Серг Усов
Попаданец. Маг Тени. Книга 7

© Усов Серг

© ИДДК

Глава 1

Вечером накануне королевского бала олы Реи готовились принимать у себя Карта ол Стирса, бывшего старшего мастера тайной службы. Андрей считал большой удачей, что его старый боевой товарищ так вовремя появился в Далие. Лучшего помощника в предстоящих делах трудно было себе представить.

Джиса вернулась от матери с видом заговорщицы – загадочная полуулыбка и направленный мимо супруга, чуть в сторону, взгляд.

– Когда этот твой сослуживец придёт? – поинтересовалась она, пристраиваясь рядом с мужем в кресле возле не растопленного – всё же последний день лета, до холодов ещё очень и очень далеко – камина. – Вы же вроде не собирались выставлять напоказ ваше знакомство?

– Раньше не собирались, а теперь я вот перерешал, – улыбнулся Немченко, принимая у рабыни наполненный вином серебряный кубок. – А с тобой что произошло? Ну не таись, я же вижу. Что-то хорошее?

– Это лучше увидеть. – Ола дала знак Эмге, и служанка подала ларец, из которого Джиса извлекла веер, раскрыла его и стала обмахиваться. – Ну как?

– Ничего себе, здорово, – засмеялся Андрей. – Когда уже успела? И зачем держала в тайне от меня? Ну-ка, дай посмотрю.

– На балу только у меня и мамы такие будут. Представляешь? Это её знакомый мастер изготовил по моим рисункам. Мама его предупредила, что язык вырвет, если он кому-нибудь раньше времени проболтается.

– С олой Пирен никто шутить не станет, – кивнул Немченко, беря в руки веер.

Оказывается, прогрессорством могут заниматься не только сами попаданцы, а и их близкие, особенно если синема насмотрятся. Джиса легко догадалась, как устроено неоднократно виденное ею в иллюзионах ручное опахало. И украсила его тоже весьма неплохо – золотыми и серебряными нитями по шёлку. В самом деле, отметил Немченко, красиво смотрится. Основа из золота, случись что, можно докучливому младшему принцу и по влюбчивой молодой башке стукнуть. Убить не убьёшь, но в чувство привести получится.

– Скажи же что-нибудь! – потребовала владетельница Рея.

– Так вроде сказал уже. – Он вернул ей веер. – Молодец. Вот только для кого ты так стараешься? Великолепное бальное платье, новая причёска, наши лучшие амулеты, да ещё и опахало в придачу. А?

– Ревнуешь? – Она стукнула кулачком в плечо. Повадилась. «Чувствительно ведь», – подумал землянин, потирая место удара. – Андрей, ты же знаешь, не нужен мне никто, кроме тебя. – И, раскрыв свою придумку, дурашливо попросила: – Ах, машите же на меня, машите, я хочу бури! – снова рассмеялась и вскочила. – Пойду к себе. Три дня бездельничала, сегодня попробую сделать артефакт вязкого грунта, Эльмию обещала.

– На кой он ему?

– Знаешь, не спросила. Он нам много помогал, почему нужно отказывать ему в мелкой просьбе? В общем, не стану вам с толстячком мешать.

Проводив поднявшуюся по лестнице Джису взглядом, Андрей осознал, что по прошествии довольно долгого времени не устал любоваться ею, её точёной фигуркой. Перевёл внимание на тёмный зёв камина и подумал, не разжечь ли там небольшой огонь? Жарко не станет, а вот на философский лад настроит. А нужно ли ему это? Определился, что нет.

Докупленные олой Рей слуги работали в основном во дворе, конюшне или флигеле. В особняке служили те, кто помнил ещё господ Шерригов, из-за этого молодая Рида часто забывалась и называла хозяина господином Витом. Но на этот раз, докладывая о прибытии ола Сертиса, не ошиблась. Постепенно привыкает.

– Удивлён, что я тебя пригласил к себе? – спросил Андрей, обнимая старого боевого товарища.

– А ты знаешь, нет, – усмехнулся тот. – Понимаю, что у тебя много вопросов будет. Кто тебе на них лучше и честнее меня ответит?

– Никто, – согласился с логикой приятеля Немченко.

Они вдвоём поднялись в кабинет. От ужина гость отказался – посыльный ола Рея нашёл его в трактире, и можно сказать, Карт явился прямо из-за стола.

Даже в тихий район богатых особняков доносился шум столичных площадей, где уже начались празднования конца лета – начала осени. Казалось бы, чему тут радоваться? Но землянин уже успел убедиться, что и в средневековье люди легко находят повод для веселья. День взятия Бастилии тут впустую не пройдёт лишь по причине его отсутствия.

Андрей и сам научился находить удовольствие, наблюдая незатейливые развлекательные уличные представления. Разумеется, это не касалось зрелищ пыток и казней. В данном вопросе он всё так же оставался на позициях морали родного мира, хотя в силу своего положения часто не мог уклоняться от присутствия на кровавых мероприятиях.

Закрыл оба окна в комнате и сел не за рабочий стол, а на край углового дивана, пригласив последовать своему примеру гостя. Пока Рида суетилась, накрывая столик, о серьёзных делах не говорили, лишь когда рабыня оставила кабинет, Немченко протянул олу Стирсу королевский патент на назначение Анда ол Рея советником главного магистра тайной службы.

– Посмотри, что у меня теперь есть, – сказал землянин.

Карт развернул документ, прочитал и многозначительно хмыкнул.

– Серьёзная должность. – Он вернул пергамент его владельцу. – Вроде бы ничего не значащая, но все знают, кого представляют такие вот время от времени появляющиеся в канцелярии советники.

– Да? И кого же?

– Мне обязательно самому произнести это вслух? Что ж, изволь, Анд. Клуб, ваш клуб могущественных магов, реальных властителей королевства. Нет, прав монарха никто не оспаривает, только так получается, что те наши правители, кто, скажу мягко, не очень прислушивались к вашим советам, не уходили к Великому из-за старости. Что-то трагическое с ними обязательно случалось. И восстановительные амулеты не помогали. Скажи, ты уже стал полноправным членом клуба? Если честно, сижу тут с тобой рядом, и не верится. Каким ты был…

– Таким остался, – без тени улыбки прервал ол Сертиса попаданец. – Орёл степной, кавалерист лихой. Помнишь мои подвиги на нииторской войне? Герой.

– Не поспоришь, – ухмыльнулся бывший старший мастер.

Он понимал, что хозяин кабинета иронизирует, а тот чувствовал с момента прихода гостя его некоторую скованность.

Понятно, что огласка истинной магической силы и возможностей Анда ол Рея ставила теперь бывшего капитана авангардной сотни нагабинского полка на самую высокую ступень иерархии здешнего общества. Насколько прежние приятельские отношения будут актуальны в новых обстоятельствах, опытный контрразведчик однозначно себе сказать не мог.

– Карт, давай начистоту. – Немченко решил сам поухаживать за гостем, наполнил оба кубка презентованным тестем великолепным имперским вином и протянул один ол Сертису. – Я ведь вижу, что между нами начинает возникать некоторое неудобство.

– И оно естественно, Анд. – Старший мастер кивком поблагодарил и принял чашу. – Нет, я не такой простак, каким прикидываюсь…

– Поверишь, я тебя в первый же день нашего знакомства раскусил?

– Легко, – ответил Карт серьёзно, отхлебнул пару глотков, поднял брови домиком, оценив вкус, и продолжил: – Только о твоём десятом ранге даже и помыслить не мог. Когда узнал вчера о приёме у королевы-матери, что тебя там представил твоим полным магическим статусом сам ол Рамсвен, наш некоронованный король, честно говоря, стало немного не по себе. Анд, сколько времени пройдёт, прежде чем ты станешь недоступным вельможей?

Он внимательно посмотрел на молодого ола. А у того ответ уже был готов.

– Так и хочется сказать, что всегда буду таким же, как сейчас. – Землянин откинулся на спинку дивана. – Во всяком случае – для своих близких. Только сам не знаю, получится ли. Мы оба знаем: власть меняет людей. Могу лишь обещать, что приложу максимум усилий, чтобы не превращаться в памятник самому себе. Но, по-любому, процесс бронзовения…

– Чего? – хохотнул Карт.

– Бронзовения, ну, превращения в статую Великого. Это ведь не быстрый процесс. А пока ты мне очень нужен. Сильно. Больше, чем я тебе. Обещаю, что каким бы важным ни стал, неблагодарным уродом не буду. За добро всегда готов отплатить добром.

Поверил или не поверил опытный мастер тайных дел молодому боевому товарищу, точно не скажешь, но то напряжение в общении между ними, которое Андрей поначалу ощущал, исчезло. Как будет дальше? Время покажет.

Уже через день после бала – Немченко надеялся, что там всё пройдёт хорошо – ему предстоит явиться к своему месту службы, точнее, надзора, а можно даже сказать и аудита. Почему бы и не вспомнить земную профессию. Любые дела, даже самые секретные, тайные, обязательно оставляют повсюду финансовые следы. Кому, как не Андрею Немченко, уметь в них хорошо разбираться?

Вот чего попаданцу не хотелось, так это начинать свою деятельность в тайной службе с произнесения множества не очень умных вопросов. Он полагал вести себя спокойно и тихо, чаще улыбаться, и чтобы глаза у него при этом, что у того мифического Ленина, были добрыми-добрыми.

– Мне нужно узнать как можно больше, Карт. – Андрей допил вино и отставил кубок на столик, взяв с подноса кисть винограда. – Главный, верховный магистр, старшие магистры, магистры, младшие магистры – ну, не улыбайся, – старшие мастера, мастера, младшие – всех, о ком ты что-то знаешь, хочу знать и я. И структуру службы. Какие подразделения имеются, чем занимаются, как руководятся. Откуда и куда поступают деньги. В общем, всё-всё-всё.

– Анд.

– Да знаю, что это не минута и не день разговора. Хотя бы основное можешь мне в виде доклада подготовить за сегодня-завтра-послезавтра?

– Сегодня уже день заканчивается.

– Не придирайся к словам, старший мастер.

– Бывший.

– Да, бывший. Начну свою деятельность с того, чтобы тебя восстановили на службе в звании магистра, моего помощника. И пусть попробуют отказать. Ол Рамсвен обещал, что ссориться с клубом не посмеют.

Часа два приятели провели в беседе, перескакивая с темы на тему. Говорил в основном ол Сертис, вспоминая различные операции по выявлению заговоров против короны и иноземных подсылов.

Здешним, гертальским, разведкам, как понял Немченко, далеко до земных спецслужб с их шпионскими сетями, однако свои методы сбора информации, организации интриг, диверсий и саботажа имелись и тут. Соответственно, действие рождает противодействие – контрразведка Далиора вела достаточно активную деятельность.

– Знаешь, что самое плохое в нашей работе? – вдруг неожиданно спросил Карт.

– Я весь внимание, – не стал играть в угадайку ол Рей.

Ол Сертис как-то грустно, совсем непохоже на него, усмехнулся, встал с дивана и прошёл к окнам.

– Ноги затекли, – пояснил он, повернувшись лицом. – Анд, наибольшую угрозу всегда представляли заговоры среди владетелей, а возможности службы вести среди них работу практически нет. Разве что негласно и почти всегда на страх и риск конкретных исполнителей.

– Как мы в тот раз, когда к олу Грейверу без спроса наведались. – Андрей тоже встал и подошёл к соседнему окну.

– Да, именно так, – подтвердил Карт. – В службе немало магов, только из тех, чьи ранги и ступени таковы, что не позволяют быть полноценными хозяевами обширных владений. Основная же масса работников тайной службы – самые обычные простолюдины.

– Ну, я бы не назвал нашего Гурса самым обычным. – Попаданец пристроил свою задницу на подоконник. – Мастер меча – это несколько иное.

– Уже не наш, а твой, если мы про Гурса, но ты же понял, про что я говорю.

– Понял. Такие, как он, тоже не делают погоды. Ясно. Тягаться с высокородными олами тайной службе тяжело. Ты подводишь меня к мысли, что такая задача по плечу только клубу?

– Кто станет сомневаться в твоей догадливости? – На минутку на ол Стирсе появилась его любимая маска недалёкого простоватого весельчака, но почти сразу исчезла. – Да, так и есть. В некоторые круги нам соваться категорически не рекомендовалось.

– Тем не менее это же происходило?

– К этому я и веду. Если такое случалось, значит, службу или какие-то её подразделения просто используют противоборствующие группировки, часто втёмную. Как нас в том случае, о котором ты вспомнил.

К своему сожалению, Немченко в прошлой жизни не сильно интересовался историей. И всё же многое о средневековых порядках в родном мире он знал – там что-то прочитал, по телевизору какую-нибудь передачу, что называется, краем глаза увидел, спор чей-нибудь подслушал или в чатах наблюдал. В общем, какое-никакое представление о том, что аристократия вне зависимости от того, в каком государстве проживают те или иные её представители, – это свой мирок, тесно переплетённый родственными и дружескими связями, имел.

В Гертале дела обстояли очень похоже. Первый наставник Карта в шутку ему говорил, что многие сведения о происходящем в Далиоре тайной службе становятся известны много позже, чем при дворе Фагосского императора или во дворцах соседних и дальних монархов. Наличие эфирных амулетов этому очень способствует.

Джиса появилась в кабинете мужа, когда гость уже собрался уходить.

– Не помешаю? – спросила она.

– Разве ты можешь помешать, прекраснейшая из прекрасных? – Ол Сертис был сама галантность, хотя Андрей помнил, как тот в беседе с Гурсом, не зная, что их беседу подслушивает ол Рей, называл эту красавицу ушастой пигалицей. Ну да все имеют право на ошибку, полагал землянин, к тому же Карт её наверняка осознал, Джи действительно выглядела сногсшибательно даже в обычном домашнем платье. – Просто мне уже пора. Темнеет. Надеюсь, вскоре вновь увидимся.

– Завтра во дворце будешь? – уточнил благородный Анд.

– Конечно, нет. На службе меня ещё не восстановили, а статус не позволяет составлять компанию высокородным владетелям на таком торжественном мероприятии. – Он развёл руками. – Вот когда найдёшь мне должность, буду готов тебя, вас обоих, сопровождать куда угодно.

Проявив уважение, Андрей проводил боевого товарища до самой калитки.

На обратном пути в дом господина перехватила Рада. Бывшая лесная разбойница просто мечтала побывать во дворце, на первый этаж которого допускали дружинников владетельных эскортов.

Реи собирались завтра ехать на бал вместе с Пиренами и отдельную охрану брать не собирались, пятёрки вояк тестя вполне хватит для сопровождения двух карет, но отказывать девушке Немченко после короткого раздумья не стал.

– Ладно, поедешь с нами. Только начисти пластины доспеха так, чтобы глазам больно было смотреть. Договорились?

– Договорились, – обрадовалась девушка. – А ещё я пожаловаться хотела.

– Да ну? На кого?

– На Жору вашего. То ли воин молоденький, то ли школьник, не пойму, но пристаёт ко мне с глупостями.

– Только не это, – приподнял руки Немченко. – С вашими влюблённостями сами разбирайтесь. Ты девушка взрослая, а Жора не какой-нибудь зануда, которому проще дать, чем отказать. Объясни ему всё сама, а то и присмотрись. Парень может далеко пойти, грамотен, умел в бою на мечах, скоро студентом будет. Рада, чем скорее ты забудешь о том подонке мельнике, тем лучше. Не будешь же всю жизнь одна куковать, что та кукушка?

У Рады деформирована психика, понимал попаданец. Подвергшаяся в раннем возрасте жестокому насилию, она не воспринимала мужчин в качестве близких спутников. Оставалось надеяться на время, которое лечит, и на то, что характеры средневековых обитателей более гуттаперчевые.

В холле он застал лакея и супругу. Вторая устраивала выволочку первому. Джисы на всё хватало, и на развлечения, и на магическую работу, и на подготовку к учёбе, и на ведение домашнего хозяйства. Слуги её боялись как огня. Она не ленилась добраться до самых закоулков особняка и если обнаруживала грязь или беспорядок, то на наказания не скупилась. Впрочем, и в заботе о слугах ола Рей могла служить образцом – следила за тем, чтобы всегда были сыты, опрятно и чисто одеты, давала время на отдых и выходные дни, а также лечила и позволяла заводить личные отношения друг с другом, не препятствуя ни дружбе, ни любви.

– Пойдём отдыхать? – отвлёк жену от воспитательного процесса Андрей. – Таня, поди, уже заждалась.

– Пойдём, – согласилась ола.

Она занесла кулак над вжавшим голову в плечи слугой, но не ударила. Посчитала, что на этот раз словесного внушения вполне достаточно.

Сегодня в спальне попаданца ждал сюрприз. Ещё один, в дополнение к вееру. Когда любимая скинула с себя платье, он увидел на ней нижнее бельё земного фасона, из тех моделей, что изготавливались на завязках. Резинок, правда, в этом мире делать не научились, но Джиса и так как-то обошлась. Получилось очень эротично.

Заметив его реакцию, ола хихикнула и, не скидывая бюстгалтера и трусиков, потянула мужа к кровати. Однако вместо жарких объятий, уложив его на постель, начала с делового разговора:

– Не ожидал? Опять я тебя удивила? А хочешь, удивлю ещё больше?

– Куда уж больше-то?

Андрей взял красавицу за талию и поцеловал поочерёдно в плечи, заваливая её на спину.

– У родителей один из слуг отправился в Пирен. Я попросила, чтобы затем он съездил к нам в Рей и отвёз туда образцы такого белья, я уже передала свёрток. Наши швеи начнут изготовление новинок, а здесь в столице будем продавать. Ну не смейся. Нам теперь деньги нужны огромные. Особняк хорош для обычных владетелей, а нам с тобой нужен дворец не хуже, чем у Рамсвена или Тувелара. Раз уж с покупкой имения будут трудности, то хотя бы так поддержим твой престиж.

– Наш. – Немченко уткнул свой нос в её.

– Да, наш престиж.

– У меня есть предложение получше. – Он начал снимать с неё трусики, теперь это стало делать намного проще – развязал узелки по бокам, стянул стринги и отбросил их в сторону. – Давай о делах больше в постели говорить не будем.

Глава 2

Королевский бал – на самом деле это не просто танцы, а целый комплекс праздничных и развлекательных мероприятий, начинающихся ещё до полудня, поэтому олы Рей проснулись пораньше. Андрей не хотел пропускать традиционную утреннюю тренировку, совмещённую с обучением Жоры, а Джиса, как и все женщины, готовясь к выходу в свет, нуждалась в длительной подготовке к столь ответственному событию.

До завтрака Немченко прослушал эфирники с сообщениями из Рея, Нагабина и Хатина. Много информации через них не передашь, но полученные известия были вполне оптимистичны, всё в его хозяйстве шло так, как землянину и хотелось. Пания отправила подробный доклад, и через пару-тройку недель он окажется в руках ола Рея.

Много времени заняла укладка волос Джисе, которой занималась одна из лучших в столице куаферов. Правда, пожалуй, впервые этой парикмахерше пришлось действовать целиком по указаниям клиентки, пожелавшей соорудить у себя на голове нечто, подобное тому, что она видела в иллюзионах, где показывались светские торжества конца восемнадцатого – начала девятнадцатого веков Земли.

– Ну как? – спросила ола Рей, поздно являясь к столу, её супруг, не выдержав, приступил к еде раньше. – Красиво?

– Восхитительно, – ответил искренне. – Нет, правда, ты и так у меня лучше всех, а тут, что называется, вообще глаз не оторвать. Жаль, что лака для волос вы с Эльмием всё ещё не придумали, не знаю, как долго такая красота у тебя продержится.

– Тебе обязательно надо на самое слабое место указать, – поморщилась Джиса, присаживаясь напротив мужа. – Буду надеяться, что до позднего вечера причёска сохранится. В конце концов, Эмга расчёски с собой сложила, подправлю. А твою идею насчёт париков пока всерьёз рассматривать не стану. Свои волосы лучше, чем какую-нибудь Риду остричь. Фу. – Она сморщила носик и взяла в руку четырёхзубую вилку из тех, что были сделаны ещё в Рее по заказу попаданца.

Тёща оказалась не меньшей копушей, чем её дочь. Пирены прибыли на полчаса позже уговоренного времени. Ещё сколько-то у Риверы и Джисы ушло на разглядывание друг друга и выражение взаимного восхищения, пока Октонер с Андом обсуждали расписание торжеств – у ола Пирена оказался с ним свиток, присланный ему кем-то из знакомых сановников.

Пятёрка дружинников спешиваться не стала, дожидаясь господ возле ворот особняка, окружив карету и практически перегородив весь проезд. Экипаж Реев дожидался во дворе. Бывшая разбойница присоединилась к воякам Октонера. Девушка добросовестно выполнила приказ своего господина, её латный доспех блестел не хуже, чем у королевских гвардейцев. «Ни дать ни взять Жанна Д'Арк», – с доброй насмешкой подумал землянин. И лицо у Рады было одухотворённым. Ещё бы, разве могла она когда-нибудь мечтать, что побывает хотя бы краешком на дворцовом празднике?

– Ри, может, поедем уже? – не выдержал ол Пирен, когда его супруга и дочь от обсуждения нарядов, драгоценностей и причёсок перешли к впечатлениям от просмотренных синема.

Тёща попаданца в короткий срок стала настоящей киноманкой, заодно помогая продаже иллюзионов среди далиорских владетелей. У Немченко сложилось впечатление, что благородная Ривера хорошо знает всех аристократов королевства лично, хотя, казалось бы, чаще пребывает в своём замке, в столице появляясь пару-тройку раз в год.

– Мы-то давно готовы, – удивилась она словам супруга. – Это вы с Андом всё никак наговориться не можете.

В вопросе перевода стрелок с себя на мужа ола Пирен ничем от своей дочери не отличалась. Конечно, правильнее было бы сказать наоборот – Джиса от матери.

Понятно, хотелось, чтобы девочки в одну карету забрались, мальчики в другую, по интересам, или ехать всем вместе, но этикет полагает другое, при дворе таких простолюдинских замашек не поняли бы. Не пересаживаться же перед воротами дворца. Так что Реи заняли места в своём экипаже, Пирены в своём.

Ехать пришлось в объезд. Торговые прилавки прямо у стен домов или заборов, навесы над входными дверями или груды вынесенного наружу хлама суживали многие и так неширокие улицы до такой степени, что повозкам там проехать было сложно.

Разумеется, кареты благородных олов пользовались преимущественным правом при движении, но сам процесс разъезда встречного транспорта являлся таким муторным, что проще оказывалось направляться, выбирая более длинный, зато удобный и, главное, быстрый маршрут.

Там, где дружинникам для разгона толп прохожих не хватало лужёных глоток и мощи конских грудей, в дело вступали плети. Если в Нагабине простолюдины терпели удары молча или лишь вскрикивая от боли, то столичные могли и выкрикнуть вслед бранные слова, а мальчишки, те и вовсе чем-нибудь кинуть – камнем, грязью или навозом.

Один из таких бросков промазал мимо дружинника и угодил рядом с окошком экипажа благородных Реев, едва не расколотив стекло, а его только недавно заменили на качественное, дорогое, достойное кареты десятирангового мага.

– Сейчас я кого-то под брусчатку погружу, – пригрозила Джиса, отодвигаясь от мужа.

– Найди сначала его, – коротко рассмеялся Андрей, придерживая любимую за талию. – И как ты себе это представляла? Неписаной красоты девушка в великолепном платье с изумительной причёской и немыслимо дорогими артефактами выскакивает в уличную грязь и начинает гоняться за оборвышем, которого давно и след простыл?

– Умеешь ты успокаивать, – тоже рассмеялась ола и вновь прижалась к Андрею.

Их карета ехала первой. Хоть Анд с Джисой младшие в семейной иерархии, зато адепта тени теперь знают как мага десятого ранга, одного из тех, на ком держится защита королевства от врага внешнего и спокойствие от происков врагов внутренних. Статус Реев теперь выше Пиренов.

Перед воротами дворцового комплекса их встретили специально назначенные слуги, один из которых побежал впереди пиренского эскорта, показывая путь каретам.

Гости собирались не в самом дворце, а в парке за ним. Там же, на гвардейском плацу, установили эшафот с двумя кольями и открытой металлической бочкой, уложенной набок, для запекания преступника. Орудия казни пока пустовали, как и сколоченные у восточной стороны плаца трибуны для благородных зрителей. Аристократия заполнила собой весь парк – дорожки, беседки, скамейки и даже пространство между зарослями окультуренных кустарников.

Андрей чуть не присвистнул молодецки, когда увидел, какое большое количество владетелей, сановников собралось с семьями – были даже дети подросткового возраста – на празднование. Человек двести или больше, не считая слуг. В памяти Вита хранились только балы в Хатине, и там всё выглядело намного скромнее. В провинциях и жемчуг мелковат, и супчик жидковат.

Вышедшие из карет Пирены и Реи почти сразу же привлекли к себе внимание всех находившихся вблизи входа в парк аристократов, особенно их женской половины.

Причиной таких пристальных, заинтересованных, удивлённых и сразу же большей частью ставших завистливыми взглядов явно явилось не появление десятирангового мага Анда – про него при дворе уже много говорили, но в лицо пока мало кто знал, – а две необычайной красоты женщины в великолепных нарядах, Ривера с Джисой.

Тёща и жена попаданца действительно выглядели скорее сёстрами, чем мамой и дочерью. Немченко в шутку подумал, что не встреть он свою любимую, пожалуй, всерьёз рассмотрел бы вопрос, как отбить жену у Октонера.

Ола Рей выскочила в белоснежной накидке, наброшенной на плечи, но тут же её сняла и кинула остававшейся внутри салона Эмге, проигнорировав руку, протянутую открывавшим дверцу кареты лакеем.

– Рада, рот закрой, – негромко посоветовал Андрей своей дружиннице, с седла рассматривавшей блеск двора.

– Что, господин?

– Рот, говорю, закрой, – повторил. – Муха залетит.

Девушка юмор поняла не сразу и переключила взор на поиск летавшего рядом с ней насекомого. Прямой угрозы не обнаружила, только тогда сообразила и смутилась. Впрочем, дружинников поторопили освободить подъезд к парку, и те уехали в специальный отстойник, забрав с собой кареты.

Свободных беседок или скамеек Немченко не обнаружил, как ни вглядывался. Видимо, придётся прогуливаться, что ему не очень-то и хотелось. Слишком много они привлекали внимания, а находиться под светом рамп землянин не любил. И всё же ради супруги и дорогой тёщи стоило потерпеть. Те обе тщательно скрывали получаемое удовольствие, в чём им хорошо помогали веера. Особой нужды в обмахивании не было, погода стояла тёплая, но не жаркая и не душная, зато ими можно прикрывать лица.

Долго пребывать в узкой компании не пришлось. Сделав буквально десяток шагов, они встретили давних знакомых Пиренов, пожилую супружескую владетельную чету, как выяснилось в ходе представления, тоже из нагабинской провинции, а ещё через пару минут к ним присоединились и Фанис ол Турай с Инвером ол Шерригом.

Кузен уже держал за руку какую-то молодую девушку лет семнадцати с кукольным личиком и полноватой фигуркой, такой, какие Андрею нравились в прежней жизни.

– Это моя невеста, Альма ол Кантер, – представил её Инвер.

– Магиня девятого ранга, – многозначительно добавил дядюшка. – Они давно любят друг друга.

Сдерживая улыбку, благородный Анд учтиво поклонился, но и только. Целовать дамам руки в этом мире не принято.

Заявление насчёт давней любви было откровенной профанацией. Не получи Инвер от Вита владение Шерриг, его бы и близко к этой девушке в качестве жениха не подпустили. Девятиранговые олы не могли создавать самые мощные заклинания и амулеты, а вот применять и активировать артефакты десятого уровня умели, независимо от освоенной ступени. Так что кузен, считай, получает в жёны атомную бомбу местного разлива. И всё благодаря щедрости двоюродного брата.

– Мне про вас уже рассказали. – На щёчках девушки мило заалел румянец. – Джиса, ты не дашь мне посмотреть своё ручное опахало?

«Кто о чём, а вшивый о бане», – вздохнул Немченко. Перед ней стоит одарённый самой наивысшей силы, а она пялится на наряды и вещички его супруги.

Дальше идти толпой было бы неудобно, ширина дорожек не позволяла, поэтому разбились на две группы. Молодёжь отдельно пошла впереди, старшие двинулись следом.

Ола Рей с Альмой сразу же нашли себе тему для беседы, а вот попаданец с Инвером предпочёл помалкивать и больше слушать. Отношение его к кузену сильно в лучшую сторону не изменилось, но слушать язвительные комментарии родственника в адрес встречавшихся аристократов и сановников, многих из которых тот неплохо знал, оказалось довольно поучительно.

Кого-то кузен представлял Анду и Джисе, с кем-то просто раскланивались. Немченко попытался вначале запоминать ола такого-то, олу сякую-то, но быстро бросил заниматься этой ерундой. Он даже те имена должностных лиц тайной службы, которые ему предоставил Карт с указанием известных о них сведениях, до сих пор в голове не уложил, так что дополнительная информация и вовсе плохо запоминалась.

Вот чего Инвер добился, так это того, что вскоре многие присутствующие в парке аристократы признали в молодом парне, спутнике красавицы дочери Пиренов, того самого Анда ол Рея, мага десятой ступени, принятого в компанию королевы-матери и принца Сивида.

После этого попаданец постоянно ловил на себе заинтересованные взгляды. Зависти или недоброжелательности, тем более ненависти, ни в одном не почувствовал, что вполне объяснимо: очередной могущественный маг – весомый фактор не только в усилении королевства, но и во внутриполитических раскладах. А ещё, пусть благородный Анд пока молод и не закрепился на подобающем его статусу месте возле престола, однако в перспективе может стать как источником благ, так и неприятностей.

– Пошли лучше в том направлении, – предложил Немченко.

– Зачем? – хохотнул кузен. – Там толкотня.

– Не поверишь. Ни разу ещё нашего короля вживую не видел, – пояснил землянин, углядевший в самой большой беседке всех венценосных особ – короля с женой, королеву-мать, младшего брата Ратвеса Четвёртого, обоих принцев и невесту старшего из них. – Мимо пройдёмся, утолю любопытство.

Андрей действительно, кроме Ярмиги и Сивида, остальных знал только по словесным описаниям.

– Да ладно, – удивился кузен. – Мы же три года назад были с тобой на дворцовой площади, когда показывали головы ола Аттерса и его сына.

– Я тогда, если помнишь, только на Рудию смотрел. Никого другого не замечал.

Одна из фрейлин королевы в своё время настолько пленила сердце Вита ол Шеррига, что попаданец видел эти воспоминания ярко, будто бы сам пережил ту влюблённость.

– Кто такая Рудия? – спросила сзади Джиса.

Ушки олы Рей работали словно локаторы, и беседа о нарядах с Альмой не помешала ей услышать имя первой любви младшего Шеррига, о которой её благоверный супруг почему-то не счёл нужным доложить.

– Супруга ола Тобольна, – пришёл на выручку двоюродному брату Инвер. – Когда-то служила при дворе. Я её в прошлом году видел. Очень подурнела, хотя и раньше, прости, Вит, то есть Анд, красоткой не была. Но давайте говорить потише. Всё же мимо короля сейчас проходить будем.

Похоже, кузен делал шаги в правильном направлении. Если так дальше пойдёт, попаданец готов будет засунуть свою неприязнь к родственнику куда-нибудь подальше.

Вокруг королевской беседки кучковались люди большими и малыми группами в надежде, что их почтят вниманием и пригласят подойти. Пока помимо венценосных особ внутри открытого взорам со всех сторон строения находились только две служанки, подававшие вина с закусками, и непонятный пожилой мужчина. Андрей предположил, что тот самый, приносящий всем несчастья могущественный маг Рикет ол Ольмар, друг и соперник ола Рамсвена, но оказалось, это имперский посланник, Инвер просветил.

Королевская семейка мило беседовала, все улыбались, будто между ними нет никакого взаимного недопонимания, проще говоря, откровенной вражды, готовой вот-вот вспыхнуть пламенем гражданской войны. Никогда Немченко не понимал, читая исторические книги, как дети воевали против родителей, братья с братьями. Неужели обязательно нужно забирать себе всю власть и ни с кем не делиться?

– Анд, мы с Альмой хотим вина. – Джиса потянула мужчин в сторону накрытых столов, расставленных вдоль противоположной от трибун границы гвардейского плаца. – Или ты хочешь привлечь к себе внимание монаршего семейства?

– Вот ещё, – хмыкнул Немченко. – Минуй нас пуще всех печалей монарший гнев и монаршая же любовь. Самому захотелось горло промочить, пойдём.

Он огляделся, а тестя с тёщей, вместе с его дядей и их знакомыми, даже след простыл. Ну да, у взрослых свои дела и интересы, не захотели молодёжи мешать. С другой стороны, Ривера сейчас сто очков форы любой молодке даст.

В своей прошлой жизни Немченко не раз приходилось участвовать в корпоративных гулянках, в том числе и тех, которые устраивались на свежем воздухе.

Сравнивая нынешнее королевское празднование в парке с тем, что организовывали владельцы аудиторской компании, несмотря на размах нынешнего мероприятия и огромное количество золота с драгоценностями на гостях, попаданец сделал вывод не в пользу королевских распорядителей.

Всё здесь было не по-людски. Вместо того чтобы ставить лакеев и служанок вдоль дорожек и у скамеек хлопать глазами и кланяться в ожидании поручений от аристократов, вручили бы им подносы с выпивкой и закусками. Так нет же, если гости хотели чем-нибудь угоститься, им приходилось проталкиваться к столам, где, как в очередях советской эпохи – родители рассказывали, – никто никому не хотел уступать место. Разве что не звучало: «Вас здесь не стояло» и «Спросите у мужчины, я с утра занимала». Всё-таки гордость не позволяла высокородным аристократам опускаться до склок.

Рядом с одним из столов было относительно свободно, и Андрей подтолкнул кузена к нему. Там в компании гвардейского офицера и среднего возраста одарённого со знаками адепта воды находилась милая весёлая женщина, оказавшаяся не кем иным, как самой Жели ол Гиспас, десятиранговой магиней земли.

Когда Альма ол Кантер шепнула, кто это, попаданец не сразу поверил. Во-первых, ей не дать пятьдесят, на вид меньше сорока, во-вторых, про эту затворницу говорили, что она очень нелюдима и вечно меланхолична, а тут вон весело смеётся.

Жели вдруг внимательно оглядела подошедших молодых людей, остановила свой взгляд на Андрее, чуть наморщила лоб и спросила:

– Я правильно понимаю, ты и есть тот самый адепт тени Анд? А где же наш общий друг ол Рамсвен? Я думала, он взялся вводить тебя в дела, и что-то его не вижу.

– Сам его ещё не видел. – Ол Рей широко улыбнулся. Ссориться с этой змеёй с первого же мига знакомства ему не хотелось. – Зато имею удовольствие представиться самой восхитительной из десятиранговых магинь королевства.

– Учитывая, что в Далиоре я такая единственная, комплимент немного странный. Но принимается. Жели, – протянула она руку.

– Анд, – пожал её ладонь землянин. – Это моя жена Джиса, мой кузен Инвер, а это…

– С Альмой мы знакомы, – прервала его ола Гиспас и посмотрела на девятиранговую адептку хаоса. – Рада видеть тебя, моя дорогая.

Глава 3

Жели ол Гиспас оказалась приятной собеседницей и весьма любопытной особой. Она легко поддерживала разговор и, хотя большую часть беседы своё внимание в основном уделяла Джисе, чей наряд произвёл на десятиранговую адептку земли сильное впечатление, живо интересовалась и событиями из жизни своего нового молодого коллеги по клубу избранных, вытянув из него достаточно большой объём информации.

Разумеется, Андрей выдавал только те сведения, какие считал нужными и возможными к оглашению, тем не менее обратил внимание на мастерство опытной магини. Она так построила их общение, что, выспросив ол Реев обо всём, что ей было нужно, умудрилась ничего не рассказать ни о себе, ни об их будущем сотрудничестве в рамках одной могущественной организации. Ну, со вторым Немченко всё было понятно – есть вещи, которые при посторонних лучше не обсуждать, а рядом, кроме спутников олы Гиспас, находились и Инвер со своей невестой.

Кузен прищуривался, словно мартовский кот, греясь в лучах славы от множества направленных на их компанию взоров. Внимание и к его персоне являлось не только отблеском от Анда или Жели Гиспас, а и результатом его собственной, уже им приобретённой известности. Слухи в столице, что в той деревне, разлетались быстро. Многие аристократы знали о получении Инвером ол Тураем владения Шерриг в собственность, а также про его скорый брак с девятиранговой адепткой хаоса. Последнее обстоятельство добавило ему авторитета даже больше, чем первое.

– А вот и твой Рамсвен. – Жели разглядела за спинами молодёжи приближающегося к ним могущественного адепта огня. Андрей, правда, не понял, почему Рамсвен его, но уточнять, понятное дело, не стал и лишь обернулся. – Уверена, хочет представить тебя королю.

– Эх, молодёжь, смотрю, вы уже проголодались, – пошутил Гент.

На этот раз он пришёл во дворец со своей подругой Жюли. Надо ли упоминать, что тридцатилетняя магиня смотрела на одну только Джису, точнее, на её платье и веер, которым ола Рей обмахивалась?

– Они утоляют жажду, – ответила ему Гиспас. – На еду здесь лишь я обращаю внимание. Или ты и меня относишь к молодёжи? Не считала тебя способным на комплименты.

– Почему же? – скривился в улыбке Рамсвен. – Всегда рад отметить твои достоинства. Выглядишь не хуже, чем в пору нашего первого знакомства.

Показалось Андрею или действительно между этими высокородными аристократами пробежала чёрная кошка?

– До сих пор помнишь про то маленькое недоразумение между нами?

– Разве такое забудешь, прекрасная Жели?

Несмотря на уловимую язвительность в тоне обоих, поклонились и пожали друг другу руки они вполне учтиво.

Ола Гиспас просчитала ситуацию верно, Гент в самом деле разыскивал благородного Анда и его красавицу жену для того, чтобы представить их обоих королю. Оставив кузена с его невестой у столов, супруги Реи направились с Кертом и Жюли к той самой, самой большой беседке. Когда они туда подошли, публика в ней несколько сменилась – имперский посланник и старший принц с женой куда-то ушли, видимо, им надоело отсиживать аристократические задницы, они отправились прогуливаться по парку и беседовать со знакомыми, зато рядом с королём, по другую сторону от королевы и королевы-матери с младшим принцем, весьма вольготно расположился тридцатилетний адепт жизни Керт ол Туволар, ещё один член закрытого клуба.

Подруга Таня с самого начала прибытия попаданца на территорию дворца сигнализировала о насыщении парка десятиуровневыми амулетами блокирования боевой магии – других и не бывает. Кстати, к ней относятся не только атакующие заклинания, но и его возможность ухода в сумрак, так что пожелай Андрей сейчас встретиться со своей стихией или воспользоваться иными способностями, кроме лечебных или проклятий, у него ничего не получится.

Почему блокирующая магия любой из четырёх основных стихий не воспринимает насылание порчи атакой, землянин не понимал. Но, понятно, ничуть по этому поводу не печалился. Его возможности такое положение дел лишь усиливало.

Понятно, здесь у дворца не бомжи какие-то собрались, наверняка увешаны защитами на все случаи жизни, но каждый ли предусмотрит воздействие проклятия, большой вопрос, заклинание, почти никому не известное. Немченко от других олов о нём ни разу не слышал. И в книгах не читал. В общем, пусть лучше поостерегутся портить отношения с могущественным адептом тени.

А вообще, безопасность мероприятия обеспечили на должном уровне, раз на эти три дня озаботились блокировать боевую энергию одарённых не только в самом дворце, а и на прилегающей к нему территории.

Разумеется, без клуба, в который пригласили ола Рея, сделать это было невозможно. Только члены этой всесильной, хоть и не афишируемой организации умели создавать необходимые для надёжной защиты королевской резиденции артефакты.

– Подождём здесь. – Старый маг придержал своего молодого коллегу за локоть. – Нас видят и с приглашением не затянут.

Самим подходить к венценосным особам без их приглашения не могли даже самые могущественные аристократы. Этикет предписывал дождаться, пока позовут. С этим действительно задержки не случилось.

Пожилой лакей, одетый не менее богато, чем многие сановники, только без обилия драгоценных камней на себе, провёл олов Рамсвена и Анда с их спутницами к компании монарха.

Ратвес Четвёртый держался несколько настороженно, хотя внешне излучал добродушие, жестом предложил новым гостям садиться напротив него, а со старым магом поздоровался, как с хорошим приятелем.

– Уже наслышан о тебе, благородный Анд, – перевёл он взгляд на представленного ему Рамсвеном ола Рея. – А уж про тебя, Джиса, весь двор два дня только и говорит. И я вижу, придворные правы, в самом деле, необычайно красивое одеяние. Как и его хозяйка.

В обеих своих жизнях Андрею ещё не приходилось вживую видеть королей, тем более с ними беседовать. Почему-то никакого пиетета от самого факта столь значимого события Немченко не испытал. Ратвес, на его взгляд, был ничем не выдающимся мужчиной, излишне грузным, с мясистым грубым лицом, редкими светлыми волосами, и слегка подвыпившим.

Его супруга, королева Луция, кроме венца на тёмных волосах с десятком крупных драгоценных камней, явно служивших мощными амулетами, была совсем ничем не примечательна. Вся какая-то вялая, скучающая и равнодушная. Даже комплимент мужа в адрес другой женщины не заставил появиться на её лице никаких эмоций.

Зато её младший сын Сивид показался полной противоположностью матери. Пока Анд с Джисой отвечали на обычные вежливые вопросы, как им понравились столица, дворец, организация праздника – разумеется, попаданец полной искренности в ответах не показывал, как и его супруга – принц принялся вновь, как и пару дней назад на приёме, буквально поедать олу Рей глазами.

Выглядело это настолько неприлично, что Немченко захотелось обычным простонародным способом въехать Сивиду по морде. Похоже, королева-мать что-то смогла прочитать по лицу молодого десятирангового адепта тени, незаметно дёрнула внука за лацкан кафтана, что-то коротко шепнула ему на ухо, и тот с явным трудом отвёл от красавицы Джисы взгляд. Она ему помогла в совершении такого героического поступка, скрыв часть лица веером.

По чуть порозовевшим щёчкам супруги Андрей понял, что ситуация с младшим принцем её забавляет и веселит. «Вот же кокетка!» – осудил любимую землянин. Хотя какой женщине не захочется пленять окружающих?

– Рады будем видеть вас обоих как можно чаще на наших приёмах, – произнесла королева Луция, адресуя это Реям. – Приходите без отдельных приглашений, когда сочтёте нужным.

«Большая честь», – удивился Андрей, впрочем, её стоило ожидать. Благородный Анд теперь один из столпов королевства. На всякий случай посмотрел реакцию Ратвеса Четвёртого на слова Луции, может, она превысила ими свои полномочия. Король благосклонно кивнул, подтверждая приглашение.

Вокруг беседки дожидались своей очереди на короткую приватную беседу с монархом другие аристократы, поэтому Немченко догадался, что его приём на сегодня закончен.

Попрощавшись, отправились гулять прежним порядком – мужчины отдельно, впереди, женщины позади. Только состав пар изменился, вместо кузена и его невесты компанию Реям составлял самый могущественный маг королевства со своей подругой, что, конечно же, сказалось на поведении встречавшихся олов – улыбки их стали ещё приторнее, а поклоны головой длительнее по времени.

Издали Андрей увидел тестя с тёщей возле одной из скамеек, но те были заняты каким-то весёлым разговором с друзьями, и направляться к ним землянин не стал. Дядька Фанис куда-то исчез, может, тоже встретил приятелей.

Традиционные балы – что при дворе, что при резиденциях прево провинций – редкая возможность для владетелей решить множество вопросов, от урегулирования всевозможных взаимных претензий до устройства браков своих детей.

– Что-то не верится, что в такой обстановке кто-то решится совершить на кого-нибудь нападение. Тут всё, смотрю, под контролем, – высказался землянин. – Среди гвардейцев мастера мечей, хотя бы те двое, вон впереди стоят, точно они. Вмиг любого проникшего без соизволения зарубят. Магия блокирована. Я даже не про покушение на младшего принца и его бабушку королеву-мать говорю, а вообще. Да и не решится король, давший гарантии безопасности своей матери и сыну, что-то у всех на виду устроить. – Последняя мысль принадлежала Октонеру ол Пирену, Андрей только её озвучил. – Так что, думаю, моя помощь сегодня и в последующие два дня венценосным особам не потребуется.

На самом деле Немченко примерно представлял, как бы он смог устроить здесь теракт, и практически был уверен в исполнимости своего плана. Правда, для его осуществления требовалось являться представителем иного мира, технологического, и знать иные подходы к диверсиям, чем практикующиеся здесь. Первое, что приходило Немченко в голову, взятый из памяти Пороховой заговор по взрыву английского парламента, пусть и не удавшийся, но там люди знали, чего можно опасаться – взрыва. А здесь о порохе и других немагических взрывчатых веществах понятия не имеют.

Считают, что раз незаметно снять блокираторы и затем атаковать заклинаниями не получится, то опасность королю и его гостям может грозить только от холодного оружия, вот и напичкали дворец с прилегающей территорией постами гвардейцев. Установи пару-тройку бочонков с порохом прямо под трибуной, где будет восседать потенциальная жертва, и можно легко её отправить в чертоги Великого. Как поджечь заряд? Тут проблем нет, артефакты блокируют только боевые заклинания, зажигалка к таковым не относится, а активировать этот амулет можно и с безопасного расстояния.

Есть другая проблема, реши попаданец устроить диверсию против кого-то из венценосных особ. На каждом из них наверняка имеются восстановительные артефакты. Но тут тоже, он посчитал, не очень всё сложно. Одновременно с жертвой подорвать места установки блокираторов, после чего можно воспользоваться хоть сумрачным путём или, к примеру, амулетами полёта, световой дороги, огненного тоннеля, и добить клиента, едва магия его соберёт по кускам.

«Только опять же, – напомнил себе попаданец, – это всё требует нестандартных подходов и кое-каких представлений, как приготовить взрывчатку и запал». Даже он сам не вспомнит состав того же тротила, впрочем, чёрный дымный порох с помощью своей любимой алхимички Джисы после ряда экспериментов можно получить хорошего качества. А если использовать некоторые местные наработки в магии, то можно будет добиться весьма внушительной детонации.

– Разве я говорил тебе, что против Ярмиги и Сивида что-то замышляет сам Ратвес? – вывел попаданца из раздумий его спутник, всегда весьма непочтительно называвший коронованных особ просто по именам. – Нет, покушение может быть провокацией со стороны, чтобы вызвать смуту и междоусобицу. К сожалению, подробности мне и клубу неизвестны. Нас лишь предупредил один союзник и старый друг из Миллета. Якобы у империи имеются какие-то планы.

– Империя? – Немченко не поверил. – Где она и где мы. Зачем это Фагосу?

Они по дорожке дошли до самой ограды дворцового комплекса и развернулись назад, едва не устроив аварию в виде столкновения с увлёкшимися беседой своими вторыми половинами. Те от нарядов перешли к обсуждению столичных новинок, тех самых иллюзионов, появившихся в продаже и вызвавших огромный ажиотаж.

– Скажи, это ведь ты распространяешь кристаллы с удивительными картинками? – Когда они двинулись в обратном направлении, ол Рамсвен пристально посмотрел на собеседника. – Жюли посмотрела один синема и теперь буквально требует от меня ещё и ещё.

– Вижу, от тебя и клуба ничего не скроешь, – ухмыльнулся землянин. – Всё тайное когда-нибудь становится явным. Да, это я их распространяю. Скажу тебе более откровенно, ниоткуда иллюзионы мне не привозятся. Сам изготавливаю. А вот откуда моя стихия черпает эти истории, не скажу, сам не знаю. Ты ведь понимаешь, что если она что-то не хочет мне объяснять, то я вынужден с этим смириться.

– Понимаю, – задумчиво произнёс Гент. – С моим огнём тоже не поспоришь. Значит, говоришь, иллюзионы и синема все идут от тебя? Интересно, почему раньше Тень никому таких способностей не давала?

– Может, и давала, – изображая безразличие, махнул рукой попаданец. – Да только никто не додумался пустить эти истории в продажу. Но у меня всё же больший интерес вызывает, что в нашем королевстве забыла империя? – увёл разговор от скользкой темы Немченко.

Ол Рамсвен пожал плечами.

– Всё просто, – ответил он. – Фагос начинает войну со своими восточными соседями. И рассчитывает на союзническую помощь Миллета. Но тот опасается за положение на границах с нами. Вот и есть такая мысль снять эти опасения, погрузив Далиор в смуту.

– Действительно, несложная интрига, – хмыкнул Андрей. – Значит, будем внимательней. Не дадим свершиться провокации.

– Этого мало, – серьёзно произнёс Рамсвен, не поддержав беззаботный настрой своего молодого коллеги. – Мы очень рассчитываем на твою помощь тайной службе. Стихия тени открывает перед своими адептами много возможностей именно в данном виде деятельности.

Что-то возражать на спич старого мага Андрей не стал. Будет время, разберётся, что там и как. В конце концов, хватит только о себе и своих близких заботиться. Среда обитания тоже много значит для благополучия родных. Однажды у них с Джисой, хоть супруга и не торопится, считает, ей как минимум нужно завершить учёбу в университете, появятся дети, Немченко рассчитывал, не один и не два, лучше три и более.

Так что ему необходимо побеспокоиться не только о личном дворце, про который уже несколько раз вспоминала супруга, не об одном лишь развитии и усилении Рея, но и о порядке, спокойствии и благополучии страны, в которой живёт он и где станут расти его отпрыски. Вот такой вот патриотический взгляд у него на настоящее и будущее. Местные-то особой любовью к родине не отличаются, так ведь Андрей нездешний. Заброшен сюда непонятно кем, неизвестно для чего.

– Ты их знаешь? – спросила Джиса.

Молодые женщины догнали своих партнёров и пристроились каждая у своего, заняв теперь почти всю ширину дорожки.

Они уже по новой миновали королевскую беседку, где в это время с монархом находились два генерала в форме. Одного Немченко узнал, это был тот самый Лип ол Кайринг, недавний победитель Ниитора и Ремштара, но вопрос супруги касался вовсе не гостей Ратвеса. С дорожки, перекрещивающейся с их путём, широко улыбались Хекин ол Досм и Гоэль ол Мирт.

Земляки, прибывшие зачем-то из Нагабина и по непонятным причинам допущенные туда, куда были приглашены лишь владетели, сановники и именитые зарубежные гости, улыбались Анду ол Рею, будто бы лучшие друзья. А ведь после произошедшей дуэли, когда Немченко и Тимг ол Эсм славно разделали их обоих, те – землянину донесли – обещали своим противникам массу неприятностей. Впрочем, потом была война, на которой все четверо дуэлянтов вполне достойно себя проявили, но, главное, какой же дурак будет таить злобу и мечтать отомстить могущественному десятиранговому адепту тени, так легко и непринуждённо беседующему о делах с самим Гентом ол Рамсвеном? Ни Хекин, ни Гоэль к таковым явно не относились, отсюда и показное дружелюбие. А может, им уже от него что-нибудь нужно.

Тут Немченко заметил позади них в компании мужчин Кермию ол Ворм, свою приятельницу, прево родной провинции, и появлению бывших соперников нашлось объяснение – они входят в число её сопровождающих.

– Знаю. – Андрей остановился и улыбкой показал нагабинским олам, что зла не помнит, те сразу же приблизились. – Это мои бывшие сослуживцы по городской палате магов и офицеры первого нагабинского полка, – представил он. – Ол Рамсвен, Жюли, Джиса, познакомьтесь – господа Хекин и Гоэль, мои земляки.

Оба названных немного растерялись. Не ожидали, что благородный Анд не только забудет старые обиды, но и сочтёт нужным свести их в знакомстве с легендарным магом Далиора. Они было начали что-то говорить, однако их слова прервались зычными выкриками глашатаев, приглашавших всех благородных гостей праздника занять места на трибунах. Для казней всё оказалось готово.

– Нам надлежит быть в королевской ложе, Анд, – сообщил Рамсвен олу Рею, почти не обратив внимания на представленных ему нагабинских дворян.

А на лицах тех Немченко заметил промелькнувшую зависть. «Такова жизнь, приятели», – скрыл усмешку Немченко и приобнял Джису за талию.

– Что ж, в королевскую так в королевскую, – кивнул он. – С какой стороны туда лучше зайти?

Глава 4

Призывы глашатаев никакой суеты в парке не вызвали, даже показалось, что дорожки, беседки и скамьи наводнены глухими, всё же аристократы – это не солдаты, обязанные при получении команды быстро и без суеты занять свои места в строю или ещё где скажут. Тем не менее через какое-то время неспешный поток направился к дворцу.

В таких условиях проигнорировать присутствие Кермии ол Ворм, замечательной женщины, бывшей начальницы, столь много для него сделавшей, землянин посчитал свинством со своей стороны, снобизмом и неблагодарностью.

– Гент, – обратился он к спутнику. – Пройдём сначала в ту сторону, я тебе представлю прево нагабинской провинции.

– Кермию, что ли? – Рамсвен посмотрел туда, куда его пригласил молодой коллега. – Мы с ней давно знакомы, но, конечно же, давай поприветствуем.

У Андрея мелькнула мысль, что многое из того, о чём узнали про него члены избранного клуба, они получили из донесений благородной олы Ворм. Только разве это отменяет то большое количество услуг, которое глава палаты магов, ставшая затем прево, оказала юному Анду? Нет, не отменяет. В остальном же её попросили за ним присмотреть и сообщать о его подвигах, она исполнила. Разве у неё имелся какой-то другой вариант?

– Почему ты мне сразу не сказал о своём ранге? – мягко упрекнула его Кермия, когда они обнялись, как старые приятели. – Твоя стихия так действует, что заставляет находиться в тени даже при друзьях?

– Ты же знаешь, кто я на самом деле и почему был вынужден скрываться, – Андрей изобразил смущение. – Но теперь-то мы рады, что всё выяснилось? Не ожидал тебя здесь увидеть, в Нагабине ведь свои сезонные праздники проводятся. Как же они там без своего прево?

– Думаю, как-нибудь справятся. Джиса, ты просто великолепна. Видела тут Риверу, вы у одного портного платья заказывали? Выдашь мне его адресок? Кстати, не желаете узнать о Тимге с Одиссой?

К трибунам они отправились уже впятером, свита прево тащилась сзади. Надеждам бывших соперников по дуэли, написанным на лицах Хекина и Гоэля, что благородный Анд представит их олу Рамсвену, сбыться было не суждено. Враждебных чувств Немченко к ним давно не испытывал, но и друзьями считать не собирался, хоть и земляки. Наверняка теперь на него станут дуться как мышь на крупу, дескать, зазнался. Да и пусть, землянину в общем-то на обоих было наплевать.

А вот за Тимга с Оди, хорошо устроившихся в империи, искренне порадовался, хотя, зная хвастливость друга, всё им поведанное нужно делить как минимум на два.

Разговор свернул на наряды – женщины в их компании составили большинство, они и задали тон.

Скоро иллюзионы получат широкое распространение, и всем станет понятно, откуда олы Рей и Пирен взяли идеи для пошива себе платьев, но и уличить Джису, утверждавшую, что она сама выдумала фасон своего платья, во вранье не получится. Всё же ола Рей не просто скопировала одно из увиденных в синема облачений, а творчески переработала из нескольких моделей, учтя и здешние вкусовые пристрастия. Владетельница Рея могла бы смело причислить себя к кутюрье-новаторам.

За приятной беседой, в ходе которой олы Анд и Гент ни разу не раскрыли ртов, они дошли до плаца, где им пришлось расстаться с Кермией, вернувшейся к своей свите.

Как чёртик из табакерки, вдруг появился дядя Фанис ол Турай и, накоротке обменявшись парой фраз с племянником, поспешил к прево нагабинской провинции. Он хотел прикупить себе пару складов в порту и не нашёл времени и места поговорить об этом лучше, чем бал во дворце правителя Далиора.

– Нам следует дождаться короля или можно уже идти занимать свои места? – поинтересовался землянин.

Ол Ратвес предупреждающе выставил ладонь в направлении попытавшегося подойти к ним какого-то чиновника и ответил:

– Каких-то требований в этом отношении этикет не предписывает. Предлагаю пойти сейчас. Видишь, многие уже садятся, да и у палачей всё готово. Начнётся всё весьма скоро.

Королевская ложа – слишком громко сказано. На самом деле это всего лишь центральный сектор в центре трибун. Сектора были разделены между собой ступенями для подъёма на верхние ряды и перилами вдоль них.

Судя по состоянию досок, из которых сколотили это сооружение, оно было разборным, как и помост для казней. По завершении зрелища трибуны разделят на составные части и куда-нибудь унесут до следующего раза.

Удивляться тому, что отсутствовал навес, Андрей не стал. Погода была чудесная. Да, метеорологов в Гертале не существовало, и предугадать дождь не могли, зато бытовые воздушные амулеты вроде того, что когда-то капитану ол Рею подарила его заместительница Пания ол Верон, способные создать защитный купол, во дворце имелись в избытке, и они артефактами не блокировались.

Солнце? От него защищала сама стена дворцового здания, вдоль которого были установлены трибуны. Как раз светило перевалило за полдень, и зрительские места накрыло тенью.

Чем больше попаданец размышлял о возможной провокации в отношении королевы-матери и её младшего внука, тем увереннее приходил к выводу, что полученные клубом сведения не совсем точны. Если покушение и готовится, то точно не здесь, не во дворце. Тут для этого просто нет условий.

Тем не менее, поднимаясь по ступеням, он присмотрелся сквозь щели между досками, не разместили ли под трибунами взрывчатку? Вдруг не только землянин такой умный, кто знает хороший способ устроить смертельные неприятности в условиях полного подавления боевой магии и бдительного присмотра со стороны гвардейцев, расставленных и в парке, и в промежутках между зрительскими секторами?

Нет, ничего он там, кроме брусчатки, не заметил, ни бочек каких-нибудь, ни ящиков, в которые могли бы положить порох или взрывчатку. Зато краем глаза заметил кое-что другое, вернее, кое-кого. Мальчишку-раба в большой не по росту ливрее с длинными рукавами, что у того Пьеро, который передал оле Рей свёрнутую в трубочку записку.

– Джи, я всё вижу, – шепнул Андрей жене. – Что там за послание тебе всучили?

Они уже поднялись к третьему, последнему ярусу зрительских мест и следом за Гентом и Жюли направились к сидевшему с края вместе со своей спутницей олу Керту Туволару, десятиранговому адепту жизни. Вот бы у кого лет черед дцать пройти омоложение, подумалось попаданцу. Почему бы и нет, если удастся наладить и сохранить хорошие отношения? Ну а не получится, так сойдёт и шурин.

– Откуда я знаю? – загадочно улыбнулась Джиса. – Сейчас сядем, почитаем. Впрочем, я догадываюсь от кого.

– Ты знаешь, я тоже. Я бы этому дядечке с большими ушами кое-что бы поотрывал, – нахмурился Андрей, высматривая в подходящей к трибунам компании венценосных особ младшего принца Сивида.

Мультфильм о Простоквашино был у олы Рей среди любимых, поэтому слегка переделанную цитату она сразу узнала, но рвущийся наружу смех сдержала, опять больно ткнув мужа кулачком в бок.

– Сейчас вместе почитаем, – пообещала ему.

– Пожалуй, не сейчас, – остановился Немченко из-за пронзившей его голову мысли. – Чуть позже. Мне нужно отойти. Гент, – окликнул он ола Рамсвена. – А что, во дворце окна недавно ремонтировали?

– Во дворце постоянно что-то ремонтируют, – обернулся он, пропуская вперёд себя Жюли. – Почему это тебя заинтересовало?

– Да так просто, – пожал плечами попаданец. – Я скоро вернусь, – посмотрел он в сторону трёх клеток, где поодиночке дожидались своей печальной участи приговорённые к казни.

Все поняли, что ол Рей показал глазами вовсе не на эти клетки. Дальше находился ряд из пяти шатров, в которых имелись вазы, куда можно было справить нужду, и дежурили рабы, которые их опорожняли и мыли.

На самом же деле ему не были нужны ни преступники, ни вазы. Он захотел проверить появившееся у него подозрение.

Землянин помнил, что гордыня – мать всех грехов, тем не менее не любил выглядеть смешным, глупым и нелепо. Если он ошибся, что ж, никто об этом не узнает, если же окажется прав, то справится и один, ну или позовёт подмогу.

– Сильно там не задерживайся, – попросила Джиса. – Скоро уже начнётся.

– Постараюсь, – пообещал он, хотя предстоящее развлечение портило ему настроение заранее.

От центрального, королевского сектора трибун до помоста расстояние составляло менее полусотни шагов. К тому же ветерок как раз надувал в лица зрителей. Так что запах жареной или, правильнее сказать, запекаемой человечины обещал быть густо насыщенным. Местным-то уроженцам ничего, всё нормально, а вот попаданец никогда к таким ароматам не привыкнет.

У главного здания дворца три этажа, но высота потолков в нём такова, что окна последнего находились примерно на уровне пятого земного панельного дома. Брось оттуда гранитный камень, использующийся в кладке дворцовых стен или проёмов, голову проломит надёжно. А восстановившуюся жертву меткий стрелок легко вновь убьёт уже окончательно болтом из арбалета. Как вариант. Андрей о нём подумал, когда представил, что ещё можно сделать в плане покушения без магии или технологий.

В мыслях, пока сбегал по ступеням, крутился анекдот про Штирлица, упавший тому на голову кирпич и группенфюрера СС Мюллера, подумавшего «А вот тебе и два!» во время метания второго кирпича в ответ на удивление «вот те раз», мелькнувшее у штандартенфюрера.

Похвалил себя, что не стал покупать красивый бутафорский меч, вместо этого заказал вычурные ножны, и сейчас при нём не дуэльная тыкалка, а старый, верный, добрый клинок, прошедший с ним и Крым, и Рим.

– Вит? – Какая-то девушка, шедшая с почтенной олой, дородной, красивой, породистой, удивлённо уставилась на попаданца, когда тот сквозь встречный поток аристократов шёл в сторону, противоположную расположению клеток и шатров. – Это ведь ты?!

Память предшественника его тела далеко не сразу подсказала имя девицы. Пожалуй, будь здесь сейчас сам Вит, он бы тоже не сразу признал в этой прелестной пухляшке капризную девчонку из соседнего с Шерриговским особняка, с которой мальчишкой когда-то прятался от взрослых во флигеле.

– Не совсем, Орби, – наконец вспомнил он её имя. – Моё почтение, ола Галия. Меня теперь зовут Анд ол Рей…

– Как? Тот самый?! – взмахнула почтенная тётка руками, словно курица крыльями.

– Не знаю, тот или не тот, но теперь именно он. Вы меня извините, мне нужно торопиться. Заходите в гости. По-соседски. Я и не знал, что вы приехали.

– Вчера ещё, – доложила девушка. – Отец с братьями остались в замке, а нас вот отправили на бал и за покупками. А ты давно здесь?

– Орби, – одёрнула дочь Галия. – Раз он Анд, значит, женат…

– И что? – покраснела молодая девушка.

– И торопится. Заходи сам к нам в гости. Вместе со своей очаровательной супругой. Я вас видела издали. У неё такое восхитительное платье, как и у её матери. Ты не знаешь, у какого портного они их шили?

– Увы, нет. Простите, я правда спешу. Увидимся.

Немченко махнул рукой и двинулся дальше. Венценосные особы ещё только шли через гвардейский плац, поэтому время в запасе было, но растрачивать его впустую он не хотел. Не оглядываясь ускорил шаг и вскоре оказался перед одним из задних подъездов, которые использовались лишь обслугой и охраной дворца. Королевская семья, сановники, аристократы и посетители пользовались только парадными с лицевой стороны здания, даже если надо было идти в обход. «И ладно, – подумал землянин, – кто мне осмелится сейчас возразить, получит по физиономии».

Никто вошедшему в подъезд благородному олу препятствовать не стал. Гвардеец, находившийся у дверей, лишь удивлённо взглянул, и всё. «Хорошая тут охрана, – мелькнул сарказм у Андрея, – заходите, люди добрые, творите что хотите, лишь одеться в одежды мага перед этим не забудьте».

– Ой, – пискнула молоденька рабыня, куда-то направлявшаяся с ведром воды в руках и не ожидавшая на лестничной площадке второго этажа чёрного хода встретить аристократа.

– Не ой, а ай, – подмигнул ей Немченко ободряюще, уж больно испуганной та выглядела. – Не обращай внимания, занимайся своими делами.

Из высокой распахнутой двери доносились шумы от бегающих людей, звон посуды, стуки сдвигаемой мебели. Как обычно, приготовления к пиру и балу шли до последней секунды их начала – что-то переделывали, что-то забыли, что-то вдруг решили изменить. И запахи еды обещали достойное угощение.

Только туда, к столам, Андрею было не нужно. Если его предположения верны, то злоумышленники должны находиться на третьем этаже. Брошенный оттуда груз ударит сильнее. Аш – высота, на эм – массу гранитного блока и на же – ускорение свободного падения. Вроде это Немченко помнил. Лидия Васильевна, учительница по физике, у него была строгая, и свою твёрдую четвёрку по её предмету он получил заслуженно.

Смешно? Наверное. Только других разумных вариантов покушения ему в голову не приходило, так что всё правильно с организацией проверки. Главное, уж больно удачно расположены окна, у которых ремонтируются проёмы. Кабы не это, вряд ли землянина посетили бы подозрения.

В отличие от предыдущего, на третьем этаже царила тишина. Это и понятно. Правое крыло – королевские апартаменты, левое – канцелярия и службы, центр – комнаты сановников. Сегодня в честь праздника выходной, чиновники не работают, а жильцы сейчас вне дворца, готовятся любоваться подготовленным для них зрелищем. Скучающие на посту караульные и редкие слуги не в счёт.

На дважды побывавшего в Эрмитаже Андрея дворец далиорских королей изначально не произвёл сильного впечатления при всей своей масштабности. Но вот что ему однозначно понравилось, так это мозаичные полы. Сложно даже представить, сколько труда в них было вложено.

Не обращая внимания на удивление встречающихся слуг, – мол, что в это время здесь понадобилось благородному господину? – попаданец шёл, отсчитывая шаги, чтобы оказаться перед нужной дверью. Кидать камень сбоку злоумышленник не будет, значит, нужна та комната или комнаты, чьи три окна находятся прямо над королевской ложей.

По его расчётам выходило, что помещение всё же одно, раз дверь на этом участке коридора единственная. Никто не живёт там, где идёт ремонт, значит, сейчас внутри либо никого, либо убийцы. Возможность присутствия там сегодня мастеров была нулевой.

Подошёл, стараясь ступать как можно тише. Остановился и прислушался. Никаких звуков из-за двери не доносилось. Двигавшемуся мимо пожилому лакею раздражённо махнул рукой – иди дальше, не глазей. Постоял ещё немного и, несмотря на ощутимое действие блокираторов, всё же решил попробовать уйти в слой сумрака. Это оказалось примерно как всплывать с гирей на ногах: вроде виднеется поверхность, но сколько ни тужься, ничего не получается.

Тут на границе яви и тени он увидел появившегося из тёмных глубин ужасного монстра, похожего на спрута и акулу, слившихся в сюрреалистический образ. Это чудовище обхватило адепта тени за туловище и принялось тянуть к себе.

Длилась это секунду-две, а затем монстр вдруг размылся, приняв на миг образ Джисы, и исчез, бросив напоследок на Анда извиняющийся и сильно смущённый взгляд.

Получается – догадался землянин, – сейчас впервые увидел истинный облик своей подруги. Наверняка теперь расстроится из-за такой ерунды. Придётся Тане ещё раз показать «Красавицу и Чудовище», одновременно объяснив, что внутреннее содержание важнее внешнего. Лишь бы поверила, а то опять хандрить начнёт.

Стало понятно, что рассчитывать попаданец может только на себя. Что ж, он готов к этому.

Извлёк меч и левой рукой осторожно потянул за дверную ручку. Закрыто? Странно, обычно пустые дворцовые комнаты не запираются. Что там брать? Камни или известь? Это усложнило задачу. Что ж, с улицы он видел, что под рядом окон идёт один длинный общий декоративный карниз.

Дверь в следующую комнату оказалась не заперта. Там тоже недавно закончили переделку проёмов, и валялся строительный мусор. В прошлой жизни Немченко акробатом не был и ни за что не полез бы ходить по узкому приступку на высоте пятого этажа, однако занятия с наставником Порспером сделали из него настоящего эквилибриста. Немченко, не выпуская из руки меч, вылез из пустующего окна и ступил на каменную основу шириной около сорока сантиметров. Ему хватит.

Внизу к помосту подвозили первую из трёх клеток, и благородные зрители загудели, обсуждая предстоящее зрелище. Попаданцу же сейчас было не до этого, он лишь мельком заметил, как Джиса крутит головой, видимо, в поисках пропавшего не пойми куда супруга. Немченко осторожно дошёл до первого из нужных ему окон и быстро залез внутрь комнаты.

Вот они, красавцы – двое мужчин, одетых мастеровыми, обедали прямо на полу, беря руками куски еды, разложенные на отрезе ткани. Ни дать ни взять работяги на перекусе. Вот только что при них делают два не взведённых арбалета, лежащие рядом? Кто-то тут случайно забыл?

«Одного надо взять живым», – напомнил себе Немченко.

– Ты кто? – изумился первый, увидевший гостя. – Ол?

Кого убить из лжемастеровых, а кого оставить, они решили сами, точнее, тот, кто потянулся к арбалету. Подскочив, Андрей снёс ему голову, словно кочан капусты, и тут же приставил остриё клинка к шее другого, как раз того, кто и задавал вопрос.

– Спрашивать буду я, – пояснил землянин. – Теперь не дёргайся, медленно поворачивайся и ложись лицом вниз.

Глава 5

И что теперь делать? Андрей смотрел на связанного по рукам и ногам лжемастера и обдумывал свои дальнейшие шаги. Отрубленную голову, понятно, надо забрать. Он скинул остатки еды и недопитую бутыль вина с куска ткани, игравшего злоумышленникам роли стола и скатерти одновременно, накинул его на будущий источник информации и завернул в узелок, подобный тому, в которых соседка-бабуля носила ему угощения со своего огорода. Как тогда ни отказывался, а приходилось брать, чтобы не обидеть добрую старушку.

Мёртвые не умеют лгать, так что скоро убитый им мужчина выложит адепту смерти всё, что знает. Единственным недостатком допроса трупов является их безэмоциональность, они отвечают строго о том, о чём спрашивают, и попытками что-то скрыть, взглядом или тоном не подсказывают, какие вопросы следует задать ещё. Поэтому при возможности дознаватели старались работать с живыми пленниками. Немченко мог себя похвалить, он обеспечил тайную службу и таким, и другим источниками информации.

Мог бы он сам допросить свои жертвы – что живую, что мёртвую? С помощью дядюшки Фаниса вполне. Только его семье и роду это ни к чему. Наверняка речь пойдёт о таких материях, к которым он лишь начинает приобщаться, и чьи-то имена, какие-нибудь факты или события, о которых поведают злоумышленники, ему мало что скажут.

– Господин, за что? – подал голос лежавший лицом вниз пленник.

Землянин уже предусмотрительно проверил первым делом, что олами оба несостоявшиеся убийцы не являются.

– Не понял, – хохотнул он от неожиданности, услышав глупый до наглости вопрос.

– Мы ведь здесь просто ремонт делаем. Делали.

– Угу. Примус починяли. – Слово примус попаданец произнёс по-русски, вспомнив Булгаковского кота из очень сильно полюбившегося обеим его подругам – Джисе и Тане – сериала «Мастер и Маргарита». – За дурака, что ли, меня считаешь, скотина? Арбалеты вам тут для чего? Гвозди в стену забивать?

До строительных пистолетов или использования вместо них самострелов в этом мире ещё не додумались, иначе бы Немченко об этом знал, всё же целый замок себе возвёл. Ладно, не он построил, супруга, но при этом присутствовал.

– Мы правда…

– Заткнись, пока не сделал тебе очень больно. – Андрей несильно пнул мужчину по подошве и направился к двери. – Дыши только по моей команде, – добавил на ходу. – В смысле не дёргайся.

Дверь изнутри была закрыта на довольно хлипкий засов. Знал бы, выбил ногой, а не лазил по окнам, как молодой влюблённый к прекрасной девушке.

Открыл, выглянул в коридор и никого там не обнаружил. Все исчезли, даже гвардеец, стоявший у его начала.

Утробный вой запекаемого в бочке, доносившийся снаружи дворца, объяснял, куда народ подевался – пялятся в окна. Не одним лишь аристократам развлекаться. Слуги и солдаты тоже посчитали вправе не лишать себя интересного зрелища.

Чтобы казнимый не осквернял слух благородных зрителей ругательствами, ему предварительно укорачивали язык, так что крики бедолаги больше напоминали рёв истязаемого животного, чем человека.

– Часовой! – громко позвал Немченко.

Реакция поначалу оказалась нулевой. Пришлось повторить, сильнее напрягая связки. Сработало. Вояка выглянул из крайней комнаты. Увидев, что вызывает его благородный ол, мигом сменил недовольную мину на уважительное выражение и поспешил на зов, перейдя на трусцу.

– Что-то случилось?

– Да. – Андрей жестом пригласил караульного заглянуть в комнату, а когда у того при виде обезглавленного тела и связанного пленника выкатились глаза, распорядился: – Бегом вызывай сюда начальника караула.

– Я, я не могу оставить пост, господин. – Гвардеец растерянно смотрел на труп. – За что вы их? Он, они тут второй день работают.

– Арбалеты и два приготовленных к метанию гранитных блока тебе ни о чём не говорят, приятель? Пост свой ты уже оставлял ради зрелища, теперь сделай это для дела. И, пожалуйста, не заставляй меня уговаривать.

До караульного дошло, что молодой ол видел его проступок и возражать будет себе дороже. Он стукнул себя кулаком в грудь и побежал выполнять поручение.

Конечно же, Андрея покоробило такое отношение дворцовой охраны к службе. Землянин ожидал от королевских гвардейцев более ответственного подхода, но решил, что его это не касается. Новая должность ола Рея не предполагала контроль ещё и за караульными. Как говорил в прошлом первый начальник Немченко, не по зарплате вопрос.

– Кого хоть убить-то должны были? – спросил из пустого интереса, вернувшись к своему пленнику.

– Не знаю. Никого. Отпустили бы вы меня, господин.

– Отпущу. Прямо в руки дознавателей. – Попаданец подошёл к окну и положил узелок с отрубленной головой на подоконник. – Ну, не хочешь – не говори.

Зажариваемый в бочке преступник уже перестал биться о её стенки. С высоты Андрей видел лишь его неподвижную макушку. Зрители ожидаемо не заметили подвига благородного Анда, показавшего чудеса акробатики при переходе по парапету из одной комнаты в другую, и веселились, не подозревая, что жизнь кого-то из венценосных олов могла к этому времени уже оборваться.

Задумку злоумышленников или их заказчика попаданец оценил высоко. В таком шуме и зрительском гуле не сразу бы обратили внимание на прилетевшие гранитные блоки и следом арбалетные болты. Потом какое-то время ушло бы на осознание случившегося. Пока бы сообразили, что делать, пока отдали соответствующие распоряжения, убийцы могли спокойно покинуть дворец через один из многочисленных подъездов. Кто бы обратил внимание на обычных работяг?

Когда к бочке подошли помощники палача, чтобы извлечь запечённый труп, землянин вынырнул из своих мыслей, поморщился, прихватил вновь злополучный узелок и вернулся в коридор, по которому уже раздавался топот и лязг доспехов бегущих вояк.

Встретил их на пороге комнаты и приказал десятнику, пожилому грузному мужику с усами, свисающими чуть ли не до подбородка, словно у древнерусского дружинника, стеречь пленника очень внимательно и передать только в руки представителей тайной службы.

Унтер-офицер, прибывший на вызов ола с тремя бойцами, окинув помещение взглядом, сразу же приметил и самострелы, и гранит, быстро всё понял, заметно побледнел – наверняка ему крепко достанется, что его смена прошляпила появление злоумышленников – и пообещал:

– Будет сделано, ол…

– Рей. Анд ол Рей, – представился землянин.

– Как? Тот самый?! Ох, извините, господин. Вы так молоды. Простите.

– Да ничего. Тот или не тот – не знаю, что ты имеешь в виду, – но других Андов ол Реев, кроме себя, не знаю. Позаимствую у тебя одного гвардейца? – Немченко считал не очень предусмотрительным складывать все яйца в одну корзину. Раз живого пленника он оставляет гвардейцам, значит, голову мертвяка надо отсюда унести. Только с узелком ведь не пойдёшь в королевскую ложу, да и вообще на трибуны, он же не старушка и не Красная Шапочка с пирожками для бабушки, а аристократ, один из самых теперь уважаемых и узнаваемых в столице Далиора. – Беги к отстойнику карет, – повёл Андрей за собой к концу коридора предоставленного в его распоряжение молодого воина. – Спросишь там мою дружинницу Раду. Скажи, что я жду её около подъезда. И сделайте оба всё бегом.

Гвардеец кивнул и устремился выполнять приказ ола.

Спустившись этажом ниже, землянин случайно увидел, как молодой лакей, пользуясь своей привлекательностью, прихватил и сразу же съел две тарталетки с подноса, который несла в пиршественный зал юная служанка.

Оба сильно перепугались при внезапном появлении ола, который явно заметил покушение на господское угощение. Но благородный Анд посчитал данный проступок слишком мелким по сравнению с попыткой убийства и пополнять свою коллекцию отрубленных голов не стал. Только погрозил пальцем и пошёл дальше вниз по лестнице.

Выйдя из подъезда, подождал Раду. Караульный косился на узелок, низ которого намок от вытекшей крови. Задать вопрос гвардеец не решился.

– Что это? – спросила запыхавшаяся дружинница, принимая завёрнутый в ткань неизвестный ей предмет.

– Боевой трофей. Пусть пока у тебя побудет. Возвращайся к пиренским парням, и берегите его.

Когда Немченко направился в королевскую ложу, палачи приступили к сдиранию кожи со второго преступника. Понятно, на благородного Анда никто внимания не обращал, к тому же он не был единственным, кто расхаживал перед трибунами и на них. И без него находились такие, кому потребовалось отлучиться.

– Ты почему так долго? – строго спросила Джиса, когда он сел с ней рядом.

– Спасал жизни, – скромно пояснил ей супруг. – Но ещё точно не знаю чьи. Это чуть позже выяснится.

– Шутишь? – Ола Рей чуть подалась вперёд, чтобы разглядеть выражение его лица. – Нет, ты серьёзен.

Она хорошо изучила своего мужа, чтобы не ошибаться в том, насколько тот правдив.

Их негромкий разговор, несмотря на сильный шум, царивший вокруг, услышал и разобрал Гент ол Рамсвен, сидевший рядом с попаданцем.

– Анд? – повернулся он к молодому коллеге.

– Ты был прав насчёт готовившейся провокации. – Немченко постарался придать себе равнодушный вид, будто разрушение планировавшихся заговоров для него обычное дело. – Удалось предотвратить. Правда, поработал я не как десятиранговый маг тени, а бывший капитан разведки. Войсковой опыт в данном случае оказался более полезен.

– О чём ты говоришь? – нахмурился ол Рамсвен.

– Эй, что случилось? – Джиса потеребила мужа за рукав кафтана.

Андрей, слегка подавшись назад, чтобы сидевшая прямо перед ним невеста старшего принца совсем ничего не могла услышать, вкратце рассказал о своих возникших подозрениях и о действиях, ими вызванных. Когда дошла речь про его путешествие по карнизу, слушатели, оба, одновременно развернулись и задрали головы. Поверили, похоже, с трудом. Снизу приступок казался совсем узким.

Когда ол Рей завершил свой короткий рассказ, ожидал, что его опытный коллега сразу же покинет зрелище, чтобы отдать необходимые распоряжения, но тот лишь уточнил, насколько надёжно охраняется пленник, и как ни в чём не бывало предложил дождаться окончания зрелищного мероприятия.

В общем-то, землянин с такой постановкой вопроса был согласен. Теперь спешить уже некуда, дело выполнено на отлично – такую оценку он сам себе поставил, – и его первым шагом на должности советника начальника тайной службы можно гордиться без всякой ложной скромности. Не с пустыми руками туда приходит.

Пока с дыбы снимали уже мёртвое тело второго казнённого и пристраивали к колесу последнего на сегодняшний день преступника, которому собирались ломать кости, чтобы не смотреть туда, попаданец решил разобраться с любителем эпистолярного жанра, то есть выяснить, кто он и чего хотел.

– Ты всё-таки не дождалась, – упрекнул Андрей жену, заметив, что листок сложен по-другому. – Ох уж это мне вечное женское любопытство.

– Меньше надо на сторону ходить. – Джиса протянула ему письмо. – Там ничего такого нет. Принц просто приглашает в перерыве между пиром и танцами прогуляться с ним по парку.

– Это ты называешь ничего такого? А если я с принцессой пойду на прогулку?

– У нас нет принцессы, Анд. В нашем королевстве. Да и не пойду я с ним. Передам, что отказываюсь. Сивид ведь уедет послезавтра, так что долго он мне докучать не сможет. Не ссориться же с королевским отпрыском из-за такой ерунды, как приглашение на прогулку.

Посмотрев на сидевшего ниже и левее Сивида, меньше бросавшего взгляд на помост, чем в сторону олы Рей, Андрей с женой не согласился. Если влюбившийся балбес продолжит приставать, то огребёт неприятностей по полной, принц он там или не принц. Своих женщин надо защищать и оберегать, пусть даже любимая сама за себя может постоять – в камень превратить или в землю глубоко зарыть.

Еле дождался завершения первой части празднования. Когда глашатаи принялись приглашать всех пройти в торжественный зал и зрители начали покидать трибуны, Рамсвен с Реем, оставив Джису и Жюли в компании друг друга, направились к группе аристократов. Направлял, естественно, Гент.

Землянину сейчас довелось познакомиться с главой тайной службы в неформальной обстановке и ранее, чем планировалось.

– Ринус, это Анд ол Рей. Анд, это Ринус ол Виттель, – представил Рамсвен. – Есть разговор.

Начальник местной спецслужбы оказался представительным мужчиной за пятьдесят, с коротким ёжиком седых волос и гладко выбритым лицом. Разодет он был очень богато и украшений на себе имел больше, чем находившаяся с ним рядом супруга – полноватая брюнетка, у которой, когда она улыбалась, появлялись ямочки на щеках. Ринус представил её Джисой.

– Наших жён, как видишь, зовут одинаково, дорогой Анд, – добавил он. – Друзья, я ненадолго, – сообщил своим спутникам, компании из четырёх ол и олов. – Что за срочность, Гент? – спросил с улыбкой, когда втроём отошли к краю плаца.

– Об этом тебе сейчас твой советник расскажет, – не принял шутливого тона Рамсвен.

Пришлось повторять свою историю с убийством и захватом злоумышленников. Пока рассказывал, Ринус вызвал по эфирному амулету своих сотрудников.

– За головой мне нужно будет пройти лично, – сообщил Немченко. – Моя дружинница никому, кроме меня, не отдаст. Присмотришь за нашими красавицами? – спросил у Гента.

Тот посмотрел на отошедшего к своей супруге главу тайной службы и пообещал:

– Не только присмотрю, но и поговорю с Сивидом. Юноша потерялся, кажется. Забылся, на кого можно посматривать, а кто не про него. Напомню, что он не король, да и был бы королём, это мало что изменило бы. На престоле Далиора уже четвёртая династия. Может появиться и пятая, если кто-то начнёт забываться.

Здесь в столице Андрей узнал, что монархи никогда не были сильными магами. Пятый ранг максимум. И объяснение такому положению нашлось – тесть объяснил: получить на троне сильного одарённого не хочет ни один вменяемый ол, владетельный или нет, без разницы. Тем более не допустят этого и члены клуба самых могущественных магов. Так что Сивид, как и вся королевская семья, могли не сильно кичиться перед десятиранговым Андом ол Реем. У них короны, у него возможности их снять вместе с головами.

Кстати, и на службу государю шли в основном одарённые со слабыми магическими способностями. Тот же Ринус ол Виттель, по словам Рамсвена, всего лишь четвёртого ранга, хотя и полностью освоенного.

Высокоранговые маги предпочитали получить себе в управление владение и тратить свои силы на его развитие, а не на службу правителю, что, впрочем, не отменяло поддержку ими центральной власти и оказание ей всемерного содействия. По-другому никак. Иначе внешний враг сделает плохо всем или внутренняя усобица опустошит королевство.

– Господин? – К смотревшему вслед удаляющемуся олу Рамсвену подошли трое молодых мужчин-простолюдинов, одетых прилично, но без аристократической вычурности. – Нам приказали забрать у вас некий предмет, – обратился старший из них.

Маги постепенно скрывались за углом – никто не воспользовался подъездами для обслуги – и Андрей уже не чувствовал устремлённые на него в большом количестве любопытствующие взгляды. В Гертале он привык к положительным моментам, которые ему предоставляет высокий статус, а теперь начал ощущать и минусы такого положения. Быть постоянно под прицелом чужих глаз ему вряд ли понравится. Впору применять сумрачное обличье не по делу, а просто, чтобы ходить неузнанным.

– Одного бы из вас хватило, – усмехнулся он. – Предмет не тяжёлый.

– Мы знаем. И всё же позвольте, мы все вас сопроводим.

– Не возражаю, – согласился Немченко. – Надеюсь, никто не решит, что я арестован, – пошутил он.

Агенты сделали вид, что юмор оценили, хотя посмеялись весьма вяло. Вручив им узелок и отказавшись от предложения лично присутствовать на её допросе – его ждала Джиса, к тому же ничего нового в разговоре с мертвецом, спасибо Тимгу ол Эсму, для него не было – направился в пиршественный зал. Хотел наплевать на все условности и пойти коротким путём, раз он им уже пользовался, но в последний момент передумал и пошёл в обход.

Организация пира Андрея впечатлила. Разместить в одном огромном помещении такое большое количество народа, чтобы все друг друга могли если не слышать, то хотя бы видеть, не так-то просто, но распорядители как-то сумели. Его дожидался лакей и провёл – кто бы мог сомневаться? – к королевскому столу, расположенному на невысоком подиуме вдоль стены.

– Ты бы видел, с какой яростью в мою сторону Мин посматривает, – шепнула Джиса ему на ухо, когда он сел. – Злится. Зато Сивид присмирел после короткого разговора с Рамсвеном. Ах, ты от меня всех партнёров по танцам в третьей части уже распугал.

– Тебе меня, что ли, мало? – грозно посмотрел на неё землянин. – Нечего других пленять.

Глава 6

Пир затянулся надолго, и когда начался бал, землянин полагал, что большинство гостей окажется не в состоянии танцевать из-за переедания, настолько богатым было королевское угощение. Но, видимо, помогла часовая прогулка между второй и третьей – если казни считать первой – частями праздника.

Королю доложили о попытке покушения, сделал это начальник тайной службы. Ратвес Четвёртый не захотел испортить веселье и распорядился больше никому об этом не сообщать, однако ещё до танцев, прогуливаясь по парку с женой и её родителями, Немченко обратил внимание на волны возбуждённых разговоров среди аристократов. Явно кто-то из слуг проболтался о происшествии.

Раз так, не стал он ничего скрывать и от Октонера с Риверой. Больше всего ол Пирены изумились необычайному коварству плана злоумышленников и тому, что их зять сумел эту задумку вовремя раскрыть. Пришлось опять сослаться на своё прошлое войскового разведчика, которое помогло заметить некоторые настораживающие признаки, тем более в условиях, когда имелось предупреждение о готовившейся провокации.

Тесть вполне разумно предположил, что со стороны короля будет теперь правильным отдать распоряжение городским властям выделить ол Реям участок земли в центральной части столицы под строительство дворца, о намерении построить который Джиса уже поделилась со своими родителями. Спасение жизни или даже жизней членов королевской семьи того стоило.

Нравы в Далиоре среди аристократов царили достаточно свободные, в том смысле, что можно было приглашать на танец и чужих спутниц или спутников. Предварительной записи, как на земных балах, тут не вели. Пока. Андрей подозревал, что его зрелищные кристаллы скоро вызовут революцию и в этом деле. Пока же к интересующей в качестве партнёрши или партнёра особе посылали кого-нибудь из находившейся в зале многочисленной обслуги.

Но, естественно, на первый танец олы Реи вышли друг с другом.

– Как сегодня здорово здесь! – поделилась Джиса с супругом, прижимаясь к нему и делая маленькие шаги в такт музыке. – Королевские распорядители всё устроили хорошо. А ты, мой любимый, не позволил этот праздник испортить.

В отличие от своего мужа, всегда испытывающего дискомфорт от нахождения в центре внимания, Джиса буквально грелась в лучах общего восхищения, смешанного у многих аристократок с завистью. Несмотря на присутствие королев, подлинными хозяйками бала сегодня выглядели олы Рей и Пирен.

– Здорово, потому что ты здесь. И твоя мама. – Андрей притянул жену ближе, чтобы та не налетела спиной на танцевавших рядом Инвера и Альму ол Кантер. Девятиранговая адептка хаоса уже напросилась у Джисы на завтра в гости с самого утра. Видимо, надеется успеть к концу праздничной недели пошить себе платье нового фасона. – Ринус ол Виттель, смотрю, с начала пира уже исчез. Похоже, по горячим следам пробуют сообщников поймать. Но это их работа, я свою часть выполнил.

– Вот и давай пока забудем об этом. – Ола Рей поправила чёлку. – Я тот большой янтарь-иллюзион со всеми сериями «Унесённых ветром» Жюли подарила. Ты ведь не против?

– Даже если бы и был, что бы я теперь мог предпринять? Не отбирать же игрушку у подруги ола Рамсвена? Так что да, давай, раздаривай всё направо и налево. Пусть мы станем нищими, мне с тобой и в шалаше будет хорошо.

– Андрей, – шепнула она ему на ухо его настоящее имя. – Не знала, что ты у меня такой скупой.

– Экономный. Так правильней. Беру пример с тебя прежней. С кем поведёшься, от того и наберёшься. Ладно, это всё шутки. Если серьёзно, то, как я понимаю, через пару дней вся столица узнает, кто является изготовителем амулетов с записанными на них удивительными историями. Готовься, скоро от желающих свести с тобой, с нами, знакомство отбоя не будет.

– Так уже, – усмехнулась ола Рей. – Ты разве не заметил? Заодно позволь спросить, мне поступило уже два приглашения в круг. Я могу соглашаться?

– Что ты можешь, так это не спрашивать моего разрешения. В конце концов, ты же у меня совсем взрослая девочка и понимаешь, что к чему.

– Ясно. Принцу отказываю, если после беседы с Рамсвеном до него ещё не дошло, всем остальным могу давать согласие по возможности. Так?

– Ага. Только добавь к Сивиду ещё и ола Мина. Не нравится мне его угрюмая зависть.

– Про него мог бы и не упоминать. Спасибо, – поблагодарила она, когда музыка смолкла.

Андрей хотел вернуться с ней к столу, но тут подошёл дядюшка Фанис. Тётя Авина осталась в Турае на хозяйстве, так что родственник находился в свободном полёте, чем явно собирался воспользоваться на всю катушку – среди гостей имелись и вдовые владетельницы, вполне привлекательные и достаточно молодые. Тем не менее отказать себе в удовольствии потанцевать с очаровательной супругой племянника он не смог.

У Андрея тоже нашлась партнёрша, вернее, он сам её нашёл неподалёку. Кермия ол Ворм, прево нагабинской провинции, с удовольствием откликнулась на приглашение своего давнего молодого приятеля и бывшего подчинённого. Не пожалела. Мало того, что он хорошо умел танцевать – спасибо Джисе, выучила, – так ещё и подарил по окончании музыки интересный артефакт под названием синема, в виде перстня с негранёным камешком малахита.

– Посмотри на досуге. Им очень просто пользоваться, – пояснил он.

На этом камне он записал сказку «Белоснежка и семь гномов». Для приобщения к иллюзионам хороший первый шаг.

– Это то, о чём я думаю? – хмыкнула адептка огня.

– Ого, ты уже слышала про синема? Ну да. Чему удивляться? Ты всегда всё узнаёшь раньше других.

– А ты всегда любезен.

– И никакой лести, заметь.

Оба рассмеялись, довольные друг другом.

После прево он вышел в круг с невестой кузена, она сама его пригласила. Приятная девушка, хотя, на взгляд землянина, довольно скованна, что странно для такой могучей одарённой.

Правда, такому характеру олы Кантер имелось объяснение. Она была сиротой. Её отец пропал во время морского путешествия вместе с судном, на котором отправился в Гиштанию, когда Альме не исполнилось ещё семи лет, а мать погибла годом ранее в феодальной междоусобной войне.

Владение Кантер унаследовал старший брат, а две его сестры в приданом почти ничего не имели, кроме шестого ранга воды у одной и девятого ранга хаоса у другой. Дырку бы от бублика получил Инвер, а не могучую одарённую в невесты, сложись судьба этой девушки по-другому. И так подобный мезальянс стал возможен лишь благодаря дипломатическим способностям дядюшки Фаниса.

– Я слышала, ты тоже остался без родителей, – задрала голову, чтобы видеть лицо партнёра, Альма.

– Увы, это так, – скорчил скорбную мину Андрей. – Но не будем в праздник о грустном. Знаешь, мне всегда была интересна твоя стихия. Загадочная она.

– Тень тоже мало кому известна, – парировала ола Кантер.

Понятно, не любит распространяться. Андрей улыбнулся, хотя они ведь почти родственники. Правда, на заключение брака Инвера и Альмы, которое состоится через полторы недели, олов Реев ещё не пригласили, но не сомневался, что позовут.

Ничего, землянин был уверен, что со временем сблизится с братанихой настолько, что они смогут обмениваться кое-какими своими магическими секретами, хотя для одарённых их возможности – вещь достаточно интимная, которую не стремятся выставлять напоказ.

Да, есть такие, кто любит хвастаться своими умениями в создании заклинаний, ну так и в родном мире Немченко встречались нудисты.

Налаживание добрых отношений попаданец начал с очередного подарка – синема с мультфильмом «Алиса в стране Чудес». Хотел-то про Золушку вручить, но ошибся, выбирая в кармане на ощупь, не возвращать же было обратно.

– Анд, мне прямо сейчас хочется посмотреть. – Девушка убрала малахит в неприметный боковой кармашек. – Но я постараюсь дотерпеть до возвращения из дворца. Извини, мне нечего подарить тебе в ответ.

У семнадцатилетней сироты пока не имелось в собственности даже крохотного домика, жила в особняке брата вместе с сестрой – та тоже прибыла на праздники в столицу, но на бал её никто и не подумал приглашать, не вышла ни богатством, ни магическим рангом.

– Ничего и не нужно, – утешил Альму землянин. – Танец с тобой для меня уже подарок. Так что считай, мы квиты.

К Немченко к следующему кругу устремилась соседка по особняку, подружка детства Вита, но её опередил лакей, сообщивший, что с благородным Андом хочет побеседовать правитель Далиора.

Попаданец быстро высмотрел, что королева приглашена каким-то юным аристократом, и её место рядом с Ратвесом Четвёртым пустует, впрочем, как и все остальные стулья. Даже королева-мать не отказалась от выхода в центр зала. В её партнёре Немченко признал самого канцлера. Казалось бы, им следовало держаться друг от друга подальше, раз уж Ярмига давно мечтает сменить на троне своего сына младшим внуком, и это ни для кого не секрет, однако, поди ж ты, улыбаются как ни в чём не бывало. Политика всегда неотделима от лицемерия. Это попаданец ещё в своей прошлой жизни понял. Насмотрелся на кандидатов в депутаты.

– Пройдём в комнату для бесед. – Ратвес Четвёртый встретил подошедшего ола Рея на ногах. Рядом с монархом, кроме двоих гвардейцев за спиной, в которых землянин легко признал своих коллег по мастерству владения клинками, находился и тот из четвёрки десятиранговых магов королевства, с кем Андрею пока не удалось близко познакомиться и пообщаться. Король это исправил: – С нами будет ещё ол Ольмар. Рикст, Анд сегодня спас если не мою жизнь, то репутацию, – сказал он шестидесятилетнему магу, как и ол Рамсвен, адепту огня. – И уберёг королевство от большой смуты.

Танцующие в зале аристократы выпили уже достаточно много и сейчас предавались радостям и веселью. Андрей давно почувствовал, что внимание к его персоне совсем исчезло, если не считать взглядов Хекина и Гоэля.

Нагабинские земляки, определённые разместиться за самый дальний стол, всё ещё пытались привлечь к себе внимание бывшего противника по дуэли. Ну, пусть полюбуются, как Анд вполне дружески беседует с самим правителем и уходит с ним в неприметную комнату, сопровождаемый мастерами меча и одним из могущественных и влиятельных магов Далиора.

В комнате, совсем небольшой, метра три на четыре, находилась пара диванов, столик перед ними и большое, от пола до потолка, зеркало, сделанное весьма искусно. Впервые Немченко увидел себя в полный рост без малейшего искажения своей атлетической фигуры и привлекательного лица. «Красавчик», – хмыкнул про себя попаданец.

Здесь же дежурила служанка – совсем молоденькая горничная, накрывшая на шёлковую скатерть вино, фрукты и нарезки. Гвардейцы встали истуканами у дверей. Кажется, король не собирался делать особую тайну из предстоящей беседы, раз никого из них не удалил.

Он гостеприимно предложил олам садиться, угощаться и попросил, вежливо с полуулыбкой, благородного Анда повторить то, о чём ему уже доложил начальник тайной службы, только в подробностях.

Немченко в общем-то поведал в деталях, как всё было, не пожалев даже выдать покинувшего пост ради зрелища караульного, поделился и своим мнением по поводу того, что любой, нацепивший на себя знаки ола, спокойно пройдёт мимо постов почти в любой закуток дворца, без обыска и ответов на чьи-либо вопросы. Солгал лишь о причине возникновения у себя подозрений, придумал якобы насторожившее его мелькание человеческого силуэта в ремонтирующемся оконном проёме.

– Как-то удивительным показалось, что в праздничный день проводятся работы. – Землянин оценил вино, оказавшееся весьма вкусным, хотя и чрезмерно разбавленным. Сразу понятно, что здесь беседуют о серьёзных делах, а не устраивают дружеские попойки. – Удачно я решил проверить свои подозрения. Предупреждение ола Рамсвена о возможном покушении тоже сыграло свою роль. Иначе веселился бы, как и все остальные. Зрелище нам показали великолепное, особенно то, на колесе.

Выбиваться из общего ряда гертальцев, обожающих смотреть на мучения своих соплеменников, попаданец не хотел, вот и нёс порой откровенное враньё.

– Видишь, Рикст. – Король посмотрел на безучастного мага, который выглядел лет на десять моложе своих шестидесяти. – Ваши блокираторы оказались совсем бесполезны, в отличие от предусмотрительности, ума и умений благородного Анда.

– Пожелай, Ратвес, и мы уберём наши артефакты из дворца, будто их никогда и не было, – спокойно ответил ол Ольмар.

Что сейчас было? Андрей с интересом посмотрел на обоих. Правитель попытался вызвать неприязнь между старым и новым членами клуба избранных, дескать, вы тут ничего не можете, а он явился и всё разрулил? Разделяй и властвуй? Даже если и так, то видно, что Рикст не повёлся. Так что выстрел вхолостую.

У землянина тоже имелись вопросы к произошедшему, главный из которых – зачем вообще кому-то потребовалось устраивать покушение – пока непонятно, на кого конкретно – именно во дворце, где всё увешано блокираторами магии, не позволяющими использовать атакующие амулеты, а венценосные особы охраняются опытными вояками? Не проще ли было бы выбрать другое место, да и время тоже? Сам благородный Анд на месте заказчиков провокации предпочёл бы более простой и эффективный план. Спросить этих прожжённых интриганов или нет, что они думают, почему пока неизвестные враги предпочли дворец? Решил, что лучше обсудить это с тестем или олом Рамсвеном.

А ещё хотелось бы узнать предварительные результаты расследования, но Ринус ол Виттель с докладом королю не спешил, и не факт, что с молодым Реем захотят сразу же ими поделиться.

– Это была шутка, дорогой Рикст, – отыграл назад правитель. – Но наш спаситель заслуживает награды. Анд, не тороплю тебя с твоими пожеланиями, однако знай, что готов выполнить твою просьбу. Или у тебя уже есть о чём меня попросить?

– Пока нет. – Андрей поставил кубок на столик. – Дождусь сперва выяснения, на кого всё-таки покушались. И в зависимости от ответа определюсь с размером прошения. Жизнь монарха стоит дороже других.

– Разумно, – рассмеялся Ратвес, оценив юмор. – Только, боюсь тебя разочаровать, вряд ли покушались на меня. Если верить Тувелару и Рамсвену, планировалось убийство моего младшего сына. Впрочем, дождёмся ола Виттеля. А пока, – он встал, – не будем оставлять наших гостей надолго без своего присутствия. Хочешь, я тебе её подарю? – кивнул Ратвес на прислуживавшую девушку. – Расторопна и умела.

Не обязательно ему хотели подсунуть шпионку, но и исключать такой возможности землянин бы не стал. Поэтому вежливо отказался.

Немного обидным для Андрея оказалось то, что его отсутствие не заметили ни жена, ни тесть с тёщей. Хотя чего он хотел? Ничего плохого с ним случиться не могло, а веселье затягивает. Музыканты, надо отдать им должное, старались на славу.

– Позволь на следующий танец мне тебя вновь пригласить? – спросил он, подходя сзади к танцующей с олом Туваларом супруге.

– Все оставшиеся только с тобой, – закивала Джиса, кокетливо прикрыв лицо веером. – Прости, Керт, но с тобой этот танец последний.

Оставалось всего два танца. Для эффектного завершения вечера не хватало только салюта, но здесь о таком пиротехническом развлечении даже не подозревали. Так что начали разъезжаться после криков глашатаев об окончании бала. Королевское семейство целиком удалилось раньше, не попрощавшись.

Пока шли к каретам, уходя из зоны действия блокираторов, землянин словно кожей чувствовал огромное облегчение, передававшееся ему от подруги-стихии.

– Мне надо срочно встретиться с нашей Таней, – сказал он, пропуская жену первой в салон.

– Что-то случилось? – Джиса, садясь на кресло, внимательно посмотрела на супруга, устраивавшегося напротив. – Мне кажется или ты чем-то встревожен?

– Не кажется. Боюсь, она сильно расстроена.

– Чем?

– Тем, что показалась мне без макияжа.

Карета тронулась. За окном маячила совершенно довольная Рада. С чего вдруг бывшей разбойнице радоваться? Ничего ведь толком не видела и всё же сияла, как начищенный доспех.

Между тем насчёт Тани Андрей нисколько не шутил. Была у него лет десять назад подруга, которая жутко комплексовала показаться ему с утра ненакрашенной, отчего вскакивала ни свет ни заря и бежала к косметичке.

Так та Марина без макияжа была просто чудо как хороша, выглядела совсем молоденькой. А стихия-то выступила перед своим адептом в настоящем облике реально чудовищного монстра. Переживает там у себя в глубине, он это ощущал. Как? Это не объяснить словами, знал, и всё.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.