, что рядом со мной возникло что- то новое и неизвестное. Мир вокруг приобрёл иной оттенок, словно её присутствие оживило серость повседневности.

После первого урока мне предстояло выдержать ещё один – физику. Этот предмет всегда вызывал у меня отвращение. Каждый раз, заходя в кабинет, я словно погружался в царство неизвестного, где формулы и теоремы казались загадками древних мудрецов, недоступными для простого смертного.

Я сел за парту и стал лихорадочно листать тетрадь, пытаясь запомнить хоть что- то из недавних уроков. Ожидая появления учителя, мои мысли беспокойно блуждали, словно пытаясь найти выход из лабиринта незнания. Вскоре в класс вошёл Евгений Николаевич, наш молодой и амбициозный учитель физики. Он только что окончил университет и сразу же вернулся в родную школу, чтобы передать свои знания новым поколениям.

Евгений Николаевич был высоким и подтянутым мужчиной, его энергичность выделяла его среди других преподавателей. Несмотря на то, что я не понимал его предмет, он был одним из тех редких людей, которым я мог доверить свои тайны. Мы часто проводили время в его лаборатории после уроков, пили чай и обсуждали различные темы. Он был для меня не просто учителем, но и настоящим другом.

Когда началась контрольная работа, я ощутил нарастающее волнение. Минуты проходили, а на моём листе так и не появлялось ничего, кроме имени и даты. Я почувствовал себя словно в ловушке, загнанным в угол своим незнанием. Вдруг я услышал тихий шепот:

– Почему ты ничего не пишешь? – спросила новенькая, взглянув на мой пустой листок.

– Я полный ноль в физике, – ответил я, пытаясь сохранить спокойствие, но в голосе слышалась обречённость.

Прошло ещё несколько минут, и вдруг Ева протянула мне маленький сложенный листок. Я осторожно развернул его и обнаружил там ответы на все задания контрольной работы. Внизу было написано: «От Евы», а рядом красовался нарисованный смайлик.

Я чувствовал благодарность и некоторое облегчение, ведь она пришла мне на помощь в трудную минуту. Завершив тест, я вышел из класса и остановился у двери, ожидая, когда выйдет Ева. Она не заставила себя долго ждать.

– Спасибо за помощь, – произнёс я, стараясь передать в голосе искренность, хотя улыбка далась мне с трудом.

– Не за что, – ответила она, улыбнувшись в ответ, и, не задерживаясь, ушла в противоположную сторону.

После физики я почувствовал голод, как будто весь день был лишён радости, кроме чашки утреннего кофе. Я направился в столовую, чтобы перекусить. На обед мне давали всего сто рублей – скромная сумма, но я привык к этому, и макароны с котлетой стали мне почти привычным обедом. Остаток денег я старательно откладывал в коробку из- под обуви, мечтая, что однажды смогу сделать что- то большее для своей семьи. За годы накопилась неплохая сумма, но это была всего лишь капля в море наших нужд.

Сидя за столиком, я ел, стараясь не обращать внимания на окружающих. Вскоре я заметил Еву, которая стремительно направлялась в мою сторону. Её глаза излучали уверенность, и она выглядела так, словно знала, чего хочет от этого мира.

– У тебя свободно? – спросила она, указывая на стул напротив.

– Да, – ответил я, продолжая разрезать вилкой котлету.

– Могу я к тебе присесть? – неуверенно продолжила она, словно ожидая отказа, – а то все места заняты, а я жутко хочу есть.

Я немного занервничал. На протяжении нескольких лет я всегда был один, но её просьба застала меня врасплох. Собравшись с духом, я кивнул:

– Ну, садись.

Ева поставила свой поднос на столик и села напротив. Некоторое время мы ели в тишине, и казалось, что эта тишина была чем- то особенным, чем- то, что создаёт невидимую связь между нами.

– Слушай, Тима, – начала Ева, осторожно отложив вилку и взглянув мне в глаза. – Как ты смотришь на то, чтобы мы сидели вместе на уроках? Я заметила, что ты не очень был этому рад.

Её вопрос заставил меня задуматься. Мысли путались, и я не знал, как лучше ответить. Рядом с Евой я ощущал себя немного иначе – её присутствие привносило в мою жизнь нечто новое и неожиданное.

– Всё нормально, – ответил я после короткой паузы, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – Не бери в голову, я не против.

Ева улыбнулась, и в её глазах заискрились искры радости.

– Спасибо тебе, Тима. Знаешь, ты единственный, кто принял меня в этом классе. Остальные смотрят на меня, как на чужую. – Она опустила взгляд на свою тарелку, словно что- то вспомнила, но тут же продолжила: – В Уфе всё было по- другому, а здесь, в Питере, всё кажется новым и непривычным.

– Переезды всегда сложны, – отозвался я, пытаясь поддержать её. – Новая школа, новые люди. Это всегда стресс.

Она кивнула, и я почувствовал, как наше общение начало приобретать более личный характер, словно мы постепенно становились друзьями. Мне показалось, что за этим общением кроется нечто большее, чем просто школьное знакомство.

– Знаешь, я тоже чувствую себя здесь чужим, – неожиданно признался я, чуть тише добавив. – Хотя я уже давно здесь живу.

Ева внимательно посмотрела на меня, как будто искала подтверждение моих слов. Возможно, в её взгляде была поддержка, и я понял, что нашёл в её лице того, кто сможет меня понять.

Мы сидели в столовой ещё некоторое время, разговаривая о школьных делах, увлечениях и других мелочах, которые, казалось, не имели большого значения, но почему- то так приятно заполняли время.

Закончив обед, мы вместе направились на следующий урок, и по дороге Ева предложила:

– Тима, а как насчёт того, чтобы после школы куда- нибудь пойти? Не знаю, может, прогуляться или что- нибудь съесть? В компании ведь веселей, чем в одиночку.

Её предложение застало меня врасплох. Я не привык к подобным приглашениям, и мысль о том, что я могу провести время с кем- то ещё, кроме как наедине с собой, была новой и непривычной.

– Ну… Я, наверное, не против, – ответил я, не совсем уверенно, но всё же надеясь, что смогу преодолеть свою замкнутость.

Ева обрадовано закивала.

– Отлично! Тогда договорились.

На уроке я заметил, что Ева села рядом со мной, и её присутствие сделало это время менее утомительным. Учитель объяснял новую тему, но я был больше сосредоточен на том, что рядом со мной был человек, который действительно хотел меня понять.

Когда уроки закончились, мы вместе покинули школу. На улице моросил лёгкий дождик, и серое небо будто пыталось нас остановить, но мы не обращали внимания на погоду. Всё вокруг казалось второстепенным, когда ты знаешь, что тебя ждёт приятное времяпрепровождение.

– Пойдём через парк, – предложила Ева, укрываясь от капель под зонтом. – Там сейчас красиво, да и людей не так много.

Мы шли по аллеям парка, наслаждаясь спокойствием и умиротворением, которые исходили от природы. Листья шуршали под ногами, и этот звук напоминал о том, что осень уже вступила в свои права. Мы говорили о книгах, которые любили, о музыке, которую слушали, и о том, что нас волнует в жизни. Я не помню, когда в последний раз говорил с кем- то настолько откровенно.

– Тима, а тебе не кажется, что наша встреча – это какая- то судьба? – вдруг спросила Ева, её взгляд был направлен вперёд, как будто она старалась уловить что- то вдалеке.

– Может быть, – ответил я, подумав. – Но мне приятно думать, что такие вещи не случайны.

Она снова улыбнулась, и мы продолжили наш путь. Когда мы дошли до конца парка, вечер уже стал стелиться по улицам, и вокруг зажигались огни. Я понимал, что этот день стал особенным, и всё благодаря Еве.

Когда мы прощались у моего дома, я почувствовал, что наши пути теперь связаны. Её доброта и искренность сделали этот серый день ярче, и я был благодарен ей за это.

– До завтра, Тима, – сказала Ева, махнув рукой, и пошла в противоположную сторону, оставив меня с мыслями о том, как неожиданно может измениться жизнь.

Я вернулся домой, и этот вечер показался мне иным. Возможно, я нашёл то, что искал давно – друга, который может понять и поддержать. Впервые за долгое время я лёг спать с ощущением, что всё не так плохо, как мне казалось раньше.

Ева

Когда ночь медленно опускалась на наш город, он погружался в белое безмолвие. Хлопья снега падали мягко и неумолимо, как будто сам город был соткан из сна. Улицы стали тихими, и даже автомобили, редкие в это время суток, скользили почти бесшумно. Снег обволакивал город, накрывая его белым одеялом, как старая фотография, медленно проявляясь на свету. Этот вечер, казалось, был идеальным для размышлений и прогулок, и именно в этот момент я шла домой, размышляя о том, что же ждёт меня впереди в этой новой жизни.

Уже неделю я ходила в новую школу, но все вокруг казалось чужим и нереальным, как будто я попала в чужой фильм, в который совершенно не вписываюсь. Мне хотелось вернуться в свой родной город, к друзьям, к привычной жизни. Но переезд был неизбежным, и я пыталась найти хоть какое-то утешение в мысли, что все это временно, что скоро всё изменится.

Подходя к дому, я увидела свет в окне кухни и почувствовала запах свежих пирожков, который наполнял воздух уютом. Это был родной запах, знакомый с детства, который на мгновение согревал сердце. Войдя в квартиру и сбросив мокрые ботинки, я тихо окликнула:

– Мам, пап, я вернулась.

Из кухни выглянула мама, Татьяна Максимовна. Ее добродушная улыбка всегда встречала меня с порога, напоминая о спокойствии и безопасности. Она была женщиной средних лет, с добрыми глазами и волосами цвета льна, которые аккуратно заплетала в косу, подчеркивая мягкость своих черт. Очки, всегда немного сползавшие на кончик носа, придавали ей вид задумчивой мудрости.

– Ева, дорогая, как прошел твой день в новой школе? – поинтересовалась она, обнимая меня.

Я пожала плечами, стараясь скрыть свое разочарование и, возможно, даже уныние, которое поселилось внутри:

– Да вроде нормально, – ответила я уклончиво, не желая огорчать ее правдой.

Мама кивнула с одобрением, хотя, казалось, она видела всё насквозь. Её интуиция всегда была слишком точной. Вернувшись к плите, она продолжила готовить ужин, и я поняла, что впереди нас ждет еще один семейный вечер на кухне, традиция, которая с недавних пор вызывала во мне лишь раздражение. Переодевшись, я вошла на кухню и увидела отца, Руслана Евгеньевича, сидящего за столом с газетой в руках. Его строгость и высокомерие проявлялись даже в том, как он держал газету, словно это была не просто бумага, а важнейший документ. Его высокий рост и почти полное отсутствие волос на голове придавали ему вид, который трудно было назвать добродушным.

– Привет, пап, – сказала я, садясь напротив него.

Он медленно поднял глаза от газеты и посмотрел на меня поверх очков:

– Привет, дочь. Как дела в новой школе?

Я глубоко вздохнула, понимая, что эта беседа идет по накатанной дорожке:

– Всё хорошо.

Он вернулся к своему чтению, и в комнате повисло напряженное молчание. Я сжала вилку в руке, стараясь не выдать своего раздражения. Напряжение росло, и мне хотелось разорвать его, но я не знала, как это сделать.

– Нашла себе компанию для общения? – не отрываясь от газеты, вновь задал он вопрос, который стал последней каплей.

Я не выдержала, и, забыв о вежливости, выпалила:

– Хватит! Сегодня был мой первый учебный день в новой школе, можно меня не трогать?

Отец, явно опешив, отложил газету и посмотрел на меня более внимательно:

– С каких пор ты позволяешь себе так разговаривать со старшими?

– С тех самых, как вы не спросили моего мнения, нужно ли мне это всё! – ответила я с вызовом, резко вставая из-за стола и покидая кухню.

Мама бросила на отца укоризненный взгляд:

– Ну что ты снова начинаешь? – с укором сказала она, когда я уже уходила.

Отношения с родителями изменились после переезда, и это стало для меня почти невыносимым. Я потеряла друзей, привычное окружение и не могла смириться с мыслью, что вся моя прежняя жизнь осталась в другом городе. Казалось, что я живу чужой жизнью, и это ощущение не покидало меня.

Выйдя на улицу, я натянула шапку и закуталась в теплую куртку, стремясь укрыться от всего мира. Хотелось уйти куда-нибудь далеко, в тишину, чтобы остаться наедине со своими мыслями, которые, как шальные, метались в голове. Дойдя до станции метро, я решила ехать до любой остановки, лишь бы отвлечься и избавиться от угнетающего чувства одиночества, которое терзало меня с каждым днем всё сильнее.

Усевшись в вагон, я смотрела, как стены тоннеля проносятся мимо. Быстро мелькающие огни напоминали кадры из фильма, в который я не приглашена на главную роль. На мгновение мне стало легче, как будто в этом движении было скрыто решение всех моих проблем. Телефон звонил бесперестанно – родители не оставляли попыток до меня дозвониться, но я упрямо игнорировала звонки. Включив музыку, я засунула наушники в уши и ушла в свой мир. Пусть хоть сейчас этот мир будет только моим.

Ночь быстро наступила, и я поняла, что уже довольно поздно. Нужно возвращаться домой, но я ещё не готова была снова встретиться с родителями. Блуждая по улицам, я пыталась найти дорогу обратно, но чем дольше я шла, тем более незнакомыми становились окрестности. Страх и отчаяние начинали заполнять меня, и в какой-то момент я услышала голос:

– Ева! – позвал кто-то знакомый.

Обернувшись, я увидела своего соседа по парте, Тимофея, или просто Тима. Он выглядел удивлённым, увидев меня в таком состоянии.

– Ты что здесь делаешь так поздно? – спросил он.

Я почувствовала, как к горлу подступает комок:

– Я заблудилась, – призналась я.

Тима посмотрел на меня с сочувствием, но не стал расспрашивать.

– Каким ветром тебя сюда занесло? – настойчиво продолжил он.

– Я просто хотела прогуляться и не заметила, как ушла слишком далеко, – сказала я, с трудом сдерживая слёзы.

Тима улыбнулся, понимая моё состояние:

– Ну что ж, пошли, я покажу тебе дорогу домой.

Тима

Луна застыла в угольно-чёрном небе, её свет пробивался сквозь тонкую завесу облаков, словно пытаясь прикоснуться к спящему городу. Мы с Евой шли по ночным улицам, погружённые в собственные мысли. Ветер, пропитанный свежестью зимы, мягко обнимал нас, оставляя на щеках холодные поцелуи.

Шаги Эвы были лёгкими, едва слышными, словно она не касалась земли. Она шла рядом, откинув капюшон, и снежинки, кружась в воздухе, оседали на её тёмных волосах, создавая причудливый узор. Её присутствие, такое спокойное и уверенное, дарило мне ощущение безопасности, будто мы были знакомы всю жизнь.

– Знаешь, – нарушил я тишину, осторожно подбирая слова, – я сам не особо люблю новые места. Переезды – это всегда стресс, не правда ли?

Она посмотрела на меня, в её глазах отразилась луна, и смахнула прядь волос, упавшую на лицо.

– Да, это верно, – вздохнула она, и в её голосе послышалась лёгкая грусть. – Я привыкла к своему городу, к своим друзьям. А теперь… всё стало совсем другим.

Мы проходили мимо освещённых витрин магазинов и кафе, за окнами которых можно было увидеть улыбающихся людей, словно попавших в другой мир, полный беззаботного счастья. Их радость казалась такой простой и доступной, что на мгновение мне захотелось, чтобы и наша жизнь была так же проста и лёгка.

– Но, знаешь, в новой школе всё оказалось не так уж плохо, как я думала, – продолжила она, будто читая мои мысли. – Я встретила тебя.

От её слов в груди разлилось тепло, словно в этой зимней ночи, среди мраморных улиц и снежных сугробов, вдруг зажглось маленькое солнце. Мы остановились у светофора, и я обернулся, чтобы встретиться с её взглядом.

– Я тоже рад, что познакомился с тобой, – признался я, чувствуя, как в сердце зарождается что-то новое. – Не знаю, как объяснить, но кажется, мы с тобой действительно чем-то похожи.

Ева улыбнулась, и её улыбка, словно луч света, разогнала холод, заполнявший моё сердце. Мы продолжили идти, а разговоры лились как река, свободно и непринуждённо, переплетая наши мысли и чувства. Я узнал, что у Евы есть страсть к книгам, и она может часами говорить о своих любимых произведениях. А я рассказывал о своей любви к музыке и о том, как иногда играю на гитаре, когда остаюсь дома один.

– О, это так здорово, – восхитилась она, когда мы проходили мимо старого парка, покрытого инеем. – Я всегда мечтала научиться играть на каком-нибудь музыкальном инструменте, но у меня никогда не хватало терпения.

– На самом деле, это не так сложно, как кажется, – ответил я, стараясь её приободрить. – Главное – это желание, а остальное придёт со временем.

Проходя мимо старого каменного моста, я обратил внимание на удивительный вид: река, будто волшебное зеркало, отражала свет уличных фонарей, искрясь и переливаясь в своих водах.

– Смотри, как красиво, – сказал я, указывая на это место.

Ева остановилась и замерла, зачарованно глядя на этот завораживающий пейзаж. В её глазах блестел искренний восторг, и я снова понял, что, несмотря на все трудности, которые встречаются на нашем пути, всегда остаётся место для маленьких радостей, способных осветить даже самый тёмный день.

Мы молча стояли несколько минут, наслаждаясь этим моментом, как вдруг Ева задала неожиданный вопрос:

– А тебе когда-нибудь приходилось начинать всё сначала?

Я задумался. В моей жизни были сложные моменты, но переездов, как у неё, я не испытывал. Однако чувство одиночества было мне знакомо.

– Да, но не совсем так, как у тебя, – ответил я, стараясь подобрать слова. – Знаешь, иногда, даже не покидая привычное место, можно почувствовать себя чужим. Всё зависит от нас самих, от того, как мы воспринимаем мир вокруг.

Она кивнула, соглашаясь с моими словами.

– Это правда, – сказала она. – Надо просто найти своё место и своих людей. Надеюсь, что у меня это получится здесь.

Мы продолжили путь, и вскоре достигли её дома. Небольшой домик, окутанный снежной пеленой, выглядел уютно и приветливо, как будто ждал возвращения своей хозяйки.

– Спасибо, Тима, – сказала она, остановившись у ворот и улыбнувшись. – Ты действительно спас меня сегодня.

Я почувствовал, как от её слов на душе стало светлее. Эта встреча, этот вечер – всё это стало началом чего-то нового.

– Рад был помочь, – ответил я, стараясь скрыть собственное волнение. – Если вдруг снова понадоблюсь – всегда рад выручить.

Ева махнула рукой на прощание, и я смотрел, как она скрывается за дверью, пока её силуэт не исчез из виду. В этот момент я понял, что её слова о том, что в новой школе всё не так плохо, как казалось, имеют гораздо более глубокий смысл. Наша дружба, словно маленький росток, только начинала пробиваться сквозь толщу снега, обещая стать чем-то значимым в будущем.

***

Следующее утро принесло с собой светлый луч солнца, пробивавшийся сквозь занавески. Он осторожно прикоснулся к моему лицу, нежно пробуждая меня ото сна. Я лежал в кровати, прислушиваясь к звукам утреннего города за окном. Шум машин и пение птиц сливались в единый оркестр, который как будто рассказывал свою историю.

Встал с постели, я подошёл к окну и взглянул на улицу. Снег, выпавший ночью, покрыл землю мягким белым одеялом, придавая всему вокруг особое очарование. Вдохнув полной грудью холодный утренний воздух, я почувствовал себя обновлённым и готовым к новому дню.

Мы с Евой договорились встретиться днём в парке, чтобы провести вместе время и обсудить всё, что волновало нас. Я был рад этому, ведь она стала для меня кем-то большим, чем просто новой знакомой. В её присутствии я находил умиротворение и понимание, которых так долго искал.

В назначенное время я стоял у входа в парк, обрамлённый величественными деревьями, чьи ветви украшены инеем. Ева появилась на горизонте, её фигура выделялась на фоне заснеженного пейзажа. Она шла легко и непринуждённо, как всегда, её глаза светились радостью.

– Привет, Тима, – приветствовала она меня, подходя ближе.

– Привет, Ева, – ответил я с улыбкой. – Как настроение?

– Отлично! – воскликнула она. – Я так рада, что мы можем провести этот день вместе.

Мы пошли по узкой тропинке, петляющей между деревьями. Снег хрустел под ногами, а морозный воздух бодрил и освежал. Ева рассказывала мне о своих впечатлениях от новой школы, делилась историями из жизни, и я ловил каждое её слово, словно стараясь запомнить всё навсегда.

– Ты знаешь, – начала она, неожиданно сменив тему, – иногда мне кажется, что прошлое никогда не отпускает нас полностью. Воспоминания словно прячутся в углах сознания, ожидая подходящего момента, чтобы снова появиться.

Я молчал, пытаясь осмыслить её слова, которые отозвались в душе меланхоличной нотой. Размышления о прошлом всегда были для меня чем-то вроде внутреннего ритуала – моментом, когда я позволял себе погружаться в воспоминания, разбирая их по кусочкам, как пазл.

– Ты права, – ответил я после небольшой паузы. – Прошлое иногда преследует нас, как тень. Оно хранится в памяти, как старые фотографии в альбоме, которые мы не можем выбросить.

Ева тихо кивнула, её взгляд стал задумчивым. В эти моменты мне казалось, что она смотрит куда-то сквозь время, в ту самую далёкую точку, где пересекались наши воспоминания и мечты. Её глаза сверкали, словно она пыталась поймать что-то неуловимое, то, что только ей одной было понятно.

– У тебя есть такие воспоминания, к которым ты постоянно возвращаешься? – спросила она, продолжая прогулку.

– Да, конечно. Бывают моменты, которые словно застряли в голове. Они напоминают мне о том, кем я был, и кем хотел бы стать. Но я всегда стараюсь не зацикливаться на них слишком сильно. Жизнь идёт вперёд, и иногда необходимо оставить прошлое позади, чтобы сделать шаг навстречу будущему.

Ева тихо вздохнула, и мы на какое-то время замолчали. Шум ветра играл в ветвях деревьев, словно наш разговор перешёл в музыку. Эта тишина была не неловкой, а наоборот – дружеской, как будто мы понимали друг друга без слов.

Мы подошли к скамейке у замёрзшего пруда, и Ева предложила присесть. Я с удовольствием согласился. Пруд напоминал зеркало, покрытое тонким слоем льда, в котором отражалось голубое небо и голые ветви деревьев. Это место, как будто укрытое от всего мира, дарило ощущение покоя и уединения.

– В последнее время я часто думаю о том, как всё может измениться, – сказала Ева, глядя на поверхность льда. – Переезд стал для меня большим испытанием, но он открыл и новые возможности. Я никогда бы не встретила тебя, если бы осталась в своём старом городе.

Я посмотрел на неё и улыбнулся. Её признание согрело мне душу, словно луч солнца в зимний день. Я понял, что мы стали близки не только благодаря обстоятельствам, но и благодаря тем связям, которые мы создали сами.

– Я тоже рад, что мы встретились, – ответил я. – Жизнь удивительна, когда она преподносит такие сюрпризы.

Ева повернулась ко мне, её лицо озарила мягкая улыбка, которая говорила о её внутреннем спокойствии. В этой улыбке было что-то, что заставило меня поверить в то, что все испытания, через которые она прошла, только укрепили её дух.

– Иногда кажется, что всё, что происходит с нами, имеет свой смысл, – добавила она. – Пути, которые мы выбираем, люди, которых мы встречаем. Возможно, это и есть то, что делает нас теми, кем мы становимся.

Её слова заставили меня задуматься. Я вспомнил о том, как часто думал о смысле жизни, пытаясь найти ответы на вопросы, которые, казалось, всегда оставались без ответа. Но, глядя на Еву, я понял, что, возможно, смысл кроется в простых вещах – в дружбе, в понимании, в доверии.

– Ты права, – согласился я, ощущая внутреннюю гармонию. – Всё, что происходит с нами, формирует наш путь, и этот путь важен сам по себе.

Мы сидели молча, наблюдая, как лёгкий ветерок играл со снежинками, которые кружились в воздухе, создавая вокруг нас причудливый танец. Это был момент единства, когда не нужно было слов, чтобы понять, что наши души соприкоснулись.

Потом, словно по волшебству, Ева вдруг сказала:

– Я рада, что могу делиться с тобой своими мыслями и чувствами. Иногда кажется, что никто другой не понимает меня так, как ты.

Я улыбнулся, почувствовав, как внутри разливается тепло. Это был комплимент, который я ценил выше всех других, ведь доверие и понимание – это то, что всегда связывает людей крепче всего.

– Для меня это тоже важно, Ева, – ответил я, стараясь выразить всё то, что чувствовал. – Ты стала для меня очень дорогим человеком.

Её глаза встретились с моими, и я увидел в них отблеск света, который говорил о том, что она чувствует то же самое. Этот момент был бесценным, он запечатлелся в моей памяти, как картина, нарисованная самым талантливым художником.

– Спасибо тебе за то, что ты есть, Тима, – сказала она.

Ева

На краю сознания, среди запутанных теней воспоминаний, словно эхом из далёкого прошлого, раздался голос. Он был таким неожиданным и настойчивым, что я вздрогнула, словно меня окликнули в глухом закоулке сна. Всё это напоминало нечто мистическое и странное, как будто завеса между реальностью и иллюзией временно расступилась, позволив сну затянуть меня обратно. Но вечерний свет, проливающийся через окно, уверенно разрывал эту завесу, возвращая меня в реальность.

Встав с кровати после дневного сна, я направилась в кухню, солнце золотило оконные шторы. Комната наполнилась мягким сиянием, в котором проступили тени мебели и вещей, ожившие в этом утреннем свете. Я потянулась и, вдохнув свежий аромат утреннего чая, попыталась вернуть в памяти образ сна, но он ускользал, оставляя за собой лишь слабое ощущение тревоги и неясных предчувствий.

Сегодня предстояла важная встреча, и мои мысли медленно переключались на это событие. Я должна была встретиться с подругой, с которой познакомилась в одной из тех онлайн-игр, что давно стали частью моей жизни. Эта игра была для меня не просто развлечением, а своеобразным мостом между реальностями, где можно было находить новых друзей, обсуждать бесконечные темы и делиться личными переживаниями.

Я быстро надела свою одежду, и в комнате разлился запах полевых цветов от освежителя, который всегда напоминал мне о лете. На улице было холодно, и я выбрала теплую кофту с синими джинсами, которые хорошо ложились на мою фигуру. Схватив сумочку и карту города, я поспешила к двери, чувствуя, как сердце ускоряет ритм. Адрес Светки, который мне нужно было найти, был уже введён в навигатор на телефоне, и это давало чувство уверенности.

Шум питерского метро окружил меня, как невидимый кокон, когда я вошла в вагон. Поезда мчались по тоннелям, как будто пытались сбежать от городской суеты, унося за собой пассажиров с их делами и заботами. Люди вокруг погрузились в свои мысли и экраны телефонов, и этот общий ритм города всегда завораживал меня. Не удержавшись, я открыла книгу, которую давно хотела дочитать, позволив себе хотя бы на мгновение погрузиться в мир слов.

По мере приближения к нужной станции я ощутила, как волнение внутри меня нарастает, захлёстывая, подобно волнам, накатывающим на берег. Сердце трепетало в ожидании встречи, и я чувствовала, как пальцы едва заметно дрожат, то ли от волнения, то ли от предвкушения. Когда двери вагона открылись, я шагнула на платформу и, поднявшись по ступеням, оказалась на улице, где в лицо ударил свежий воздух, насыщенный обещаниями нового дня.

Света должна была ждать меня неподалёку, и вскоре я увидела её в толпе. Она стояла, выделяясь своим присутствием, как звезда на ночном небе. Её фигура была стройной, а волосы, длинные и пышные, развевались по ветру, как золотистая грива. В этих ярко-голубых глазах, как в двух озёрах, отражался свет, и мне показалось, что её взгляд был полон морской глубины и безмятежности.

– Светка! – воскликнула я, побежав навстречу, забыв о прохожих и обо всём, что могло нас окружать в тот момент. В этом движении было что-то от детства, когда мир казался проще и понятнее.

Как только я добралась до неё, Светка крепко обняла меня, и в этом объятии было столько тепла и искренности, что я почувствовала, как растопились все мои сомнения и тревоги. Это было, как возвращение домой, в то место, где тебя всегда ждут и любят без условий.

– Привет, Евка, – прошептала она, ещё крепче обнимая меня. – Спустя столько лет мы, наконец-то, встретились.

Светка отстранилась, и её лицо озарилось радостью, словно в этот момент вся вселенная существовала только для нас. В глазах её светились искры веселья и ожидания, и я не могла не улыбнуться в ответ. Это была та особенная встреча, которую я так долго представляла себе в мыслях.

Весь этот день обещал быть исключительным, и мы отправились на прогулку по городу, который отныне стал нашим общим домом. Светка, будто экскурсовод, делилась своими открытиями и впечатлениями о местах, которые она уже успела исследовать. Я с интересом слушала её рассказы, вдыхая аромат незнакомого города и вглядываясь в его лицо, скрытое в лабиринтах улиц и площадей.

– Я так рада, что мы теперь живём в одном городе, – сказала Светка, когда мы остановились у небольшого кафе на углу улицы. – Теперь у нас будет так много возможностей для встреч и приключений.

Я кивнула, соглашаясь с ней, и внутри меня росло чувство благодарности за эту встречу и за шанс, который подарила нам жизнь. Светка заказала нам по чашке ароматного кофе и кусочку медового пирога. В уютном зале кафе время словно замедлило ход, и мы, сидя за небольшим столиком у окна, болтали без остановки, как две давние подруги, наконец-то нашедшие друг друга после долгих лет разлуки.

– Расскажи мне о своей жизни, – попросила я, делая глоток горячего напитка и чувствуя, как тепло разливается по всему телу. – Как ты поживаешь?

Светка слегка задумалась, её глаза затуманились воспоминаниями, и в этот момент она казалась мне ещё более загадочной. Она поведала о своём переезде, о новых друзьях и учёбе, о том, как ей иногда бывает трудно, но всегда интересно. Её слова были наполнены искренностью и открытостью, и я поняла, что в этот момент мы действительно стали ближе, чем когда-либо прежде.

– А ты, Евка, – продолжила она, – что новенького в твоей жизни? Как ты адаптируешься к Петербургу?

Я поведала ей о своих первых днях в новом городе, о странных и удивительных встречах, которые неизбежно случались на его улицах. Питер, казалось, с первого взгляда прятал своё настоящее лицо, заманивая в лабиринт извилистых улочек и тенистых парков. Я рассказывала Свете о своих открытиях, сделанных во время долгих прогулок, о вечерах на Невском проспекте, когда разноцветные огни витрин отражались в глади каналов, словно застывшие на мгновение светлячки. Каждый день приносил с собой что-то новое, но не всегда это новое вызывало улыбку.

– Знаешь, здесь я иногда чувствую себя одинокой, – призналась я, – особенно когда захожу в свою квартиру, где ещё не всё обжито и многое напоминает о прошлом. Но я стараюсь находить светлые стороны во всём, что окружает меня. Ведь этот город – как загадочная книга, и мне ещё предстоит открыть многие её страницы.

Светка слушала меня внимательно, не перебивая, и её поддержка была для меня неоценимой. Она, как всегда, умела создавать атмосферу доверия, когда слова сами находят свой путь, а сердце открывается без страха.

– Я тебя прекрасно понимаю, – сказала она с тёплой улыбкой, и я почувствовала, как волна облегчения накрывает меня. – Переезды – это всегда трудно, но это и возможность для новых начинаний. И знаешь, я думаю, что Петербург станет для тебя таким же домом, как стал для меня. Просто нужно немного времени.

Скоро, когда солнце начало клониться к закату, и его золотые лучи окрасили небо в тёплые оттенки, мы решили отправиться в парк. Это место уже стало для меня своеобразным убежищем, где я могла проводить часы в размышлениях, наблюдая за сменой сезонов и ощущая связь с природой.

– Я давно хотела показать тебе это место, – сказала я, ведя Свету по извилистой тропинке среди деревьев, чьи ветви, казалось, тянулись к нам, словно старые знакомые, желающие обнять. – Здесь я часто гуляю, когда хочется побыть наедине с собой.

Парк был залит нежным светом вечернего солнца, и в воздухе витала лёгкая прохлада, перемешанная с запахами свежескошенной травы и пряных цветов. Мы шли, обмениваясь мыслями и мечтами, обсуждая планы на будущее, словно рисуя картину того, каким станет наше общение.

– Знаешь, – сказала Светка, остановившись у одного из фонтанов, вода в котором искрилась, переливаясь разноцветными бликами, – я всегда мечтала о том, чтобы у нас была настоящая дружба, как в книгах. И теперь я чувствую, что это становится реальностью.

Её слова тронули меня до глубины души, и я ощутила, как в груди разливается тепло. Мы стояли у фонтана, наблюдая за тем, как вода льётся бесконечным потоком, создавая собственную мелодию, и я поняла, насколько важной стала для меня эта дружба.

– Я тоже, Светка, – ответила я, глядя в её светящиеся глаза. – Наша дружба – это что-то особенное, и я верю, что мы всегда будем поддерживать друг друга, несмотря ни на что.

Светка улыбнулась, и мы продолжили нашу прогулку, оставляя за собой следы на песчаной дорожке. Каждое слово, каждое движение в тот момент казались значительными, словно мы строили мост между прошлым и будущим.

Когда мы вновь оказались в центре города, его шум и суета напомнили о том, что время продолжает свой ход, и вскоре нам пришлось попрощаться. Светка обещала позвонить мне на следующий день, и я знала, что это лишь начало нашей новой истории.

Ночь опускалась на город, освещая его огнями, которые, как звёзды, мерцали в тёмной бездне. Я смотрела на это живое полотно и думала о том, как сильно изменится моя жизнь в этом месте, где каждый новый день – это новая страница.

Но в один момент мои мысли были прерваны знакомым голосом, в котором слышалась просьба о помощи. Я не стала медлить и бросилась в ту сторону.

Тима

Зимний вечер окутал Петербург своим ледяным покрывалом, и город словно дышал кристаллами мороза, которые поднимались с тротуаров. Небо было затянуто тяжелыми облаками, и порывистый ветер не утихал, порой обдавая колючими снежными хлопьями. Я возвращался домой после изнурительной тренировки по баскетболу. Вся эта погода, пробирающая до костей, только усиливала моё внутреннее беспокойство. Я вспоминал недавнюю контрольную работу по физике, которая наверняка оставила меня с не самым блестящим результатом. Словно тень, эта мысль не покидала меня, но я ещё не подозревал, что вскоре предстояло столкнуться с испытанием, куда более серьёзным, чем простая плохая оценка.

Когда я приблизился к своему дому, мои мысли были отвлечены на появление троих парней, которые, как я помнил, учились в нашей школе. Они были старше и выглядели как типичные хулиганы, что не предвещало ничего хорошего. Один из них, Олег, встал прямо передо мной, преградив дорогу. Его глаза, казалось, излучали презрение, и его голос звучал так, словно он знал, что держит ситуацию под контролем.

– Эй, парень, у тебя есть деньги? – спросил он, и его слова прозвучали как приказ.

Я сделал попытку обойти его, но другой парень, Дима, ловко схватил меня за плечо, не позволяя отступить.

– Да не будь таким, – сказал он, его тон был издевательским. – Просто дай нам всё, что у тебя есть, и мы тебя не тронем.

Мой страх рос с каждой секундой. Я понимал, что денег у меня почти не было, но также знал, что если отдам всё, что у меня есть, то не смогу вернуться домой с пустыми руками. Идея идти домой без еды казалась мне неприемлемой.

– У меня ничего нет, – ответил я, стараясь держать голос ровным и не показать, насколько сильно меня охватил страх.

Олег рассмеялся, его смех прозвучал как резкий звук, разрывающий тишину зимнего вечера. Он приблизился, схватив меня за воротник куртки, словно это был жест утверждения своей власти.

– Ты что, издеваешься? – сказал он, злобно оскалившись. – Давай сюда деньги!

Моя паника достигла апогея, но тут же мне в голову пришла одна мысль – у меня в кармане был телефон, и, возможно, они его не заметят. Однако Дима увидел, как я потянулся к карману, и мгновенно вырвал телефон из моей руки.

– Отлично, вот и плата за нашу доброту, – сказал он, его улыбка была зловещей, как будто он только что выиграл приз в какой-то жестокой игре.

Тогда я почувствовал, как надежда уходит прочь, но тут произошло нечто совершенно неожиданное. Ева, которая в это время шла по той же улице, заметила, что происходит. Без раздумий она направилась к нам, её шаги звучали как вызов.

– Эй, оставьте его в покое! – её голос прозвучал решительно и уверенно, как будто она была стражем справедливости.

Парни обернулись, явно удивлённые появлением новой фигуры. Олег прищурился, его тон потерял прежнюю уверенность.

– А ты кто такая? – спросил он, пытаясь звучать спокойно, но в его голосе слышались нотки растерянности.

– Это моё дело, – ответила Ева, продолжая приближаться к нам. – Уходите, пока я не вызвала полицию.

Её уверенность и непоколебимость ошеломили хулиганов. Неожиданно для самих себя они начали пятиться, неохотно отступая под натиском её решимости. Ворча что-то себе под нос, они скрылись в тени вечернего города, оставив меня в одиночестве с Евой.

Когда они ушли, я наконец смог вздохнуть свободно. Внутри меня возникло огромное чувство благодарности, которое трудно было выразить словами.

– Спасибо, Ева, – сказал я, стараясь скрыть дрожь в голосе, вызванную пережитым стрессом. – Ты спасла меня.

Она улыбнулась, протягивая мне мой телефон, который так недавно находился в руках хулиганов.

– Не за что, – ответила она, её глаза светились добротой и искренним участием. – Я всегда здесь, чтобы помочь.

Этот момент стал для меня поворотным. Я понял, что в Еве нашёл не только друга, но и человека, который способен поддержать в самых сложных ситуациях. Она оказалась для меня опорой, на которую можно положиться в трудную минуту.

– Как ты здесь оказалась вообще? – спросил я, ещё не до конца веря в случайность её появления.

Ева посмотрела на меня с лёгкой улыбкой, в которой читалась тень прошлого опыта.

– Я шла со встречи со своей давней подругой. Мы познакомились в игре, и вот, наконец, встретились вживую. Она живёт в Питере, так что это был удобный случай для нашей первой встречи.

В голове сразу возникло множество вопросов, но я почувствовал, что не стоит торопиться с расспросами. Ева была олицетворением непредсказуемости, как будто за ней всегда следовала тень загадки, и это делало её ещё более притягательной.

Мы стояли на заснеженной улице, и вечерний Петербург окружал нас со всех сторон своим холодным величием. Лёгкий снегопад продолжал сыпаться, словно небесные украшения, и, казалось, ничто не могло разрушить эту спокойную картину зимнего вечера.

– Пойдём, – предложила она, бросив взгляд на серое небо, где всё ещё кружились снежинки, – я тебя провожу.

Тима

Как только закончился третий урок, я направился к кабинету своего друга. В тот момент, когда вокруг не было посторонних, наша беседа становилась менее формальной. Я нетерпеливо ожидал, пока все студенты покинут пределы кабинета, чтобы спокойно, без лишних глаз пройти в лаборантскую к Евгению Николаевичу.

В тот день его комната казалась неким таинственным убежищем, где даже запах старых учебников создавал атмосферу спокойствия и уюта.

– О, Тимоха, рад тебя видеть, – произнес педагог с теплой улыбкой, заметив мое появление. – Тебе, как обычно, зеленый без сахара?

– Привет, да, я бы точно не отказался, – улыбнувшись в ответ, ответил я.

– Что нового произошло за несколько дней, а то ты ко мне совсем не заходил? – поинтересовался Женя, с интересом разглядывая меня.

Я остановился, вспоминая события, которые произошли со мной за последние дни, и начал рассказывать о них, упомянув и новенькую в классе.

– Ого, – удивился Женя, взглянув на меня с неподдельным интересом. – Да я тебя могу поздравить. Это отлично, что у тебя появился хороший друг.

Его слова были словно приятный ветер, который поднимал моё настроение и вселял в меня надежду. Я знал, что Ева действительно стала для меня тем светом в мрачном школьном мире, который так долго я искал.

– Но знаешь в чём дело, – начал я с некоторой неуверенностью. – Вдруг она поступит как все прошлые так называемые «друзья»?

Волнение охватило меня, как будто кто-то снова разбередил старую рану. Воспоминания о прошлом заставили меня вздрогнуть.

– Ты уж не делай выводы раньше времени. Не все люди такие, однако. А если что, то я всегда тебя готов выслушать и поддержать, ты ведь знаешь, – мягко улыбнувшись, сказал физик.

Его слова были как бальзам на душу. Они ободряли меня, как теплые лучи солнца после долгого зимнего дождя.

– Спасибо тебе, – улыбнувшись в ответ, я сделал глоток чая, чувствуя, как по моему телу разливается тепло и покой.

Беседа с Женей всегда действовала на меня успокаивающе, словно бесконечный круговорот мыслей, наконец, находил свою точку покоя.

– Тима, – начал встревожено говорить Женя, – я смотрел твои оценки по математике, Давай ты сегодня придешь ко мне вечером, и я тебе объясню некоторые темы?

Я немного задумался, но все же дал ответ:

– Да, давай, я не против.

– Все, заметано, – улыбнувшись, сказал он, допивая свой чай.

Посмотрев на экран телефона, я заметил, что уже на пять минут опаздываю на следующий урок.

– Ой, мне пора бежать, иначе Андрей Николаевич меня прибьёт, – сказал я, спеша собраться и покидая кабинет, как будто несущееся на меня время вот-вот обрушится с неумолимой силой.

– Удачи! – напоследок крикнул мне Женя, а его голос донёсся до меня уже издалека, словно мягкий и заботливый след.

Добежав до кабинета биологии, я вошёл в класс и обнаружил, что учителя нет. Стены кабинета, покрытые плакатами с изображением анатомических диаграмм и схем, отразили пустоту. Я сел за парту рядом с Евой, которая склонилась над своим блокнотом.

– А где Андрейчик? – спросил я, усаживаясь рядом, словно желая разгадать тайну его отсутствия.

– У нас сдвоенный урок с 6 «В», – ответила она, её голос прозвучал как музыка, оживляющая тихую атмосферу класса. – Он дал нам задание и сам убежал вести урок у них. Как он сказал, там очень важная тема «Покрытосеменные», – засмеялась она, её смех был лёгким и искристым, как падающий снег.

Учитель биологии, Андрей Николаевич, был человеком преклонного возраста, который в своём каждом движении и слове проявлял уважение к знанию. Его невысокая фигура, укрытая выглаженным пиджаком и брюками, производила впечатление строгой элегантности. Он носил овальные очки с толстыми диоптриями, что придавали его образу особую значимость, а натёртые до блеска туфли отражали свет ламп, создавая ощущение вечного движения.

– Мне кажется, он оставляет нас самих разобраться в мире растений, – пошутил я, пытаясь удержать разговор в лёгком и непринуждённом русле.

Ева кивнула, улыбаясь, и мы с увлечением принялись обсуждать тему урока. Наши разговоры напоминали игру в теннис, где каждый обмен фразами был как удар по мячу – лёгкий и уверенный.

И так, с каждым мгновением, я всё больше чувствовал, как тепло и дружелюбие Евы развеивают ту серую дымку одиночества, что так долго была моим спутником.

Ева, окинув взглядом классную комнату, наклонилась ко мне и шепнула:

– Знаешь, растения – это нечто большее, чем просто часть природы. В них есть что-то магическое. Как будто они знают нас лучше, чем мы сами себя.

Я улыбнулся, удивляясь её наблюдательности и глубине мысли. В этот момент мне казалось, что я нахожу в её словах нечто важное и сокровенное, то, что, возможно, я не смог бы заметить сам.

– Да, они живые, они дышат, чувствуют, – согласился я, поразившись, как мы находим общий язык даже в таких простых вещах. – Иногда мне кажется, что у растений есть душа. Они могут чувствовать наше настроение и реагировать на него.

Она снова кивнула, её глаза светились интересом и пониманием. Каждое её движение было наполнено лёгкостью и грацией, и я понимал, что вот сейчас, в эту минуту, она становилась для меня не просто одноклассницей, но настоящим другом, с которым я мог бы разделить все радости и печали.

– Интересно, как много скрыто за их внешней простотой, – сказала Ева, касаясь своих волос, как будто пытаясь поймать невидимую нить размышлений.

Я хотел ответить, но тут дверь кабинета неожиданно открылась. В класс вошёл Андрей Николаевич, он был как всегда собран и полон энергии, и его присутствие мгновенно изменило обстановку. Он бросил на нас строгий, но не лишённый доброты взгляд. Казалось, он знал о нашем разговоре, даже не услышав ни слова.

– Надеюсь, вы обсудили не только растения, но и их классификацию, – сказал он с лёгкой улыбкой, его голос был ровным и уверенным.

***

Солнце уже давно укрылось за тучами, когда я покинул школьное здание. Под ногами хрустел свежевыпавший снег, и лёгкий мороз приятно щипал щеки, напоминая о приближающихся холодах. В это время мне только и оставалось, что обдумывать свои школьные переживания, связанные с математикой, которая никак не хотела поддаваться моему упрямству и усилиям. И вот, в голове зрел единственный выход – визит к Жене.

Подойдя к его дому, я ощутил, как нервозность отступает на второй план. Женя всегда знал, как поддержать и приободрить. Его дом всегда казался мне каким-то волшебным: там пахло книгами, уютом и чем-то сладким. Он уже ожидал меня, как будто знал, что мне нужна его помощь и доброжелательность.

– Не переживай, Тима, – произнёс он с добродушной улыбкой, стоя в дверном проёме. Его голос звучал так, будто все мои беды не стоили и выеденного яйца. – Всё будет хорошо. Мы обязательно разберёмся с твоими проблемами. Главное – не опускать руки и верить в себя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.