Юлия Григорова
Последний свет во тьме

Пролог. Оглянемся назад

За сто шестьдесят восемь дней до их прихода

День перед балом

Магнус

Озеро с западной стороны дворца герцога Нейрон подходило почти вплотную к зданию. Балкон второго этажа, объединяющий отдельное крыло и основную часть, выступал над спокойной тёмной водой. Из-за большой глубины дно выглядело практически неразличимым.

Весь берег у меня под ногами был выложен каменной кладкой. Она предотвращала порчу фундамента дворца от влаги и сырости и не позволяла зданию осесть.

Многочисленными каналами и протоками озеро соединялось с крепостным рвом, омывающим массивные стены, а затем вливалось в лесную реку. Та текла в непосредственной близости от моего дома, спрятанного на поляне в тени деревьев на самой окраине земель герцога. Там никто не беспокоил меня с самого побега от последней ищейки храма, и за это я был обязан Адаманту Нейрон.

Меня до сих пор преследовали кошмары. В ушах иногда стояли крики людей, тех самых, которыми заполнены подземелья Великого храма. Я чуть не стал одним из них – пленником тёмных и сырых темниц. Туда отправляли всех, кто отказался принести обеты, дать клятвы и стать послушным рабом богов. Оружием контроля. Меня не устраивала та роль, что была мне уготована, и я предпочёл жизнь беглеца судьбе жреца.

Побег и вечная борьба с теми, кого посылали за мной, вогнали меня так глубоко во тьму, что люди шугались при виде моего лица. Пришлось скрыть его и надёжно спрятаться. Если бы не содействие и сочувствие Адаманта, позволившего залечь на дно здесь, под защитой его чар, меня продолжали бы искать. Ко мне продолжали бы приходить, вынуждая применять магию и провоцируя пожирающую меня тьму разрастаться с каждой использованной крупицей силы.

– Прости, задержался, обязательные мероприятия. – Голос Адаманта заставил меня оторвать взгляд от поверхности воды. Всё это время я пытался рассмотреть дно, но видел только своё отражение, с трудом узнавая в нём себя. Из темноты озера на меня смотрело обмотанное чёрными повязками лицо со спадавшими на лоб белыми волосами с чёрными прядями в них. Они торчали из-под натянутого на голову капюшона, создавая впечатление, что всё наоборот и на самом деле в моих чёрных волосах появилась седина. Хотя сколько я себя помнил – они всегда были белыми.

– Ничего. Зачем ты позвал меня? – устало отозвался я.

Смотреть на него не было необходимости – я и так знал, как выглядел Адамант. Он не изменился за те полтора года, что я провёл здесь. Наследник герцога всегда был идеален, а его одежда не разваливалась в руках, как иногда моя.

Мы дружили с тех самых пор, как мой отчим просадил состояние моего отца, из-за чего до двадцати двух лет я был вынужден плясать под дудку деда в его дворце. Будучи наследником герцога, Адамант часто бывал там, а иногда гостил месяцами. Затем нас разлучил приход сумеречных за мной и последовавшие за этим бой, победа и храм. Когда же туда явился Адамант, я уже почти закончил обучение.

Он стал свидетелем моего побега. И единственным, кто протянул мне руку помощи в своё время. Можно смело сказать, что я не присоединился к бедолагам в подземельях храма только благодаря Адаманту, но он искренне так не считал.

– У меня есть одна просьба. Мне нужна помощь, – прямо заявил он.

Мы стояли на самом берегу озера, в тени деревьев. Отсюда открывался вид и на западную часть дворца, и на огромный сад с аллеей статуй. От пар, что гуляли там, озеро скрывали кусты роз и разбитый яблоневый сад. Все деревья в нём сейчас слишком обильно цвели, лишая нас вида на красоту дворцовой территории. Не будь мои глаза обмотаны тканью, я бы не мог видеть тех, кого видел сейчас благодаря магии. Очертания предметов с её помощью отображались серыми тенями, но они никогда меня не интересовали. А вот люди… Люди привлекали внимание всегда.

– Я могу тебе чем-то помочь? – удивился я. Это показалось забавным.

– Только ты и можешь. Понимаешь, мой отец… – Адамант ненадолго замолчал. Я же продолжил изучать чёрные и серые фигуры, представлявшие сущности людей между деревьев на аллее дворца. – Он хочет обрести силу жреца.

– Ха, – усмехнулся я. – Ты рассказал ему о цене, которую платят за её использование?

– Не совсем, – неуверенно ответил Адамант. – Да и не важно, чего хочет он. Важно, чего хочу добиться я.

– И чего же? – Я искренне не понимал его.

– Если получится открыть полноценный портал между мирами – портал, который будет действовать и не закроется, как это происходит при приходе сумеречных за очередной жертвой – то это полностью изменит мир. Изменит нашу роль в нём, и никакие клятвы и обеты уже не будут никому нужны.

– Подожди, ты хочешь… – попытался остановить его я, но Адамант продолжил:

– Если появится постоянный проход, то очередь за первенцами прекратится. Те, кто будут нуждаться в сущности, смогут прийти сюда в любое время и взять то, что захотят. Всё изменится. Разве не этого ты хотел?

– Нет, не этого, – ужаснулся я, представив тот хаос, который озвучил Адамант.

Сейчас, если верить словам учителей в храме, для каждой из теней в мире сумеречных назначено время, когда она получает свою порцию еды. Они терпеливо ждут этого часа и приходят к выпавшему на их долю первенцу. Если же допустить, что все они в один миг ринутся сюда… Волосы у меня на голове встали дыбом. Ведь урвать лишний кусок захочет каждый. Всегда найдутся те, кому мало одного человека, и они возьмут себе двух или трёх.

– Неважно. Сперва нужно открыть портал, а дальше мы разберёмся. Установим свой порядок и свои правила. Но я не справлюсь один, мне нужна помощь. Второй жрец. А ты как раз рядом, – воодушевлённо продолжил Адамант, словно не слыша моих слов.

– О чём именно ты хочешь попросить меня?

– Мне нужно немного магии, совсем чуть-чуть. Я чувствую, что почти пробился…

– Я не могу, – резко отрезал я. – Если у тебя в крепости нет кого-нибудь со светом, то я не смогу тебе помочь.

– Всё настолько плохо? – с досадой в голосе спросил Адамант.

– Хуже, чем при нашей последней встрече.

– Покажешь?

Причин отказывать ему не было. Медленно стянув с головы капюшон, я размотал повязку. Держать веки закрытыми вошло в привычку, но сейчас, для пущей убедительности, стоило поднять их. Когда ткань оказалась полностью в руках, я тяжело вздохнул и попытался посмотреть на Адаманта, после чего, чуть не ослепнув, спешно прикрыл глаза ладонью. И лишь привыкнув к дневному свету, бросил на собеседника взгляд.

Лицо наследника герцога Нейрон говорило о тяжести моего состояния лучше, чем любое отражение. Смотреть на себя в озеро я не стал. Не для того я убрал все зеркала из дома. Видеть тьму в своих глазах и вокруг них – удовольствие не из приятных.

– Да, всё серьёзнее, чем я думал. А с девушкой что? Ты же говорил, что нашёл одну.

Облизнув губы и вспомнив сладостные поцелуи той, о ком он спросил, я хмыкнул.

– Ломается ещё.

– Так ты…

– Насильно не хочу. Вкус у сущности не тот.

– Эстет. Тебе шкура своя важна или удовольствие и вкус?

– А зачем мне моя шкура, если я не получаю в ней удовольствия? Зачем вообще эта жизнь, если не получать от неё радости и наслаждения? Я не для того сбегал из храма, чтобы лишать себя всего того, чего лишился бы, останься там и прими обеты.

– А если всё получится? Если она поддастся и тьма отступит, ты поможешь мне? – с надеждой в голосе спросил Адамант.

Отвернувшись, я принялся рассматривать деревья, цветы на яблонях, кусты роз. Давно мне не доводилось любоваться окружающим миром без повязки на глазах. Дома я часто снимал её, но вид маленькой поляны надоел до ужаса, а для выхода куда-либо я всегда скрывал темноту, захватившую почти половину моего лица.

Слишком много сил я потратил на побег из храма, слишком много ушло на заметание следов и битвы с теми, кто приходил за мной. Тьма поглощала меня, покрывая тело, и грозила утянуть за собой. В тот мир, откуда явилось существо, даровавшее мне силу после победы над ним. И только свет чистой сущности мог помочь мне. Помочь спастись и не рухнуть во тьму.

Коснувшись магии, я вновь окинул взглядом сад, чтобы лишний раз убедиться, что все, кто прогуливался здесь сейчас, – сплошная чернота. Полтора года я искал в стенах крепости хоть кого-то, кто мог спасти меня, но сущности детей оказались недостаточно сильны. Пришлось смириться и опуститься до сероты. Вдруг поможет? Никто до меня этого не проверял.

– Ты сам знаешь, она светится слабо, едва заметно. Этого может не хватить. Светлее здесь никого нет, но и она… – я запнулся, ибо в этот момент из-за угла дворца на аллею в самом центре сада вышла девушка. От одного её вида стало тяжело дышать. Мне захотелось поднять руки к глазам и протереть их, ведь она казалась сном, настолько нереально было само её существование. Стой я ближе на несколько шагов и не разделяй нас стена из деревьев и кустов, она точно ослепила бы меня своим светом. Среди сновавших по аллее серых и чёрных сущностей она выглядела как яркая звёздочка в небе, первой пробившаяся сквозь ночную темноту. Вот та, кто спасёт меня, кто вытащит из тени и вернёт в строй.

– Магнус? – Голос Адаманта заставил меня вздрогнуть.

Закрыв на секунду глаза, я перестал касаться магии и снова посмотрел на мир, но уже простым, человеческим взглядом. По дорожке сада неспешно брела миловидная блондинка в тёмно-зелёном платье. Её светлые волосы были уложены в причёску, открывавшую лебединую шею, к которой так и хотелось прикоснуться. А сам образ рождал желание защитить её, загородить и никого не подпускать. Она казалась такой маленькой и хрупкой по сравнению с другими прогуливающимися дамами, что невольно вызвала улыбку на моих губах одним своим видом.

– Кто она? – шёпотом спросил я, боясь спугнуть это наваждение.

Адамант проследил мой взгляд, но я не увидел, как изменилось выражение его лица. Всё моё внимание было привлечено к прекрасной незнакомке.

– Вот это свет…

– Она моя, – лишь успел выговорить я, догадавшись, какие мысли пришли в голову собеседнику.

– Боюсь, что ты даже не сможешь к ней подойти, друг мой, – усмехнулся Адамант. – Раз она с Хессвандаем, то, думаю, это одна из дочерей барона Десмонтас. Правда, не знаю которая. Мой брат собирается жениться на ком-то из них, так что ты это – рот закрой и слюни не пускай.

– Если тебе нужна моя помощь, то мне нужна она, – резонно заметил я.

– Думаю, с ней мне твоя помощь не потребуется.

Тут Адамант был прав. Если ему не хватало силы второго жреца для открытия портала, то, имея в запасе столь великолепную сущность, он вполне мог обойтись и без кого-либо ещё.

Мы молча стояли и смотрели на девушку. Её сопровождал мужчина с рыжими волосами, но я лишь окинул его взглядом. Кем бы он ни был, он меня не интересовал. Я пытался уловить слова, что говорила незнакомка, запомнить каждую черту её лица. Хотя это казалось глупым. С таким свечением я бы узнал её везде. И, к моему сожалению, не только я.

Глава 1. Новый друг

Через час после их прихода

Криста

Кроны деревьев продолжали шелестеть от ветра, а серый туман не позволял увидеть ничего дальше опушки леса. Мрачность этого места заставляла нервно сжимать юбку промокшего от травы платья и покусывать сухие губы. Два чёрных глаза напротив меня притягивали взгляд и вынуждали всматриваться в клубящуюся внутри них тьму. В остальном же, пока пасть существа была закрыта, сумрак выглядел весьма мило и безобидно. Пытаясь воспринимать его как собачку на замковой псарне, я медленно сглотнула вставший в горле ком. Главное – не подавать вида, что я до ужаса боюсь его.

Пока никто другой на поляне не появился, у меня был какой-то шанс справиться с сумраком. Был бы шанс, захвати я с собой в этот мир хоть какое-нибудь оружие.

Стоило всего на секунду отвести взгляд от существа, и оно приблизилось, преодолев последний разделявший нас шаг, и теперь стояло у моих ног. Лапы замерли на уровне лодыжек так, что ступни оказались почти под его горлом. Если бы каждое движение не причиняло мне дикую боль, то можно было бы попробовать ударить сумрака сапогом по морде.

Что бы ни было ему от меня нужно… Стоп. Ему нужна моя сущность, только и всего. Если во мне ещё что-то осталось, может, он возьмёт это и уйдёт? Оставив меня на этой тёмной и страшной поляне в одиночестве на растерзание тем, кто придёт следом. Своим друзьям. Если у сумраков вообще есть друзья.

Вытянув руку в сторону существа, я сильнее вжалась спиной в ствол дерева. От страха меня трясло. Рука подрагивала, привлекая к себе внимание. Прижавшись горлом к носкам моих сапог, сумрак оскалился и зарычал. Вид острых чёрных зубов заставил вспомнить ощущения от их хватки на плече и голени. Только этого мне и не хватало для полного счастья.

Пока я рассматривала противника, взгляд скользнул по моему голому запястью. Глаза широко распахнулись. Казалось, что время вокруг замерло, а дрожь по всему телу усилилась. На том месте, где на протяжении всех месяцев замужества красовался платиновый брачный браслет, ничего не было. Но это невозможно! Подтянув к себе руку, я схватилась за запястье и провела по нему пальцами, а потом засунула их под манжету. Впрочем, это было бесполезно. Браслет никогда не сползал настолько далеко по моей руке, так как плотно прилегал к коже.

Стоило убрать руку, и сумрак, о котором я на время забыла, перестал рычать. Передвинув лапы, он приблизился так, что застыл над моей талией и прижал морду к животу. Видимо, рассчитывая не дать мне вскочить и убежать, если бы я могла это сделать.

Я попыталась найти браслет взглядом, но тщетно. Почему он слетел с руки? Причин могло быть только две: прошение о расторжении от одного из супругов при отсутствии консумации брака или чья-то смерть. Первый вариант казался невероятным, ведь в храм никто из нас с такими просьбами не обращался. Да и после прошения о разводе жрецам следовало сперва проверить супругов на невинность.

Когда меня затягивало в портал, браслет был на мне, и, если время в этом мире не текло как-то иначе, Нейтан не успел бы пройти проверки. Да и меня раньше никто точно не проверял. Мог ли супруг провернуть это втайне от меня? Подкупить жрецов в храме? Он же уезжал в общей сложности почти на три месяца. Нет, Нейтан любил меня, ему незачем было разводиться со мной. Следовательно… Меня окатило внезапной волной холода, пронёсшейся по всему телу. Это могло означать только то, что в глазах богини один из нас был мёртв. И раз я пока оставалась жива, неужели Нейтан погиб в той пещере?

Шелест веток на другой стороне поляны заставил меня вернуться к реальности. Существо, застывшее в области моего живота, в любой момент могло раскрыть пасть, и тогда я бы точно оказалась мертва.

Прижав запястье к груди, я посмотрела на сумрака. Чёрные глаза неотрывно следили за мной, заставляя ёжиться от одного своего вида. Под этим взглядом постоянно хотелось сглатывать, он гипнотизировал. Хорошо. Существо не нападало, оно спокойно подкрадывалось к моему рту в надежде пообедать, или что они там делают? Пусть, если во мне ещё что-то осталось.

– Я открою рот, и ты возьмёшь, что сможешь, идёт? Не знаю, хватит тебе или нет, но оставь мне хоть что-то, – тихо проговорила я, наблюдая за существом.

Интересно, оно меня поняло или нет? Ладно. Какая разница? Облизнув пересохшие губы в очередной раз, я подалась вперёд. Стоило ощутить боль в области спины и поясницы, а животу чуть напрячься, как я с трудом подавила крик. Не хватало привлечь ещё кого-нибудь.

Сумрак медленно сдвинулся назад, но больше никак не отреагировал, продолжая наблюдать за мной. В очередной раз сглотнув ком в горле, я приоткрыла рот и нагнулась так низко, как смогла, и поморщилась от терпимой боли. Существо не заставило себя долго ждать. В два прыжка оно оказалось прямо передо мной. Подавив желание отпрянуть, отвернуться или отшвырнуть его в сторону, я сощурилась.

Когда морда сумрака приблизилась, я ощутила, как он осторожно поставил лапы по обе стороны от меня. Моё лицо обдало тёплым дыханием, а в нос ударил запах сырой травы. Никогда бы не подумала, что этим существам тоже нужен воздух. Ноздрей у них я не видела, и даже сейчас рассмотреть что-то, кроме чёрных глаз, оказалось очень трудно. Животом сумрак упирался в мой.

Пасть с рядом острых зубов открылась и замерла в непосредственной близости от моих губ. Я не знала, как долго мне предстояло сидеть вот так в ожидании, но неожиданно уловила краем глаза, как из моего рта вылетел крохотный огонёк света. Прекрасно. Теперь я кормлю не только птичек и собачек, но и монстров из сказок, какая прелесть.

Медленно закрыв рот, я откинулась обратно на ствол дерева и облегчённо выдохнула. Боль, вызванная этими движениями и пребыванием в полусогнутом состоянии, отступила. Сумрак сделал несколько шагов назад и закрыл пасть. Однако его морда продолжала быть обращённой ко мне. Он словно ждал. Что я пожелаю ему приятного аппетита?

– Прости. Видимо, это всё, что есть. Меня до тебя успели выжать, – устало буркнула я.

Существо издало недовольное фырканье и опустило морду так, что она легла на мой живот. Лапы поджались, и я ощутила небольшой вес его тела на себе. Просто прекрасно. Он будет лежать и ждать, пока моя сущность восстановится, чтобы поесть ещё? Я закрыла глаза.

Да, поспать точно не помешало бы, но не здесь, а дома, в своей кровати. Пусть даже с Нейтаном под боком. Стоп. Не самое подходящее место и время думать о супруге, особенно с застывшим над моим животом сумраком, но мысли о нём так и лезли в голову. Особенно после обнаружения пропажи браслета с руки. Жив ли он вообще?

Муж признался мне в том, что убил мою сестру. Ударил её кинжалом и столкнул с балкона, якобы пытаясь защитить от своего отца. Верила ли я ему? Да. А ещё он признался мне в любви и прибежал спасать. Правда, немного не успел и ничего противопоставить магии Адаманта не смог. Неужели хоть кому-то в этом мире было до меня дело, а я не обращала на это внимания? Пока я стремилась найти способ и подготовиться к осуществлению своей мести, на которую оказалась неспособна, супруг любил меня. И я вполне могла быть счастлива с ним.

Счастлива после того, как лишилась родных, как стала причиной гибели людей в крепости, как сдала её герцогу и его сыновьям, одним из которых и был Нейтан. Если бы я с первых дней знала, что Клео жива, могла ли я быть счастлива с ним? Что бы тогда изменилось в нашей жизни?

Вспомнились поцелуи супруга, прикосновения и куча, бездонная куча часов в тишине, проведённых друг с другом и наполненных тягостным для меня молчанием. Молчанием в ожидании, пока он заговорит. Надеждами, что он сам всё расскажет, признается, объяснит. «Нейтан у нас не очень разговорчивый», – сказал мне Адамант перед спуском в карьер. Я ведь никогда не задумывалась, что супруг может обладать такой чертой характера. И мне не удалось узнать его за время брака. Он ничего не рассказал о себе, хоть я и просила об этом.

Нейтан был прав. Моё знание правды ничего не изменило бы, несмотря на моё желание думать, что всё могло быть иначе.

Дыхание сумрака ощущалось на руках. Его грудь размеренно поднималась и опускалась. Каждое её движение отражалось на моём животе, заставляя невольно дышать в такт ему. Тревожить существо не хотелось, и я попыталась подстроиться так, чтобы и моя грудь поднималась и опускалась одновременно с ним. Это успокаивало, и, готова поклясться, я почти провалилась в сон, несмотря на сырость травы подо мной и холодный ветер, проносившийся мимо. Даже шелест крон деревьев и кустов вокруг не беспокоили меня. Существо знало, что, когда я высплюсь и отдохну, моя сущность восстановится и ему достанется больше, чем он уже получил. Вот же умный расчётливый гадёныш.

Неожиданно сумрак зарычал. Он оторвал морду от моего живота и повернул голову вправо. Накативший сон как рукой сняло, заставив оторвать затылок от дерева и открыть глаза.

На первый взгляд вокруг нас ничего не изменилось. Справа по-прежнему высился ряд прямых стволов, утопавших в тумане. Вместо любых оттенков коричневого, какими им положено было быть, деревья казались тёмно-серыми, почти чёрными, возвращая меня к мыслям, что с глазами что-то не так. Впрочем, я решила, что подумаю об этом потом, когда отдохну и смогу хотя бы встать, если вообще смогу это сделать, а не окажусь закуской для кого-нибудь ещё.

Рядом ничего не шевелилось, даже голые ветки ближайших кустов. Казалось, на поляне, кроме нас, никого не было. Однако усилившийся рык сумрака и то, как он ощетинился, отойдя назад, чтобы принять атакующую позу, говорили об обратном. Проследив за тем, в какую сторону повернулась его морда, я всмотрелась в туман. Прошмыгнувшая среди стволов тень оказалась настолько быстрой, что я не успела проследить, куда она делась.

Вскочив на лапы, сумрак развернулся в сторону поляны и замер прямо перед моими ступнями, загораживая меня собой. Честно признаться, мне даже стало приятно. Вот он, мой настоящий защитник, готовый биться за присвоенное лакомство, как любая порядочная собака на отцовской псарне. На псарне Клео, раз она жива.

Уперевшись руками в землю, я оторвалась от дерева и приподнялась, глядя вперёд. Пока никаких признаков других существ, кроме проскочившей мимо тени, видно не было. Пальцы начали сновать по земле в поисках чего угодно, чем можно было бы воспользоваться в качестве оружия, но ничего такого рядом не нашлось. От досады я сжала руки в кулаки. Правда, они вряд ли могли помочь, ведь при первой встрече мне так и не удалось дотронуться до сумраков.

Существа появились из-за деревьев одновременно и со всех сторон. Проверить, были ли они за спиной, мне помешала боль, по-прежнему терзавшая тело при любом движении. Впрочем, даже те тени, что вышли из тумана на поляну, без труда растерзали бы меня и обглодали до костей. Разве не за этим они пришли? Сумраки склонились к земле и начали медленно подкрадываться к нам, а тот, что замер у моих ног, принялся рычать всё громче и громче.

– Меня на всех не хватит, – заметила я.

Слова были произнесены негромко, но первые ряды должны были их услышать. Мой защитник точно услышал, ведь его оскал усилился, а рычание стало более угрожающим. Он сделал резкий прыжок вперёд и замер между мной и стаей своих собратьев.

Сзади раздался треск веток и шуршание травы. На мгновенье голова сумрака дёрнулась в ту сторону, но он предпочёл вновь обратить внимание на тех, кто наступал спереди. Складывалось впечатление, что он хотел быть везде, но разрывался, показывая оскал всем вокруг меня. Существа приблизились и достигли середины поляны. Меня неистово затрясло от страха при виде острых зубов. Почти каждый второй сумрак демонстрировал их, пытаясь напугать моего защитника, но тот оставался на своём месте, прижимаясь к земле и готовясь к прыжку.

Единственное, что пришло мне в голову, – это воспользоваться обувью. Стиснув зубы и постаравшись не обращать внимания на боль в спине, я потянулась к ноге и, помогая себе второй, стащила сапог. Вся надежда была только на довольно небольшой каблук. Сжав рукой подошву за мысок, я замахнулась, готовясь наносить удары. Взгляд судорожно метался по приближавшимся существам.

Сумраков на поляне было восемь. Сколько их скрывалось среди деревьев, я не знала, но очень надеялась, что на меня внезапно не нападут сзади. Хотелось попросить защитника приглядывать именно за тылом, а не за теми, на кого мне и так открывался прекрасный вид.

Первыми в бой бросились два ближайших существа. Как назло, они подкрадывались с разных сторон. Мне даже показалось, что они общались между собой, а атака была спланирована. Защитник не мог разорваться и оказаться и справа, и слева. Бросившись на перехват тому, кто был к нему ближе, сумрак вцепился нападавшему в шею. От второго мне пришлось отбиваться самой. Существо оттолкнулось от земли и прыгнуло на меня. Замахнувшись сапогом, я ударила его по морде в тот самый момент, когда оно должно было приземлиться на мой бок. От удара противник отлетел в сторону и зарычал, а его место занял следующий. Но он не прыгнул, а побежал на меня.

Единственным чувством, испытываемым мной тогда, был страх. Я дрожала и не знала, как побороть его. Именно страх заставлял меня не опускать руки, сильнее сжимать сапог и быть готовой нанести новые удары.

Разобравшись со своей целью, защитник налетел на третьего нападавшего, но четвёртый, с другой стороны, не заставил себя долго ждать. А поскольку моё внимание было привлечено происходившим слева, впившиеся в правое плечо зубы стали катастрофой. Ведь именно этой рукой я держала сапог и пыталась отбиваться от врагов.

Взревев, я дёрнулась, попытавшись скинуть существо с плеча. Перехватила оружие левой рукой и начала бить сумрака по морде. Сердце бешено стучало в груди в такт наносимым ударам. Я окунулась в охвативший меня страх и черпала силы только из него. Память о нападении этих существ в нашем мире заставила отбросить в сторону любые эмоции, что могли помешать в битве.

Защитник тем временем разобрался со вторым и третьим противниками и ринулся к четвёртому, чьи зубы продолжали впиваться в моё плечо, но на него самого набросились пятый и шестой. Раздалось рычание, перебиваемое скулежом. Это мой защитник пищит так жалобно? Я не могла позволить себе отвлечься на него, ведь на меня запрыгнули седьмой и восьмой. Пасть одного распахнулась, и он собрался вонзить зубы в мою ногу, а второй приземлился лапами прямо мне на грудь и угрожающе зарычал, приближаясь к лицу.

Замахнувшись на него каблуком, я ощутила сильный порыв тёплого ветра откуда-то из-за спины. Он отбросил всех сумраков в центр поляны, даже того из них, кто защищал меня. Остался лишь тот, чьи клыки я всё ещё чувствовала на плече. Плотно сжав зубы, я снова начала бить его каблуком, пока существо не разжало пасть и не получило удар ещё и по ней. Мой защитник сорвался с места раньше остальных и прыгнул на этого упрямца. Он яростно вгрызся в шею противника, а остальные снова припали к земле в центре поляны, собираясь напасть на меня второй раз.

Внезапно между нами возникла стена огня, обдав меня жаром. Отшатнувшись, насколько позволяла больная спина и ствол дерева за ней, я прикрыла лицо сапогом, ведь чуть не ослепла от яркого пламени. Правое плечо болело, я не могла пошевелить рукой, и она безвольно лежала на животе, едва заметно подрагивая. Стена разрасталась, очерчивая линию между мной и нападавшими. Она начиналась у левой опушки леса и двигалась направо, отрезая их от меня. Её появление было как нельзя кстати и вызвало настоящее облегчение. Судя по всему, сумраки боялись огня. Когда он приблизился к деревьям и ушёл за них, я смирилась с болью и обернулась.

В нескольких шагах позади, расставив ноги на ширине плеч и выпрямившись, стоял мужчина. Его вытянутая вперёд рука двигалась вместе со стеной, чертя круг. Белые волосы с чёрными прядями вздымались и подрагивали, несмотря на полное отсутствие ветра. Лицо незнакомца было обмотано тканью, оставляя открытыми только плотно сжатые губы и подбородок. Огонь разогнал полумрак, царивший здесь прежде, и в его свете открытые участки кожи мужчины выглядели неестественно тёмными.

Опустив сапог на землю, я облегчённо выдохнула, не в силах отвести от незнакомца взгляда. Всё моё тело расслабилось от одного вида спасителя. Кем бы он ни был, я готова была расцеловать его. Когда круг огня замкнулся, мужчина резко подскочил и опустился на колени рядом со мной. Сумрак же разобрался со своей жертвой, обернулся, прижался к земле и зарычал. Мой защитник остался единственным, кого не отрезало от нас. Все остальные продолжали скалиться, выть и угрожающе прыгать по ту сторону.

– Я тебе порычу, – рявкнул на моего сумрака незнакомец.

– Он… – Я попыталась заступиться за помощника, но слова застряли в горле, и, тяжело вздохнув, я сморщилась от пульсирующей боли.

– Я понял, – отрезал мужчина. – Не отставай, – бросил он сумраку и поднял меня на руки. Спина отдалась пронзающей болью, из плеча потекла кровь. Голова закружилась, и я вскрикнула. – Где ещё ранена?

– Спина. Мне трудно шевелиться, – тихо пробормотала я, с трудом сдерживая стоны. Мужчина едва слышно выругался.

– Обхвати меня за шею. Что ты, будто тебя никто никогда на руках не носил. И держись крепче. Мне понадобится одна рука, чтобы отпугивать их, – сурово приказал он.

Это был именно приказ, и мне не хотелось ему сопротивляться. Однако правая рука так и не повиновалась. Поэтому, обхватив спасителя за шею левой, я прижалась к нему грудью. Из-за этого мой нос почти уткнулся в его плечо. Ожидая ощутить неприятный запах пота или грязи, обычно исходивший от Хессвандая после тренировок, я удивилась тому, что незнакомец пах костром.

Убедившись, что я держусь за него, мужчина сорвался с места и побежал. В стене огня прямо перед нами возник узкий проход. Сумрак и правда старался не отставать: он нёсся следом, едва не задевая лапами сапог. К моему ужасу, другие существа тоже сорвались с места и бросились в погоню. Ближайшие сразу предприняли попытки накинуться на нас. Я невольно зажмурилась, когда один из сумраков подпрыгнул и уже почти сомкнул зубы на плече мужчины, но вместо этого резко отлетел в сторону, отброшенный невидимой силой.

Все, кто рискнул напасть следом за первым, тоже оказались откинуты так, словно в полёте они врезались в стену. Из-за этого они упали на траву, встали, отряхнулись и вновь бросились в погоню, но уже со значительным отставанием. Облегчённо выдохнув, я сильнее прижалась к мужчине, вцепившись пальцами левой руки в его воротник.

– Спасибо, – едва слышно проговорила я, надеясь, что он услышит, благо ухо незнакомца было близко к моим губам.

– Ого. Ты мне, определённо, нравишься больше, – усмехнулся он.

Ни на что другое я была не способна. Перед глазами постепенно темнело, а воротник камзола незнакомца медленно выскальзывал из ослабевающих пальцев. Из-за раны на плече я потеряла слишком много крови, голова кружилась. Вид существ, что бежали за нами, травы, стволов и корней деревьев, мимо которых мы проносились, сменялся тьмой.

– Эй, ты чего? Продержись ещё немного, мы почти на месте. А там уже можешь сознание терять. Здесь я запрещаю, слышишь? – взволнованно проговорил мужчина, ощутив, как я сползаю с его груди к плечу.

У меня не было сил, но приказные нотки в голосе незнакомца заставили пальцы сжать почти выскользнувший из них воротник. Подтянув себя обратно, я уткнулась носом в мужскую шею и вдохнула запах костра.

Глаза открылись, и, посмотрев назад, я застонала, увидев гнавшихся за нами сумраков. Они сливались с землёй, но местами, где трава или кусты были светлее, их тела отчётливо выделялись на фоне серости окружавшего нас тумана.

Одно из существ оттолкнулось от земли и полетело прямо на меня. Выпустив воротник, я сильнее обвила шею мужчины рукой, вжалась в него всем телом и зажмурилась в ожидании удара. Но… столкновения не случилось, потому что мои глаза закрылись, а я резко провалилась в нахлынувшую на меня темноту.

Глава 2. Генеральная уборка

Через два часа после их прихода

Клео

Одиночество. Никогда ещё я не испытывала его так остро, как сейчас. Все последние месяцы со мной постоянно кто-то был, и я всегда могла к кому-то обратиться. Либо найти Магнуса и перекинуться парой язвительных фраз, либо дождаться встречи с Дастином. С ними я могла разговаривать обо всём на свете, но с каждым – в разной манере, и это всегда забавляло. Сейчас же никого из них рядом не было.

Мост через замковый ров остался позади, но войти в распахнутые ворота не хватало духу. Мне впервые предстояло переступить порог родного дома после смерти отца. Не так я себе это представляла. Честно признаться, я вообще никогда прежде этого не представляла, ведь полагала, что не проживу дольше него. Никогда не считала, что смогу стать баронессой. Не видела себя в этой роли и не мечтала о ней. Но стоило сестре отнять её у меня, и я оказалась готова на всё, лишь бы вернуть своё. Вот и вернула. А Криста…

Куда бы она ни угодила, ей там самое место. Жаль, что Магнус решил отправиться следом. Впрочем, раз он променял меня на неё, а вернее, на спасение своей шкуры, пусть тоже катится к сумеречным.

Меня трясло. Удивительно, что я ещё могла стоять на ногах и сама дошла сюда с карьера. При этом я не видела спины солдат, сопровождаемых жрицей. Если бы не она, сейчас я находилась бы в подземелье собственного замка, а не пыталась пересилить себя на входе. Надо поблагодарить её…

Схватка с Адамантом и герцогом выжала меня полностью. Хотелось отдохнуть, но передо мной оказалось самое трудное испытание из всех. Распахнутые ворота призывно манили войти в них, а стражники по обе стороны, вытянувшись во весь рост, застыли на месте. Они не шевелились, а цвет их формы подтверждал, что эти люди готовы стоять так столько, сколько мне будет нужно. Должно быть, жрица постаралась и уже отдала все необходимые приказы, раз на солдатах были цвета рода Десмонтас, а не Нейрон.

Переминаясь с ноги на ногу, я смотрела на знакомый внутренний двор, огороженный полукруглой стеной. Мимо сновали люди. Кто-то замечал меня, но из-за цвета волос не узнавал и проносился мимо. Учитывая, что к тому же у меня был разбит лоб, а лицо – измазано кровью, выглядела я жутко. Удивительно, как солдаты не выгнали меня с порога. Или их предупредили о том, кто я?

Рано или поздно, но мне придётся войти в эти ворота. Не могу же я и дальше продолжать жить в подвале трактира? Сейчас мне больше некуда идти, а там, в стенах замка, меня ждут младшие сёстры. Должны ждать, ведь им не могли причинить вреда. Не могли же? Может, если я встречусь с ними, то перестану чувствовать себя настолько одиноко?

Закрыв глаза, я глубоко вдохнула и сделала первый шаг, за ним ещё один и ещё. Ноги подкашивались от усталости, мышцы ныли после длительного бега и пешей прогулки со дна карьера. Меня пошатывало, но я нашла в себе силы, чтобы пройтись от ворот до ближайших дверей для прислуги. Этот путь я могла проделать и вслепую.

Кто-то пронёсся мимо с недовольным бурчанием, заставив меня посмотреть на себя. Встретившись со злым взглядом пожилой служанки, я склонила голову набок, и на её лице мелькнула тень узнавания. Широко распахнув глаза, женщина скрылась за дверью, не рискнув ничего мне сказать. Прекрасно. Ну их всех. Я слишком устала чтобы обращать внимание на непозволительное отношение к себе, особенно учитывая мой внешний вид. Меня вообще сегодня не должно быть здесь, ведь захват крепости и замка планировался на другой день. Всё началось слишком неожиданно. Как наша с Магнусом засада в лесу перетекла в свержение власти в крепости? Мне до сих пор не верилось в реальность происходящего, но всё на самом деле было так.

По дороге к покоям отца меня никто не остановил. Ступая по родным коридорам, я крутила головой, рассматривая стены. В замке ничего не изменилось.

Толкнув дверь в отцовскую гостиную, я переступила порог и застыла, увидев знакомую родную обстановку. Здесь тоже всё осталось на своих местах. Вроде бы герцог должен был выбрать себе в качестве спальни именно покои барона, посчитав их самыми роскошными, и уж точно всё тут поменять, но ни одна вещь не выделялась и не наталкивала на мысль, что её принёс сюда Нейрон.

А вот в отцовском кабинете всё стало по-другому. Письменный стол был совершенно пуст. На моей памяти такого никогда не случалось – на нём всегда валялась куча свитков, книг и бумаг.

Вздохнув, я провела пальцами по гладкой столешнице. Я сама сидела здесь в тот день и писала письма под диктовку Магнуса. Сейчас же со стола пропали даже чернильница с пером. Подойдя к креслу, я медленно опустилась в него, продолжая поглаживать поверхность. Перед глазами встал тот день – последний день отца. Вспомнились его слова. Я так и не ответила, что тоже люблю его. А он любил и Кристу, которая его убила.

К сумеречным Кристу. Она заслужила всё, что с ней случилось. Она сама во всём виновата, вот пусть и расплачивается за свои ошибки там, куда попала. Сложив на столе руки, я уронила на них голову и закрыла глаза. По щекам текли слёзы, а я заметила их, только когда промокли рукава рубашки. Как давно я плачу и не замечаю этого? Весь путь по замку? Тогда неудивительно, что никто и слова не сказал мне за это время.

Учитывая бессонную ночь в ожидании прихода Дастина, который так и не явился, усталость давила с неописуемой силой. Но спать было нельзя. Мне предстояло слишком много дел. Оторвав лицо от рук, я принялась выдвигать ящики стола, пока не нашла в одном из них чистый лист и закупоренную баночку с чернилами. Новую, судя по всему. А что случилось с той, что была здесь прежде? Пожалуй, стоило кого-нибудь спросить об этом. Откупорив пробку, я разложила лист и вытащила одно из перьев, что тоже оказались спрятаны в стол.

Итак.

«Узнать, что с сёстрами и где они», – эта строка была накарябана первой. Не узнавая свой почерк, я всматривалась в кривые буквы и пыталась прочитать её так, словно это написала не я. Смысл слов ускользал, а лоб в том месте, где он был разбит, начинал предательски побаливать. Всю дорогу я не замечала этого.

«Вступить в права и стать баронессой», – наверное, сперва следовало написать это. Я сама удивилась тому, что вопрос про сестёр пришёл раньше очевидного.

«Сообщить королю и в храм о том, что здесь случилось. Послать обвинения в адрес Нейтана Нейрон», – написав имя этого человека, я долго сидела и смотрела на лист, вспоминая проклятые карие глаза. В голове всплыло всё, что он говорил перед тем, как за меня заступилась жрица. Вспомнилось каждое его слово и то, с каким ехидством он их произносил. Вот за что Криста могла его полюбить? Тварь поганая.

«Узнать, где бумаги отца и почему кабинет пуст», – это я записала просто для того, чтобы не забыть.

«Допросить Дастина…».

Я отложила перо и откинулась на спинку кресла. Обхватив голову ладонями, я зарылась пальцами в волосы. Дастин. Я велела взять его под стражу вместе с остальными солдатами герцога Нейрон. Как я могла так поступить, даже не дав ему оправдаться? Даже не выслушав его попыток… Нет. Это слабость. Моя любовь к нему – слабость. А дать шанс и выслушать у всех на виду – это проявление слабости. Я не должна была проявлять её в тот момент. Я теперь баронесса, и мне нельзя быть слабой. Моё место через полтора года займёт Калиста. Надо успеть её подготовить.

Отец был довольно молод и всегда надеялся, что они с матерью ещё смогут зачать сына. Надеялся долго и слишком поздно понял, что упустил очень много времени, которое мог бы посвятить передаче дел по управлению крепостью мне. Ну, или хотя бы Кристе. Спохватился же он лишь тогда, когда меня этот вопрос перестал интересовать, так что часть его слов была благополучно забыта. И как мне теперь передать всё сестре, если я сама ничего не помню?

– Баронесса?

Когда в кабинет вошла женщина – я не заметила. Мои мысли по-прежнему витали в прошлом.

– Как вы меня нашли? – устало спросила я.

– Капитан Бертон любезно помог мне в выполнении вашего приказа и проконсультировал, где располагаются хозяйские покои. Слуги, что работают здесь, видели, как вы входили в эти двери, – спокойно отозвалась жрица.

Посмотрев на незваную гостью, я вздрогнула и вжалась спиной в кресло, но постаралась взять себя в руки. В пещере мне было не до рассматривания её лица, однако сейчас, в спокойной обстановке, при дневном свете из окон, её вид вызвал такой же ужас, как и лицо Магнуса, когда он показал его мне.

Длинные чёрные волосы струились по плечам и спадали жрице на грудь. Она пыталась использовать их как ширму, но те не слушались из-за прямого пробора, открывая вид на чёрные глаза без белков. Кожа вокруг них потемнела, но не так сильно, как у Магнуса. Поняв, что меня испугало, женщина отвернулась. Теперь она стояла спиной, сцепив руки перед собой.

– Прошу прощения. Это…

– Переусердствовали с магией в пещере? – сделала я вывод, основываясь на словах Магнуса. Женщина кивнула, но решила, что я это не увижу, и подтвердила:

– Да. Мне пришлось…

– Не оправдывайтесь. Я видела, что вы были прикованы к стене, – махнула я на неё рукой.

– Когда я прибыла в крепость, Адамант Нейрон вызвался проводить меня к герцогу, сообщив, что руководство находится в его руках, основываясь на распоряжении баронессы…

– Моей младшей сестры. Её выдали замуж за Нейтана Нейрон, – пояснила я.

– Да, я видела, её затянуло в портал. Она поистине невероятна…

– Она дрянь и мерзавка. Ничего невероятного в ней нет, – резко сказала я. Не хватало ещё, чтобы жрица восхваляла мою сестру из-за её фальшивого света.

– Просто только она могла бы помочь мне, – неуверенно пробормотала женщина.

– Да, это я тоже знаю. Мой друг… – А был ли Магнус мне другом? После четырёх месяцев под одной крышей и на соседних кроватях, пожалуй, что был. – Мой друг прятал такую же черноту под повязками на лице. Могу посоветовать поступить так же.

– Я подумаю, что можно с этим сделать.

– Благодарю, что встали на мою сторону.

– Меня прислал Великий храм, и я должна поддерживать законного наследника барона во всём. Я подготовлю церемонию вступления и принесения присяги, можете не беспокоиться на этот счёт. Но у меня есть ряд вопросов, которые…

– Мы можем всё решить… – прервала её я, пытаясь придумать, когда вернуться к этому разговору. Но ничего не лезло в голову. После отдыха? После сна? Утром? – Потом.

– Да, конечно. В вашем положении не следует переутомляться, а вы, видимо, устали. Могу я вылечить вашу рану на голове? Но для этого мне придётся…

– Да. Я постараюсь на тебя не смотреть. Извини, но это выглядит жутко, – призналась я. Отвернувшись, я краем глаза заметила, что женщина направилась ко мне. Остановившись рядом, она протянула руку, коснулась моего лба, и по нему растеклось приятное тепло. Боль ушла.

– А можешь мне ещё и цвет волос вернуть? – неожиданно вспомнила я.

– Какой он был?

– Как у сестры, если ты помнишь…

– Помню. – Женщина кивнула. – Сделано.

– Благодарю.

– Не стоит, это моя обязанность, – улыбнулась она, но руку от головы так и не убрала. Волны магии растекались по телу. Я хорошо знала их, потому не противилась. Обычно таким образом Стеллан проверял, нет ли у меня внутренних повреждений после буйной тренировки или поединка. – С ребёнком тоже всё в порядке. Можете за него не беспокоиться, – добавила женщина, убирая пальцы.

Медленно повернувшись к жрице, я посмотрела на неё, забыв про отталкивающий внешний вид.

– С кем? – недоумённо спросила я.

– С ребёнком. Вы беременны. Вы не знали?

Чего-чего, а этого я точно не знала. Хотя вполне могла ожидать. Как-то за всеми хлопотами по захвату крепости я перестала следить за собственным организмом и считать дни между циклами. Не начался – и хорошо, меньше мороки и неудобств. Оказалось – не очень хорошо.

– Нет, не знала…

– Уже второй месяц. Более точно я смогу сказать при детальной проверке, если позволите.

– Не сейчас. – Я отвела взгляд. Теперь всё моё внимание было приковано к последней строчке на листе бумаги. «Допросить Дастина». Этот пункт следовало поставить первым, учитывая только что озвученную мне новость.

– Как я понимаю, вы не замужем, – неуверенно проговорила жрица.

– Нет, не замужем, – тихо ответила я.

Естественно, отцом ребёнка был Дастин. Никаких других вариантов не существовало, ведь все последние месяцы я была только с ним. Но если он на самом деле докладывал обо мне Нейтану, то как… Нет. Чувства к Дастину – это слабость. Вот от чего мне следовало избавиться и включить холодный и расчётливый ум. Теперь, когда я вернула свой дом и титул, я не могу больше быть влюблённой дурочкой. Но смогу ли перебороть себя и исполнить это?

– Может, у вас есть какие-то пожелания? – спросила женщина, намекая на определённые действия в отношении моего положения, но я предпочла оставить её намёки незамеченными.

– Да. Мне нужна ванна и кровать. И выясни, что с моими сёстрами. Где они и подобающе ли с ними обращались. Если им не угрожает опасность, то пусть пока побудут там же.

– Как прикажете, баронесса. – Женщина кивнула и направилась к двери.

Убедившись, что чернила на листе высохли, я взяла его в руки и сложила пополам.

– Как тебя зовут? – опомнилась я, когда жрица почти переступила порог. Обернувшись, она почтительно склонила голову.

– Вы можете звать меня просто Аманда. Теперь я отвечаю за вашу безопасность.

За безопасность она, может, и отвечала, но для этого ей предстояло очень много работы. Впрочем, у меня её было не меньше. Следовало навести порядок в стенах родного дома и вымести из него все следы, оставленные мужчинами рода Нейрон. Жаль только, слова одного из них никак не выходили из головы. Будь у меня силы, я бы немедленно приказала доставить в кабинет Дастина, но я слишком устала.

К сумеречным чувства и привязанности. К сумеречным любовь, особенно если Нейтан был прав и возлюбленный предал меня. А главное, к сумеречным Нейтана Нейрон за всё то, что он сделал моей семье и мне. Я Клементина Десмонтас, и я справлюсь со всем одна. Даже со своим одиночеством.

Глава 3. Очередной монстр

Через пять часов после их прихода

Криста

Я проснулась от собственного крика. Оторвав спину от твёрдой поверхности, резко села и попыталась схватиться за волосы, но правая рука по-прежнему не подчинялась. Тяжело дыша, я распахнула глаза. Горло кололо множество острых иголок, хотелось откашляться, но стоило попытаться, и я пожалела об этом. Каждое движение, которое затрагивало плечо, отдавалось болью, заставляя подавлять крик. В помещении стояла ужасная духота, но, несмотря на это, меня трясло как от холода.

Осмотревшись, я поняла, что нахожусь на замковой кухне, куда каждое утро приходила за зерном для птиц. Все окна и двери были закрыты, а камины и очаги горели ярким пламенем, из-за чего здесь было тепло и светло. Первое, что бросилось в глаза – это лежавший возле двери сумрак. Положив морду на передние лапы, он, казалось, смотрел прямо на меня.

Поясница заныла и напомнила о том, что не так давно я могла шевелиться только с трудом и через боль. Уверенные властные руки легли мне на левое плечо и грудь и вернули на твёрдую поверхность. Голова коснулась чего-то более мягкого, но упругого, похожего на мешок с крупой. Я попыталась сопротивляться, но из этого ничего не вышло. Меня крепко держали, не позволяя снова сесть.

– Тсс, тихо, звёздочка, тебе лучше пока лежать, – проговорил незнакомый голос. Повернув голову, я увидела своего спасителя и облегчённо выдохнула. Мужчина успокаивающе поглаживал меня, пока не понял, что больше попыток подняться я не предпринимаю. Только тогда он убрал руки и вернулся к миске, что стояла перед ним. Достав из неё намокшую тряпку, он отжал её и поднёс к моему правому плечу, собираясь прижать, но остановился. – Будет больно. Дать что-нибудь в зубы?

– Зачем? – непонимающе спросила я с хрипом в голосе и снова зашлась в приступе кашля. Из-за того, что в такие моменты тело содрогалось, боль в плече отдавалась ещё и пульсирующим покалыванием. Горло продолжало рвать, что мешало нормально разговаривать.

– Будет очень больно, а кричать нельзя. Я не думал, что ты так быстро очнёшься. Ты и так своим криком привлекла сюда всех, кто его услышал.

– Я не буду, – с трудом и едва слышно сказала я.

Тонкие губы мужчины едва дёрнулись в улыбке. Кивнув, он приблизился и коснулся влажной тряпкой моего плеча. В миске явно была не вода. Кожу буквально обожгло, и я не сдержалась. Очередной крик сорвался с моих губ. Спина выгнулась, а нога согнулась в колене. Пальцы левой руки сжали край стола, до которого смогли дотянуться.

Долго кричать мне не дали: на губы легла уверенная мужская рука, заставив меня, вместо крика, перейти на неразборчивое мычание. Из глаз потекли слёзы, но они волновали меня меньше всего. Вторая нога тоже согнулась в колене, и я принялась неистово водить пятками по столу. Ведь именно на огромном кухонном столе в самом центре помещения я сейчас и лежала. Никогда в жизни мне не доводилось испытывать такой боли. Даже при том нападении в лесу, когда Хесс пытался обработать мои раны, всё переносилось куда легче.

– Тсс, ну я же просил. Чем бы занять твой милый ротик, пока я буду работать…

Он медленно покрутил головой, словно осматриваясь. А ведь его глаза были обмотаны чёрной тканью, и ничего видеть незнакомец просто не мог. Или мог? Продолжая извиваться на столе от боли, я неосознанно сжала зубы так, что они захватили кожу на ладони спасителя и впились в неё. Плечо постепенно стало успокаиваться, и мужчина убрал от него тряпку и замер, повернув своё лицо ко мне. Неужели он правда что-то видел сквозь эти повязки?

Я продолжала смотреть на него, стиснув зубы. Готова поклясться, что в тот миг мы рассматривали друг друга. И он словно не замечал, с какой силой я впивалась в его ладонь.

– Эротично двигаешься, как-нибудь займёмся этим на столе, – неожиданно заявил он. От этих слов я поперхнулась, разжала зубы и снова зашлась в приступе кашля. Мужчина спокойно убрал руку от моих губ. – Так и быть, пока не буду совать в твой ротик части своего тела, ещё откусишь. Поварёшку будешь? Или что это? – повернувшись, он снял с одного из крючков под потолком массивную деревянную ложку и поднёс её рукоятку к моему рту. Сверху, с потревоженного крепления, посыпалась пыль. Когда приступ кашля отступил, я снова откинулась головой на мешок и посмотрела на спасителя.

– Ты кто? – еле вымолвила я.

Только тогда я поняла, что на мужчине нет перчаток. Обе его руки сами по себе были чёрными, под цвет одежды. И след от моего укуса отчётливо выделялся на них.

– Твоя сестра не упустила бы шанса и подколола бы меня после таких слов, – недовольно цокнул он языком и вернул тряпку в миску.

– Я не Клео, – со злостью прорычала я, даже не замечая хрипа в горле.

– Это я и без тебя знаю. За ней я бы в портал не бросился.

– Ты бросился… – Я снова захрипела, и пришлось замолчать. Закрыв глаза и сглотнув, я тяжело вздохнула. Как же здесь было жарко.

– Давай начистоту. У меня нет времени изображать героя, – прямо сказал мужчина.

– Тебе и не… – Я хотела сказать, что ему и не нужно никого изображать. Он и так герой, раз спас меня. Но я снова не смогла выдавить из себя больше пары слов.

Отложив ложку в сторону, мужчина поставил локти на стол и продемонстрировал мне свои ладони.

– Видишь вот это? Это последняя стадия поглощения жреца тьмой. Помощь тебе усугубила ситуацию, и если, когда я прыгал в портал, у меня была пара дней, то сейчас их нет. Мне нуж…

– Бери. – Я прервала его и приоткрыла рот. Как же меня достали охотники за моей сущностью. Как только представится шанс, надо срочно её испортить.

Мужчина замолчал и опустил руки на стол. Его голова едва заметно дёрнулась, он словно не поверил своим ушам.

– Ты в курсе про это? – удивился он.

– Адамант рассказал…

– Адамант выжал из тебя почти всё. А с тех пор прошло слишком мало времени. Твоя сущность слабо восстановилась, но её хватит, чтобы отодвинуть моё поглощение на пару дней. Я возьму чуть-чуть и смогу подлатать тебя магией, поняла? Это взаимовыгодный обмен, а не то, о чём ты могла подумать.

– Просто бери уже, – устало повторила я и вновь приоткрыла рот.

Мужчина медленно встал со стула. Нагнувшись над моим лицом, он приблизился, а я закрыла глаза, как делала в последние разы. Приятный запах костра ударил в нос, щеку обдало его горячим дыханием. Губы начало покалывать множество иголочек. Они замерли в предвкушении чего-то, и я их не понимала. Втянув носом аромат незнакомца, я невольно поддалась вперёд, а он неожиданно поцеловал меня. Что??? Глаза распахнулись, но, кроме этого, я ничего не сделала.

Замерев, я ощутила его прохладные губы. То, как сущность проскользнула вверх и перетекла из меня в мужчину, произошло едва заметно. Сразу после этого он провёл языком по моим губам, обхватил своими нижнюю и медленно отстранился от них, так и не выпрямившись.

– Понравилось? – проговорил он, хитро ухмыльнувшись.

– Это было обязательно? – сухо спросила я, удивившись тому, что горло не захрипело и позволило мне произнести три слова. Мужчина наконец отстранился, и я смогла увидеть изменившийся цвет его кожи ниже повязки на лице.

– Значит, нет. Ладно, больше не удостою тебя такой чести. – Незнакомец пожал плечами и вернулся на стул.

– Извини. – Я снова закрыла глаза.

Да что со мной такое? За что я вообще извинилась? Это он должен извиняться!

– «Спасибо», «извини» – да ты просто сама любезность. Кажется, я уже влюбился. Так и быть, удостою тебя ещё парочки поцелуев, но не сегодня, – нагло заявил он.

– Встань в очередь, – хмыкнула я.

– Какую?

– Из тех, кто сказал, что влюбился. – С каждым разом мне удавалось произнести всё больше слов. Это позволяло успокоиться. Хрипота и боль в горле проходили, и я начинала чувствовать себя увереннее.

– А ты часто веришь словам?

– Дурная привычка, согласна. – Сразу вспомнилось, что заявления Хесса и Нейтана насчёт одних и тех же вещей при последнем разговоре расходились. Один утверждал, что второй знал о нас и позволил наши встречи, второй – что впервые об этом слышит. Вот и как после такого верить людям, если я не могла даже распознать ложь в словах супруга и то, в кого считала себя влюблённой, по словам мамы?

Едва я собралась приподняться, как мне в грудь упёрлась ладонь, прижимая меня к поверхности стола. Ох. Кажется, он только что вытолкнул весь воздух из моих лёгких. Приятная волна тепла растеклась по телу, успокаивая и лаская каждую мышцу. Глубоко вдохнув, я разжала пальцы, всё это время сжимавшие край столешницы, и вытянула согнутые в коленях ноги. Как же хорошо стало от того, что он делал, чем бы это ни было. Боль ушла, не оставив даже маленького отголоска. Как мне удалось сдержать стон наслаждения, я не знала, но внутренний голос подсказал, что его лучше подавить.

– Спасибо, – снова поблагодарила я.

– Ещё «спасибо»? Выпрашиваешь больше поцелуев?

– Это ты влюбился, не я. Так что тебе следует выпрашивать разрешение на поцелуи. Причём у моего мужа, – буркнула я, обрадовавшись, что снова могу говорить нормально.

– А разрешение нужно какого рода? Устное или письменное? С подписью и печатью или на словах подойдёт?

Взявшись за его запястье, я попыталась убрать руку мужчины от себя, но он и сам спокойно вернул её на стол. Мне удалось сесть, но из-за резкого подъёма голова закружилась. Сумрак у двери тоже приподнял морду, наблюдая за мной, однако всё моё внимание переключилось на правое плечо. Платье в месте укуса было испорчено, сквозь огромные дыры, аккуратно разрезанные и превращённые в одну большую, хорошо просматривалась кожа без единого следа того, что не так давно в неё впивались клыки монстра.

– Хотя если я верну тебя живой и невредимой, как обещал, то думаю, он выдаст мне целую пачку таких разрешений, – продолжил усмехаться мужчина.

Оторвавшись от плеча, я посмотрела на незнакомца. Он сидел, сложив руки на столе возле моего бедра, и словно рассматривал меня в ответ. Его ладони теперь выглядели естественно. Мне этот человек был незнаком. Но в том, что он жрец, не оставалось сомнений.

– Если он жив, – заявила я, подняв руку и продемонстрировав своё голое запястье. Брачный браслет на нём не появился, а значит, мне не привиделось, что он пропал.

– Оу, печально. Тогда его разрешение мне не нужно, иди сюда. – Мужчина развёл руки в стороны и сложил губы так, словно ожидал поцелуя. Я невольно отшатнулась, широко раскрыв глаза. Рассмеявшись, жрец вернул ладони на стол и покачал головой. – Когда я прыгал в портал, он был жив.

– Адамант…

– А Адамант был мёртв. – От этих его слов у меня словно камень с души свалился, вырвав из горла протяжный стон облегчения. Моя мама была отомщена. Все, кто пострадал от него, были отомщены. Хоть что-то хорошее случилось в моей жизни после того злосчастного бала.

– Кто его убил?

– Совместная работа в команде. Но примерно три четверти всего сделал я, – усмехнулся мужчина. – Теперь поцелуешь? – Он нагло подставил губы. Честно признаться, мне захотелось их поцеловать в благодарность за избавление от Адаманта, но здравый смысл напомнил, что пора прекращать верить словам. Мало ли что может сказать незнакомец? Вдруг это заслуга другого?

– Что там случилось? – Я проигнорировала его наглость.

– Какая разница? Адамант был мёртв. Пещера рушилась. Им оставалось просто убраться оттуда. Думаю, бегать они умеют.

– Им? – удивилась я.

– Да. Твоему мужу, твоей сестре, её ненаглядному и какой-то бешеной тётке из храма. Я с ней незнаком.

– Они все были в пещере?

Моя сестра была там? Пришла спасать меня от Адаманта? В это верилось с огромным трудом. Под бешеной тёткой незнакомец, скорее всего, подразумевал женщину, которая была прикована к стене. Все те события промелькнули перед глазами.

Сидеть на столе было немного неудобно, и я повернулась в сторону собеседника и спустила ноги с края, собираясь спрыгнуть. Мужчина резко обхватил меня, не позволив этого сделать.

– Да, все. Но я, если что, прибежал туда почти одновременно с твоим мужем. Так что имей в виду.

– Что ты делаешь? – воскликнула я, попытавшись убрать его руки со своей талии.

– А ты собралась ходить босиком? Свой сапог ты оставила на поляне. Забыла? – прямо спросил он, зачем-то демонстрируя мне ладони.

– Забыла, – согласилась я, бросив взгляд на голую ступню. – Ничего страшного… Ой.

Стоило посмотреть на пол, и я поняла, что ходить по нему без обуви – не лучшая идея. Доски были покрыты пылью или грязью настолько, что я смогла проследить, как мужчина перемещался по кухне. Его чёткие следы вели от самой двери к столу, несколько раз огибали его, но в основном топтались возле меня справа.

– Так кто ты такой? – Я вспомнила, что он не ответил на этот вопрос.

– Любовь всей твоей жизни, конечно, кто же ещё, – снова рассмеялся мужчина.

– Я не знаю, что такое любовь, – сурово отрезала я.

Вот что за тип? Мы угодили в портал в пещере, оказались на какой-то поляне в лесу, с трудом спаслись от сумраков, я потеряла брачный браслет и проснулась на замковой кухне, а он издевается каждой своей фразой. Если он продолжит общение в том же духе, я начну жалеть, что существа не растерзали меня на поляне.

– О, я покажу тебе, что это такое, не переживай.

– Прекрасно. Но лучше расскажи мне, почему мы на кухне только вдвоём. Где все?

Мы так и сидели: я – на столе, свесив ноги, а он – на стуле возле моих колен так, что, если бы захотел, мог обхватить руками мою талию. Изучив собеседника, я отметила, что он очень часто сдерживал губы, мешая им растянуться в улыбке и сохраняя серьёзное выражение лица. Мне стало жутко интересно, что скрывалось под повязками.

– Мы не вдвоём. Твой новый питомец тоже здесь. – Мужчина указал ладонью на сумрака у двери. Голова существа вернулась на лапы, а вот закрыты ли глаза или внимательно следят за нами, я понять не смогла из-за их цвета и сливания с окрасом. – А больше здесь никого и нет. Ты, видимо, ещё не поняла, куда попала?

– Нет, не поняла, – честно призналась я.

– Это мир сумеречных. Отсюда они приходят к первенцам и сюда возвращаются в случае своей победы. Сюда же попадают и те, кто победил их. Ну и здесь обитают вот эти милые монстрики, любители полакомиться светлыми сущностями. Да, хвостик? – Последние слова незнакомца были обращены не мне, а сумраку у двери. Тот даже не шелохнулся.

– И мы попали сюда, прыгнув в портал. Хорошо. Значит, чтобы попасть домой, нужно добраться до портала и снова войти в него? – резонно заметила я.

– Что, со мной так скучно?

– Я хочу вернуться к супругу.

Это признание разозлило мужчину. Он медленно пошевелил едва видневшимися из-под повязки желваками. Честно признаться, я не знала, хочу ли вернуться к Нейтану, но оставаться там, где в лесу на тебя нападает стая сумраков, желания не было.

– Видишь ли, в чём дело. Портал был в пещере. Когда я в него прыгал, там всё рушилось. Я не знаю, в каком он сейчас состоянии. У твоих сестры и мужа уйдёт какое-то время на расчистку завала, даже если им поможет та странная тётка из храма. Мы здесь примерно шесть часов. Вполне возможно, что они уже справились, но я бы не спешил. Тем более что нам, для того чтобы туда добраться, придётся пройти слишком много открытого пространства, где не спрятаться. А сумраки очень любят таких, как ты.

– Что ты предлагаешь? – спросила я, склонив голову набок.

– Переспать.

– Что, прости? – Я приоткрыла рот от возмущения и не поняла, как приподняла брови.

– Ну, переспать. Люди ложатся, закрывают глаза и спят. В вашей крепости это не так называется? – В его голосе слышались явные нотки смеха. Мужчина почти хохотал от моей реакции.

– Ещё раз так пошутишь, и я ни капли сущности тебе больше не дам, – строго заявила я, выставив в его сторону указательный палец. Мужчина же поднёс руку к своим губам и сделал вид, словно поворачивает что-то возле них, а затем отбрасывает в сторону. Я с трудом поняла, что так он продемонстрировал мне, что закрыл рот на замок. Ха. Этот ненормальный станет либо причиной моей смерти, либо моим единственным спасением. Третьего не дано.

Без лишних слов незнакомец встал, просунул руку под моими коленями, а вторую положил на спину и поднял меня со стола. Я не успела ему помешать и лишь охнула. Сумрак вскочил на ноги и зарычал. Мужчина шикнул на него, развернулся и пошёл вглубь кухни.

– Что ты делаешь? Поставь меня, я сама ходить умею! – воскликнула я, но прикусила губу, вспомнив о грязном поле.

Не сказав ни слова, спаситель обошёл стол и врезался плечом в одну из дверей между очагов. За ней оказалась комната с рядом односпальных кроватей. В нашем мире здесь ночевала прислуга и кухонные работники. Серость с улицы освещала помещение через грязные окна, но стоило мужчине пошевелить пальцами, и плотные шторы задвинулись, погрузив всё в темноту.

Уложив меня, он выглянул за дверь и дёрнул головой. Сумрак ворвался в комнату и одним прыжком запрыгнул на мою кровать, устраиваясь в ногах. Мне стало не по себе. Волна мурашек прокатилась по спине, а я продолжила наблюдать за мужчиной, приподнявшись на локтях.

Он зашёл следом за моим защитником и закрыл за собой дверь. Мы оказались в кромешной темноте. Теперь я не знала, где находится мужчина. Вдруг он запрыгнет на меня или завалится спать рядом? С него станется.

– Ладно, скажи уже что-нибудь. Как это понимать? – сдалась я, пытаясь всмотреться в обстановку вокруг, но темнота была слишком непроглядной.

– Твоей сущности нужно восстановиться, а мне – отдохнуть. Кровати я отряхнул от пыли, пока ждал. Сперва думал положить тебя сразу сюда, но на столе было удобнее осматривать рану. Как проснусь, мы отправимся на карьер к порталу. На всякий случай мне лучше быть выспавшимся. Вдруг придётся отгонять от тебя поклонников. А ты сиди в комнате, не подходи к окнам, а лучше вообще не шевелись. Я обещал вернуть тебя мужу живой, звёздочка, а в этом мире ты приманка для монстров.

– Я не звёздочка, не солнышко и не кто-то ещё. Я Кристалина Де… Нейрон! – процедила я сквозь зубы. На имени рода я запнулась и поспешила исправиться. Привыкнуть к нему оказалось довольно сложно.

– Либо звёздочка, либо лапочка – выбирай, – раздалось слева от меня, а значит, мужчина занял соседнюю кровать. От такого нахальства у меня в груди заклокотала ярость. Повернувшись на бок и подложив руки под голову, я скинула второй сапог. Потревоженный сумрак недовольно заёрзал, снова устраиваясь возле моих ступней.

– Сумрак, фас, – недовольно буркнула я.

С соседней кровати раздался смешок.

– Хоть имя ему дай. Называть сумрака сумраком – это как звать собаку собакой.

– Я подумаю над этим. А заодно – над тем, как в таком случае звать бесячего типа на соседней кровати.

Спать мне не хотелось. Видимо, исцеление плеча наполнило меня силами, но сейчас речь скорее шла об отдыхе для незнакомца. И мне следовало признаться в том, что без него я бы в жизни не подумала отправиться на карьер, чтобы вернуться домой. Таскалась бы по этому миру, не зная, куда податься и что делать, попутно отбиваясь от стай существ, намеревающихся мной пообедать.

– Вот и бросайся героически спасать девушек из беды, чтобы потом они придумывали тебе обидные прозвища.

– Поэтому люди обычно представляются в начале разговора, – усмехнулась я.

– То есть, вместо того чтобы отгонять монстров и вытаскивать тебя с поляны, я должен был поклониться, поцеловать руку и представиться? Или попросить сумрака нас представить?

Воображение красочно представило описанную им картину. Мои губы растянулись в улыбке. Особенно забавно смотрелись сумраки и то, как смирно они ждали, пока мы закончим с любезностями.

– А кто сказал, что прозвище будет обидным? – попыталась я смягчить напряжение беседы. Мне не хотелось обижать незнакомца, которому я была обязана, пусть ничего бескорыстного и чистого в моём спасении не присутствовало.

– Я правда хочу поболтать с тобой ещё, но мне нужно поспать…

– Хорошо, – согласилась я. В его голосе слышалась усталость. Это я провалялась без сознания, а он всё это время провёл на ногах и, очевидно, нуждался в отдыхе. – Спокойной ночи, какое бы время суток сейчас ни было.

– Не надо мне ничего придумывать. Не заслужила. Для тебя я просто Магнус.

***

Через семнадцать часов после…

Магнус. Это имя мне не нравилось. Оно крутилось на языке и в голове, но раздражало каждой своей буквой. Вот Нейтан звучит красиво и произносится мягко. А этот человек полностью соответствовал своему дурацкому имени. Меня бесило в нём всё: нагловатые замашки, завышенное самомнение, командный тон, бесцеремонные прикосновения, придуманное им прозвище. Тоже мне, звёздочку нашёл. Сразу вспомнились слова супруга о том, что это один из действенных приёмов, использованных Хессом на мне. Мужчины. Все они одинаковые. Как можно выделить кого-то из них? Влюбиться?

Почему тогда я лежу и думаю только о типе с повязкой на лице? Хам он, вот кто! Мне довелось провести в его обществе не больше часа, а он уже бесит до ужаса. После недели общения он сведёт меня с ума, и я точно за себя не ручаюсь. Надо придумать ему прозвище, да такое, чтобы злило его так же, как меня его глупое – звёздочка. Хотя чего это я? Как только мужчина проснётся, мы отправимся на карьер и вернёмся в наш мир. Долго терпеть его мне не придётся. Откуда он вообще взялся? Надо будет спросить, как представится возможность.

Периодически я поглядывала в сторону соседней кровати, но темнота не позволяла мне ничего рассмотреть. Да и что я надеялась там увидеть? В конце концов, хоть я и не чувствовала себя уставшей, глаза закрылись и меня сморил сон.

Мне снился дом. Снилась родная крепость ещё до того, как я вернулась туда после свадьбы. Живые родители. Мы сидели за нашим длинным столом в столовой. Почему-то Клео хлопотала вокруг и подливала вина в пустые бокалы, хотя в жизни никогда таким не занималась. Там даже был Стеллан. Он сидел рядом, между мной и стулом сестры, и улыбался. Постоянно пытался что-то сказать, открывал рот, наклонялся, но Клео неизменно возникала между нами, прерывала его пустяковыми вопросами и вынуждала отстраняться.

Меня разбудило горячее дыхание, обдавшее шею сзади. Привыкшая просыпаться от прикосновений рук и поцелуев мужа, я замычала, отодвигаясь на край кровати.

– Нейтан, перестань, – недовольно пробормотала я.

Попытавшись натянуть одеяло на голову и избавиться от его посягательств, я несколько раз дёрнула рукой, но ничего не получилось.

– Ты назвала сумрака Нейтан? – раздался бесячий голос, возвращая меня из сна в жестокую реальность и напоминая, где и с кем я нахожусь.

Глаза распахнулись моментально. Сев на кровати, я уставилась на существо справа от себя и застыла. Сумрак лежал головой на подушке прямо за моей спиной. Просто великолепно. Меня напрягло то, как незаметно он перебрался со своего места. Из приоткрытой двери в комнату лился свет, а замерший на пороге мужчина отбрасывал длинную тень на пол.

– Как давно ты встал? – сразу спросила я.

Сна не было ни в одном глазу. Ещё бы. Не каждый день мне в затылок дышал монстр, желающий мной пообедать. Он хоть и защищал меня, но в первую очередь оставался злобным сумраком, а не домашней собачкой.

– Пару часов назад.

– И не разбудил меня? – Я удивлённо вскинула бровь.

– У меня были дела. – Магнус оторвал плечо от косяка, подошёл к кровати и наклонился, собираясь взять меня на руки. Возмущённо выставив ладонь, я не позволила этого сделать. Сумрак тоже встрепенулся, повернул морду к мужчине и оскалился.

– Я могу дойти сама.

– По грязному полу без обуви? – хмыкнул он. – Да не рычи ты, иди следом. – Эти слова предназначались уже сумраку.

– А почему он вообще грязный? – запоздало спросила я.

– Потому что тут некому убираться.

– А где все люди?

– Мы в мире сумеречных. Откуда здесь люди? – Замечание показалось мне логичным. Махнув рукой, я позволила Магнусу поднять меня с кровати и покачнулась, оказавшись у него на руках. – Говорил же, обхвати за шею. А то ещё свалишься.

– Извини, меня не каждый день на руках носят, – буркнула я, выполнив его просьбу.

Уголок губ Магнуса приподнялся в хитрой усмешке. Уверенными шагами он вышел из комнаты и направился к столу на кухне.

На руках меня и правда носил только Нейтан, когда вытаскивал из туннеля между стен в своём дворце. Ну и когда усаживал на коня во время путешествия. Бросив взгляд на сумрака, резво спрыгнувшего с кровати и последовавшего за нами, я вздохнула. Пусть будет просто Нейт, чтобы не путать с супругом. Вот он удивится, узнав, кого я назвала в его честь.

Когда меня усадили на столешницу, я охнула и нахмурилась.

– А на стул нельзя было?

– Еде место на столе, а сейчас как раз время завтрака, – сообщил Магнус.

Посмотрев на его обмотанное повязками лицо, я ощутила, как из недр моей груди вверх поднялась ярость. Руки невольно сжались в кулаки.

– Я не еда, – грозно выпалила я.

– Ты это сумраку скажи. Вон как на тебя облизывается.

Магнус кивнул на сидевшее в паре шагов от стола существо. Если бы новоиспечённый Нейт в этот момент облизнулся, я бы подавилась. А ведь и правда, для кого-то я была едой.

– Разве нам не пора на карьер?

Магнус нагнулся и что-то поднял с пола.

– Ты совершенно права, нам ещё как пора на карьер. Как бы сильно я тебя ни любил и ни хотел таскать на руках всю оставшуюся жизнь, пока моим рукам лучше оставаться свободными. Не знаю, известно ли тебе, но свою магию жрецы творят именно руками. Потому у меня подарок. – Он продемонстрировал мне сапоги. Те самые, в которых я была, но уже отмытые от грязи. Вот бы он ещё и платье моё постирал и рукав зашил.

– Где ты их взял?

– Я же сказал, ходил по делам.

Я потянулась к обуви, но Магнус поставил сапоги на стол, взял один из них и обхватил мою лодыжку, поднимая ногу.

– Эй, что ты себе позволяешь?

Нет, я его точно прибью, как только мы окажемся в нашем мире и услуги жреца для спасения меня от монстров больше не потребуются. Как же он бесит! Точно. Раз бесит, пусть будет бесик. Не знаю, есть ли такое слово, но ему в самый раз. Осталось уловить момент, чтобы озвучить новое прозвище.

– Обуваю тебя. Нельзя?

– Я сама справлюсь!

Поставив другую ногу на край стола, я принялась обуваться.

– Вдвоём будет быстрее, – усмехнулся Магнус и демонстративно натянул на меня сапог. Причём сделал это так, словно с интересом наблюдал за мной.

Благодаря чему он видит? Учитывая, кто он, вероятно, всё дело в магии. Так. Это не моё дело. Мне не должно быть интересно ничего, что связано с этим типом.

– Если здесь нет людей, то почему есть замок? И все эти вещи? – Я решила перевести тему разговора.

– Потому что всё это ненастоящее, – спокойно ответил Магнус. Я неуверенно моргнула и посмотрела на мужчину. Заметив мой интерес, он снова улыбнулся одними уголками губ. – На самом деле в этом мире ничего нет. Всё, что нас окружает – это проекции нашего мира, созданные тенями. Они любят наблюдать за теми, к кому в итоге должны прийти, следить за их падением во тьму и наслаждаться этим. При этом они проецируют то, что видят в нашем мире, тем, кто лишён возможности следить за кем-то. И эти проекции иногда остаются. Так что лучше ничем здесь не пользоваться – в любой момент вещь может пропасть.

– А что это за тени? – Мне всё больше хотелось убраться отсюда.

– В нашем мире их зовут сумеречными. Не понимаю почему, ведь с сумерками они никак не связаны.

– Те самые, кто приходят за людьми в двадцать два года?

– Да, те самые. Как только первенец появляется на свет, он уже предназначен одному из сумеречных, и тот наблюдает за ним, пока человек не достигнет нужного возраста. К тому моменту сущность первенца должна стать чёрной, иначе прийти к нему будет нельзя и тени придётся ждать следующего назначенного ему ребёнка.

– А за нами они могут следить? – с опаской спросила я.

Мужчина положил руки на стол по обе стороны от меня и приблизился так, что наши лица почти столкнулись. Отпрянув от него, я поспешила спустить ногу и хотела спрыгнуть, но Магнус сделал шаг и прижался своими коленями к моим.

– Тебе мало поклонников? Хочешь ещё и их закадрить? – усмехнулся он.

– Хватит шутить, мы о серьёзных вещах разговариваем! – процедила я сквозь зубы. Пока он отвечал на вопросы, злость на него немного поубавилась.

– Конечно, могут. Это их мир. Потому нам следует поспешить. Я тут кое-что тебе приготовил. – Он поднял с ближайшего стула чёрную рубашку и протянул мне. Непонимающе взглянув на неё, я снова уставилась на мужчину.

– Замотай голову так, чтобы только глаза остались. Но лучше и ими не светить.

Впервые мне не потребовалось объяснений. Адамант говорил, что любой участок моей кожи, не скрытый под одеждой, для него светится. Так он и обнаружил меня в лесу. Логично, что все существа за стенами этого ненастоящего замка увидят мой свет, как только я выйду наружу. Мрачно окинув кухню, я отметила, что все окна были закрыты на ставни. Потому здесь и горели очаги, выступая источниками света и создавая жуткую духоту. Вспомнив о раненом плече и порванном платье, я подняла руку и продемонстрировала Магнусу все, оставшиеся голыми, участки тела.

– А с этим что делать?

– Придётся её порвать, – заявил он и взялся за дело.

– Ты мог бы поделиться своими повязками. – Я потянулась рукой к его лицу, но мужчина отпрянул от меня.

– Нет, не мог бы.

– Почему?

– Вот, готово. Намотай это на одну руку. – Он положил мне на колени бывший рукав рубашки. – А это – на другую. Плечо я обвяжу сам.

Оторвав ещё одну полоску, Магнус приблизился и занялся дырой на платье в области моего плеча.

– Почему не мог бы? – настойчиво повторила я, тоже взявшись за дело.

Сперва я решила обмотать голову. В нос ударил запах костра, и стало понятно, чьей рубашкой поделились со мной. Камзол мужчины был застёгнут до самой шеи. Скорее всего, под ним ничего не осталось. Прежде я не рассматривала фигуру жреца, но сейчас краем глаза невольно оценила аккуратные плечи. Горой мускул Магнус не был. Чем-то его сложение напоминало Хесса, что мне понравилось.

Так, стоп. Отставить. Он меня бесит, как я могла забыть? Но он пожертвовал свою рубашку…

– Не хочу, чтобы ты видела меня таким, – отозвался мужчина после длительного молчания.

Он уже закончил с моим плечом и теперь будто наблюдал за мной. Хоть его глаза и были скрыты под повязками, почему-то я отчётливо ощущала на себе его взгляд. Но продолжать тему не стала.

Когда я закончила, то с огромным трудом могла что-то видеть. Ткань плотно прилегала к лицу. Пуговица застёгивалась ровно на переносице, из-за чего для глаз оставались естественные прорези.

– Ну как? – поинтересовалась я, разведя руки в стороны.

– Забавно выглядишь.

– Кто бы говорил.

– Идём.

Он протянул руки, намереваясь обхватить за талию и помочь мне слезть со стола.

– Я сама! – Я отстранила его и спокойно спрыгнула на пол. – Почему ты ведёшь себя так, словно… – я запнулась, подбирая слова.

– Словно мы влюблённая парочка? – опередил он, а я снова отшатнулась от него. – Жизнь коротка, звёздочка, и я не хочу терять время, пока ты рядом. Жаль, что ты ведёшь себя так, словно у тебя впереди целая вечность.

– Я не веду себя так, – буркнула я и отвела взгляд в сторону. От этих слов мне стало вдвойне некомфортно, а по спине прокатилась волна мурашек. – Давай уже выбираться отсюда. Меня ждёт Нейтан.

Глава 4. Пытка или наслаждение

Через семнадцать часов после их прихода

Клео

Кайса жаловалась и жаловалась. На новые покои третьего этажа и на то, что её переселили туда из привычных комнат, где хранились все её вещи. На неудобный матрас. На отсутствие по утрам мёда в каше и булочек с корицей. На запрет прогулок. На обязательное ежедневное посещение балкона, ведь ребёнку требовалось бывать на свежем воздухе, а это был единственный способ. На нерадивых служанок, игнорировавших её приказы, ведь те пытались угодить «новому господину» и забыли, что это крепость рода Десмонтас, а не Нейрон. За что и поплатятся, когда я найду на них время. Единственное, на что мелкая пигалица не жаловалась – это на свою нянечку, проводившую возле неё всё время (ведь той больше нечего было делать, а за пределы комнаты её также не выпускали).

Я выслушивала жалобы сестры целый час. Хоть малявке и рассказали о том, что родителей больше нет в живых, она либо не поняла этого, либо не захотела воспринимать. Посвятив меня в свои невзгоды, Кайса велела немедленно рассказать о них маме и папе, чтобы те наказали всех вокруг. Просто замечательное начало дня. Вот и зачем я пошла сюда?

После того как церемониальная часть моего вступления в титул закончилась и жрица вместе с капитаном Бертоном получили от меня новые распоряжения, я взялась за выполнение пунктов из своего списка.

«Узнать, что с сёстрами и где они».

Вот и узнала. Самая мелкая все месяцы просидела в четырёх стенах, изнывая от безделья, и только нянька развлекала её чем могла. Ни герцогу, ни Нейтану, ни даже Кристе не было до неё никакого дела. Хотя последней, может, и было, но, по словам Дастина, её к Кайсе не пускали. Создалось впечатление, что про малявку все забыли. Учитывая её нытьё, это не удивляло. После часа беседы я готова была замуровать сестру между стен, лишь бы никогда больше не видеть.

О том, что Калиста осталась в замке герцога, я услышала впервые. И у меня не было ни малейшего представления, как вызволить её оттуда. Вряд ли без личного приказа кого-нибудь из рода Нейрон сестру могли отпустить. Впрочем, этот кто-нибудь у меня был. Он сидел в камере в подземелье вместе со всеми, кто приехал с ним. Капитан Бертон оказался настолько суров, что взял под стражу даже прибывшую прислугу и придворных дам. А мне предстояло решать и их судьбу.

Но… всё стоило делать по порядку.

Отдав слугам новые распоряжения в отношении Кайсы, я велела переселить сестру в её прежние покои и возобновить занятия, которые были у неё до вмешательства герцога в нашу жизнь. Её же посещали какие-то учителя? Чем вообще занимаются девочки в десять лет? Я невольно вспомнила себя в таком возрасте. Мы с Кристой были неразлучны. Эта мерзавка всегда таскалась со мной. Нам некогда было скучать, как и всем вокруг нас. Удивительно, как родители и слуги не поседели раньше времени.

От приятных воспоминаний губы растянулись в улыбке, но я поспешила прогнать её. Те времена прошли, сейчас моя некогда любимая сестра свихнулась и предала нашу семью. И умерла для меня, как, видимо, я умерла для неё в ночь после бала.

Выйдя из покоев Кайсы, я достала из кармана сложенный лист, развернула его и перечитала все пять пунктов. Первые два можно было считать выполненными. Оставались ещё три. Насчёт писем мы со жрицей уже поговорили, но она не смогла быстро снять запрет Адаманта на их отправку и пообещала вернуться к этому в ближайшее время. Пока женщина занималась тем, что должно было опуститься на мои плечи.

Капитану Бертону я велела выяснить, куда исчезли все бумаги отца из его кабинета. Перепоручит ли тот мой приказ или будет разбираться сам – меня не волновало. Главное было – отыскать документы и вникнуть во все дела.

По словам капитана, бумажной волокитой занимался Нейтан Нейрон. Причём настолько дотошно, что сам ездил на встречи с нашими деловыми партнёрами ради урегулирования конфликтов. Две недели в одну сторону, между прочим. Ещё бы. Ведь эти конфликты возникли только из-за его отца и брата.

От мыслей, что все пути ведут меня к беседе с Нейтаном, к горлу подступила тошнота. Или причиной был неприятный запах от солдат, мимо которых я только что прошла?

В списке оставался последний пункт, и вот его я не могла доверить кому-то ещё. Нет, конечно, капитан Бертон с радостью допросил бы Дастина. Может, даже применил бы действенные способы по вытягиванию информации. Но речь шла о вопросах деликатного и личного характера. Так что эту беседу следовало провести мне. А я всячески старалась оттянуть её, пока не убедилась, что по остальным пунктам сделала всё, что смогла.

Ладно. Нельзя откладывать это вечно. Я должна знать правду и, исходя из неё, принять решение: станет Дастин законным отцом моего ребёнка или нет. Теперь, после всех церемоний, я баронесса Десмонтас. Осталось только отправить письмо с этой новостью королю и в храм, но, по словам жрицы, это формальность. А Дастин – простой офицер, состоящий не у меня на службе. Учитывая эту разницу в положении и статусе, предложение о браке должно поступить от меня. А он должен получить разрешение оставить службу и освобождение от присяги, ведь после свадьбы Дастин больше не сможет подчиняться герцогу Нейрон. Конечно, если он предал меня, об этом не может быть и речи, но если нет…

– Баронесса, – раздался голос капитана Бертона из-за спины. Я обернулась. Мужчина спешил нагнать меня и ускорил шаг. За последние несколько часов я так часто слышала слово «баронесса» в свой адрес, что, казалось, вот-вот начну воспринимать его вместо имени. – Мы выяснили, что Нейтан Нейрон велел перенести все документы и записи вашего отца в другой кабинет, поближе к покоям вашей сестры. Все дела он вёл оттуда. Я могу проводить вас, – сообщил мужчина, как только оказался в паре шагов от меня.

Мне в нос ударил яркий запах пота. Исходил он от капитана Бертона. Как долго мужчина носил свой камзол, не стирая его? Месяц? Очередной приступ тошноты подкатил к горлу. Хорошо, что пока я не успела ничего съесть. А всё, что проглотила с самого утра, покинуло желудок спустя полчаса, когда служанки помогали мне одеваться.

Запах плесени и эля, постоянно стоявший в подвале трактира, где нам с Магнусом довелось жить, казался довольно приятным и такой реакции никогда не вызывал. Или к тем ароматам я принюхалась и не обращала на них внимания?

– Да! Проводите, – обрадовалась я возможности оттянуть беседу с возлюбленным ещё на какое-то время. Почему я так её боюсь? Не хочу узнать правду?

Капитан Бертон сделал приглашающий жест. Пока мы шли, мужчина молчал. Искоса поглядывая на меня, он шёл, гордо выпятив грудь и сцепив руки за спиной. Ещё бы. Учитывая потери, что понесли гвардейцы, верные моему роду, Бертон на текущий момент числился самым старшим из офицерского состава. Ему подчинялись все солдаты в крепости. Если верить его словам, всех, кто был выше по званию, перебили по приказу герцога в первый же день. Теперь от меня требовалось официально повысить Бертона, если я этого хотела, и назначить людей на кучу освободившихся должностей. Капитан посвятил меня в эти обязанности почти сразу после принесения присяги. Однако мы решили отложить подобные вопросы до тех пор, пока не будут решены более срочные.

– Я не мог не заметить, что капитан Орнин тоже находится в одной из камер, – неожиданно заговорил Бертон.

Мы как раз спустились с третьего на второй этаж и шли по знакомому коридору. Плотно сжав губы, я раздумывала над тем, что стоит ему рассказать, но ничего не придумывалось. Хотя с чего я должна была отчитываться? Капитан прекрасно знал, какие отношения связывали меня и Дастина. Вполне логично, что он не ожидал увидеть его там.

– Кстати, о нём, – буркнула я. – Распорядитесь, чтобы его освободили из камеры, привели в должный вид и доставили ко мне на допрос.

– Привели в должный вид? – удивлённо переспросил капитан.

– Да. Не хочу задохнуться от вони, что будет исходить от него, – честно призналась я.

Я надеялась, что мужчина не сообразит, что часть этих слов адресована и ему. При обычном стечении обстоятельств я бы в жизни не обратила внимания на чей-то неприятный запах.

– Как прикажете, – усмехнулся Бертон. Судя по такой реакции, на свой счёт он ничего не принял. – Мы пришли. Это бывший кабинет…

– Я знаю чей, я здесь была, – поспешила прервать его я. Кабинет принадлежал первому помощнику отца. Часто здесь работал и Стеллан.

– Привести капитана сюда?

– Да. Сколько бы времени ни заняла его подготовка. Думаю, внутри меня ждёт куча дел, – толкнув дверь, я заглянула в помещение и приподняла брови, увидев заваленный бумагами стол. Просто прекрасно. Моё самое нелюбимое занятие – это чтение. А тут утонуть можно во всех этих записях.

Учтиво поклонившись, капитан поспешил прочь, а я переступила порог, закрыла дверь и тяжело вздохнула. В кабинете стоял затхлый воздух. Пахло бумагой и чернилами, но от этого меня не тошнило. Окна были закрыты, иначе всё здесь разлетелось бы по полу от одного дуновения ветра. Справа от входа обнаружился диван, а перед письменным столом в центре – два стула. Кресло за ним призывно манило к себе.

Первым делом я придавила все листы бумаги увесистыми книгами, а затем поспешно распахнула окно, впуская в комнату свежий воздух. Подождав, пока кабинет проветрится, я устроилась за столом и окинула взглядом фронт работы. Никто, кроме меня, не стал бы этим заниматься. Да и кого-то, кому я могла бы довериться целиком, в крепости не было. А те, кто заслужил малую часть моего доверия, уже занимались другими поручениями.

Ладно. Приступим. Взяв первый попавшийся документ, я подпёрла голову кулаком и погрузилась в чтение. Ровные красивые закорючки соединялись в слова, а слова складывались в предложения, смысл которых мало что для меня значил. Там были перечни каких-то инструментов и цифры, но стоило добраться до конца листа, и моё внимание привлекла аккуратная подпись. Подпись проклятого Нейтана Нейрон. Хотя, что я ожидала увидеть в оккупированном им кабинете? Закатив глаза, я отложила бумагу и взялась за следующую…

Чем больше документов я читала, тем больше мне начинал нравиться почерк Нейтана. Когда я добралась до низа стопки и наткнулась на бумаги, написанные рукой отца, то с огромным трудом смогла разобрать пару слов. Большая же часть текста осталась для меня загадкой. Зато закорючки гадкого оккупанта радовали глаз. От осознания этого меня отвлёк стук в дверь.

– Войдите, – скомандовала я, откладывая документ в довольно большую стопку прочитанных. Когда Дастин переступил порог, я, не поднимая взгляда, поняла, что это он. – Он закован?

Уверенное «да», произнесённое голосом капитана Бертона, прозвучало неожиданно.

– Снимите кандалы и оставьте нас.

Послышались щелчки, оповещавшие о снятии оков. Цепь зазвенела на весь кабинет. Только когда за спиной капитана закрылась дверь, я осмелилась поднять взгляд и посмотреть на Дастина.

Он стоял в шаге от входа. На мужчине была надета чистая офицерская форма в цветах рода Нейрон. Мне не раз доводилось видеть её на нём. Чёрные волосы выглядели так, словно их только что вымыли и они не успели высохнуть. Разбитую бровь обработали. Если не попросить жрицу о содействии, то на этом месте у мужчины появится второй шрам, почти рядом с первым. Огромные синие глаза хищно смотрели на меня, но его губы не улыбались. Потирая запястья, возлюбленный рассматривал меня так, будто видел впервые в жизни. Только тогда я вспомнила, что жрица вернула мне натуральный цвет волос. Видел ли он меня с ним раньше? Не мог не видеть…

Откинувшись на спинку кресла, я выдохнула и поняла, что пропала. Вот как я могу с ним разговаривать о чём-то серьёзном и игнорировать то, как он хорош собой? Игнорировать пожар, постепенно разгорающийся у меня внизу живота? Томительное ощущение в груди, требующее немедленных прикосновений? Причём только его одного. А ещё – не обращать внимания на покалывание на губах? Проклятие. Он моя самая большая слабость, и ничего с этим не поделать.

– Так ты ещё красивее, – заговорил первым Дастин.

– Нейтан сказал, что у тебя были и получше, – недовольно фыркнула я.

– Нейтан ослеп, раз считает, что в мире есть кто-то красивее тебя.

Мне захотелось смущённо улыбнуться, но я сдержалась. Вот ещё, растекаться перед ним лужицей от таких приятных слов.

– Сядь, – резко вытолкнула из себя я.

Во рту пересохло. Это же от приступов тошноты и из-за того, что пила я в последний раз только за завтраком, а не по какой-то иной причине?

– Я не подчиняюсь приказам баронессы Десмонтас, – неожиданно отрезал Дастин. Его голос не дрогнул. Перестав потирать запястья, он сцепил руки у себя за спиной.

– Сюда-то ты пришёл, – недовольно заметила я.

– Сюда меня привели. Это не одно и то же.

– А ты надеялся, что я приду сама и у всех на глазах уведу тебя оттуда? – Так и следовало поступить, только чтобы уязвить Нейтана и показать, что я ему не поверила. Жаль, не сообразила раньше.

– Я надеялся там не оказаться.

Мне хотелось отвести от него взгляд. Хотелось перестать смотреть на такое красивое и любимое лицо, мешавшее сосредоточиться на деле. Но я боялась пошевелиться. Единственной частью меня, что продолжала двигаться, были пальцы. Я монотонно барабанила ими по стопке бумаг, и глухой звук разливался по кабинету.

– А что не так? Камера не понравилась?

– По-твоему, моё место там? По соседству с Нейтаном?

– Ты же его приказам подчиняешься, – пожала я плечами. – Почему нет?

– Действительно. Такой швали, как я, место только за решёткой, а не рядом с баронессой Десмонтас.

– Теперь я для тебя баронесса Десмонтас?

– Клео сразу дала бы мне шанс объясниться, – сурово ответил он, чем удивил меня.

– А зачем я, по-твоему, велела привести тебя сюда? Объясняйся, – зло рявкнула я.

– Мне больше интересно, зачем меня сперва вымыли. Вспомнила о своей игрушке и решила достать меня из камеры?

Я чуть не задохнулась от этих слов. А то, с каким спокойствием они были сказаны, взбесило до предела.

– Чтобы меня не стошнило от твоего запаха, – сказала я и только после того, как слова слетели с губ, сообразила, как они могут быть восприняты. Взгляд Дастина стал ещё суровее, а глаза сузились. – Проклятье. – Поставив локти на стол, я уткнулась лицом в ладони и хоть так смогла немного успокоиться. – Ты здесь, чтобы объяснить мне всё, как и хотел там. Зачем весь этот спектакль?

Теперь, когда я его не видела, взять себя в руки оказалось куда проще. Боги, а я ведь и правда была в него влюблена и совершенно искренне считала, что это взаимно. Пусть он и не признавался прямо, как и я, но его чувства казались очевидными.

– После суток в камере?

– Обиделся? – Я оторвала лицо от ладоней и посмотрела на мужчину.

За это время Дастин подошёл ближе и встал чётко напротив. Нас разделял только стол.

– А не должен был? – с вызовом спросил он.

Почему-то мне начало казаться, что это меня тут отчитывают, а не наоборот. Допрос с самого начала пошёл не по плану.

– Не вижу для этого причин, – пожала я плечами. – Обижаться здесь должна только я.

– А то, что ты предпочла поверить Нейтану, не дав мне и слова вставить, не причина?

– Теперь ты ревнуешь меня к Нейтану?

– А я имею право тебя ревновать? – В его голосе проскользнуло искреннее удивление.

– В прошлую сцену ревности тебя твои права не волновали!

– Тогда я считал, что… – Он запнулся и замолчал, словно опомнившись. – Учитывая, как ты рвалась за своим любовником и готова была умереть за него в пещере, сомневаюсь, что я имею какие-то права в отношении тебя.

Эти слова стали последней каплей. Схватив первую попавшуюся под руку книгу, я со всей силы швырнула её в Дастина. Мужчина вовремя увернулся. Вот теперь меня по-настоящему затрясло от злости. Руки сжались в кулаки так, что побелели костяшки пальцев, а ногти впились в кожу ладоней.

Я тут пытаюсь выбить из него правду, чтобы хоть как-то оправдать в своих глазах и сделать ему предложение, а он… Он мне сцены ревности к Магнусу закатывает! Головой стукнулся?

– Никакой он мне не любовник! Мы даже не целовались ни разу! Значит, как трахать меня, так ты имеешь право, а как ревновать – нет? – взорвалась я и, вскочив на ноги, упёрлась кулаками в стол. – Да я ни о ком другом, кроме тебя, думать не могла все эти четыре месяца, а ты просто развлекался, выполняя приказ Нейтана!

– Нейтан не приказывал мне ничего в отношении тебя. Ни в отношении Клементины Десмонтас, ни в отношении моей любимой из трактира.

В кабинете закончился весь воздух, хоть окно и оставалось открытым. Руки слишком заметно дрожали от напряжения, и я выпрямилась и убрала их с поверхности стола. Разве не этих слов я ждала? Хотя бы их, если не заветных «я тебя люблю».

– А Клементина Десмонтас разве не твоя любимая?

– Ты поняла, о чём я, – неожиданно мягко сказал он.

Взгляд Дастина потеплел. Плечи расслабились и слегка опустились. Теперь он не выглядел как готовый наброситься на жертву хищник. Только увидев эти перемены, я осознала смысл сказанных мной слов. Я сама только что почти призналась ему в любви.

– Тогда откуда Нейтан знает то, о чём знали только мы? – прямо спросила я.

Ответ на этот вопрос беспокоил меня сильнее всего на свете.

– Что ты – это ты, он узнал не от меня. Я клялся, что сохраню твою тайну, и я её сохранил. Тебя выдал кто-то другой. А может, и ты сама, когда так бездумно попёрлась за ним на карьер. Кто ещё, как не законная наследница, могла попытаться туда пробраться? Да и солдаты у ворот вполне чётко описали, как ты выглядела.

– А остальное?

– Что именно, по-твоему, знает Нейтан?

Дастин сделал аккуратный шаг в сторону, переместившись от центра стола к его краю.

– Ты был там и знаешь, что он говорил.

Вспоминать слова оккупанта дословно я не хотела. Как и не хотела вообще вспоминать Нейтана Нейрон.

– То, как ты предлагала себя мне? То, что было между нами потом? А я клялся, что сохраню в секрете и это? – Он сделал ещё один шаг.

Одним вопросом Дастин выбил из меня всё тепло, что растеклось по телу от предыдущих слов. На его место вернулись злость и неприятная дрожь.

– Ах ты, подлец… – произнесла я на одном дыхании.

Да как он осмелился сказать такое спустя несколько минут после того, как дал крохотную надежду, что всё ещё может быть хорошо и он на самом деле влюблён в меня?

Я схватила вторую книгу, потолще, и со всей злостью швырнула в Дастина. В тот миг я пожалела, что не захватила с собой кинжалов или меч. С радостью обрушила бы на него что-нибудь острое. Увернувшись, мужчина мигом обогнул стол и оказался рядом со мной. Я замахнулась, чтобы ударить его по лицу.

– Какую подлость я совершил? – Он разом перехватил моё запястье, не дав ладони коснуться его щеки. – Да, я немного похвастался тем, что у нас было. Рассказал, какая ты невероятная и как ты сама попросила взять тебя и связать. Мне пришлось переиначить фразы, но зато я обозначил этим, что ты моя. Каждый мужик в том трактире в ту ночь хотел отыметь тебя. Половина из тех, кто что-то помнил, на следующий день только про тебя и говорила. После они поумерили пыл, но чесать языками не перестали. Я что, должен был это выслушивать?

– И ты посвятил всех в подробности? Детально описал? Может, показал даже? – Меня трясло от злости. Я со всей силы заехала Дастину по лицу. Правда, левой рукой, потому удар вышел несильным, но звук пощёчины разлетелся на весь кабинет. – Ах да, раз Нейтан мне продемонстрировал, то что-то и правда показал.

Я попыталась вырвать запястье, но у меня ничего не вышло. Тогда я схватила чернильницу и замахнулась ею. Однако из-за того, что мужчина резко нагнулся и поцеловал меня, удар пришёлся по воздуху. Губы Дастина нежно обхватили мои, а я почему-то ответила ему. Пальцы разжались, выпуская чернильницу. Она упала и разбилась о пол. Запустив руку в любимые чёрные волосы, я чуть не застонала от прикосновения к ним. Ну, вот и всё, маска баронессы треснула и рассыпалась, если она вообще когда-то на мне была.

– Я был так счастлив, что хотел орать на весь мир о том, что ты отдалась мне. Мне казалось просто невероятным, что ты выбрала меня. Меня. Простого парня без титула, имени, денег. Всё, что у меня есть – офицерское звание, полученное только благодаря расположению Нейтана. – Дастин склонился к моему уху, а я втянула исходивший от него запах мыла и порадовалась тому, что меня от него не затошнило. – Я никогда в жизни не мечтал переспать с кем-то твоего уровня. А уж понравиться – тем более. И это чудо, что я и правда не орал об этом на каждом углу. Да, я кое-что растрепал, что-то приукрасил и преувеличил, но клятву насчёт твоей личности сдержал. Это казалось мне важным, а не всё остальное. Мои знакомые знали, что я добивался расположения таинственной пьяной красавицы. Как и то, что в итоге я её добился, ведь потом ты и сама стала, не стесняясь, целовать меня прямо в зале. Зато так всем стало понятно, что ты моя, и они даже не смотрели в твою сторону.

С замиранием сердца я ждала, пока Дастин закончит.

Отстранившись от меня так, чтобы мы снова могли видеть лица друг друга, мужчина разжал хватку своих пальцев на моём запястье и опустил руку. Воспользовавшись этим, я со всей силы наградила его ещё одной смачной пощёчиной. Я не знала, что мне с ним делать. Со злостью во взгляде я смотрела на Дастина и разрывалась на части. Одна половина меня тянулась к нему, мечтала оказаться в его объятиях и, несмотря ни на что, хотела сделать ему предложение. Вторая же требовала позвать стражу и приказать вывести его вон, лишь бы никогда больше не видеть этого хвастуна.

Взявшаяся из ниоткуда головная боль мешала сосредоточиться. Виски противно пульсировали, отвлекая от нужных мыслей.

– И ты даже не подумал, что это могут использовать против меня? Не подумал о моей репутации? – Я вцепилась руками в волосы и отвернулась от Дастина. Когда я его не видела, голова соображала лучше. Я помассировала её, пытаясь унять боль, и посмотрела в открытое окно.

– Я надеялся, что ты мне доверяешь и не поведёшься на подобные провокации. А что до репутации… – Дастин обвил руками мою талию и прижал меня спиной к себе. Его губы оказались возле моего уха, и по телу пробежала волна мурашек. Вот кто ему разрешал прикасаться ко мне? Опершись рукой о стол, вторую я положила на одну из ладоней Дастина, собираясь убрать её. – Если бы я ничего не растрепал, все решили бы, что ты спишь с типом с повязками на лице. Ведь вы жили в одной комнате. Можешь мне поверить, таких красавиц, как ты, солдаты любят обсуждать. А ещё они любят караулить их в переулках…

– Прекрати, мы ещё не… – Я подавилась словами, когда его пальцы скользнули выше. Аккуратно убрав мои волосы на спину, он склонился и поцеловал сперва висок, а потом ухо. Последнее же и самое нежное прикосновение его губ предназначалось шее. От наслаждения у меня закружилась голова. Перед глазами всё поплыло, а ноги неуверенно задрожали. Прижавшись спиной к Дастину, я сильнее упёрлась рукой в стол, а второй вцепилась в его ладонь на талии. Так приятно было снова оказаться в его объятиях. Боги, как же я по нему скучала!

– Как я по тебе скучал, – прошептал мужчина, словно читая мои мысли.

– Подлец, – едва слышно проговорила я.

Боль в висках усилилась, и игнорировать её стало невозможно. Поморщившись, я втянула воздух сквозь сжатые зубы. Восприняв это на свой счёт, Дастин отстранился и, обойдя, взволнованно посмотрел на меня.

– Клео? – спросил он. В глазах потемнело, очертания лица мужчины расплылись. Мои ноги подкосились, но меня быстро подхватили на руки. – Охрана, зовите жрицу! Немедленно! – крикнул Дастин. Преодолев расстояние от стола до дивана, возлюбленный уложил меня на него. – Клео…

Боль одолевала меня, а перед глазами всё продолжало плыть и погружаться во тьму. Последним, что я запомнила, было взволнованное лицо Дастина. Моего Дастина. Мужчины, которого я собиралась сделать бароном.

***

Темнота была повсюду. Она обволакивала, втягивала, заставляла погружаться в неё всё больше и больше. Мне казалось, что я никогда не смогу вырваться из её цепких рук. Откуда у темноты руки? Разве у неё они есть? Тогда кто или что держит меня за плечи?

Моё тело покачивалось на волнах, но воды вокруг не было, только темнота. А в голове присутствовало странное ощущение, словно всё внутри неё шевелилось, да и снаружи тоже. Вот только я почему-то ничего не видела.

Стоило об этом подумать, и глаза сами открылись. Полог моей кровати укоризненно смотрел сверху. Образовавшаяся на нём складка улыбалась. Просто великолепно, надо мной уже даже мебель смеётся. Оторвав затылок от подушки, я села, но сразу пожалела об этом. Перед глазами снова всё поплыло. Голова закружилась, а внутри неё продолжилось шевеление.

– Баронесса, вам лучше лежать. – Голос жрицы раздался где-то рядом.

Меня попытались уложить обратно, но я не позволила ей этого сделать. Посмотрев на взволнованное лицо Аманды, оказавшееся совсем рядом, я отшатнулась. Женщина так и не скрыла свои чёрные глаза и то, что было вокруг них. От одного её вида меня передёрнуло. Стараясь не смотреть на жрицу, я попыталась вспомнить, что случилось.

– Дастин. Это не его вина… – начала я оправдывать возлюбленного.

– Знаю. Но капитан Бертон всё равно вернул его в камеру.

– Вели ему освободить его! – скомандовала я.

– Я позову его, и вы сможете велеть ему это сами. Только, пожалуйста, не вставайте.

Женщина убрала от меня руки, поднялась и направилась к двери. Всё это время она сидела рядом и сжимала мои плечи. Так вот чью хватку я чувствовала, когда была в темноте.

За то время, на протяжении которого её не было, я откинула в сторону одеяло и убедилась, что лежу без штанов. Сюртука на мне тоже не оказалось, а единственным предметом одежды выступали повязки, обмотанные вокруг груди.

Нет уж, валяться голой, особенно когда сюда явится капитан, я точно не собиралась.

Встать с кровати и дойти до шкафа оказалось настоящим испытанием. Меня шатало из стороны в сторону, а ноги так и норовили подкоситься. Аманда вернулась как раз в тот момент, когда я открывала дверцы, пытаясь вспомнить, где что лежит. Утром одежду доставали служанки. Они же помогали обматывать грудь.

– Я же просила не вставать. – Женщина закрыла дверь и бросилась ко мне.

– А ещё ты сказала, что приведёшь капитана. Или ты предлагаешь принимать его голой под одеялом? – возмутилась я.

– Это приемлемо в вашем состоянии.

– В каком моём состоянии? – Внезапно я осознала, что теперь мне стоит беспокоиться не только за саму себя, но и за ту жизнь, что растёт внутри меня. – Мой… мой ребёнок пострадал?

– Нет, с ним пока всё в порядке. Я устранила последствия, но какое-то время вы будете не очень хорошо себя чувствовать, – заверила меня Аманда, поддерживая под руку, в то время как я пыталась вставить ногу в штанину первых найденных брюк.

– Пока? Что значит «пока всё в порядке»?

– Я надеюсь, что ваша проблема на нём не отразится, но всякое бывает. Если вы будете перенапрягаться, лучше никому из вас не станет, – сурово пояснила жрица.

Ничего нового я не услышала. Всё это походило на отговорку.

– Так что со мной?

– Скажите, вы когда-либо заключали следки со жрецами?

От этого вопроса я подняла на неё взгляд и нервно сглотнула. Вот знала, что рано или поздно пожалею о своём уговоре с Магнусом. Чего ещё мне будет стоить его желание встретиться с Кристой?

– Да, заключала, – не стала врать я.

Штаны застегнулись с большим трудом. На бёдрах образовались некрасивые складки, свидетельствовавшие о том, что одежда стала мне мала. Прошло всего полгода, как я могла так поправиться? Это всё отсутствие тренировок, надо вернуться к ним в полном объёме. Стоп. А мне можно вообще?

– Так я и подумала. Ваше недомогание связано с остаточным эффектом от разрыва такой сделки. Вы не выполнили свою часть, и магия напоминает об этом. Вас не предупреждали, что будет неприятно?

– Меня вообще ни о чём не предупреждали, – недовольно буркнула я, доставая из шкафа удлинённый камзол. Прижав его к груди, я убедилась, что полы будут закрывать бёдра, а именно это мне и требовалось.

– Печально. Пару дней будет тяжеловато, но обычно люди справляются или проводят это время в постели. В вашем же случае состояние усугубляется из-за беременности, потому вы воспринимаете всё слишком остро. Сегодня только первый день, дальше будет хуже.

– И вы советуете мне лежать? Или можете это как-то исправить? – Надев камзол, я принялась застёгивать массивные пуговицы.

– Увы, это воздействие сделки. Тут я бессильна. Какой был бы в ней смысл, если бы жрец мог бы избавляться от последствий сам?

– Замечательно, – устало выдохнула я.

Справившись с пуговицами, я решила присесть. Голова продолжала кружиться, пытаясь утянуть меня в сторону. Наверное, я знатно пошатывалась, как после кувшина вина.

– Почему это началось только сейчас? – Преодолев расстояние от шкафа до ближайшего дивана, я чуть не свалилась на него и с облегчением приняла сидячее положение.

– Обычно такие сделки заключаются по инициативе жрецов, и, если человек не выполняет свою часть, жрец может воздействовать на него, где бы тот ни находился. В вашем случае сделка была разорвана, потому остаточный эффект не смертельный, но ощутимый. Есть только два варианта, почему это могло случиться. Либо обозначенное условие выполнилось само, без вашего участия, либо тот, с кем заключена сделка, мёртв.

В дверь постучали, а я принялась осмысливать услышанное. Одно из двух. Либо Магнус мёртв, либо он нашёл мою сестру там, куда прыгнул за ней.

– Войдите, – скомандовала Аманда.

Когда она произнесла это слово, я поняла, что не отреагировала на стук.

Капитан Бертон переступил через порог и замер у входа.

– Рад, что с вами всё в порядке, – произнёс он.

– Освободите Дастина из камеры. Мы всё решили, он ни в чём не виноват, – первым делом заявила я.

– Баронесса, я не думаю…

– Я сказала – освободите. Это приказ, – грозно рявкнула я.

– Как прикажете, – согласился мужчина, хотя он явно был не согласен со мной. – И да, Нейтан Нейрон настаивает на аудиенции.

– Только его мне не хватало.

– Баронессе сейчас требуется отдых. Хотя бы пара дней. Любые аудиенции…

– Я приму его, – оборвала я Аманду, начавшую оправдываться за меня.

Во-первых, мне не понравилось именно это, а во-вторых, у меня была куча дел в крепости, и помочь с ними мог только проклятый Нейтан.

– Привести его сюда? – недовольно спросил капитан.

Кажется, он тоже считал, что мне не стоит беседовать с этим типом в таком состоянии.

– Нет. – Принимать супруга сестры в своей спальне было верхом глупости. – В тот кабинет. Большая часть документов подписана им, и только он сможет посвятить меня в то, чем занимался тут четыре месяца и какие сделки заключал от имени Кристы. А ещё мне нужно вернуть вторую сестру, – пояснила я им обоим, чтобы предупредить глупые вопросы. Недовольно сжав губы, капитан кивнул и собрался уходить. – Капитан. Сперва Дастин. Потом Нейтан. И пусть Дастин готовится к путешествию.

– К путешествию? – удивлённо переспросил Бертон.

– Да. Мне больше некого отправить за Калистой. А раз мы пока не можем посылать письма с голубями, то лучше сразу направить гонца, которого знают в крепости Нейрон. В то, что его послал Нейтан, поверят, и лишних вопросов не будет. Но из всех людей Нейтана я могу быть уверена только в Дастине.

– Могу я уточнить? К капитану гвардии Нейтана Нейрон Дастину Орнину следует относиться как к…

– Как к моему подданному.

Пока я ещё не была готова сказать правду даже моим самым близким помощникам. Тем более я так и не сделала предложение Дастину. Мой обморок помешал этому.

– Он присягал Нейтану и в случае… – попытался возразить капитан.

– Не будет никаких случаев, ясно? Если б не он, мы бы с вами сейчас не разговаривали.

Это Дастин привёл ко мне капитана. Без встречи с ним я даже не представляла, что мы с Магнусом делали бы все эти месяцы. Конечно, за столь длительный срок, что мы провели в стенах крепости, какое-то решение нашлось бы, но кто знает, как в этом случае закончилась бы схватка Нейтана с отцом и братом. Справился бы он без Магнуса и Дастина? Признаться, я в той пещере принесла мало пользы. Так, слегка поцарапала мерзавца.

– Как прикажете, – смирился с моим решением капитан.

Он учтиво поклонился и вышел.

– Правильно ли я поняла, что этот Дастин…

– Проводи меня в кабинет, – прервала я Аманду, собиравшуюся задать слишком личный вопрос, на который я не хотела отвечать.

– Да, баронесса, – плотно сжав губы, отозвалась женщина.

Если им обоим что-то не нравится в Дастине уже сейчас, то от моих планов капитан Бертон будет просто в ужасе, а Аманда… Её я пока не поняла. В любом случае с ней стоит быть начеку, ведь все они, жрецы храма, преследуют свои цели. Благодаря Магнусу я узнала некоторые из них. А значит, эту женщину к своему ребёнку я ни за что не подпущу. Хотя бы первые месяцы. А дальше… Дальше всё будет зависеть от того, верно ли я выбрала будущего супруга.

Глава 5. Отчаяние и надежда

Через семнадцать часов после их прихода

Криста

Замок и крепость за его пределами выглядели заброшенными. Клубящийся туман, встретивший меня в лесу, был и здесь. Окутывая окрестности своей серостью, он разгонял царившую всюду темноту. Создавалось впечатление, что если бы не он, то всё вокруг оставалось бы погружено в непроглядный мрак. На небе не виднелось ни звёзд, ни облаков. Оно притягивало взгляд и заставляло всматриваться в себя бесконечно долго. Мне стоило огромных усилий не запрокидывать голову ради этого. Ведь тогда рубашка с лица могла бы сползти, и неизвестно, кто в округе успел бы меня обнаружить.

Вцепившись мёртвой хваткой в локоть Магнуса, я почти бежала, пытаясь не отстать от него и не остаться в одиночестве посреди пустых улиц родной крепости. Учитывая, что за пределы замковой стены я выходила редко, без него я бы точно заблудилась здесь. Нейт семенил сзади, постоянно останавливаясь и оглядываясь по сторонам. Пару раз он рычал куда-то в темноту, но быстро замолкал и нагонял нас.

Обстановка вокруг вызывала мурашки по всему телу. Мои руки дрожали, даже несмотря на то, как сильно пальцы сжимали локоть мужчины. Он, несомненно, чувствовал это и даже согнул свою руку так, чтобы мне было удобнее виснуть на ней. Я не представляла, как ему удавалось сохранять хладнокровие и не вздрагивать от каждого раздававшегося звука.

Иногда нас опутывала такая тишина, что я слышала стук своего сердца. Шарканье лап Нейта иногда тоже пропадало. В такие мгновения я оборачивалась и видела, как сумрак прижимается к земле, всматриваясь куда-то в сторону. Подобное его поведение пугало, ибо означало, что рядом есть кто-то, кого не видим мы. Ну или не вижу я. Когда же недалеко от нас раздавалось шарканье посторонних лап, останавливался и замирал даже Магнус.

Нужные ворота с мостом располагались не так далеко, потому это расстояние мы преодолели очень быстро, так никого и не встретив. Самое страшное ожидало нас впереди. Прямая дорога до карьера без укрытий и поворотов. Для любого, кто отлично видел в тумане, мы выступали прекрасной целью. Мне же открывался обзор лишь на несколько десятков шагов вперёд. Как далеко видел Магнус с помощью магии, я не знала. К счастью, в случае опасности нас мог предупредить Нейт.

До запертых ворот мы добрались без приключений. В прошлый раз я с трудом заставляла ноги нести меня сюда. Приходилось переставлять их под суровым взглядом Адаманта. Сейчас я бы с радостью перешла на бег, но тогда и Магнусу пришлось бы подстраиваться под меня, а держаться за его локоть стало бы весьма проблематично. Я ни на секунду не задумывалась о том, что мужчину можно отпустить. Мне было просто необходимо сжимать пальцы на не менее напряжённой руке этого человека.

Стоило Магнусу пошевелить кистью, и ворота приоткрылись достаточно, чтобы мы смогли пройти. Движение жреца выглядело настолько небрежным и естественным, словно он каждый день только так двери и открывал. Мне хотелось спросить его об этом. Хотелось поговорить, ведь тягостное молчание на протяжении всего пути из кухни убивало. Я будто снова вернулась в кабинет к супругу, где сидела часами, изучая бумаги в тишине. Вот только здесь любой лишний звук мог привлечь к нам внимание, и разговаривать было нельзя.

Шорох дерева по камню, издаваемый воротами при движении, нарушило только шарканье лап Нейта, обогнавшего нас и смиренно застывшего перед входом на карьер. Ощетинившись, сумрак припал мордой к земле и зарычал. Магнус резко остановил меня, преградив путь рукой, и задвинул себе за спину. На всякий случай обернувшись, я всмотрелась в пустую дорогу к замку и, кажется, заметила промелькнувшую где-то вдалеке тень. Прижавшись к боку мужчины, я схватила его локоть второй рукой.

– Всё хорошо, тебя никто не тронет, – шепнул мне на ухо Магнус так, что я едва расслышала.

Эти слова немного успокоили. Вспомнилась стена огня на поляне. И правда, если на нас нападут, он в состоянии меня защитить, как уже сделал однажды. Снова шевельнув пальцами, мужчина расширил проход между створками ворот и аккуратно потянул меня за собой. Сумрак продолжал рычать, но теперь не так сильно прижимался к земле. Складывалось впечатление, что он предостерегал всех, кто мог оказаться на нашем пути, о своём присутствии, а сам понятия не имел, притаился ли кто впереди.

Учитывая, что ворота были закрыты, проникнуть за них существа не могли. Если, конечно, они не умели летать.

– Обхвати меня за шею, – снова нагнувшись к самому моему уху, прошептал жрец.

Приятная волна мурашек прокатилась по спине к пояснице оттого, как сквозь ткань рубашки, обмотанной вокруг моей головы, кожу обдало горячим мужским дыханием. Подняв на него взгляд, я хотела возразить, но прикусила язык.

Не время и не место препираться. Пусть хоть на руках носит, хоть обнимает, хоть целует, если надо, но из этого мира меня вытащит. Потом сам будет с моим супругом разбираться.

Нехотя отцепившись от его локтя, я обвила шею Магнуса и в ту же секунду ощутила, как он подхватил меня на руки. Ох, опять? Только он снова держал меня всего одной рукой, под коленями. Неладное я заподозрила слишком поздно. Мужчина сделал два размашистых шага, приблизился к краю дороги и со всего размаху прыгнул вниз. У меня перехватило дыхание. Сердце забилось в груди с бешеной скоростью. Ветер растрепал волосы, а рубашка чуть не слетела с головы. Я вовремя удержала её, высвободив одну руку. И тут же сильнее прижалась к мужчине, впившись пальцами в его шею. Как я не визжала – загадка.

Мы стремительно летели вниз. Подол платья развевался от потоков воздуха. Если бы не рука Магнуса, поддерживавшая меня под коленями, юбка точно задралась бы на бёдра. В тот миг, когда мы чуть не врезались в одну из стен карьера, я почти вскрикнула, но тёмный клубящийся туман возник между нами и камнями, оттолкнув ближе к центру.

Мимо, размахивая длинными перепончатыми крыльями, пролетел сумрак. А потом ноги Магнуса уверенно коснулись дна карьера, и меня тряхнуло. Мужчина ехидно улыбался, но, куда он смотрел, я не могла понять. Боги, это что, Нейт пролетел мимо? Осмотревшись по сторонам, я увидела сумрака, крылья которого спокойно сложились на спине и вросли в неё, сделав облик существа знакомым. Просто прекрасно. Он ведь не один так умеет.

Тяжело дыша, я уткнулась лбом в плечо мужчины. Его запах не ощущался через рубашку на голове. А жаль. Хотелось насладиться ароматом костра, ведь с ткани за то время, что мы добирались сюда, он выветрился. Погладив меня по спине, Магнус аккуратно опустил мои ноги на землю. Пришлось оторваться от него и выпрямиться в полный рост. Да, по дороге, которой вёл меня Адамант, мы бы спускались минут тридцать, и я не знала, хватило бы моих нервов на такой путь.

– Шею можешь отпустить, я подставлю локоть. Так будет удобнее. – Голос у самого уха заставил меня вернуться к реальности. Страх и пережитый шок от падения полностью завладели мной. Беспрекословно выполнив просьбу Магнуса, я убрала руки с его шеи и снова вцепилась в локоть. Боги, как бы я добралась сюда одна?

В пещеру мы вошли в полной тишине, а внутри неё была только кромешная тьма. Шевельнув пальцами, жрец согнул руку, и на его ладони вспыхнуло пламя. Этого небольшого огонька хватило для освещения туннеля. Нейт путался у нас под ногами и уходить далеко вперёд не спешил. А мне, если честно, было не до того, чтобы смотреть под ноги.

Как только мы упёрлись в тупик, Магнус провёл рукой по воздуху, осветив пещеру полностью. Сильнее сжав пальцы на его локте, я застыла, уставившись прямо перед собой и не веря своим глазам. На всякий случай расстегнув пуговицу на лице, я сделала отверстие для глаз пошире, но ничего не изменилось. Портала в пещере не было.

– Мы что-то упустили, – едва слышно проговорил Магнус, оборачиваясь и осматривая пространство вокруг нас.

Здесь не было ни клеток, где содержали людей, ни мёртвых тел, что логично. Нейт внимательно обошёл пещеру по кругу, мордой изучив стены. Закончив, он остановился и повернулся в нашу сторону. Я была уверена, что если бы он мог разговаривать, то спросил бы: «И чего вы сюда пришли?»

Что мы могли упустить? Портал был в этой пещере. Да, по словам Магнуса, её завалило в нашем мире, но раз здесь этого не случилось, он должен был оставаться на месте. Или…

– Давай по порядку. Чьи-то тёмные руки пытались затянуть Нейтана в портал. Я его оттолкнула. Мы упали, и что-то затянуло меня туда. – Я вспомнила произошедшие события, стараясь говорить как можно тише.

– Предположу, что руки принадлежали сумеречным и что тянулись они вовсе не к Нейтану, ведь он стоял на их пути к тебе.

– Ты был там? – спросила я и посмотрела на Магнуса.

Жрец стоял рядом, лицом в мою сторону.

– Я же сказал, что прибежал почти одновременно с ним. Твой супруг сразу прыгнул на Адаманта, и тот отшвырнул его прямо в стену. Из-за того, что он отвлёкся, я остался незамеченным и смог нанести несколько ударов, но потом меня нехило потрепали и заставили потратить немало магии на попытки отбиться и атаковать снова.

Я стояла и смотрела на Магнуса, вспоминая схватку. Всё моё внимание тогда было привлечено к Нейтану, и я понятия не имела, что происходило у меня за спиной.

– Неважно, – отмахнулась я. – Меня затянуло в портал, и я падала…

Падала в темноту, пока не перестала видеть очертания портала и целиком не погрузилась во тьму. Удара спиной о землю я не почувствовала, но пришла в себя на той поляне.

Осознание настигло внезапно, и я невольно посмотрела вверх, но свод пещеры скрывал от меня тёмное, притягивающее взгляд небо. Проследив за моим взглядом, Магнус недовольно шевельнул губами.

– Чем глубже в землю, тем тоньше ткань между мирами, – задумчиво произнёс он. – Логично, ведь тем меньше падать.

– Предполагаю, что летать ты не умеешь?

– Только замедлять падение.

– Зато мы точно знаем, кто умеет.

Мы, не сговариваясь, посмотрели на Нейта.

– Идём. Отсюда надо выбираться. Новый план придумаем в безопасном месте, – кивнув на вход в туннель, сказал Магнус.

Мне захотелось рассмеяться. В этом мире есть безопасные места? Представив, что нам предстоит подъём, я чуть не застонала. Пришлось взять себя в руки, вцепиться в локоть жреца и направиться прочь из злосчастной пещеры. Я старалась не смотреть на спутника, но краем глаза всё равно заметила, что уголок его губ так и не опустился. Ему нравилось, что я льнула к нему сама. От осознания этого захотелось закатить глаза и ударить себя по лбу. Ничего, пусть думает, что хочет.

Стоило нам добраться до выхода, как Нейт резко обогнал нас, выскочил наружу и прижался к земле, готовясь к прыжку. За весь путь сюда он делал это так часто, что я не придала его манёвру значения и продолжила движение вперёд, но Магнус остановил меня, дёрнув за руку, и втащил за небольшой выступ в стене. Потушив огонь, он коснулся указательным пальцем своих губ, и я поняла его без слов.

Снаружи раздалось рычание. Выглянув из нашего укрытия, я всмотрелась в открывавшийся вид дна карьера, но увидела только силуэт Нейта. Сумрак замер, прижимаясь к земле, а доносившееся до нас шарканье лап говорило о том, что он был там не один.

Внезапно мне стало холодно.

– Оставайся здесь, – шепнул Магнус и попытался сделать шаг вперёд, но мои пальцы не желали выпускать его локоть. Обернувшись, он ласково коснулся моей руки. Рычание усилилось и теперь принадлежало уже не одному существу. Не было необходимости выходить, чтобы убедиться в этом. Нахмурившись, Магнус сделал шаг в сторону, пытаясь оценить ситуацию. – Делай всё, что я тебе скажу. Поняла? – неожиданно громко спросил он. От слов, произнесённых не шёпотом, я вздрогнула, посмотрела на мужчину и кивнула. – Идём.

Магнус дёрнул меня на себя, заставив оторваться от стены и выскочить в туннель. В горле тут же пересохло. Учитывая, что я не помнила, когда в последний раз что-то ела и пила, это ощущение оказалось слишком острым. Я попыталась успокоиться, ведь рядом был мужчина, обладавший магией и способностью защитить меня. Похоже, только благодаря этим мыслям мне удавалось переставлять ноги.

Мы вышли из пещеры, и Магнус аккуратно выпутался из хватки моих пальцев. Потом задвинул меня себе за спину и остановился. Клубящийся туман, казалось, стал куда плотнее. Подняв взгляд наверх, я вжалась в спину Магнуса, обхватив его за пояс.

Они все парили там. Сумраки полностью закрыли собой небо. Их силуэты отчётливо просматривались в серости тумана, а из-за размаха крыльев создавалось впечатление, что монстров бесчисленное множество.

Откуда они здесь и что их привлекло, если я вся закутана с ног до головы? Ноги… Когда мы парили вниз, платье задиралась, оголяя их до колен. Проклятье.

В горле встал ком, сглотнуть который я не смогла.

– Спокойно идём вверх по дороге, без лишних движений.

Магнус шевельнул головой так, словно окинул меня взглядом, а затем удовлетворённо кивнул и медленно двинулся в сторону дороги, начинавшейся слева от нас. Она шла вверх вдоль стены карьера и должна была привести к воротам. К воротам, на которые сумракам было плевать, ведь у них имелись крылья.

Мы начали подниматься, а Нейт остался внизу, но о нём я не беспокоилась. В ушах отдавался стук сердца, виски пульсировали от напряжения. Руки вспотели в тканевых обмотках, к тому же я снова впилась пальцами в локоть Магнуса. А ещё я боялась задеть какой-нибудь камешек, пнуть его и скинуть на дно. Вдруг это послужит сигналом и сумраки набросятся на нас? Пока они спокойно висели в воздухе, равномерно помахивая крыльями, каждый на свой лад.

В тот момент мне хотелось оказаться где угодно, только не здесь. Я отчётливо помнила ощущения, как когти сумраков впивались в спину, когда существа впервые напали на меня ещё в нашем мире. Мне не удалось убежать от них тогда. И сейчас мои шансы явно были не выше.

До ворот мы дошли спокойно, если не считать охватившего меня ужаса и с трудом переставлявшихся ног. Никто из сумраков не подал виду, что обратил на нас внимание. Казалось, они ждали, пока увиденный ими свет появится снова, но я тщательно следила за одеждой и тканью, прикрывавшей кожу. Кроме этого, Магнус выступал для меня естественной защитой, закрывая своей спиной. Ему приходилось передвигаться немного боком, так, чтобы грудью всегда оставаться повёрнутым к сумракам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.