Виктория Вишневская
Я жду от вас ребёнка, босс!

Пролог

– Пожалуйста, только отрицательный!

Я с каким-то страхом открываю глаза и смотрю на тест.

Кажется, мы с моим боссом жутко заигрались, раз я сейчас стою и сверлю взглядом пока что одну полоску. Наверное. Второй точно не вижу.

Капец….

У меня сейчас сердце остановится.

Я не думала, что в свои двадцать один вообще буду беременна. А отцом и по совместительству первым мужчиной станет этот циник и подонок. Да, мой босс.

С которым… Я поругалась.

И как это всё будет выглядеть? Тимур, давай снова сойдёмся, я тут малыша жду? Это странно! И подло!

Я бы не сказала, что не хочу ребёнка, но… Так рано? Ещё и без отца. После того, что я наговорила Тимуру – вряд ли мы сойдёмся.

И надеюсь, что я всё же не беременна…

Зачем я вообще тогда так неудачно отомстила ему? Нет, месть хорошая – поцарапать машину было легко. Но последствия… Ужасны.

Что-то мы переборщили.

И игра в жениха и невесту сейчас выливается в ЭТО…

На белой полосе появляется вторая красная чёрточка. Режет прямо как нож по коже.

– Вот чёрт… – срывается с губ.

Это катастрофа.

Пальцы подрагивают, дотрагиваются до живота.

Быть не может.

И что теперь делать? У меня теперь ребёнок в животе! Я сама как ребёнок! А всё из-за… Тимура!

Чем он вообще думал, когда стягивал с меня платье? Остальное?

Но как же?… Когда?..

Он вообще рассчитывал, что наша игра зайдёт так далеко?

Ребёнок был выдуманный! Вы-ду-ман-ный! Понарошку! Для публики! Мы собирались разбежаться…

А что теперь?

У нас будет реальный, мать его, малыш!

Что он скажет на это? Бросит меня с ним? Скажет, что я сама виновата, раз мы расстались? И даст денег на аборт? Я не знаю. И жутко боюсь. Остаться одной.

Это будет и так. У нас… Всего лишь фикция. Теперь так точно. Когда я… Наговорила ему всё это. И теперь я всего лишь отрабатываю долг. И всё. И так и так останусь без него.

И боюсь этого всего.

Но ещё сильнее страшусь сказать его дочери, что жду ребёнка от её отца. Да, я не обязана, но… Та, что вставляла мне палки в колёса скоро обзаведётся сестрёнкой или братиком.

Нет, аборта я точно делать не буду.

Даже если буду матерью-одиночкой.

Чёрт… Я ведь обещала и Вере, и себе, что всё будет нормально. Ничего серьёзного.

Но у нас произошло уже столько…

Что не знаю, что делать.

В каком-то тумане достаю телефон. Нервно поглядываю на ясно проявившуюся красную полоску.

Честно? Волнуюсь и трясусь.

Я расскажу Тимуру.

Что он скажет? Ему не нужен этот ребёнок? Но ведь наверняка так… У него дочь уже взрослая. Плюс Лиза… Девушка его. Губошлёпка та.

А тут я…

И вообще, он сам виноват! Что вот тогда взял и как… Накинулся, как зверь!

Я всё же звоню ему. Понимаю, что это странно. Сначала наговорить ему столько всего, а потом… Звонить и говорить ему такие слова. Неловко. Смущающе.

Жду протяжные гудки, душащие с каждой секундой всё больше.

– Тимур, – выдыхаю его имя, как только гудки обрываются. – Я тебя ненавижу.

И он знает это.

– Добровольская, с каких пор мы на «ты»?

– Я… Должна тебе кое-что сказать.

– Быстрее. Я на совещании.

– Нет, не то, – собираюсь с силами. – Я хочу сказать другое.

Я буквально не дышу.

– Тимур Русланович? – доносится со стороны. Он не один.

Вдыхаю побольше воздуха, понимая, что совсем не вовремя. Но не могу больше ждать.

И на выдохе тараторю:

– Я беременна.

Глава 1

Ася

– Я не буду ни с кем спать!

Да моя подруга с ума сошла!

– Хоть зарежь, хоть убей, но нет! Я не пойду с незнакомым парнем на сомнительную вечеринку!

– Да ты не так поняла! Не спать! – выпаливает Вера. – Я прошу просто подменить меня на один вечер. Этот тип меня и в глаза ни разу не видел!

Когда моя подруга – вполне обеспеченная студентка не последнего университета в стране решила сходить на свидание с малознакомым парнем, уже имея вторую половинку – я была в таком шоке, что до сих пор негодовала от её решения. Но мало ли у богатых своих причуд? Да и хорошо зная Веру – эту чудачку – не стала отговаривать её.

А сейчас она предлагает мне пойти с каким-то мутным человеком на вечеринку…

Хочется рассказать её отцу Тимуру Руслановичу о том, что тут Вера выкручивает.

Но нет. Не вариант. У нас с ним очень натянутые отношения. Он считает, что я плохо влияю на его дочь. И с вероятностью девяносто девять процентов сказал бы, что именно я подтолкнула её к этому решению.

Наверное. Вообще-то, он тип молчаливый. Но как посмотрит – так просто свалить куда подальше хочется.

Ах да, а ещё он не знает, что у его дочери кто-то есть.

– Нет, – выставляю перед собой руку. – Сама заварила кашу – сама её и расхлёбывай. У меня и так проблем хватает… Ещё чуть-чуть – и я вылечу из университета из-за одного нарцисса, который не даёт мне прохода.

– Ну, Ась, – включает подруга свой жалобный голосок. – Пожалуйста! У меня завтра свидание с Игорем! А по поводу этого мужика, преследующего тебя, я с папой поговорю. Он разберётся, кем бы тот ни был!

Знала бы ты, Вера, кто доставляет мне неприятности, не говорила бы такого… Твой отец скорее нас к чёрту пошлёт!

– Но помощь мне срочно нужна! Там… в общем…

Она резко замолкает и топает от злости ногой. Всегда так делает, когда что-то не получается.

– Ладно, – сдаётся.

Ого, решила ввести меня в курс дела?

– Папа решил меня с партнёром своим познакомить. Вот заставляет завтра идти на встречу. Я отказать не могу. Но и пойти не смогу… Мы завтра с Игорем… на всю ночь у него… У него концерт! Очень важный! А после этого…

Она смущается, краснеет и не знает, как продолжить. Теребит пальцами край юбки. А из меня вырывается разочарованный стон. Знаю, что она сейчас скажет!

– Первую ночь ему подарить хочу! – выпаливает Вера решительно.

Ой, дурочка…

– Твой папа твоему Игорю знаешь, что сделает? – предостерегаю её.

Я даже представить это боюсь. Тимур Русланович – серьёзный мужчина. Непрошибаемая скала с холодными карими глазами, взгляд которых просто припечатывает к полу. Впрочем, как и одно его присутствие.

Я его боюсь. Честно боюсь. Поэтому стараюсь не пересекаться с ним, когда он вдруг решает навестить свою дочь. У меня ноги трястись начинают, когда его вижу. А он так смотрит на меня порой… Вот как на биомусор. И однажды так намекнул, что не рад нашей дружбе, что я чуть не описалась от страха, оставшись с ним наедине. А у меня, на минуточку, характер взрывной. Я никого не боюсь, сама кого хочешь напугаю.

И тут Вера решила девственность парню своему подарить… Капец Игорю! И подруге моей тоже.

Надо погладить чёрное траурное платье.

– И что мне делать, если твой обман раскроется? – недоумеваю. Глупая авантюра! – Вдруг партнёр этот уже знает, как ты выглядишь? – развожу руками. Нет! Это самоубийство чистой воды! – Да меня твой отец в порошок сотрёт!

Не хочу. Боюсь! Он – ужасный человек. С виду приятный, но вот его отношение ко мне…

– Он не узнает. А даже если и да…

Вера снова жалобно смотрит на меня своими карими глазами. Так умоляюще, что сердце в груди кульбит совершает. Хватает мои пальцы и сжимает их. Ладошки у неё тёплые такие, успокаивающие…

– Мне двадцать. Я сама могу выбирать, с кем встречаться. Ну, Ась, пожалуйста… Лучшего вечера у меня не будет!

Я вздыхаю. Что-то мне как-то не по себе. Страшно, да. Но, может, всё же помочь? И хотя бы кто-то из нас двоих перестанет быть девственницей в свои-то годы.

Но чёрт! Как это вообще всё будет? Я должна буду ходить под ручку с каким-то мужчиной, имени которого даже не знаю? Строить из себя Веру? А что если он про отца её заикнётся? Что я скажу? Что он глыба непрошибаемая?

– Я не уверена…

– Асечка, прошу! – и опять этот молящий голос…

– Да блин… – тяжело вздыхаю.

Подруга я или нет? Мы с ней вон почти четыре года рука об руку. А я помочь отказываюсь!

– Ладно!

Всего одно слово – а будто страшный приговор. Но я сдаюсь, видя эти карие искристые глаза. Подруга взвизгивает, кидается меня обнимать, но я останавливаю её. Рановато радоваться!

– Стоп! Моей бабушке ни слова.

– Ни слова! – воодушевлённо кивает Вера.

Лукаво улыбаюсь. Ну всё…

– И едешь со мной через неделю в домик у озера.

– О-о-о, н-е-ет, только не это! – разочарованно стонет она.

А мне это даже удовольствие приносит, и я ехидно хихикаю. Да-а, Вере озеро не нравится. Она отчаянная трусиха и верит в то, что там живут призраки. А я обожаю пугать её и шутить над ней.

– Ну ладно. Ради завтрашнего вечера…

Она снова кидается мне на шею. Я обнимаю её в ответ и нервно сглатываю. Потому что хоть и легко было согласиться, но… Идти на вечеринку, чтобы сопровождать мужчину, которого никогда не видела – не так просто.

А ещё очень и очень страшно. Потому что не знаешь, кем он в итоге окажется. Маньяком, или же… каким-нибудь знакомым. Хотя вряд ли. Таких богатых знакомых, как у Тимура Руслановича, у меня нет.

Вера отрывается от меня, сияя как лампочка.

– Тогда встречаемся завтра. Перед тем, как поехать на день рождения Рудковского. Подготовим тебя так, что не только партнёр слюни пускать будет, но и все остальные!

Тимур. За день до разговора Аси и Веры.

– Завтра у господина Рудковского празднование. Там будет Ваша бывшая жена.

– Я в курсе, – отрезаю, больше не желая слушать. – Скажи Лизе, чтобы выезжала завтра в пять.

Когда рядом находится моя любовница, бывшая жена не так охотно общается со мной. А мне в самый раз. Эту женщину я терпеть не могу последние несколько лет. И кажется, что всё больше и больше.

На этой вечеринке будет один нужный мне человек. Он до мозга костей семьянин. Но крайне суров в плане бизнеса. У него земля есть – золотая жила. Если открыть там ресторан – прибыль потечёт невменяемая. И чисто из спортивного интереса я хочу эту землю себе.

Да и выходных у меня давно не было. Поеду с ночёвкой, отдохну. А если так – мне точно нужна Лиза.

– Она не может…

Я поднимаю пристальный взгляд на своего помощника и зло прищуриваюсь.

– Что значит «не может»?

– Лиза просила передать Вам… – мнётся на месте Слава. – Она себе губы гиалуронкой накачала. Препарат плохой оказался или мастер – я не понял. В общем, там и сыпь, и гнойники на пол-лица, – морщась, он уныло машет рукой. – Поэтому пока сидит дома…

Я со злостью закрываю крышку ноутбука.

– Тогда реши эту проблему, – кидаю холодно. – Но чтобы завтра в особняк Рудковского я поехал не один.

Встаю со своего места, достаю телефон из кармана. Выйдя из кабинета, спускаюсь в зал своего ресторана. Чашка кофе мне сейчас не помешает. Иначе я уволю как минимум двух своих людей. Славу и Лизу.

Сказал же ясно, чтобы не делала эти дутыши себе. Нет, пошла. Ослушалась. За что ей теперь и влетит.

А пока звоню дочери. Обрадую её, что завтра отец не ночует дома.

Глава 2

Ася

– Слушай, – произношу недоумённо, осматриваясь. – Я понимаю, что заменяю тебя на свидании, но… Зачем всё это?

Обвожу руками помещение. Салон красоты кажется мне лишним. Или Вера мне намекает, что я слишком неухоженная и страшная? И мне нельзя появляться на свидании как есть?

Сама же попросила подменить её! Папка пытается сосватать, а у неё парень есть.

Мне же этого партнёра отвадить надо! А не привлечь! Поэтому зачем салон?

– Как зачем? – подружка опускает руки на мои плечи и подталкивает ближе к стулу. – Твоя миссия – очаровать его. А не кинуть.

– Это ещё зачем? – недобро прищуриваюсь.

Что-то мне тут не нравится. И это давление тоже. Как на мои плечи, так и на меня.

Сажусь и посматриваю на подругу через зеркало.

– Ну ты сама подумай, – пододвигает она моё кресло ближе к столику. – Что он потом моему папе наговорит, если ты его пошлёшь?

Так-то логично, но что-то здесь нечисто. Вера делает странные паузы в некоторых предложениях. А она обычно тараторит, поэтому эти её заминки в речи крайне настораживают.

– Моя репутация под угрозой будет. Ты его очаруй. Слушай внимательно, комплименты делай. А дальше я его сама по телефону отошью.

– А салон-то зачем?

Всё равно не понимаю. Осматриваю себя в зеркало. Не скажу, что роскошная красавица, но я себе нравлюсь и такой. Неосознанно смотрю на ногти, которые недавно сделала в салоне. В них проблема?

– Ну, Ась, там наверняка богатенький сноб, который раскусит нас в два счёта, если ты пойдёшь в своём комбинезоне, – она неловко переводит взгляд на мою голубую рубашку и такой же джинсовый комбез. – Он может что-то заподозрить. Нужно платье. А всё остальное – просто сверху прилагается. Всё!

Вера быстро целует меня в щёку и обнимает.

– Ничего не знаю. Наслаждайся!

Вроде я должна радоваться, но жуть как волнуюсь перед этой встречей. Я редко в таких аферах участвую. Никогда не делала такого.

Подменяла свою подругу на свидании.

И что-то начинаю бояться ещё сильнее, когда Вера говорит, что ей нужно бежать и поддержать своего парня. Оставляет меня одну.

Сначала нервничаю так, как будто после этого вся моя жизнь изменится. Но потом отпускает. Когда спустя четыре часа подготовки вижу себя в зеркале.

Вроде ничего необычного. Я просто надела жутко дорогое и красивое чёрное платье до середины голени и с разрезом на одном бедре. А ещё мне завили волосы плойкой и сделали шикарные локоны, струящиеся по плечам. И в завершении всего – неброский макияж.

Вроде ничего необычного… Но я уже не та Ася с четвёртого курса университета, что подрабатывает написанием курсовых. И мне очень даже нравится! Становлюсь уверенней, глядя на себя в зеркало.

Что там Вера говорила? Очаровать её нового ухажёра, чтобы её жутко серьёзный папа отстал от неё? Что ж… У меня вполне есть на это шансы!

***

Выхожу из такси и наконец-то оказываюсь на улице. Мы ехали до этого дворца несколько часов. И скажу честно – я жутко вспотела от волнения. Хотя в машине на всю мощь работал кондиционер. Бедный водитель даже застучал зубами.

Но сейчас, вдыхая свежий воздух, всё же немного успокаиваюсь.

Осматриваюсь по сторонам, наслаждаясь видом работающих невдалеке фонтанов и кустов, что красивыми фигурками тянутся от ворот до самого входа во дворец. Именно дворец! Дом огромный! Четырёхэтажный, с колоннами. И всё вокруг освещено светом фонарей и сверкает в отблесках красивой луны и ярких звёздочек.

Я бы простояла здесь ещё несколько часов, но… Кажется, Вера сказала, что меня будут ждать у входа.

А здесь я вижу только одного мужчину. Он стоит ко мне спиной. Стильная тёмная причёска, дорогой костюм известного бренда, который облегает идеальное тело, и такие же часы, стоящие баснословных денег. Хоть в часах я не разбираюсь, но выглядят они… внушительно.

Может, это он?

Делаю шаг вперёд, чтобы познакомиться, но в тот же миг останавливаюсь и застываю, выпучив глаза, когда слышу знакомый баритон.

– Что ты сказал?

Я покрываюсь мурашками от одного только этого голоса.

– Ты нанял мне эскортницу?

Ой-ёй!..

– Я велел решить проблему с Лизой! А не нанимать мне левых баб.

Бабушка, скажи, что я просто оглохла, и этот силуэт, кажущийся мне таким знакомым – всего лишь иллюзия!

– Ты уволен, Ковальский.

Мужчина, которого я боюсь до дрожи в ногах, резко оборачивается, сбрасывая звонок. Мне хватает одной миллисекунды, чтобы рассмотреть черты лица и увидеть в карих глазах те самые огоньки гнева, которые я вижу каждый раз, когда встречаюсь с отцом своей подруги…

Из меня вырывается страдальческий стон.

Да ладно!

Вера, я тебя убью!

Какого чёрта здесь вообще происходит?

Моментально разворачиваюсь, чтобы убраться отсюда как можно быстрее. Но моя рука зависает в воздухе, когда я слышу за спиной приятный, будоражащий, но в то же время страшный голос:

– Стоять.

Это определённо голос Тимура Руслановича.

Конечно, это он, Ась! Ты только что его лицо видела и глаза. А их ни с кем не спутаешь!

Господиии, что он здесь делает?

Разве Вера не сказала, что он должен быть на каком-то мероприятии? Блин, а вдруг он решил лично познакомить её со своим партнёром? Твою мать… Тогда я попала. Жутко попала.

Хотя мне-то что? Вот Вера – да. По самую шею утонула в дерьме.

– И куда Вы направились?

Я нервно бегаю взглядом по стеклу автомобиля и вижу, как Тимур Русланович приближается ко мне. Опускает всего несколько пальцев на мой локоть. Чтобы притянуть. А я в эти мгновения потею так, будто сижу задницей на вулкане. Никогда этого не делала, но уверена – там как раз такая температурка.

Он ведь меня узнал! Именно поэтому поворачивает к себе. Наверняка хочет спросить, что я здесь делаю и где его дочь. Верно?

Прикрываю на миг глаза, пока тело само разворачивается на каблуках. Попробуй здесь воспротивиться силе здоровенного мужика! Смотрю на наши ноги и не решаюсь поднять взгляд.

– Какого?..

Его ругательство тонет в шуме проезжающей мимо машины. Мне везёт – водитель как раз жмёт на клаксон.

– Вы что здесь делаете?

Я неловко стучу носком туфельки об асфальт и не знаю, что сказать.

– Добровольская, смотрите сюда.

Он даже по фамилии называет меня впервые. Раньше только холодные взгляды в мою сторону кидал. И как будто рычал постоянно, когда мимо проходил.

Да помню я, что не нравлюсь ему! Но всё же решительно поднимаю голову.

Ася, очнись! Не такой тебя бабуля воспитала!

– Здравствуйте, – гордо вздёргиваю подбородок и уверенно смотрю в его глаза. Да только ненадолго. Что говорить-то? – Я… это…

– Можете не оправдываться, – ледяной тон и такие же глаза пригвождают к асфальту, на котором я и так с трудом стою.

Нет, точно убью Веру. Расчленю её собственноручно.

– Я давно в Вас разочаровался.

Не понимаю…

– В чём? – недоумеваю. Неужели он думает, что я пошла на встречу с его партнёром вместо Веры, потому что хочу богатого парня? Да в его голове это может выглядеть как угодно!

– С этого дня я запрещаю Вам хоть как-то взаимодействовать с моей дочерью. Ей такие подруги, как Вы, не нужны.

Как же меня раздражает это «Вы»!

– Это какие ещё?! – выпаливаю неожиданно.

Ты посмотри, каков нахал! Я ещё ничего сделать не успела, а он меня уже в меркантильные девушки записал!

– Не придуривайтесь, – чеканит он, хищно прищуриваясь. – Я знаю, зачем Вы здесь. Работаете в эскорте. И меня не устраивает ваше общение с Верой. Если Вы втянете её в эту грязную ра…

Дальше я не слушаю. Звон в ушах всё заглушает.

Одно слово, которое несёт за собой целую катастрофу.

Какой эскорт?

– Вы меня, наверное, с кем-то перепутали, – заявляю уверенно.

При чём здесь вообще всё это? И почему Тимур Русланович так смотрит на меня? Уничтожающе, брезгливо. Даже руку убирает с моего локтя.

– Перестаньте делать из меня дурака, – цедит сквозь зубы. – Вас привезли на машине агентства по эскорту.

Глаза от шока лезут на лоб. Я оборачиваюсь и, вцепившись в сумочку, смотрю на обычный автомобиль с тонированными стёклами.

– Это не доказано, – стою на своём, снова поворачиваясь к нему. – Я не эскортница.

Зачем вообще Тимуру Руслановичу нанимать девушку для эскорта, если он хочет познакомить свою дочь со своим партнёром?

Что-то тут нечисто. И чую, Вера получит у меня таких затрещин, которых не видела никогда даже от отцовской ладони. А у него она просто огромная.

Мужчина протягивает мне телефон и показывает экран. Прищуриваюсь из-за своего плохого зрения и читаю дурацкие крохотные строчки:

«Босс, машина из агентства: м357кн. Девушку зовут Ася. Должна была быть другая, но в последний момент всё поменялось. Знаю, Вы не любите рыжих, но… Не увольняйте меня, пожалуйста!»

Дальше не читаю. Сжимаю пальцы в кулаки и стискиваю зубы, закипая. Ещё немного – и я сорвусь и стукну по этой машине, что медленно отъезжает от входа, оставляя меня один на один с мужчиной, который не так всё понял.

Хотя нет. Я бы тоже так подумала.

Меня подставила собственная подруга. И я ей за это отомщу.

Но сейчас…

– Я не могу Вам всё объяснить, – говорю честно.

Хоть Вера практически нагадила мне в душу… но я ещё не во всём разобралась. Вдруг это ошибка? Только хуже могу сделать. Да и понимаю, что если бы сюда приехала Вера…

Отец вызвал свою дочь в эскорт. Бр-р…

Но оставаться здесь я больше не намерена.

Настроение падает куда-то вниз. Потому что по сути меня теперь считают эскортницей. Но это ведь не так. Я девочка приличная. Да, в деньгах нуждаюсь, но… Не так сильно! Только на свои хотелки. А тут…

– Простите, но я пойду. Не вижу смысла дальше беседовать с Вами.

Лучше ретироваться, чем терпеть на себе этот презрительный и в то же время пронзительный взгляд. Поэтому разворачиваюсь и делаю шаг вперёд – хоть и совершенно не знаю, куда идти и как отсюда уехать. Такси закажу. Но лишь бы подальше от этого человека.

– Я Вас не отпускал, Добровольская, – грудной красивый (скажем честно!) тембр раздаётся над ухом. Тёплые и будто железные пальцы снова обхватывают мой локоть. Дёргают на себя.

От испуга я наступаю на камешек, с которого соскальзываю. Неловко повернувшись, врезаюсь в твёрдую широкую грудь. И неосознанно вдыхаю головокружительный аромат.

Я ничерта не понимаю, чем он пахнет. Не шарю ни в каких нотках ароматов и подобном. Но признаюсь честно – отец моей подруги пахнет о-очень вкусно.

Сжимаю пальцы на дорогущем пиджаке и поднимаю взгляд вверх.

– Мой секретарь уже заплатил агентству. Поэтому будете играть роль, на которую Вас сегодня наняли.

Я хочу полягаться… завопить, что никто меня не нанимал, и это Верка-зараза подставила меня… но вместо этого с губ срывается совершенно другое:

– Какую роль?

Кажется, мой вопрос ему не нравится. Карие омуты темнеют, превращаются в чёрную бездну, от которой хочется бежать. Он сжимает челюсти, скулы очерчиваются ещё сильнее, а ноздри раздуваются в гневе.

– Перестаньте притворяться дурой, – шипит предупреждающе. – И возьмите себя в руки. Вам ещё играть роль моей сегодняшней пассии.

Девушки, да?

Господи, что сегодня за день вообще? То меня наряжают как куклу, то называют эскортницей, которой я, видимо, и оказываюсь. А потом ещё отец моей подруги говорит, что я должна сыграть его девушку!

Он отстраняет меня от себя, подхватывает под руку и ведёт в особняк.

Я как в тумане. Или в шоке. Пока не определилась. Иду рядом с ним и смотрю по сторонам. Помощи ищу, что ли?

– Я не из эскорта, – повторяю настойчиво ещё раз.

Вряд ли он прислушается и скажет: «Да? А, ну тогда иди, обознался»…

Нет, точно нет.

– Тогда, наверное, нет смысла спрашивать, откуда Вы здесь, так ведь?

Да он насмехается надо мной! Открыто!

– Я – приглашённый гость, – гордо вздёргиваю подбородок, возвращая себе всё своё самообладание. Распрямляю плечи. Походка становится уверенней.

Чего это я расклеилась перед ним? Да, аура у него ужасающая, как и взгляд, но… Что он мне сделает, а?

– Что Вы ещё придумаете?

Вот. Не верит. Снова.

Как мне сказать, что его дочь меня подставила? Никак. Я ведь и ошибаться могу.

– Потом придумаете очередную отмазку, – отрезает раздражённо, пока мы идём по каменной дорожке вдоль красивых деревьев.

Вдыхаю ночной запах растений и воды, бьющей из фонтана. Если бы не Тимур Русланович – вечер был бы отличным. Но, к сожалению, он продолжает вести меня ко входу в особняк, где стоит несколько людей, затягивающихся сигаретами. Какая мерзость!

Интересно, а он курит?

Тьфу! С чего вообще такие мысли? Не знаю, но вдруг стало интересно.

– Погодите, – останавливаю его в паре метров от лестницы.

Мужчина недовольно разворачивается ко мне и смотрит сверху вниз. Прожигает своими карими глазами, от взгляда которых хочется провалиться сквозь землю. Какие же они у него красивые и пугающие одновременно… Жуть просто!

Вообще не понимаю, как мужчины могут быть такими мрачными и притягательными в одно и то же время.

– Мы здесь пять минут, – произносит внезапно.

К чему это он?

– А Вы уже создаёте проблемы.

Так вот оно что… Я сжимаю зубы.

Тише, Ась. Держись. Он пока что ещё отец твоей подруги. Тем более Вера сказала, что мужчину надо очаровать. Блин, а она знала, что здесь её отец?

Аха. Чёрт! Я просто представила, как бы это всё было.

Бахрамов заказывает эскортницу. А там – дочь!

Попа от ремня горела бы потом три недели!

– И продолжаете это делать.

Его голос жалит, словно огонь, хлёстко бьёт по лицу и вырывает из фантазий.

Жарких фантазий… У меня от одной мысли об этой возможной каре пятая точка просто горит.

О, да… Вере надо бы.

– Знаете, что? – чуть не взрываюсь я.

Но нет…

«Держись Ася, держись!» – проговариваю в голове мантру. И шумно выдыхаю.

– Что мне делать? Есть какие-то указания? Как Вас называть? Или, может, надо…

– Делайте всё, как всегда, – отрезает он.

Говорит так грубо, что желания сотрудничать с ним не появляется никакого. Но ладно. За это ведь заплатили. Он не виноват, что настроение у него из-за меня испортилось.

Хотя… Будь моя воля, я бы дала ему между ног каблуком и убежала. Но нельзя.

– Вы у меня первый… – отвожу взгляд в сторону и смотрю на полную луну. И опять вздёргиваю подбородок.

С каких пор я смущаюсь, говоря эти слова?

Так романтика! Ночь, луна… Фонтан вон. Кавалер только не тот!

Рядом слышится тяжёлый и шумный вздох. Чувствую, что он опять не верит мне.

– Будьте рядом. Называйте, как хотите, только неофициально. Отгоняйте пираний. Одна из них – моя жена.

Это так мило. Пиранья. Судя по всему, его бывшая жена просто стерва. А как же? Вера её терпеть не может.

– Хорошо, – впитываю всё как губка. Лишь бы не накосячить, чтобы потом со спокойной душой отправиться домой.

Мы снова продолжаем путь. Тимур Русланович проходит мимо курящих людей. Я отмахиваюсь от дыма, из-за которого начинаю кашлять, и тороплюсь вслед за мужчиной.

В небольшом коридоре нас встречает дворецкий. Провожает до дверей и оставляет одних.

Я смотрю на массивные деревянные двери. Как во дворце прямо! Неосознанно хмыкаю. Вот же людям деньги девать некуда.

Невольно прислушиваюсь к шуму за ней. И хоть я уверенная по жизни, с волнением тереблю сумку.

– Успокойтесь, – раздаётся рядом. – Вы не эскортница, а какая-то школьница у доски.

О, а у нас мысли сходятся. Я часто такое сравнение использую! Может, не так уж он и плох?

– Я и не волнуюсь, – заявляю уверенно. – Вы за кого меня принимаете вообще?

– Точно, – кивает. – Как я мог в Вас усомниться. Вы наверняка уже опытная.

Бахрамов резко распахивает дверь, и мы входим в огромный банкетный зал.

Вот же наглец! Оставляет последнее слово за собой! Но я проглатываю это и вживаюсь в роль. Точнее, нет. Я просто становлюсь собой.

Первое, что бросается мне в глаза – большой стол, наполненный разной едой.

В принципе, не такой уж и плохой вечер! Будет, чем заняться. Сейчас бы ещё шампанского. Для расслабления.

И именно в этот момент мои мысли материализуются. К нам подходит официант и протягивает мне хрустальный бокал на тонкой ножке. Я хватаю его, не раздумывая.

– Женский алкоголизм не лечится.

Чуть не выплёвываю всё содержимое изо рта.

– Мужская вредность – тоже, – кидаю в ответ. – У меня нет алкоголизма.

– Не верю, – басит он над ухом.

Внезапно его рука пропадает с моего локтя и опускается на спину. Меня будто пробивает электрическим разрядом, который запускает мурашки по всему телу. И все волоски тут же встают дыбом.

Да что он себе позволяет?!

– Не бойтесь. Единственный, кто Вас может укусить – это я.

Интимно, прозвучало, чёрт.

Но несмотря на это, озадаченно сглотнув, иду вперёд.

Глава 3

Мужчина приветствует своих знакомых, а я непринуждённо улыбаюсь. Много сил это не требует.

Не знаю… У меня никогда не было паники в толпе. Я всегда была душой компании и могла без стеснения выступать на сцене. Это мне и помогает.

Но глаза разбегаются. Зал огромный. И люстры тут… жуть какие богатые. Как во дворцах.

И моё место явно не здесь.

Но шампанское с каждой минутой начинает действовать всё лучше, и я продолжаю играть.

Мы садимся за стол. Стараюсь не обращать ни на кого особого внимания. Бахрамов представляет меня своим друзьям. Без улыбки, сдержанно. Я только киваю. Слежу за Тимуром Руслановичем. Что он ест, как ест. Повторяю за ним.

Изредка отвечаю на вопросы женщины рядом. Она интересуется браслетом, что дала мне Вера, спрашивает про платье. Отвечаю честно. Благо в моде я более-менее разбираюсь. Благодаря Бахрамовой-младшей. Та любит брендовые вещи.

Тимур Русланович со мной даже не говорит. Иногда касается моей коленки. Скорее, неосознанно, а не для того, чтобы привлечь внимание. Но время от времени я чувствую на себе всё тот же презрительный и холодный взгляд.

И пока всё это происходит – беру телефон в руки. Ищу контакт подруги, раздумывая, что ей написать. Да она в шоке будет, как узнает! Наверное.

«Ты, коза, куда меня втянула????» – бью яростно по клавишам.

Мне везёт. Она в сети. Странно, а как же первая ночь со своим возлюбленным? Уже всё?

«Простииииии!» – приходит в ответ.

Простить? Да меня её отец тут легкодоступной девочкой считает!

«Я всё объясню! Правда! Так вышло, что я… Это не по телефону говорить надо, Ась! Только скажи, что всё идёт отлично!»

Я сжимаю телефон в руках.

«Расскажешь. И больше ты в это агентство ни ногой, поняла?»

Я вообще не понимаю, что она там делает. Но судя по тому, что ничего не отрицает – Бахрамов прав. Я – эскортница. Стала ею совсем недавно. На пару часов.

Господи-и, куда она только влезла, дура?

«И ты должна мне за моральный ущерб. Знаешь, с кем я сейчас сижу?»

«Он страшненький, да? Только не дерзи. Меня выгнать могут».

«Ты и так уходишь», – напоминаю ей.

«А, да, точно. Но там всё сложнее… Так кто он?»

Я нервно смеюсь про себя и бросаю взгляд вбок. Бахрамов молча слушает своего собеседника. Снова возвращаю всё внимание на телефон и печатаю ответ, который наверняка Веру шокирует:

«Твой отец».

Хочу увидеть её реакцию. Но, увы, увижу только сообщение. Или нет.

Не успеваю. Бахрамов выходит из-за стола. Я встаю следом. Ведь ранее он предупредил меня, чтобы я держалась рядом. Всегда. Поэтому иду за ним хвостиком. Мы направляемся к имениннику, поздравляем его. Со мной знакомятся некоторые личности, перед которыми я немного теряюсь. Потому что видела их в новостях, в интернете.

И это ужасно… Чувствую себя не в своей тарелке из-за странных взглядов, которыми они одаряют меня. Очень странные. И брезгливые. У некоторых даже презрительные. Они явно этому учатся где-то там, в своём бизнесе.

И всё. Несколько часов скучных разговоров – и к одиннадцати празднество закругляется. Я с облегчением выдыхаю. Отмучилась, чёрт возьми!

Телефон, как назло, сел. Не успела реакцию Веры увидеть. И у меня теперь ещё проблема: такси вызвать не могу. А как уезжать отсюда? Мы же за городом!

Ладно, что-нибудь придумаю.

Решаю под шумок уйти. Пока все прощаются, я сигаю в коридор и спокойно иду на выход. Всё идёт хорошо. Дохожу до входных дверей, собираясь ускользнуть отсюда, но…

– Куда Вы собрались, Добровольская?

Я застываю. Смотрю на дверь, до которой мне осталось совсем немного. Благо никого рядом нет. Гости явно были бы озадачены тем, что мужчина называет свою девушку по фамилии.

Оборачиваюсь и говорю уверенно:

– Домой. Моя миссия закончилась. Я Вашу девушку сыграла? Сыграла. Значит, мой рабочий день подошёл к концу.

Чувствую на себе пронзительный взгляд мужчины, который изучающе рассматривает моё тело. Останавливается на груди. Скользит дальше. И это совсем не тот холодный взгляд.

Хотя нет. Понимаю, что ошиблась, когда он снова смотрит мне в глаза.

– Я заплатил за всю ночь, – приятный баритон с лёгкой хрипотцой нарушает тишину.

А я стою и не могу пошевелиться. То ли от его голоса, то ли от сказанных им слов…

Не поняла… За какую ночь он заплатил, и почему я не в курсе?!

Нет! Другой вопрос! Что мне с ним делать этой ночью??

– Что Вы имеете в виду? – что-то я теряюсь. И не знаю, о чём спросить. – За всю ночь?

– Да, за всю ночь.

Его слова ничего не проясняют.

Тимур Русланович подходит ко мне. Нависает, словно скала, закрывая собой свет. Я продолжаю мужественно стоять под его взглядом и пошлыми намёками.

– В заказ также входили интимные услуги.

Я выпадаю из реальности.

Бабуууль, что он такое говорит этим обволакивающим бархатистым голосом? Он всегда такой был? Или становится таким только в ночное время суток? Когда моя фантазия знатно идёт в отрыв!

И тут Бахрамов делает ещё более невероятную вещь – обхватывает мою талию своей рукой и кладёт ладонь на голый участок спины. Его пальцы такие горячие, что кажется, моя кожа сейчас расплавится под ними.

– И я бы ими воспользовался! Но так как на этом месте рядом со мной ВЫ, Добровольская, – выделяет моё положение, сверля своими карими глазами, – я воздержусь.

– Тогда зачем я Вам? – недоумеваю.

Он хмурится. Я пытаюсь отстраниться, но Тимур Русланович только сильнее прижимает к себе.

– Странно будет выглядеть, если я останусь здесь, а Вы уедете.

Хмм.

– Если спросят, скажите, что у меня разболелась голова, и я вынуждена была уехать домой, – нахожу хорошую причину для своего бегства. Главное в этом деле – смекалка! – А теперь отпустите меня!

– Отлежитесь в моей комнате. Я нанимал Вас не только на вечер, но и на ночь. У меня и на неё имеются планы.

Я не успеваю спросить, КАКИЕ, как он поворачивается и тянет меня за собой. Из-за угла выходит какой-то мужчина, и я театрально прикладываю пальцы к виску, продолжая идти рядом с отцом своей подруги. Он так вцепился в меня, что вырваться я не могу.

– Ой, пупсичек мой! – называю его глупым прозвищем. Ему назло! И ведь работает! Пальцы на талии сжимаются сильнее. – У меня так головушка болит. Может, я это, домой?

Отпусти меня!

– Отлежишься сейчас в комнате, мор-рковка моя, – раздаётся грудной рык.

«Мужик, стой! Не уходи! Прошу тебя! Пошли с нами!» – вот что я хочу сейчас проорать! Но вместо этого произношу другие слова:

– Но ты ведь так хотел интима… – артистично вздыхаю. – Всё не мог, не получалось, не вставало, а тут… Когда у тебя всё же всё поднялось…

Что я несу??

– Замолчите, Ася! – шипит Бахрамов мне в ухо. Да так яростно, зло, что я нервно сглатываю, боясь и дальше дёргать тигра за усы.

Незнакомец проходит мимо, искоса глянув на нас.

И всё. Игра заканчивается. Я остаюсь один на один с хищником, который прижимает меня к себе. А я едва не падаю, путаясь в собственных ногах. Ещё чуть-чуть – и точно бы упала. Но нет.

– Ещё одна такая выходка… – говорит он предупреждающим тоном.

– И что? – спрашиваю с вызовом. – Накажете меня?

– Да, возможно, – хмыкает. – Вас явно давно не пороли ремнём.

Не могу посмотреть и проверить, есть ли он у него. Если да… то страшно. Если нет, то ладно, чёрт с ним.

Но после его слов я всё же замолкаю. Дохожу с ним до комнаты, в которую он буквально меня заталкивает. А перед этим мы мило улыбаемся парочке из комнаты напротив.

Да у нас тут какая-то гостиница класса люкс! Номер, кстати, соответствующий.

Тимур Русланович закрывает дверь, пока я осматриваюсь. Шикарно тут, конечно. Двуспальная кровать в центре. Люстра навороченная. Телевизор на стене висит. И, о боже, отдельная ванная комната…

Внезапно за спиной щёлкает замок. Я напрягаюсь. Не поняла…

Настороженно оборачиваюсь и смотрю, как мужчина медленно, но уверенно убирает ключи, которыми запер комнату, в карман брюк.

– А это ещё зачем? – спрашиваю с опаской.

Мама дорогая… Только не говорите мне, что отец моей подруги – маньяк. И он сейчас возьмёт меня на этой самой кровати. Голый. Заломив мне руки за спину.

Ой, откуда мысли эти вообще? А эти картинки в голове? Очнись, Ась!

Прослеживаю взглядом за Бахрамовым, который останавливается в центре комнаты. Снимает с себя пиджак, кидает его в кресло.

Взгляд сам цепляется за чёрный кожаный ремень на его штанах. Который он поддевает пальцами. Раздаётся звук расстёгивающейся пряжки ремня.

– Вы же меня пороть не собираетесь? – уточняю на всякий случай.

Вдруг он давно дочь свою по заднице не бил? А тут я. Надо же гнев свой куда-то выплеснуть. А я не дамся! У меня попа нежная, румяная, ещё ни разу ремнём не осквернённая.

– А Вы куда-то торопитесь? Я же сказал, что нанял Вас на ночь.

– Но спать я с Вами не собираюсь.

Он поворачивает голову и смотрит на меня через плечо.

– А с кем Вы будете спать?

Я сглатываю от этого странного вопроса. Но ничего не отвечаю. Так и хочется сказать: «Не с тобой, вот ты и бесишься». Хотя он, кажется, не особо заинтересован в этом.

Не понимаю…

– Вы уже всем показали, что я с Вами в комнату зашла. Могу я теперь уехать? – спрашиваю с надеждой.

– Если найдёте выход из комнаты, пожалуйста, – кидает чересчур равнодушно. Отворачивается, цепляется длинными и с виду сильными пальцами за свой галстук. – И водителя, который повезёт Вас отсюда.

– Я закажу такси, – говорю уверенно.

– Мы за городом. Два часа езды. Ни один таксист не поедет так далеко. Тем более, что на улице дождь. Нет. Уверен, Вы уедете отсюда не раньше утра.

Мои поникшие плечи совсем падают вниз. Дождь! Не было тебя ещё вот сорок минут назад!

– То есть Вы хотите сказать?..

Я не договариваю, наблюдая за тем, как Тимур Русланович отбрасывает галстук в сторону. Снова тянется к ремню и вытаскивает его из петель. Складывает его пополам. И поворачивается ко мне.

– Меня тоже не устраивает Ваше соседство на эту ночь, – произносит тихо. Спокойно. С толикой презрения в голосе.

И раньше меня бы это задело. Но не сейчас, когда я смотрю на ремень, который приковывает к себе всё внимание.

– Но есть много обстоятельств, которые останавливают меня, чтобы не выкинуть Вас сейчас из этой комнаты.

– Например? – облизываю пересохшие губы. Взгляд сам цепляется за развевающиеся на ветру шторы за спиной мужчины. За полную луну, которая его освещает.

Это всё, конечно, красиво как в кино, но…

– Например, моя репутация. И Ваша, Добровольская.

Как он быстро развеивает волшебную атмосферу!

– Знаете, мне, вообще-то, на репутацию всё равно, – легко говорю в ответ. В таких кругах – точно. – Но Вы меня уговорили, я всё же останусь здесь. Исключительно Вам назло. Противно со мной находиться? Хорошо. Купили ночь? Оке-ей. Тогда я Ваша. Что Вы там хотели со мной сделать? С ремнём этим?

Конечно же, я блефую! Он так презирает меня, что сейчас скривится и прогонит! Миссия будет выполнена!

– Я согласна на всё! – кто же тебя, Ася, за язык дёргает? – Делайте, что хотите!

Тимур Русланович делает шаг ко мне. И произносит то, от чего по спине бегут шкодливые мурашки:

– Вы хотите, чтобы я Вас выпорол?

Ахтунг! Что-то пошло не по плану! Пора ретироваться!

Сигаю к двери, хватаюсь за ручку, изо всех сил дёргаю её вверх-вниз, только бы она открылась. А сама в секунду напрягаюсь, прислушиваясь к медленным, но громким шагам за спиной.

И замираю.

Мужчина оказывается совсем рядом. Чувствую его присутствие в каких-то миллиметрах. И втягиваю носом воздух, улавливая аромат дерзкого мужского одеколона.

– А может, договоримся? – пищу сдавленно.

Холодная кожа ремня, кажущаяся дико горячей, касается оголённого участка спины. И я съёживаюсь и дрожу от страха. Внутри. Волнение пережимает горло.

Начинаю переживать ещё сильнее, когда по обе стороны от головы приземляются ладони Бахрамова. Смуглые, крепкие. В одной из них – кожаный ремень, который пугает одним своим видом.

– Не беспокойтесь, – его холодный голос прошибает от головы до пят. – Я не сплю с эскортницами. Они для меня сравнимы с проститутками.

Жестокие и дикие слова бьют точно в цель. В мою гордость.

Меня что, только что назвали девушкой лёгкого поведения, которая спит с мужиками за деньги?

– Но Вы оплатили ночь, – напоминаю ему. Стараюсь держаться, но по-прежнему всё идёт не по плану. – Значит, на что-то рассчитывали.

Так, тебе, так! Что, проиграл?

– Это сделал мой секретарь. Он уже уволен.

– А Вы докажите! – выпаливаю, не поворачиваясь.

Говорить с ним, не смотря в глаза, оказывается, очень легко. У меня и смелость появляется, и желание дать в нос.

Его присутствие за спиной и руки на двери неожиданно пропадают.

– Не вижу смысла.

И всё. Это его последние слова, которые он говорит прежде, чем уйти в ванную комнату.

А я мечусь по спальне, разыскивая пути отступления. Обнаруживаю балкон. Третий этаж, чёрт! Умру молодой, если прыгну! Но нет, не дождётся.

Возвращаюсь обратно. Разозлённая, падаю на мягкую постель. И передумываю уходить. Она такая сказочно приятная на ощупь! Так и хочется раскинуться на ней и сладко уснуть. Ощущение – будто плывёшь на зефире… И неважно, что я никогда на нём не лежала. Но ощущения райские. Сравнимы только с…

Нет, Ась, приди в себя!

Подпрыгиваю на кровати и машу головой, пытаясь отогнать любые мысли об «остаться здесь». Нужен ключ. Он у него в штанах. Ох, как же это звучит!

Стоп. А штаны где? На нём. Или же… на полу в ванной.

Может, стащить?

Не вариант. Вдруг ещё голым его увижу! Ослепну от вида тела Аполлона, чёрт возьми! Хотя я его уже видела. Разок. Незабываемый случай. И чёрт дёрнул зайти к Вере, пока её отец купался в бассейне?..

И взглянула бы ещё раз. Но… нет. Вместо этого встаю с кровати, сажусь в кресло и обнимаю подвернувшуюся под руку подушку. И пока Тимур Русланович моется, хочу написать, что его дочь… проститутка! Так отец её сказал! Но поздно вспоминаю, что телефон разряжен. Надо бы его зарядить…

А пока я роняю его, когда вижу вальяжно и уверенно выходящего из ванной комнаты Бахрамова. В одном полотенце на бёдрах. С мокрыми волосами. По обнажённому телу стекают капельки прозрачной воды.

Как и в прошлый раз. Только там были плавки. Жутко обтягивающие всё…

Стоп. Очнись, Ась! Ну да, мужик симпатичный. Очень. Но надо прийти в себя. Его штаны в ванной остались. Ключи там.

Джекпот! Поняв это, стараюсь скрыть безумную улыбку.

– Будете спать там? – холодно спрашивает он, подходя к кровати, и поднимает длинными пальцами белую простыню. Даже это делает с хищной мужской грацией.

– Да, тут удобно, – киваю в ответ.

Нифига. Кровать – вот моя мечта. Но я молчу. Я – сильная и независимая. Полежу в кресле. Пока он не уснёт.

И мне везёт – разговор заканчивается. Жду, когда он засопит. И дожидаюсь! Через каких- то полчаса!

Встаю с кресла и прошмыгиваю мимо него в ванную. Хватаю штаны и залезаю в карман. Некрасиво. Но ещё более некрасиво спать с чужим мужчиной в одной кровати.

Чёрт! Где ключи?

Меня простреливает догадка, и я вздыхаю, разочарованно поджимая губы.

У него они. Где только прячет? Под полотенцем? И на чём он их держит? Вот старый…

Да ладно, не такой уж и старый. У нас всего… каких-то восемнадцать лет разницы, да. Беру себя в руки. Возвращаюсь в спальню, крепче сжимаю уже полюбившуюся мне подушку и нависаю над ним.

Блин, какой же он, падла, красивый. Урод…

Пристраиваюсь и репетирую, как лучше задушить его во сне. Держа подушку в правой или левой руке? Наверное, в левой.

Не-не. Надо другую позу принять.

Всё не решаюсь прикрыть его подушкой и задушить.

И зря. Потому что этот человек не жалеет меня.

Резко открывает глаза, отчего моё сердце падает далеко вниз. Достигнув ада, говорит чертям: «Привет» и возвращается обратно. А всё потому, что Тимур Русланович подаётся вперёд, обхватывает своими ладонями мои запястья и резко валит на кровать, вмиг нависая сверху.

Перестав дышать, смотрю в злые карие глаза, прожигающие во мне дыру.

Вспоминаю о подушке, пытаясь защититься от него. А нет подушки. Упала.

– Ты хотела меня придушить?

От этого голоса я покрываюсь мурашками, сглатываю и ничего не отвечаю.

Он на «ты» перешёл. Значит, точно злится. Вон молнии с тёмной тучей над головой так и нависают.

– Нет, – говорю честно. Подумывала только немного перекрыть ему кислород, чтобы сон прошёл. Но этого я не говорю. Необязательно ему знать.

Он прищуривается. А у меня от него колики в животе появляются.

– Значит, ты метила пристроиться в мою постель.

Мой рот от такой наглости приоткрывается, и я несколько секунд шлёпаю губами, не зная, что и сказать.

– Я? В Вашу постель? Вы меня за кого принимаете? Я Вас не хочу!

– Вы же проститутка.

– Я эскортница! – не выдерживаю.

– Странно…

Всё тело от его глаз и тона леденеет.

– А несколько часов назад Вы кричали, что не из эскорта.

Мои глаза становятся как блюдца. Огромные. И вот-вот лопнут от такой наглости.

– Знаете, что! – срываюсь наконец. – Вы вконец обнаглели! Унижаете меня, используете и не даёте уйти! Вы – эгоистичный узурпатор, которому плевать на всех. И вместо того, чтобы выслушать меня – кидаетесь такими неприятными словами! Да Вы хуже…

Я останавливаюсь, проглатывая слова.

– Хуже кого? – спрашивает он тихо. И яростно. Неудержимый гнев струится из этих слов.

– Вы – козёл, – произношу уверенно. Не знаю, с кем его сравнить. С Гитлером? Или Сталиным?

Он молча слушает, снова пугая меня этим. Внезапно привстаёт. Хватается за моё платье. Там, где грудь. Скользит по ней, задевая пальцами то, что не нужно. Сжимает ткань и дёргает, разрывая платье пополам.

А я не двигаюсь. Смотрю в его отстранённое лицо. Несмотря на то, что он сейчас видит мою обнажённую грудь. Вера сказала, что этот наряд нужно носить без лифа.

– Вы офигели? – нахожу в себе силы. – Вы что вытворяете?!

Мне резко становится страшно. От его действий. И бездушных слов, которые он произносит равнодушно:

– Играю козла. Хоть что-то же в Ваших словах должно быть правдой.

Я закипаю от такой наглости. И его действий, которые взрывают всё моё терпение.

– Извращенец! – кричу, вырвав свои руки из его хватки. Одной прикрываю обнажённую грудь, а второй замахиваюсь. Бурлящий гнев сам несёт мою ладонь к его щеке. Но цели не достигает.

Бахрамов перехватывает моё запястье и стискивает пальцами, вырывая из моего рта тихий писк.

– Больно!

– Вы отвратительно ведёте себя, Добровольская. На работе. Я буду вынужден сообщить Вашему начальству. Может, Вас уволят, и Вы приметесь за менее постыдное занятие – учёбу.

Не успев ответить, я чувствую, как мужчина отстраняется и рывком сдвигает меня вбок, отворачивая от себя. Ощущаю позади его шевеление и слышу голос, который похож на раскат гром.

– Спите, Добровольская.

Я бы его не послушала. Вот вообще. Но отчего-то стало так обидно, что едва не заплакала. Он меня проституткой назвал. И унизил. Но ничего. Я ему ещё отомщу. Вот завтра возьму и разбужу его ведром ледяной воды!

А пока завязываю на груди порванное платье. Как я объясню это Вере?

«Прости, твой отец – козёл. И он порвал твоё платье». Да. Так и скажу. Отлично. И ещё много чего о нём поведаю. Пока составляю список в голове, проваливаюсь в сон.

Глава 4

Уткнувшись носом во что-то тёплое, просыпаюсь под щебетание птиц, доносящееся из приоткрытой двери балкона. Кажется, вчера сама же его и открыла. И теперь понимаю, почему ночью замёрзла – дождь совсем недавно прошёл…

Но сейчас тепло. Даже очень. Потихоньку открываю глаза и прижимаюсь к удобной подушке грудью. Блин… ощущения такие, словно я голая!

Плохие мысли тут же наполняют голову. Открываю глаза и смотрю вниз. Ничего не понимаю. Моя вполне себе хорошая двоечка сплюснута.

Не поняла…

Резко поднимаю взгляд. Передо мной тело. Мужское. Вкуснопахнущее. И голое.

Я в панике отстраняюсь, округляя глаза, отползаю назад и, ощутив рукой вместо мягкой кровати пустоту, резко лечу вниз. Бьюсь головой о пол и стараюсь сдержать стоны боли.

Нельзя его разбудить!

Подскакиваю, забив на голову, и привожу платье в порядок, нервно поглядывая на спящего мужчину.

Господи… Я к нему прижималась… Абсолютно всем. И даже обнимала! Касалась голой кожей и… много чем. Вот почему мне тепло было!

Постойте-ка… А где полотенце? Почему его сейчас нет на нём?? Только одеяло, что благо прикрывает все достоинства мужчины. А полотенце? Где? Где оно?!

Мы что… сделали «это»??

Не могу это слово произнести. Дыхание сводит.

Но всё же выговариваю его.

Нет, кричу.

Переспали??!!

Едва не падаю снова. Ноги подкашиваются. Но вместо того, чтобы упасть, поднимаю подол платья. И выдыхаю…

Трусики мои на месте.

Это нужно отпраздновать, но после того, как уберусь отсюда.

Хватаю с тумбочки телефон, который вчера поставила заряжаться, и прихватываю мужской пиджак. Накинув его на плечи, тону в нём, но это не то, что меня сейчас волнует.

Я убегаю. Весь мой запал наутро прошёл. И я решаю отомстить потом.

Сейчас мне нужно домой! Если бабушка увидит, что я ночью дома не ночевала – плохо дело! Начнёт на мозги мне капать. Что она волновалась обо мне, и что я её вообще не предупредила, что у Веры так надолго останусь. Блин! Вот дерьмо!

Сегодня с лёгкостью нахожу ключи – они выглядывают из-под подушки. Видимо, Тимур спрятал их там и сильно ворочился во сне. Но мне это на руку.

Открываю аккуратно дверь, выбегаю в коридор, спускаюсь вниз по лестнице. По пути встречаю гостей, мило им улыбаюсь. И бегу без оглядки. Оказавшись на улице, вдыхаю свежий воздух и спешу к воротам, пытаясь вызвать такси.

И ничего! Вот же занесло меня в глушь какую-то! Это место заставляет меня нервничать. Кусать пальцы. И ходить из стороны в сторону.

Я немного отхожу от ворот, надеясь найти хоть кого-то, кто сейчас едет в город. Может, меня с собой заберёт.

Останавливаюсь возле одной из машин и осматриваюсь. Никого. Как будто сдохли все. Вокруг мир как после зомби-апокалипсиса. А я в нём – единственная выжившая.

Взгляд неосознанно цепляется за знакомый номер. Это ж автомобиль Бахрамова!

Так-так-так… Недобрые мысли закрадываются в голову, а сумасшедшая улыбка расплывается по лицу. Если я упущу эту возможность отомстить – никогда себе этого не прощу!

Лезу в сумку, достаю ключи. И опять по сторонам пялюсь. Подношу ключ к двери и прикасаюсь к чёрному металлу.

«Нет, Ась, не делай этого! – кричит внутренний голос. – Тебе проблем мало? Из универа выгнать хотят. Подруга подставила. А её отец тебя проституткой теперь считает!»

Точно. Он унизил меня. Порвал платье. И заставил чувствовать себя таким дерьмом…

Рука сама сильнее вжимает ключ в горячий от солнца металл. Делаю шаг вперёд, ведя ключом по боку машины.

Настроение поднимается. Взлетает до небес. Как и мой адреналин. Упиваясь этим моментом, чувствую, как пульс ускоряется. И всё из-за царапины, которая влетит Бахрамову в копеечку. Для него это смешные деньги. А для меня…

Да что он мне сделает? Ни-че-го!

Но хоть и упиваюсь победой, что-то вдруг останавливает меня, заставляя обернуться.

Взгляд. Пронизывающий. Испепеляющий. Тяжёлый. Такой, от которого по спине катится холодная капля пота.

Я оборачиваюсь, взмахнув копной рыжих волос. Поднимаю взгляд и впиваюсь им в застывшую на балконе фигуру в халате. Тимур Русланович спокойно стоит, облокотившись на ограждение. И смотрит. На меня. Уверена. Что-что, а я чувствую эту жажду убивать.

И от этого осознания улыбка сама растягивает губы. Я поднимаю руку, выставив средний палец вверх, и посылаю Бахрамова к чёрту. Не знаю – видит он или нет, но мне становится так хорошо!

Разворачиваюсь и останавливаю первую попавшуюся машину. Но не перестаю следить взглядом за Тимуром Руслановичем. Вижу, как он выпрямляется, продолжая убивать меня своим вниманием.

– До города подкинете? – спрашиваю весело, с надеждой. Мне валить надо!

Бахрамов спешно заходит обратно в комнату. По мою душу торопится.

– Вас, Ася, я готов отвезти куда угодно.

Застываю от знакомого омерзительного голоса и смотрю в окно машины.

Твою мать… Обязательно мне такое счастье должно было привалить?

Но выбора у меня нет. Я открываю дверь авто и запрыгиваю в салон. Поездка обещает быть весёлой. Как-никак водитель у меня непростой…

Впереди меня мужик, который хочет выгнать из универа. А позади разъярённый наверняка отец подруги.

Кто хуже?

Правильно, тот, кто только пару секунд назад убивал взглядом. А сейчас его нет на балконе. Пошёл за мной. Уверена. И пора мне сматываться. Что я и делаю, устроившись в салоне авто человека, который уже пару месяцев хочет залезть ко мне в трусы.

– Удивлён.

– Я тоже, – язвлю. – Но вот увидела Вас и решила дать Вам шанс.

Нагло с моей стороны? Вообще. Учитывая, что у этого мужика власти, наверное, столько же, сколько и у Бахрамова. Он – спонсор моего университета.

– Давайте, околдовывайте меня, тогда я схожу с Вами на свидание.

Скорее всего, это адреналин в крови думать не даёт.

– То есть… Чтобы не вытурить из универа, я должен ещё и очаровать Вас, так?

Я не оборачиваюсь и не вижу выражения его лица. И хорошо. Я очень быстро теряю боевой настрой, когда смотрю в глаза человеку.

– Так, – соглашаюсь. – Двадцать первый век на дворе. У нас всё по-другому, – пожимаю плечами. – Чего Вы удивляетесь?

– Действительно, – усмехается, судя по голосу. – Но нет. Всё не так просто. Повернитесь.

Я отчего-то поворачиваюсь. Ехидные мерзкие зелёные глаза словно обволакивают тиной и затягивают к себе в болото.

– К тебе или ко мне?

Напрягаюсь.

Да как же он достал! Я что, непонятно говорю «нет»? Или слабо бью? Я дала ему три пощёчины. И ударила между ног. И как раз-таки последний жест стал добивающим. Сказал, что всё, его терпение лопнуло. И поставил мне условие. Секс с ним или же – прощай, универ на последнем курсе.

И придётся мне идти уже к мужику. Не к этому. А на панель. Мне деньги жуть как нужны!

– Ко мне, – произношу сдавленно.

И тут же мне на колено падает тяжёлая ладонь.

Да твою ж мать!

Он что, уже?

– А давайте потом, – хватаюсь за его пальцы и откидываю руку в сторону. – Мне бы искупаться.

– От кого? От Бахрамова? – язвит. – Как ночка с ним?

А Илья откуда знает?..

А он продолжает, будто читая мои мысли:

– Вас вчера только слепой не обсуждал. Все ломали голову, что же за безродная девчонка с ним была.

Ах, безродная…

– Любовь до гроба у нас, – говорю. – Любит меня – жить не может. Жутко. Всю ночь целовал.

Распахиваю дорогущий пиджак Бахрамова, благоухающий его запахом. Боже, как такой противный мужчина может так сладко пахнуть?

– Даже вот платье порвал. Безудержный в постели. Представьте, что он скажет о нашей с Вами связи? В бешенство придёт!

– Ты думаешь, я его боюсь? – Илья резко оборачивается ко мне и отвлекается от дороги. – Я? Мы с ним друзья. А друзья делятся. У меня его Лизка, или как её там, уже пару раз была. Правда, не уверен, что он знает… Но думаю – нет, против не будет.

Та-ак, план Б.

– Ладно, – пожимаю плечами. Не слишком ли быстро я согласилась? – Если ты отстанешь от меня после этого раз и навсегда!

– Ну-у, – загадочно протягивает. – Глянем на твои умения…

Меня передёргивает. И рвота к горлу подступает.

– А останови, пожалуйста, на заправке. В туалет нужно.

Да я сейчас обгажусь от страха с этим озабоченным! Даже напрягаюсь, произнося эти слова. И боюсь, что скажет «нет».

Кто же меня так проклял, что на неадекватов всё время натыкаюсь?

Но он кивает и выполняет мою просьбу. Мы останавливаемся на заправке, и я буквально выпрыгиваю из машины. Оглядываюсь незаметно по сторонам. Замечаю автомобиль. С девушкой. Блин, не знаю её, конечно, но она может оказаться моей спасительницей.

Поворачиваюсь к Илье, спонсору нашего университета и по совместительству человеку, что хочет меня, и миленьким голосом произношу:

– А не мог бы ты кое-что купить?

– Что? – хмурится.

– Салфетки, – говорю смущённо. – Влажные. Ты в этой рубашке такой соблазнительный… Чувствую, до квартиры я не дотерплю…

А если и дотерплю – забавно будет в двушке хм, этим заниматься. Особенно когда за стеной бабушка сидит. Но этого же не будет.

Мои слова действуют для него как красная тряпка на быка. Согласно кивнув, вылезает из салона и идёт в магазин на заправке. Я же делаю вид, что иду в туалет, и молюсь, чтобы девушка не уехала раньше времени. А то придётся потом бить спонсора между ног и ждать следующую машину.

И сидеть дома без образования. Хотя если сбегу от Ильи, я и так наверняка буду это делать.

Но нет. Прощаться с девственностью на заправке с мужиком старше меня, эм… ну лет на двадцать? Нет… Ни за что!

Поэтому стремительно направляюсь к девушке, которая как раз залезает в салон своей машины. И, включив свой актёрский талант (которого, к слову, у меня нет), прошу подвезти до дома. Объясняю, что с парнем поругалась, что он порвал на мне платье, и всё в таком духе.

И мне везёт. Девушка оказывается понимающая. И домой я возвращаюсь уже через полтора часа. Аккуратно. Тихо. Чтобы бабушка не услышала. Пусть уж думает, что я сплю.

Но у меня не выходит. Что-то обрушивается на мою голову. Оборачиваюсь, схватившись за макушку, и кричу:

– Бабуль, ну ты чего?

Она меня газеткой ударила!

– Ты мне хлеб купила? – насупившись, снова шлёпает меня. Легонько. – А молоко?

Чёрт… Я ей каждое утро покупаю всё это, чтобы свежее было. Даже в выходные.

– Ты в этом за хлебом ходила? – недоверчиво осматривает меня.

– Решила быть красивой, – ну а что в этом такого? – Не продали! Вот сейчас иду переодеваться!

Глупые отмазки, которые не работают. Но бабушка у меня уже старенькая – понимает плохо. Поэтому только кивает и говорит с угрозой, что если через полчаса у неё не будет привычных продуктов – она выселит меня из дома. В шутку, надеюсь.

Но выхода у меня нет. Я переодеваюсь и иду за продуктами, по пути записывая Вере голосовое. Всё, что она вчера ответила на сообщение о своём отце – удивлённый стикер. И меня это бесит. Поэтому заношу бабуле продукты, говорю, что загляну к Вере и иду убивать подругу.

Глава 5

– Ты хоть знаешь, что я испытала в тот момент? – буквально кричу, нервно бегая по комнате. – Твой отец теперь считает меня проституткой!

А если узнает, что я в его доме сейчас – вообще убьёт!

– Эскортницей, – аккуратно поправляет Вера. – Ась, ну я не знала! Мне имя клиента не сказали. Но ты прикинь, что было бы, если я приехала? Ты бы меня больше живой не увидела.

Что правда, то правда. Но я негодую!

– Готова шею тебе свернуть! – показываю ей наглядно руками. На воздухе тренируюсь. – Я подыгрывала ему, только чтобы тебя не подставить! Вдруг ошибка какая-то, а тут!

– Ну ты же меня любишь, – жалобно вздыхает.

– Ты как там вообще оказалась?

Я, наконец, останавливаюсь. Поворачиваюсь к кровати и сверлю подругу взглядом, надеясь услышать вразумительный ответ.

– Ну… – тянет она и опускает голову вниз. – Я девчонкам проспорила. Вот они и сказали – иди, поработай в эскорте. Ну… я сходила разок… и понимаешь…

Вера поднимает взгляд от своих пальцев, которыми теребит юбку.

– Втянулась. Мне нравится всё это. И я не знаю…

– Погоди, – останавливаю её, пытаясь прийти в себя. – Дай осмыслю.

И дышу. Глубоко.

– То есть осознанно всё это?

– Вполне, Ась. Ещё и деньги хорошие получаю.

– Какие деньги, Вер? – недоумеваю. Я вообще ничего в этой жизни не понимаю! – Тебе отец каждую неделю даёт.

– Вот чтобы от него не зависеть, и подрабатываю… А его деньги откладываю. Ну мы это… с Игорем хотим…

Боже!

– А Игорь знает? – доходит до меня.

– Неа… – и снова голову вниз опускает. – Думает, папа даёт на всё.

– Капец.

У меня слов больше нет! Только нецензурные!

– А ты с ними спишь? – я внезапно вспоминаю, как Тимур Русланович сказал, что нанял меня на ночь. И готов был даже заняться со мной сексом… Но так как это была я, а не кто-то другой… Ну я его слова так поняла. Что брезгует он.

– Ты чего? – Вера глаза округляет. – Нет, конечно. Интим строго запрещён. Всё легально, Ась. Это не проституция. Мы не спим с клиентами.

Так… В смысле?

– Но твой отец…

Не поняла. Он сам сказал, что купил меня на ночь. Зачем? Вечер-то закончился. Значит, переспать хотел, да? Так по контракту, наверное. Или что у них там в эскортах?

– Что он?

Я не договариваю. Начинает трезвонить Верин телефон.

– Так, погоди, – она достаёт трубку. – Папа звонит.

Вспомнишь гов… лучик, вот и солнышко!

– Да, пап? – быстро отвечает Вера, со скоростью света превращаясь в пай-девочку. Но тут же её лицо снова меняется. Если до этого она улыбалась в тридцать два зуба, то теперь судорожно бегает взглядом по квартире. – Да, я дома. Что говоришь? Подойдёшь?

Ой-ой!

– Хорошо, когда? – пытается не выдать испуга.

И чего боится? Не она же вчера эскортницей была.

А вдруг Тимур Русланович узнал о ней??

– Что? – голос обрывается. – Ты уже за дверью?

Я застываю, когда слышу эти слова.

И стук.

От которого мне тут же становится не по себе. Ладно, фиг с ней, со вчерашней ночью. Но… Я ему машину поцарапала. Ма-ши-ну. Лексус. Дорогущий.

– Что делать будем? – Вера отключается и тут же смотрит на меня.

Ой, не надо было к ней приходить… Меня сейчас с позором выкинут с балкона.

– Я ему сейчас всё расскажу, – выпаливаю.

Надеюсь, он станет немного добрее, узнав, что я не эскортница. Хм. Или разозлится сильнее, когда узнает, что Вера крутится в этих кругах, и ей очень даже нравится?

Дилемма, мать твою!

– Не-не-не, – нервно машет подружка руками. – Ты смерти моей хочешь? Или никогда кровавую резню не видела?

– Не видела, – говорю честно.

– Так сейчас увидишь! – шикает на меня. – В шкаф лезь!

Я чуть не несусь к большущему шкафу, чтобы спрятаться в ворохе одежды, но тут же останавливаюсь.

– Почему я вообще должна прятаться? Мы ж подруги.

Вера недоумённо оборачивается ко мне и язвительно отвечает:

– Ты поцарапала его машину.

Да, железный аргумент. Поэтому ищу, где спрятаться. В одной-то комнате! Шкаф – не вариант. Если он вдруг обыскивать квартиру начнёт, сразу в него глянет. Он большущий, вместительный.

– Я под кровать, – киваю. Надеюсь, там хотя бы чисто. – Покрывало поправь.

Присаживаюсь, закатываюсь под кровать и говорю «спасибо» клининговой компании, которая убирается здесь. Ни пылинки! Дышу уже спокойней, да только… коробку странную нахожу. Из любопытства открываю её, всматриваюсь в содержимое… и тут же смущённо отодвигаю.

Лучше бы не видела, что там находится. Вера – извращенка. Но я уже ничему не удивляюсь после вчерашнего.

– Папуль, ты так неожиданно!

Я резко застываю и перестаю дышать. Главное, чтобы моё сопение меня не выдало. Может, он сюда не заглянет? Зачем вообще взрослому мужику комнату дочери осматривать? А тут тесно ещё – жуть. Как уместилась – не пойму.

– Решил проведать любимую дочь.

Мурашки бегут по всему телу, стоит вспомнить, что он вчера говорил мне этим голосом ночью. А что делали его руки…

Рвали на мне платье, да.

Вот говнюк! Я опять начинаю заводиться! Надо было ему ещё колесо проколоть, вот!

– У меня всё окей!

– Это радует.

Слышу тихие тяжёлые шаги. А потом щелчок замка. Он вошёл, да?

– Ты одна?

Странный и провокационный вопрос!

– Ну да, а с кем ещё?

Я даже через плотную ткань покрывала вижу его ноги, которые оказываются возле кровати. Он ходит рядом, будто кружит как акула.

– Вдруг парня привела и сейчас его от меня прячешь.

– Не, ну ты чего, папуль? Какой парень? Я к учёбе готовлюсь. Сам же знаешь – последний курс. Надо поднапрячься.

Ага, она очень тщательно готовится. Суёт рыженькую купюру в зачётку.

– А потом уже и о парнях подумаю.

Вот же трындит…

– Ясно, – следует сухой ответ.

Дальше они общаются на обычные темы. Она спрашивает, как у него дела – он сухо отвечает. Так и перекидываются между собой односложными фразами. Пока Тимур Русланович как собака-ищейка выискивает запрещёнку.

Да, я тут нелегально нахожусь. Теперь точно никогда сюда не зайду.

Он внезапно открывает шкаф. Наверное. Судя по звуку. Закрывает его. Идёт на балкон.

– Чего ищешь? – нервно спрашивает Вера.

Да я и сама сейчас в обморок упаду от волнения!

– Запах странный, – внезапно выпаливает.

Чёрт, мои духи…

– Запах странный. Решил проветрить. Духи специфичные. Пробуешь что-то новое?

Напрягаюсь. Я всегда этими духами пользуюсь. Они нежные. Вера любит ароматы поярче.

– Ну да, – нервно смеётся она.

– Ладно, не буду донимать. Поехал на работу. Может, поужинаем сегодня вместе?

– Без проблем!

И всё. Я слышу его удаляющиеся шаги и выдыхаю. Прислоняюсь лбом к коробке и сразу же вспоминаю, что именно там лежит. Дёрнувшись назад, ударяюсь затылком о дно кровати и едва не вою. Но успеваю закрыть рот рукой, чтобы не выдать себя.

– Ты завела собаку? – слышится внезапно. – Без моего ведома?

Да твою мать!

– Это живот. Я ещё ничего не ела.

– Поешь, – говорит спокойно. – Я поехал.

Когда дверь за ним закрывается, выдыхаю и выкатываюсь из-под кровати. Резко встаю и едва не падаю. Ноги не держат!

– Капец я…

– Испугалась, да?

Смотрю на Веру, а она пот со лба смахивает. Тот ручьями с неё течёт. Она вообще папе редко врёт. Говорит, что он чует её ложь. А сейчас отпустил всё так? Или прикинулся дураком?

– Так, ладно. Я пережду, пока он уедет, и пойду, – предупреждаю её. – Но пока у нас есть время… Ты расскажешь мне про свой эскорт абсолютно всё!

***

Голова кругом идёт… Иду на маршрутку и сгораю от солнца, которое нещадно палит своими лучами.

Ну и заварили же мы кашу! Особенно я…

Да я это всё на эмоциях сотворила!

Ну и ладно. Не думаю, что Тимур Русланович такой уж урод и заставит меня, подругу своей дочери, отрабатывать за ремонт машины. Смешно будет, смешно. Вера же меня в обиду не даст? Ладно, что-нибудь придумаю.

Внезапно кто-то хватает меня за запястье. Грубо так, жёстко. И дёргает на себя. Я и понять ничего не успеваю.

Наступаю на ногу человеку сзади, и его хватка немного ослабевает. Но тут же снова усиливается. Меня тянут куда-то в сторону, оторвав от асфальта. И уже не сдерживаясь, я кричу:

– Эй, ты! А ну, отпустил! Помогите! Воры, насильники! Негодяи!

Но тут же замолкаю, когда он поворачивает меня лицом к машине, и я вижу знакомое крыло. Поцарапанное.

Да твою же мать!

Немного расслабляюсь, позволяя посадить себя в машину. И тут же отворачиваюсь, полностью игнорируя хозяина авто, который сидит на водительском кресле. Сразу же заметила, но виду не показала.

Бугай, который затолкал меня в тачку, тут же испаряется. Одновременно со щёлканьем блокировки дверей.

– Вы всё же плохо влияете на мою дочь, – слышится рядом тихий, но опасный голос.

От этого вибрирующего тембра и грудного рыка становится не по себе. Но… Это нормально, что мне нравится?

– Настолько, что она даже лжёт собственному отцу.

Я резко оборачиваюсь к нему, скрестив руки на груди. Впиваюсь взглядом в его идеальный профиль.

Вот же чёртов сын! У него всё слишком красиво! И широкий лоб со слегка выступающей синей веной, и прищуренные глаза, от которых разбегаются не портящие спокойное лицо морщинки. И даже прямой нос и пухлые губы. Да и слегка квадратная челюсть никак не уродует вид!

– Вы бы прежде, чем обвинениями кидаться, следили за дочерью!

Я настроена серьёзно. Хоть Вера и просила не говорить ничего отцу, но её Игорь мне не нравится. Вертит ею, как хочет, и наверняка только из-за денег с ней. Он ведь в мир музыки только ещё вливается. А там, между прочим, бабок много нужно.

Мы отъезжаем от тротуара, и я мысленно молюсь, чтобы Бахрамов вёз меня сейчас не в лес. А… в кафе. На чашечку кофе. Чтобы извиниться за «проститутку» и порванное платье. А я в ответ… ну… покаюсь за машину.

– Моя дочь, в отличие от Вас, по ночам дома сидит. А не в эскорте работает.

Ах, дома сидит…

– Знаете, Вам нужно почаще интересоваться жизнью Веры, – отвечаю немного язвительно.

На мои слова он слегка вздёргивает бровь и сильнее сжимает руль, поворачивая в центр города. Так, ну уже не лес, отлично.

– Тогда бы Вы знали, что по вечерам…

Я резко прерываюсь на половине фразы. Не из-за того, что передумала. Тимур Русланович перебивает меня, протянув какой-то листок.

Выхватываю бумагу у него из рук. Что там? Моя подноготная? Нет. Цифры какие-то.

– Это что? – сминаю бумажку. – Счёт за платье, которое Вы мне порвали?

Судя по выражению лица – я не угадала.

– Это мой номер телефона, – произносит чересчур спокойно. Только вжимает педаль газа в пол.

– Я не собираюсь с Вами созваниваться и перекидываться смсками, – предупреждаю его. У меня дела и другие имеются.

Мы останавливаемся на светофоре. Он медленно оборачивается ко мне. Белая рубашка, облегающая его тело, натягивается так, что швы вот-вот лопнут.

Кто-нибудь, напомните мне купить ему на день рождения в подарок рубашку по размеру!

– Вы не так поняли меня, Добровольская.

Он может хоть немного эмоций своих показать? Мне страшно, когда он так спокоен.

– Моя карта привязана к этому номеру. На неё Вы переведёте деньги за ремонт автомобиля.

В этот раз выгибаю изумлённо бровь уже я.

– А страховка?

Да не верю я, что у него её нет!

– Это не страховой случай.

Та-ак.

– Это значит, страховая компания ничего не выплатит? – спрашиваю разочарованно.

Я не тупая, но уточняю. С надеждой.

– Нет, – резко бросает он. – А за Вас я платить не собираюсь. Может, повзрослеете после этого, наконец.

Поджимаю губы и снова разворачиваю бумажку. Ладно, найду где-нибудь.

– И сколько мне нужно отдать Вам?

– Лист переверните.

Я делаю так, как он говорит.

– А зачем мне второй Ваш номер? – спрашиваю изумлённо.

Всё же хочет переписываться?

– А это уже сумма.

– Вы издеваетесь?

– Ничуть.

Поднимаю голову и смотрю в насмешливые глаза. Он издевается! Не скрывая этого!

– У меня нет таких денег, – выпаливаю, молясь о его благодушии. – Может, скидочку? Как подруге дочери, – жалко и криво улыбаюсь.

– Я знаю, что у Вас их нет, – отвечает Бахрамов. Уголки его губ летят вверх. Но он старается скрыть улыбку, которая так и норовит появиться на его лице. – Поэтому будете отрабатывать долг.

Смотрю на него с недоумением. В смысле – отрабатывать? Он что, намекает мне на грязные делишки?

– Это каким ещё способом? – спрашиваю, хотя боюсь услышать ответ.

– Ну, Ася, Вы девушка видная, – бросает взгляд на мою грудь. – С прекрасной внешностью. Думаю, что у Вас достаточно опыта, судя по Вашим похождениям. Я хочу предложить…

Резко дёргаю за ручку двери. Открыта! Слава богу!

Даже не дослушиваю!

Выскочив на улицу, пока машины стоят на «красном», наклоняюсь и бросаю в открытую дверь, процедив сквозь зубы:

– Будут Вам деньги! Но спать я с Вами не буду! Как и предоставлять какие-либо услуги своей внешностью!

В ответ летит смешок.

Что я смешного сказала?

– А Вы, прежде чем кидаться такими обвинениями, позвоните в агентство и узнайте, кто там работает. А потом уже принимайтесь оскорблять. Я думаю, будете крайне удивлены, увидев в списке сотрудников свою дочь. Ах, да! Знаете, Вы и сам-то не такой правильный, раз заказываете проституток!

Я резко отрываюсь от двери, хлопаю ею и разворачиваюсь. Иду по проезжей части, пока горит красный. Получаю сигналку от одного водилы и возвращаюсь на тротуар. А чтобы Тимур Русланович вдруг не последовал за мной – сажусь в маршрутку. Как раз моя.

И весь оставшийся путь до дома нервно кусаю пальцы от осознания, что только что подставила подругу.

Глава 6

Тимур

Смотрю на отдаляющуюся от машины девчонку. На то, как джигит на приоре сигналит ей, пока та идёт вдоль дороги, виляя бёдрами.

Ненормальная! Мало того, что всякую ересь городит про мою дочь, так ещё и не дослушала!

Я хотел заставить её отработать долг официанткой в своём ресторане. Данные у неё имеются. Для мужчин – самое то. У меня переговоры постоянно проходят. И состоятельные люди – частые гости. На чаевые не скупятся. Добровольская быстро перекрыла бы страховку.

Хотя в этом, конечно, нет необходимости. Сегодня мой конь отправится на ремонт. И деньги мне её не нужны. Но подруге моей дочери знать это необязательно.

Убираю ногу с тормоза, продолжая путь, и усмехаюсь.

Проститутка… Стоило сказать один раз – зациклилась на этом слове.

Я и не думал её обижать. Но мне нравится видеть, как она каждый раз сжимает тонкие бледные пальцы в кулаки. Наблюдать, как дёргается её носик от недовольства. И как прищуриваются её глаза, спрашивая: «Как ты меня назвал?»

Не воспринимаю её всерьёз. Она для меня ребёнок. Её слова – глупый лепет. И она просто бесится.

Но сейчас я отчего-то хочу проверить её слова. Звоню своему новому секретарю. Стасу.

– Подготовь мне список всех девушек агентства по эскорту. Приеду в ресторан – гляну.

Я уверен – свою дочь в списке не увижу. Насчёт Аси – пока не знаю. Но стоит проверить.

***

– Босс, бумаги на столе, – Стас подбегает ко мне, как только переступаю порог ресторана. – И Давыдов приехал.

– В кабинете? – уточняю на ходу, закатывая рукава рубашки, и внимательно слушаю старательного паренька.

Долго на должность эту метил. Повезло ему, что Слава так лажанул, вызвав мне эскорт.

Я их на дух не переношу. Потому что свою бывшую жену там встретил. Вытащил её из этой выгребной ямы. А она изменила.

И плевать. Жизнь от мусора избавляет.

– Нет, в зале. Кофе пьёт. Вам что-нибудь принести?

Я киваю.

– Чай со льдом. Зелёный.

На улице такая духота… Единственное, что я хочу – чего-нибудь холодного. В машине хорошо, в ресторане кондиционер, а между этими точками – жара.

Прохожу мимо лестницы на второй этаж и захожу в зал. Иду к привычному для Ильи месту. Всегда пьёт кофе в углу, просматривая котировки акций.

Сажусь напротив. В это время подскакивает Юля, приносит чашку чая. Быстро она. Ей вообще помощь не нужна, но она как раз идёт в отпуск через пару дней, и нужна замена. И я даже знаю одну несносную особу, которая подойдёт на эту роль. Да только эта особа решила попытаться погасить долг, которого уже нет, другими путями.

Мне её деньги не нужны. Она нужна. Мне нравится над ней потешаться и видеть каждый раз испуг в её глазах. Который тут же меняется на вызов. А меня это заводит жутко. На малолетку повёлся, да…

Добровольская сама по себе была мне неприятна. И не нравилась поначалу. А сейчас вызвала интерес. Четыре года с моей занозой дружит и всё не отлипнет, несмотря на то, какие уничтожающие взгляды я всё это время на неё кидал.

– Чего пожаловал? – привлекаю к себе внимание Ильи.

Он поднимает голову, кладёт планшет.

– Я по-быстрому, – облокачивается на стол. – С тобой вчера девушка была.

Делаю глоток охлаждающего чая. Не новость.

– И?

– Твоя новая забава?

– С чего такой интерес к её персоне?

Я видел, как Ася сегодня утром села в машину Ильи. Запала ему девчонка? В ней же нет ничего особенного. Хотя бесить её – одно удовольствие.

– Нет, – машет головой. Серьёзен, как никогда. – Хотел предупредить. Девчонка не из простых.

– Да? – выгибаю бровь. Интересно, что скажет.

– Тебе не пара. Я как её увидел – сразу понял, что охотница за деньгами. Решил проверить и подвёз. И знаешь, когда я предложил ей немного повеселиться…

Меня кривит от его улыбочки…

– … в машине… легко согласилась. Она хоть и хороша, но задумайся, дружище, кого ты держишь возле себя.

Ася

Выбегаю из лифта и лечу в квартиру сестры. Точнее, в квартиру её парня, с которым она познакомилась, ну… Полгода назад? А уже живут вместе! К свадьбе готовятся!

Она у меня вообще везучая. В девятнадцать начала подрабатывать в крупной компании. Съездила за границу. Спустя несколько лет нашла себе парня. У них всё серьёзно, раз замуж собирается. Хоть и свои проблемы имеются. Большие.

А я… Ну я себя для того самого берегу! Жду своего принца на белом коне. Или на чёрном лексусе.

Ой, нет. Чего это Бахрамов в голове всплыл? Не-не, Ась. Ты хоть с ним рядом в кроватке и поспала, не нужно накручивать себя. Это просто отец твоей подруги. У вас огромная разница в возрасте. А ещё он разведён, и у него имеется взрослая дочь. Которой ты так и не решилась позвонить, чтобы поведать, о чём случайно рассказала её отцу.

И, чтобы отсидеться, именно поэтому я сейчас забегаю в квартиру сестры. Кидаюсь ей в объятия и слышу тихий нежный смех. И чувствую, как её ласковые руки обнимают меня.

– Радость моя, я рада тебя видеть, но ты меня сейчас задушишь!

Отрываюсь от неё и улыбаюсь, заглядывая в глаза Евы. Вроде выглядит обычно, но… По глазам вижу – что-то не так. Ничего, сейчас я подниму ей настроение.

– Кто б меня придушил!.. – выдавливаю из себя с жалобным стоном. – Прости, но мне срочно нужен твой совет. И помощь. Потому что, кажется, я влипла кое-куда. И очень серьёзно.

***

– Что ты сделала? – ахает сестра. – С ума сошла?

Неловко покачиваюсь на стуле и не знаю, что ответить Еве.

– Ошибочка вышла? – нервно смеюсь. Я сериал «Психологини» смотрела. Вот там объяснялось, что эта фраза от женщины всё решает! – Ну, Ев, он меня унизил.

– Не изнасиловал же, пупс, – потухшим голосом отвечает она.

Во-от, разочарована мной. Докатились!

– Это самое главное. А то, что ты сделала… Детский лепет.

Я скрещиваю руки на груди.

– Да ну тебя!

Отворачиваюсь, поджимая губы. Могла бы и поддержать. Раньше она такой не была. Мы вместе кипиш устраивали. Но после того, как один раз съездили за границу, и тот мужик её… Блин, урод!.. Ну вот после этого она и изменилась.

Сейчас вроде всё в норме. Но Ева не стала такой, как прежде. Чувствует сестринское сердце – что-то случилось.

– Ты ведь понимаешь, что таких денег у нас нет?

– Понимаю, – опускаю голову вниз. – Но ты же знаешь, что я ни за что не соглашусь с ним спать.

Она хватает мои руки и заставляет посмотреть себе в глаза.

– Необязательно спать.

А что ещё с ним делать? В покер играть? Я не умею.

– Попросись к нему на работу. Сейчас лето, и неважно, что уже август. Последний курс не такой уж и тяжёлый.

– Работать? – говорю с сомнением. – У этого извращенца?

– Ага, – улыбается. – Милая, это же не конец света. И частично я с ним согласна. Прости-и-и… Но что сама натворила, то сама и разгребай. Надо знать цену своим поступкам.

– Ты говоришь как избитый жизнью человек, – отзываюсь скептически. – Ладно, ты права. Бегать от него не получится. Может, договоримся.

Наверное.

Хотя…

Ладно, подумаю ещё. Но, скорее всего, придётся идти против своей гордыни и немного поработать на этого сноба.

– А как вы с Аязом поживаете? – улыбаюсь, меняя тему.

Не зря же пришла. Мне жуть как интересно знать о их личной жизни. Это единственный мужчина, которого Ева за последние несколько лет приняла. Она немного боится представителей мужского пола из-за одной проблемы, случившейся три года назад. После того случая её словно подменили. Она долго реабилитировалась, не подпускала к себе парней… И тут – Аяз. Ева смогла всё же довериться ему, хоть и спустя долгое время. Он так любит её – даже я завидую.

– Нормально, – отпускает мои руки. Слабо улыбается.

Вижу, что что-то не так. Но вопросов не задаю. Хотя дико за неё переживаю.

– Некоторые проблемы с его отцом.

Она отводит взгляд в сторону.

Это напрягает. Поэтому меняю тему.

– Что насчёт свадьбы?

– Я же тебе говорила, – вздыхает устало. – Я сказала «нет». Не могу я ему жизнь портить.

– Ой, ну хватит!

Резко встаю и подхожу к сестре. Тереблю за щёки, пытаясь развеселить.

– Хвати-ит грустить! – подбадриваю её. – Пошли лучше в кафе сходим, мороженое поедим!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.