Амира Алексеевна
В ожидании чуда или Как скрыть беременность от босса

ПРОЛОГ

– Поздравляю, дочка, ты беременная! – торжественно объявляет врач гинеколог – мужчина в не молодом возрасте, лет около шестидесяти; сообщил он уже в привычной для себя манере: вроде заученная фраза, но в то же время с уделённым пациенту особым вниманием.

– Я? – не верю словам доктора, находясь в невероятном шоке.

– Ну, я точно не беременный. – Усмехается мужчина. – Катенька, – обращается к молоденькой медсестре, сидящей рядом за компьютером, – может, ты беременная?

– Ой, Виктор Степанович, не шутите так. – Заулыбалась медсестра, на секунду отвлекшись от работы. – Куда мне еще одного? Я и с двумя-то своими не справляюсь.

– Ну вот, Катенька не беременная, я тоже. Остаешься только ты. – Бодро продолжает доктор, устремив на меня свои добрые глаза.

Начинаю сильно смущаться, словно шестнадцатилетняя девчонка, залетевшая от своего одноклассника после короткой прогулки под звездным небом. А самой уже тридцать лет, из которых восемь лет замужем.

– Доктор, вы меня ошарашили этой новостью. – С волнением в голосе обращаюсь к нему. – Так можно и сердечный приступ получить. Я же после ваших слов чуть не лишилась сознания.

– Так неужели ты не знала, что после «поцелуев» с мужем дети могут появляться? – деликатно принялся объяснять доктор. – Иль нежеланная беременность? Может, не от мужа ребенок?

– Доктор! – возмутилась я, еще больше покраснев от стыда. – Как вы можете такое говорить обо мне?

– Ну, а что ты так удивляешься тогда своей беременности?

– Восемь лет мы пытались с мужем зачать ребенка, но ничего не получалось. – Начинаю объяснять. – Мы обошли кучу клиник, сдавали многочисленные анализы, проходили обследования, где только можно, и все, как один твердили: мы не видим у вас никаких проблем. А тут, вроде бы и смирились уже… И не планировали… А вон как получилось…

– Вот оно как, – задумчиво протянул доктор. – В таком случае, Людмила Андреевна, радоваться вам надо. Мои искренние поздравления и наилучшие пожелания! Берегите себя и своего долгожданного ребеночка. Это чудо, что вы забеременели после восьми лет стараний.

Я снова густо покраснела. Вроде бы и понимаю, что это врач гинеколог и подобные темы разговора – это обычное дело. Но все равно, чувствуя себя перед ним как-то немного неловко.

– Спасибо, – скромно благодарю.

– Что-то я не вижу на твоем лице радости, дочка. – Встает со стула и направляется к умывальнику, начинает мыть руки. – Можешь вставать.

Поднимаюсь с кушетки, поправляя на себе платье. А у самой в голове такой туман.

– Я до сих пор не могу поверить, доктор, что скоро стану мамой… – Сажусь обратно на кушетку. – А кто у меня будет? Мальчик или девочка?

– А это пока мы не знаем. Срок очень маленький, чтобы определить пол ребенка. – Присоединилась к разговору медсестра.

– С девятнадцатой недели можно будет определить пол ребенка. – Сообщает доктор, присаживаясь за свой рабочий стол.

Сижу на пальцах считаю, сколько это месяцев.

– Пять месяцев?! – удивляюсь.

– Ну, с помощью самых современных аппаратов УЗИ можно узнать пол ребенка и на двенадцатой недели.

– Все равно, это долго… Хотя, мне совершенно все равно, кто у меня будет мальчик или девочка. Я буду любить этого ребенка всех сердцем. – И тут меня осенило. – Доктор, а какой у меня вообще срок?

– Хах, – рассмеялся вдруг Виктор Степанович. – Я думал ты и не спросишь.

Сижу в томительном ожидании. А он, как на зло, не торопится с ответом. Что-то сначала записал в тетрадь, и только потом произнес:

– Итак, Людмила Андреевна, у вас три недели. Встанете на учет после шести или восьми недель. Вы, как я понимаю, собираетесь оставлять ребеночка?

– Конечно! – чуть не задохнулась от возмущения.

– Прекрасно. – Ободряюще заулыбался доктор. – При постановке на учет, вам будет необходимо пройти обследования: анализ на уровень гормона бета-ХГЧ, анализ на определение группы крови и резус-фактора, общий анализ крови….

Не передать словами, какой счастливой я выходила из клиники. Сегодня стояла пасмурная погода, но для меня светило солнце. И все вокруг вдруг окрасилось в яркие, веселые краски: трава стала зеленее и небо голубе. Теперь я знаю, что значит, оказаться на седьмом небе от счастья, когда за твоей спиной вырастают крылья и ты готова прямо сейчас взлететь.

Я шла вприпрыжку по улице с блаженной улыбкой до ушей, улыбаясь каждому встречному, а в ответ получала от прохожих странные, подозрительные взгляды. Наверное, думают, что я наркоманка, принявшая дозу несколько минутой ранее. А я всего лишь счастливая беременная женщина.

Чем ближе подходила к дому, тем больше осознавала, что скоро стану мамой. Боже, как же мне не терпится поскорее сообщить эту прекрасную новость мужу. Представляю, как он обрадуется!

Не помню, как дошла до своего дома, многоэтажки в центре нашего небольшого городка. В общем, при порхала, как бабочка.

– Добрый день! – поприветствовала молоденькую девушку, лет восемнадцати – двадцати, которая сидела на скамейке возле подъезда в ожидании кого-то.

В ответ она промолчала, бросив на меня пристальный взгляд с головы до ног.

Какая-то невоспитанная нынче пошла молодежь. Неужели ей сложно вытащить из себя одно единственное слово «здравствуйте»? Ей ничего не будет стоить, а окружающим будет приятно.

Не стала портить себе настроение такой мелочью, и направилась к двери. Но стоило мне дотронуться до металлической ручки, как дверь вдруг открывается и выходит мой муж.

– Витя! – обрадовалась неожиданному появлению мужа.

– Люда? – удивился муж и бросил растерянный взгляд мне за спину.

– Перекличка пройдена, теперь можно перейти ближе к делу. – Радостно произношу я, с трудом сдерживаясь, чтобы прямо здесь и сейчас не объявить ему о своей беременности. – Хотя нет, пойдем в дом. Улица – не самое подходящее место для подобных разговоров.

– Кхм, – откашлялся Витя, закрыв за собою дверь. – Люда…

Я замечаю спортивную сумку в его руках.

– Ты едешь в командировку? – почему-то сразу решила я.

– Да, – неуверенно отвечает. – То есть, нет. Я уезжаю…

– Это я поняла уже. А куда?

Все пошло не по плану, и это меня начало расстраивать.

Я почувствовала, как сильно напряжен мой муж.

– Что-то произошло? Проблемы на работе? Почему ты не позвонил мне?

Витя продолжал молчать, поэтому мне приходилось гадать самой.

– Люд, тут такое дело…

– Витя, говори же скорее. Не видишь, как сильно ты меня уже напугал своей недоговоренностью? – поторопила мужа. Но лучше бы я этого не делала.

– Люда, я ухожу от тебя к другой женщине.

Что-то я сегодня туплю очень много. То в клинике, когда врач объявил мне о моей беременности, то сейчас. О чем говорит мой муж?

– Вить, что-то я сегодня плохо себя чувствую, а теперь мне вообще слышится всякое…

Повтори, а то мне послышалось, будто ты меня бросаешь. – Улыбнулась я, – рассмешили меня мои же нелепые мысли. – Бред какой-то.

– Это не бред. Повторяю еще раз: я ухожу от тебя к другой женщине. Я уже подал на развод. Очень скоро тебе придет уведомление. – На полном серьезе произносит муж.

Может, до обеда был приятный шок, то сейчас, я просто не знаю, как мне реагировать на эту новость. Стою с разинутым от удивления ртом. Воспользовавшись моим кратковременным уходом в себя, Витя продолжил добивать меня:

– Чуть позже я приеду за остальными вещами. В квартире ты пока живи, я даю тебе время до тех пор, пока не подыщешь себе другое место жительства. Эту квартиру мы продадим и поделим деньги пополам. Что касается машины, ты и сама знаешь, она записана на мою маму, на нее ты претендовать не можешь.

Солнце куда-то исчезло и все вокруг окрасилось в тусклый серый цвет. Это я приземлилась с седьмого неба на землю, с такой скоростью, что приземление оказалось очень болезненным. В груди вдруг все сжалось, потом закололо, и неприятно закружилась голова.

– Витя, скажи, что ты пошутил. – Его выражение лица остается неприступно холодным. – Это же шутка? – спрашиваю с умирающей надеждой.

– Давай только без ругани, слез и истерик. Ну, что вы еще делаете, бабы? Можешь дома разбить посуду, это уже твое дело. Я не собираюсь делить с тобой посуду. Заберу только мебель и технику. Все остальное, по мелочи, можешь забрать себе.

– Витя…

У меня к мужу столько вопросов, но эта путаница в голове окончательно сбила меня с толку, и я могла лишь только шептать:

– Витя…

– Люда, иди в дом. – Приказал муж с раздражением в голосе. – Только не устраивай, пожалуйста, сцену ревности на глазах соседей.

Я растерянно оглядываюсь по сторонам. В метрах двадцати, на другом конце двора, шла пожилая пара с собачкой, а рядом, на скамейке, продолжала сидеть молодая девушка. Она внимательно слушала наш с мужем разговор.

– Витя, пошли домой. Давай там спокойно обо всем поговорим. – Полушепотом предложила я, повернувшись к девушке спиной.

Снова это неудобство с легким чувством стыда.

Что-то слишком много на сегодня потрясений. Начинает казаться, что это просто сон, от приятных до кошмарных. Сейчас я проснусь и вздохну с облегчением.

– Нам не о чем больше с тобой разговаривать. – Муж делает шаг в сторону, я резко останавливаю его за руку. – Люд, не позорься лучше. – С угрозой в голосе произносит он, предусмотрительно оглядываясь по сторонам: – Сейчас же отпусти меня, иначе…

– Иначе? – пожелала я услышать продолжение.

– Иначе я не посмотрю, что рядом ходят люди.

Отпускаю его руку, но не потому, что испугалась его угрозы, а потому что мне уже самой не хотелось его удерживать.

Запоздало, но я все же начала потихоньку осознавать происходящее.

– Хорошо, иди. – Уверенным, твердым голосом произношу я.

Витя на секунду замер, будто ожидал от меня совершенно другой реакции.

– Я не буду спрашивать, что именно сподвигло тебя принять такое решение…– Продолжила я, но он не дал мне договорить.

– Женщина, ради которой я тебя бросаю, беременна. И она сейчас сидит позади тебя.

Я поморщилась. Закрыв глаза, сделала вздох и обернулась.

Кроме молоденькой девушки на скамье никого не было. Это значит…

– Беременна? – прошептала я еле слышно, желая поскорее проснуться.

– Ладно, нам пора уезжать. – Громко произнес пока еще мой муж, и девушка тут же вскочила со скамьи. – Машеньке сегодня на учет вставать. Пока, Люд. – Бросил через плечо Витя и даже не обернулся.

Взяв девушку под руку, он усадил ее в не новый, две тысячи девятого года выпуска Фольксваген Джетту, а я просто стояла и наблюдала, как наш семейный автомобиль скрывается за домом.

Не помню, как поднялась на свой этаж, не помню, как открыла дверь квартиры. Я была словно в густом тумане, словно в трансе, а в ушах по-прежнему звучал голос Вити: «Я ухожу от тебя к другой женщине. Она беременна».

Не разуваясь, я прошла в зал, упала на диван и не вставала с него до самого вечера.

Рыдала в голос так, будто пытался выйти демон внутри меня. Потом стала душить обида, и я начала задыхаться. Внутри все сжалось, причиняя нестерпимую душевную боль. Косметика с лица смыта горькими слезами. Мне больше ничего не хотелось, как только малодушно помышлять о смерти.

И вот, когда уже не осталось сил слезам, душевная боль резко перешла в физическую: ужасно, до тошноты начала раскалываться голова. В висках стучало так, будто кувалдой били по голове. И ко всему прочему разболелся живот.

И тут я испугалась не на шутку.

Я слышала от многих, да и в фильмах часто показывают о том, когда на раннем сроке беременности может случиться выкидыш, причиной которого в большей степени является стресс.

– Так, Люда, успокойся. Все хорошо. Не нужно впадать в панику. – Принимаюсь за самоуспокоение. – Виктор не тот, кто нам нужен. – Поглаживая свой живот, обращаюсь к ребенку. – Может, даже хорошо, что он сейчас показал свое истинное лицо. Иначе, каким бы он был отцом?

Встаю с дивана, делаю глубокий вдох, потом выдох. Выпрямилась в полный рост, и в этот самый момент резко начинает болеть живот. Просто адская нестерпимая боль. Я присела на пол, не в силах нормально вздохнуть и первое, о чем подумала в этот чудовищный момент: нужно звонить Свете.

На четвереньках поползла в прихожую, где оставила свою сумочку. Мобильный лежал именно там. Вываливаю из сумки все на пол, нахожу свой телефон и быстро набираю номер Светы:

– Алло, – прозвучал в трубке уставший голос подруги.

– Света! Я теряю ребенка! Что мне делать? – в панике кричу я словно ненормальная, совершенно потеряв рассудок от боли и страха. – У меня болит живот! Очень сильно! Свет, что это значит? Я что, теперь потеряю его?

– Люда, о чем ты говоришь? Где ты? Что с тобой? Какой ребенок? – Света еще громче меня стала орать в трубку.

– Свет, мне больно. – Заревела я.

– Без паники. – Строгим голосом произнесла она. – Где ты сейчас?

– Дома.

– Где Витя?

– Ушел.

– Ладно, сейчас я вызову к тебе скорую. Жди. – Не говоря больше ни слова, она кладет трубку, а я продолжаю паниковать.

Может, выпить обезболивающее? А если это навредит ребенку?

Черт, что же делать? Сейчас я как-никогда прежде чувствуя себя беспомощной и одинокой.

Возвращаюсь к дивану. Прилегла, свернувшись калачиком, и пытаюсь снова заняться самоуспокоением.

Глубокий вдох… Выдох… Думаем только о хорошем.

Спустя десять минут в дверь постучали.

К этому времени мне все же немного удалось успокоиться, и даже боль живота немного прошла. Медленно, без резких движений отправляюсь открывать дверь.

– Люда, что произошло? Скорая уже была у тебя? – влетает Светка, на ходу сбрасывая обувь.

– Нет, ты приехала раньше них. – Не спеша возвращаюсь в зал.

– Что с тобой? Где у тебя болит? Почему ты белая, как моль? И где твой муж? Сегодня же выходной день!

– Садись, – указала ей на место подле себя на диване.

У меня было ровно две минуты, чтобы обо всем рассказать Светке. Потом приехала скорая, и мы отложили наш разговор на потом.

После тщательного осмотра врача, мне сделали укол с безвредным для ребенка успокоительным, и, порекомендовав мне полный покой, скорая уехала, оставив меня с моей немного офигевшей от всего происходящего подругой.

И все же, самый главный наш враг – это наши собственные мысли. На нервной почве и оттого, что я сегодня еще не ела, у меня просто разболелся живот. А надумала все самое плохое, и сделала себе еще только хуже. Все болячки появляются от наших собственных плохих мыслей.

Постараюсь отныне мыслить только позитивно, чтобы впредь не навредить себе и своему малышу.

Подруга подготовила мне постель в комнате, уложила, как маленькое дитя, и, заварив чай со свежей мятой, заставила выпить две чашки.

– Я хочу прямо сейчас свернуть Вите шею, но перед этим кастрировать. – Злобно прошипела подруга, сжав руки в кулак. – Как он мог бросить тебя в таком положении?

– Он не знает, что я беременна. Я не успела сообщить ему об этом. – Объясняю я, широко зевнув.

Кажется, успокоительное врача начало действовать, а также чай Светы.

– Правда? – удивилась подруга. – Это даже хорошо… – Задумчиво проговорила она, начиная расхаживать по комнате туда и обратно. – Мы не расскажем Вите о ребенке. Пусть лучше у малыша не будет вообще отца, чем такой урод и мерзавец.

Я заметила, как с каждым шагом, с каждым словом Светка вскипала, как чайник на медленно огне. Еще немного и у нее из ушей пойдет пар.

Вдруг на ее лице появилась улыбка, глаза забегали – ну, точно в голове созревает какая-то бредовая идея.

– Мы найдем тебе другого мужа! – радостно воскликнула она, озвучив ту самую бредовую идею. Как чувствовала.

– Мужа? – горько усмехнулась я. – Думаю, я еще не скоро смогу с кем-либо встречаться. Мужчины мне опротивели. – Сморщилась я, будто попробовала лимон на вкус. – Я никогда и никому больше не поверю!

– Не зарекайся, подруга. – Хитро подмигнула Светка. – Влюбишься и снова выйдешь замуж. От любви еще никто не уходил. Жаль только, от любви люди глупеют и беспорядочно танцуют на граблях.

Я впервые за вечер улыбнулась и на секунду прикрыла глаза.

Веки становятся тяжелыми, хочется закрыть глаза и больше не открывать их.

– В сон клонит? – заметила подруга мою сонливость.

– Немного, – отвечаю устало.

Я почувствовала невероятное расслабление по всему телу, и возникло чувство, будто матрас подо

мной стал уходить куда-то вниз.

– Я пойду, приготовлю нам ужин. А ты отдохни, поспи хотя бы немного. Светка заботливо поправила на мне одеяло, после чего на носочках направилась к двери, стараясь идти как можно тише.

Вот что значит мама двух несовершеннолетних детей.

Снова закрыла глаза. На этот раз усталость и сон окончательно завладели моим телом и разумом. И я погрузилась в крепкий, здоровый сон.

ГЛАВА 1

– Доброе утро! – бодро поприветствовала Светка, как только заметила меня в дверях кухни. – Ты сегодня выглядишь уже лучше, нежели вчера. На щеках даже появился румянец.

Проснувшись утром от шума бьющейся посуды из кухни, я первые несколько секунд спросонья еще не помнила о том, что произошло вчера. Но потом, воспоминания вчерашнего медленно стали возвращаться ко мне, и мое настроение тут же ухудшилось.

– Доброе, – скупо отвечаю, присаживаясь за кухонный стол. – Свет, когда ты приехала?

– А я и не уезжала. – Ставит передо мною тарелку с аппетитно пахнущим завтраком. – Омлет из трех яиц и бекон. А также свежие овощи и морковный сок. – Продолжает накрывать на стол. – Теперь тебе нужно есть как можно больше витаминов, и запомни: никакой химии. Кстати, тебя ни на что не тянет? Например, на огурцы соленые или на что-то сладкое? Помню, когда Васькой была беременна, я и дня не могла прожить без яблок. А с Колей так наоборот, я только и делала, что ела…

Я задумчиво ковырялась вилкой в тарелке. Что говорила Сетка – я уже не слушала. Меня вдруг посетила одна мысль, и она печальная.

– Люд, ты меня вообще слушаешь?

– Да. – Я потерла глаза и чуть сдвинула от себя тарелку. Подняла растерянный взгляд на подругу, та стоит с недовольным лицом, размахивает перед моим носом деревянной лопаточкой.

– И что я сказала?

– Ты говорила о соленых огурцах.

– Люд, где ты витаешь? Может, поделишься со мной своими мыслями?

– Я…

Не успела ответить, как в входную дверь постучали.

– Ты кого-то ждешь? – спросила Светка.

– Н-нет, – отвечаю неуверенно.

Мы обе напряглись.

Вдруг я подумала, а не решил ли Витя вернуться ко мне обратно? Я даже улыбнулась от этой мысли.

Подхожу к дверям. Открываю. Улыбка тут же исчезает с лица.

– Хм, – ухмыльнулась женщина в возрасте шестидесяти лет. – Восьмой час, а ты все еще в пижаме. Ну да, тебе же не нужно спешить на работу. Хотя, самое время подумать об этом.

– Здравствуйте, Лидия Александровна. – Поздоровалась я с женщиной.

– Впустишь в дом или так и будешь держать меня в подъезде? – сверкнула в меня своим острым, пронизывающим взглядом, от которого у меня всегда появлялись на коже мурашки.

– Проходите. – Отступила в сторону, пропуская ее внутрь.

Женщина властной походкой входит внутрь, и, не снимая обувь, идет вперед: сначала вошла в зал, походила там, будто что-то проверяя, потом сразу же отправилась на кухню.

В это время Светка мыла сковородку после омлета.

– Хм, – снова эта надменная ухмылка на ее лице.

Только сейчас подруга замечает на кухне моего раннего и незваного гостя.

– О, свекровь приперлась! – воскликнула она, без всякого уважения. – Пришли уговаривать, чтобы вашего блудного сыночка приняли обратно к себе?

– Еще чего! – возмущенно воскликнула та. – Ни за что на свете! Я вообще поражаюсь, как у моего сына хватило ума, наконец-то, бросить эту бесплодную женщину!

Мне вдруг стало немного не хорошо. Я почувствовала легкое головокружение, что решила присесть на стул, от греха подальше.

– Да ваш сын, каким был тупоголовым олухом, таким и остался! – не оставалась в долгу Светка. – Кому он вообще нужен? Я удивляюсь, как Людка вообще терпела его восемь лет!

– Кому нужен? – повторила свекровь с язвительным смешком. – Да хотя бы женщине, способной родить мне наследника!

– Да, но взамен получите вы еще одного такого же уродца, как ваш сын!

– Света! – удивилась я таким ужасным словам подруги. – Ребенок-то в чем виноват?

– Да, я что-то перегнула палку, – осознала Света.

– У твоей подруги нет ни мозгов, ни интеллекта. – Воспользовалась удачным моментом Лидия Александровна, оскорбив ее в ответ.

– Я смотрю у вас этого предостаточно. – Вспылила тотчас Светка.

Все идет к большому скандалу. Я принимаю решение немедленно разнять двух женщин, готовых вцепиться друг друга в глотки прямо здесь и сейчас.

– Люда, уйми свою подругу, иначе…

– Иначе что? – не дала ей договорить Светка. Уперев руки в бока, она продемонстрировала готовность продолжить словесный бой.

– Лидия Александровна, пройдемте в зал. Вы же не так просто пришли сюда, а по какой-то важной для вас причине? – указала рукой на выход из кухни.

– Хм, – хмыкнула с недовольством она, но не стала противиться, молча развернулась и прошла в зал.

– Обувь сними! Ты сейчас не в своем свинарнике! – крикнула ей вслед Светка.

– Какая хамка! – возмущенно проговорила свекровь, но все равно осталась в обуви. Прошла весь зал и остановилась возле окна.

– Я вас слушаю, Лидия Александровна. – Я присела на кресло, приняв позу внимательного слушателя. Скрестив перед собою руки (любой психолог сказал бы сейчас, что я так психологически защищаюсь от своего вынужденного собеседника), я начала пристально следить за каждым движением свекрови.

Удивительно, но все это время я оставалась абсолютно спокойной. Наверное, вчера во мне умерли все нервные клетки, и они просто еще не успели восстановиться. Нет нервных клеток – нет проблем.

– Я пришла к тебе поговорить о вашем с Витенькой разводе. – Проговорила она важно, глядя в окно и стоя ко мне спиной.

– Я вас внимательно слушаю. – Остаюсь неприступно спокойной.

– Я, надеюсь, ты ничего такого не выкинешь, чтобы этот развод не случился? – оборачивается и смотрит на меня с кривой улыбкой.

– Например? – смотрю на нее непонимающим взглядом.

– Ну, к примеру… – задумалась на пару секунд. – Вдруг ты решишь притвориться беременной? Или подкупишь судью? Начнешь давить на жалость…

Свекровь резко замолчала. Закончилась ее бурная фантазия.

– Лидия Александровна, спасибо вам за подкинутые идеи. Я даже немного растеряна, каким же именно способом мне воспользоваться, чтобы предотвратить развод.

– Не язви, девочка! Знай, с кем разговариваешь! – повысив тон, попыталась закрыть мне рот женщина, которая возненавидела меня с первых же дней моего замужества на своем сыне. Но сейчас, не то время и не тот случай, когда я в очередной сотый (да что там сотый… миллионный!) раз молча должна проглотить обиду:

– Лидия Александровна, с чего вы взяли, что я буду препятствовать разводу и портить вашему сыну обустраивать новую жизнь? Поверьте, это не входит в мои планы.

– Вот как? – даже удивилась она. – А что входит в твои планы?

– Извините, дорогая бывшая свекровь, этого я вам уже не скажу. – Улыбаюсь через силу.

– Что ты задумала? – смотрит на меня подозрительно. – Ты ведь что-то задумала? Не так ли? Витеньке моему хочешь отомстить?

– Что вы, Лидия Александровна. Подлость и месть – это ваш конек. Я никогда не смогу превзойти вас в этом.

– Люда. – Предупредительно произнесла женщина, сверля меня своим ядовитым взглядом. – Обещай, что ваш развод пройдет без всяких сюрпризов.

Я задумалась. А что, если, в самом деле, подкинуть Витюше сюрприз с новостью о своей беременности?

– Люда? – в голосе свекрови звучит беспокойство.

– Обещаю. – Отвечаю я, прекратив мучение престарелой женщины.

– Отлично! – будто вновь ожила она и снова готова идти в бой. – Итак, – важно принялась расхаживать по залу, приготовив пальцы для сгибания: – Сразу после развода, квартиру мы продадим, и вы с Витенькой поделите деньги от продажи ровно пополам. Признаюсь, я была против этого. Тут настоял Витя, и мое слово уже ничего не значит.

– Да ладно! Вы были против продажи квартиры? Или против того, чтобы разделить деньги пополам? – удивилась я, решив, что ослышалась.

А я просто не так поняла свою злобную свекровь.

– Я была против того, чтобы вообще что-то доставалось тебе после продажи квартиры. – Недовольно проговорила она, посмотрев на меня злобно. – Ты уже пять лет сидишь дома, и ни разу за это время не выходила на работу. Сидела, довольная, на шее моего сына, свесив ножки. А он, каждый день, допоздна сидел на работе, чтобы прокормить тебя, лентяйку.

– Но вы же сами настояли на том, чтобы я бросила свою работу и сидела дома! – чуть не задохнулась я от возмущения. – Вы тогда сказали, что жена должна создавать дома уют: убираться, стирать, гладить, встречать мужа горячим ужином, а не прохлаждаться на работе. Я была вынуждена уйти со своей высокооплачиваемой работы и престижной должности!

– Какая у тебя хорошая память. – Рассмеялась вдруг женщина. – Мало ли что я раньше говорила. А ты, главное, какая послушная была: тут же бросила свою работу.

– Я не хотела уходить из компании! – воскликнула я, теряя самообладание.

Так, Люда, спокойно. Не нервничай.

– Кхм-кхм. – Откашлялась Светка, привлекая к себе внимание моей свекрови, стоя в дверях. – А не пора ли вам укатить обратно домой, к своему Витеньке и его наивной беременной девице?

– Хамка! Как ты смеешь выставлять меня из моей собственной квартиры? – злобно прошипела та, оскорбленная дерзостью моей подруги.

Я молчу, даю возможность Светке высказаться. Вижу, ей это сейчас необходимо, иначе она сойдет с ума от сдерживания своих вырывающихся наружу эмоций.

– С каких пор эта квартира стала вашей? Если мне не подводит память, она куплена на деньги Люды и Вити. – Лидия Александровна закатила глаза, фыркнула, но ничего не ответила. – И вообще, почему вы до сих пор не сняли обувь? Мне помочь вам разуться? – Светка сделал шаг к ней навстречу, а она словно ошпаренная кошка отпрыгнула в сторону окна.

– Люда! Угомони свою бешеную подругу! – эмоционально принялась размахивать руками, будто кого-то отгоняет от себя.

Светка рассмеялась.

– Актриса погорелого театра. Или ты сейчас уходишь, или снимаешь обувь и получаешь возможность остаться. Третьего не дано!

– Я… Я… Я буду жаловаться! – воскликнула она с притворной смелостью.

– Да хоть самому президенту! – надменно воскликнула подруга.

– Я никогда еще не испытывала подобного отвращения от общения с неуравновешенными людьми. Это просто возмутительно. – Проскрежетала она сквозь зубы, направляясь к выходу.

– Свет, а не слишком ли ты груба с ней? – шепотом спросила подругу, когда мы остались с ней наедине.

– Это я еще была добра. – Пробормотала Светка.

Вдруг прозвучал громкий грохот захлопнувшейся входной двери.

– Ушла что ль? – удивилась я.

– Гордая, упрямая женщина. Лучше покинет место боя, чем снимет свою обувь. – Ухмыльнулась Светка. – Носки что ль дырявые были? А? Люд, почему она так своенравно отказывалась снять обувь?

– Можешь догнать ее и спросить об этом. – Отшутилась я в ответ. Но Светка приняла мои слова всерьез: тут же рванула вслед за свекровью.

– Свет! Ты серьезно? Не смей! Ты ее еще больше напугаешь? – крикнула вслед подруге, пытаясь остановить ее.

Поздно. Светка уже где-то между третьим и вторым этажом.

Пока Светка устраивала беговой марафон с моей свекровью, я отправилась на кухню.

Посмотрела на стакан морковного сока, который мне приготовила подруга, сморщилась и пошла готовить латте.

Если не выпью с утра кофе, я буду весь день ходить раздраженной. Глоток животворящего, целебного напитка даст бодрость и настроение на весь день.

Прям, как в рекламе.

– Ох, ну и свекровь твоя, я тебе скажу… – Вернулась моя бегунья. – Слушай, а ее девичья фамилия была случайно не Шумахер?

– Как знать, – улыбнулась я. – Не догнала?

– Какой там! – отмахнулась Светка, все еще тяжело дыша. – Она как меня увидела позади себя, у нее будто открылось второе дыхание! На пятой передаче от меня ускакала! – расхохоталась она, схватившись за живот. – Ой, – вдруг скорчилась, – в боку закололо. – Потом выпрямилась и вздохнула. – Уф, кажется, отпустило.

– Моя свекровь будет здоровее тебя. Ты в свои тридцать два не смогла догнать шестидесятилетнюю бабушку.

– Хах, это точно. – Согласилась Светка, садясь за стол.

Настроение мое заметно улучшилось. Не знаю, что бы я делала сейчас, если бы не моя подруга.

– Люд, а ты чего не ешь? – посмотрела на мою тарелку. – Хм, остыло… Сейчас подогрею. – Унесла омлет в микроволновку. – Ты чего это кофе пьешь? Я тебе морковный сок вообще-то выжала! Целый час мучилась с этой морковкой. Вон, – показывает свои ладони, – даже руки все пожелтели.

– Помнишь, ты спрашивала, о моих пристрастных желаниях? Так вот, я безумно хочу кофе! – пришлось схитрить, иначе подруга не даст мне спокойно насладиться утренним кофе. – То есть, не я, а ребеночек хочет кофе.

– Ну да, конечно. – Покачала головой моя догадливая подруга. – Пнул бы тебя сейчас ребеночек, за такое наглое вранье. Да вот только мал еще совсем.

Минут пять мы сидели за завтраком в полном молчании. Пока Светка первой не нарушила тишину:

– Люд, а зачем вообще приходила Лидия Александровна? Что она хотела?

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Наверное, хотела удостовериться, что я не доставлю проблем ее сыну.

– Сумасшедшая женщина.

– Сумасшедшая или не сумасшедшая, но кое-в-чем она права.

– И в чем же? – внимательно посмотрела на меня Светка, готовая уже не согласиться со мной.

– Мне нужно устроиться на работу. – Озвучиваю мысль, которая посетила меня еще до прихода свекрови.

– Ты с ума сошла?

– Вот сейчас я как раз рассуждаю здраво. – Начинаю объяснять подруге причину возникновения такой мысли. – Свет, сама подумай, на какие деньги мне жить? А когда появится ребенок, что мне делать? Квартиры я лишусь. Первое время мне придется снимать какое-нибудь дешевое жилье, тратя средства, полученные от продажи квартиры. На эти же деньги мне придется питаться, одеваться и так далее. При всей моей экономии, когда-нибудь, в скором времени денежки закончатся. И что мне делать дальше? Помочь мне некому, моих родителей уже давно нет в живых. Нет братьев и сестер, готовых прийти мне на помощь.

– А как же? – возмущенно спросила подруга, которая слушала меня все это время внимательно, не перебивала.

– А у тебя своя семья: муж и двое сыновей. Ты не работаешь, семью обеспечивает только твой Гена. Если еще я подсяду к вам на шею… Нет. – Отвечаю твердо.

– Давай тогда посадим Витю на алименты? – вдруг предложила подруга выход, который прежде она исключила сразу. – А что? Почему ты должна одна обеспечивать ребенка?

– Исключено. – Отвечаю резко.

– Почему?

– Как ты думаешь, что произойдет после того, как я сообщу Вите о своей беременности? – пока Светка думала, я продолжила: – Во-первых, мне не поверят. А когда поверят, заставят сделать тест ДНК. Убедившись, что я беременна и отцом является никто-иной, как сам мой ненаглядный муж, Лидия Александровна притворится любящей, заботливой свекровью до тех пор, пока я не рожу. Как только ребенок появится на свет, у меня тут же через суд заберут ребенка, выставив меня перед судом плохой матерью. Скажем, какой-нибудь алкоголичкой, или проституткой. Поверь, Лидии Александровне не составит особого труда это сделать, лишь бы не платить мне алименты. Мне не нужны проблемы. Я хочу спокойно жить со своим ребенком и ни с кем его не делить.

– Ты права. – Согласилась подруга. – Но как ты будешь работать с животом?

– Как и все. Думаешь, я одна такая?

– Хорошо. Но кто тебя возьмет беременную? Работодатели стараются не связываться с беременными, сама знаешь.

– Может, удастся скрыть на время беременность. – Неуверенно начинаю рассуждать. – А что? Ранний срок, живота не видно… А потом, когда я официально трудоустроюсь, меня уже не смогут уволить. Статья. Я читала об этом.

– Хм, – задумчиво хмыкнула Светка. – А что если мой Гена тебя проведет в фирму, где он работает? А? Как ты думаешь?

– А он сможет? – даже екнуло в сердце от радости.

– А мы прямо сейчас и узнаем. Одевайся. Едем ко мне. Сегодня как-раз воскресенье, он дома с нашими детьми.

Я пулей побежала в комнату, одеваться.

Светка жила от меня в двадцати минутах езды на троллейбусе, и в десяти на такси, если, конечно, нет в городе пробок. Жили они в трехкомнатной квартире, купленной пять лет назад в ипотеку. Еще двадцать лет беспрерывной каторги, и квартиру можно считать собственностью.

– Гена! – окликнула мужа Светка, как только открыла входную дверь. – Гена, ты дома?

– А где мне еще быть? – полушепотом произнес Гена, выходя к нам из детской. – Привет, Люд. Как ты? – поздоровался со мной.

– Нормально. – Улыбнулась в ответ. – Спят? – кивнула в сторону детской.

– Крепким сном.

– Опять всю ночь сидели за компьютером? – тут же догадалась Светка, поняв причину протяженного сна сыновей.

Старшему, Василию, двенадцать лет, младшему, Николаю, – восемь.

– Они не хотели засыпать без мамы. – Объяснил муж.

– Они хитрые и умные существа, как и их папаша, который не может заснуть, не сыграет на компьютере свой любимый Counter-Strike.

Гена улыбнулся.

– От тебя ничего не утаишь, моя прорицательница. – Подходит к жене и целует ее в щеку. – Пойду, поставлю чайник.

– Во мне сейчас проснулась белая зависть. – Призналась подруге, когда Гена скрылся в дверях кухни.

– Я знаю, ты еще будешь счастлива. – Заверила подруга, глядя в глаза.

– Ты так думаешь?

– Знаю. Я же прорицательница. – Улыбнулась Светка.

Я рассмеялась.

– Эй, где вы там? Чай стынет! – прозвучал голос из кухни.

– Пойдем, поговорим с Геной. – Шепотом произнесла Светка, настраиваясь на серьезный разговор с мужем. – Надеюсь, он поможет.

– Вы серьезно? – нахмурился Гена, как только мы вкратце изложили свой план с трудоустройством меня, беременную. – Люд, я безумно рад за тебя, что ты, наконец-то, станешь матерью, как и мечтала. Правда. А Вите мне безумно хочется начистить морду. Но то, что вы задумали… Извини, я не смогу тебя трудоустроить в нашу компанию. Не потому, что я не хочу, а потому что это невозможно. Не позволит устав компании.

– Так никто же не будет знать, что она беременная. – Попыталась объяснить Светка, но Гена не стал ее даже слушать.

– Это невозможно, дорогая. – Сказал, как отрезал. – Как она пройдет медосмотр и скроет свою беременность? Без медицинской справки никто не станет брать ее на работу?

– Вообще-то, организация не имеет права отказывать ей в трудоустройстве на таком маленьком сроке. По закону…

– Мой шеф не дурак, поверь. – Снова не дал договорить ей Гена. – Когда выяснится, что она беременная, ее отошьют за что-нибудь другое: скажем, за отсутствия опыта работы или маленького стажа. Или в кадре просто соврут, будто в компании нет пока свободных вакансий.

– И что ты предлагаешь Люде делать? Подрабатывать поломойкой в каком-нибудь частном магазинчике за гроши и жить без декретных пособий?

– Света…

– Я знаю, что я Света! Вот уже тридцать два года я Света! – вспылила подруга, рассердившись из-за упрямства своего мужа.

Мне стало так неудобно. Супруги ругались из-за меня, из-за моих проблем.

– Не надо, – остановила подругу, когда та уже хотела идти словесной атакой на мужа. – Гена прав. Это плохая и очень рискованная для него затея. – Вынужденно соглашаюсь, отступая от своей мечты. – Я лучше пойду. – Поднимаюсь из-за стола, оставив чашку чая нетронутой.

– Нет, ты останешься. – Настояла Светка, схватив меня за руку.

– Хорошо. – Неожиданно произнес Гена, тяжело вздыхая.

Мы со Светкой даже замерли.

– Давайте попробуем. Люд, ты завтра с утра приходи ко мне на работу, со всеми необходимыми для трудоустройства документами. Как приедешь – позвони мне. Я тебя встречу.

– Спасибо! Спасибо! Спасибо! – Светка на радостях принялась беспорядочно целовать лицо своего мужа. – Ты мой рыцарь!

– Я еще ничего не сделал. – Смущенно проговорил он.

– Ты дал мне надежду. – Произношу я, вздохнув с облегчением.

ГЛАВА 2

Этой ночью мне удалось заснуть только ближе к трем часам, и уже в шесть прозвенел будильник.

Такое чувство, будто я вообще не спала: только закрыла глаза, и тут же нужно уже вставать.

Как же я нервничаю. Боюсь, что все пойдет не по плану и мне не удастся заполучить работу в этой компании. Я всецело полагаюсь на Гену.

Заправила постель, приняла душ, выпила кофе. Завтрак не стала готовить, решила все оставшееся время до выхода из дома потратить на макияж и на выбор одежды.

Через пару месяцев мне придется сменить весь свой гардероб, ведь скоро я располнею, и появится животик. А значит, меня ждут дополнительные денежные траты.

Черт, мне нужна эта работа!

Длинные, цветом молочного шоколада волосы собрала в низкий пучок, нанесла легкий макияж, не желая с самого утра выглядеть вульгарно ярким вечерним макияжем: подкрасила свои от природы длинные черные ресницы, на губы нанесла матовую помаду нюдового оттенка, и остановила свой выбор на белом платье, длины миди, с объемными рукавами. Ярким дополнением моему образу стали серебристые босоножки на тонком ремешке и маленькая черная сумочка.

Признать, я не помню, когда в последний раз выглядела так утонченно и женственно. Наверное, это было как раз пять лет назад, когда я, бросив работу в компании, поменяла платье на домашний халат.

Вызвала такси. И пока машина добиралась до меня, выпила еще одну чашку кофе. Волнение отказывается покидать меня.

Спустя полчаса я стояла возле стойки общей приемной компании, дружелюбно улыбалась секретарше – женщине, лет пятидесяти, в строгих очках, с безжизненным тусклым выражением лица. Она будто не покидала офис со вчерашнего дня.

– Девушка, по какому вопросу вы пришли в компанию? – трижды бросив на меня подозрительный взгляд, женщина не выдержала и на четвертый раз, взглянув на меня строго, подала голос.

– Я пришла к Гене. – Отвечаю деловым тоном, как положено разговаривать работникам крупных компаний. – Простите, – поспешила исправиться, – к Геннадию Алексеевичу Рябову.

– Вам назначено? – резко спросила та, все с тем же железным выражением лица.

– Да, он скоро спустится. – Поспешила заверить.

Это скоро протянулась на долгие полчаса. Я успела посидеть, постоять, походить по коридору, туда и обратно, мелькая перед глазами секретаря. Видимо, мое хождение вокруг да около стало раздражать ее, раз она снова полезла ко мне с допросом:

– Вам точно назначено?

– Да. – Отвечаю уверенно.

– По какому вопросу вы пришли к Геннадию Алексеевичу?

– По личному. – Меня начинает раздражать эта любопытная женщина.

– Простите, но компания «Старлайн» – не место для свиданий. Это серьезная фирма, где в рабочее время принято работать, а не встречаться с любовницами. – Важным видом произносит грымза, поправляя на себе очки.

– А я не любовница! – вспылила тотчас я.

– Это вам лучше знать. – Приподнимается женщина со своего кресла и начинает оглядываться по сторонам, будто ищет кого-то. – Кирилл! – спустя какое-то время крикнула она.

Я стала оглядываться вместе с ней, как вдруг откуда-то из угла к нам вышел высокий молодой мужчина в форме охранника.

– Кирилл, где ты ходишь? Почему я должна выполнять твою работу?

– Ну, что вы разорались, Ольга Владимировна? – судя по его «активному» участию в охране офиса, он здесь работает отнюдь не по собственной воле.

– Почему посторонние в здании? – сделала Ольга «тонкий» намек в мою сторону.

– Где? – лениво спросил Кирилл, пробежав взглядом по залу. – Она что ль? – тычет на меня пальцем.

– Она что ль. – Передразнила его секретарша.

– Девушка, вы кому? – обратился Кирилл ко мне.

Что, опять? Начинаем все заново?

– Я пришла к Геннадию Алексеевичу. Мне назначено. – Повторяю то, что говорила минуту назад секретарше.

А Гена как назло все не появлялся. Ну, куда он запропастился?

Начинаю нервничать.

– Девушка, с Геннадием вы будете встречаться вне рабочее время. А сейчас я попрошу вас освободить помещение. Кирилл, – вновь окликнула охранника. – Проводи девушку до выхода.

– Я никуда отсюда не уйду! – смело встаю на свою защиту, когда Кирилл сделал шаг в мою сторону. – Мне приказано ждать внизу. И я буду находиться здесь до тех пор, пока Геннадий Алексеевич не спустится ко мне! – Сажусь на мягкий кожаный диван и всем своим решительным видом даю знать, что не встану с него, пока не спустится Гена.

– Как вы смеете перечить?! – возмутилась Ольга, краснея. – Кирилл, немедленно выставил эту нахалку из здания!

Кирилл растерянно переглядывается: то на меня, то на Ольгу, не зная, как правильно поступить.

– Людмила Андреевна! – вдруг слышу свое имя со стороны лестничной площадки.

Боже, наконец-то! Гена соизволил спуститься.

– Ольга Владимировна, эта девушка ко мне. – Коротко сообщает он секретарше, рукой подзывая ко мне.

Это, наверное, со стороны выглядело очень глупо и непрофессионально, но я машинально, движимая одними лишь эмоциями, показала Ольге язык, и весело повиливая попой, отправилась навстречу к Гене.

– Ваша секретарша – злобная собака! Без всяких оснований набрасывается на каждого посетителя! – громко произнесла я, так, чтобы Ольга меня услышала и разозлилась еще больше.

– Тихо. – Шикнул на меня Гена с суровым взглядом, как только я поравнялась с ним.

– Ваше имя?! – крикнула на весь первый этаж злобная женщина.

– Людмила Андреевна Грачева.

Секретарша быстро принялась записывать мое имя в журнал посетителей.

– Почему так долго? – шепотом спросила я, набросившись на Гену с претензиями. – Меня чуть из здания не выгнали! Не мог спуститься раньше?

– Не мог. Шеф не отпускал. У нас проходило срочное совещание. – Объяснил Гена, ведя меня куда-то вверх по лестнице.

– Ааа, ясно тогда. – Тотчас успокоилась я, и мне даже расхотелось убивать Гену.– А куда мы идем?

– В отдел кадров. Я тебя рекомендую фирме, а дальше ты уж сама. Только, пожалуйста, не подставляй меня, сама знаешь чем.

– Хорошо, я буду очень осторожной. – Пообещала я, но мои слова не очень-то утешили Гену.

– Один твой неверный шаг – и мы оба лишимся работы. – Продолжил он нагонять на меня и на себя страх.

– Да, поняла я. – Нервно проговорила я, кусая губы. – А какую должность мне дадут?

– Я рекомендовал тебя, как высококлассного архивного работника.

– Что? Меня? В архив? – возмутилась я. – Это же самая смертельно скучная, низкопробная, низкооплачиваемая, неблагодарная работа!

– Ты прямо сейчас оскорбила трех наших работников архивного отдела. – Ухмыльнулся Гена.

– За что ты меня так ненавидишь? – заскулила я, словно обиженный на хозяина песик.

– Люда, включи мозги. – Гена остановился между третьим и четвертым этажом и, глядя мне в глаза, стал объяснять причину своего такого решения: – В архивном отделе ты хотя бы можешь спрятаться от всех, не будешь мелькать своим растущим животиком перед другими работниками компании и перед нашим шефом в первую очередь. Ты же понимаешь, чем я руководствовался, когда выбирал тебе такую должность? – задает риторический вопрос и тут же продолжает: – И у нас не хватает специалиста в архивный отдел.

– Еще бы, – фыркнула недовольно.

– В архив тебя однозначно должны взять. – Продолжил Гена, не обращая внимания на мое недовольство. – Вот только как нам решить вопрос с медицинской справкой?

Я покачала головой, не зная, что ответить.

– Ладно, пошли, – продолжил Гена подниматься вверх по лестнице, я с трудом успевала за ним. – Мы почти пришли.

Отдел кадров располагался на четвертом этаже, где работали две молодые девушки. После рекомендации заместителя коммерческого отдела – Геннадия Алексеевича, девушки быстренько сделали ксерокопии моих документов, дали какие-то документы для ознакомления, после чего меня тут же отправили на второй этаж, в архивный отдел.

– Пойди, познакомься со своими ближайшими коллегами по работе. – Сказал мне напоследок Гена, прежде чем покинуть меня. – Ты пока официально не трудоустроена, будешь просто изучать архив, и вливаться в свой новый коллектив. Только прошу тебя, ни с кем не ругайся. Веди себя тише мыши. Тебе ясно?

– Угу, – послушно киваю, уже включив режим «тихой мыши».

– Удачи! – пожелал Гена и приободрил легким похлопыванием по плечу. После чего он сразу же отправился дальше, вверх по лестнице на пятый или шестой этаж, а я спускаюсь вниз, психологически настраивая себя на благополучное знакомство со своими будущими коллегами по работе.

Хоть бы эти люди оказались добродушными и отзывчивыми, а не как та вредная Ольга Владимировна с первого этажа.

Подхожу к двери с табличкой «Архивный отдел». Волнительно. Делаю глубокий вдох, и на выдохе стучусь.

– Можно? – открываю дверь.

Меня встретили дружелюбной тишиной. Из помещения повеяло такой прохладой, будто я открыла не дверь архивного отдела, в дверь склепа. И этот запах старой макулатуры навеял на меня мысль, что здесь я и умру, в куче трухлявых документов, в возрасте восьмидесяти девяти лет. До девяносто я не планирую доживать.

– Эй, здесь есть кто-нибудь? – крикнула уже громче и прислушалась.

Где-то в конце коридора послышался тихий шорох. Шаркающей походкой кто-то медленно начал подходить ко мне.

В отделе стоял устрашающий мрак и холод, прям как в фильме ужасов. Не хватает еще зомби и ходячих мертвецов.

Я словно попала в старую, центральную городскую библиотеку: все помещение было забито огромными, высокими полками с разными папками, журналами и книгами. Единственное новое, что было в отделе – это, наверное, два кожаных, небольших размеров дивана, стоящие возле входа у стены.

– Вам кого? – вдруг раздался скрипучий голос рядом. От неожиданности я чуть не выпрыгнула из своего платья.

Я так сильно увлеклась разглядыванием помещения, что не сразу заметила рядом старушку лет семидесяти. Она видимо вынырнула откуда-то из полки.

А кто тогда шаркает в конце коридора?

– Я Людмила… Меня прислали сюда… – Растерянно начинаю объяснять, наблюдая за тем, как кто-то медленно подходит к нам.

Лица подходящего не было видно из-за неправильного расположения маленьких окон в помещении, нехватки дневного света и отсутствия какого-либо другого освещения.

– Кто вас сюда прислал? – продолжила расспрашивать бабуля.

– Отдел кадров. – Отвечаю, не отрывая взгляда от второго.

– Галина Михайловна, это вы меня звали? – я наконец-то увидела лицо второго сотрудника архивного отдела: седовласый, с глубокими морщинами на лице дедушка, небольшого роста, как и бабуля, но возрастом он был еще старше ее. Ему примерно лет уже за восемьдесят, если не больше.

– Сергей Захарович, – обратилась старушка к своему коллеге, – к нам тут новенькую подослали. Встречайте.

По тону старушки я поняла, что она не очень-то рада меня видеть. Чего не скажешь о старике:

– Ой, как прекрасно! – обрадовался он. – У нас накопилось столько работ. Еще одна голова и пара рук не помешает.

– Сбежит ведь девка. Время только с ней потеряем. – Принялась ворчать Галина Михайловна.

– А ты не набрасывайся на каждую новенькую сразу с порога. Тогда никто не сбежит. – Деликатно предложил добрый старичок. – Как звать тебя, дочка? – обратился уже ко мне.

– Людмила. – Отвечаю. – Людмила Андреевна.

– А меня Сергей Захарович. – Представился он, потом представил и старушку с недовольным лицом: – А эта наша Галина Михайловна. Ты не обижайся на нее, она так-то не злая, а очень даже хорошая. Просто у нас еще ни одна новенькая сотрудница не выдерживала больше дня. Сбегают, почему-то.

– Работать нынешняя молодежь не желает, вот почему. – Проворчала старушка. – Деньги хотят получать, а работать не желают.

– Ну, ты не обобщай, Галина. Не вся молодежь такая. – Улыбнувшись мне, произнес Сергей Захарович. Я тоже улыбнулась в ответ.

– Вся – не вся, но помяни мое слово, она очень скоро, как и все сбежит отсюда. – Принялась пророчить бабуля.

– Конечно, сбежит! – рассмеялся пожилой мужчина. – Кто же захочет с вами, Галина Михайловна, работать, если вы постоянно выражаете свое недовольство молодежью?

– Тогда вы, Сергей Захарович, сами будете ее обучать архивному делу, если я такая плохая. – Обиделась старушка на старика.

– Пусть молодежь занимается молодежью. А мы не станем им мешать. Анастасия Сергеевна! – вдруг окликнул старик, должно быть, третьего сотрудника отдела.

Я уже приготовилась увидеть еще одну старушку, такую же ворчливую, с недовольным лицом, как Галина Михайловна, но к моему огромному удивлению, к нам вышла молодая, даже моложе меня, девушка, – высокая, симпатичная на лицо блондинка.

– Да, Сергей Захарович? – с милой улыбкой произнесла она, остановив на мне свой любопытный взгляд.

– Анастасия Сергеевна, не могли бы вы нашей новой сотруднице провести экскурсию по архиву? – любезно попросил он девушку.

– Что? Опять? – улыбка тотчас спала с ее лица, и она посмотрела на меня уже другим взглядом, недоверчивым, серьезным.

– Не опять, а снова. – Бодро похлопал ее по спине старичок.

– Сергей Захарович, у меня еще столько дел. Можно я лучше вернусь к своим делам? – девушка на меня больше не смотрела.

– Анастасия Сергеевна, я вас премии лишу. – Вдруг добрый старичок стал серьезным.

Стою, молча наблюдаю за диалогом коллег, с заранее включенным режим «тихой мыши».

– Шантажируете? – нахмурилась девушка.

– Пока только предупреждаю. – Хитро улыбнулся он. – Галина Михайловна, пойдемте работать. Пусть молодые познакомятся, поговорят. Не будем им мешать.

Недовольно покачав головой, Галина Михайловна скрывается за полками, и Сергей Захарович отправляется обратно туда, откуда пришел – в конец коридора. Мы остаемся с девушкой вдвоем. Она смотрит на меня, я смотрю на него. Обе молчим.

– Анастасия Сергеевна. Можно просто Настя. – Представилась она первой, все с тем же недовольством в голосе.

– Людмила Андреевна. Можно просто Люда. – Представилась в ответ и улыбнулась.

Пусть знает, что я ей не враг.

– Ладно, пойдем, покажу тебе, что у нас тут есть. – Повела меня прямо по коридору, куда недавно отправился Сергей Захарович. – Здесь располагаются документы и материалы еще со времен покойного Александра Станиславовича…

– А кто такой Александр Станиславович? – перебила ее вопросом.

Раз я буду работать в этой компании, я должна знать о ней все.

– Александр Станиславович – отец Михаила Александровича. – Объяснила она, продолжая экскурсию быстрым шагом.

– А кто такой Михаил Александрович? – тут же вырвался следующий вопрос.

Девушка резко останавливается и смотрит на меня удивленно.

– Это наш шеф – Серов Михаил Александрович. Вы не знаете владельца компании, в которой собираетесь работать? – в ее голосе прозвучало осуждение. – Как же вы собираетесь здесь работать, если ничего не знаете о нашем деле? Вы хотя бы знаете, чем именно мы все здесь занимаемся?

– Строительством и продажей жилых домов и коммерческих зданий. – Отвечаю на поставленный вопрос, словно нахожусь на экзамене. – Анастасия, не стоит думать, что я сбегу от вас, как это делали другие. Мне очень нужна эта работа. А что касается владельца компании… Мне абсолютно наплевать, кто он, как его зовут и прочая о нем информация. – Режим «тихой мышки» начинает давать сбой. – И не нужно смотреть на меня, как на полную дуру. Вы не знаете меня, а не знаю вас. Но я бы очень хотела с вами подружиться, так как нам с вами еще здесь, по всей видимости, работать не один год.

Девушка поджала губы, посмотрела на меня, прищурив глаза, и продолжила идти:

– Ладно, следуйте за мной. Покажу вам ваше рабочее место и объясню, что нужно будет делать.

Пройдя длинный коридор, по сторонам которого располагались полки с документами, мы свернули налево, и я увидела два рабочих стола с новенькими компьютерами.

Один компьютер был включенным, видимо за ним как раз работала Анастасия, пока ее не подозвал Сергей Захарович. А другой компьютер, по всей видимости, предназначался мне.

– У Сергея Захаровича и Галины Михайловны зрение уже не то, да и вообще они так и не научились обращаться с современной техникой. Предпочитают работать по старинке, – объяснила Анастасия, включая второй компьютер. – Поэтому мне приходится одной вводить в реестр все документации, приходящие с других отделов. Смотри, сколько накопилось бумаг? – кивает на свой рабочий стол, заваленный документами.

– Давай я тебе помогу, и как раз ты мне покажешь, как это делать? – предложила я свою помощь.

Мы даже не заметили, как наш разговор перешел на неофициальное общение.

– В первый день у нас никто не работает, ну и сам не вызывался помогать. Ты, кстати, первая. Ведь за потраченное время, проведенное в архиве, компания не платит. Да и вообще, на следующий день после посещения нашего архивного отдела, никто и никогда больше не возвращался. Мистика прям какая-то. – Объяснила она, усмехаясь. – Но если ты никуда не торопишься…

– Нет, я абсолютно свободна. – Улыбнулась ей, садясь за свободный рабочий стол.

– А муж не потеряет? – ее взгляд упал на кольцо на безымянном пальце.

– Нет. – Отвечаю, с упавшей на лицо тенью.

– Хорошо, тогда смотри… – Настя берет несколько бумаг из своего стола и кладет их передо мною.

День пролетел незаметно, тем более, когда ты сидишь за работой перед компьютером и одновременно ведешь разговор с совершенно новым для тебя человеком. В процессе работы и за обедом в небольшой столовой, располагающейся в самом здании офиса на третьем этаже, мы с Настей познакомились ближе. Она многое рассказала о себе, например, что ей двадцать шесть лет, одновременно с работой она учится заочно в университете на экономиста, не замужем, ведет активный образ жизни. По сравнению с ней, я не была такой щедрой в рассказе о себе. Сказала лишь, что мне тридцать лет, замужем и страсть как хочу работать. Так хочу, что все равно где: будь это в жутко скучном архивном отделе, или в каком-нибудь другом месте.

Ближе к концу рабочего дня мы совместно разобрали всю ту кучу бумаг, которую оставили Насте на ее рабочем столе. Изредка я ловила на себе пристальный взгляд Галины Михайловны и одобряющий Сергея Захаровича. Настя же была на седьмом небе от счастья, когда ее работа, наконец-то, была завершена. Я же поняла, что работа с архивом – достойная работа, и как раз для меня и моего положения.

После того, как мы выполнили всю работу, а рабочий день еще не завершен, Настя предложила мне прогуляться по всему зданию. В процессе прогулки девушка рассказывала мне об основных принципах работы компании:

– Вообще, сама компания «Старлайн» существует уже больше ста лет. Ее основал еще прадедушка нашего шефа. Но процветать компания начала только после того, как бразды правления перешли в руки нашего Михаила Александровича. Он, конечно, тот еще говнюк, но в своем деле ему нет равных.

– А что с ним не так? – спросила я, слушая ее с интересом.

– Бабник. – Коротко и ясно объяснила Настя.

Я представила низкого, полненького, с лысиной на голове этого самого Михаила Александровича. Его образ зачем-то предстал в моей голове автоматически: круглолицый, красные щеки, нос картошкой, пальчики маленькие пухлые и голос, противный, женственный.

Меня даже передернуло от одной только мысли, что этот субъект может и меня домогаться.

К счастью, я погребена в архивный отдел, где покоиться там мне еще долгих, неполных восемь месяцев.

Михаил Александрович, наверное, ни разу еще не заглядывал в архивный отдел и вряд ли когда-нибудь там появится.

– Кстати, в нашей компании работают больше четырехсот специалистов. – Продолжила Настя по дороге на третий этаж, где собственно располагалась столовая. – Если не подводит память… – она задумчиво почесала затылок – … четыреста сорок два. А если ты завтра выйдешь на работу, с тобой будет уже четыреста сорок три. И это только специалисты, работающие в здании офиса. А есть еще рабочие, вне офиса: строители, бригадиры, повара и т.д. Их вообще там за тысячи!

– Возможно, мой вопрос покажется тебе бестактным, – аккуратно начала я свой вопрос, который возник в моей голове в первую минуту, как я оказалась в архивном отделе, – но меня смутило то, что в офисе работают люди, которым далеко за…

– Ты сейчас говоришь о Сергее Захаровиче и Галине Михайловне? – поняла сразу Настя. – Так они в компании работают еще со времен Александра Станиславовича.

– Почему они не вышли на пенсию и не сидят дома? – начинаю выражать свое возмущение. – Неужели им хочется ходить каждый день на работу? В их-то возрасте…

– Так получилось, что еще в молодости по глупости они подписали контракт с пожизненным сроком. И теперь они обязаны работать в компании до тех пор, пока смерть не придет за ними. – Начала объяснять Настя со скорбью на лице.

– Разве такое возможно? – ужаснулась я. – Когда придет время подписывать трудовой договор с компанией, я внимательно перечитаю документ с самого первого до самого последнего слова, и принципиально изучу каждый его пункт. – Решила для себя.

Неожиданно Настя громко рассмеялась. Смотрю на нее и не понимаю, что с ней вдруг произошло.

– Ты, в самом деле, поверила, моим словам? Я же пошутила. – Ответила она, как ни в чем не бывало.

– Ну и шуточки у тебя. – Нахмурилась я, злясь за свою излишнюю доверчивость.

– Наши старики сами не хотят уходить из компании. – Выдвинула вторую версию шутница. – Они так привыкли к своей работе, что попросили лично у Михаила Александровича оставить их в компании.

Я посмотрела на Настю настороженно. Кто знает, в чем еще был ее обман? Может, шеф никакой он не бабник, а очень даже благородный, достойный мужчина.

– Кстати, на пятый и на шестой этаж лучше не подниматься нам. – Заявила Настя, опасливо взглянув на лестницу, ведущую на пятый этаж. – Там сидят все начальники и наш шеф в том числе. Нельзя, чтобы они нас видели у себя.

Мы вернулись на свой второй этаж.

Бросив на меня испытывающий взгляд, Настя спросила:

– А ты точно завтра придешь на работу?

– Точно. – Пообещала я.

– Хорошо, я буду ждать. – Обрадовалась тотчас она. – Ну, что? По домам?

– Ты иди, а мне еще нужно кое-что сделать. – Выжидала я момент, когда, наконец-то, останусь одна и смогу подняться на четвертый этаж к Гене.

– Ну, хорошо. – Немного расстроенно произнесла девушка. – Тогда до завтра.

– До завтра.

Проследив, что Настя действительно спустилась на первый этаж, я тотчас рванула на четвертый, по дороге чуть не сбила с ног мужчину, лет сорока, в темном деловом костюме, с темно зеленым галстуком. Он спускался как раз с четвертого этажа.

– Ой, простите! – извинилась перед мужчиной и побежала дальше, чувствуя спиной его пристальный взгляд.

Кабинет Гены я нашла без проблем. Висела табличка на двери с его именем.

Постучалась и сразу же вошла.

– Гена, можно к тебе?

– Не Гена, а Геннадий Алексеевич, – поправил тотчас мужчина.

К счастью, в своем кабинете он был один.

– Прости, – второе прощение за несколько секунд. – Геннадий Алексеевич, вы когда заканчиваете работу?

– Уже закончил. – Смотрит на свои наручные часы. – А что?

– Не могли бы вы меня довести до вашей жены?

– Не терпится рассказать о своем первом рабочем дне? – усмехнулся он.

– Ага, – киваю.

– Хорошо, только ты иди первая и жди меня на улице возле моей машины. Мы не может спустить вместе. Сама понимаешь, в офисе болтать о нас начнут.

– Хорошо. Только я возьму свою сумочку.

Не дожидаясь ответа Гены, я побежала обратно вниз, за своей сумочкой.

Бегу по лестнице и думаю, а зачем я собственно не позвонила Гене на его мобильный? Зачем нужно было напрягаться и подниматься на два этажа выше?

На лестнице между четвертым и третьим этажом я снова столкнулась с тем мужчиной в темно-зеленом галстуке.

– Девушка, куда вы все спешите? – неожиданно он преградил мне дорогу.

Мужчина был на голову выше меня, но из-за того, что он стоял ступенькой ниже, мы оказались практически на ровне, и я на этот раз смогла рассмотреть его лицо: красив, смугл, черные волосы, брови и ресницы, карие глаза, воинственный подбородок и четко выраженные скулы. На его тонких губах играла наглая ухмылка, что мне очень не понравилось.

Знает, что неотразим и пользуется этим. Но у меня на красавцев иммунитет, они меня нисколько не привлекают. Теперь я смотрю только на поступки мужчины. Красивая внешность лишь маскирует гнилую душонку.

– Пропустите. – Гордо вскинув подбородок, произношу я как можно строже.

– А если нет? – в его глазах блеснула игривая искорка, а улыбка стала еще шире. Так он решил продемонстрировать белизну своих ровных зубов?

– Я спущу вас с лестницы. – Отвечаю я, с заметным раздражением.

Но моя недоступность его только забавляла. Он будто поймал азарт и теперь не хочет так просто отступать.

– Вы же можете так убить меня. – Произнес мужчина с ухмылкой. – Неужели вы так хладнокровны?

Я попыталась пройти дальше, обойдя его, оставив вопрос без ответа, но он снова закрыл собой путь.

Я начинаю злиться.

– Немедленно отойдите в сторону! – потребовала я, сверкнув на него злобным взглядом.

– Почему вы такая нервная? – весь его разговор состоял из флирта, что меня еще больше бесило. – Злость вам не к лицу.

– Так не злите меня! – сделал еще одну неудачную попытку обойти его.

– Трудный рабочий день? Кстати, в каком вы отделе? Почему я раньше вас не видел в офисе?

– А вы знаете на лицо всех женщин офиса? – с сарказмом поинтересовалась я, сама того не заметив, как начала с ним разговор.

– Практически. – Отшутился мужчина.

Скоро спустится Гена. Нужно прекращать этот бессмысленный разговор. В голове загорелась красная лампочка.

– Ольга Владимировна! – воскликнула я, глядя за спину мужчины.

Пока тот оборачивался назад, я словно мышь, ловко юркнула мимо него и стремительно побежала вниз по лестнице.

– Еще увидимся! – прокричал мужчина мне вслед, словно угрозу.

Ему же будет лучше, если наша встреча больше не состоится.

ГЛАВА 3

– Почему так долго? – Гена уже сидел в машине и ждал меня.

– Какой-то придурок пристал ко мне на лестничной площадке и не давал прохода. – Проворчала я, пристегиваясь ремнем безопасности.

После моих слов Гена улыбнулся.

– Кстати, предупреждаю: в компании присутствует сексуальное домогательство.

– Очень вовремя ты предупреждаешь. – Съязвила я, краснея от злости. – Спасибо. Но я уже, можно сказать, подверглась этому самому домогательству. И много таких придурков в компании?

– Хватает. – Издает короткий смешок. – Ну, как сегодня прошел твой первый рабочий день, помимо того, что тебя домогался один из наших специалистов?

– В целом, мне все понравилось. И коллектив в архивном отделе дружный, и работа что надо. – Я устало вздыхаю.

– Значит, с завтрашнего дня приступаешь к полноценной работе?

Я закрыла глаза, чтобы привести мысли в порядок. И после недолгих раздумий, ответила:

– Да, я согласна работать в компании. Проблема только в одном: что делать с медицинской справкой?

– Я думал сегодня об этом. – Произнес он, взглянув на меня строго, когда машина остановилась перед светофором с горящим красным цветом. – Есть у меня один знакомый врач… Можно попробовать обратиться к нему за помощью. Однажды я помог ему в одном деле, теперь он мой должник.

Я чуть не подпрыгнула от счастья, услышав эту радостную новость. Как же удачно все складывается. Боюсь только, что эта белая полоса неожиданно может оборваться. Но лучше не думать об этом.

***

– Дорогая, встречай рабочий коллектив! – оптимистично оповестил о нашем приходе Гена, открыв входную дверь квартиры. – У нас гости? – удивился он, заметив в прихожей чьи-то белые мужские кроссы.

Представляю, что первое пришло ему на ум.

– Ой, вы уже пришли? – выскочила из кухни Светка. По ее удивленному виду и волнению на лице, можно было понять, что она не ожидала нашего прихода. Хотя по времени, рабочий день уже завершен, – она не могла не знать об этом. Значит, не следила за временем, так как была занята чем-то очень занимательным.

– Да, дорогая, мы уже пришли. А вот чем занята ты?

Гена приподнял бровь, ожидая объяснений.

Вдруг из кухни выходит мужчина: молодой, лет двадцати восьми – тридцати, высокий, симпатичный сероглазый шатен, в серых спортивных штанах и белой футболке.

Где-то я его уже видела…

– Это не то, что ты думаешь… – Начала Светка объяснять мужу, нервно поправляя на себе фартук.

Гена напрягся. Я тоже.

– Сергей? – значит, Гена знаком с этим мужчиной.

Удивленно смотрю на Светку. Теперь я тоже подумала о том же, о чем подумал Гена.

– Здорова. – Поздоровался с ним гость.

Мужчины пожали друг другу руки, но напряжение, витающее вокруг Гены, не спало.

– Пойдем, нам нужно поговорить. – Светка берет мужа за руку и тащит его в комнату. – Люд, раздевайся и… Тьфу, не нужно раздеваться. Сними обувь и проходи на кухню, не стой в дверях. – Бросила мне через плечо подруга и, толкнув немного растерянного Генку в комнату, закрыла за собой дверь.

Хм, – все это мне показалось очень подозрительным.

Мужчина выдавил кривую усмешку, уставив на меня свои серые гляделки. Нагло рассматривал меня с ног до головы. Я нахмурилась.

– Ну как? – не выдержала я и спросила с сарказмом.

– Пойдет. – Усмехнулся он с неприкрытой наглостью.

Я сморщилась и отправилась на кухню. Ужасно хочется есть.

Не буду скромничать, нырну в холодильник и перекушу что-нибудь, пока Светка объясняется со своим мужем.

Но, мне не пришлось даже открывать холодильник, на кухне был накрыт стол, богато и по праздничному: красиво сервирован, минимум два салата, закуски и нарезки.

День рождение? Ни у кого из членов семьи, если не подводит мне память, не должно быть сегодня никакого Дня рождения. Годовщина свадьбы? Рябовы зарегистрировали брак в декабре месяце, а не в июне. Никакие варианты больше не приходят в голову, кроме как…

Не успела я додумать свою версию происходящего сегодня в доме Светки, как на кухню вслед за мной вошел этот самый незнакомец.

– Вот с-с-с… – Произнесла я, с трудом сдерживая вырывающийся наружу отрицательные эмоции.

– Что, простите? – не понял он, решив, что мои слова были адресованы ему.

– Светка, говорю, умница, такой ужин шикарный организовала! – произношу восторженно. – Знать бы только, какой повод. Может, вы знаете?

– Знаю, – самодовольно улыбается гад.

Мне было очень любопытно узнать, что он скажет. Но, зараза, молчит и тупо улыбается.

– Ну что, вы уже познакомились? – возвращаются на кухню супруги Рябовы: Светка – загадочная, Гена – задумчивый.

– Собственно, еще не успели. – Отвечает мужчина, а я со злобой смотрю на Светку.

– Отлично. За ужином и познакомимся. Рассаживайтесь. Гена садись рядом со мной. – Принялась командовать Светка. – Сергей, – обращается к своему гостю, – поухаживайте за моей подругой.

– Присаживайтесь. – Отодвигает мне стул возле себя.

Я нахмурилась, но все же села, раздраженно скрестив руки на груди.

Гена начал разливать по бокалам белое вино, а Светка хитро стала мне подмигивать, мол, смотри, какой красавчик сидит рядом с тобой. А тот самодовольно откинувшись на спинку стула, сидит и крутит в руках вилку.

За столом повисло напряженное молчание.

– Кхм-кхм, – откашлялся Гена, прерывая это самое молчание тостом. – Давайте выпьем за встречу и за знакомство. – Скромно произнес он.

Гена никогда не любил произносить за столом тосты, а когда приходилось ему это делать, говорил просто, коротко и ясно.

– Ген, ты забыл? – обратилась Светка к мужу с негодованием. – Людка же вообще не пьет алкоголь. Налей ей сока.

– Ага, – тут же подумала я, – значит, она не сообщила Сергею о моей беременности.

В моей голове созрел хитрый план. Я взяла протянутой Геной бокал с апельсиновым соком и ехидно улыбнулась.

– Люда, не смей. – Предупредительно шикнула на меня Светка, она не сводила с меня глаз.

Лишь только Гена с Сергеем ничего не замечали, они допили вино в своих бокалах и тотчас принялись за ужин.

Сижу, ковыряю вилкой в тарелке с салатом. Прежний зверский аппетит куда-то улетучился, и настроение уже не то.

– Сергей, познакомься, моя лучшая подруга – Людмила. – Представила меня своему гостю Света в процессе ужина.

Думаю, в конце вечера она уже не будет считать меня своей лучшей подругой.

– Люда, – обратилась ко мне со скрытым намеком, ясным только нам обеим, – это Сергей, наш сосед. Он живет от нас прямо через стенку. Сергей не женат, – начала его биографию сразу же с семейного положения, – нет детей, живет с собакой.

– С собакой?! – сделала удивленное лицо. – Брр, как же я не люблю собак. – Сморщилась. – Предпочитаю милых, безобидных котов.

– Знаете, собаки тоже разными бывают, – сразу же присоединился к разговору сосед подруги, встав на защиту своего питомца. – Мой – породы немецкой овчарки. У этой породы собак очень стабильная психика. Они легко поддаются дрессировки, безболезненно переносят смену обстановки, спокойно и сдержанно ведут себя с незнакомцами. Поэтому, не стоит не любить собак из-за своих ошибочных предположений, что все они опасны для окружающих.

Какой же он зануда, – подумала я про себя, но вслух произнесла:

– А что вы скажете о запахе, который исходит от собаки и которым потом пропитывается весь дом? Я и сейчас чувствую от вас собачатину.

– Люда! – возмущенно воскликнула Света. Гена усмехнулся.

– У вас прекрасное обоняние. – Лишь улыбнулся мужчина в ответ на мое оскорбление.

Собак я, конечно, люблю, и совершенно не против того, что они живут с людьми в одном доме, спят в одной постели и едят на кухне, вместе со всеми членами семьи. И собачатиной от Сергея нисколько не несет. Просто меня жуть как разозлил тот факт, что он сюда пришел познакомиться со мной, и, конечно же, не без вмешательства моей подруги.

Кто знает, что она ему наболтала обо мне, из которого пятьдесят процентов – ее вранье и фантазия.

– Люда, никогда бы не подумала, что ты не любишь собак. С каких пор? – тщательно скрывая свое раздражение, произнесла Света.

– С недавних, – нейтральным тоном отвечаю я, – как только я узнала, что…

– Кто будет еще вина? – резко прервала меня на полуслове Светка, вскочив из-за стола и схватившись за бутылку.

– Дорогая, я сам налью. – Гена просит жену вернуться обратно за стол.

Бросив на меня злобный взгляд, Светка садится и продолжает говорить, включив свои актерские способности и воображение:

– Кстати, Сергей, расскажите нам о своем бизнесе. – Произносит она фальшивым милым голоском. – Я слышала, он процветает?

О, да он еще богат! Какое счастье! – с сарказмом, под пристальным взглядом подруги, подумала я, скривив губы.

– Хм, – ухмыльнулся Сергей, откладывая вилку в сторону. – Вы намеренно преувеличили мою работу перед своей подруги? Если так, то я своим ответом Людмилу только разочарую.

– Тогда можете не отвечать на поставленный вопрос. – Предложила я, за что снова получила убийственный взгляд со стороны Светы.

– У меня своя небольшая автомастерская. – Продолжил Сергей, не обращая внимания на мой сарказм.

– Вы скромничаете, называя ее небольшой. – Принялась льстить соседу Светка. – Я видела ее и она огромная!

– Когда это ты видела его автосервис? – спросил Гена, строго взглянув на свою жену.

Все шло совершенно не по запланированному плану. Поэтому Света начинает нервничать.

– Люд, сегодня я купила такой классный костюм. Пойдем, заценишь. – Встает из-за стола и тащит за собой из кухни.

– Нужно это сделать прямо сейчас, в процессе ужина? – нехотя поднимаюсь со стула, зная наперед, что сейчас будет.

– Потом я могу забыть. – Сдержанно произносит она и практически выталкивает меня из кухни.

Затаскивает в свою спальню и начинает выплескивать на меня все, что у нее накопилось за время ужина:

– Ты что творишь? Ты зачем портишь мой план? Зачем отшиваешь Серегу? Только не говори, что он тебе не понравился. Не поверю.

– Ты в своем уме? Что ты делаешь? – не остаюсь и я в долгу. – Ты решила таким образом свести меня с ним, и это после того, как буквально позавчера меня бросил муж? Не могла подождать хотя бы месяц, пока я приду в себя?

– Нашла из-за кого убиваться. Витька твой тот еще козел, правда, безрогий. Поэтому самое время наставить ему рога. Не стоит из-за такого идиота пренебрегать своим личным счастьем.

– Света, ты меня вообще слышишь? – наш разговор на повышенных тонах наверняка был слышен и на кухне. Но в этот момент мне было абсолютно все равно, слышал нас Сергей или нет. – Я не желаю с кем-либо сейчас знакомиться и тем более заводить отношение!

– Девушки, – в комнату вошел Гена. – Сейчас же прекращайте орать и возвращайтесь на кухню.

Под строгим конвоем, мы вернулись на кухню. При виде Сергея за столом, меня даже передернуло и стало тошно.

– Сергей, простите нас. Мне очень неловко, что вы стали свидетелем этой непредвиденной ссоры. – Извинилась Светка перед соседом, присаживаясь за стол.

– Все в порядке. – Заверил тот, по хозяйски развалившись на стуле.

– Давайте продолжим разговор. На чем мы остановились? – стала вспоминать последнюю тему разговора, и тотчас нахмурилась. Вспомнила, видимо.

– Мы говорили о моей работе. – Напомнил Сергей. – А теперь мне бы хотелось немного узнать о вашей загадочной подруге Людмиле.

Судя по тону, он ухмылялся, и я всем телом чувствовала, что он разглядывает меня.

Я глубоко вздохнула, надеясь расслабиться. Почему же Света не хочет понять меня, что сейчас я не хочу с кем-либо знакомиться?

Все тело сводило от напряжения. Почему я должна это терпеть?

– Хотите узнать обо мне больше? – поворачиваюсь и смотрю Сергею прямо в глаза.

– Если вы не против, – произнес он мягко.

– Люда, – перебил предупреждающий голос Светы.

Но я уже не слушала ее:

– Позавчера от меня ушел муж, к своей молодой любовнице, которая ждет от него ребенка. Кстати, я тоже жду от него ребенка. – Я видела, как Сергей менялся в лице, и признаться, это доставляло мне удовольствие. – Очень скоро, мне негде будет жить. И я вынуждена устроиться на работу, чтобы хоть как-то в будущем прокормить себя и своего еще нерожденного ребенка. Простите, я не привыкла быть такой откровенной с совершенно незнакомыми людьми. Но вам зачем-то очень захотелось рассказать все это.

– И я понимаю, зачем. – Одобряюще кивнул Сергей и улыбнулся.

– Какой понятливый мужчина, – подумала про себя со злостью.

Светка все это время молчала. Поняла, наконец-то, что провалился ее план со сватовством.

– Зря вы так. – Вдруг произнес Сергей, с непонятным для меня смыслом.

Гляжу на него вопросительно.

– Зря вы думаете, что теперь все мужчины такие же подлецы, как ваш муж. – Разъяснил он.

– С чего вы взяли, что я так думаю?

– Измена может сильно подорвать доверие в отношениях и вызвать чувство предательства. И вы сейчас, несомненно, испытываете гнев, обиду, страх, печаль, депрессию. И даже снижение самооценки. Вы начинаете ненавидеть мужчин…

У меня сжались зубы. Ну и наглость!

– Вы психолог? – спрашиваю я, не желая больше его слушать.

– Всего лишь владелец автомастерской.

– Тогда не лезьте ко мне со своими советами. Я сама разберусь, как мне жить дальше. – Резко встаю из-за стола и выхожу из кухни.

– Ты куда? – выбегает за мной Света.

– Домой. – Надеваю обувь.

– Я провожу тебя.

– Нет. – Остановила подругу на полпути к выходу суровым взглядом и тоном. – Я хочу побыть одна.

Светка вздохнула и больше не стала настаивать.

Выхожу из квартиры подруги, даже не попрощавшись ни с кем. Я была так зла, что чувству сожаления не было места в моем сердце, а разум вовсе помутнел. Эмоции зашкаливали.

Я пошла домой пешком, не стала вызывать такси, хотела прогуляться и остудить пыл. Погода стояла что надо: теплый, безветренный июньский вечер. Время приближалось к девяти часам, на улице заметно потемнело.

Шла достаточно долго, не торопясь. И когда дошла до своего дома, я успокоилась и даже поняла, что в некоторых моментах перегнула палку. Могла бы не реагировать так остро на слова Сергея и на него в целом, и тем более на свою подругу.

Подхожу к подъезду, одновременно роясь в сумочке в поисках ключа от квартиры.

– Где ты была так долго? – вдруг раздался голос откуда-то со стороны.

– Витя?

Сидит на лавочке, как бедный родственник, курит и втихоря наблюдает за мной.

Судя по разбросанным вокруг него окуркам, сидит он тут уже давно.

Мой сегодняшний день начался ну уж очень подозрительно удачно. Я не хотела думать о плохом, но стоит признать, пора случиться чему-нибудь и плохому. Все в жизни является временным, как белая, так и черная полоса. Не может же белая полоса длиться так долго? А Витя – та самая неизбежная черная полоса.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я, к его огромному удивлению с полным равнодушием на лице.

– Я пришел к себе домой. – Витя встает со скамьи и подходит ко мне.

– Не тяжело разрываться на два дома?

– Ни сколько. – Отвечает он, подходя ко мне вплотную.

Я почувствовала резкий запах алкоголя.

– Очень жаль. – Отхожу от него.

– Где ты была? – спросил он резко тоном ревнивого мужа. – И куда так вырядилась?

– Это уже не твое дело. – Отвечаю, смело глядя ему в глаза.

– Не успел муж выйти за порог, как жена тут же начала шляться по любовникам? – саркастично заметил он. Потом больно схватил меня за руку и стал тянуть к себе.

– Отпусти, иначе я закричу. – Предупредила я, сверкнув на него злобно и сделав несколько неудачных попыток выдернуть свою руку.

Пьяный мужчина призадумался, нахмурившись, поднял голову и посмотрел на окна нашей квартиры, выходящие во двор.

– Пошли в дом. – Произнес Витя заплетающимся языком, отпустив мою руку.

– Нет. – Отвечаю твердо.

Он мельком взглянул на меня и холодно обронил:

– Мне нужно забрать кое-какие вещи.

– Почему же ты раньше не забрал свои вещи, а сидел на скамейке?

– Я потерял ключи от нашей квартиры. – Раздраженно бросил он.

Это судьба, – подумала я про себя. Или в пропаже ключа причастна его беременная девушка.

Смотрю на своего мужа, с которым прожила целых восемь лет, и не могу понять, в какой момент все пошло не так? Как этот человек может оставаться таким родным и близким, и в то же время чужим и ненавистным?

– Хорошо, – согласилась я после недолгих раздумий. – Ты заберешь, что хотел и сразу же покинешь квартиру. Мне завтра рано вставать, я хочу выспаться.

Я направилась в дом, Витя молча последовал за мной.

– Проходи. – Открыла перед ним дверь. – Только разуйся. Не будь, как твоя мама.

– А что, мама приходила сюда? – удивился Витя.

Смотрю на него и понимаю, он, и правда, не знает о приходе Лидии Александровны.

– Да, приходила ко мне вчера.

– Зачем? – смотрит на меня своими пьяными глазами и одновременно пытается снять обувь.

Смешное зрелище. Но мне что-то сейчас не до смеха.

– Хотела поговорить по душам.

Не хочется вдаваться в подробности. К тому же Витя со своим нетрезвым состоянием вряд ли сейчас способен понимать, о чем я говорю.

– О чем поговорить? – не отставал он, и последовал за мной на кухню.

– О всяком, – начинаю проводить легкую уборку на кухне, потом ставлю чайник, и одновременно разговариваю с Витей. – О тебе, обо мне, о квартире…

– Я сказал ей, что мы продадим квартиру и поделим деньги пополам. – Витя садится за стол и, облокотившись, наклонил голову вниз.

Пусть только попробует уснуть сейчас на кухне, – взволнованно подумала я, и принялась трясти его за плечи.

– Витя, ты что-то хотел забрать. Так забирай и уходи.

– Люд, налей мне чаю. – Сонно зевнул он, с заметным усилием открыв глаза.

– Хорошо, – раскидываю чайные пакетики по двум чашкам.

– А есть что покрепче?

– Нет. – Отвечаю твердо. – Что-то покрепче тебе нальет твоя… Кстати, как ее зовут?

– Соня. – Отвечает хмуро.

Думаю, самое время сейчас поговорить о том, как все это вышло. С какого момента Витя начал мне изменять? Ведь это не случилось на прошлой неделе. Если девушке уже вставать на учет, значит, их отношения длятся уже несколько месяцев.

– И как давно вы уже… – Я запнулась, подбирая нужное слово. – Как давно вы общаетесь?

– Два года.

– А встречаетесь? – от изумления у меня даже округлились глаза.

– Два года.

– Ты начал изменять мне два года назад?! – ахнула я.

– До Сони у меня было еще несколько тайных связей. – Признается Витя.

Как же удачно он зашел. Будь Витя сейчас трезвым, я так ничего и никогда не узнала бы.

Я молча, с трудом проглатываю информацию. В голове не укладывается, что все это время я не замечала измену мужа, причем и не одну.

– Почему молчишь? – поднимает Витя на меня свои пьяные, бесстыжие глаза.

Смотрю на него и понимаю, что оказывается, я совершенно не знаю его. Он не тот, кем казался мне все это время.

Удивительно, как же резко один человек может пасть в глазах другого.

Если пять минут назад я допускала мысль, что могу оставить его в квартире на эту ночь, пока он не протрезвеет, то сейчас мне хочется прямо сейчас посадить Витю в такси и отправить его к той, которая однажды еще окажется в моей шкуре и ощутит вкус предательство любимого.

– Почему молчишь, Люда? – повторил свой вопрос Витя.

– Перевариваю в голове твои слова.

Засвистел на плите чайник. Я разлила кипяток по чашкам, а Вите разбавила чай холодной водой. Не хочу, чтобы он сидел здесь и ждал, пока его чай остынет. Пусть скорее выпьет и уходит.

– Люда… – Тяжело вздыхает муж.

– Да, Витя? – смотрю на время. Ему пора уходить. Мне еще нужно принять душ и лечь пораньше.

– Люда, ты меня простишь?

Ну, вот, начинается.

– Витя, бери, что хотел и уходи.

– Ты меня простишь?

Вот, заладил.

– Витя, мне завтра рано вставать. Допивай свой чай и уходи.

– Куда ты завтра идешь? – спрашивает заплетающимся языком.

– Это уже не твое дело.

Витя просто тает на моих глазах. Такое чувство, будто выпитый им сегодня алкоголь начал действовать только сейчас. Слова его сливались, преобразовывались в одно невнятное предложение.

Что он бормотал дальше, я уже не понимала. Голова его стала опускаться все ниже и ниже, пока он окончательно не рухнул лицом на стол, уронив на пол стоящую перед собой чашку с чаем.

Чашка разбивается на множество мелких осколков и рассыпается по всей кухне.

Вот, мне еще одна работа перед сном: собрать осколки и помыть липкий от сладкого чая пол.

– Посуда разбивается на счастье, – говорю себе, устало вздыхая и собирая разбросанные по полу осколки.

ГЛАВА 4

– Доброе утро. – Прозвучал хриплый голос в дверях.

Я стояла напротив зеркала, поправляла на себе одежду, в котором сегодня собиралась пойти в офис: укороченный кроп-пиджак, брюки в цвет пиджаку – нежно кремового, белый топ и кеды, когда в комнату вошел Витя.

Прежде, несколькими днями ранее он это делал регулярно, а сегодня он вошел как гость: робко, неуверенно, стыдливо пряча глаза.

– Доброе утро. – Поприветствовала в ответ, уже подкрашивая губы. – Как спалось? – не удержалась я от иронии.

– Я что уснул прямо за столом? – скорчившись от боли, произнес он.

Говорил Витя с заметным усилием. Видимо, голова раскалывается от чрезмерно выпитого количество алкоголя, если он, конечно, еще не смешал.

– Получается так, – отвечаю, стараясь не смотреть на него.

– А ты куда-то собираешься?

Какая наблюдательность. Нет, блин, крашусь и одеваюсь, чтобы весь день дома красивой и ухоженной просидеть.

– Да, собираюсь. И ты, мой милый, тоже должен уйти. – Начинаю расчесывать волосы и как можно равнодушно продолжаю: – Твоя девушка, наверное, переживает, волнуется за тебя. Ты же дома не ночевал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.