Ольга Богомолова
Побег из палаты невозможен

Глава 1 Две половинки лезвия и конфеты с кокосовой начинкой

– Быстрее, быстрее! – Поторапливал плюгавенький мужичонка. Он немного подпрыгивал в нетерпении.

Зона – это отдельная страна, со своими правилами и законами, коих был целый свод. Они соблюдались неукоснительно и их несоблюдение строго каралось. Нет, не законом, а самими сидельцами. И по беспределу простого честного мужика трогать нельзя.

А вот тех, кто по 131 статье идёт, не только можно, но и нужно. Ибо поступать с людьми надо по справедливости…

А насильникам одна дорога…

И сейчас всей кодлой они шли учить паренька, что пришёл сюда после суда.

Радовало, что парнишка смазливый…

Нет эти мужчины не желали мужского тела и возбуждения к нему не испытывали.

А вот разрядки, долгожданной возможности слить напряжение и не только, на зоне не было. Каждый понимал, что после близкого общения со всеми желающими, парню не жить.

Там в этой отдельной стране со своими законами, жалости и сострадания нет, а выяснять виновен мальчишка или нет, никто не будет. Его статья лишь повод для зверства, которое сидело в клетках тел этих запертых вместе людей…

– Вот что я скажу тебе парень… – Пожилой и сморщенный, как печное яблоко мужчина шамкал абсолютно беззубым ртом. – Беда тебя ждёт, ты может и умрёшь, а если не умрёшь, то лучше бы умер…

– Дядь, я не понимаю, почему? Зачем? – Удивился Артём.

– А ты глазюками не хлопай, до сих пор не понял, куда попал? Это ЗО-НА и здесь свои правила. И по этим правилам сейчас придёт толпа мужиков и будет тебя трахать тебя во все дыры, а если выживешь, то и на следующий день тоже, и так пока не сдохнешь… – Старик залез под нары и чем-то пошуршал, поскрипел. Достал что-то завёрнутое в бумагу и дал парнишке.

– Это что? – Удивился Артём хлопая длинными чёрными ресницами, что не говори, а парень был чертовски красив, даже смазлив. К таким бабы сами прыгают в койку. Вот и подумал старик, оговорила девка парня, чтоб женился… Жалко стало дурака, да только в его ситуации и помочь особо не чем…

– Режь, только по-настоящему до кости… – Слёзы собрались в зелёных светлых глазах парня. Жить хотелось, сильно хотелось, но умирать так, как рассказывал старик не хотелось сильнее, как же это не справедливо…

А начиналось всё так весело…

Он влюбился, да-да Олечка, красивая, раскрепощённая, сексуальная и развращённая. С ней можно было всё и даже больше, чем всё…

Ещё была Наташа, идеальная будущая жена. В ней идеально было всё. Длинный волосы, густым покрывалом закрывали собой ягодицы. Худенькая и с огромными доверчивыми голубыми глазами. Это она дождалась его из армии, а её девственность и вовсе стала суперпризом, неожиданным и сладким. Всё шло как полагается, она готова была отдать ему всё что имела и себя тоже. Только Артём понял, что невозможно себя чувствовать хорошо, рядом с человеком, который лучше тебя во всём. Идеалу нужно соответствовать. Наташа была работящей, имела хорошую должность и того же ожидала и от своего бога в лице Артёма. Она уже распланировала всё. Свадьбу, детей и безграничную любовь на долгие годы. Она живо представляла, как они после тяжёлого трудового дня возвращаются в свою пусть и не большую уютную квартирку и за чаем обсуждают прошедшие события, радуются достижениям детей, а после утешаются друг другом. Едят конфеты с кокосовой начинкой, тайком от всех под столом. Она могла поделиться любимыми конфетами только с ним. Артёма она любила больше, чем конфеты…

Артём был счастлив, ровно до того, пока эта идеально выверенная картина жизни не начала душить, топить своим сахарным идеальным сиропом. Да почему он должен работать в том офисе? Потому что Наташа так решила? А пива с друзьями? Чёртовы конфеты…

Ольга в его жизни появилась взрывом, фонтаном, тайным наслаждением, манящей и чувственной, запретным плодом.

Наташа всё больше стала похожа на надоедливую муху, что зудела на ухо. Должен! Должен! Должен! Убери эти чёртовы конфеты! Что ж ты такая доска то, жрать конфеты в таком количестве, а сисек нет?

Он собрал вещи ночью и просто ушёл. К фее грёз, с роковым чёрным каре и лёгкой дразнящей полнотой.

Наташа до него долго боролась с анорексией и потому не имела ни друзей, ни подруг. Именно он стал её спасением. Девушка встретила маму Артёма в той самой больнице, глуша новый срыв. Увидев темноволосого, зеленоглазого борца с оголённым торсом на фотографии влюбилась, бесповоротно. Такие девочки, маленькие и хрупкие любят лишь раз и навсегда. Это для него она нашла эти конфеты, которые полюбила так сильно и начала наконец набирать вес. Чтоб стать той, кого этот идеальный парень в одних лишь шортах и боксёрских бинтах сможет полюбить…

Это случилось позже. Ольга оказалась проституткой в прошлом. Она уверяла Артёма, что это в прошлом и только он теперь её любовь. Всё прекрасно, но для полного счастья не хватает денег… Она знает, как их достать, за ночь больше, чем он мог заработать за месяц. Просто нужен крепкий малый, такой каким и был борец Артем. Зачем? Кто-то должен охранять девочек. И он согласился. О том что девочкам по шестнадцать-семнадцать ему думать не хотелось, всё чаще бывший спортсмен прикладывался к бутылке. Однажды даже задумавшись о сестре, красивая, за такую давали бы больше, чем за этих малолетних щепок…

Влад, брат Ольги любил поиздеваться над девочками, часто пользуясь ими по назначению, а те никогда не возмущались и терпели, потому что этот подонок, был "Учителем". Проститутка должна не только ноги раздвигать, но и быть удобной для использования разной испорченности и наклонностей клиентов. Чтоб те возвращались и платили им вновь и вновь. Конкуренция велика.

В тот вечер Артём напился сильнее всего, а когда очнулся, Влад вёл себя очень странно, говорил о том, что не виноват, не хотел, всё обойдётся!

Что обойдётся?

Ту девочку, что изнасиловал Влад забрала скорая помощь с обширным кровотечением внутренних органов, она потеряла много крови. Да весь диван был в крови, кале, моче и сперме, вонища стояла адовая. Ни Ольга, ни Влад не торопились убирать. Сидели забившись в угол и постоянно кому-то звонили.

Олесе было семнадцать. Её матка влагалище, кишечник и рот были изувечены. Когда этот садист пресытился обычным сексом, захотелось зрелищ. Он изнасиловал её веником, пультом от телевизора, а в толстую кишку засунул пустую пивную банку. Которая схлопнулась от давления мышц внутри девушки став лезвием. Всё это время Ольга снимала видео, на которое попали и насилуемая девушка и Артём.

А когда за ними пришли, Он избил четырёх оперативников, думая о ментовском беспределе, себя в предъявленных обвинениях виновным он не считал. Всё же все трое, были задержаны. И после достаточно долгого разбирательства, каждый получил срок.

Артём получил двенадцать лет, потому что на видео не было видно кто издевался над девчонкой. Ольга и Влад утверждали, что это был именно он, истерзанная девочка вовсе ничего сказать не могла, скончалась на операционном столе, банка изрезала её внутри слишком сильно, чтоб успеть зашить. Брат с сестрой получили по три года.

Артём стоял и смотрел на половину лезвия бритвы, которое дал добросердечный беззубый старик.

Не так уж он невиновен… Так захотелось конфет с кокосовой начинкой…

А там далеко-далеко Наташа набирала ванну теплой водой, лезвие в непослушных пальцах лопнуло, оставив в руках лишь блестящую половину острого прямоугольника.

– Если он у нас здесь умрёт, с нас погоны снимут. – Мужчина в серой форме снял себя фуражку и небрежно бросил на стол. – А не помрёт сам, за его статью его здесь же и добьют, как только выздоровеет… – Он достал из сейфа за спиной бутыль с янтарной жидкостью и пару рюмок, разлил и не дожидаясь пока собеседник возьмет свою порцию, дзинькнул своим донышком о край рюмки и залпом выпил.

– А что, если на больничку его определить? – Собеседник снял серую хаки кепку и пригладил редкие волосы на вспотевшей голове.

– Жалко пацана и дураку понятно, что оговорили его, видел же какой? Да и характеристики такие, считай только после армии, а там? Лучше здесь сдохнуть, чем туда… – Мужчина достал пачку сигарил, прикусил кончик и поджёг длинной спичкой. Странный тяжёлый сладко горький дым моментально повис молочным облаком над головами мужчин.

– Зато живой… И погоны на месте… – почти неслышно проговорил собеседник…

– Зато живой… – повторил мужчина с сигарилой в зубах и вновь наполнил рюмки до краёв. – Заполняй документы в суд, пускай там разбираются…– Залпом выпив вторую рюмку он передёрнулся, было противно, от себя…

Седовласый мужчина первый подошёл к нарам, на которых лежал новый заключённый с особой статьёй.

– Ну что Артемия, готова испытать на себе радость быть женщиной… Что это… – нога наступила на что-то влажное липкое. Мужчина посерел лицом, он наступил в огромную лужу начинающей сворачиваться крови, та с хлюпким звуком отпустила подошву его ноги. Он растеряно посмотрел на парня, потянул того за свисающую с нар руку, та была разрезана до кости, как и советовал старик…

Далеко-далеко в маленькой уютной квартирке, окрашенная в красный вода вытекала из переполненной ванны, но отключить еле текущую струю было уже не кому, обёртки от конфет с кокосовой начинкой плавали, как розовые лепестки вокруг обескровленного тела…

Глава 2 Полнейшая дура

– Малыш, ну чего ты так напряглась? Мы же теперь семья! Я твой муж! Я даже фамилию твою взял. Почему ты до сих пор во мне сомневаешься? – Симпатичный молодой человек с серыми глазами прикрытыми очками в прямоугольной модной оправе, без диоптрий. Пытался притянуть к себе встрёпанную девушку.

– Почему ты так настаиваешь? Это прадеда квартира и принадлежать она будет Строговым и только Строговым, мы не будем её ни разменивать, ни продавать! – Она была серьёзна как никогда, о том что мужчина возьмёт её фамилию она не знала и до заключения брака сказала, что свою менять не будет.

– Ну смотри, я теперь тоже Строгов, малыш, всё как ты хотела, твои правила не нарушены, да и как так получается, мы семья, а жилплощадью общей не обладаем? – Он стрельнул в её сторону глазами притянул к себе и нежно поцеловал в шею, дальше больше, его руки уже шарили под блузкой, вызывая приятные волны возбуждения.

– Хорошо, я пропишу тебя…

Алиса не была глупой девочкой, попавшейся на удочку удачливого альфонса. Всё же, начинала себя чувствовать полнейшей дурой. К своим двадцати семи годам уже получила приличное образование экономиста в МОИ и хорошую работу в офисе, она покрывала все её расходы и нужды загребать из семейного капитала, который накопился ещё до её рождения у неё не было ни нужды, ни желания.

Их семья была не простой, а военной семьёй. Говорят их предки служили при дворе императора, потом была революция, потом война. А потом, за какие-то небывалые заслуги перед отечеством Строговым вернули их имение и огромную квартиру в придачу. Так уж пошло, что весь военный род закончился на ней, единственной родившейся девочке, за все поколения.

Возможно были бы ещё дети в их семье, но в очередной командировке, в которую после долгих уговоров жены, отец всё же взял обеих своих девочек с собой.

Им выделили комнату в общежитии, но они рады были ютиться на восемнадцати квадратах, лишь бы вместе.

То что случилось в один из вечеров предположить никто не мог.

Один из соседей по коммуналке всадил себе знатную дозу наркоты. А вместе с "приходом" пришли галлюцинации, в которых за ним гналась милиция и вот-вот они начнут стрелять…

От пули не спрятаться! Или спрятаться? Нужно прикрыться ребёнком! Да-да-да ребёнком, в детей не стреляют!

Мужчина знал единственную квартиру в которой на тот момент был ребёнок, странная девочка с пшеничными волосами и разного цвета глазами.

Двери в коммуналках хлипкие и выбить их труда не было, особенно топором, да маленьким, но цельнометаллическим, что он и сделал.

Семья после долгого рабочего дня сидела за столом. Мама наврила борща на говяжей кости, а папа смотря на любимую с любовью уплетал уминал за обе щеки исходящий душистым парком суп.

Только маленькая Алиса играла в прихожей. Папа подарил ей Чебурашку и вместе они напевали песню про день рожденья, её всегда напевал папа…

Пусть бегут неуклюже

Пешеходы по лужам,

А вода по асфальту рекой.

И неясно прохожим

В этот день непогожий,

Почему я веселый такой?

Первый удар топора, заставил всех здрогнуть, выбил кусок тонкой фанеры из которой была сделана дверь. Девочка подняла голову и внимательно посмотрела на странного лысого дядьку в запятнанной майке алкоголичке, он вновь заносил топор над головой.

Отец девочки подскочил из-за стола, чтоб встать на защиту, но дверь уже была сломана. Счёт шёл на секунды… Опьянённый мужчина сгрёб огромной потной рукой маленькую девочку. Топор уже был направлен в сторону отца семейства.

Мужчина растерялся и боялся пошевелиться, но когда слишком сильно стиснутая девочка захрипела, не выдержал и кинулся, на нападавшего. Острозаточенный топор мгновенно вонзился в основание шей мужчины, кровь фантаном брызнула из перерубленной аорты заливая и убийцу, и девочку, которую тот крепко прижимал к себе.

Кровавый фантан на некоторое время ослепил мужчину, а застрявший в кости топор вытащить одной рукой было трудно. Девочку он отпустил не надолго. Упёрся ногой в тело её отца и ухватил оружие двумя руками.

Одна из соседок случайным свидетелем происходящего, тут же кинулась домой звонить в милицию…

Мама девочки отойдя от шока, кинулась к дочери всё ещё сжимающей мягкую залитую кровью игрушку.

Тех секунд, что ворвавшийся мужчина потратил на доставание топора хватило на то, чтоб подскочить к ребёнку и зашвырнуть за дверь ванной комнаты.

Женщина захлопнула дверь, а сама опёрлась на неё, она ничем не отличалась от входной, тоже из тонкой фанеры и её также легко было сломать. Женщина долго не раздумывала и встала между дверью в ванную и убийцей мужа.

Маленькая Алиса прижимая к себе чебурашку, широко раскрыв глаза смотрела не моргая перед собой. Буквально через минуту она услышала рёв сирены… Крики мамы… Странные врубающиеся чавкающие звуки… Удар в дверь топором… Топот крики…

Когда мужчины в серой форме выносили девочку из ванной, она лишь на секунду увидела тело мамы. Изрубленное топором, оно напоминало кусок фарша в цветастом платье. Девочке закрыли ладонью глаза, пытаясь уберечь от страшного зрелища…

Так Алиса и осталась одна, родственники, конечно же были, но проживали они в Тбилиси и никогда с их семьёй не общались.

Приютить девочку было не кому и до поры до времени, та попала в детский дом.

О том что у девочки есть странности заметили позже, но списали это на психологическую травму, связанную с кровавой смертью родителей.

Малышка долго не разговаривала, а когда заговорила, то очень удивила всех. Потому что описывала странных существ, которых в природе не было. Потому и была отправлена впервые в психиатрический диспансер, а потом ещё раз и ещё…

Когда девочке исполнилось восемнадцать, она вернулась домой. Привела в порядок прадедову квартиру и удачно продала имение. Не испытывая ни грамма стыда перед родом и предками, будет лучше передать наследие тем, кто сможет о нём позаботиться, она не могла.

И спокойно пошла учиться.

С девушкой со странными глазами никто дружить не хотел. Она была симпатична, даже красива. Активно занималась спортом, но всё же отталкивала. Временами, казалось что один из её глаз издавал желтоватое сияние, но это больше вызывало странный страх и мороз по коже. В 2023 году конечно гетерохромией никого не удивишь и девочки часто надевали себе линзы разного цвета, лишь бы выделится из толпы и привлечь внимание. Алиса же наоборот всеми силами пыталась скрыть странную радужку, но линзы вызывали раздражение. В какой-то момен,т она просто начала носить офтальмологическую повязку, которая прикрывала глаз совсем.

Её жизнь изменилась и стала легче, закрыв глаз она перестала видеть, то чего не видели другие, обрадовалась и заказала дорогую кожаную повязку наглухо перекрывающую глаз.

Так и жила, получила образование. Попытка завести кота была обречена на провал, ни одно животное не желало идти ей в руки, шипели и забивались в угол, о собаках и речи не шло, скулили и ссались там где стояли.

Вот и жила свою одинокую жизнь, периодически разбавляя её рисунками на теле, почти всё тело она уже забила татуировками. А когда поняла что в татуировках её привлекает, не сам рисунок, а боль на коже после его оставления. Она поняла, что испытывая боль её маленькая скомканная душа с окровавленным чебурашкой в руках испытывает облегчение. В смерти родителей, всю жизнь, Алиса винила себя. Если б не надо было её защищать, родители остались бы живы.

Первые шрамы на теле, ей нанёс специалист по шрамированию, вырезав огромные сложенные крылья на её спине скальпелем. Тот день открыл ей глаза, боль оставляемая разрезами на коже несла облегчение.

Больше к специалистам она не обращалась, она купила красивый кованый стилет и когда совсем становилось тошно, наносила рану за раной себе сама. Нет, о суициде она никогда не думала, её мама и папа отдали за неё жизнь, она никогда так не поступит с их последним подарком.

Денис в её жизни появился Внезапно. Он увидел её в толпе и влюбился сразу, по крайней мере так об этом рассказывал. Уже на второй день их непродолжительного знакомства он принёс кольцо в красивой бархатной коробочке и букет красных роз. Распинаясь о своей любви и рассыпаясь в комплиментах.

Девушка же не обласканная вниманием и любовью растаяла сразу и согласилась. Она так давно не видела человеческого тепла, что лишь его намек стал ориентиром на счастье.

Влюбить в себя замороженную одиночеством и болью душу легко.

И когда она впервые оказалось перед Денисом обнажённой, он счастливо улыбался, особенно разглядывая раны, свежие, которые только-только зарубцевались.

Они подали заявление в ЗАГС почти сразу, а через месяц поженились и он сменил фамилию, от куда-то узнав о завещании в котором говорилось, что только Строговы могут владеть квартирой.

Только когда любовный дурман сошёл, Алиса обладая недюжинными аналитическими способностями, поняла, что о супруге своём ничего не знает. С родителями он её не знакомил, а подарками одаривал лишь в момент знакомства. Он был безумно ласков и нежен, но всё чаще она видела как он кривится, когда думал, что она не видит. А вот и пропала машина на которой они ездили по городу, появились какие-то проблемы с каким-то бизнесом и конечно же нужны деньги. Схема такая простая и ясная, а она так глупо попалась…

Алиса никогда не жила на широкую ногу, просто не хотела и достаток свой нигде не афишировала, как же он узнал?

Его истерики начались, когда она отказалась давать ему деньги. И хоть и прописала его в квартире, но разменивать элитную жилплощадь отказалась на отрез, хотя Денис и настаивал. Он уже начинал поднимать на неё руку. Сначала это был просто толчок в плечо, потом первая пощёчина… Он конечно потом долго извинялся, всё же упоминая что виновата во всём только она… Легко бы послать его к чёрту и не разбираться вовсе с ним, но она уже беременна, срок маленький, но об аборте она не задумывалась даже.

В какой-то момент прийдя домой Алису просто скрутили и увезли. Он поехал с ней в машине и всё объяснил.

Он давно искал такую лохушку. С деньгами и без мозгов, что сразу должна была отдать ему всё что имеет. Только за то, что он спал с этим уродством.

– Или ты в серьёз полагала дура одноглазая, что тебя любить можно? Отдала бы по-хорошему, то и расстались бы по-хорошему, но ты сама сделала свой выбор. – Он наклонился над ней, затянул жгут на руке и ввёл в вену иглу, нажимая на поршень шприца. Ядовитая дрянь разносилась с биением сердца, чем чаще стучало сердце, тем быстрее распостранялся наркотик, вводя в тошнотворное опьянение.

Доза была слишком велика и что было дальше Алиса не помнила. Очнулась она в реанимации в больничной сорочке, грубой и в жёлтых пятнах, привязанная мягкими ремнями за руки, за ноги и под грудью…

Глава 3 Про Робин Гуда и восстановление справедливости

– Вобщем, я нашёл тех о ком ты говорил, но есть нюанс, девчонки нигде нет. Я пробил по своим, ничего, как сквозь землю провалилась. – Мужчина по видеосвязи сделал глубокую затяжку. – Я правильно понял, это твои родственники?

Александр потёр свою седую бородку, он ожидая встречи с внучкой вчера сходил в барбершоп и привёл себя в порядок, чтоб не пугать девочку.

– С чего ты это взял? – Он хмыкнул, всё-таки Макс был мастер своего дела, вот только зануда, поставишь передним задачу и узнает всё, не успокоится, вот и сейчас…

– Сложно не заметить, Соколов я таких глаз как у тебя нигде не видел, а тут Строговы, Александр Александрович Строгов, не знай я твоей родословной подумал бы близнец, но увы по времени не сходится…

– Он жив? – Александр встрепенулся и оборвал Максима, тот, как всегда, начинал болтать, остановить сложно…

– Увы, я думал ты знаешь, раз дал команду искать только девочку. В 12 году, какой-то наркоман с топором всю семью положил. Девочка была свидетелем… – Мужчина сделал паузу, видя как старый друг стиснул зубы.– После девочка попала в интернат, родственников не нашли, а вот шизоидное расстройство да. Девочка большей частью жила в диспансере. – Он пошелестел бумажками и поднял взгляд.

– Твою мать! Скажи, пожалуйста, может у неё с глазами, что-то? – Бывший послушник надеялся, что старый друг скажет другое…

– Да, у неё гетерохромия, один глаз голубой, другой зелёный, выглядит честно говоря жутковато. Особенно на фотографиях, где её в крови выносят с места пришествия. Глаз на фото бликует. Жуть… Так вот, девочка владелица приличного состояния. Отучилась на экономиста и имела неплохую должность. Всегда носит закрытую чёрную одежду, довольно замкнута, в последние несколько лет носила на глазу повязку. И вот несколько месяцев назад вышла замуж. Парень этот довольно мутный тип, сразу взял её фамилию. Кстати тоже выходец из того же детского дома, Денис Пономорёв, теперь вот Строгов. Сейчас проживает на их квартире, а вот девчонки твоей и след простыл.

Александр снял с лица тёмные очки в которых сидел всё это время и потёр правый глаз. – Макс увидев это немного шарахнулся от экрана телефона, не поверив глазам.

– Только не говори, что она твоя дочь! – Он притянул обратно телефон к лицу, разглядывая разные глаза старого товарища, раньше он не замечал, что они разного цвета. Они и пугали и вызывали любопытство одновременно.

– Так, я понял, скидываю адрес, её квартира к слову в Питере. На мой взгляд, этот мутный пацан хочет отжать элитную квартирку и капитал накопленный предыдущими поколениями…

– Макс, выкладывай свои предположения сразу, ты конечно тот ещё задрот, но обычно не ошибаешься. – Александр поставил телефон на подставку, а сам подошёл к своему бару, немного позвенел бутылками и извлёк две. Янтарно коричневый напиток слабо поблёскивал в приглушенном свете и у собеседника вызывал вязкую слюну. Нет Максим не был алкоголиком, он был коллекционером, за экземплярами в руках бывшего майора убойного отдела он гонялся давно.

– Вот это, ты получишь в любом случае! – Жестом фокусника он поставил красивые бутылки из чуть зеленоватого стекла перед камерой. – А вот эту… – он достал бутылку шампанского, тёмную и запаянную сургучом. – Ты получишь только в том случае, если девочка будет жива, так что давай свои предположения и носом рой землю, но найди, живой… – Полный мужчина в экранчике телефона поправил очки на носу и активно закивал. Он даже предполагать не мог, что у этого проныры есть такое сокровище.

– Так вот, по моим предположениям, парень о девченке и её деньгах ещё в интернате узнал и себе захотел, а Алиса, после смерти родителей совершенно необщительна и закрыта. Уж не знаю, как он её окрутил, но женился. Вот только, девочка оказалась умнее и переписывать имущество на прохвоста не стала. А учитывая, что она единственная наследница имущества Строговых, то став её мужем, если с Алисой что-то случится, он становится единственным наследником. У девушки шизоидное расстройство, проще всего сделать её недееспособной в какой-нибудь районной психушке.

– Макс, не нравится мне то, что ты говоришь. Давай адрес поеду, посмотрю на этого Дениса. Только ты, никому! Понял! Иначе все договорённости я аннулирую! – Александр знал Максима давно, он мужик не плохой, а в розыске и поиске информации и вовсе лучший, но есть нюанс, он болтун, каких не видел. Молчать он может, если ему это выгодно…

Александр долго не раздумывал, билет на самолёт купил сразу на ближайший рейс. Спустя сутки он уже шагал по улицам Питера ища нужную квартиру.

Дверь хорошая основательная, надо же с видео глазком, неожиданно. Он цокнул языком, молодец девочка. Нажал на кнопку звонка, трель была не слышна, в квартире хорошая звукоизоляция или звонок отключён. Нет не отключён звук проворачивающегося замка раздался почти сразу. Меня ждали?

Дверь открыл довольно смазливый темноволосый парнишка. Худощавый и высокий и как девочка повелась на этого слизняка?

Александр снял очки и глянул на парня, тот побледнел и попытался захлопнуть дверь, но Александр пинком ноги отшвырнул его в довольно просторную прихожую.

– Чуешь кошка чьё масло съела! Где Алиса! – Александр наступил ногой в тяжёлом ботинке на грудь молодого мужчины, тот захрипел.

– Она к родственникам уехала! – Вабанк пошёл мерзавец, Бывший послушник наклонился и поднял его за грудки, приподняв парня так чтоб тот смотрел прямо ему в глаза, навий глаз выдавая злость Видящего светился мягким желтоватым светом.

– Я родственник! Где Алиса! – Он отпустил его одежду одной рукой и схватил подонка за горло и прижал к стене. Молодой мужчина брыкался и дёргался царапая медвежью руку мужчины, но вырваться не получалось. Силы были не равны.

– Если ты мне честно не расскажешь, куда дел мою девочку, я буду медленно нарезать твою кожу на лоскуты, сделаю ей чудесную повязку на глаз, а зубы пущу на бусы. Ты знал, что если зуб отполировать, получается очень красиво?

Прозрачная вонючая жидкость заструилась по ногам молодого мужчины и струйками стекала с висящих воздухе ног.

– Денис! Фу! Ты омерзителен! – Бывший майор скривился, было противно, но дело ещё не доведено до конца.

Денис же таращил глаза и очевидно задыхался, переборщил с давлением на горло.

Александр ослабил руку и опустил мужчину на пол в лужу его же собственной мочи, этот слизняк сейчас вряд ли будет сопротивляться, но всё же достал из кармана перекидной нож.

– Ну что, Денис Пономарёв, выпускник интерната номер три, мне продолжать? Ты зачем фамилию сменил ублюдок? – Он приставил острозаточенный нож к глазу парня…

– Квартирой могут владеть только Строговы, прадед Алисы был немного повёрнут на сохранении рода, так что просто жениться на девчонке было не достаточно. – Он сглотнул вязкую слюну, из глаза выкатилась слезинка, нет он не плакал, просто моргнуть было так страшно, что глаз пересох.

– Почему Алиса? Ты парень смазливый, с другими бабами сложностей бы не было. – Александр по сути не хотел знать ответ на этот вопрос…

– Ну, а зачем сумасшедшей деньги и квартира? Она же всем этим не пользовалась! Это не справедливо, что ей всё, а мне ничего… – Мужчина захныкал и моргнул, острое лезвие пропахало закрывшееся веко распоров его. Кровь тут же заволокла красной пеленой глаз.

– Ты хочешь сказать, что ты не подонок и аферист, который обманом женил на себе одинокую девушку. Ты Робин Гуд блять! Грабишь богатых, потому оставляешь всё бедному себе? – Александр хохотнул и надавил на лезвие. Парень тоненько заверещал.

– Ты ведь её в психушку отправил, да? Куда ты её отправил? Прекрати орать и говори, иначе твой глаз я просто вырежу! – Парень тут же перестал завывать и заговорил.

Оказывается, он сам был из посёлка и когда его мать попала в психушку из-за очередного запоя, его приютили родственники. Вот справиться с ребёнком запойной алкоголички не смогли и отправили того в интернат, где он и взрослел. А учитывая, что поселковая прописка осталась, то на квартиру положенную от государства он рассчитывать не мог.

По сути квартира в посёлке у него была, но возвращаться туда? Для чего? А тут Алиса эта, носились с ней все как с писаной торбой.

Ой, бедная девочка!

Ах, на её глазах вырезали всю семью!

Божечки, не справилась психика, девочка сошла с ума! Жалость то какая! Это нянечки шушукались, что странно богатая наследница, с целым имением, а родственников нет. Ну, нет так нет. Вот только, девчонка никого к себе не подпускала, а потом в Москву уехала учиться, у него конечно таких денег не было. И он остался ждать, а сам собирал информацию, о квартире её, об имении. Тогда и узнал о завещании её прадеда Михаила Строгова.

Девчонка, только и занималась, что работала, да татуировки била, на что готова была спускать почти все деньги. Он долго следил за ней, узнал, что любит лате с мятным сиропом и серебряные украшения. Потому и пробраться в душу девчонки было легко.

Букет цветов там, стаканчик любимого кофе здесь, не принуждённо, словно знает её всю жизнь. А мягкая игрушка Чебурашка и вовсе стала выстрелом прямо в сердце. Он помнил в интернате она везде таскалась с такой потрёпанной и большеухой игрушкой. И растаяла Алиса увидев родственную душу. А когда он спел песню крокодила Гены на её день рожденья, она согласилась выйти за него замуж. Он помнил, что Алиса мало говорила, но вечно песню эту напевала . А дальше дело техники, поменял фамилию став законным родственником, уговорил Алису прописаться. Потом девчонка упёрлась и не захотела делиться деньгами и входить в бедственное положение.

Решение пришло само, он узнал что его мать таки скончалась в психушке и надо бы её хоронить. А так же узнал, что у нее осталась карта с деньгами куда всё это время ей, капала пенсия по старости и инвалидности.

А съездив в психушку понял, что это идеально! Ну даст на лапу врачу, а Алиса, итак, сумасшедшая на всю голову. Искать девчёнку никто не будет из родственников только он, муж. Как пройдёт время, подаст в суд на подтверждение недееспособности жены, а пенсию по инвалидности так и быть оставит тому же врачу. Чтоб ему выгодно было держать её там всю оставшуюся жизнь. А он так и быть подождёт, пока нет подтверждения, что она не дееспособна, доступа к счетам он не имеет, но он терпелив…

Александр не удержался и размахнувшись ударил того в лицо, парень сразу отключился.

Что ж с тобой подонок делать? Просто так мудилу обидевшего его внучку он не оставит.

Он достал телефон и набрал номер Макса.

– Ты был прав, этот мудила её в психушку сбагрил, подумай, как можно от туда девочку достать. Мне надо его где-то подержать, а то я кажется его немного попортил. Есть варианты? Ну вот и хорошо!

Глава 4 Принят

Вытащить Алису просто так из больнички не было никакой возможности, теперь они конечно знали, что искать и где. Вот только у девочки и правда были проблемы с психикой, за исключением шизофрении, она страдала анорексией и селфхармом, диагнозы конечно были описаны более развернуто, но Макс объяснил именно так. Сидел майор и думал, а правильно ли её оттуда забирать, если ей нужно лечение и не навредит ли?

–Ты конечно подумай, но всё же проверь, может парень на лапу дал чтоб из девочки совсем овоща сделали, сумма то на счету на минутку, с семью нолями… – Макс затянулся сигаретой и выдохнул.

–Предложения? Может мне тоже психом заделаться, да присмотреть за девочкой? – Александр задумчиво потёр свою седую бороду.

–Не лучшая идея, симулировать ненастоящую шизу конечно можно, только нужно помнить, что лечит тебя будут по-настоящему. Не факт что после того лечения, ты эту шизу не заработаешь. – Макс поклацал что-то на клавиатуре.

–И что ты предлагаешь? Сам понимаешь, я не могу мою девочку там оставить! – Александр начинал злиться, от чего странный правый глаз в свете камеры начинал еле мерцать. Максим не выдержав взгляда бывшего послушника отвёл глаза, лихорадочно подбирая варианты.

–Может санитаром? В районных больницах такого типа всегда их недостаток, берут всех без разбору из-за недостатка персонала. – Он вопросительно посмотрел на Александра.

–А почему? – Никогда в ту сферу он не углублялся, потому и не знал.

–Ну чудак человек! Туда идут от безнадёги, платят там тыщ двадцать пять. При этом, всегда есть риск получить травму от пациентов, контингент сам знаешь какой. Работа простая утки носить, их же мыть, а так же уборка помещений. При этом учитывая нехватку персонала, то это почти двадцать четыре на семь. Вот так-то! – Максим хмыкнул, он был готовить ставить ставки, что майор туда пойдёт. – Только вот нюанс, на отчаянного безработного ты похож мало, да и послужной список если твой всплывёт, начнутся вопросы…

–Ты, воды не лей, да мути в ней не наводи! Говори что надумал сразу. – Александр дурашливо стукнул кулаком по столу, но не рассчитал силу удара, красивая кружечка из тонкого фарфора с обидой дзинькнула, подпрыгнув на столешнице.

–Мы тебе сделаем подложные документы, да там и проверять особо не будут у них сильнейший кадровый голод. О! Орловым будешь Соколов – И сам засмеялся от своего каламбура, вспомнив старый советский фильм.

–Гудбай Америка ооооо! – Засмеялся Александр, вспомнив забавного советского шпиона с такой же, как у него фамилией.

Просмеявшись, махнул рукой соглашаясь и завершил видео связь, потёр бороду. Прав чертяка, слишком холёный, для того чтоб соглашаться на мизерную оплату санитара…

Старый пазик ровно катился по недавно уложенному асфальту, что сильно удивило Александра, ожидавшего в глубинке увидеть, максимум раздолбанную бетонную дорогу. Сам диспансер находился на окраине посёлка, не далеко, но на достаточном расстоянии. Походил больше на старого образца старый советский санаторий. Здание казалось даже несколько уютным, если б не ржавеющие решётки на каждом окне. Небольшая лесопарковая зона была усажена прекраснейшими треугольными голубыми елями.

Александр вышел на остановке у диспансера, под осуждающим взглядом водителя. Ещё бы, видок у него тот ещё. Трёхдневная щетина была неряшливой, футболка растянута и в пятнах. Над созданием человека без просвета Александр хорошо постарался, постоянно напоминая себе сутулиться.

Бетонный тротуар был чисто выметен, а с правой стороны цвели довольно аккуратные ухоженные клумбочки с небольшими, но аккуратными растениями, а чуть дальше грядка толи с укропом, толи с морковкой. Зелёный газон был чистым и ровным.

А Макс говорил, что персонала у них недостаток, а картинка то довольно жизнерадостная, хмыкнул про себя Александр.

– Мужчина, вы куда!? – Вышла плотная женщина в белом халате, сама она была довольно бесцветная, если б не морковного цвета, коротко стриженые волосы. Разглядывая такую колоритную даму Александр невольно заулыбался.

Мужчина потёр свой нос тыльной стороной ладони, скрывая улыбку. Поправил спортивную сумку за правым плечом, переминался с ноги на ногу.

– Работу ищу, в газете пишут вам санитары нужны! – Он пошуршал в глубоком кармане спортивных штанов, достал помятый газетный листок и сунул его под нос женщине.

Та брезгливо посмотрела не серый бумажный комок, от него ощутимо несло дешёвым портвейном и вяленой рыбой.

–Хорошо, только Арсений Викторович пока ещё не приехал, надо будет подождать, пойдём. – Она открыла перед ним одну из дверей входа, вторая судя по всему была заблокирована. Когда он прошёл вперёд она предусмотрительно закрыла входную дверь на ключ и ловко спрятала его обратно под одежду. Бывшему послушнику, удивлённому ловкостью рук не молодой женщины, стало интересно, а куда она его дела?

–Сейчас завтрак, давай быстрее к кабинету. – Зашипела женщина и подтолкнула мужчину в плечо. Грубо. Возмущение мутной волной сразу же забурлило в мужчине, он хотел было высказать женщине, но быстро осёкся. Алису он ещё не нашел…

Александр старался не подавая виду разглядывать из под затемнённых очков помещения и расположения палат.

Они подошли к двери с красного цвета табличкой в золотой оправе. Аа, Арсений Викторович Краснов, глав сволоч? Что-то подсказывало, именно ему Денис обещал небольшой гешефт, за инвалидность Алисы.

Хотя кто его знает, может здесь ещё врачи есть?

–А почему стены не мягкие? – Спросил он, будет хорошо сыграть в дурачка.

–Ты совсем дурак? Это больница, насмотрются фильмов своих! – Женщина с волосами цвета морковки, почему-то разозлилась. – По СанПину, поверхности необходимо обрабатывать, все поверхности, кстати это часть твоей будущей работы, если примут, конечно… – Она хмыкнула, пытается показать превосходство? Ладно…

–Ой, а могут не принять? А я уже и вещи собрал, меня жена вот выгнала, куда я пойду? – Он состроил грустную мину и шмыгнул носом.

Женщина тут же переменилась в лице сразу подобрев, пожалела?

–Так ты не работал что ли, что она тебя выгнала? – С хитрецой посмотрела на мужчину.

–Как это не работал? – Александр стукнул себя кулаком в грудь. – Я шабашил, где на стройке, где дрова поколоть, когда даже огороды копал, всё в дом всё в хозяйство! А она… – Он снова хлюпнул носом.

Женщина уже было прониклась симпатией к мужчине, но внезапно дверь с табличкой открылась, оттуда высунула голову симпатичная женщина с чуть встрёпанными светлыми волосами. Красивым жестом поправила очки в прозрачной оправе и вопросительно посмотрела на постовую медсестру.

–Что-то случилось? – Она посмотрела вопросительно на Александра и открыла дверь пошире, мол проходите гости дорогие.

–Ой Вероника Дмитревна, разбудили? – Медсестра заохала медсестра. – Простите, а вот он пришёл, говорит санитаром работать хочет.

Молодая женщина посерьёзнела мгновенно и острым взглядом окинула соискателя на место.

–Ну так проходите, как зовут то работника нашего, Нина Алексеевна? – Стройная девушка резко развернулась сторону женщины и требовательно на неё смотрела.

–А… м… – Женщина замешкалась серые зрачки в мутноватых глазах испуганно заметались.

А красотка то не проста значит, судя по всему "морковке" грозит выговор, а значит она ему меленько и гаденько может насолить.

–Александр! Александр Орлов! Но вы, можете звать меня Саша. – Он шутовски поклонился и протянул женщине руку, та что удивительно вложила свою тонкую ладонь. Недолго думая он легким движением руки развернул её руку запястьем вверх и мягко поцеловал туда. Она мгновенно залилась краской и выдернула ладонь, тут же забыв о проступке медсестры. Та, как рыба открывала рот и хлопала ресницами округлённых до небывалых размеров глаз.

–Я знаю почему от тебя жена ушла! Ты кобель! – Громким шёпотом проговорила медсестра, но понимая что благодаря выходке этого балагура избежала выговора, расслабилась и улыбнулась. Всё же пустить человека, моло того что без пропуска, так ещё имя фамилию не спросить…

Александр же хитро подмигнул и отправился в приёмную в след за блондинистой докторшей.

Она села в кожаное кресло и сложив ногу на ногу посмотрела на будущего работника утки и тряпки.

–Как вы уже слышали, зовут меня Вероника Дмитриевна, именно я буду вашим непосредственным начальником. Что по окладу, двадцать семь тысяч в месяц. У вас есть опыт работы санитаром? – Она вопросительно посмотрела на мужчину задумчиво покусывала кончик ручки.

Александр окончательно покачал головой.

–Я быстро научусь! – тут же вставил он.

Она цокнула, поклацала по кнопке мыши. Тут же загорелся экран монитора, осенний пейзаж отражался в очках женщины.

–Документы, пожалуйста. Паспорт, мед книжка, военный билет. Документы на детей если есть, о не женат… – Она долистала до самой страницы в паспорте – А говорили, жена ушла…

Вот хитрюга подслушивала, будем знать, звукоизоляция здесь никакая…

–Так гражданская же, бросила на произвол судьбы, представляете? Меня… – Он вновь грустно хлюпнул носом, женщины они жалостливые, особенно одинокие. А эта точно была замужем, но не за мужчиной, а за своей работой. Кольца на пальце не было, а то что она спала не дома, а судя по всему на том, пусть и с красивой бархатной обивкой, но всё же неудобном диване, говорило о многом.

Девушка вновь зарделась, но виду старалась не подавать.

Александр хоть и был мужчина в возрасте и потрёпанном виде, всё же был довольно симпатичен и видимо женщине пришёлся по вкусу.

–Вобщем, ваши коллеги введут вас в курс дела, но смотрите, надо помнить что наши больные с особенностями, хотя вы знали куда шли… Обувь должна быть на мягкой подошве, ничего бряцающего и гремящего. Также никаких украшений – Она посмотрела на серебряную цепь еле заметно выглядывающая из-за воротника футболки, какая внимательная однако.

–Как можно Вероника Дмитриевна? Этож крест православный! – Возмутился Александр, который после событий произошедших в монастыре больше никогда крест не снимал.

–Я не собираюсь нести ответственность за вас, если один из наших пациентов, на цепочке от креста вас и вздёрнет! – Голос женщины приобрёл стальные нотки с неприятным дребезжанием.

–Какой кошмар, здесь нет охраны? – На показ удивился Александр, если б была, его бы охранник встретил, а не постовая медсестра.

–Конечно нет, мы же не тюрьма… – Она задумалась, когда-то давно охрана действительно была, всё же нет-нет да заключенные с определёнными диагнозами были, но было их всего пять, если считать последнего недавно привезённого суицидника. Всё же, этого количества убийц и педофилов недостаточно для выделения бюджета на охрану. Именно так ей говорил Краснов, чтоб ему пусто было!

–Так я принят? – уточнил Александр внимательно рассматривая через свои затемнённые очки на задумавшуюся женщину!

–Принят.

Глава 5 Чёрно-красная тварь

Алиса тоскливо разглядывала, вяло ползущую по потолку муху.

Как нелепо! Как же это нелепо! Много она хотела? Семью, любовь, детей и самое обычное счастье, как у мамы с папой. И что в итоге?

Она всё ещё в реанимации, из-за потрясения от предательства мужчины ставшего мужем случился выкидыш.

Срок был небольшой, но крови было много, настолько, что потребовалось переливание.

Впервые за свою недолгую жизнь она задумалась, что не так уж и хочет жить. Всё что она имела, всё чем она жила тяготило. Она помнила что мама с папой отдали жизнь, чтоб жила она, но зачем? Для чего она нужна этому миру? Мир выкинул её на обочину жизни, как выкинул её Денис.

Бежать? Глупо, любая попытка побега, равно повышенная доза седативных. Глупо сопротивляться, да и зачем возвращаться, что-то доказать? Для чего? Такие люди, как её муж не поймут.

А здесь колют укольчик и всё, тишина и покой.

Как же больно! Это ест изнутри, до зуда во всём теле, всё чаще девушка расчесывала себя почти до крови, испытывая пусть небольшое, но облегчение.

Когда на каталке привезли бесчувственное посеревшее тело. Алисе было всё равно.

Двое санитаров не церемонясь и громко матерясь на парня, который вздумал резать себе вены и весил, как медведь.

Его перекинули с каталки обнаженным прямо на не застеленный клеенчатый матрас. Чуть позже пришла Нина Алексеевна, которая часто работала и за постовую и за процедурную медсестру. Она поставила мужчине с синюшной кожей капельницу и ушла.

Алисе не оставалось ничего другого, как наблюдать, как из пластикового медицинского пакета капает раствор, капля за каплей, медленно-медленно.

Чуть позже она начала разглядывать и самого парня.

Нина Алексеевна, хоть и обладала не здоровым скептицизмом в отношении больных, всё же была женщиной сострадательной и накрыла парня простынёй. Которая мало что скрывала…

Мужчина был прекрасно сложен, аки Аполлон Бельведерский, хмыкнула про себя Алиса. На таких смотреть приятно, хотя нездоровая синева парня внушала опасения на счёт его жизни.

Здесь, в этом диспансере реанимационная палата была одна, за ней пусть и не постоянно, но всё же наблюдали пристальнее. Пост медсестры располагался прямо напротив этой палаты, для постоянного присмотра, которого больница к слову обеспечить не могла физически, сказывалась нехватка медперсонала, потому Алиса имела небольшую, но всё таки свободу передвижения и когда препарат перестал капать закрутила колёсико потуже. Она понимала что капельницы которые делают сейчас безопасны, но больничные страхи детства заставляли переживать за незнакомца.

Его тёмные волосы коротко стриженые и забавно кололи пальцы, которыми Алиса пробежалась по голове мужчины.

Ресницы на глазах, глубоко впавших в глазницы, были длинные-длинные, мечта девчонок.

А после чувствуя безнаказанность и вовсе потыкала парня в грудь, мышцы там были твёрдые и создавали ощутимый рельеф. Видимо последнее время парень питался не очень, сделала вывод Алиса, жирочка под кожей у него совсем не было.

Сама Алиса всегда была болезненно худа, да, она занималась спортом последние несколько лет и понимала,чтоб были мышцы надо кушать регулярно и хорошо. Сама же Алиса испытывая голод, чувствовала странное непонятное удовлетворение. Чуть меньшее чем, когда взрезала собственную кожу. Словно стараясь наказать себя за то,что осталась жива тогда.

Она потрогала свой правый глаз, повязку конечно же забрали. Почему-то лишившись привычной вещицы, стало так тоскливо и страшно.

Видения, что сопровождали её всю жизнь перестали являться. Значит дело не в ней самой, а в этом глазу?

Пока она не видела ничего необычного, может она теперь здорова?

Это началось тогда, после смерти родителей, вот только понять, что существо которое она видит ненастоящее она не могла. Для маленькой девочки, та страхолюдная тварь, что впилась в шею самой злой воспитательницы, была реальна. Маленькая Алиса честно пыталась защитить, пусть и злую женщину и кинула ей в лицо тапком. Защитить не смогла и воспитательница стала злиться сильнее, да и тварь уж знала, что Алиса её видит и шипела, вызывая ярость своей носительницы.

Так Алиса и попала первый раз в больницу, доктор был очень добрый и ласковый. Всё расспрашивал видит ли она этих бабаек в тех или иных местах. И она видела, не везде.

Они были разные, в основном страшные, похожи на белёсую слизь, а были красивые голубоватые. Были черно красные, самые ужасные их Алиса боялась больше всего.

Она сделала вывод что те, что светятся голубым и белым зла никому не желают, но всё же зачем-то жмутся к людям. А те что светятся жёлто-зелёным и красным, злые. Обычно они находятся на человеке или внутри него.

Красного она видела лишь однажды, ей было тогда четырнадцать.

Человека провезли рядом с ней, его везли в секцию с железными дверями. Алиса никогда не была там.

Мужчина под препаратами был без сознания и плотно зафиксирован на каталке. Тварь внутри металась и рвалась искала выхода, разевала свой рот-дыру в немом крике, но сбежать из плёненного человека не могла.

И когда тварь увидела Алису, широко улыбнулась, провалы её глаз засияли жёлто-зелёным светом. Существо вывалило из своего рта длинный острый язык истекающий противной чёрной слизью, пытаясь дотянуться…

Девочка увидев это завизжала от ужаса, но парализованная страхом не могла сдвинуться с места.

Того человека со страшной тварью внутри увезли, а истерика у Алисы так и не заканчивалась, тварь коснулась её языком, оставляя на теле липкие противные пузырящиеся следы. Их не видел никто кроме Алисы и смыть их удалось не сразу, всё это время она чувствовала, как противная слизь разъедает тело, но ей никто не верил.

Только позже врачам удалось убедить девочку, что на самом деле ничего этого нет, всё это выверты сознания, а попросту галлюцинации вызванные шизоидным расстройством.

Но сколько бы Алису не пичкали препаратами, часто подавляющими волю и вызывающими аппетит, странные чудики не пропадали. Только повязка смогла решить эту проблему. Словно этих монстров видела она не двумя глазами, а лишь одним.

Видеть снова этих тварей не хотелось, совершенно не важно, были они на самом деле или являлись миражом поломанного сознания.

Сейчас на эту тему мало хотелось размышлять. Девушка медленно с трудом подволакивая ослабшие от недавней большой кровопотери ноги потихоньку вернулась на свою кровать.

Во время, подходило время ужина, учитывая что находилась девушка в реанимационной палате, то идти в столовую не надо. Алиса ухмыльнулась своим глупым мыслям представляя, как ковыляет до столовой.

Она вновь бросила взгляд на безучастного соседа, который был в отключке. Красивый, даже очень, ему бы моделью в журнале быть, а не голом холодном матрасе валяться. Даже сейчас, в не самом своём лучшем виде, синюшный и со впавшими темными кругами подглазами он всё равно приковывал взгляд.

Дребезжащий звук металлической тележки прервал созерцательное настроение Алисы, она с комфортом устроилась подоткнув поудобнее подушку. Только сейчас поняла, что из-за перемещений по палате вновь открылось кровотечение, между ног стало горячо и влажно. Простыня которую она использовала вместо одеяла быстро наливалась красным…

Привёзшая порцию каши с рыбной котлетой и свекольный салат Нина Алексеевна зайдя в палату охнула. Алиса не отрываясь смотрела, как растёт и ширится красная лужа между раскинутых в сидячем положении ног.

Сознание медленно утекало в колыбель снов, а что если она умирает? Мама и папа её там ждут? А там это где? Рай? Правь? А что такое Правь? Откуда в голове это приятное светлое слово?

Охая и хватаясь за голову женщина с морковными волосами, бежала к Веронике Дмитриевне, лишь бы не легла спать, одна она девчонку не вытянет.

Девочку было действительно жалко. Арсений Викторович, хоть и являлся глав-врачом этого заведения, хапугой был редкостным. Все понимали что девчонку сюда продали доживать остаток жизни. Врядли ей сулило радостное будущее. Препараты которые ей назначили и их дозы ужасали. И если б не беременность, о которой умолчал супруг, привезя девушку в наркотическом опьянении, то она уже лежала бы в другой палате и пускала пузыри. Скорее всего выкидыш спровоцировали препараты для очищения крови от отравы или сама ситуация. Как женщина женщину, она конечно же понимала, молодую недотёпу, но поделать ничего не могла. Жалелки на всех не хватит, потому и засунула свою жалость поглбже в задеревенелую к чужой боли душу.

– Вероника Дмитриевна! Вероника Дмитриевна! – Она тарабанила в закрытую дверь, разбудить женщину если та засыпала казалось вовсе не возможно. Женщина с уставшим лицом с с фиолетовыми кругами под глазами всё же открыла дверь и судя по выражению лица, хотела наорать на побеспокоившую её женщину, но увидев как та обеспокоена, передумала. Кивнула головой, ожидая внятного объяснения.

– Там! Строгова! Кровотечение началось! Сильное! – Она буквально выкрикивала каждое слово, выдавая своё беспокойство за молодую дурочку.

Женщина вышла из кабинета не забыв запереть за собой дверь на ключ и бодро направилась к процедурному кабинету. Подкатила гремящую каталку и накидала туда необходимое. После указав медсестре катить её за ней, Вероника пошагала в реанимационную палату счёт идёт на минуты.

Помощь была оказана вовремя. Нина Алексеевна облегчённо перестилала окровавленные простыни, а после обмывала девушку. Будет жить.

Сознание к Алисе возвращалось медленно, волнами. И первое что она увидела, это та самая чёрно-красная тварь, она нависла да её соседом, облизывая своим длинным склизким языком, бессознательное тело темноволосого парня. Сил кричать и звать на помощь не было Алиса провалилась в обморок.

Глава 6 Кошка

Александр уже третий день хвостом ходил за своим коллегой Серёгой. Санитар особым счастьем не пылал и новый сотрудник его сильно раздражал. Сам он был средней комплекции, с чёткой печатью частых запоев на лице. От него сильно разило перегаром.

Бывший послушник всё не мог взять в толк, как шустро он так перемещается по больнице. При этом делая вид совершенно безразличный.

Сама больница была довольно старым строением и своим видом и устройством напоминало крепость. Если снаружи она выглядела, как приличного размера особняк, то внутри становилось понятно, что это целый комплекс из четырех совмещённых зданий, которые представляли собой прямоугольник с открытой территорией для прогулок внутри.

Сюда уже добрались технологии и снаружи были камеры видеонаблюдения, так же они были и во внутреннем дворе. А вот в здании камер было немного, только на посту и на входе в закрытое отделение , другие камеры если и были, то наверное шпионские. Александр долго размышлял над этой странностью, ему казалось, что камер совершенно не достаточно…

Сергей, которому было поручено обучить нового сотрудника премудростям работы санитара, злился. Присутствие этого странного мужика тяготило и ограничивало.

Алесандр же тоже заметил странность, санитары выполняли свою работу очень странно.

Начиная с утра, как золушка носились по отделению, намывая пол, протирая поверхности, нося те же утки и их содержимое, переворачивая лежачих.

Ровно до того момента, как блестящий чёрный лексус отъезжает от больничных ворот увозя с собой Арсения Викторовича.

Город засыпает, просыпается мафия.

И санитары из угодливых чистоплюев превращаются в хозяев жизни и фактических рабовладельцев Да-да именно так. Тот же Сергей расползался по старому потёртому креслу аморфной лужицей и просто раздавал указания. Ни кому иному, а пациентам, которые за лишнюю сигаретку и коробок сухой чайной заварки, готовы были не то что отмыть пол, вылизать готовы.

И это удивляло Александра. Видимо Сергей привыкшей к такой небольшой власти, был ей развращён что ли. Так же и парк, чистота которого вызвала удивление по приезду, до идеала был доведен больными же до идеала, а клумба и грядка это тоже небольшая часть развлечений.

И называлось сие чудо трудотерапия, отказ от которой вел к ухудшению отношений с санитаром и пометке в личное дело.

Из развлечений здесь и было что покурить, да поработать, ещё говорили о творческом классе, но го руководительница была на больничном.

Сергея Александр тяготил не потому, что его нужно было обучать сложным премудростям. Их особо не было, а потому что не хотелось сразу испортить первое впечатление и казаться мудилой. Потом, как обтешется, будет такой же, а пока остатки совести не давали пропитому насквозь санитару покоя.

При этом, совершенно не мешая употреблять вечером прямо на рабочем месте из небольшого пузырька, остро пахнущую дешёвым алкоголем жидкость. Нет он конечно оглядывался не видит ли кто, но Александр видел и выводы делал.

Работа не была приятной, но Алису он пока не нашёл. Справедливо предполагая, что она там куда его санитар не приглашал. Дальше первого отделения новичка не пускали пока. То ли хотели, чтоб обучался в спокойной обстановке, то ли просто боялись спугнуть странными пациентами, нежданно, негаданно свалившуюся помощь в его лице.

Когда Макс говорил что у них кадровый голод, он пожалуй приуменьшил, здесь жёсткая кадровая дистрофия. Ибо даже не работая в медицине было понятно что одной медсестры и одного медбрата явно не достаточно, хотя бы для того чтоб они банально высыпались. Санитаров до его появления, было на одного больше, а с его появлением стало четыре.

Третий санитар находился в запое и на работу не выходил, который день, наверное потому Сергей и злился.

Сейчас они обслуживали первое отделение и здесь по сути было довольно спокойно, Александр предполагая работу в психушке рассчитывал увидеть психов. Тут же были просто люди, многие были довольно заторможены и довольно флегматичны, кто-то живенько общался с кем-то, особо долго не задерживаясь на виду с одним собеседником. Кто-то тихо плакал, кто-то просто сидел и смотрел в одну точку, вовсе не выражая эмоций. Люди, просто люди пронизанные болью и печалью, такими же, как пронизывали его.

В женскую палату его пустили только на второй день работы. Александр жадно вглядывался в каждое лицо, надеясь увидеть родные черты, но не находя.

В небольшой больнице содержалось не более семидесяти пациентов, просто в этой палате на восемь человек не было той кто была нужна конкретно ему.

Как же страшен женский алкоголизм. С удивлением для себя бывший послушник сделал вывод, что в основном здесь были больные алкоголизмом и наркоманией. Не шизики , и психи, а просто спившиеся люди. Сейчас не хотелось их осуждать, было жаль их всех.

Отсутствие здесь Алисы его расстроило, тогда получалось что она в закрытом отделение, куда его пока не пускали и пустят наверное только, через месяц, когда обвыкнется, ну или санитарка Олеся Никитична не выйдет на работу.

Эта дородная женщина внушала уважение своими огромными и не очень женственными руками. Редкие волосы, растущие на её голове с проплешинами, она собирала в куцый короткий хвостик. И чтобы не происходило она всегда была при макияже. Он не был сильно ярким, но учитывая что и ресницы и брови у неё по какой-то причине вовсе покинули лицо. Криво нарисованные чёрные стрелки и брови выведенные тоненько тем же карандашом , которым она рисовала на лице стрелки, выглядели довольно нелепо и смешно.

Александр же словно не замечая, таких акцентов, уже третий день подряд сыпал комплиментами. Хваля то свежевыстиранный халат, то милый румянец на белой коже. Вызывая у строгой женщины умиление и улыбку. Что в свою очередь сильно раздражало Сергея.

Который разорялся, что и страшна Леська, как атомная воина, да и вовсе пахнет от неё ужасно…

Сам тем временем с тоской на неё посматривая, когда та не видит…

Майор же знал женщины, они всегда женщины, где бы не находились и когда. Хорошие отношения с коллективом ему ой как нужны, особенно с ней. Ведь именно Леся Никитична была санитаркой закрытого отделения, в котором скорее всего и находилась его девочка.

Врачей в отделение было всего два, Заведующий этой больницей Краснов Арсений Викторович появлялся в ежедневно, но максимум часов до трёх, а позже укатывал по своим делам.

Казалось мужчина выглядит довольно представительным и добродушным и даже ласковым, но это только казалось и майор чувствовал всем нутром, что доверять ему нельзя. Вероника Дмитриевна, которая была его заместителем, наоборот проявляла странное рвение к работе, часто оставаясь даже ночевать в отделении. И не в недалеко расположенном в посёлке общежития, куда разместили и его, а в собственном кабинете, который делила с Красновым.

Александр её определил, как трудоголика и даже фанатика своей работы. Нет она, как Краснов с пациентами ровно до трёх и ни минутой дольше, позже заседала в своём кабинете, где выполняла всю бумажную работу, которую кроме неё выполнять было некому. И если и выходила из кабинета, то за очередной порцией порошкового невкусного кофе и снова запиралась в кабинете. И только трескотня пальцами по клавиатуре говорила, что сидит она там не просто так, а работает не покладая рук в прямом смысле слова. В отличие от своего начальника , доброй она не выглядела вовсе. Немного стервозная и довольно жёсткая, женщина, к которой всё же лучше найти подход размышлял Александр.

И всё же странное поглядывание на него Сергея настораживало, что-то сделал не так? С таким мудаком в его положении отношений лучше не портить, в конце концов, он не с проверкой здесь и уличать того в нечистоплотности не собирался. Да лучше с ним подружится, может выпить вместе?

Или что? Совсем я не понимаю таких людей, или он виды имеет на Лесю? Женщина на его вкус была на любителя, может Сергей и был любителем, а он своим желанием понравиться женщине, остро намекнул на здоровую конкуренцию? Всё же его надо напоить, с другой стороны всё общение с пациентами идёт через наглого санитара.

Там были свои особенности которых Александр ещё пока не понимал. Ни лизоблюдства этого, ни преклонения. Ему ж, как дону Карлионе едва не ручку лобызали, по-собачьи в глаза заглядывая. Что же это место делает с людьми, превращая их в послушных воле, ни лидера, ни диктатора, а просто спившегося человека? Которому не доступен иной способ заработка, кроме мытья полов в психушке.

Александр засунул омерзение поглубже, сейчас он здесь с другой целью.

–Серёг, а Серёг слушай, а как здесь с этим? – Он щёлкнул себя пальцами по шее прямо под подбородком.

Мужчина на кресле ехидно улыбнулся, ну вот он меня и поймал…

– Что Санёк, горит? – Он ухмыльнулся, ну наконец то перешёл на панибратство, да-да я не лучше тебя, я такой же…

– Да, как сказать то? – Александр потёр свой нос тыльной стороной ладони, после чего взъерошил седую шевелюру, придавая себе, как можно более неряшливый вид.

– Ну понятно, понятно, подожди, уложим спать полудурков и пошушукаемся! – Он подмигнул новичку покровительственно наклонив голову.

Тем временем сумерки опускались на здание.

– Мряу. – звук кошачьего голоса раздался по засыпающему отделению.

И Сергей, который выключал свет, напрягся. Завертел головой ища источник звука, глаза испуганно забегали, но он старался не подавать виду.

Интересно, подумал его Александр, почему его напугала кошка? Стоп, кошка? За три дня проведенных здесь, кошек он не видел. Кто-то из пациентов мяукает?

– Тут кошки водятся? – Он похлопал старшего коллегу по плечу, тот вздрогнул и обернулся.

– Не водятся…

– Почему тогда тебя это напугало? – вкрадчиво спросил Александр.

– Она приходит, когда кто-то умирает и никто её не видел. Только слышали, поговаривают, что видят кошку лишь те, за кем она пришла…

– Да блять! – Выругался Александр, понимая что и здесь водится какая-то нечисть, а после и вовсе побледнел от очередной догадки. – А за кем говоришь, приходит скрытное животное? И как часто?

– Так не часто, раз в полгода, мявкнет где-то, а потом труп находят с инфарктом… – Он продолжал крутить головой, видимо боясь увидеть ту самую кошку.

Ага инфаркт, раз в полгода, припоминая, что икотка питалась также, но тварь видать другая, может иначе поглощает энергию? А теперь получив пищу снова заляжет на дно и на его поиски никак не повлияет? Или она его почуяла? Как орты тогда? Надо найти тварь. А вдруг всё же просто кошка? С его везением врядли…

Глава 7 Иллюзия счастья

Ясность сознания мало-помалу возвращалась, с головокружением и болью во всём теле.

Попытка пошевелиться и вовсе не привела ни к чему. Даже глаза разлепить было большим трудом, словно склеенные карамелью, веки не желали разлепляться. Язык распух и занял почти весь рот, лишая возможности произнести какой-нибудь звук кроме стона.

Клеенчатый матрас неприятно холодил обнаженную кожу. А простыня накрывавшая тело вместо одеяла, совершенно не дарила тепла, как в прочем не сохраняла те крупицы что излучала кожа.

Ощущение леденящего холода странно контрастировали с льющимся из окна солнечным светом, который слепил с большим трудом открытые глаза.

Артём прищурил глаза обратно, летнее солнце невыносимо ярко освещало палату, через распахнутые в разные стороны дешёвые шторы.

Мысли тугими клубками ворочались на поверхности сознания никак не складываясь в общую картинку.

Странные стены выложенные плиткой, а напротив него ещё одна кровать. Он в больнице? Это палата? Как же он тут оказался?

Чем сильнее он пытался вспомнить, что же предшествовало его появлению здесь, тем сильнее отзывалась болью голова. Рука болит. Рука? Он поднял левую руку вверх и попытался сжать пальцы, тут же заскулив от боли в перемотанном бинтами предплечье.

Сильная боль словно ключ открывший замочную скважину воспоминаний. В открытую дверь сознания они лезли все сразу, своими гадкими липкими и склизкими щупальцами пачкая даже чудесный солнечный свет.

Понятно. Значит откачали, скорее всего он в больничной палате лагеря. Только сейчас он рассмотрел решётки на окнах, подтвердившие его догадки. Значит, как только он поправится его вернут обратно и всё начнётся с начала. Даст ли второй раз ему кто-то лезвие? Сможет ли он второй раз проститься с жизнью? Зачем его спасали?

Стон на соседней кровати привлёк к себе внимание, соседняя кровать была заправлена не в пример лучше, а человека на ней и вовсе укрыли клетчатым колючим пледом. Стало немного завидно, холод всё ещё терзал Артёма.

Он пристально наблюдал за слабыми трепыханиями под пледом, который сполз с головы его нежданного соседа, освобождая из теплого плена светлую макушку.

Девушка застонала, еле-еле слабыми движениями пытаясь сбить с себя одеяло, которое царапало нежную кожу.

Девушка? Артём не поверил своим глазам. Галлюцинация? Обман зрения? Но повернуться, чтоб получше рассмотреть соседа по палате сил не было, всё что он смог, это кряхтя чуть-чуть приподнять свою голову.

Девушка тем временем развернулась в его сторону, из под сбившегося одеяла в кровавых пятнах была видна оголённая кожа ног. Которые сплошь были забиты яркой красочной татуировкой. Как и высвобожденная рука которой девушка сейчас протирала заспанные глаза. Под которыми пролегали глубокие почти синие круги, как у панды.

–О! Очнулся… – Буркнула девушка и зевнула, как котёнок широко раскрывая рот.

По девушке было видно что она не очень здорова, цвет её кожи довольно заметно отливал еле заметной синевой.

Он и хотел бы ей ответить, но получилось только простонать…

Девушка разглядывала его в упор, не отводя взгляда и не стесняясь его наготы, которую он прикрыть не мог, да и нечем было.

Щеки налились жаром, было стыдно за свое теперешнее состояние, а девушка продолжала смотреть почти не моргая. Глаза у нее странные, кажется или правый чуть светится зелёным? Да нет игра света…

– Ты грязный… – Сказала она и медленно отвернулась к стене криво выложенной белой плиткой с почти черными швами между керамическими квадратами.

Это я грязный? А сама то! Дура под хохлому расписанная! В кровище вся… И правда в крови вся…

Стало немного стыдно за нахлынувшую было злость и он продолжал разглядывать повернувшуюся спиной к нему девушку. Размышляя над тем, где же он сейчас находится.

Определённо больница, но не лагерная. Выпустить его не могли, тогда где он? Решётки на окнах, вряд ли повествовали о свободе.

В это время в дверной проём без двери вошла женщина в белом халате. Сначала с некоторым беспокойством и наверное даже теплотой осмотрела девушку, подоткнув клетчатое одеяло удостоверилась что девушка и спит и обернулась к Артёму. Взгляд тут же стал холодным и колючим.

Артём решил не притворяться спящим, как это сделала девушка и продолжал хлопать ресницами, привлекая к себе внимание медсестры.

Та провела рукой по морковного цвета коротким волосам, цокнула и вышла. Вернувшись спустя некоторое время, но уже с гремящей металлом каталкой. Сначала женщина померила ему давление, вновь цокнула и убежала. Вернулась спустя какое-то время, волоча за собой что-то наподобие вешалки, такое использовали, чтоб вешать пузыри с растворами для инъекций.

Женщина не была ни ласковой, ни нежной. Ворочая его так чтоб ей было удобней делать процедуры, совершенно не заботясь о том что Артём от её действий испытывает дискомфорт и боль.

Хотелось в туалет, о чем ярко свидетельствовала утренняя эрекция, женщина скривила лицо и снова куда-то убежала, вернулась вновь довольно быстро держа в своей руке эмалированное судно, в простонародье утку.

Довольно непринужденно подпихнула, металлический судок, парню под ягодицы и проследив чтоб член оказался в судочке она ждала.

Артёму залился краской не зная как реагировать, но кричать и качать права в данной ситуации возможности не было, сил не было даже на то чтоб просто высказаться. А само судно будто вовсе из морозилки достали, оно холодило, словно прижигая кожу. Будто острого стыда было недостаточно.

После медсестра жестко вытянула его левую руку, перетянула жгутом и ловким выверенным движеньем ввела иглу в вену, покрутила пластиковое колёсико регулируя скорость введения инъекции. Достала ещё один шприц, набрала что-то из ампулы. Пощёлкала пальцем по пластиковому цилиндру, надавила на поршень, дождавшись что струйка препарата выдавит пузырьки воздуха и ввела воткнув иглу в жёлтую резинку соединительной канюли. Сон тяжёлой неприятной пеленой забирал и сознание, всё становилось не важно.

Алиса обернулась только тогда, когда Нина Алексеевна громко дребезжа тележкой удалилась в процедурный кабинет.

И вновь принялась разглядывать парня, да добродушная медсестра накрыла парня простынкой, заботливо оставив судно под ягодицами парня, объем вливаний был довольно большой. Судя по всему шанса на здравомыслие парню не оставят, не просто так он вырубился.

Жалко его, вены себе вскрыл что ли? Точно. Тогда зачем накачивать его седативными? Чтоб снова не выпилился?

Алиса видела так же и странную субстанцию, похожую на слизь. Она просачивалась через простыню, а часть её и вовсе унесла на себе медсестра. Казалась она шевелится стараясь занять как можно больше места на коже молодого мужчины. Вызывая у Алисы омерзение, она вспомнила что и сама долго не могла отмыться от черной невидимой никем дряни. Она прикрыла правый глаз рукой и посмотрела на парня одним глазом, в этот раз ничего не видя. Уверяясь ещё больше, что дело именно в том что второй глаз видит мир иначе.

Мысли о парне помогали не думать о собственной ситуации и забыть ненадолго о глодавшей жадным зверем душу, боли. Она решила не думать ни о Денисе, ни о неродившемся ребёнке. Она не успела его полюбить, срок был ещё маленьким. Алиса просто знала что он есть и всё. Был…

Нет, грустить она конечно будет по своему неудавшемуся материнству, но убива ться не будет.

Она вновь посмотрела на парня, представляя, а что если бы она встретила не Дениса, а его? Красивый и сильный? Он носил бы её на руках, как принцессу, сил бы хватило. Плиты мышц, четко очерченные под кожей говорили о скрытой в них мощи. Как спящий хищный зверь он был прекрасен. Они бы ходили в кино и катались на мотоцикле, а по вечерам смотрели “Сверхъестественное” и устраивали бой подушками.

Алиса любила играть в такую игру, представляя то самое счастье, которого у нее не было, но, как и любой девушке хотелось.

А ещё у них бы родились дочка и сын, похожие сразу на них двоих. Она вновь посмотрела на лежащего напротив мужчину, представлять счастье с таким, было приятно, Ещё бы дрянь эту чёрную с него отмыть…

После спланированного в голове безоговорочного счастья, парень начал нравиться ещё больше.

Наконец пришла Нина Алексеевна, проверила вялотекущую капельницу.

– Нина Алексеевна здравствуйте, вы сегодня такая красивая! – Пробормотала вялым голосом Алиса, женщина обернулась на девушку и ласково расплылась в улыбке.

– Ой, Алисочка хорошо что ты очнулась, давай ка мы тебе постельное поменяем, и сорочку? – Девушка слабо кивнула добродушной женщине. Женщина довольно шустро, несмотря на свою комплекцию сбегала и вернулась с набором из двух простыней сорочки и влажной тряпочки.

Она помогла девушке подняться и переодеться, было понятно, что до санитарной комнаты она не дойдёт, слишком слаба.

Женщина ловко отёрла клеенчатый матрас от крови натёкшей от пережившей выкидыш девушки и в пару движений застелила жесткую, но свежую простынь с больничной печатью.

Помогла девушке лечь обратно.

– Тёть Нин, а это кто? – Алиса похлопала ресницами. Имея миловидное кукольное личико, подобные действия у медперсонала всегда вызывали умиление и желание общаться с девушкой, как с маленькой.

– Ой, девонька, зэк это, суицидник. И статья у него плохая. Ты прости не реанимационная палата сейчас одна, как оклемается так и уведём его в отделение для заключённых, а пока потерпи маленькая… – Так вот чего она так его дёргала, но информационный голод не утолён.

– А за что его посадили? – И снова похлопала опахалами ресниц. Алиса прекрасно понимала, что создаёт иллюзию ребенка, это всегда работало…

– Так изнасиловал он девочку, а вены вскрыл, потому что испугался что с ним поступят так же… – Логичные размышления…

– Понятно, а зовут его как? – Продолжала Алиса немного плаксивым голосом.

– Так Артёмом, красивый всё-таки парень, даже не верится что по такой статье, да с такой внешностью… – Предалась размышления женщина, но после махнула на него рукой, укрыла девушку и отправилась по своим медсестринским делам. Часто этой женщине приходилось совмещать сразу две должности. Постовой медсестры и процедурной, потому и уставала он сильнее, злая была по той же причине, банально устала.

Алиса вновь погрузилась в свои мечты, размышляя об Артёме, как о своём мужчине… Постепенно день сменился вечером. В большом окне с довольно широким подоконником окне было хорошо видно чернильное небо с мелкой россыпью звёзд.

Тишина сгущалась и вызывала тревогу.

Словно вторя тревожным ощущениям, в комнату вновь пришло то существо. Алиса решила притвориться спящей. Если она закричит ей просто поставят успокоительное.

Она наблюдала за крадущимся существом через щёлочку под ресницами .

Оно вновь направилась к Артёму, вывалив свой длинный склизкий язык, слизь из его рта, срываясь тугими каплями капала на пол, оставляя на старом ещё советских времен линолеуме противные кляксы.

Тварь словно трясло, когда она протягивала свои скрюченные с длинными кривыми когтями руки к телу спящего парня. Оно сорвало с него простыню, длинный и гибкий, как лиана язык тянулся к паху молодого мужчины и ходило по его члену создавая иллюзию поступательных движений, от чего тот встал. Тварь запрыгнула на кровать и насадила себя на эрегированный член.

Алиса сжала веки сильнее, видеть это не хотелось, противно, мерзко, гадко. А что если посмотреть другим глазом? Нет!

Парень стонал, но не просыпался, хорошо же его обкололи. Тварь насытилась только под утро, всё это время Алиса слышала, что творится на кровати, но не открывала глаза.

Она посмотрела на Артёма только когда пропало странное мерзкое ощущение холода исходившее от его кровати. Парень посинел, а в его волосах появилась седая прядь.

Глава 8 Слюна

Александр уже третий час ковырялся в интернете стараясь найти упоминание о нечисти в кошачьей форме, и кроме японских неко чего-то удобоваримого не нашёл. Да и те вроде как злыми не были.

Ещё нашел пару видео на тему смерти и животных. Что кошки чуют скорое приближение смерти, будто запах человека в момент смерти меняется, это и чувствует кошка. На одном из видео кошка шла только к умирающим и те понимали что это конец. Только точных исследований на эту тему не было.

Андрей, бывший волхвом, рассказывал о том что кошки существа особенные и видят сразу два мира, Явь и Навь. Может зря он сразу про нечисть подумал? Может кошка просто дикая, потому и прячется, что боится?

А санитар и больные просто мистифицируют из-за недостатка образования и прогрессирующего алкоголизма?

Смерть за появлением странной кошки не последовала, той ночью никто не умер. Какие выводы мы делаем?

Первый, что это просто животное, которое гуляет само по себе, а санитару надо меньше пить. Второе в больнице есть место, недоступное персоналу в котором обосновалось животное. Кошку если не видели, то слышали, да и он сам слышал. Это место надо найти…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.