Людмила Закалюжная
Магия забытых душ

Глава 1

Прекрасное весеннее утро радовало пением птиц, теплым ветерком и солнечным светом. Зима в этом году затянулась и пыталась удержаться из последних сил, заваливая городок Дарвел снегом. Но солнце поднималось выше, растапливая опостылевшие грязные снежные горы. Ручьи бежали по улицам на радость мальчишкам, которые запускали самодельные кораблики. Я ловко перепрыгивала через лужи и торопливо шагала по тротуару к магазинчику дяди Перси, потому что уже опаздывала к открытию. Дядя был старшим братом мамы и с радостью взял меня в помощницы после окончания Академии, где учились только обладатели магического дара. Древняя сила зельеварения по маминой линии передалась лишь мне, старшей из трех дочерей.

– Доброе утро, эрлита Вуд! – поприветствовал меня с улыбкой Патрик, легко закинув на спину мешок с мукой. Легкий ветерок откинул назад рыжие кудри парня, открывая высокий лоб. – Придете сегодня на танцы?

– В другой раз, эрл Хамфри, – кокетливо ответила я. Патрик мне нравился. Высокий, крепкий, с лукавыми зелеными глазами. Все девчонки в Дарвеле хотели с ним танцевать, но рыжеволосый сын пекаря в последние две недели приглашал только меня. Сестры подшучивали надо мной, что скоро я стану эрлой Хамфри и вместо зелий буду готовить булочки. – Завтра у папы день рождения. Я сегодня до обеда и домой, маме помогать. Приедут родственники, в общем, народу соберется уйма.

– Я эрлу Вуду большой пирог испеку и завтра утром вам доставлю домой, – внезапно ошарашил меня Патрик, поправляя мешок на спине. Его веснушчатое лицо стало красным, и я решила, что ему очень тяжело стоять с таким грузом и разговаривать со мной. А потом появилась мысль, что если Патрик придет к нам домой, то я должна буду познакомить его с родителями… да, там вся семья соберется, не только со стороны отца, но и мамы. Пока я не была готова знакомить всех с эрлом Хамфри. Мне хотелось чего-то добиться в жизни. Как все студенты Академии Магии, я мечтала работать в Министерстве. Но, увы, не прошла комиссию, тогда дядя Перси и предложил набраться опыта у него в магазине, а я радостно согласилась.

– Эрл Хамфри, спасибо, но… – я не успела сказать, что не стоит беспокоиться, как послышался громовой бас отца Патрика.

– Ты что там застрял! До ночи будешь таскать? Мне мука срочно нужна!

Патрик сделал смешную рожицу, я засмеялась и, махнув рукой, побежала к дядюшкиному магазину. Он находился через три дома от пекарни. На широкой улице Кэмпбелл перед площадью располагались в основном различные магазинчики. Здания мало отличались друг от друга и стояли ровненько, как солдатики. Все были построены из серого камня с красными крышами. Хозяева старались получше украсить витрины, чтобы завлечь покупателей, а у дяди еще висела вывеска-флюгер, на которой изображались бутылочки и надпись: «Магические зелья эрла Фейбера».

– Доброе утро, эрла Дарем, – я поздоровалась с хозяйкой соседнего магазина. Статная женщина в лавандовом пальто рассматривала витрину с косметикой и обернулась на звук моего голоса. Я ни разу не видела, чтобы Салли забыла накрасить губы или глаза. Темные волосы соседка всегда укладывала в высокую прическу, открывая приятное лицо и шею.

– Доброе утро, эрлита Рози, – поприветствовала меня эрла Дарем. Она словно светилась изнутри, и хотелось подольше погреться в лучах ее света. Я подошла к женщине, заинтересованно глядя на витрину. Салли торговала лечебной и декоративной косметикой. Последний раз я брала у нее крем для лица из морских водорослей и осталась очень довольна. – Вчера мне пришлось задержаться из-за поздней доставки, привезли новую линейку косметики. Но мне так хотелось сегодня выставить ее на продажу. Рози, это что-то с чем-то. Я уже успела немного попробовать новинку, и, поверь, не зря ее так расхваливали. Пудра ложится незаметно, а какие шикарные цвета у помады! Приходи, что-нибудь тебе подберем.

Я с интересом рассматривала на витрине новую косметику. Эрла Дарем красиво уложила в корзиночку на белую атласную ткань пудру, помаду, тушь, карандаши для глаз и губ. Упаковка новой линии была оформлена в красных тонах и хорошо сочеталась с белым цветом, привлекая внимание.

– Твой дядя, видимо, ночевал в магазине, – неожиданно тихо сказала Салли. Заметив мой удивленный взгляд, добавила: – Я домой вчера ушла около двенадцати ночи и сегодня утром в вашем магазине все еще горит свет. Взгляни. Скорее всего, эрл Фейбер заснул.

– Странно, – я была в полном недоумении. Если дядя Перси задерживался на работе, то на следующий день, как правило, приходил не раньше обеда. – Может, получил срочный заказ. Спасибо, эрла Дарем, и хорошего дня.

– Спасибо, и тебе того же, – пропела соседка и продолжила изучать витрину. Я повернулась и услышала, как эрла Дарем пробормотала: – Надо сюда еще добавить красный подсвечник.

Внутри дядюшкиного магазина действительно горел свет, а еще… дверь оказалась не заперта. Я убрала ключи в карман пальто и вошла внутрь. В детстве мне каждый раз казалось, что я попадаю в таинственный мир. Сколько удивительных ароматов витало в воздухе! Разных размеров бутылочки стояли на полочках, а цветные жидкости бурлили в больших колбах, стекали по стеклянным трубкам к колбам поменьше и падали в виде капель в железные чашки. Я могла часами стоять и наблюдать за этим процессом. Дядя торговал не только магическими зельями, в лавке также продавались пучки сухих трав, которые мы собирали в лесу всей семьей. За дорогими ингредиентами для зелий посерьезнее дядя ездил в столицу или, если улыбалась удача, покупал на рынке у ловцов. Обычно это были части тела какого-нибудь животного, и, чем опаснее был зверь, тем сильнее оказывался ингредиент.

– Дядя Перси, я пришла! – громко крикнула я под звон дверного колокольчика, оглядывая магазин. Не заметив ничего подозрительного, направилась к прилавку, на ходу расстегивая черное пальто и снимая синюю шляпку под цвет моих глаз. Открыла дверь в подсобное помещение, которое служило и гардеробом, и кухней. В смежной комнате располагалась дядюшкина лаборатория, также там хранились в сейфе особо ценные ингредиенты и недельная выручка из кассы. Каждую пятницу в обед приезжал мой отец и увозил дядю Перси в банк. Сегодня была пятница… Пока я занималась покупателями до обеда, дядя Перси создавал зелья на продажу. Потом мы менялись, и я творила собственное маленькое волшебство, которое пользовалось успехом у женской половины жителей Дарвела. Зелье разглаживало мелкие морщины, снимало усталый вид. Отличное решение перед свиданием или важной встречей.

Дверь в лабораторию оказалась открыта, и я специально говорила громко, чтобы дядюшка меня услышал.

– Мама сказала, что завтра собираемся в два часа дня, и она не примет от тебя никаких отговорок. Приедут ваши двоюродные сестры, с которыми вы не виделись сто лет, – передала я дяде Перси мамины слова, убирая верхнюю одежду в шкаф. Я взглянула в зеркало, заправила невидимый темный волосок за ушко и слегка ущипнула себя за щеки, чтобы они порозовели.

– Я встретила по дороге сына пекаря. Патрика. Вы его знаете, рыжий такой, высокий. Он сказал, что испечет для отца большой пирог и доставит нам домой завтра утром. Представляете, – я пошире приоткрыла дверь в лабораторию. Дядя Перси сидел в кресле за рабочим столом спиной ко мне. Вернее… лежал на столе. Солнечные лучи ярко освещали его черноволосую макушку через небольшое закрытое окно. Все пробирки беспорядочно валялись на полу, словно их смахнули невидимой рукой. Несколько бутылочек разбилось, и я услышала треск стекла, наступив на него. Дверца железного сейфа оказалась распахнута, папки с документами раскиданы в разные стороны. Выпотрошены и скомканы некоторые разрешения на торговлю опасными ингредиентами, вскрыты письма от заказчиков. – Дядя…

Сделала шаг, еще один. Плохое предчувствие набатом стучало в висках, сдавливало грудь, не позволяя вздохнуть. Я ничего не видела вокруг, кроме дяди Перси, интуитивно понимая, что произошло страшное.

В нос ударил резкий, горько-сладковатый запах, и я остановилась, замерев от ужаса. Голова дяди была неестественно повернута, один глаз отсутствовал, из второго торчала тонкая железяка, так похожая на спицу. Засохшая кровь темнела под носом, на губах, подбородке. Рот открыт, словно перед смертью дядя кричал, скрюченные руки крепко связаны сзади, рубашка на груди разорвана и видны глубокие тонкие порезы.

– Создатель, – выдохнула я, дрожащей рукой закрыла рот, не в силах сдвинуться с места. Глубоко задышала, паника накрывала с головой, вызывая дрожь во всем теле. Слезы покатились по щекам, ноги стали ватными, и я просто рухнула на колени, не в силах отвести взгляда от ужасной картины. В голове пустота, ни единой мысли. Я не могла поверить в увиденное, казалось, сейчас дядя проснется, подмигнет и скажет: «Доброе утро, Рози. Видишь, как славно мы сработались, ни к чему тебе Министерство».

Не знаю, сколько я так просидела, только когда поднялась, ноги не держали. Как пьяная я направилась к выходу, хватаясь за стены. Больно ударилась левым боком о прилавок и, не сдерживая рыданий, вылетела на улицу.

Эрла Дарем все так же стояла возле своей витрины и беседовала с незнакомой мне женщиной, расхваливая новинку. Заметив меня, хозяйка магазина косметики на мгновенье замолчала, а потом сказала покупательнице:

– Простите, уважаемая эрла, – и подбежала ко мне. – Что с тобой? Рози, ты такая бледная. Что случилось?

– Дядя… Перси… мертв, – прошептала я и снова перед глазами возникла картина: лицо без одного глаза и спица, торчащая из другого. Снова я вдыхала сладковатый запах смерти, который отравлял мою кровь. Ноги подкосились, и я упала бы прямо на брусчатку, если бы Салли меня не подхватила. Дальше все происходило как в тумане. Покупательница помогла эрле Дрем отвести меня в магазин косметики и усадить в удобное кресло возле прилавка. В руки сунули горячий шоколад, я очень его любила, но сейчас даже не пригубила. Просто сидела, грела холодные руки, а в голове мелькали повторяющиеся картинки: вот я захожу в лабораторию, и передо мной раскрытый сейф, на полу стекло и одноглазое лицо дяди.

– Рози! – голос матери вырвал из омута, куда все сильнее затягивало отчаяние, боль, ужас. Теплые материнские руки согрели мои ледяные щеки, и я взглянула в мамины голубые глаза. – Рози, вставай. Поехали домой.

– Дядя… умер, – наконец я смогла произнести это ужасное слово и снова слезы градом покатились из глаз. Мама обняла меня, такой знакомый из детства аромат ландышей привел в чувство. Прорыдавшись, ощущая внутри лишь опустошение и тяжесть в груди, я поднялась. Заплаканная Салли тихо разговаривала с молодым сыщиком, тот быстро записывал ее слова в блокнот. Они одновременно взглянули на меня.

– Эрлита Вуд, – сыщик шагнул в мою сторону, но его остановила мама.

– Потом, дайте моей девочке прийти в себя. Да и что она вам нового скажет? Вы сами все видели.

Сыщик не стал настаивать, отошел в сторону, чтобы мы могли выйти на улицу. Я зажмурилась, подставляя лицо солнечным лучам, стараясь не смотреть на толпу зевак, которые собрались возле магазинчика дяди Перси. Люди расступались, давая нам с мамой пройти, и я слышала их шепот за спиной:

– Бедная девочка, увидеть такое…

– Говорят, бедняге выкололи глаз…

– Кому понадобилась убивать…

– Убийца в Дарвеле! Как теперь ходить по улицам…

Когда я заметила белую машину отца, то буквально побежала к ней, чтобы поскорее спрятаться от любопытных взглядов и не слышать разговоров. Я села на переднее сиденье и сразу оказалась в надежных объятьях отца.

– Дочка, – тихий голос папы вызвал новые слезы и поток слов.

– Мне так страшно, даже сейчас. Я закрываю глаза и вижу дядю Перси… вижу спицу в мутном, уже неживом глазу и чернеющую яму в другом. Сладкий, противный запах до сих пор у меня в носу, и тишина… давящая, как в могиле.

– Ларри, поехали, дома Рози станет легче, – услышала я мамин голос. Отец кивнул, вытер скупую мужскую слезу и, поцеловав меня в лоб, взялся за руль. Машина заурчала и плавно тронулась с места. Я смотрела перед собой, но не видела уютных магазинчиков на первых этажах серых домов, широкой площади возле мэрии, узких улочек и прохожих, которые радовались солнцу. Мой мир стал другим. Он поделился на «до» и «после». Когда умерла бабушка, я тоже плакала, грустила, только это была тихая печаль. Я понимала, что бабушка прожила жизнь и пришло ее время вернуться в духовный мир, где мы обязательно с ней встретимся.

Дядя Перси мог прожить еще не одно десятилетие, создать удивительные зелья и научить меня. Он много знал, был моим первым преподавателем и радовался успехам старшей племянницы. Дядя Перси когда-то работал в Министерстве и считался одним из лучших сотрудников Королевской Лаборатории. Правда, меня пытался отговорить от службы в престижном месте. Но поддержал, когда из Министерства пришло отказное письмо. «Не переживай, поработаешь у меня в магазинчике, создашь собственные зелья и попробуешь еще раз. Ты талантливый зельевар, Рози. Ты видишь магию, осталось научиться ее направлять». Я не могла принять дядину смерть. Как можно забрать жизнь у другого? А главное, зачем? Если хотели украсть дорогие ингредиенты или золотые монеты, то для чего было убивать? Это не укладывалось в моей голове, как и то, что я больше не увижу улыбку дяди Перси, не услышу его ворчание о плохой погоде. Больше никто не будет курить трубку в лаборатории и мне не на кого будет ругаться…

Дома меня встретили младшие сестры. Снова слезы, снова опустошение в груди и жуткая печаль, накатывающая волнами. Мама помогла мне раздеться, уложила в постель, заставила принять успокоительную таблетку и сидела рядом, сжимая мою руку, пока я не заснула.

Черная, холодная яма и одинокий лучик света, упрямо пробирающийся сквозь тьму. Я протянула к нему руки, пытаясь поймать тепло и согреть душу. Но лучик ловко уворачивался и словно звал за собой. Страшно, жутко, но без света еще страшнее, и я пошла за лучиком. Постепенно появились очертания деревьев вокруг, я услышала шум реки, до меня донесся сладкий аромат цветов и теплый ветерок игриво коснулся волос. Я сделала шаг и очутилась на берегу широкой реки. Мои стопы утопали в песке, и так было здорово ощущать его под ногами.

– Здравствуй, Рози,– дядин голос раздался так близко, что я вздрогнула от неожиданности, моргнула и увидела Перси в белой расстегнутой рубашке и закатанных до колен брюках. В голове пронеслась мысль: «Ты же умер!» и тут же дядя произнес: – В том мире – да, в этом у меня еще все впереди.

Заметив мой изумленный взгляд, дядя Перси рассмеялся.

– Как ты узнал, о чем я подумала?

– Здесь возможно все, Рози, – дядя сделал шаг мне навстречу, а я отступила. – Не бойся, я никогда не причиню тебе вред.

Спокойный голос, улыбка и теплый свет в голубых глазах, которые щурились от солнца. Все это успокоило, и я позволила себя обнять.

– Рози, у меня к тебе серьезное дело, – прошептал мне на ухо дядя Перси. – Надо, чтобы ты кое-что вспомнила, и тогда сыщики найдут моего убийцу.

Я навострила слух в ожидании. Мне очень хотелось, чтобы виновный понес заслуженное наказание.

– Что, дядя? Говори, я постараюсь, – таким же шепотом ответила я. Перси сел на песок и потянул меня за руку, чтобы я присоединилась к нему. Шум волн успокаивал, наступила какая-то странная умиротворенность, хотелось раскинуться на пляже и ни о чем не думать, просто блаженствовать.

– Помнишь? У меня была толстая книга, еще обложка из черной кожи, страницы желтые, рваные местами. В ней я всю жизнь записывал рецепты зелий. Куда ты ее спрятала, Рози? Я отдал книгу тебе.

– Мне? – Я удивленно уставилась на дядю. Теплый ветерок подхватил мои темные волосы и бросил на лицо, словно играя. – Ты уверен? Может, ты отдал книгу маме?

Дядя взял мое лицо в ладони, его голубые глаза, так похожие на мамины, неожиданно потемнели, и я вздрогнула от холода. Погода на пляже сменилась, небо заволокло тучами, ветер стал ледяным и закружил вокруг нас воронкой. Я попыталась оторвать дядины пальцы от лица, но ничего не выходило. Перси продолжал пристально вглядываться в мои глаза, словно искал там ответ.

– У меня нет книги, дядя, – прошептала я и тут же он разочарованно зарычал, толкнув меня в песок. Сам же Перси вскочил и ветер закрутил его в воронку. Последнее, что я увидела, это как голубые глаза дяди стали красными. Я с ужасом оглядела свою спальню и только тогда осознала, что больше не сплю. Сердце в груди учащенно билось и, сделав несколько вдохов и выдохов, я села. Странный сон мне приснился. Я задумалась о книге… а ведь такая была. Перед глазами возникла картина из детства. Мне было всего лишь десять лет, мы с мамой пришли проведать дядю Перси. Он лежал в душной спальне, укрытый одеялами, в воздухе витал запах лекарств. Доктор стоял возле постели больного и капал микстуру из бутылочки на ложку.

– Как ты, Перси? – обеспокоенно спросила мама, шагнув в комнату.

– Лечусь, – хриплым голосом ответил дядя, а потом, заметив меня, обеспокоенно произнес: – Привет, Рози. Ступай вниз, я бы не хотел, чтобы ты заразилась.

– Поправляйся, дядя Перси, – я хотела сказать, что не заболею, но мама закрыла передо мной дверь. Ничего не оставалось, как спуститься на первый этаж. В дядином доме больше всего я любила одно место – это лаборатория. Магия медленно просыпалась внутри и все чаще щекотала меня в носу, требуя выхода. Я обожала все эти колбочки, стеклянные трубочки, сушеные листики, не пугал меня даже заспиртованный мозг какого-то дикого животного. А еще были книги… много книг. В лаборатории вдоль стены стояли шкафы, заполненные различными рукописями, фолиантами. Особенно мне нравилась одна книга с черной гладкой обложкой. Я нашла ее случайно, а может, и не случайно, словно знала, где она лежит. Забралась по стремянке на самый верх, вытащила три толстенных тома и увидела ее. Незаметная, тоненькая, как блокнот, но как же эта книга манила. Я взяла ее в руки и ощутила магию, она осторожно покалывала мои пальцы, а после книга позволила себя открыть. Произошло волшебство, я чуть не упала со стремянки, когда в руках очутился толстый фолиант. Желтоватые страницы оказались исписаны черными чернилами, я сразу узнала дядин размашистый почерк. В эту книгу он заносил рецепты зелий и даже рисовал картинки, как выглядит нужная трава, тут же писал, где ее можно найти или почему лучше использовать в этом рецепте именно ее, а не другую.

Для десятилетней девочки, которая только делала первые шаги в зельеварении, это книга оказалась настоящим чудом. Я решила, что как только дядя поправится, попрошу разрешение изучать ее.

– Здравствуйте, милая эрлита Рози, —услышала я приятный голос. Подняла голову, в дверях стоял незнакомец. Светловолосый, с аккуратно подстриженными усами и бородкой. – Меня зовут эрл Томас Уилсон, я друг вашего дяди Перси.

– Откуда вы меня знаете? – удивленно спросила я, захлопнув книгу, и попыталась засунуть ее обратно. Но никак не выходило, возможно, оттого, что руки дрожали. Я так разволновалась, что меня поймали с поличным, будто что-то украла.

– Мы с вашим дядей давние друзья, я узнал, что он крепко приболел и решил навестить его, – ответил мне эрл Уилсон с приятной улыбкой.

– Дядя в спальне, с ним доктор и моя мама. Пойдемте, я вас провожу, – предложила я, спускаясь со стремянки.

– Буду вам очень благодарен. А то дверь мне открыла старая женщина, но не объяснила, куда идти. Я рад, что встретил вас, – сказал дядин друг, когда мы вышли в коридор.

– Это была эрла Хьюз, она все слышит, но не разговаривает. Эрла Хьюз готовит и убирается в доме дяди Перси, а за это он бесплатно сдает ей комнату, – рассказывала я по дороге, пока мы поднимались на второй этаж.

Я очень хорошо запомнила лицо эрла Уилсона, потому что тогда сильно разозлилась на него, когда увидела, как дядя Перси отдал ему черную книжечку.

Глава 2

Первая неделя со смерти дяди Перси прошла для меня в каком-то странном, застывшем состоянии. Я будто стала механической куклой, которая выполняла привычные движения: двигалась, ела, разговаривала. Все эмоции внутри собрались в тугой комок и даже слезы не помогали справиться с давящей болью. Во сне я видела одну и ту же картину: мертвого дядю на столе, а потом себя, достающую черную книжечку из шкафа. Перси больше не являлся, а я так хотела с ним поговорить. У меня было столько вопросов… насчет всего.

Низкие серые тучи и первый апрельский дождь за окном нагоняли цепенящую тоску. Папин день рождения мы не отмечали. Я и сестры шепотом, со слезами на глазах, поздравили его, а потом молча слушали, как мама встречала родственников и рассказывала о случившемся. Дяди Перси не хватало всем. Пусть он был немного странным зельеваром и обычно сидел тихонько в уголочке и наблюдал за всеми хитрыми глазами, попивая томатный сок. Сейчас его место пустовало и занять его никто из родственников не решился. Как держалась мама, я не знала, может, ее отвлекала забота обо мне или организация похорон, но из всей семьи именно она стала опорой каждому.

Из полусонного состояния меня выдернуло сообщение о том, что убийцу дяди нашли в одном из баров Дарвела. Пьяный бродяга сорил деньгами и пытался продать редкие ингредиенты для зелий. Тогда у меня мелькнула мысль, каким глупым надо быть, чтобы в открытую торговать ворованными веществами. Каждому ингредиенту был присвоен номер, который заносился в специальный журнал Отдела Городской Торговли. После оплаты и предоставления договора сделки между продавцом и покупателем выдавалось разрешение на продажу. У бродяги также обнаружили дядину одежду. Теплую куртку, кожаные ботинки, шерстяные брюки, которые мама шила для Перси. Нас пригласили в Департамент сыщиков, чтобы вернуть вещи дяди, и худощавый дознаватель с непокорной путаницей седых волос зачитал признание убийцы. Странно было слушать о том, что бродяга ночью искал, где спрятаться от непогоды, и забрел в открытый магазин на улице Кэмпбелл. Хотя дядя Перси лично запер за мной дверь и сказал, что задержится на часик, доделает заказ и тоже пойдет домой. Магический замок не так-то просто отворить, его изготовил лучший мастер в Реклинесе, так говорил дядя. Дальше оказалось еще чуднее, дядя напал на преступника, тот, защищаясь, нанес ему удар спицой в глаз, после связал руки и стал грабить магазин. Перси был высоким и крепким мужчиной, даже если убийца хорошо огрел дядю по голове, то для чего было убивать?

– Преступник… бродяга сказал, зачем… это сделал? – процедила я сквозь зубы, когда дознаватель закончил читать ахинею, по-другому я не могла назвать дурацкое признание.

– Эрл Джерси уверяет, что защищался, – был дан мне ответ.

– Ужас! – выдохнула мама, закрывая себе рот рукой, а потом я услышала ее шепот: – Я хочу, чтобы убийца ответил по всей строгости закона.

– Обязательно, эрла Вуд, даже не сомневайтесь, – кивнул дознаватель, убирая подписанный преступником документ в толстую папку с другими важными бумагами. – Чистосердечное признание подарило ему жизнь, но двадцать лет убийца проведет в одиночной камере в тюрьме Алькатрас.

Каждый в нашей стране Реклинес знал, что это страшное место. Преступники в стенах Алькатраса сходили с ума, просили о смертной казни. Их содержали в небольших камерах двадцать три часа в сутки, и лишь час убийцы могли провести на свежем воздухе со связанными руками.

Сильный гром вырвал из воспоминаний, и на землю стеной обрушился дождь. В такую погоду лучше сидеть дома, поэтому я очень удивилась, когда самая младшая из сестер, Флоренс, заглянула в мою комнату.

– Рози, мама сказала тебя позвать. Пришел незнакомый эрл, говорит, что был другом дяди Перси, – громко произнесла сестра прямо с порога. Десятилетняя девочка с раннего возраста проявляла упрямый характер. Дралась с мальчишками и предпочитала носить штаны, а не платья. Из-за этого они с матерью постоянно спорили, и чаще всего Флоренс выходила победительницей. Воспитанной эрлитой считалась средняя сестра, Кэрол. Она была младше меня на пять лет, а за ней уже ухлестывали кавалеры, и отец обещал достать охотничье ружье, чтобы разогнать всех.

– Твоей старшей сестре двадцать один год и то она не позволяет эрлам крутиться вокруг нее. Подумай над своим поведением, Кэрол, иначе запру в комнате и просидишь в ней всю жизнь, – пригрозил папа сестре. Все знали: отца лучше не злить. Кэрол надула пухлые губки, но спорить не стала, а потом шептала мне:

– Разве я виновата, что родилась такой красивой и всем нравлюсь? Не могу же я грубо сказать, чтобы меня не провожали.

– Можешь, – подмигнула я сестре. – И поверь, тогда кавалеров будет еще больше.

Кэрол с сомнением взглянула на меня, словно я ничего не смыслила в этой жизни. Наверно, она была права. Потому что до сих пор меня одолевали сомнения по поводу убийцы дяди Перси. Я пыталась поговорить об этом с мамой и отцом, но они отмахивались от меня, заявляя, что сыщики Департамента самые лучшие.

– Моей девочке очень тяжело, даже сейчас, но она старается, – услышала я грустный мамин голос. Ей тихо отвечал мужской, но я не разобрала слов, поэтому перестала прятаться за дверью кухни и вошла внутрь. За столом сидел эрл Томас Уилсон. Я запомнила его светловолосым симпатичным мужчиной с усами и бородкой, он таким и остался. Лишь в серых глазах я заметила тревогу, уголки губ скорбно опустились. Эрл попал под дождь, поэтому мокрые волосы зачесал назад, а в руках держал кружку с горячим чаем и аккуратно откусывал жареный пирожок с мясом. Заметив меня, мужчина грустно улыбнулся и поздоровался:

– Здравствуйте, эрлита Рози. Жаль, что нам пришлось увидеться при таких обстоятельствах.

– Добрый день, эрл Уилсон, – я присела рядом с мужчиной. Флоренс и Кэрол стояли возле закрытого окна и внимательно слушали взрослых. – Вы уже знаете, что убийца схвачен?

– Да, ваша мама мне рассказала. Гвинет, спасибо, что накормила и согрела. Пирожки очень вкусные, – поблагодарил друг дяди, а я не ожидала, что он так близко знаком с мамой. Заметив мой удивленный взгляд, эрл Уилсон усмехнулся. – Я знаю вашу маму очень давно. Мы дружили с Перси со школы, потом вместе поступили в Академию, а после работали в Министерстве. Ваш дядя, эрлита Рози…

– Давай сменим тему, Томас, – перебила эрла мама, наверно, ей было тяжело вспоминать те времена. – Скоро вернется с работы Ларри и отвезет тебя к дому Перси. Не верится, что его больше… нет.

Мама всхлипнула и спрятала лицо в ладонях. Держалась она, держалась, а тут не смогла. Мы с сестрами бросились ее обнимать, успокаивать и вскоре ревели все вместе, под этот рев и зашел на кухню отец.

– Гвинет, выпей водички и иди отдохни, – папа дал маме успокоительное и за ее спиной сделал знак рукой Кэрол, чтобы сестра проводила маму в спальню.

– Извини… Томас… но что-то я себя плохо чувствую, – мама поднялась и Кэрол с Флоренс тут же подхватили ее с двух сторон. Я накрыла на стол ужин, положила отцу и гостю вареные овощи с жареным мясом ягненка, потом налила себе чай, слушая, как мужчины тихо беседуют.

– Не знаю, что делать с магазином. Покупатели ждут, что скоро откроем, и заказчики пишут письма с требованиями либо вернуть деньги, либо выполнить заказ, – вздохнул отец, закидывая мясо в рот и тщательно прожевал его.

– Не переживай, решение само придет, когда наступит время. Может, что-то найдем у Перси дома в сейфе, – пытался успокоить отца эрл Уилсон.

– Вы умеете открывать сейфы? – спросила я гостя, снова присаживаясь на свое место. Дядя Перси никому не говорил кодовое слово, считал, что это небезопасно. Я помню, еще подшучивала над ним, что дядя скрывает секреты и не хочет ни с кем делиться.

– И не только сейфы, любые замки, – ответил за эрла Уилсона отец. – У Томаса особая магия.

– Обыкновенная, – с улыбкой возразил гость. – Для магазина друга я создавал специальный замок, его мог открыть только ваш дядя. Вам Перси дал доступ позже.

 Если дядя в тот день запер за мной дверь и я даже слышала, как щелкнул замок, то как вошел бродяга? Эх, мне бы поговорить с эрлом Уилсоном наедине, может, смогу еще что-то выяснить. Хорошо бы узнать, почему дядя Перси ушел из Министерства. Никто никогда ничего не рассказывал. Дядя всегда шуткой переводил на другую тему, а мама заявляла, что это не мое дело. Потом мне отказала Королевская Лаборатория, я расстроилась и даже бросила изготавливать зелья, бегала только на танцы. Родители стали надеяться, что скоро отдадут меня замуж, потому что в девках я засиделась. В двадцать один год молодые женщины без магии уже второго рожали.

– Можно, я поеду с вами? – спросила я отца, когда мужчины встали из-за стола.

– Если хочешь, то почему нет, – улыбнулся папа. Думаю, он даже немного обрадовался, когда я проявила интерес.

Едва я открыла входную дверь, как почувствовала себя так, будто мне на голову в шутку вылили ведро воды. Но плащ хорошо защищал одежду, поэтому промокнуть я не успела, пока бежала по лужам до машины.

– Ну и погодка, – покачал головой эрл Уилсон. – Когда я уезжал из столицы, то светило солнце.

– Дарвел находится севернее, поэтому здесь всегда на несколько градусов холоднее, чем в других городах Реклинеса, – объяснила я магу, чем вызвала у эрла Уилсона улыбку. Отец завел машину и мы медленно поехали, дворники отчаянно работали, но все равно не успевали справляться с потоком воды, который обрушился на городок.

– Я знаю, эрлита Рози, я ведь родился в Дарвеле и дом моих родителей недалеко от дома Перси, – произнес эрл Уилсон, и до меня вдруг дошло.

– Так получается, это ваша сестра, эрла Мэгги Фрай, держит магазинчик рядом с пекарней под названием «Лучшие замки Реклинеса»? – воскликнула я, вспомнив, как дядя Перси часто приглашал на ужин вдову и, когда я спрашивала про дату свадьбы, отвечал, что у них с эрлой Фрай лишь деловые отношения. Ну-ну, так я и поверила.

– Верно, он достался Мэгги от отца. Сестра тоже училась в Академии, после окончания сразу вернулась в Дарвел и вышла замуж. У Мэгги магия слабее, чем у меня, конечно, сестра способна создавать сложные замки, но вот мои пока еще никто не открывал, – похвастался эрл Уилсон.

Я подумала: «А вот сыщики решили, что бродяга вполне мог». Но промолчала. Всему свое время, не стоило торопить события. Почему-то я не сомневалась, что мне повезет, и я поговорю с эрлом Уилсоном.

Странное, удивительное ощущение все больше охватывало меня, пока мы ехали в машине к дому дяди Перси и болтали о повседневных делах. Словно я была на пороге великого открытия. Еще немного – и таинственная дверь в загадочный мир распахнется. Я задержала дыхание, как перед прыжком, едва машина остановилась. Отец и эрл Уилсон вышли первыми, побежали к серому дому, ничем не отличающемуся от десятка зданий вокруг. Эрла Хьюз быстро открыла дверь неожиданным гостям и ждала, пока я подбегу. Едва я запрыгнула на крыльцо, как молния ударила в землю, где секунду назад была моя нога. Грянул гром. Эрла Хьюз с вытаращенными от страха глазами схватила меня за руку и резко дернула в дом. Женщина быстро захлопнула дверь, будто увидела нечто ужасное за моей спиной.

– Ну и погодка, – ворчал отец, снимая плащ. Вода капала с ткани, образуя на полу лужу. Эрла Хьюз бросила на меня настороженный взгляд и, недовольно помычав, забрала у мужчин верхнюю одежду. Мне знаком показала, чтобы я бросила свой плащ на стул в коридоре. Мое сердце до сих пор бешено стучало в груди, и я все думала о том, что была в шаге от смерти и никто этого не заметил, кроме эрлы Хьюз. Но почему женщина прятала глаза? Она боялась, что я увижу ее страх?

Эрла Хьюз всегда меня недолюбливала. Стоило старой женщине зыркнуть маленькими черными глазками, как меня пробирало до дрожи. В детстве я всегда старалась поскорее скрыться, когда слышала тяжелую поступь эрлы. Она была высокой и крепкой женщиной. Седые волосы всегда прятала под красным платком, это был единственный яркий предмет ее одежды. Эрла Хьюз предпочитала черные вещи, возможно, поэтому кривилась, когда видела меня в светлых нарядах. Дядя Перси рассказал, что разрешил жить в своем доме несчастной эрле, у которой не было никого в Дарвеле. А кто она? Откуда? Где ее семья? Ответов не было. Надо отдать ей должное: эрла Хьюз хорошо следила за домом и отменно готовила. И она любила Кэрол, поэтому, если мы оставались у дяди Перси на обед или ужин, всегда подкладывала средней сестре мяска посочнее или булочек послаще. Ладно, сдобу я не любила, а вот жареное мясо с овощами обожала. И когда эрла Хьюз отворачивалась, воровала из тарелки Кэрол сочные кусочки ягненка.

Бросив плащ на стул, я поспешила за мужчинами наверх в кабинет дяди. Непривычно тихо было в доме без Перси, обычно они с папой подшучивали друг над другом и хохотали так, что дрожали стены. Отец вздохнул и понуро поднимался по ступенькам, эрл Уилсон тоже молчал, ушел в себя, видимо, вспоминал прошлое, связанное с другом.

Когда мы похоронили дядю Перси, то у меня в голове возникла одна идея, но я все не решилась ее озвучить, потому что не была уверена в своих силах. Но когда эрл Уилсон распахнул дверь в кабинет, я поняла, что время для самостоятельной жизни пришло.

Вещи в комнате лежали так, как оставил их Перси. Раскрытая утренняя газета, ежедневник с отмеченными датами, чернильница и перо. Эрла Хьюз унесла грязную чашку из-под кофе, а вот стол не вытерла, и я с комом в горле смотрела на круглый след.

– Томас, – отец хриплым голосом позвал эрла Уилсона. Над столом висела большая картина с пейзажем, изображающим широкую реку с тонкой полоской песчаного берега. Отец отодвинул холст в сторону, под ней оказался небольшой сейф. – Ключ мы с Гвинет не нашли. Посмотрели везде, в письменном столе, в тумбочке спальни, даже в комоде искали. Моя жена – единственная наследница, а вдруг внутри сейфа есть какие-то важные документы. Мы же не знаем, были ли долги у Перси. Еще за аренду магазина скоро вносить деньги, нужен договор, без него в мэрии оплату не примут, пока магазин не переоформили на Гвинет. Вот такие дела.

– Ларри, не переживай, все замки в доме Перси созданы мной, так что откроем, – подмигнул эрл Уилсон отцу. Маг подошел к сейфу, дотронулся до толстого железа пальцами, потом приложил ухо, словно вслушивался.

– Рози, – прошептал папа и поманил меня. Я подошла к нему, и отец тихо сказал: – Я пойду к эрле Хьюз, узнаю, что у нее по продуктам осталось, да и так расспрошу, как дела.

– Она же не разговаривает, – я удивленно взглянула на папу, а сама обрадовалась. Вот и появился шанс поговорить с эрлом Уилсоном.

– Мы с ней общаемся знаками, к тому же эрла Хьюз – женщина ученая и умеет писать, – пояснил отец и, махнув мне рукой, вышел из кабинета. Я же решила начать издалека и невинным голоском спросила:

– Эрл Уилсон, а вы знаете, почему дядя Перси ушел из Министерства? – Маг замер, а потом медленно повернулся ко мне.

– Вы не в курсе? – поинтересовался мужчина, одновременно делая волнообразные движения правой рукой по всей поверхности сейфа.

– Нет, дядя Перси все отнекивался и меня отговаривал от подачи заявки в Королевскую Лабораторию. Но ведь там столько возможностей, столько можно узнать интересного. Я хочу снова попытаться на следующий год, – поделилась я секретом с эрлом Уилсоном. Дело в том, что моя семья решила, что я останусь в Дарвеле и буду вечно работать в магазинчике дяди Перси. Но это было их желанием, не моим.

– Вы правы, Министерство заинтересовано в развитии сотрудников. Перси был очень талантливым зельеваром, – эрл Уилсон поджал губы и снова повернулся ко мне спиной, продолжая странные манипуляции, теперь двумя руками. – Эрлита Рози, слышали ли вы о мире духов?

– Конечно, – озадаченно нахмурив брови, ответила я магу. Что за странный вопрос. В обычной школе время этой теме особо не уделялось. Но, так или иначе, все знали, что существует духовный мир, который служит условной границей между живыми и мертвыми. В Академии рассказывали более подробно. Если маг научится управлять своим телом, мыслями, то сможет отыскать вход в мир духов и проникнуть в него. – Многие известные маги совершили открытия после посещения этого мира. Знания, вот зачем он нам нужен.

– Верно, эрлита Рози. В Министерстве поощряют путешествия к духам, но они вовсе не безопасны. Мы, живые маги, там чужие, – рассказывал эрл Уилсон, а я слушала, навострив уши. Только бы поймать момент, чтобы спросить о черной книжке. – Поэтому наши возможности в мире духов ограничены, и мы не можем долгое время находится среди них. К тому же, там несколько уровней и очень много зависит от того, на какой ты попадешь. Немногие счастливчики встречали духа, который мог подсказать нужное, но чаще всего такие путешествия оказывались безрезультатными и даже опасными. В Министерстве вам никогда не скажут, сколько магов погибло.

Эрл Уилсон обернулся ко мне и повернул ручку на сейфе. Щелкнул замок, и дверца открылась.

– Какой же вы сильный маг, – произнесла я, не скрывая восхищения. – Эрл Уилсон, мне нужно с вами поговорить. Это серьезно…

В кабинет вошел отец, и я замолчала. Эрл Уилсон если и удивился, то не подал виду.

– Ларри, твое желание выполнено, – усмехнулся маг, шагнув в сторону, чтобы папа мог приблизиться к сейфу.

– Я знал, что ты справишься, спасибо, друг, – отец хлопнул эрла Уилсона по плечу, а затем начал доставать содержимое сейфа и складывать все на стол. – Так, это письма от заказчиков, как я понимаю.

Отец бросил пачку вскрытых конвертов.

–Еще бы понять, что Перси изготовил, а что нужно сделать, – пробормотал отец, доставая толстую красную папку.

– С заказами я могу помочь, дядя Перси вел журнал в магазине. Так что разобраться будет нетрудно , – сказала я, приблизившись к столу.

– Уже хорошо, – бросил на меня взгляд отец и открыл папку. Сверху лежал договор аренды магазина. – То, что нужно, Гвинет обрадуется.

Дальше шли документы на дом, машину, разрешение изготавливать опасные зелья, а также договора с ловцами и Отделом Городской Торговли.

– А это что? Завещание?! – ошарашенно молвил отец, он держал в руках документ, закрепленный печатью и росписью адвокатской конторы «Клайд и Ко». – Рози, ты единственная владелица дома и магазина, а также ячейки в банке.

Я пораженно взглянула на мужчин и выдохнула:

– Вот так сюрприз.

Судьба явно была на моей стороне. Я хотела поговорить с родителями, чтобы они разрешили мне жить в дядином доме. Потому что здесь была лаборатория, книги и, возможно, я смогу обнаружить след, который привел бы к настоящему убийце.

Отец достал из сейфа небольшую деревянную шкатулку, открыл ее, и внутри мы увидели ключ с выбитым на нем девятизначным номером, золотое обручальное кольцо, которое принадлежало матери Перси, и маленькую записку со странными словами: «Он намо гуру деф».

– Какое-то магическое заклинание, – пожал плечами отец, передав бумажку эрлу Уилсону. Томас прочитал, загадочно взглянул на меня и протянул записку, чтобы я тоже посмотрела. Маг явно знал или догадывался, что значит этот набор букв.

– Это ключ от ячейки, – отец взял его и убрал в карман. Затем сложил в папку завещание, договор на аренду, остальное спрятал в сейф. – Томас, надо код. Лучше запиши мне, а то забуду.

Эрл Уилсон оглядел кабинет и ничего лучше не придумал, как оторвать кусочек от газеты. Маг обмакнул перо в чернильницу, быстро написал десять цифр и черточками отделил три из них. Затем Томас стал учить отца, как открыть сейф. Надо было набрать код из трех цифр на замке, нажать два раза на большую кнопку посередине, а потом ввести еще семь и давить, пока не щелкнет замок. У отца все получилось только с третьего раза. Он даже вспотел от волнения и раскраснелся.

– Надо бы эрлите Рози еще попробовать, теперь ваша дочь хозяйка в этом доме, – улыбнулся эрл Уилсон. Отец кивнул, отойдя в сторону, чтобы я смогла подойти к сейфу. У меня получилось с первого раза, и цифры я тут же запомнила, поэтому отказалась записать шифр.

– Вот что значит молодость. Когда-то и я был шустрым, а теперь даже сообразить толком не могу, – проворчал отец и уже ласково добавил: – Поздравляю, Рози. Перси сделал все правильно. За магазином никто лучше тебя не присмотрит.

– Папа, – я подошла к нему, и мы обнялись. В это мгновенье каждый из нас вспоминал дядю Перси. Я шмыгнула носом и посмотрела в блестящие от слез глаза отца. – Я хочу переехать….. сюда. Завтра.

– Что? – папа удивленно уставился на меня.

– Мне двадцать один год. Замуж я пока не собираюсь, к тому же у меня есть цель. Я хочу работать в Министерстве и развивать свою магию. Хочу, чтобы мои зелья приносили не только радость, но и помогали. В доме дяди Перси много книг по зельеварению, есть лаборатория, нужные ингредиенты. Я в любой момент займусь учебой или работой, – тараторила я, чтобы не дать отцу возразить.

– Рози, но что скажут люди и… мама, – папа пытался меня образумить. К моему удивлению, на мою защиту встал эрл Уилсон.

– Ларри, твоя старшая дочь – маг, не сравнивай ее с другими. Простым девушкам надо выскочить замуж до восемнадцати лет, а эрлита Рози и в тридцать будет завидной невестой. Не забывай, что маги живут дольше людей и стареют медленнее. Я старше тебя на десять лет, а выгляжу моложе.

Это действительно было так. У папы давно появилось брюшко и седина на висках, а на макушке лысина. Да и мама по внешнему виду уступала дяде Перси, хотя была младшей сестрой. Раньше я об этом никогда не задумывалась, а после слов эрла Уилсона вдруг поняла, почему пекарь Хамфри вечно недовольно хмурил брови и здоровался сквозь зубы, когда видел меня с Патриком. Маги создавали семьи друг с другом, а с обычным человеком редко, только по большой любви. Патрик мне нравился, но моя магия была для меня важнее.

– Пришла пора отпустить дочь, Ларри, – спокойно произнес эрл Уилсон. – Ты ведь знал, что это время придет.

– Но не думал, что оно наступит так скоро, – вздохнул отец.

– Папа, ну что ты драматизируешь, – не выдержала я и рассмеялась. – Я же никуда не уезжаю. Остаюсь в Дарвеле, и мне очень нужна будет твоя помощь с магазином. Одна я не смогу туда… войти.

– Конечно, дочка, – отец приобнял меня за плечи. – Я был так горд, когда узнал, что в моей семье родилась девочка с магией. Золотистый обруч украшал твою голову в первый год жизни, а потом исчез, и ты стала развиваться быстрее сверстников. Рано заговорила, начала читать и писать. Что ж, маги часто живут одни и ты уже взрослая, но для меня ты всегда останешься малышкой Рози.

– Папа, – я растрогалась и снова шмыгнула носом.

– Все, хватит слез, их и так было много сегодня, – грубовато заявил отец. – Поехали домой, только маме завтра все скажешь.

Пока мы спускались по лестнице, я шепнула эрлу Уилсону:

– Когда я с вами могу поговорить? Дело срочное.

– Завтра, эрлита Рози. Давайте встретимся в полдень, в кафе «Ронс». Знаете, где это? – успел шепнуть мне маг, прежде чем мы оказались внизу. Я кивнула, еще бы мне не знать. Кафе находилось рядом с железнодорожным вокзалом. Далековато от моего дома, но ничего. Эта встреча была нужна мне, а не эрлу Уилсону. Мы попрощались с эрлой Хьюз и покинули дом дяди Перси. Противный мелкий дождь продолжал поливать Дарвел.

Глава 3

На удивление, сегодня все утро светило солнце и к обеду практически не осталось мелких луж. С мамой я решила поговорить после встречи с эрлом Уилсоном, потому что беседа с ней затянется надолго. Накинув пальто и убрав под шляпку волосы, я вышла на улицу и поспешила к остановке. В Дарвеле был только один маршрут трамвая, который колесил по кругу. Ждать пришлось недолго и вскоре я уже тряслась в трамвайчике, поглядывая на часы. Опоздать не должна была. Задумавшись, с чего начать разговор, я не замечала серых, одинаковых зданий с красными крышами, узких улиц и горожан, которые радовались хорошей погоде в выходной день.

– Здравствуйте, эрлита Вуд, – неожиданно надо мной раздался знакомый голос, и я взглянула на Патрика. Рыжие волосы парня беспорядочно торчали из-под черной кепки, куртка расстегнута, но зато темно-зеленый шарф был обмотан вокруг шеи. Патрик слегка улыбнулся, но карие глаза оставались серьезными и внимательно наблюдали за мной.

– Добрый день, эрл Хамфри, – внутренне я уже решила, что ничего у нас с Патриком не выйдет. Пусть мы живем в одном городе, но словно в разных мирах.

– Сегодня отличная погода, по-весеннему теплая, – произнес Патрик, присаживаясь на сиденье напротив меня. В трамвае было мало пассажиров, в выходной день все предпочли прогулку по городу. – Отец послал меня на вокзал, купить билеты в столицу. В понедельник мы поедем в Эндебри, хотим прогуляться по местным булочным, посмотреть, чем торгуют в столице.

– Загляните обязательно к эрле Джекинс, у нее пекарня рядом с Академией, там продаются такие вкусные булочки с корицей. Я равнодушна к стряпне, а мимо никогда не проходила, – вспомнив беспечные студенческие годы, я невольно улыбнулась Патрику.

– Вы любите корицу? Я для вас испеку целую гору булочек с корицей, – эрл Хамфри снял кепку, рыжие кудри переливались в свете солнечных лучей. Такому цвету волос наверняка завидовали многие эрлы и эрлиты в округе, а некоторые специально красились. – Приходите завтра или давайте я вам принесу…

– Эрл Хамфри, куда мне столько, – рассмеялась я. Тягостное настроение медленно рассеивалось от обаятельной улыбки парня.

– А вы куда направляетесь, если не секрет? – поинтересовался Патрик, щурясь от солнца и смешно морща конопатый нос.

– Проводить друга дяди Перси, эрла Уилсона. Он сегодня уезжает в Эндерби, а мне необходимо с ним поговорить, – мысли об убийце Перси снова возвратились, я вздохнула, словно из прекрасного сна вернулась в реальность.

– Нам с вами по пути, я вас провожу и побегу на вокзал, – Патрик обрадовался, когда узнал, что мне тоже выходить на остановке рядом с железнодорожным вокзалом. Парень всю дорогу болтал ни о чем, старался развеселить меня, рассказывая, как он в семилетнем возрасте поехал с семьей в столицу и впервые ходил в зоопарк, где потерялся. – Я засмотрелся на огромного льва, а потом оглянулся, а родителей и старшего брата рядом не оказалось. Так я не растерялся, решил взобраться на дерево и сверху их увидеть. Залезть-то я залез, а назад… никак. Страшно стало. «Помогите! Люди!» – начал кричать на весь зоопарк. Собрал всех посетителей, и родители с братом нашлись.

Трамвай остановился на нужной остановке, и мы поднялись, чтобы выйти на улицу.

– А вы, наверно, магазин будете продавать? – неожиданно спросил Патрик, когда я шагнула на тротуар.

– Нет, теперь я хозяйка и дома, и магазина. Дядя оставил завещание на мое имя, – ответила я, решив, что скрывать ни к чему. Скоро горожане все равно узнают.

– Значит, вы останетесь жить в Дарвеле? – удивился Патрик, а взгляд карих глаз сделался серьезным. – И передумали про Министерство?

Я сначала опешила. Откуда Патрик мог знать о моих планах? А потом вспомнила, как обо всем рассказала ему, когда мы после танца, запыхавшись, пили яблочный сок. Теперь же я была осторожна и решила ничего больше не говорить.

– Эрл Хамфри, не знаю, что будет дальше, я даже не думала. Пока остаюсь. Вы простите, но мне в другую сторону. Эрл Уилсон наверняка уже ждет меня в кафе. До свидания.

Я попрощалась с Патриком и поспешила в сторону серого здания с вывеской «Ронс», которое располагалось напротив железнодорожного вокзала. Про эрла Хамфри я тут же забыла, на мгновенье перед глазами мелькнула страшная картинка с мертвым дядей Перси на столе, вызвав дрожь во всем теле. Пересилив себя, я открыла дверь в кафе и уже внутрь вошла уверенная эрлита, решившая получить от мага ответы на все вопросы.

Эрл Уилсон сидел в дальнем углу и приветственно помахал мне рукой. В кафе оказалось совсем немного народу, двое мужчин заняли столик в центре, а женщина с маленькой девочкой ели мороженое за столиком возле окна.

– Здравствуйте, эрлита Рози. Какая сегодня прекрасная погода, весна балует Дарвел, – поздоровался со мной эрл Уилсон, встав из-за стола и пододвигая мне стул. – Что будете? Позвольте порекомендовать вам шоколадное пирожное, называется «Ночная нимфа». Очень вкусное, я всегда его заказываю, когда захожу в это кафе.

–Если там много шоколада, то попробую, – согласилась я.

Эрл Уилсон сделал заказ и, слегка помешивая ложку в чае, произнес:

– Вы такая серьезная, эрлита Рози. Видимо, разговор у нас с вами предстоит непростой.

– Еще какой, эрл Уилсон. Не верю я, что бродяга мог убить дядю Перси, – тихо, но твердо сказала я. Черная бровь мага дернулась, и на мгновенье он перестал двигать рукой, а потом снова продолжил мешать. Официант принес мне зеленый чай и пирожное с шоколадной начинкой. Чтобы успокоить нервы, я решила попробовать бисквит. Вкус оказался бесподобный, нежнейший молочный шоколад таял во рту.

– Сомневаетесь в работе сыщиков? – эрл Уилсон сделал глоток чая и откинулся на спинку стула. Серые глаза мага таинственно наблюдали за мной. Возможно, никому другому я бы не доверилась, но эрл Уилсон был дядиным другом детства и хорошо знал моих родителей. Поэтому я выдала все свои подозрения о том, что дверь за мной дядя Перси закрыл, а значит, бродяга войти не мог. Но даже если вошел каким-то непонятным образом, то с крепким зельеваром бы так легко не расправился. Еще я рассказала о странном сне и о своем воспоминании из детства.

– Книга с черной обложкой у вас? – спросила я эрла Уилсона, который с каждым моим словом хмурился все сильнее. Маг подался вперед и положил горячую руку на мою.

– Эрлита Рози, я не удивлен вашей проницательности. Зельевары никогда не слыли глупцами. Я уверен, что этого несчастного бродягу подставили. Защитить бедолагу некому, а Департамент сыщиков рад был побыстрее закрыть дело. Я решил как можно скорее вернуться в столицу, чтобы навестить одного частного сыщика, эрла Генри Хардмана. Только он сможет нам помочь, – маг взглянул на часы. – Простите, мне нужно бежать, чтобы не опоздать на поезд. Я вам позвоню или напишу, эрлита Рози. Вы должны будете встретить эрла Хардмана и все ему рассказать, а также показать лабораторию, где совершилось убийство.

Эрл Уилсон поднялся и взял сумку, которая стояла возле стула.

– Подождите, – я схватила мага за рукав. – А книга?

– Иногда знания очень опасны, эрлита Рози, и прошу вас, не верьте всему, что будет с вами происходить во сне, – маг снова посмотрел на часы. – Мой поезд отходит через десять минут, мы с вами еще увидимся. Нам предстоит долгий разговор, но его лучше провести не в общественном месте и в спокойной обстановке.

Эрл Уилсон похлопал меня по плечу и выскочил из кафе, я смотрела, как он бежит к железнодорожному вокзалу. Итак, не я одна сомневалась, это уже радовало. Оставалось только дождаться незнакомого сыщика и новой встречи с эрлом Уилсоном. Но прошла неделя, началась вторая, а известий никаких не было.

Родители мой переезд восприняли болезненно, но согласились со мной, что развивать магию необходимо, а лучше всего это делать в доме дяди Перси, где есть все приспособления. Сначала я думала, что эрла Хьюз съедет, но женщина осталась. Она продолжала убираться в доме и готовить, даже завтракала со мной по утрам, не сводя мрачноватого взгляда с моего лица. Вскоре я привыкла и уже не обращала внимания. Черную книжечку я в доме дяди не нашла и решила, что в следующий раз эрл Уилсон не уйдет от ответа.

Труднее всего дела обстояли с магазином. От сложных заказов пришлось отказаться с объяснениями и извинениями, но клиенты все поняли и принесли соболезнования. Я взялась за легкие зелья, их было немного, поэтому я могла вполне успеть по срокам. Мама уволилась со швейной фабрики, где работала бухгалтером и стала помогать мне, стоя за прилавком. Мебель из лаборатории я выкинула, отец привез другую, более светлую. Мы поставили стол не рядом с окном, а возле стены, которую перекрасили в нежно-зеленый цвет. Смена обстановки пусть и не дала забыть страшное происшествие, но помогала сосредоточиться на деле, и я перестала заходить в лабораторию с дрожью в ногах.

– Рози, не представляю, как ты там работаешь, – сказала эрла Дарем, сочувственно взглянув на меня, когда мы утром в понедельник встретились возле ее магазина. – Ты очень сильная, если после всего продолжаешь оставаться там. Ой, прости. Не хотела напоминать, сказала, не подумав.

Салли взяла меня за руку и через тонкие перчатки я ощутила тепло ее ладони. Вздохнув, я призналась:

– Мне тяжело, но я стараюсь. Как могла, изменила обстановку. Дядя Перси… был равнодушен к цветам, а я заставила горшками весь подоконник. Повесила картину с моим портретом, его рисовала Кэрол, моя сестра. Она хочет стать художницей, путешествовать по миру и разбивать мужские сердца, – я улыбнулась, вспомнив наивные мечты Кэрол. Если бы в ее крови была хоть толика магии, то сестра бы поступила в Академию и ее мечты вполне могли сбыться. Отец не позволит Кэрол опозорить семью, после школы сестру ждало замужество, дети. Конечно, рисовать ей никто не станет запрещать, и Кэрол вполне сможет работать в художественной школе. Разве плохое будущее? Нет, лучше моего. Потому что меня ждало одиночество. Я твердо решила не выходить замуж, а во что бы то ни стало устроиться в Министерство.

– Доброе утро, эрлита Вуд, – поприветствовал меня еще один сосед, эрл Сандерс. Он приподнял фетровую шляпу, которую сшил сам. Моя синяя шляпка тоже была его творением. Все жители Дарвела покупали головные уборы в лавке «Парад шляп», даже из соседних городов приезжали. Вообще, магазинчик дяди Перси располагался удачно. Рядом с эрлом Сандерсом снимала помещение модистка, дальше сапожник; с другой стороны – магазины косметики эрлы Дарем, парфюма, цветов, пекарня и лавка сестры эрла Уилсона. За магическими штучками спешили все, даже если сначала не намеревались их покупать. А когда я придумала зелье, которое, пусть и временно, убирало темные круги под глазами, мелкие морщины и придавало свежесть лицу, то порой в магазинчике скапливалась очередь, и тогда я бежала помогать маме отпускать покупателей. Сначала мы с ней думали, что после убийства дяди Перси люди побоятся заходить в наш магазин, но оказалось все наоборот: страшная трагедия притягивала любопытных горожан.

– Доброе утро, – я поздоровалась со шляпником, который пригладил черные усы. На вид ему было около сорока лет, зеленые глаза на остроносом лисьем лице лукаво изучали меня. Хозяйка магазина косметики не выносила эрла Сандерса. Считала его хитрым пройдохой, который обаятельно облапошивает покупательниц. Сам же шляпник называл эрлу Дарем завистливой мегерой, которая умела только красить губы, а не продавать. Поэтому, когда появился эрл Сандерс, эрла Дарем фыркнула и пошла открывать свой магазин.

– Сколько злости в этой женщине, она чувствуется даже на большом расстоянии, – усмехнулся шляпник, провожая взглядом статную эрлу. Затем взглянул на меня и дружелюбно произнес: – Эрлита Вуд, я вас все хотел спросить, да не было случая. Как удачно, , , что сегодня мы с вами встретились. Вы не планируете закрыть магазин?

– Нет, откуда у вас такие мысли?– я была неприятно удивлена вопросом шляпника.

– Люди болтали, что вы хотели избавиться от напоминания об ужасном событии. Передумали? А то я нашел новых арендаторов, – эрл Сандерс усмехнулся, а я возмущенно воскликнула:

– Я считала вас умным мужчиной, а вы поверили злым сплетням.

– Простите, не хотел вас задеть Тогда вам надо заменить вывеску, – неожиданно шляпник перевел взгляд за мою спину, а потом снова посмотрел на меня и лукаво произнес: – Эрлита Вуд, а вы не думали совместить зелье и стряпню? Ваши булочки будут раскупать, я уверен.

– Что? – я нахмурилась и оглянулась. Патрик с широкой улыбкой нес поднос, укрытый полотенцем, рядом с ним шла мама. Они о чем-то мило беседовали и даже посмеивались над какой-то шуткой.

– Доброе утро, Рози, – слишком жизнерадостно сказала мама. – А я и не знала, что вы близко знакомы с эрлом Хамфри. Оказывается, он хотел поздравить папу с днем рождения. Жаль, что не вышло… Но зато смотри, какие красивые и ароматные булочки эрл Хамфри приготовил специально для нас.

– Доброе утро, эрлита Вуд. Они с корицей, как вы любите, – добавил Патрик. Я не видела его неделю и, к своему неудовольствию замечала, что каждый раз, когда проходила мимо пекарни, ждала, что рыжеволосый парень выйдет со мной поздороваться. Я кивнула Патрику и повернулась, чтобы открыть магазин. Единственный ключ был у меня, да и замок подчинялся только хозяйке магазина. Эрл Хамфри продолжал говорить:

– Мы вчера с отцом вернулись из столицы. Там уже вовсю цветут деревья и цветы.

Я ощутила, как магия коснулась моих пальцев, проверяя. Затем щелкнул замок, и я толкнула дверь внутрь, тут же колокольчики приветственно зазвенели.

– Ничего, скоро и мы дождемся тепла, – заверила Патрика мама, шагнув за мной следом. Сын пекаря не отставал и соблазнительный аромат булочек с корицей разносился по магазину все сильнее. Мама ушла раздеваться в подсобку, и я услышала, как она впервые за все дни, прошедшие после смерти дяди Перси, напевает веселый мотив.

– Эрлита Вуд, куда поставить поднос? – спросил эрл Хамфри и я, ничего лучшего не придумав, показала на прилавок.

– Вот сюда. Ах, вы сошли с ума, – вырвалось у меня, когда Патрик положил поднос и убрал полотенце. Целая гора румяных плюшек, которую мы даже с мамой вдвоем не осилим.

– Я же вам обещал, – произнес эрл Хамфри, и я почувствовала, как раздражение, вызванное эрлом Сандерсом, растаяло от лучистой улыбки сына пекаря.

– Спасибо, – тихо поблагодарила я, отчего-то смутившись пристального взгляда парня.

– Давайте пить чай, пока нет покупателей, – предложила мама, вернувшись из подсобки.

– Приятного вам аппетита, а я побежал в пекарню, а то от отца влетит. Хорошего вам дня! – пожелал Патрик и, бросив на меня быстрый взгляд, покинул магазин под звон дверных колокольчиков.

– Какой хороший сын у эрла Хамфри. Сам пекарь всегда такой мрачный, и жена у него вечно с недовольным лицом. Старший сын у них учится в столице, наверно, ездили его проведать. Рози, я же тебе письмо принесла, сейчас, – мама снова убежала в подсобку, а я не удержалась и взяла одну еще теплую булочку. Вдохнула аромат корицы и откусила приличный кусочек.

– Вкусно, – сообщила я вернувшейся матери, даже глаза закатила от удовольствия. – А от кого письмо?

У меня не было предположений, возможно, от друзей-студентов или…

– От эрла Уилсона. Он отправил письмо мне, так как не знал, переехала ты уже в дом Перси или еще нет. Держи, – мама протянула мне письмо, а я взяла его, пытаясь унять бешено бьющееся сердце.

– Пойду, почитаю, – и быстрым шагом направилась в лабораторию. Наконец-то я дождалась известий от мага. Сзади послышался звук колокольчиков и мамин голос:

– Доброе утро! Нет, булочки мы не продаем, это нас угостили соседи. Сейчас я их унесу, а вы пока выбирайте…

Я буквально влетела в комнату и, прижавшись спиной к двери, на мгновенье прикрыла глаза. Затем присела на стул, булку отложила в сторону и липкими пальцами вскрыла конверт. Я не могла терять время на мытье рук, поэтому достала письмо и начала читать.

Здравствуйте, эрлита Рози.

Надеюсь, у вас все хорошо. К сожалению, удача пока не на нашей стороне. Сыщик Хардман отказался помочь, объясняя это тем, что не связывается с зельеварами, назвав их самыми подлыми магами на свете. Жаль, конечно. Это один из опытных ищеек во всем Реклинесе. Я знаю причину такой ненависти, поэтому настаивать не стал. Не переживайте, я что-нибудь обязательно придумаю и постараюсь в ближайшее время приехать в Дарвел. В Министерстве загрузили работой, но я вырвусь. Обещаю.

Эрлита Рози, и ответ на ваш вопрос – была утеряна. Все подробности при встрече, в письме все не расскажешь, да и ненадежно. Ждите меня примерно дней через десять.

До свидания! Передавайте от меня привет всей вашей семье.

Эрл Томас Уилсон.

 Я ощутила горькое разочарование и злость, причем одновременно. Письмо выскользнуло из рук, упало на пол, а я, поставив локти на стол, положила голову на ладони. Что теперь делать? Я так надеялась на мага и ждала сыщика. Непрошеные слезы появились в глазах, но я быстро их вытерла. Ничего, порой у дяди Перси не получалось сразу создать сложное зелье, так он выходил из лаборатории и, по его выражению, «проветривал голову», а потом возвращался и… зелье получалось еще лучше, чем планировалось. Все не так страшно, как кажется на первый взгляд. Если самой попробовать начать расследование? Сначала поговорить с эрлой Дарем, вдруг она вспомнит что-то подозрительное, все-таки она тогда допоздна оставалась в своем магазине. В общем, надо проветрить голову и обдумать каждый шаг.

Глава 4

«Проветривать голову» я отправилась перед обедом. Собрала в сумку готовые и упакованные зелья, чтобы отнести их на почту и отослать заказчикам. Мама пожелала мне удачи, а сама взяла тряпку и стала проводить влажную уборку, пока не появились покупатели. Я направилась мимо магазина шляпника, дальше по улице Кэмпбелл. Почта находилась на противоположной стороне за площадью, недалеко от банка, который на прошлой неделе мы посетили с отцом. Представительный сотрудник, когда я показала ему ключ и дядино завещание, проводил меня через длинные коридоры и множество охраняемых дверей, пока мы не оказались в огромном помещении.

Однажды я побывала в столичной библиотеке и меня поразили высокие шкафы до потолка, они стояли рядами, заполненные книгами. Банковские ячейки располагались в таких же стеллажах и напоминали закрытые ящики для письменного стола. Сотрудник банка отвел меня в специальное помещение и попросил подождать. Я оглядела почти пустую комнату и присела на мягкий диванчик, рядом с которым стоял журнальный столик, и больше никакой мебели не было. Через несколько минут мужчина вернулся с закрытой ячейкой в руках, на ручке которой был выбит десятизначный номер, такой же, как на ключе. Осторожно положив ячейку на стол, сотрудник банка сказал:

– Как закончите, нажмите сюда, и я вернусь за вами, – эрл указал на красную кнопку в стене возле двери, и покинул помещение.

Разволновавшись, я некоторое время смотрела на ящик, думая о дяде Перси и совсем не представляя, что он мог хранить в банковской ячейке. Наконец, решившись, я вставила ключ в замок и повернула в правую сторону. Ящик вспыхнул красным огнем и открылся.

– Создатель, – ахнула я, глядя на золотые слитки. Да здесь хватит на всю мою семью и еще следующему поколению достанется. В жизни я не видела столько драгоценного металла. Папа, когда узнает, будет в шоке. Я взяла один брусок, решив его обналичить тут же в банке. Содержать магазин совсем недешево, так как от дорогих заказов пришлось отказаться. Осторожно перекладывая золотые слитки, я заметила под ними плотную желтоватого цвета бумагу, сложенную вчетверо. Достав ее из-под низу, я развернула и сразу догадалась, что передо мной карта. Только не города или Реклинеса, а с какими-то странными названиями: «Остров летающих облаков», «Море забвения», «Город пустых улиц». Карту рисовал дядя, я узнала его почерк. Штрихами он обозначил города, тонкими линиями дороги, также были изображены реки и озера, леса. Темным цветом закрашено место в верхнем углу карты, а рядом нарисовано несколько крестов и название «Хмур», внизу я заметила предложение написанное мелкими буквами : «он намо гуру деф». Те же слова были на листочке в дядином сейфе. Эрл Уилсон тогда сказал, что не знает, что они значат, но в том, что слова несут магическую составляющую, можно не сомневаться. Только, прежде чем их применять, надо выяснить для чего они, чтобы обезопасить себя и окружающих.

Карту я решила оставить в ячейке: если Перси ее здесь спрятал, значит, она очень важна. Взяла слиток и, представив, какой будет вид у отца, когда он меня с ним заметит, хмыкнула. Банк я покидала обеспеченной эрлитой, папа же светился от счастья, но продавать старенькую машинку, чтобы купить новую, отказался.

– Ни к чему, Рози, людям знать, что мы теперь богаты. Перси это золото не принесло добра. Поверь, проблем не оберемся, люди сами по себе очень завистливые существа. Пусть все останется, как прежде.

Я согласилась с папой, и мы с ним договорились снимать деньги только в крайнем случае.

А теперь, прошагав мимо банка, я свернула на узкую улочку, которая вела к почте. Мне повезло, народу оказалось немного, и через час я уже шла обратно. Прошлая неделя напоминала забег, я и спала всего пять или шесть часов, чтобы успеть выполнить заказы. Сейчас стало немного легче и мысли возвращались к странным магическим словам. У дяди Перси в библиотеке было полно книг о мире духов, интуиция подсказывала, что ответы надо искать в том загадочном мире. С каждым шагом я все яснее осознавала, что пора начать действовать и перестать надеяться на эрла Уилсона.

Семнадцать дней прошло с убийства дяди, я почти пришла в себя, хоть память не давала забыть тот страшный день. Вот и сейчас ярко светило солнце, птички грелись в его лучах и весело щебетали. Дети с радостным смехом бежали по тротуару мимо влюбленных парочек. А я погрузилась в мысли и не замечала ничего вокруг, очнулась только когда до моей руки дотронулись.

– Эрлита Вуд, – обратилась ко мне миловидная женщина с обаятельной улыбкой. Белая шляпка прятала ее голубые глаза и светлые волосы от солнца. Сестра эрла Уилсона расстегнула красное пальто, ее грудь часто поднималась и опускалась, как после бега. – Я вам кричала, а вы меня не слышали. Еле догнала вас.

– Здравствуйте, эрла Фрай, простите, задумалась, – произнесла я, невольно улыбнувшись в ответ и подмечая общие черты с эрлом Уилсоном. Такой же прямой нос, идеальной формы темные брови. Только если дядин друг держался просто, то его сестра смотрела с легким высокомерием, словно была какой-то особенной.

– Я вас прекрасно понимаю, – эрла Фрай взяла меня под руку, и дальше мы пошли вдвоём. – Без Перси мне очень сложно, я скучаю по нему, по нашим разговорам. Если вдруг вам однажды станет невыносимо грустно или одиноко, приходите. Я живу на улице Брайд, дом восемнадцать. Поболтаем о девичьем или о мире духов.

Последние слова эрла Фрай прошептала и подмигнув, произнесла:

– Хорошего дня, эрлита Вуд. Если понадобятся отличные замки, заглядывайте в мой магазинчик «Лучшие замки Реклинеса».

Женщина поспешила вперед, а мне так хотелось окликнуть ее и спросить, что она знает о духах, их мире. Решив, что на днях обязательно заскочу в гости к эрле Фрай, я поспешила к своему магазину, возле которого собралось уже человек десять покупателей.

– Эрлита Вуд, здравствуйте, – воскликнула постоянная клиентка, эрла Девейн. Она недовольно качала головой, и ее пухлые щеки надувались еще больше. – Я так спешила к вам за удивительным зельем, а тут… Понимаете, у меня завтра важная встреча.

– И у меня, – поддакнула эрле Девейн высокая, тощая женщина с кудрявыми, крашенными в рыжий цвет, волосами. За ней возмущенно заголосили другие, не обращая внимания на мою просьбу чуточку подождать. Я неожиданно разнервничалась, не понимая, почему мама закрыла магазин в час пик. Ключ не сразу попал в замок, перед глазами снова была лаборатория, дядя, стол и… спица. Распахнув дверь, я залетела в магазин с криком:

– Мама!

И тут же бросилась в подсобное помещение, откуда она уже выходила.

– Тихо, Рози, – мама приложила указательный палец к своим губам. – Приехал важный эрл от Томаса. Он сейчас в лаборатории…

– Эрла Вуд, мне срочно нужно зелье… ну вы знаете, какое, – раздался раздраженный голос эрлы Девейн. – Я не могу долго ждать.

– Иди к покупателям, я поговорю с эрлом, – а сама подумала, что доверять незнакомцам в наше время никак нельзя. Первое, что сделаю, этот попрошу документы. Я открыла дверь в лабораторию и замерла. Ко мне спиной стоял высокий мужчина в черном пальто. Незнакомец держал руки в карманах и, подняв лицо, словно принюхивался.

– Здравствуйте, эрлита Вуд, —раздался приятный мужской голос, и незваный гость повернулся. Он оказался красивым темноволосым эрлом с аккуратными чертами лица, около тридцати лет. Глубоко посаженные проницательные глаза, черные, как два таинственных омута, с интересом разглядывали меня. Незнакомец улыбнулся краешком четко очерченных губ и наконец представился. – Сыщик Генри Хардман.

Наверно, у меня было такое изумленное лицо, потому что эрл усмехнулся и произнес:

– Вижу, не ожидали меня увидеть.

– Вы правы, – выдохнула я, невольно сделав шаг назад. – Эрл Уилсон сообщил, что вы отказали в его просьбе.

Томас написал, что сыщик отрицательно относится к зельеварам, но пока я не заметила презрения или ненависти в черных глазах. Они пугали и затягивали одновременно. Я поймала себя на мысли, что беззастенчиво разглядываю эрла Хардмана. С ищейками мне редко приходилось общаться даже в Академии. В основном это были парни спортивного телосложения, которые часто отправлялись в поход на несколько дней, чтобы развивать магию. Мы зельевары, больше времени проводили в стенах лаборатории, осваивая науку и корпя над томами рецептов. Нас учили прислушиваться к интуиции, или, другими словами, к магии, потому что настоящий зельевар легко может приготовить незнакомое зелье и без рецепта.

– У меня появились причины взяться за дело, которое вроде как раскрыл Департамент сыщиков. Я пытался увидеть, что здесь произошло, когда вы вошли, – эрл Хардман указал на окно. – Раньше стол стоял там, верно?

– Мама вам сказала, что мы сделали перестан…

– Нет, эрла Вуд лишь проводила меня в лабораторию. Или вы не в курсе, что ищейки способны видеть, как располагались предметы в момент преступления? – Усмешка сыщика стала шире, чем вызвала мое раздражение.

– Откуда я могу знать, как работает ваша магия? Уверена, вы не в курсе, как я создаю зелья, – дернула я плечом и сняла шляпку. Неожиданно в комнате стало жарко, и я расстегнула верхние пуговицы пальто.

– Отчего же, вы вызубрили рецепты и спокойно варите зелья, а ваша магия помогает усилить их действие, – снисходительно пояснил ищейка. Я с большим бы удовольствием кинула бы ему в лицо шляпку, но удержалась, потому что эрл Уилсон сказал – только этот сыщик может мне помочь. Удивительно, что Эрл Хардман передумал. – Лишь единицы способны создавать настоящие рецепты, ваш дядя был именно таким зельеваром. Пока неясен мотив убийцы, тем интереснее будет его понять.

Сыщик подошел к тому месту, где раньше находился сейф. Сейчас там стоял шкаф с ингредиентами. Мне хотелось поспорить с эрлом Хардманом, сказать, что он не прав. Все зельевары умеют создавать новые рецепты, и с возрастом этот навык развивается. Уверена, наглый ищейка не сразу стал таким непревзойденным сыщиком. Но заставила себя не реагировать, спорить с упрямцами бесполезно, только нервы мотать.

– Департамент сыщиков решил, что бродяга случайно убил дядю во время грабежа магазина, – сказала я, подойдя к окну, чтобы его открыть и впустить свежего воздуха. Цветы в горшках на подоконнике вовсю цвели и тянулись к солнечным лучам.

– Он был здесь, эрл Джулан Джерси.

Я удивленно взглянула на сыщика, а тот лишь таинственно сверкнув глазами, продолжил оглядывать комнату.

– Это имя бродяги, эрлита Вуд. Когда вы сделали перестановку в лаборатории, то стерли все признаки преступления, но в магазине и подсобке я заметил туманный шлейф следа бродяги. Правда, он уже хорошо разбавлен покупателями, вами и вашей мамой. Ищейки из Департамента видели след яснее и поймали бы эрла Джерси в любом случае, только он выдал себя раньше, когда начал сбывать краденые ингредиенты.

– Это вам эрл Уилсон рассказал? – тихо спросила я, внутренне сжавшись, осознав, что натворила, когда решила все изменить в лаборатории. Но откуда… я могла знать…

– По дороге сюда я заехал в Департамент и ознакомился с делом. На бумаге все выглядит идеально, но эрл Уилсон рассказывал, что у вас были сомнения. Вы считаете, что бродяга не мог открыть магический замок. Верно?

– Вы думаете иначе? – пришла моя очередь усмехаться.

– А если я вам скажу, что спица, которой был убит ваш дядя, оказалась магической? – как бы между делом добавил сыщик, делая шаг в сторону двери. Эрл Хардман остановился, повернулся ко мне и двинулся к окну. Я замерла, усмешка медленно сползала с моих губ. – Странно, да?

Ищейка стоял так близко, что мне пришлось смотреть в черные глаза, они напоминали об опасности. Эрл Хардман разговаривал как настоящий представитель королевской власти, но в его движениях и взгляде проскальзывало, что-то дикое, неуправляемое. Словно сыщик давал понять, что никакие правила не загонят его в клетку. – Эрл Девей рассказал, что спицу нашел давно, она помогала убивать крыс, птиц и другую мелкую живность. Бродяга уверял, что оборонялся и избавил мир от еще одного демона, а власти снова не оценили его работу.

Сыщик все говорил, а я возвращалась в прошлое, в тот жуткий роковой день.

– Эрл Джерси хотел лишь погреться, а тут открытый магазин. Бродяга решил, что ему повезло, и пошел искать, чем подкрепится, так он и оказался в подсобке. Эрл Джерси услышал шорох в лаборатории и решил осторожно посмотреть, что там. Ваш дядя набросился на бродягу, и он, защищаясь, выхватил спицу.

Я обхватила себя за плечи, все, больше погружаясь в воспоминания. По моему телу пробежала дрожь, когда я вновь подходила к столу и видела дядю Перси, его кровь и темнеющую пустоту вместо глаза. В носу запершило от сладкого, противного запаха смерти, а во рту появился неприятный металлический вкус.

– Испугавшись, эрл Джерси усадил погибшего на стул, словно зельевар уснул. Убийца осмотрел открытый сейф, нашел дорогие ингредиенты, прихватил их с собой и дал деру. Ах да, еще вырвал левый глаз, думал, запутает сыщиков. Вот и все, эрлита Вуд.

«Нет!» Моя интуиция кричала, что это был не бродяга. Даже если спица оказалась магической штучкой, с сильным магом не так-то просто справиться.

– Я терпеть не могу зельеваров, – неожиданно жестко произнес эрл Хардман. – Один из вас оставил меня сиротой, но другой подарил надежду – и это был Перси. Мои услуги дорого стоят, эрлита Вуд. Если вы готовы платить, то я возьмусь за это дело.

– Вы же сказали… —горло сдавило от переполнявших меня чувств, и я обхватила его пальцами, – что это… бродяга.

– Есть один нюанс, почему я сомневаюсь, – хитро усмехнулся эрл Хардман. Он возвышался надо мной и слегка наклонился, словно намереваясь подавить мою волю.

– Поделитесь? – нахмурилась я, потому что терпеть не могла, когда не договаривали, и уже громче добавила: – Я вас нанимаю, но с одним условием.

Вся маска нагловато-спесивого сыщика неожиданно слетела, когда эрл Хардман улыбнулся, и я увидела обаятельного мужчину, от которого невозможно было отвести взгляда.

– Кто бы сомневался, эрлита Вуд. Зельевары своей выгоды никогда не упустят.

– Я хочу принимать непосредственное участие в расследовании, – твердо сказала я, глядя в черный омут глаз сыщика. – Моя выгода – это найти убийцу дяди, чтобы он понес заслуженное наказание.

– Вам ни к чему рисковать жизнью, или вы думаете, что найти преступника – это как прогуляться по магазину? Я веду дела один, вы будете лишь обузой, – отказал мне эрл Хардман, продолжая стоять так же близко. Я ощущала древесный аромат его парфюма и ауру силы, которая присуща могущественным магам. Сколько ему лет на самом деле? Чем сильнее маг, тем медленнее происходят возрастные изменения в теле.

– Раз я плачу, значит, мои условия, – я не уступала, интуитивно догадываясь, что дело было вовсе не в дяде Перси. Ищейка ведь отказал эрлу Уилсону. Почему же передумал? Правый уголок губ сыщика дернулся, будто он сдерживал усмешку, глаза хитро прищурились, и эрл Хардман произнес:

– Вы дадите мне полный доступ ко всем записям эрла Фейбера, причем не только тем, которые находятся здесь, но и к хранящимся в его доме. Будете отвечать на все мои вопросы, даже если они покажутся вам странными. Я позволю вам присутствовать при допросах свидетелей, сопровождать меня в неопасных для вашей жизни поездках. Все мои слова и действия вы не сможете никому передать. Пятьдесят процентов за работу вы оплачиваете сегодня, остальную – после завершения дела. Клянусь найти убийцу эрла Перси Фейбера. – Ищейка поднял левую руку и подвернул рукав пальто, оголяя запястье. Я увидела дорожку из многочисленных мелких, круглых шрамов, которая убегала дальше по руке. Сердце в груди застучало быстрее, когда я осознала, что происходит.

– Ну же, эрлита Вуд, или вы струсили? – иронично спросил сыщик, наблюдая за мной. – Это всего лишь формальность или магическая сделка.

– Вы поклянетесь защищать меня, если моей жизни будет угрожать опасность, – хриплым от волнения голосом произнесла я, задирая свое пальто на руке. Моя бледная кожа смотрелась беззащитно-нежной на фоне более темной кожи эрла Хардмана.

– Это единственное ваше требование, эрлита Вуд? – тихо спросил ищейка.

– Еще… вы скажете, почему передумали и решили поймать настоящего убийцу, – мысли беспорядочно метались в голове. Я была на пороге первого магического договора и совершенно не знала, что еще сказать, чтобы обезопасить себя. – Все… это все.

– Опыт приходит после каждого договора, если доживете, конечно, – хмыкнул эрл Хардман, затем он быстрым движением правой руки обхватил мою голову, не давая мне ни единого шанса отвернуться. Черные глаза влекли, стирая мое сопротивление. Я тут же ощутила, как магия все сильнее прижимает наши запястья друг к другу, теплая кожа сыщика прикоснулась к моей. Вокруг все исчезло, стало размытом пятном. Я видела только эрла Хардмана, слышала его мысли: «Требования высказаны, условия приняты. Смерть нарушившему договор. Печать поставлена». Нас закрутило так сильно, что черные глаза эрла Хардмана превратились в одну линию и в этот момент я поняла, что упустила. «Хочу видеть магический след вместе с ищейкой», – пронеслось у меня в голове, прежде чем мою руку обожгло огнем. Я зажмурилась от резкой боли, а когда открыла глаза, то увидела на коже маленький круг от печати магии. Он горел, пульсировал от боли, которая постепенно утихала. Пока будет действовать договор, я буду чувствовать печать, ее давление как напоминание. Сыщик резко дернул за руку к себе, и я услышала насмешливый голос:

– Эрлита Рози Вуд, маг-зельевар, решила обставить опытного сыщика?

– Нет, я всего лишь хочу найти убийцу дорогого мне мага, – возразила я, внутренне радуясь, что ловко обхитрила эрла Хардмана. Пусть не думает, что если я молода, то совсем ничего не смыслю в договорах.

– Не доверяете? И правильно делаете, – довольно усмехнулся сыщик, наконец отпустив мою руку. Эрл Хардман продолжал изучать меня, поправляя пальто. – Только здесь вы просчитались, если решили, что все будет легко. Лучше бы варили зелья и не лезли в опасную игру.

Я хотела возразить, что вовсе так не думала, как в лабораторию вошла мама. Она обеспокоенно посмотрела на меня, потом на эрла Хардмана и снова на меня.

– Все хорошо? А то я услышала странный шум, как будто ветер завывал, – произнесла мама, затем она увидела открытое окно и успокоилась. – Теперь понятно, это был сквозняк.

Мне показалось, что мама даже выдохнула с облегчением. Она всегда побаивалась магических штучек и обходила их за тысячу шагов.

– Увидимся вечером, в доме вашего дяди, эрлита Вуд, – вежливо сказал сыщик, давая понять, что сегодня приступит к расследованию, а я должна оплатить пятьдесят процентов. Сумма немаленькая, придется звонить отцу и с ним ехать в банк, а после к дому дяди Перси. – До свидания, эрла Вуд. Был рад познакомиться с сестрой великого зельевара.

Мама предложила эрлу Хардману идти вперед, чтобы она могла его проводить. Я же вдруг осознала, что все это время, пока разговаривала с ищейкой, сжимала кулаки. Что ж, дело сдвинулось с мертвой точки, это не могло не радовать. Остальное – переживем.

Глава 5

Эрла Хьюз настороженно поглядывала на сыщика, пока он снимал пальто и осматривался. Я же стояла у подножия лестницы, ожидая, когда эрл Хардман разденется. Деньги уже лежали в сейфе, и я хотела поскорее их отдать. Пятьсот золотых, такую сумму страшно держать дома.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.