Тиграна Верес
Осколки вечности. Том 4

Глава 1

Звёздное небо над Шаэном выглядит совсем не таким бескрайним и волшебным, каким оно кажется, когда смотришь на него с открытой террасы дворца владыки царства бессмертных. Всё дело в том, что небожителям не нужно поднимать голову, чтобы полюбоваться на звёзды. Бессмертные живут так высоко, что в сезон звездопадов могут даже собирать звёздную пыль, из которой потом делают редкие артефакты или зелья. Для этих людей звёзды ― лишь драгоценный ресурс, доступ к которому открыт каждую ночь. А для смертных обитателей Шаэна и демонов Огненных Пустошей звёздное небо недосягаемо. Его можно видеть лишь тогда, когда нет облаков. И к нему нельзя прикоснуться.

– Опять скучаете по Пустошам, господин? ― сочувственно осведомился Ясар, уже не в первый раз застав Эдриана Дайлу в окутанном ночным сумраком саду позади библиотеки.

– Прощаюсь со звёздами, ― ответил Эдриан. ― Утром я отправляюсь в Шаэн, а там сейчас зима. Небо почти всегда затянуто тяжёлыми тучами, из которых постоянно сыплется снег.

– В Эсмаре редко шёл снег, а теперь не идёт вовсе, потому что бессмертные подняли эти земли за границу облаков, ― поморщился старик. ― Вам ведь известно, что император Су намерен вернуть людям большую часть их владений? Интересно, Эсмар он тоже вернёт на место?

Восстановление прежних границ пяти царств в последние несколько лет было главной темой, обсуждаемой почти на каждом собрании советников. Конечно же, Эдриан знал об этом, поскольку на одном из таких собраний лично озвучил вероятные последствия поспешности в решении данного вопроса. Когда земли шести королевств людей были изъяты небожителями, оставшиеся внизу острова долго сотрясали природные катастрофы. Воды Океана заполнили образовавшуюся пустоту, но берега всех оставшихся островов сильно обнажились. С тех пор прошло уже больше десяти тысячелетий, эти территории освоены и заселены людьми и духами. Если вернуть центральную часть материка на место, вода вновь поднимется и затопит обжитые берега, что неизбежно приведёт к большому количеству бессмысленных жертв.

«Шаэн сейчас перенаселён. Король будет рад, если вы вернёте за Срединный хребет хотя бы часть земель, чтобы смертные могли уйти туда, но он недальновиден. Даже если вы разделите на части то, что желаете вернуть людям, и будете возвращать это постепенно, портовые города и прибрежные селения Шаэна смоет водами Океана после первой же вашей попытки проявить щедрость. Оценить этот дар по достоинству люди смогут очень нескоро, а до тех пор они будут ненавидеть небожителей за гибель своих сородичей. Насколько мне известно, правитель Шаэна не отличается готовностью брать на себя ответственность даже за собственные решения. Он будет улыбаться вам в лицо и благодарить за возвращение земель, но за спиной вас же и обвинит во всех бедствиях», ― так сказал Эдриан императору Су, и никто из советников не высказал возражения, поскольку эти слова были правдивыми.

Император Грэлем Су когда-то тоже был простым смертным. Он родился в Шаэне, рос в семье торговца пряностями, а потом поступил в магическую академию и проявил редкий талант к боевой магии. Этот человек ещё в юном возрасте поставил перед собой цель когда-нибудь возглавить армию бессмертных ― просто мечта, на пути к достижению которой Грэлем не щадил себя. Порога бессмертия он достиг в возрасте всего восемнадцати лет. Его ровесники к этому времени ещё и половины необходимых знаний и навыков не освоили, а он превзошёл всех не только в академии Шаэна, но и получил рекомендации от наставников в клан боевых магов царства бессмертных. Последние два тысячелетия Грэлем Су медленно, но уверенно поднимался по ступеням небесных магических школ, пока не получил желаемое. Он стал командиром имперской стражи ещё при Дарэле Ньюэ. Несколько раз руководил карательными набегами на Огненные Пустоши, но не испытывал гордости за эти победы, потому что воевать с беззащитными подло и низко. Сохранил свою должность при Тане Роэне, а позже принял активное участие в дворцовом перевороте, устроенном его же подчинёнными для спасения сестры звёздного дракона. Грэлем Су не просился на трон и был удивлён, когда соратники не только выдвинули на этот важный пост его кандидатуру, но и дружно её поддержали. Император, почти единогласно избранный всеми подданными ― такого небеса ещё не знали. Эдриана такое решение бессмертных не обрадовало. Он полагал, что прирождённый воин на небесном троне способен в короткие сроки погрузить весь мир в хаос войны, но ошибся ― император Су оказался не только талантливым, но и очень мудрым правителем.

С того дня, когда благородные династии бывших полубогов канули в небытие до последнего потомка, прошло уже полвека. Царство бессмертных за это время очень сильно изменилось, поскольку в нём не осталось самовлюблёных господ, кичившихся родством с богами. Знатные семьи сохранили свой статус, ведь в них входили и «обычные» бессмертные, но это была уже совсем другая знать. Император Су сохранил прежний общественный строй, но изменил сам смысл существования небесного царства. Испокон времён простые смертные сетовали на то, что небожители отвернулись от них, но при Грэлеме Су всё стало совсем по-другому. Теперь бессмертные призваны помогать смертным и сохранять мир в Пятицарствии. Они отвечают за погоду и не допускают длительных засух или затяжных дождей, которые губят сады и поля. Во многих городах Шаэна открыты лечебницы клана бессмертных целителей, куда может обратиться за помощью даже нищий бродяга с уверенностью, что будет принят, накормлен и вылечен от всех хворей. Император Су изменил и принцип обучения магов в академии, и порядок приёма туда новых студентов, и систему распределения выпускников по кланам. Всего за полвека он навёл порядок не только в царстве бессмертных, но и многое сделал для Шаэна. Мог бы сделать немало и для демонов или духов, но Лерой Нитаэн попросил его лишь о мире и невмешательстве в дела Огненных Пустошей, а владыка царства духов Динтин Хуо лишь повыше задрал свой птичий нос и заявил, что духовные звери не нуждаются в помощи бессмертных выскочек. С царством духов у небожителей тоже заключён мир, но в этом вопросе многое зависит от себялюбивых фениксов, которые время от времени пытаются что-то требовать и создают проблемы на восточных границах.

– На последнем Совете прозвучало предложение оставить Эсмар за границей облаков и отдать его царству духов, чтобы туда мог переселиться клан шестикрылых фениксов, ― сообщил Эдриан Ясару. ― У Динтина Хуо за десять тысячелетий после перерождения появилось много амбиций. К тому же в династии все его потомки, кроме него самого, обладают демонической магией. Такая же магия проявляется у тех духовных созданий, которые переродились после жизни в Пустошах. Други духи воспринимают её как противоестественную, поэтому в последние тысячелетия в заповедных землях нет даже внутреннего мира. Все духовные звери озлоблены, часто дерутся друг с другом. Если отделить демонических созданий от прочих, станет проще, но для этого Динтину Хуо нужно расширить владения своего царства. Бывшее королевство Эсмар может быть предложено фениксам как гарантия мира между двумя царствами. Просто сделка. Извини, если огорчил тебя этой новостью.

Ясар только тяжело вздохнул в ответ. Он слышал о том, что император Су намерен разделить бывшие земли людей по прежним границам королевств и возвращать их вниз частями, поэтому надеялся, что когда-нибудь и его родной Эсмар вернётся на своё место. Увы, великие дела часто требуют великих жертв. Да и не будет уже по-прежнему. Континет не восстановится. Даже если земли старых королевств и будут возвращены вниз, они не прирастут на свои места, а станут просто островами ― большими и обитаемыми, но отделёнными друг от друга водами Океана. Пока в этом мире есть магия и те, кто ею обладает, всё будет меняться по воле новых правителей. Стабильным и постоянным может оставаться лишь тот мир, в котором магии нет вовсе.

– Вы отправляетесь в Шаэн по поручению императора? ― спросил Ясар только для того, чтобы поддержать беседу.

– Это скорее просьба, а не поручение, ― уточнил Эдриан. ― Через два дня в академии состоится распределение выпускников, но в этот раз император не сможет присутствовать на церемонии лично. Я отправлюсь туда как официальное лицо от его имени.

– Роль наставника подходит вам больше, чем стезя воина, ― улыбнулся старик. ― Насколько я вас знаю, возвращаться вы не намерены. Всё равно прочли в этой библиотеке уже всё, что есть.

– Не знаю, вернусь или нет, ― честно признался Эдриан. ― Эти полвека я жил здесь на правах почётного гостя, но сегодня император Су даровал мне титул лорда и высказал надежду, что я останусь в академии как представитель царства бессмертных, если не захочу вернуться. Могу выбрать любую должность, какую сочту интересной и подходящей.

– Хороших наставников много не бывает, а вы пережили все эпохи изменения мира и даже внесли свой вклад, ― согласился с мнением императора Ясар. ― Я на его месте тоже не хотел бы потерять столь ценный ресурс.

– Спасибо, ― грустно усмехнулся лорд Дайлу и посмотрел на узорные метки на запястьях, оставшиеся ему на память о потерянной любви. ― Я не нашёл здесь то, что искал. В прочитанных мной архивах много полезной информации, но нужной нет. Попробую найти ответы у колдунов в Шаэне. У них всегда был свой подход к магии. Может, хотя бы они подскажут способ возродить Мирим к жизни.

В этот раз Ясар предпочёл промолчать, поскольку не разделял чаяния своего друга и наставника. Драконы, добровольно отдавшие свою жизнь кому-то из сородичей, даже в древние времена лишались шанса на перерождение, а теперь никто даже не знает, всего одна у них жизнь или несколько, как у фениксов. Спасая Эдриана, Ная поступила благородно, но неосмотрительно. Звёздный дракон изначально был обречён на страдания пути богов, смерть и вознесение, но эта девочка могла бы жить. Своей жертвой она спасла того, смыслом чьей жизни была сама. Теперь он страдает ещё сильнее, потому что умом понимает, что любимую уже не вернуть. Цепляется за беспочвенную надежду на успех своих поисков и не отказывается от них, чтобы сохранить хоть какую-то цель своего существования. Печальный итог.

На протяжении всех этих пяти десятилетий Эдриан Дайлу изучал особенности магии воды, чтобы по состоянию сил внутри медальона понять, сохранил артефакт хотя бы частичку души Мирим или нет. Несколько раз он погружался в глубокую медитацию и ненадолго переносил свой дух в медальон, но возвращался лишь с глубоким разочарованием. Артефакт по-прежнему являлся отличным убежищем для тигрицы Коры, но этот духовный зверь был единственным обитателем крошечного магического мирка. Эдриан не смог отыскать даже намёка на то, что кошка пыталась спасти свою хозяйку. Совсем ничего. Сохранять надежду его заставляли лишь слова Лероя Нитаэна о том, что медальон остался совершенно чистым и даже сиял, когда все одежды убившей себя Наи были залиты кровью. Это очень слабая причина для того, чтобы верить в чьё-либо возрождение. Внутренняя водная магия артефакта могла оттолкнуть кровь огненного дракона, а не впитать её. Эдриан прекрасно понимал это, но всё равно продолжал верить и каждый день подолгу смотрел на брачные отметины на своих руках, которым полагалось исчезнуть, если Мирим Лаор ещё раз переродится. За прошедшие полвека они не исчезли, не побледнели и в целом никак не изменились, зато служили отличным напоминанием о том, что желаемое очень часто остаётся недостижимым даже для тех, кто обладает божественной силой.

Просьбу императора Су отправиться в магическую академию Эдриан воспринял едва ли не с благодарностью. Ему незачем было оставаться в царстве бессмертных, поэтому необходимость в официальном посланнике совпала с намерением лорда Дайлу отправиться в Шаэн. Задач на него эта миссия возлагала не слишком много, зато давала очень широкие полномочия и открывала законные возможности для продолжения поисков. Да и наведаться в собственное поместье в Огненных Пустошах не помешало бы, поэтому обстоятельства пока складывались очень удачно. Единственное, что беспокоило Эдриана ― это возложенная на него задача проконтролировать честность отбора выпускников, которые продолжат обучение уже не в магических кланах Шаэна, а в царстве бессмертных. Такой отбор проводился один раз в три года, основным критерием для него служило достижение порога бессмертия, но были и другие показатели, требующие тщательной оценки. Шаэнская знать не скупилась на взятки, пытаясь выделить отпрысков своих семей, а император Су никогда не приветствовал подобное. В прошлый раз ему пришлось наказать четверых наставников академии за взяточничество, а одного даже казнили за подделку результатов испытаний. Казалось бы, ничего сверхъестественного не произошло, ведь благородные господа всегда были столь же щедры, сколь коварны, а жадность и любовь к деньгам неискоренимы, но Грэлем Су считал иначе и был прав. В том, что добиться нужных результатов можно только талантом и тяжким трудом, но никак не деньгами, Эдриан был с ним полностью солидарен. «Будьте очень осторожны, лорд Дайлу. Я доверяю нынешним наставникам академии, но там есть ещё и прислуга, которую легко подкупить. Убить вряд ли решатся, но опоить так, чтобы вы не создавали проблем, вполне могут. Если бы мои люди не проверяли еду и питьё, я и сам мог бы неоднократно оказаться обманутым. Поручал найти виновных, но безуспешно. Слуг наказывают, а настоящие зачинщики остаются неизвестными. Буду крайне признателен, если вы озаботитесь ещё и этой проблемой», ― такую просьбу высказал император, а Эдриан не смог ему отказать. Отбор длится всего несколько дней. Всё равно для личных дел времени не останется, так почему бы не выполнить ещё и эту задачу? Лишь бы разбирательства и поиск виновных не затянулись надолго, потому что копаться в подобной грязи Эдриан Дайлу не привык.

Глава 2

― Это Эдриан Дайлу?

– Где?

– Да вон там, в чёрно-синем одеянии. Я слышал, на этом отборе он заменит небесного императора. Выглядит очень молодо для своих двадцати пяти тысяч лет.

– Ты на ауру смотри, а не на возраст. Видел когда-нибудь такую?

– Впечатляет, да.

Уловив краем уха этот разговор, Эдриан едва заметно усмехнулся и осмотрелся. Он прибыл в академию за день до церемонии распределения и начала испытаний, поэтому получил возможность немного освоиться перед выполнением возложенной на него миссии. Шаэнская академия магии ― интересное место. Наставников сюда с недавнего времени назначает Совет небожителей, но есть и помощники, которых учителя выбирают себе сами из одарённых студентов. То, что первым запрещено должностью, для других обязательным не является, поэтому через третьи руки на рынках Шаэна можно купить артефакты и зелья, созданные в стенах академии. Иногда ученики в нарушение правил оказывают магические услуги за пределами своих школ. Здесь действует негласное правило: «Не пойман ― не вор». Так было всегда, и на существующее положение дел никак не влияют политические изменения в пяти царствах. Даже у владыки демонов есть «свои люди» в академии, о чём Эдриану известно уже очень давно. Но знать и увидеть собственными глазами ― разные вещи. До сих пор ему приходилось довольствоваться лишь слухами, а теперь выдался шанс оценить ситуацию лично.

Он намеревался прибыть в академию до рассвета, но немного задержался, поэтому опустился на большую площадь перед главным зданием как раз тогда, когда служители вывесили на досках списки выпускников, участвующих в завтрашней церемонии и в отборе. Всего таких списков было шесть ― по количеству кланов, готовых принять молодых магов для дальнейшего обучения. Академия работала со студентами в разных направлениях, а сутью её деятельности было выявить наиболее перспективный для каждого ученика факультет. Здесь давались начальные навыки для целителей и алхимиков, для боевых и стихийных магов, для портальщиков и создателей артефактов. Были и отдельные малочисленные факультеты по другим дисциплинам, но перечисленные шесть считались основными. Выпускники других направлений не участвовали в отборе в школы бессмертных и не приглашались в кланы, поэтому были вынуждены после получения жетона выпускника самостоятельно продолжать путь обучения. Кто-то платил кланам, чтобы попасть в них, кто-то искал частного наставника ― тоже не бесплатно. Это было не совсем справедливо, но студенты таких факультетов, как правило, не имели больших устремлений и не достигали порога бессмертия.

– Господин Дайлу? ― отвлёк Эдриана от размышлений голос круглолицего слуги, огненно-красная шевелюра которого заставила звёздного дракона удивлённо распахнуть глаза.

– Муну? ― недоверчиво спросил он, окинув служителя академии недоверчивым взглядом.

– Эм-м-м… ― смутился слуга, но быстро взял себя в руки. ― Моё имя Акай. Ректор Фан приставил меня к вам личным слугой на всё время вашего пребывания здесь. Проводить вас в ваши покои?

– Ты дух-оборотень, ― нахмурился Эдриан. ― Не думаю, что ошибусь, если предположу, что твоими предками были красные панды. Так ведь? Это не может быть совпадением. Ректору Фану откуда-то вдруг стало известно, что прежде во дворце Айлань у меня был слуга из твоих сородичей. Я прав? Какой приказ тебе отдан на самом деле?

Не ожидавший такого напора оборотень вполне предсказуемо струсил, но хотя бы не бросился наутёк, поскольку со стороны это выглядело бы донельзя странно, а свидетелей его позора на площади собралось уже немало.

– Мне приказано проводить вас в вашу комнату и прислуживать вам, ― не слишком убедительно соврал он снова.

Эдриан подумал, что наедине ему будет проще добиться от этого бедолаги правды, поэтому предпочёл сменить гнев на милость.

– Я, наверное, слишком недоверчив и подозрителен. Прости.

– Нет-нет! ― сразу же вскинулся Акай, бросая опасливые взгляды по сторонам. ― Вам не нужно извиняться передо мной, даже если вы ошиблись. Вы же почётный гость академии. Просто говорите мне обо всём, чего желаете, и я постараюсь немедленно выполнить любую вашу просьбу.

«Но для начала доложишь о ней своему хозяину», ― мысленно окончил фразу Эдриан, а вслух спросил:

– Почему не вывесили список тех, кто будет участвовать в отборе бессмертных?

– Его вывесят после обеда, ― ответил слуга. ― Наставники ещё не выбрали подходящих кандидатов из этих шести списков.

– А на других факультетах студентов, достигших порога бессмертия, снова нет? ― уточнил лорд Дайлу.

– Нет, ― неуверенно ответил Акай и опустил взгляд.

«Врать этот дурачок не умеет совершенно. Интересно, зачем мне его подсунули?» ― подумал Эдриан и решил остаться на площади ещё на какое-то время, раз уж слуга так настойчиво пытается увести его отсюда. Оборотень заволновался ещё сильнее, услышав о таком решении господина. Возражать он не решился, зато начал отчаянно хрустеть пальцами под широкими рукавами своего бесформенного серого одеяния ― очевидное проявление беспокойства, которое очень давно было свойственно и Муну. Этот слуга вполне мог оказаться реинкарнацией давнего друга Эдриана, ведь бог огня сказал, что позаботился о перерождении всех магических существ, случайно пострадавших в момент его вознесения в Занебесье. Но даже если так, память о прошлой жизни низшему зверю вернуть невозможно, а оборотни даже не низшие звери. Раньше их существование было хотя бы оправдано экспериментами людей с магией, а теперь они просто ошибка природы ― случайность, проявляющаяся очень редко под влиянием множества разных факторов. То, что Акай оказался в академии ― большая удача для оборотня, ведь другие магические создания относятся к подобным уродцам далеко не дружелюбно. Или же это существо здесь и появилось в ходе какого-то неудачного магического занятия. Такое тоже возможно, ведь студенты практикуются каждый день, а способности у всех разные.

– Кто это? ― указал Эдриан на небольшую группу учеников, подошедших к доскам со списками с видом хозяев если не всего мира, то академии точно.

Особенно его заинтересовал рослый юноша с необычным серебристым цветом волос и острыми кончиками ушей, что свидетельствовало о его родстве с кланами царства духов.

– Принц Ян Хуо с друзьями, ― ответил Акай не слишком дружелюбным тоном. ― Они выпускники факультета портальной магии. Ничем выдающимся похвастаться не могут, но молодой господин Ян точно будет в списках на отбор бессмертных. Он четвёртый сын владыки царства духов от смертной наложницы. Полукровка.

Эдриан слышал, что в академию магии в Шаэне принимают не только одарённых смертных, но не знал, что среди учеников есть подданные царства духов. А о том, что встретит среди выпускников отпрыска правящей династии шестикрылых фениксов, даже догадываться не мог. За всё время существования этого учебного заведения таких учеников могло быть много. Небожители забирали в свои владения почти всех магов, достигших порога бессмертия, и теперь многие должности в небесном царстве наверняка занимают такие вот полукровки. Если так, то решение императора Су отдать Динтину Хуо ещё и часть земель за границей облаков рано или поздно может обернуться большой бедой.

– А это кто? ― махнул Эдриан рукой в направлении хрупкой девушки, топчущейся на месте на краю площади и бросающей в сторону принца Хуо опасливые взгляды.

– О, это Адели. Она не студентка, ― улыбнулся слуга. ― Оборотень, как и я. Подопечная главы академии. Её нашли в горах пятнадцать лет назад. Совсем кроха была, года три-четыре от роду. Наставники и ученики факультета алхимии ходили тогда в горы за ядовитыми змеями и обнаружили в одной из пещер эту девочку. Сначала подумали, что от неё избавилась какая-нибудь нищая шаэнская семья, но малютка с испугу внезапно обернулась змеёй и едва не покусала неосторожных студентов. Её поймали и привезли сюда, чтобы изучить, а потом ректор забрал девчушку к себе. У него нет своих детей, а родственники отказались принимать в доме оборотня, поэтому Адели живёт здесь. Глава относится к ней, как к внучке. Она диковатая, с людьми плохо сходится. Помогает в питомнике, потому что там чувствует себя будто среди сородичей.

– Тогда почему на ней ученическое платье? ― почти равнодушно осведомился лорд Дайлу.

– Работа в питомнике грязная, одежда часто пачкается, ― пояснил Акай. ― Когда ученическое одеяние приходит в негодность, его отдают на ветошь или в питомник. Там многие работники такое носят, а чтобы их со студентами не путали, есть требование к цвету пояса. У всех слуг пояса серые, а у учеников цветные в зависимости от факультета.

– Ясно, ― принял Эдриан это объяснение.

Он провёл на площади ещё какое-то время и много спрашивал оборотня о студентах и слугах, потому что сразу уловил странную закономерность ― о девушке оборотень говорил свободно и будто даже с симпатией, о других служащих академии тоже рассказывал непринуждённо, но заметно нервничал и начинал озираться по сторонам, когда вопросы почётного гостя касались выпускников. Складывалось впечатление, что ему было велено поменьше болтать о претендентах на продолжение обучения в царстве небожителей. Когда лорд Дайлу попросил проводить его к ректору, слуга по неосмотрительности даже вздохнул с облегчением, чем вызвал ещё больше подозрений. «Кажется, дело действительно пахнет каким-то заговором», ― в итоге пришёл к неутешительному выводу Эдриан. Он категорически не хотел взваливать на себя заботу о раскрытии проблемы подобного масштаба. Да, это очень важно, и император Су будет благодарен за оказанную помощь, но за тысячелетия своей жизни лорд Дайлу наелся подобными интригами до отвала. Заговор невозможно раскрыть за несколько дней, поэтому придётся пожертвовать ради этого собственными планами, что крайне нежелательно.

Ректор был заранее осведомлён о том, что вместо небесного императора ему в этот раз предстоит принимать не кого-нибудь, а самого звёздного дракона. Император Су и сам когда-то был студентом академии, он личность известная, а об Эдриане Дайлу в Шаэне ходили противоречивые слухи и легенды. Непредсказуемый, недоверчивый, дотошный, щепетильный в вопросах чести и справедливости ― одного только этого короткого перечня качеств гостя хватало, чтобы впасть в уныние. Встречая преподавателей по пути в ректорат, Эдриан почти на всех их лицах видел натянутые, неискренние улыбки. Его боялись, потому что не знали, чего от звёздного дракона можно ждать. Единственную настоящую улыбку лорд Дайлу увидел только на губах бывшего наставника школы фамильяров Игрела Яоэ, которого перевели в академию почти сразу же после смены власти в небесном царстве полвека назад. Встретив своего бывшего ученика, господин Яоэ склонился в традиционном приветственном поклоне и широко улыбнулся.

– Наставник Игрел, ― ответил ему Эдриан вежливым кивком. ― Рад встрече.

– Дракон Лун, ― ещё шире растянул пухлые губы в улыбке учитель. ― Если вы к ректору, то его ещё нет. Я только что справлялся в приёмной о том, не изволит ли он сегодня прийти пораньше в честь прибытия столь важного гостя, но для этого человека возможность поспать подольше сейчас превыше всего. Он очень стар, но вы об этом уже, наверное, знаете.

Эдриан знал. Академию магии открыли небожители, но располагалась она в Шаэне, потому король смертных высказал пожелание, чтобы руководящую должность всегда занимал кто-то из представителей королевской династии. За прошедшие тысячелетия правящие династии менялись неоднократно, но указанное условие сохраняло силу даже после дворцовых переворотов. Нынешний ректор Шаэнской академии магических наук приходился королю кем-то вроде троюродного прадеда ― старику уже перевалило за сто, он простой смертный без капли духовной силы, а для таких людей магия способна лишь отсрочить неизбежное. Да и должность эта сама по себе никакого веса не имеет, все важные вопросы решаются на собраниях глав факультетов. Эдриан хотел встретиться с ректором лишь из вежливости, поэтому отсутствие старика на месте его нисколько не огорчило.

– Тогда, может, подскажете, где можно найти личные дела выпускников? ― спросил он у своего бывшего учителя.

– Насколько мне известно, копии для почётных гостей были закончены ещё вчера. Они должны находиться в отведённых вам покоях, ― ответил наставник и вопросительно посмотрел на слугу.

– Так и есть. Все документы уже в комнате, ― охотно подтвердил Акай.

– Тогда не смею вас задерживать, ― вежливо отступил Эдриан в сторону, пропуская Игрела Яоэ.

Наставник ещё раз поклонился, а проходя мимо собеседника, незаметно вложил ему в руку крошечную записку. Эдриана это насторожило ещё сильнее ― к чему такая секретность?

– Хорошо, показывай, где моя комната, ― хмуро обратился он к Акаю, который отреагировал на такое настроение господина очередным приступом нервозности.

Покои для почётных гостей академии располагались в восточной башне и заселялись только на время церемоний и праздников, подобных предстоящему. Если бы у лорда Дайлу спросили его мнение, он назвал бы расточительством и излишествами не только это, но и огромный штат прислуги. Оборотень объяснил, что каждому ученику разрешено держать при себе не больше одного слуги, но отпрысков знатных семей в академии учится не так уж и много ― большинство слуг числятся за академией, которая являет собой маленький город, требующий ухода и порядка.

– Здесь ведь обучают не только воинов-магов, которые должны всё уметь делать сами, ― объяснял Акай хмурому гостю. ― Алхимики, например, очень трепетно относятся к порядку в лабораториях, но в остальном часто бывают весьма неряшливы. Наставники всё время заняты, им некогда делать уборку в своих комнатах. Да и не по статусу им это. Но разве плохо, что здесь так много слуг? Они работают в полную силу и получают достойную оплату за свой труд. В Ранху и других городах Шаэна многие простолюдины были бы счастливы попасть сюда в качестве служащих. Если всех выгнать, то кто будет кормить их семьи? И разве у вас в небесном царстве нет личной прислуги?

– Личной нет, но есть дворцовая, ― частично согласился с его мнением Эдриан.

Академия ― не дворец. Обучающиеся должны быть равны в своих правах, но если у одних есть слуги, а другие самостоятельны, то какое в этом равноправие? Император Су ненавязчиво намекал Эдриану, что увиденное здесь может расходиться с представлениями о том, как всё должно быть устроено, но лорд Дайлу и помыслить не мог, что учебное заведение возможно превратить в маленькое государство, финансируемое из средств одновременно нескольких царств. О расходах царства бессмертных на содержание академии он был оповещён, но если судить по фактам, то кто-то заботился о будущих магах определённо старательнее, чем небожители. Взять для примера гостевые комнаты ― по роскоши убранства они почти ничем не отличались от дворцовых павильонов. Только для того, чтобы обставить и украсить комнату подобным образом, требовалось чуть ли не целое состояние, не говоря уже о выплатах жалования слугам, обязанным содержать помещения восточной башни в идеальной чистоте.

Приведя Эдриана в его временное жилище, Акай начал было суетиться, предлагая чай, завтрак, горячую ванну и прочие удобства, но лорд Дайлу отослал его, потому что хотел внимательно изучить личные дела студентов. Внутреннее чутьё подсказывало ему, что копии содержат недостоверную информацию. Так и вышло. Осторожно рассказывая о выпускниках на площади, оборотень всё же допустил несколько промахов, выдав гостю истину. Некоторые из студентов, которых он назвал полукровками, по документам числились как простые смертные. Далеко не у всех полукровок есть внешние особенности, иногда их бывает очень сложно отличить от обычных людей, поэтому ошибки слуги понятны, но происхождение ученика устанавливается наставниками с использованием особого вида магии ещё до приёма в академию, поэтому в документах расхождений быть не должно. Император Су в свои прошлые визиты сюда, должно быть, не вникал в подобные мелочи, а достигших порога бессмертия выпускников уже никто не проверяет на их родство с подданными царства духов. В таких ситуациях доверие равно попустительству. Если бы Эдриан Дайлу не обладал божественной силой, позволяющей ему визуально различать магическую энергию без каких-либо дополнительных манипуляций, он тоже был бы обманут. Вряд ли заговорщики знали об этой его способности, а несведущему Акаю было просто велено избегать неловких ситуаций и поменьше болтать, потому он и проявлял такое рвение в намерении побыстрее увести гостя подальше от объектов опасных тем для обсуждения.

«Записка!» ― вспомнил Эдриан, перелистав несколько поддельных копий личных документов. Вынул из кармана крошечный листок бумаги, развернул его и с минуту удивлённо разглядывал криво нарисованную птичку, пока не сообразил перевернуть записку и посмотреть на неё на свет с обратной стороны. Автор рисунка не был плохим художником ― он просто на скорую руку пытался зашифровать в своём послании родовое имя Хуо. «Это предупреждение о фениксах», ― понял Эдриан и сжёг тайное послание, чтобы не доставлять наставнику Яоэ ненужные неприятности. Бессмертный не просил его о встрече, не намекал на необходимость разговора наедине, а просто предупредил ― очевидно, что Игрел Яоэ не желал быть втянутым в конфликт двух царств, но всё же проявил преданность своему императору. «Неприятности всегда воняют помётом этих мерзких птиц», ― вспомнил Эдриан слова снежного дракона Асана и невесело усмехнулся. Он всё понял. Шестикрылого феникса Динтина Хуо поразила болезнь, свойственная всем представителям клана огненных птиц ― владыка царства духов просто возжелал править всем миром. Принимать меры предосторожности поздно. Если начать вычищать царство бессмертных от полукровок, засланных туда через академию, то придётся уничтожать целые семьи. Наверняка пострадают невинные, что обязательно вызовет бунт. Бессмертные уже проиграли фениксам эту войну, о чём императору Су давно известно. Потому он и хочет отдать царству духов бывшие территории королевства Эсмар ― откупается, чтобы не потерять больше.

Хорошенько обдумав эту догадку, Эдриан пришёл к выводу, что Грэлем Су намеренно отправил его в академию вместо себя. Так император показал звёздному дракону ситуацию во всей её неприглядности ― должно быть, рассчитывал на добровольную помощь, но не озвучил эту просьбу вслух, чтобы не потерять уважение к самому себе. Он воин. У него есть возможность решить проблему войной с царством духов, но он не хочет неоправданных жертв, которые запятнают его репутацию. Эдриан Дайлу не является подданным царства бессмертных, поэтому ответственность за его деяния не ляжет на плечи небесного императора. Если от вмешательства будет толк, лорда Дайлу наградят по заслугам, а если его противостояние фениксам принесёт только проблемы, то с бессмертных спроса никакого. Это весьма удобно для небожителей, ведь они в любом случае останутся в стороне. И записка от Игрела Яоэ тоже была частью этого грандиозного замысла, что особенно неприятно.

«Загребать жар чужими руками ― плохая стратегия, Ваше Величество. Иногда нужно замараться, чтобы возвыситься через очищение», ― со вздохом подумал Эдриан, сложил аккуратной стопкой просмотренные документы и отошёл от стола к высокому стрельчатому окну, небо за которым было затянуто тяжёлыми зимними тучами. Город за стенами академии давно покрылся толстым снежным ковром, крыши были похожи на большие белые сугробы, но газоны и клумбы на площадях и улочках магического учебного заведения вовсю пестрели яркими летними цветами, потому что ученики факультета погодной магии ежедневно оттачивали свои навыки на создании таких вот противоречий. В Шаэне сезоны меняются, а в академии всегда лето, поэтому не нужно заботиться о зимней одежде для учеников, об уборке территории от снега и о том, что непогода может помешать занятиям. Это удобно, ничего не скажешь. Жаль только, что магический ресурс используется не по назначению, но если закрыть на это глаза, как на протяжении всего своего полувекового правления делал император Су, то в целом придраться не к чему. Маги могут сделать свою жизнь комфортной, так зачем же запрещать им это?

– Адели! Постой! Давай я тебе помогу! ― донеслось с улицы, и Эдриан подошёл к окну ещё ближе, чтобы увидеть, что происходит внизу.

Его комната располагалась на третьем ярусе башни, а окнами выходила на небольшой парк, в конце которого студентами факультета целителей выращивались редкие травы для снадобий. Даже теперь среди грядок за невысокими деревьями можно было увидеть движущиеся фигуры младших учеников, хотя в честь церемонии распределения старших в академии были объявлены десятидневные каникулы. Большинство студентов уже разъехались по своим домам, чтобы хоть немного побыть с родственниками, а сироты остались и выполняли повседневную работу других. Выпускникам тоже пришлось остаться в стенах академии, но занятий не было, поэтому те, кто не пожелал тратить свободное время на подготовку к грядущим испытаниям, повсюду слонялись без дела.

На узкой аллее справа от окна Эдриана стояли двое ― воспитанница ректора Адели и четвёртый сын владыки Динтина Хуо Ян. Девушка явно возвращалась от травников, поскольку держала в руках большую корзину, наполненную сочной зеленью, а юноша преградил ей дорогу и не позволял пройти.

– Уйди! ― потребовала Адели, гневно сдвинув брови. ― Ты мне мешаешь! Эти травы нужно принести быстро, иначе они завянут и станут бесполезными.

Ян Хуо подцепил одно растение из корзинки, брезгливо осмотрел его и положил обратно.

– Как по мне, они и так бесполезные. Давай корзину, тяжёлая же.

– Она не тяжёлая! ― возразила Адели и воинственно вздёрнула подбородок. ― Дай пройти!

– А если не дам?

– Я пожалуюсь на тебя главе факультета!

– Да плевать я хотел на главу и на всех остальных. Они мне не указ. Всё, мне надоело с тобой препираться. Идём.

В голосе юноши прозвучали неприятные нотки. Он буквально вырвал корзину из руки Адели, схватил девушку за запястье и потащил за собой. Эдриану это не понравилось. Отношения между обитателями академии не его дело, но Ян Хуо вёл себя совершенно непозволительно, а остановить и вразумить зарвавшегося полукровку было, похоже, некому.

Эдриан появился на узкой аллее так неожиданно, что юноша буквально налетел на него. Гневно сверкнул глазами, но быстро осознал, кого только что чуть не сбил с ног, поэтому отпустил Адели, бросил на землю корзинку, сделал шаг назад и отвесил почётному гостю вежливый поклон.

– Простите, лорд Дайлу. Я вас не заметил, ― пробормотал он не слишком убедительные извинения.

– Зато я хорошо успел тебя разглядеть, принц Хуо, ― сухо ответил ему Эдриан и предложил: ― Пройдёмся? Хочу задать тебе несколько вопросов. Или у тебя сейчас есть какие-то важные дела?

Юноша скосил взгляд в сторону Адели, которая немедленно схватила корзинку и убежала.

– Простите её. Она дикая и невоспитанная, ― на всякий случай извинился Ян ещё и за девушку.

– Не стоит извинений, ― отмахнулся от его неискренности Эдриан. ― К её манерам у меня претензий нет, а вот твои заставляют задуматься о многом. Скажи, я тоже вхожу в число всех остальных, которые тебе не указ?

Глава 3

Разговор с сыном Динтина Хуо получился короткий и неприятный. Ян оказался из тех самовлюблённых господских детей, кто очень быстро понимает статус собеседника и выбирает наиболее удобную тактику поведения. Он вполне спокойно объяснил свои слова о наставниках тем, что они ниже его по происхождению. Несмотря на их возраст и жизненный опыт, члены правящих династий не обязаны пресмыкаться перед ними. Обязанность наставника ― дать ученику знания. Это тоже своего рода служение, а если дети правителей станут кланяться слугам, мир погрузится в хаос. По мнению Яна, принцы должны почитать только равных себе и правителей, а к остальным достаточно относиться снисходительно ― типичная логика титулованного сынка. После беседы с ним Эдриан чувствовал себя так, будто извалялся в грязи, но этот разговор нужен был ему для того, чтобы прояснить некоторые детали. Себялюбивых юношей, подобных Яну, проще разговорить, чем осторожных слуг. Например, ему удалось выяснить, что этот молодой человек в совершенствовании своей духовной силы ещё не достиг порога бессмертия, но будет обязательно включён в списки для отбора, поскольку обладает массой других достоинств. Он лучший портальщик в этом выпуске, равных ему нет. Небожители высоко ценят любые яркие таланты, и даже если Ян не пройдёт отбор, он гарантированно займёт высокое положение в клане, где продолжит обучение. Пространственная магия одна из самых сложных и востребованных, с этим нельзя было не согласиться, но в академии всё-таки есть правила, которые нельзя нарушать, а они нарушаются сплошь и рядом.

«Лучше бы я вовсе не соглашался на просьбу императора Су заменить его здесь», ― думал Эдриан после того, как отпустил Яна Хуо. Ему нужно было куда-то выплеснуть своё отвращение к ситуации, с кем-то поделиться своим мнением, но покидать академию ради встречи с Лероем Нитаэном не хотелось. Не нужно втягивать в это ещё и демонов. Возможно, император Су именно на такой поворот дел и рассчитывал, зная о дружбе Эдриана Дайлу с обитателями Огненных Пустошей. С каждой минутой и с каждой новой догадкой цель визита звёздного дракона в магическую академию становилась всё более очевидной, поэтому теперь нужно было выпутываться из этой паутины самому, а не заманивать в неё кого-то ещё.

Он размышлял об этом, удобно расположившись на земле у корней старого платана и окутавв себя пологом невидимости, чтобы никто не отвлекал от раздумий. Взволнованный исчезновением господина Акай время от времени пробегал по аллее мимо, иногда проходили младшие ученики или кто-нибудь из выпускников, слуги несли в направлении центральной площади большие кадки с цветущими растениями, а наставники в это время занимались подготовкой к заврашней церемонии, поэтому в парке не показывались. Вдоволь насладившись одиночеством, Эдриан решил посмотреть на приготовления и уже начал подниматься на ноги, но замер, неожиданно обнаружив на своих колениях свернувшуюся кольцом жемчужную змейку. Аура зверя была очень сильно похожа на ту, которая окружала девушку-оборотня, но ощутимо слабее. Обычно змеям свойственна стихия земли, но жемчужные змейки относятся к водным духовным созданиям, потому и магия у них соответствующая. С недавних пор в Зеркальном озере завелось много подобных существ низшего порядка. Динтин Хуо продавал их и в академию, и смертным, и в царство бессмертных ― с разными целями. Из змеиных костей и духовной силы получаются эффективные магические амулеты, пользующиеся высоким спросом, поэтому Эдриан не считал появление Адели в горах Шаэна чем-то необычным. Змейка могла сбежать или потеряться при перевозке. Её могли просто выбросить, если сочли непригодной для использования в магических целях. Если кто-то пытался сделать из неё амулет, то неудача вполне объясняла появление у зверя способности к обращению в человека ― так иногда случается, если маг-недоучка что-то напутал в своих действиях.

– Адели? ― неуверенно спросил лорд Дайлу у змейки. ― Как ты меня отыскала под этим заклинанием?

Жемчужная змейка не ответила на вопрос, зато переползла на рукав и обвила запястье Эдриана в два кольца, будто прося защиты.

– Она туда уползла! Надо найти её, иначе Ян с нас шкуры спустит. Далась ему эта гадюка! ― услышал Эдриан слева от себя, после чего на мощёной камнем дорожке показались друзья Яна Хуо.

Парней было четверо ― физически крепкие и явно хорошо тренированные. С точки зрения магии они были слабоваты, поэтому обучение этих юношей на факультете портальной магии вряд ли можно было назвать оправданным. Боевые маги из них получились бы хорошие, да, но не портальшики. Создание порталов требует больших затрат духовной силы, а этим выпускникам с их возможностями даже банальное пространстверное перемещение наверняка давалось не без труда. А ещё все четверо, судя по ауре, были в разной степени полукровками.

«Это не моё дело. Я не хочу разбираться в причинах того, что здесь происходит», ― уверенно сказал Эдрииан сам себе и покинул парк, так и оставшись незамеченным. Вернувшись в свою комнату, он отменил действие заклинания невидимости, закрыл дверь изнутри на засов и установил простенький барьер, не пропускающий звук, после чего отпустил змейку на пол и собственной магической силой заставил её принять человеческий облик. Он знал, что принудительное обращение может быть довольно болезненным, но всё же поступил именно так, чтобы змейка не вздумала улизнуть.

– Ай! Больно же! Вы всегда причиняете боль тем, кто обращается к вам за помощью? ― возмутилась Адели и поморщилась, разминая пальцы рук, онемевшие от неожиданного чужого магического вмешательства в её ауру.

– Я предпочитаю первым атаковать того, кто без усилий игнорирует мою защиту. Так значительно повышается шанс выжить в ближнем бою, ― резко ответил Эдриан. ― Если бы не сомневался в том, что это именно ты, от тебя бы сейчас уже даже воспоминаний не осталось. Как ты меня нашла?

– Я вас не искала, ― сердито проворчала девушка, поднимаясь с пола и отряхивая подол своего поношенного платья. ― Под деревом, где вы изволили отдыхать, моя нора, а вы закрыли своей ногой вход в неё, поэтому я и залезла повыше. Простите, если невольно нарушила ваше уединение. Я просто хотела спрятаться от преследоватетелей. Если вам не нужно другое искупление этого греха, кроме извинений, то позвольте мне уйти.

«С характером девочка», ― подумал Эдриан и присел на мягкий пуф у невысокого стола, продолжая сверлить свою гостью изучающим взглядом. Ему не было дела до её взаимоотношений с учениками академии, но проблема касалась сына Динтина Хуо, и о себе внезапно напомнила природная неприязнь огненных драконов к шестикрылым фениксам. Умом Эдрииан понимал, что не должен вмешиваться, но всем своим драконьим сердцем желал хоть как-то насолить недругу, который по сути и недругом-то уже давно не являлся. Этот неожиданный порыв был неправильным и необоснованным, поэтому лорд Дайлу поообещал сам себе обдумать свои инстинкты чуть позже.

– Что от тебя нужно Яну Хуо? ― спросил он у Адели, которая и правда вознамерилась уйти, но послушно ждала разрешения на это высокопоставленного гостя академии.

– Договор хозяина и слуги, ― честно ответила девушка, глядя ему прямо в глаза. ― У него огненная духовная сила, как у всех фениксов, а у меня водная. Тем, кто практикует огненную магию, плохо даётся портальная. Ян Хуо вообще не должен был поступить на этот факультет, но его приняли, потому что он королевских кровей. Все годы, пока он здесь учился, владыка Хуо присылал ему озёрных змей для создания эликсиров, подавляющих огонь духа. Без этих зелий Ян не смог бы стать лучшим учеником. Но эти зелья запрещены на испытаниях, которые начнутся после завтрашней церемонии, потому он и преследует меня. Хочет воспользоваться на экзаменах связью с водным фамильяром, чтобы подавить свою суть. Помощь фамильяров не запрещена. Я принадлежала ректору Фану, но два дня назад он слёг и разорвал наш договор, чтобы я не пострадала, если ему станет хуже. С тех пор Ян Хуо мне прохода не даёт, а я не могу постоянно прятаться от него. У меня работа есть.

– Ректор Фан болен? ― удивился Эдриан. ― Мне сказали, что он просто любит подольше поспать.

– У него слабое сердце, ― с грустью в голосе сообщила Адели. ― Устал, вот и случился приступ. А лечиться не хочет из упрямства. Говорит, что уже отжил своё. А ещё сказал, что не хочет тратить последние силы на присутствие на церемонии. Целители могли бы помочь ему продержаться, но он отказывается. Даже потребовал, чтобы его перевезли в родовое поместье.

– А тебя бросил здесь, ― подытожил Эдриан.

– Его семья не примет оборотня даже прислугой, поэтому мне пришлось остаться, ― ответила девушка. ― Я принадлежу академии. Если точнее, то факультету алхимии, но там никто не станет за меня заступаться. Я для них уже давно никакого интереса не представляю. Если у меня появится новый хозяин, они только рады будут.

– Но если ты свободна, то есть простое решение, ― заметил лорд Дайлу. ― Ты можешь просто уйти из академии.

– Не могу, потому что на выход за барьер нужно разрешение, а глава факультета алхимии уже дал Яну согласие на договор хозяина и слуги. Это добровольный договор, а времени до начала испытаний осталось мало, поэтому Ян и переходит все границы. Вчера я почти весь день от него пряталась. Не работала, поэтому меня наказали. И сегодня накажут, потому что я шагу не могу сделать спокойно. Утром вы вмешались, спасибо, но ваша вина в этом тоже есть. Если бы в этот раз прибыли не вы, а небесный император, как раньше, никому бы дела не было до того, с зельями сын владыки Хуо проходит испытания или без них. Император на такие вещи никогда внимания не обращал, но вы же другой. Вам нужно, чтобы всё было по правилам.

– То есть в твоих бедах виноват я? ― удивлённо приподнял Эдриан бровь. ― Здесь, наверное, все так сейчас думают, да? Прибыл возмутитель всеобщего спокойствия, без него всё было бы намного проще?

– Именно так все и думают, ― прямо ответила Адели.

Её искренность и бесстрашие граничили с глупостью. Бросать подобные обвинения в лицо самого могущественного существа умный человек не осмелился бы, но от оборотней особого ума никто никогда и не ждал. Необычного в них только способность к обращению и наличие хоть какого-то разума, а в остальном они просто духовные звери. Правда, некоторые из них обладают ещё и невероятной наглостью, особенно когда к этому подталкивает инстинкт самосохранения.

– Я согласна быть вашим фамильяром, ― неожиданно заявила Адели с видом гения, которого только что осенила потрясающая идея.

– Мне не нужен фамильяр, ― сразу же отказался Эдриан от столь щедрого предложения.

– Только на время испытаний, ― уточнила она. ― А потом вы заберёте меня отсюда и разорвёте договор. Вам глава факультета алхимии точно ничего не откажет.

– Нет.

– Почему?

Эдриан задумался. Действительно ― почему бы и нет? Заключив этот договор, он выручит девушку из неприятностей и сможет дать ей свободу, заодно насолив Яну Хуо. Вроде бы и правда неплохая идея, но внутренний голос настойчиво твердил ему, что всё не так просто. Если кто-то догадался подсунуть звёздному дракону слугу, похожего на старого друга, то и девчонку тоже могли подослать. Договор хозяина и слуги связывает вместе духовные силы фамильяра и его владельца. Во-первых, это огромная ответственность. О звере нужно заботиться. Если зверь в беде, хозяину будет тревожно. Во-вторых, опытный маг может воздействовать на владельца через фамильяра. Вряд ли кому-то достанет ума противостоять божественной силе Эдриана Дайлу, но получить крупицы этой силы через духовного зверя вполне возможно. Вопрос лишь в намерениях. Если Адели кто-то подослал, то с какой целью?

– У меня уже есть фамильяр, ― солгал Эдриан, зная, что девушка не сможет определить наличие или отсутствие духовной связи.

– Если бы у вас был фамильяр, об этом бы весь мир знал, ― уверенно возразила Адели. ― И наличие одного фамильяра не запрещает иметь других. У наставницы Хайтан их шесть, причём у всех разная духовная сила. С вашей божественной любой дух был бы совместим, вы просто не хотите обременять себя заботой о ком-то другом. Ну и не нужно. Напрашиваться не буду. Если у вас больше нет ко мне вопросов, я пойду.

Обернувшись маленькой бело-жемчужной змейкой, она высколььзнула из комнаты через щель под дверью, а Эдриан неожиданно поймал себя на странном и неприятном чувстве только что совершённой ошибки. У Яна Хуо очень сильная огненная аура, и для портальщика это действительно неприемлемо. Порталы можно создавать и такой духовной силой, но они очень опасны, поскольку при раскрытии выжигают всё вокруг. Чем больше духовной силы мастер вложил в портал, тем шире зона поражения. На войне подобное допустимо, если есть необходимость пожертвовать малым для достижения большего, но в мирное время от огненных порталов больше вреда, чем пользы. Если открыть такой, например, в деревне, в городе или в густом лесу, то пожар неизбежен. Факультету портальной магии после нескольких несчастных случаев официально было очень долго запрещено набирать учеников с огненной стихией духа, но Эдриан знал, что негласно этот запрет снял ещё император Дарэл Ньюэ, а окончательно отменил ограничения ныне правящий небесным царством Грэлем Су. О мотивах и целях таких решений можно было только догадываться, но во времена правления владыки Ньюэ уничтожать демонов бессмертные воины приходили именно через такие порталы.

Император Су никогда не присутствовал на испытаниях выпускников академии. Он посещал только церемонию и находился в Шаэне обычно не дольше одного дня. Понятно, что в его отсутствие здесь творилось полнейшее беззаконие, но если так, то зачем Яну Хуо и другим выпускникам подавлять истинную природу своего духа не только на экзаменах, но и во время обучения? Что и от кого они хотят скрыть? Если наставники знают возможности своих учеников, то в чём смысл прятать правду?

Вопросов опять получалось больше, чем ответов, и Эдриан уже в который раз подумал о том, что ему не нужно было отвечать согласием на просьбу императора Су. Слишком много загадок для того, кто прибыл в академию лишь как наблюдатель и почётный гость. Если начать разбираться в хитросплетениях чужих намерений, то одна проблема сразу же тянет за собой вторую, третью, пятую… И так до тех пор, пока не запутаешься окончательно. А когда увязнешь по уши, бросать начатое на полпути будет уже просто обидно.

В этот день Эдриан не собирался отлучаться из академии, но дурное предчувствие всё же заставило его покинуть обитель магических наук и нанести визит в Огненные Пустоши. Если кто и способен внимательно выслушать собеседника и высказаться честно, так это владыка демонов Лерой Нитаэн. Хоть звёздному дракону и не хотелось впутывать друга в очередную непонятную авантюру, сам он точно наделал бы множество ошибок, потому что события внезапно начали развиваться как-то уж слишком стремительно и непредсказуемо.

Глава 4

― У меня складывается впечатление, что ты живёшь не в этом мире, а в каком-то другом, ― удивлённо сообщил владыка демонов, выслушав гостя. ― Ты хоть чем-то интересовался эти полвека, кроме библиотечных архивов?

– Нет, ― честно признался Эдриан. ― Я искал способ если не вернуть Мирим, то хотя бы выяснить, осталось ли от неё хоть что-нибудь.

– И в этом не преуспел, и всё самое интересное пропустил, ― усмехнулся Лерой Нитаэн. ― Миром уже давно правят фениксы, друг мой. Король Шаэна отдал в гарем Динтина Хуо двух своих дочерей, чтобы сохранить хотя бы видимость власти. В царство бессмертных огненные птицы тоже запустили когти уже настолько глубоко, что Грэлему Су не вырваться. Твоё назначение наблюдателем на церемонии и испытаниях в академии действительно не случайность. Нынешние бессмертные не чета полубогам. Болван Су поставил перед собой великую цель оберегать мир от зла, но за этими благородными устремлениями не заметил, как превратился в игрушку фениксов. Ему подсовывали мелкие проблемы одну за другой, постепенно взращивая такую, с которой он не справится. Насчёт большого числа полукровок в академии ты совершенно прав, но они сейчас не в небесном царстве, а в армии Динтина Хуо. За границу облаков все эти годы отправлялись далеко не самые лучшие выпускники. Лучшие продолжали обучение в кланах Шаэна или в царстве духов. Если сейчас начнётся война, то закончится она безоговорочной победой фениксов и очень быстро. С мощью их нынешней армии небожителям не сравниться. У Хуо даже больше бессмертных воинов, чем за облаками, потому что этот пернатый все свои силы и средства вложил в создание непобедимого войска. На его пути к вершине господства над миром есть только одно препятствие, имя которому Эдриан Дайлу.

– Я? ― недоверчиво переспросил Эдриан. ― Хочешь сказать, что владыка Су отправил меня в академию только для того, чтобы я не мешал фениксам делить земли царства бессмертных?

– Там уже давно всё поделено, наивный ты дракон, ― покачал головой владыка демонов. ― Они хотят избавиться от тебя окончательно. Ты же фениксам как бельмо на глазу. Мало того, что у вас взаимная природная неприязнь, так ты ещё и постоянно лезешь во всё, что пахнет несправедливостью. Думаешь, Аан Хуо забыл, по чьей милости он потерял Шаэн? Или считаешь, что Динтин Хуо так и остался старым добряком, которому нет дела до мирской суеты и власти? Огненные птицы по своей природе высокомерны и заносчивы. Они во все времена считали себя лучше всех других духовных зверей, а шестикрылые особенно. Равные им были только драконы, но сколько вас осталось? Снежный покорился царству духов, если ты не в курсе. Изумрудный нашёл себе подружку змеиной крови в морских глубинах и озабочен сейчас только тем, чтобы заслужить её расположение. А тебя фениксы боятся из-за твоей божественной силы и непредсказуемости.

– Я уже не дракон, ― возразил Эдриан. ― У меня нет даже способности обернуться зверем.

– Но кровь и плоть-то у тебя драконьи, ― парировал Лерой Нитаэн. ― Твоя божественная духовная сила родственна воздуху, поэтому гармонична со всеми остальными видами магии. Да, ты уничтожил свой огненный дух дракона, но можешь без усилий вернуть его, если отнимешь ядро у Асана или изумрудного змея. Твоё тело любой драконий дух примет, независимо от стихии. Помнишь, перед уходом из Пустошей ты спрашивал меня о том, кто ты теперь? Тогда я не знал ответ, а сейчас знаю. И Динтин Хуо тоже его знает, поэтому и пытается избавиться от тебя чужими руками, пока ты сам пребываешь в неведении.

– Интересно, и кто же, по-вашему, я такой? Что такого все обо мне знают, чего не знаю я сам? ― насмешливо осведомился лорд Дайлу.

Владыка демонов некоторое время изумлённо молчал, поскольку утратил дар речи из-за столь беспечного отношения друга к собственным возможностям, а потом сообщил:

– Ты бог драконов, Дайлу. Неужели и правда ещё не понял этого?

– Бог драконов? ― переспросил Эдриан. ― Мы вроде бы с тобой ещё даже по рюмке вина не выпили, чтобы начались такие фантазии.

– Ты даже подумать об этом не хочешь? ― удивился Лерой Нитаэн. ― Я знал всех старых богов Занебесья, когда они ещё жили в этом мире среди людей. Бога драконов тоже встречал. Он, правда, был бесплотным, но мог принимать любую форму. Любым драконом мог стать ― хоть водным, хоть огненным, хоть костяным. И ты сможешь, если вернёшь драконье ядро. Насчёт воплощений я не уверен, но в остальном…

– Нелепость, ― отмахнулся Эдриан от его энтузиазма. ― Во-первых, я не стану убивать Асана или изумруднуго змея, чтобы проверить твою теорию, а во-вторых, всё это в принципе невозможно. Я изменил магическое ядро этого мира, чтобы он больше не порождал богов, но при этом не закрыл его от Занебесья. Ты сам сын бога мудрости, поэтому знаешь законы мироздания лучше меня. Новый бог появляется тогда, когда прежний такой же должен погибнуть ради спасения одного из миров. Если бы я стал богом, разве Занебесье оставило бы меня здесь?

– Я размышлял об этом, ― признался владыка демонов, довольный тем, что собеседник готов поддержать дискуссию, а не упирается, отрицая очевидное. ― Старые боги приносят себя в жертву мирозданию только после того, как появляются новые, но никогда не происходит наоборот. Нам твердили, что рождение нового бога ― это знамение для Занебесья о том, что в обозримом будущем понадобится соответствующая жертва. А если это не так? Ни ты, ни я в Занебесье никогда не были. Мы знаем о нём лишь с чужих слов, которые слишком часто оказывались лживыми, чтобы верить во всё остальное. Любое существо с духовной силой может избрать путь развития, преодолеть ограничения своего духа и возвыситься до бога. Твой отец был обычным огненным драконом, но стал богом огня. Мой и вовсе родился простым смертным с крупицей духовной силы, но стал богом мудрости. Тысячелетняя трава способна обрести собственный дух и возможность воплощения в человека, а потом стать божеством и вознестись в Занебесье. Есть верховные боги, низшие божества ― целая иерархия. Мне кажется, что Занебесье больше напоминает огромную коллекцию разных духовных сил, чем то, о чём нам рассказывали боги. Когда есть возможность обновить экспонат, они делают это, забирая новое божество и отправляя на смерть старое, а выдают всё за подвиг и самопожертвование. Тебе было суждено стать богом драконов. Возможно же, что это не предназначение, а просто шанс для тебя возвыситься? У них есть бог времени, способный видеть будущее и предсказывать любые судьбы. Занебесью доподлинно известно, кто и каким богом может стать, если ему помочь или если не вмешиваться. Разве не так?

– Тебе просто заняться в Пустошах нечем, вот ты и забиваешь себе голову размышлениями на тему мироздания, ― усмехнулся Эдриан.

– А почему бы и нет? ― парировал владыка демонов. ― После того, как ты изменил основу нашего мира, появилось множество новых магических сил, что наверняка нарушило гармонию Вселенной, но бог разрушения не пришёл сюда, чтобы обратить новую магию в хаос и порядок. Когда Тан Роэн убил себя и всех полубогов, Занебесье тоже не вмешалось, хотя магическое равновесие наверняка пошатнулось. И если путь к вознесению непременно лежит через смерть, то мы никогда не узнаем, сколько новых богов пополнили пантеон после изменения этого мира. Кстати, твой отец не умер, чтобы вознестись. Сколько столетий ядро его духовной силы восстанавливалось под горой Девяти Ветров, прежде чем он стал богом огня? И нам говорили, что для вознесения нужна добровольная жертва и полное разрушение духа, но мой отец не жертвовал собой. Его казнили, назвав это великой жертвой мудрому началу. Я давно перестал верить всему, что касается богов и Занебесья, дружище. Для того, чтобы узнать правду, надо оказаться там, но тогда и тебя научат врать тем, кто живёт в других мирах. Пытаясь изменить предсказанную судьбу и что-то кому-то доказать, ты столько раз отказывался от самого себя, что пора бы наплевать на всё и заглянуть в глубины собственной души, а не смотреть по сторонам. Тебе доступны все виды магических сил. Даже демонической сможешь пользоваться, если рискнёшь прикоснуться к ней. В этом мире по могуществу с тобой даже сейчас некому сравниться, а если вернёшь себе драконье ядро, Динтину Хуо останется только засунуть свои амбиции и загребущие лапы поглубже в свой птичий зад. Кто ты, если не бог?

* * *

Эдриан размышлял над этими словами владыки демонов весь вечер и всю ночь. Не так уж важно, прав Лерой Нитаэн в своих умозаключениях или нет ― важно то, что шестикрылый феникс Динтин Хуо думает так же. Полубоги, люди, драконы и фениксы были первыми, кто появился в этом перерождённом мире после очередной его гибели. Из полубогов теперь в живых остался только владыка демонов, но с нынешней духовной силой он не ровня клану шестикрылых огненных птиц. Из войны демонов и фениксов с победой гарантированно выйдут последние. Люди тоже слабы, несмотря на то, что способны совершенствоваться и становиться бессмертными. Если армия царства духов действительно так велика, как говорит Лерой Нитаэн, бессмертные не смогут долго противостоять ей. А драконы… Их осталось всего двое, причём один уже пляшет под дудку Динтина Хуо. Единственный, кто представляет для фениксов реальную опасность ― это Эдриан Дайлу. Огненные птицы боятся его, потому что не понимают, кто он теперь и на что способен. Однажды он уже перевернул этот мир с ног на голову, навсегда изменив его магию, но тогда всем хотя бы была известна его духовная суть. Нет никакой гарантии, что ему не вздумается снова помешать грандиозным замыслам фениксов. От такого врага нужно избавляться заранее, с этим не поспоришь.

Особенно неприятным было то, что император царства бессмертных Грэлем Су пошёл на поводу у Динтина Хуо. Вместо того, чтобы попросить о помощи, он предал. Прикрыл неблаговидность своего поступка благими намерениями, а сам фактически отдал потенциального союзника в руки врага. Что император Су выторговал в обмен на эту подлость? Трон и клочок земли за границей облаков для себя и своих подданных, которых Динтин Хуо, возможно, изволит пощадить? На что он рассчитывает? На милость тех, кто когда-то выжег два людских королевства почти дотла? Глупо. Лерой Нитаэн хотя бы понимает, что не дождётся милости от огненных птиц. Знает, что его народу грозит большая опасность, но всё же готовится к войне, а не тешит себя надеждами на мирный договор. Барьер вокруг Огненных Пустошей, установленный Эдрианом, продержится ещё пару тысячелетий. До тех пор демонам не нужно будет опасаться вторжения, но торговля с людьми прекратится, и обитатели Пустошей снова будут вынуждены выживать. Динтин Хуо планирует победить их длительной осадой ― это Лерой Нитаэн тоже прекрасно осознаёт. Он готовится к противостоянию. Если и погибнет, то хотя бы с честью. Демоны не станут служить фениксам ни при каких обстоятельствах, и это решение не их владыки, а всего народа.

– Я просто хочу вернуть Мирим и жить с ней в любви и покое столько, сколько нам будет отпущено, но вынужден снова думать о другом, ― со вздохом произнёс Эдриан, глядя через окно на заснеженный утренний город за пределами стен Шаэнской академии магии.

Обидно быть обманутым теми, кому не причинял зла. Императору Су известно, что звёздного дракона не интересуют власть и политика. Должно быть, расчёт был на то, что личные заботы и обилие проблем в академии окончательно собьют его с толку и отвлекут внимание от реальной угрозы. Хорошо иметь такого друга, как Лерой Нитаэн ― честного, искреннего и верного. А ведь когда-то они были непримиримыми врагами, потому что сражались за разные идеи и по разные стороны правды. Жаль только, что друзья из врагов получаются гораздо реже, чем враги из друзей.

Всё встало на свои места. Академия ― единственное, не считая царства духов, место, где концентрация магических сил настолько высока, что при умелом обращении может создать Эдриану серьёзные проблемы. Убить его сходу вряд ли получится, но серьёзно ранить и сильно ослабить ― да. Если Динтин Хуо давно озаботился устранением врага, то на текущий момент вполне могут быть созданы артефакт или печать, истощающие даже божественную силу. В этом месте очень много магов ― молодых и сильных. Большинство из них полукровки. Почти у всех есть фамильяры, которые служат дополнительным источником магии. Наставники, обучавшие всех этих юношей и девушек, тоже не из самых слабых бессмертных. Церемония распределения выпускников по кланам не предусматривает использование магических сил, но после неё начнутся испытания. Если все маги академии одновременно объединят усилия и используют неизвестное Эдриану оружие, сможет ли он себя защитить? Мудрость гласит: «Предупреждён ― значит, вооружён», но так ли это на самом деле? И что делать с этим предупреждением? Остаться и увязнуть в проблемах ещё глубже или убегать и прятаться? Куда убегать? Где прятаться? Смешно, но в огромном мире для звёздного дракона не осталось ни одного безопасного места. Разве что поискать его на дне моря, куда фениксы не сунутся, но все водные духи, включая владыку морей, тоже являются подданными Динтина Хуо. Если Эдриан Дайлу хочет спасти свою шкуру, то выход для него есть только один ― Занебесье. Все ручейки судьбы снова слились в одну реку, течение которой неумолимо несёт его к этому предназначению. Стать богом, отказаться от чувств, желаний и стремлений, служить всем существующим мирам. Если согласиться с мнением владыки демонов, то Эдриану даже никаких особых усилий для этого предпринимать не надо, потому что он уже бог. Нужно только отыскать святилище, смиренно поклониться верховным богам и принять свою участь. Какие бы усилия он ни прикладывал, сколько бы ни пытался избежать предначертанного, обстоятельства всё равно ведут его к этому итогу. Даже теперь, после всего пережитого, ничего не изменилось.

– Господин Дайлу! Господин, вы здесь? Церемония начнётся через час. Вас хотят видеть главы факультетов, ― отвлёк его от раздумий голос Акая и громкий стук в закрытую изнутри дверь.

«Началось», ― мысленно смирился Эдриан с текущим положением дел и открыл засов. Оборотень сразу же подобострастно согнулся в поклоне и начал причитать:

– Господин, я искал вас весь вчерашний день и всю ночь! Где вы были? Здесь столько всего произошло! Ректор Фан вечером скончался. Он должен был открывать церемонию вступительной речью, но теперь всё поменялось. Главы уже решили, что вместо ректора выступит глава факультета портальной магии, но им нужно ваше одобрение, потому что…

– Я одобряю, ― спокойно произнёс лорд Дайлу и снова закрыл дверь прямо перед носом слуги.

Тишина после этого длилась довольно долго. Должно быть, Акай не ожидал подобной реакции почётного гостя на печальное известие о смерти ректора. Изменения в порядке проведения церемонии действительно требовали разрешения от представителя царства бессмертных, но теперь Эдриану казалось, что даже неожиданные болезнь и кончина старика Фана были частью коварного плана фениксов. А тот факт, что место ректора займёт глава факультета портальной магии, не оставлял в этом сомнений. Эдриан даже догадался, что именно намерен предпринять Динтин Хуо, чтобы избавиться от звёздного дракона. Одно из испытаний для кандидатов в бессмертные ― это пленение сильного духовного зверя общими усилиями. Не убийство, а именно заточение. Участвуют в этом испытании выпускники факультетов портальной, боевой и стихийной магии. Они должны создать мощную магическую фармацию, высасывающую духовную силу любого зверя, и заманить туда… Не имеет значения, о каком звере будет идти речь ― эта ловушка предназначена для Эдриана Дайлу. У него только облик человеческий, но в жилах течёт кровь дракона, поэтому он больше зверь, чем человек. У него осталась только одна духовная сила ― божественная, но ею нельзя будет воспользоваться, если магически ограничить возможности плоти и разума. Фениксы не знают, способен ли Эдриан к перерождению, поэтому хотят не убить его, а заточить в таком месте, где он будет бессилен. Для этого и нужны портальщики ― после того, как зверь будет ослаблен, они отправят его в заранее подготовленное место. Этим местом вполне может оказаться Занебесье, если Динтину Хуо достало ума и наглости вступить в сговор ещё и с богами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.