«Флоренция, ты ирис нежный». Тоскана – блики величия
Ольга Квирквелия

© Ольга Квирквелия, 2024

ISBN 978-5-0064-5363-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ольга Квирквелия

"Флоренция, ты ирис нежный"

На дно времен – погружены

сады твои, Флоренция.

Обычно я начинаю свой рассказ с природы, географических и погодных данных. Но когда речь идет о городе, его «природа» – это его архитектура. Поэтому погуляем по Флоренции.

Прогулку по городу хорошо начать со смотровой площадки – пл. Микеланджело. Открывающийся с площадки вид стоит усилий, затраченный на подъем. В ясную солнечную погоду видно далеко, и лучи солнца играют на красновато-рыжих крышах домов, заставляя их пламенеть на фоне потемневших от времени каменных стен и брусчатки улиц. А затем можно двинуться от Новых ворот к центру города.

И первым нам встретится Дворец Pitti: Luca Pitti, финансовый конкурент Козимо Старшего Medici, крупный флорентийский банкир, поручил Брунеллески строительство такого здания, которое бы имело окна такого размера, как двери во дворце Medici, и сам дворец должен быть таким, чтобы в его дворе поместился весь дворец Medici. Подходящий проект у Брунеллески уже был – он сделал его как раз для герцога Козимо Старшего. Брунеллески пришлось серьезно увеличить площадь внутреннего двора, дабы перещеголять в размерах дворец Медичи на ул. Кавур. Кроме того, палаццо Питти – первый и, к слову, редчайший случай для средневековой Флоренции – имеет перед входом большое и свободное пространство в виде наклонной, вымощенной булыжником площади. Но Pitti разорились и дворец был выкуплен Medici, которые сделали его своей резиденцией. Дворец обзавелся красивейшим парком с многочисленными террасами, лестницами, водоемами, гротами и архитектурными композициями (в том числе античными и египетскими оригиналами), получившим название «сады Боболи» (Giardini Di Boboli). При входе в него посетителей встречает фонтан Вакх, изображающий карлика, жившего при дворе Cosimo I, сидящего на черепахе.

Из двореца Питти можно попасть в центр городской жизни на площади Синьории по закрытому коридору, спроектированному и построенному Джорджо Вазари в середине XVI в. по заказу Медичи. Коридор проходит над портиком ц. Santa Felicita с лоджией внутри храма. Здесь члены семьи Medici и их придворные присутствовали на богослужении. Далее коридор шел по второму этажу Старого моста и по галерее Уффици. Пойдем и мы их путем, но не по коридору, естественно.

Понте Веккио – «Старый Мост» через реку Арно – был построен в ХIV в. взамен деревянного, стоявшего с Х в. на месте ещё более древней переправы этрусков. С ХVI в. и по сей день на мосту находятся торговые лавки ювелиров. Сначала по бокам располагались лавки мясников, потом и колбасников, кузнецов, сапожников. В 1591 г. все они были выселены оттуда, а лавки преданы ювелирам – проходившим по второму этажу не нравился открывавшееся зрелище, а главное – запах и мухи… В самом центре Ponte Veccio магазины вдруг расступаются, образуя своего рода обзорную площадку. С нее, облокотившись на кованые перила парапета, особенно приятно наблюдать солнечный закат, мягким золотом на короткое время покрывающий город и реку, темнеющие на глазах холмы и время, вместе с солнцем уходящее с циферблата солнечных часов, установленных здесь же в честь окончания строительства моста.

Прямо к набережной выходит знаменитая картинная галерея Уффици. В 1560 г. Вазари построил по заказу Козимо Первого два длинных здания, объединённых общим портиком, выходящим на набережную Арно. Они предназначались для административных офисов, но позже были преобразованы в художественную галерею, сохранившую название Уффици («Офисы», «Конторы»), и ставшую одним из богатейших музеев мира. В здание частично вмонтированы ц. San Pietro Scheraggio и старинный монетный двор.

Рядом с лоджией Нового рынка установлен фонтан Вепрь (в просторечье – Поросенок), потерев пятачок которого можно обеспечит себе материальное благополучие.

Теперь нас ждет Синьория – своеобразное сердце Флоренции. С постройкой дворца, в котором расположились структуры республиканского правления, площадь обрела статусность. А регулярные парады и праздники, инициированные великим герцогом и его семейством, и обилие скульптурных украшений, среди которых признанный шедевр «Давид» Микеланджело, навсегда закрепили ее статус как главной городской площади Флоренции. Центральная композиция площади – фонтан «Нептун». Белизной мрамора морской царь выделяется на фоне высоких желтовато-серых зубчатых стен Palazzo Veccio. Он был возведен по случаю бракосочетания наследника трона Франческо I в 70-х гг. XVI в. Нептун имеет портретное сходство с Cosimo I, что особенно заметно при сравнении его с конной статуей Cosimo I на той же площади. В центре площади отмечено место сожжения Савонаролы.

Знаменитый «Давид», которому в 2004 г. исполнилось 500 лет, занимает скромное место у входа в Palazzo Veccio. Проводившиеся в связи с юбилеем легендарной скульптуры детальные исследования фигуры Давида дали основание одному из ученых утверждать, что моделью для столь совершенного творения Микеланджело послужил отнюдь не атлет, а юноша… хромой от рождения. В 1501 г. Микеланджело получил в своё распоряжение мраморную глыбу, пролежавшую 35 лет во дворе кафедрального собора, и за три года «извлёк» из неё своего «Давида». Как он сам написал: И высочайший гений не прибавит \ Единой мысли к тем, что мрамор сам \ Таит в избытке, – и лишь это нам \ Рука, послушная рассудку явит.

Лоджия Ланци (Loggia dei Lanzi) находится практически напротив него. Открытое сооружение было предназначено для проведения правительственных церемоний во времена Республики, ныне оно обращает на себя внимание плотным скоплением разновеликих скульптур, заполняющих все пространство лоджии. Ланци оно стало вскоре после того, как герцог Козимо I разместил под его сводами воинов-наемников. Lanzi – это «копье», в переводе с итальянского, отсюда и ландскнехты, германские наемники.

Среди сонма скульптур, составивших современную экспозицию Лоджии Ланци, немало оригиналов. Один из наиболее известных – «Персей» Бенвенуто Челлини. Скульптура интересна еще и тем, что среди вьющихся змей на тыльной стороне головы Горгоны при желании можно разглядеть рельефное изображение лица самого автора. Скульптура льва, символа Флоренции, застывшего в позе напряженного внимания, – работа Донателло.

Теперь двинемся к Соборной площади, разглядывая попадающиеся по дороге строения. Ц. Orsanmichele изначально была построена как светское здание. В саду монастыря San Michele в 1284 г. построили лоджию для сбора и хранения зерна. А когда в 1337—1404 гг. она была восстановлена после пожара, то склады были размещены на двух верхних этажах, зерно ссыпалось по желобкам на открытую лоджию, а внизу была часовня. Каждый ремесленный цех имел свою нишу на фасаде с гербом и статуей святого покровителя. К созданию фигур святых приложили руку практически все известные скульпторы того времени: Донателло, Гиберти, Джованни да Болонья, Верроккьо и др.

Мне очень нравится выходить на площадь Домского собора по Via del Calzaluoli, тогда она открывается перед взором внезапно во всем своем великолепии, и невозможно сдержать изумленный вздох…

Баптистерий является самым старым зданием площади Дуомо (V в.). Свод купола украшен византийской мозаикой, изображающей Страшный суд с фигурой Христа в центре.

Наиболее древними являются южные ворота, содержащие 28 барельефов с сюжетами из жизни Иоанна Крестителя и Основные Добродетели.

Северные ворота также содержат 28 панелей, заключённых в рамы. Эти барельефы изображают новозаветные сюжеты. Восточные ворота являются самыми известными. Они разделены на 10 золочёных панелей без рам и представляют библейские истории. Это творение Гиберти было высоко оценил Микеланджело (через 50 лет после создания) и названо им «Вратами рая».

Копия этих ворот в начале XIX в. была установлена на северном входе Казанского собора в Санкт-Петербурге (при этом некоторые панели поменяли своё место).

Я очень люблю Домский собор Флоренции. Даже, наверное, «люблю» – это не то слово. Он меня завораживает… Неотступно вертится в голове мысль о реальном присутствии Бога в деяниях человечества – без Его участия такое чудо невозможно… Но это мое личное. А вот объективные данные.

Флорентийский собор Санта-Мария-дель-Фиоре – пятый по величине собор в мире, на первом месте – Собор Св. Петра в Риме (кстати, за основу проекта и был взят Санта-Мария-дель-Фиоре), на втором месте – Собор Св. Павла в Лондоне, на третьем – Севильский кафедральный собор, на четвертом – Дуомо в Милане.

Огромное здание увенчано ярко красным куполом. Этот купол, подобен путеводному маяку, он притягивает взгляд, призывает путешественников к себе. Кстати, ни одна, даже самая широкоугольная камера, не может целиком захватить в объектив здание собора! Обширная постройка не давит на посетителей своей монументальностью. Переплетение раннего возрождения и готики, в результате дали непередаваемый по своей красоте архитектурный стиль кватроченто. Он наполняет мраморные стены собора благостной легкостью и заставляет задуматься о самом сокровенном. Я люблю сидеть напротив храма и просто переводить взгляд то на двери, то на крышу… Ни о чем не думаю, просто впитываю…

Santa Maria del Fiore построена на месте ц. Santa Reparata – флорентийцы еще долго так называли новый собор, пока городские власти не ввели за это большие штрафы. Остатки старой церкви можно увидеть, спустившись под пол собора.

Целых 6 веков ушло на возведение кафедрального собора Санта-Мария-дель-Фьоре, славящегося своим непревзойденным куполом и завораживающей игрой цветов наружной отделки. В результате жители получили уникальный по храм, его вместимость – 30 тысяч прихожан. По сути, он представляет собой целую площадь, накрытую куполом собора.

В 1331 г. гильдия торговцев шерстью взяла под своё попечение строительство и назначила Джотто на пост главного архитектора, но он вместо продолжения строительства собора начал строительство колокольни.

К 1380 г. стены здания были, наконец, возведены, но возникли проблемы со строительством купола. Обширная площадь купола требовала от строителей на тот момент невозможного. С одной стороны требовалось придумать идеальный вариант дизайна купола, а с другой – решить проблему его строительства на высоте в несколько десятков метров. Как бы там ни было, а ответы на интересующие строителей вопросы родились в голове мастера Бруннелески. Умнейший итальянский муж точно просчитал параметры восьмигранной башни и вытянутого шпиля. Также он изобрел и воплотил в реальность ряд механизмов, позволяющих поднимать на большую высоту целые секции купола. До сих пор не вполне понятно, как ему это удалось. Известно лишь, что работы велись изнутри, без наружных лесов, а форма купола отвечает требованиям максимальной устойчивости, рассчитанным современными методами строительной механики.

В качестве последнего архитектурного штриха Бруннелески предусмотрел фонарную башенку (лантерну), венчающую купол собора Санта-Мария-дель-Фьоре. Купол флорентийского Кафедрального собора – далеко не утилитарный предмет храмового экстерьера. Жители Флоренции относятся к нему с каким-то особым чувством, куда чаще и с теплотой в голосе именуя свой собор словом «купол» (Cupole), нежели привычным для других итальянских городов словом Duomo (Собор).

Завершенную постройку в 1436 г. освятил сам Папа Римский Евгений IV.

В конечном счете дизайном собора с 1876 по 1887 гг. Эмилио де Фабрис. Особая находка де Фабриса – облицовка стен с внешней стороны мраморными полихромными панелями различных оттенков зелёного и розового цветов с белой каймой. Такая палитра призвана имитировать трехцветный итальянский флаг.

Кружевная вязь наружного декора уступает место лаконичному внутреннему убранству католического храма. Своды собора украшены фресками XV в., изображающими знаменитых флорентийцев. Данте Алигьери с «Божественной комедией», Джованни Акуто, Николо да Толлентино, Джотто. Брунеллески и Джотто похоронены на территории собора.

В соборе до сих пор работают часы Паоло Уччелло, установленные в храме в 1449 г. Их стрелка часов движется против привычного хода, циферблат разделен на 24 деления, а по краям мы видим портреты апостолов-евангелистов. Обычно апостолов-евангелистов можно опознать по изображенным рядом с ними животным, считающимися их символами: Марка символизирует Лев, Луку – вол или телец, Иоанна – орел, а символ Матфея – ангел. Однако в Санта-Марии-дель-Фиоре изображения животных евангелистов отсутствуют, зато художник Уччелло придал апостолам внешнее сходство с их символами.

Ступая по мраморным плитам огромного пола, сплетающимся в разноцветный – белый, зеленый и розовый – геометрический рисунок, стоит рассмотреть витражи по рисункам Учелло, Донателло и Гиберти. Обширный купол Дуомо был мастерски расписан во второй половине XVI в. Джорджио Вазари и Федерико Цуккари.

21 июня – в самый длинный день в году ровно в полдень луч солнечного света, проходящий через купол собора, падает на мраморный медальон на полу собора.

А теперь просто побродим по городу. И взглянем на еще несколько памятников. Но стоит учесть еще одну особенность Флоренции. В городе две системы нумерации улиц: красные или коричневые номера указывают на коммерческие владения, а черные или синие – на частные дома. И если черные или синие номера относятся ко всему зданию, то красных или коричневых может быть на здании несколько – по числу владений.

Капеллы Medici в ц. San Lorenzo были задуманы кардиналом Giulio dei Medici, будущим Папой Климентом VII; это первая архитектурная работа Микеланджело.

Улица Данте с домом, где родился знаменитый поэт итальянского Возрождения, сама по себе ничем не примечательна. Между прочим, и стоит дом не совсем на том месте, где было родовое гнездо семейства Алигьери… Зато поблизости находится небольшая церковь, около которой Данте встретил Беатриче. Легенда это или быль, доподлинно неизвестно. Но церковь действительно стара и, весьма вероятно, видела времена Данте. А момент встречи поэта и его музы запечатлен барельефом на церковной стене.

На улице Кавур – дворец Palazzo Medici-Riccardi, построенный в XV в. для герцога Козимо Старшего архитектором Микелоццо. Дворец не выделяется из ряда соседних домов. Все его достоинства внутри. Прежде всего, двор с многочисленными колоннами и мраморным полом. Черно-белые стены двора, украшенные орнаментальными композициями и барельефами, напомнили мне о черно-белой ласточке, символе Флоренции. М. Маккарти говорит, что ее называют здесь «холостяком во фраке». Кстати, во Флоренции было много холостяков. Среди них Брунеллески, Донателло, Леонардо, Микельанджело…

Часть двора занимает удивительный сад с деревьями, кроны которых по давно заведенной традиции подстригаются так, чтобы они казались силуэтами различных животных. Сегодня во дворце мирно уживается муниципальная власть и старинная библиотека, начало которой положили вторые владельцы дворца – купеческое семейство Рикарди.

В 1419 г. Шелковый цех приобрел участок земли и построить там Воспитательный дом для подкидышей. Работы были поручены Брунеллески. Приют был открыт 25 января 1445 г., а уже 5 февраля, в 8 часов вечера в него принесли крохотную девочку, которую назвали Agata Smeralda. «Отец ребенка не хотел, потому что это была девочка», – отмечали в своем журнале руководители флорентийского дома призрения в 20-х гг. XV в. С XIII в. подбрасывание нежеланных детей стало постоянным явлением, и касалось оно прежде всего девочек, причем как из бедных, так и из богатых семей. В XV в. они составляли 60—70%. К тому же решение отказаться от ребенка вызревало у родителей мальчика позже – через несколько дней, а то и недель, а девочки попадали в приют сразу после рождения. Мальчику – подкидышу часто клали вещи с метками, чтобы была возможность взять его обратно, когда минует семейный кризис, приведший родителей к такому драматическому шагу. Девочки вынуждены были довольствоваться тряпицами. Под арками Ospedale degli Innocenti до сих пор сохранилось колесо, на котором младенцев выставляли для обозрения в надежде, что их кто-нибудь захочет усыновить. На самом деле дети редко возвращались в семью, и почти всегда это были мальчики. Да и найти новую семью шансов у девочек не было – все обратившиеся в приюты во 2-й пол. XV в. бездетные семьи, усыновляли мальчиков. Кстати, если в семье рождались только девочки, это могло стать пристойным поводом для «ссылки» жены в монастырь, поскольку она не могла принести наследника. С 1300 г. по 1550 г. во Флоренции в приютах в первый год жизни умирало до 50% детей, а это были в основном, как уже говорилось, девочки. В документах приютов часто встречаются такие описания годовалых девочек: «худые», «плохо ухоженные», а иногда и просто «умирающие от голода».

В 1 пол. XIV в. хронист Джованни Виллани писал, что по инструкции начальное образование было доступно и для девочек, а вот следующая ступень, на которой изучали арифметику, латынь и логику, была для них закрыта. Самое главное для девочек было сохранить свою ценность как невест и приобрести качества жены. В 1434 г. Аньола была отдана матерью во флорентийский приют Сан Галло, «потому что она впадает во зло и вышеназванная монна Улива не могла ее проконтролировать и согласилась оставить ее»; за два года до этого другая мать привела свою 12-летнюю дочь, потому что она «такая большая и яркая, что если кто-то возьмет ее в услужение, то произойдет дурное», прося «сохранить ее честь».

Дорога к храму. Или к собору…

На этот раз я расскажу только об одном событии (правда, длившемся 10 лет), потому что оно оказалось очень важным и для Флоренции, и для обеих христианских Церквей, и для России: Флоренция почти на 10 лет приютила Папу и стала этаким «Ватиканом».

Папа Евгений IV (понитификат 1431—1447 гг.) был племянником папы Григория XII, который отказался от тиары по требованию Констанцского собора. И тут важно вспомнить немного историю Католической Церкви. После Авиньонского пленения пап и смерти первого папы, вернувшегося в Рим в 1377 г., Григория XI, начался следующий тяжелый период – Великий западный раскол 1378—1417 гг., когда два (а с 1409 г. три) человека претендовали на папский престол. Сначала кардиналы избрали папой Урбана VI, но тот оказался таким напористым и грубым, что кардиналы отказались ему подчиняться и объявили, что он душевнобольной. Выборы Урбана были объявлены незаконными и недействительными. «Альтернативным» Папой был избран Климент VII (1378—1394), который вернулся в Авиньон.

Почти сразу же оба папы занялись активным упрочением своих позиций. Оба ставили своих кардиналов, создавали свои курии, свои фискальные системы. Вскоре последовали взаимные анафемы.

В результате борьбы возникли римская линия (Урбан VI, Бонифаций IX, Иннокентий VII и Григорий XII) и авиньонская линия (Климент VII, Бенедикт XIII).

В 1409 г. кардиналы обеих сторон согласились съехаться на собор в Пизе. Однако оба папы отказались туда прибыть. Собор заочно низложил их обоих, а затем избрал нового папу – Александра V, который разместил свою резиденцию в Пизе. В результате в западной Церкви стало три папы.

В 1414—1418 гг. собор в Констанце низложил всех трёх пап и 11 ноября 1417 г. избрал четвёртого – Мартина V (1417—1431).

С избранием Мартина Великий раскол практически прекратился. Два других понтифика признали решения собора, отказались от притязаний на папство и получили от Мартина V сан кардиналов. После смерти Мартина V папой стал Евгений, человек сурового образа жизни и сторонник твердой руки. На следующий день после коронации он решительно приступил к ограничению кардинальских привилегий, особенно тех, что были предоставлены его предшественником Мартином V из семейства Колонна. Сторонники семьи Колонна спровоцировали в городе беспорядки, которые, однако, были быстро ликвидированы папой.

В 1434 г. организованное семьей Колонна восстание вынудило Евгения IV к побегу. В одеянии монаха папа бежал во Флоренцию, куда за ним последовала часть куриальных сановников. Под защитой Медичи Евгений продолжал править церковью.

Таким образом, ситуация в Католической Церкви была совсем не простой. Однако и в Православной Церкви дела обстояли не лучше. Византия дышит на ладан. Под натиском с одной стороны турок, а с другой сербов от нее остался жалкий кусочек. В 1433г. папа Евгений короновал императорской короной Сигизмунда Люксембургского, единственной надеждой которого была организация крестового похода, но для этого надо было объединиться с Римом. Патриарх константинопольский Иосиф II тоже был «за». И у самого Евгения IV на тот момент были причины желать унии.

О Ферраро-Флорентийском соборе все слышали. В Ферраре он начался по требованию византийской делегации. Делегация (приблизительно 700 чел., куда входил император, патриарх, полномочные представители Патриархов Александрийского, Антиохийского и Иерусалимского, митрополиты Валашско-Молдавский и Киевский и всея Руси, византийские иерархи, представители Грузии – епископ и племянник грузинского царя Александра и т. д.) добралась до Феррары.

Содержание всех гостей изначально взял на себя папа. При этом папа Евгений «ради будущего пышного приема Императора и греческих клириков продал все свои серебряные и золотые сосуды и даже отдал под залог за 40 000 флоринов свою папскую тиару.» (Сильвестр Сиропул. Воспоминания о Ферраро-Флорентийском соборе 1438—1439г). И все равно денег катастрофически не хватало.

А во Флоренции тоже все было непросто. В 1434 г. из изгнания вернулись Медичи, и им надо было срочно укреплять свои позиции. И крупное международное собрание было бы очень кстати. Меньше, чем через год после открытия Собора Флорентийская республика послала в качестве своего посла при папе Lorenzo di Giovanni di Bicci de’ Medici, который пригласил Собор и его участников во Флоренцию и обещал финансировать их работу.

10 января 1439 г. папа Евгений IV закрыл последнее заседание в Ферраре и объявил о переносе Собора во Флоренцию.

Константинопольский патриарх, император Иоанн и его брат Димитрий прибыли порознь, каждый во главе своей свиты.

Заседания Собора проходили в большом зале Апостольского дворца ц. Santa Maria Novella. Cosimo il Vecchio de’ Medici, основной организатор и «спонсор», получил право участвовать в заседаниях.

10 июня внезапно умер патриарх Константинопольский и был похоронен в той же церкви. Его письменное одобрение унии было зачитано участникам Собора. Текст унии на греческом и латинском языках был подписан 5 июля греческой делегацией в резиденции императора, и латинской – в резиденции папы.

Не вдаваясь в богословские вопросы (потому что, как мы видели, совсем не они диктовали необходимость унии), заметим, что самые спорные моменты были обойдены молчанием. Уния состояла в признании нововведений Римской церкви, имеющими основание в св. Писании и св. Предании, то есть правомочными, но с оговоркой, что Восточные церкви, признавая правильным всё содержание вероучения Римской церкви, не станут вводить у себя латинские литургические и церковные обычаи.

В 1443 г. ситуация в Риме стабилизировалась и Папа сумел туда вернуться – вместе с участниками собора, последние сессии которого были посвящены уже только Базельским схизматикам.

Закончилось все нехорошо. Патриарх Константинопольский умер. Митрополит Киевский и всея Руси Иcидор был заточен в монастырь, откуда бежал и умер в Риме.

Папа обещал прислать в Констанинополь 300 солдат и 12 кораблей на год, а ещё «если будет надо созовет все христианские народы на помощь» (по Нектарию Иерусалимскому). 1 января 1443 г. был объявлен Крестовый поход, но в 1444 г. он потерпел поражение в битве под Варной. Папа Евгений умер в 1447 г. Император Иоанн VIII умер в 1448 г.

Тогда же в 1448 году Московская митрополия провозгласила автокефалию, т. е. независимость от Византии. Константинополь был захвачен османами 29 мая 1453 г. Византия пала.

И напоследок расскажу о центральном «месте действия» – базилике Santa Maria Novella. Церковь Санта-Мария-Новелла известна своим лёгким ажурным фасадом, напоминающим инкрустированную шкатулку. В интерьере немалое количество произведений искусства: греческие фрески и мраморные надгробия. В начале XIII в. монахи доминиканского ордена решили возвести монастырь и церковь. Именно в этой церкви начинается действие романа Джованни Боккаччо «Декамерон».

Из храма можно попасть в монастырский дворик в романском стиле. Если пройти через Монастырь Усопших, можно попасть в Большой монастырь, который окружен стенами с уникальными росписями флорентийских художников XV – XVI вв.

Столичная жизнь?

Конечно, у каждого своя Флоренция, но для меня она ярче всего проявляется в двух местах – в Домском соборе и в Капелле волхвов. И что интересно – это два места тесно связаны и между собой, и с Россией. О Домском соборе я уже рассказала, а вот о капелле – здесь.

В 1444 г. Козимо Старший заказывает строительство дворца и в 1459 г. флорентийскому художнику Беноццо Гоццоли роспись домовой капеллы. Гоццоли, художник, известный тем, что умеет «рассказывать истории», создаст настоящее чудо. Небольшая по площади комната станет похожей на расписную драгоценную шкатулку. Фреска с сюжетом поклонения Волхвов единым полотном протянется на три стены. Изначально капелла была значительно больше, но в процессе перестройки в XVIII в. потеряла часть стен вместе с фрагментами фресок, что несколько нарушает изначальный замысел.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.