Александра Берг
Отвергнутая невеста Золотого дракона

Глава 1

Тишина…

Звенящая, пронзительная и настолько стылая, что колючая дрожь змеится вдоль позвоночника, вынуждая съёживаться от пробирающего до костей холода, невзирая на летний зной, царящий за окном.

А погода, как назло, действительно была прекрасной. Впервые за неделю проливных дождей выглянуло солнце, и мир окрасился яркими красками. Свежий ветерок играл в листве деревьев, рассеивая последние остатки прохлады. Птицы радостно щебетали, приветствуя ясное небо. Трава и цветы, умытые дождем, сверкали в лучах солнца, источая нежный аромат.

Но это где-то там, за пределами храма Великих, где меня выдавали замуж.

Темные своды дома Богов давили и давили не только на меня. За последний час я не услышала ни вздохов, ни взволнованных шепотков, ни всхлипов умиления: у всех гостей без исключения были каменные лица.

– Где же жених? – с напряжением в голосе поинтересовался священнослужитель, облаченный в длинную грязно-серую рясу.

Молчание.

Гости переглянулись, но никто не решился вымолвить и слова. Атмосфера в храме сгущалась с каждой секундой.

Я сжала в руках букет, чувствуя, как стебли цветов больно впиваются в ладони. Голова шла кругом от духоты и запаха ладана. Свадебное платье вдруг показалось невыносимо тяжелым, будто оно было сделано из свинца.

– Леди Морей, – служитель храма обратился ко мне, держа в руках алую ленту, которая должна была связать пару брачными клятвами, – где ваш истинный?

– Демоны бы его побрал! – выкрикнул с первых рядов Оуен.

Его ничуть не смутили ни гости, ни укоризненный взгляд служителей храма.

– Наверняка валяется где-то под столом вдрызг пьяный! – продолжил мой старший брат. – Я найду его и приволоку сюда!

– Оуен… – голос у меня дрогнул, – пожалуйста… Не нужно.

– Сестра? – брат шагнул вперёд, но я его остановила взмахом руки.

– Ждем дальше, – процедила я сквозь зубы.

Не знаю, почему я была так упряма.

И на что… на что я вообще надеялась?

На то, что мой жених изменится, когда мы прочтём брачные клятвы о вечной любви?

Но ведь это неправда!

И почему только сегодня я это поняла?

Пекло, какой же нужно быть наивной, чтобы верить в слова Золотого!

Прав был брат, когда говорил, что я ещё совсем ребёнок.

“Тебе бы окончить академию, а ты витаешь в облаках, сестра” – всегда по-доброму смеялся Оуен.

Но сегодня… сегодня я ребёнком быть перестала!

Продолжая мять в руках букетик, я чувствовала, как внутри меня всё дрожит от гнева и обиды.

– Сестра, – Оуен никак не мог успокоиться, – позволь мне…

– Нет! – мой ответ прозвучал настолько резко, что даже родня жениха заволновалась. – Я сама!

Выдохнув и подобрав полы подвенечного платья, двинулась на выход из храма, который находился при дворце. Поначалу церемонию хотели провести в главном храме, в городе, но Золотые отчего-то отказались от этой идеи. Вероятно, они знали, чем это может обернуться!

Метка вела меня вглубь дворца. Сияющие золотые коридоры извивались причудливым лабиринтом, увлекая меня дальше от реальности. Каждый шаг отдавался гулким эхом под сводами высоких потолков, украшенных искусной лепниной и фресками. Но я практически не замечала всей этой красоты – для меня все было серым и унылым.

Дойдя до комнаты, взялась за ручку, и уже хотела дёрнуть ее на себя, чтобы войти внутрь, но тут услышала дикий рёв мужчины.

Голос я узнала почти сразу.

– Совсем спятил? – кричал Его Величество.

– А что, собственно, не так? – сонно отозвались в ответ. – Мне нужно было время, чтобы прийти в себя перед тем, как увидеть свою… истинную, – Эдриан говорил с таким пренебрежением, будто сама мысль о браке и обо мне вызывала в нём отвращение.

– Ты хоть понимаешь, какой позор навлекаешь на нашу семью своим поведением?! Этот брак – вопрос чести и достоинства короны!

– Честь? Достоинство? Не смеши меня! – едко бросил мой жених. – Золотым наплевать на этот союз.

– Ты нашёл свою истинную, – уже чуть тише произнёс король. – И должен быть благодарен судьбе.

– Благодарен? За что? За то, что связала меня с этой… Ты ведь видел её. Я Золотой и достоин большего!

Я стояла за дверью, слушая этот ужасный разговор. Но слёз не было, они застряли где-то в глубине.

– Ты забываешься, Эдриан. Айлин – твоя истинная пара, предназначенная судьбой. И не тебе судить о ее происхождении. В ней, как и в нас, течёт кровь древних королей.

– Древних королей? Ха! Она всего лишь дочь какого-то мелкого графа с окраин. Разве это делает её достойной Золотого? К тому же Айлин Морей из клана Чёрных! Забыл? И ты предлагаешь мне жениться на ней?

– Довольно! – резко оборвал его король. – Ты сейчас одеваешься и идёшь в храм!

Голоса за дверью стали громче. Эдриан что-то гневно выкрикнул в ответ, но слов я уже не разобрала. Боль и обида застилали глаза. Сперва я хотела со всех ног броситься прочь по коридору, не разбирая дороги, но меня что-то остановило. Словно внутри оборвалась ниточка, державшая на замке шкатулку с тёмными, мрачными чувствами. Злость и гнев, таившиеся глубоко внутри, вырвались на свободу, заполняя всё моё существо. И вместо того, чтобы убежать, я решительно шагнула вперёд.

Резко распахнув дверь, встретилась взглядом с Эдрианом и его собеседником. Их удивлённые лица лишь подлили масла в огонь моей ярости.

– Не стоит так утруждаться! – твёрдо произнесла я, сверля мужчин взглядом.

МАРКЕР

Глава 2

Молчание в комнате было слишком мучительным, обжигая кожу и застывая комком в горле. Казалось, даже воздух, пропитанный напряжением, стал густым и вязким.

Мой неудавшийся жених лежал на кровати, сверкая обнажённым торсом. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь тяжёлые бархатные шторы, играли бликами на его мускулистом теле, подчёркивая каждый изгиб и впадинку.

Ладно хоть штаны на нём были надеты…

– Леди Морей, – первым тишину нарушил Его Величество, глава клана Золотых и верховный правитель всего Драконьего континента.

Он был достойным представителем своего клана: величественный, властный, с пронзительным взглядом янтарных глаз. Не то, что его многочисленная родня, погрязшая в интригах и склоках.

– Леди Морей, – повторил Ксандрен де Роделин Голден, и в его голосе прорезались стальные нотки. – Вам здесь делать нечего, ступайте в храм. Ваш жених скоро прибудет.

Эдриан на это лишь пренебрежительно хмыкнул, даже не думая подниматься.

– Да! – окончательно рассвирепел Его Величество, теряя последние крупицы терпения. – Ты немедленно отправишься в храм и произнесёшь священные клятвы перед богами! Это не просьба, а приказ твоего короля и господина. Ослушаешься – пеняй на себя!

Золотой дракон что-то раздражённо буркнул себе под нос, но с кровати всё-таки встал. Лениво потянувшись, словно большой хищный кот, он накинул белоснежную сорочку, не утруждаясь застегнуть её. Широкий ворот распахнулся, обнажая ключицы и часть груди. Небрежным жестом откинув прядь золотистых волос со лба, Эдриан бросил на меня насмешливый взгляд.

– Что ж, – начал он, – раз моя дорогая невеста сама соблаговолила прийти за мной…

– Прикуси свой длинный язык! – рыкнул король. – Иначе я прикажу его отрезать!

Эдриан даже бровью не повёл. Вместо того, чтобы испугаться и побежать выполнять приказ, он зевнул и довольно меланхолично поинтересовался:

– Надеюсь, брачная церемония будет недолгой? У меня на сегодня ещё много… других планов.

– Других… планов? – я почувствовала как внутри меня заёрзал, заворочался огонь ярости. – Наверняка они включают в себя ту рыжую пигалицу, что вылетела из твоей комнаты?

Эдриан неспешно подошёл ко мне вплотную. Его горячее дыхание обожгло мою кожу, когда он склонился к самому уху и вкрадчиво прошептал, кривя губы в улыбке:

– Ревнуешь, милая?

– Довольно! – резкий окрик Ксандрена де Роделина разбил звенящее между нами напряжение.

Правитель клана оттянул от меня своего то ли троюродного, то ли четвероюродного племянника (родословная Золотых была так длинна и запутана, что, мне кажется, они сами в ней терялись).

– Вы оба немедленно отправляетесь в храм!

– Ваше Величество, – мой голос дрожал от с трудом сдерживаемого гнева. Букет невесты, который я продолжала держать в руках, окончательно превратился в труху. – Если вы не против, то позвольте поговорить со своим женихом наедине. Обещаю, это не займёт много времени.

Ксандрен в замешательстве переступил с ноги на ногу.

– М-м-м… Вы точно хотите этого? – неуверенно и как-то настороженно поинтересовался он.

– Абсолютно уверена, – процедила я сквозь зубы. – Не переживайте, с вашим драгоценным племянником ничего не случится. Пока что…

Эдриан снова хмыкнул, сложив руки на груди.

– Хорошо, – наконец уступил Ксандрен, направляясь к дверям, – только прошу вас побыстрее. Нельзя заставлять гостей ждать.

– Что за цирк ты здесь устроила? – Эдриан отошёл к стеклянному столику с выгравированными на нем золотыми розами.

На столике стояла початая бутылка вина, два бокала, корзинка с экзотическими фруктами и виноградом.

Не дождавшись ответа, мужчина упал в широкое, обитое красным бархатом кресло.

– Милая, – Эдриан сделал особый акцент на произнесённом слове, – неужели тебе нечего сказать? Странно, – усмехнулся он, откидываясь на спинку кресла и пронизывая меня пристальным взглядом. – Впервые в жизни моей невесте нечего сказать. Обычно ты трещишь без умолку.

Я стояла напротив своего жениха, сжимая руки в кулаки так сильно, что ногти больно впивались в ладони. Остатки измочаленного букета попадали на пол, усеивая паркет нежными лепестками золотистого оттенка.

– Пф-ф-ф… – фыркнул дракон, беря в руки бутылку с вином, словно происходящее его ничуть не волновало.

Ловко разлив кроваво-красную жидкость по хрустальным бокалам, он неожиданно предложил один из бокалов мне, небрежно пододвинув его на самый край стола.

В горле тут же засвербело от желания промочить пересохшие губы и унять нервную дрожь, но я упрямо продолжала стоять на месте, не решаясь сделать и шага. Гордость не позволяла принять подобное подношение, даже несмотря на то, как сильно мне хотелось выпить и забыться.

– Ну же, милая, присоединяйся, – промурлыкал Эдриан, поднимая свой бокал. – Неужели ты откажешься разделить трапезу со своим будущим мужем?

От этих слов внутри всё похолодело. Сама мысль о свадьбе вызывала неконтролируемый озноб и желание сбежать куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Но вместо этого я вскинула подбородок и с вызовом посмотрела в янтарные глаза дракона.

– Присоединиться? К чему? К этому фарсу, который вы, Золотые, называете свадьбой?

– Дорогая, – в голосе прозвучала явная издёвка, – неужели ты не знала, на что идёшь? У нас с тобой нет ничего общего, кроме этой… метки.

Эдриан сделал слишком большой глоток вина: несколько багровых капель упали на уголки губ и потекли по подбородку, а оттуда сорвались на обнажённую грудь, оставляя влажные дорожки на бледной коже.

– Не говори, что ты не понимала, что этот брак по расчёту, – продолжил Золотой, небрежно смахнув с груди винные капли. – Ты родишь мне сына. Это просто сделка. Ни о какой любви речи не шло с самого начала.

 Его голос звучал холодно и равнодушно.

– Или ты наивно полагала, что сумеешь растопить моё сердце? Или, быть может… – он внезапно замолчал.

Во взгляде мужчины промелькнуло удивление, смешанное с недоверием.

– Нет! – дракон резко встал, отчего кресло за его спиной с грохотом упал на пол. – Не верю!

Я даже отшатнулась от такого внезапного порыва.

Преодолев разделяющее нас расстояние, Эдриан склонился к моему лицу и заглянул в глаза. Его дыхание обожгло кожу, а от близости этого невыносимого мужчины по телу пробежала дрожь.

Не знаю, что он увидел, но это его знатно рассмешило.

– Демоны меня побери, я оказался прав! – торжествующе воскликнул он.

– И в чём же? – я постаралась, чтобы голос звучал как можно более равнодушно, но вышло плохо.

– Ты влюбилась в меня! – Золотой горделиво выпятил грудь, словно это было его величайшим достижением. – Оттого и примчалась. Как же это похоже на тебя, моя милая… милая Айлин.

От такой наглости перехватило дыхание.

Как он смеет? Как смеет вот так запросто говорить о моих чувствах, словно они ничего не значат?

– Ошибаешься! – процедила я сквозь зубы, едва сдерживая гнев.

– Ну, конечно, – усмехнулся Эдриан. Его глаза искрились весельем и чем-то ещё, чему я боялась дать название. – Продолжай убеждать себя в этом, моя дорогая. Но мы оба знаем правду.

Он склонился ближе, его губы почти коснулись моих. Я застыла, не в силах отстраниться, хотя разум кричал, чтобы я так и сделала.

– Мне даже жаль тебя.

С этими словами он выпрямился и отступил назад. А я могла только стоять и смотреть на то, как играет самодовольная ухмылка на его губах.

Потрясённая и растерянная…

Обида и унижение жгли изнутри, но я упрямо сдерживала подступающие слезы.

"Ну же, Айлин, соберись! Не будь тряпкой. Докажи, что ты чего-то стоишь!" – подбадривала я себя, пытаясь совладать с накатившей волной эмоций.

Сделав глубокий вдох, я с трудом выдавила:

– Зачем? Зачем ты насмехаешься надо мной?

– Хочешь знать зачем? Правда хочешь? – протянул он, снова делая шаг ко мне.

Вопреки здравому смыслу, я слабо кивнула. Хотя интуиция отчаянно кричала, нет, буквально вопила:

"Оставь! Ты уже всё услышала, не делай себе ещё больнее!"

– Что ж, изволь, – ухмылка на лице Эдриана стала шире. – Ты – никто. Бесполезная, никчёмная девчонка. Твоё существование не имеет ни малейшего значения. Ты просто пустое место, недостойное ничьего внимания.

Каждое его слово хлестало подобно удару плети, раня в самое сердце. Боль от осознания собственной ничтожности сдавило горло.

– Неужели ты и правда считала, что можешь быть мне интересна? Что у тебя есть хоть какие-то достоинства? – продолжал он, не скрывая презрения. – Очнись, Айлин. Ты сера, заурядна и невыразительна. Такие, как ты на каждом шагу. И ещё, моя дорогая, – дракон хищно прищурился, – я знаю твой маленький секрет.

Я беспомощно замерла и опустила взгляд в попытке спрятаться от жестокой реальности.

– Да-да, – продолжил свои насмешки жених. – Айлин Морей из клана Чёрных драконов не в состоянии пробудить свою вторую ипостась. Ты пустая, – жёстко отчеканил Эдриан. – Я даже не знаю, сможешь ли ты вообще родить мне наследника-дракона. Жаль, что от нашей с тобой метки нельзя избавиться.

Сделав глубокий вдох, я подняла голову и посмотрела в глаза своего жениха. Светлые, яркие, цвета расплавленного золота. Сейчас они излучали холод. В них не было ни капли сочувствия или понимания, лишь пренебрежение пополам с раздражением.

– Всё сказал? – процедила я сквозь зубы.

– Ступай уже в храм, Айлин, – Эдриан закатил глаза и досадливо поморщился. Наш с ним разговор его явно утомил. – Я сдержу своё слово, выполню приказ короля. И так уж и быть, – дракон мазнул взглядом по линии моего декольте, – подарю тебе брачную ночь.

Я вздрогнула от его последних слов и невольно покраснела, но довольно быстро взяла себя в руки.

– Брачная ночь, говоришь, – сталь в моём голосе удивила даже меня. – А что, это очень заманчиво, – я сделала шаг к дракону и, подняв руку, дотронулась до его обнажённой груди.

Эдриан вздрогнул от прикосновения и недоверчиво уставился на меня, приподняв бровь. Его взгляд метнулся к руке на его груди, а затем снова встретился с моими глазами. Похоже, мой жест застал его врасплох: не такой реакции он ожидал после своих слов.

Тело его инстинктивно сжалось, мышцы напряглись, метка и на его руке и на моей запульсировала.

– Что ты задумала, Айлин? – кадык дракона нервно дёрнулся.

Я лишь хитро улыбнулась и сделала ещё один шаг навстречу к Эдриану. Моя рука скользнула выше, пальцы зарылись в его мягких золотистых волосах на затылке. Дракон замер, не зная, чего ожидать. Метка пылала огнём, но сейчас для меня это не имело никакого значения.

Ещё секунда. Резкий рывок. Замах и… Золотого качает в сторону от моей пощёчины, которую я усилила магией.

Эдриан отшатнулся, прижав ладонь к покрасневшей щеке. В его глазах вспыхнуло изумление, тут же сменившееся яростью. Дракон оскалился, явно готовясь ответить, но я опередила его.

– Послушай меня, Эдриан, – процедила  я. – Я не собираюсь терпеть твои оскорбления и издевательства. Да, я пока не могу обратиться. Но это не значит, что я слабая или бесполезная! Прощай! Как найдёшь способ избавиться от метки, дай знать!

Глаза дракона опасно сузились. На миг мне показалось, что он сейчас ударит меня в ответ. Но Эдриан лишь стиснул зубы и прорычал:

– Ты не отменишь свадьбу, Айлин. У тебя духу не хватит!

– Посмотрим, – холодно парировала я.

Резко развернувшись, стремительным шагом направилась прочь, не оглядываясь. Спиной я чувствовала полный ярости взгляд Эдриана, прожигающий насквозь. Но моё сердце пело от мрачного торжества.

В коридоре меня уже караулили. Глава клана Золотых что-то активно обсуждал с моим братом. Завидев мою хрупкую фигурку, облачённую в тяжёлое подвенечное платье, оба тут же подбежали ко мне.

– Мы уезжаем, Оуен! – скомандовала я, не обращая внимания на непонимающие и напряжённые взгляды мужчин.

– Что? – хором возмутились Его Величество и мой брат.

– Свадьба отменяется!

Глава 3

– Свадьба отменяется! – громогласный голос, усиленный магией, прокатился по коридорам золотого дворца, отразившись от стен и потолков.

Я хотела, чтобы все… абсолютно все услышали об этом.

– Сестра! Леди Морей! – донеслось за моей спиной.

Но я даже не обернулась. Эмоции гнали меня вперёд. Добежав до своей комнаты, я немедленно захлопнула дверь, заперев её на крепкий засов.

Тяжело дыша, прислонилась к стене, пытаясь перевести дух и унять бешено колотящееся сердце.

Небо, неужели я и вправду сделала это? Влепила пощёчину Золотому дракону и отменила нашу свадьбу!

Ноги подкосились, и я медленно сползла на пол, обхватив колени руками. Эйфория и возбуждение от собственной смелости накатили волной, почти опьяняя.

– Сестра!

Внезапный стук в дверь заставил меня подскочить.

– Сестра, что происходит? Открой, умоляю! – настойчивый стук в дверь нарастал с каждой секундой.

– Ни за что! – отчаянно выкрикнула в ответ. – Я собираю вещи и уезжаю. Ты можешь оставаться, если пожелаешь.

– Леди Морей! – послышался ледяной, властный голос Его Величества. – Вы обязаны немедленно объясниться!

Внезапно эйфория, переполнявшая меня ещё мгновение назад, обернулась липким, удушающим страхом. Тревога сдавила грудь стальными тисками. Я осознавала всю серьёзность последствий, и если с братом ещё можно было поспорить, то что делать с королём?

– Леди Морей! – очередной мощный удар в дверь заставил меня вздрогнуть всем телом.

Сердце ухнуло в пятки, разум заполонили мрачные образы: вот дверь в комнату выламывают, меня хватают, заламывают руки и силой волокут в храм.

Будто наяву я увидела Эдриана, ожидающего меня у алтаря из чёрного камня. Его надменная, самодовольная ухмылка болезненно царапнула сердце.

– Демоны бы побрали вас всех! – выругался Ксандрен де Роделин.

– Позвольте, я сам с ней поговорю, – прошептал брат, стараясь успокоить разбушевавшегося правителя.

– Хорошо, а я пока побеседую со своим дурным племянником…

Я приложила ухо к двери, пытаясь уловить обрывки разговора, но голоса слились в неразборчивый гул, словно шум прибоя, разбивающегося о скалы.

Спустя мучительно долгую минуту в дверь начали скрестись. Этот звук я узнала бы из тысячи – так всегда делал Оуен, когда я, обидевшись на весь мир, запиралась в своей комнате.

– Ну и денёк, согласись, – донёсся его голос откуда-то снизу.

Судя по всему, брат просто уселся на пол в коридоре, прислонившись спиной к двери.

Я поступила также, снова опустившись на ворсистый ковёр и обхватив колени руками.

– Расскажешь, что произошло? Хотя нет, можешь не говорить. Догадаться несложно. Да-а-а-а, – мрачно протянул брат, после небольшой паузы, – повезло тебе с истинным. Огромная куча навоза, не иначе.

– Я не могу здесь больше оставаться, Оуен, – еле слышно произнесла я: горло сдавил спазм горечи. – И замуж я не выйду.

– Ты ведь понимаешь, что у нас из-за этого могут быть некоторые трудности? Этот брак мог бы спасти Золотой клан…

– Пожалуйста, не говори мне, что тебе есть дело до этих слизняков! – горячо парировала я. – После всего, что они сделали, ты ещё смеешь говорить о спасении их клана?

Оуен тяжело вздохнул.

– Если Ксандрен не найдёт свою истинную в ближайшие пять лет, начнётся борьба кланов за власть. С поддержкой Чёрных подобного можно было бы избежать.

– Пусть все Золотые катятся в пекло! Там им самое место! – я вскочила на ноги и принялась яростно расхаживать по комнате.

Гнев, обида и чувство предательства, казалось, разрывали меня изнутри.

Мало мне было того, что наговорил Эдриан, теперь ещё брат пытается надавить на чувство долга.

– Айлин, только не разрушь комнату, – обеспокоенно проговорил брат, услышав с моей стороны шум и грохот.

Только вот у меня и мыслей таких не было. Зачем крушить свою комнату? Вот если бы я была в покоях жениха…

"Бывшего жениха!" – мысленно отдёрнула саму себя.

Так вот, если бы я была в комнате Эдриана, тогда да, можно было бы разгуляться на славу. Я бы получила массу удовольствия, поджигая его дорогие, расшитые золотом камзолы и атласные рубашки. Представляю, как бы потрескивала ткань, охваченная пламенем, и как бы в воздухе разносился едкий запах дыма, смешанный с ароматом дорогих благовоний.

Но это было бы только начало. Следом за гардеробом настал бы черёд массивной дубовой мебели, которую Эдриан продемонстрировал мне при нашем с братом въезде во дворец. Я бы с наслаждением всадила топор в резные столы и стулья, разнесла бы в щепки книжные шкафы.

А под конец я бы не удержалась и разбила все зеркала в его покоях.

Но, увы, все эти сладкие фантазии так и останутся фантазиями. Потому что находилась я сейчас в своей комнате, до скрипа сжимая кулаки от бессильной ярости. И единственное, что мне оставалось – излить свой гнев на ни в чём не повинные саквояжи, которые я побросала на пол, чтобы собрать в них свои вещи.

Достав из шкафов платья, обувь, нижнее бельё, я остановилась на расшитых золотом кружевных сорочках, которые заказала специально для нашего с Эдрианом медового месяца…

Мысли о счастливом будущем рядом с ним рассыпались в прах. Наша свадьба, медовый месяц – всё это теперь казалось жестокой насмешкой судьбы.

Пекло! Насколько нужно быть слепой, чтобы не осознавать всю глубину своих заблуждений? Я была настолько очарована им, что совсем потеряла голову. Тонула в море самообмана, принимая желаемое за действительное.

– Айлин, прошу… – в дверь снова заскреблись.

За собственными мыслями я уже и забыла, что в коридоре всё ещё дежурил Оуен.

“Держать родного брата под дверью слишком жестоко, Айлин” – прозвенел внутренний голос, поэтому я отбросила сорочки в сторону, подальше от остальных вещей, и пошла открывать.

Брат едва не упал спиной на ковёр, стоило мне отодвинуть защёлку.

– Ну наконец-то, – кашлянул он, поднимаясь и отряхивая брюки от налипшей на них пыли. – Я думал, что вечность буду куковать в коридоре. Вижу, своё решение ты не изменишь? – брат обвёл комнату мрачным взглядом тёмных глаз.

– Что ты предлагаешь? Смириться с этим? Никогда! Похоже, Золотым этот брак и не нужен вовсе, – яростно выпалила я.

– Он необходим для блага государства, – упорствовал брат. – Подумай о простых людях, о том, что будет с ними, если между кланами разразится война.

– И почему я одна должна думать об этом? Почему Эдриан не задумался о последствиях, когда говорил мне те слова?

– Разве ты не хочешь стать королевой? – в глазах Оуэна мелькнул лукавый огонёк.

– Ерунда! – фыркнула я, хотя его слова заставили меня вздрогнуть.

– Вовсе нет.

– Ксандрен де Роделин ещё молод, у него полно шансов найти свою истинную пару и обзавестись наследниками. А даже если и не найдёт – у Золотых есть ещё один молодой отпрыск, родной племянник короля. Алекс, кажется. Сын его сестры. Забыл? Что касается Ариндеров… – я нахмурилась, – они намного дальше от престола. Им не суждено примерить корону!

– Алекс пока слишком юн, – не унимался брат. – А если и он не сможет отыскать свою истинную? Других подходящих кандидатов у Золотого клана попросту нет.

– Скажи… – я вобрала в лёгкие разгорячённого и взволнованного от напряжения воздуха и посмотрела брату в глаза, в которых потрескивал внутренний огонек. – Ты действительно печёшься о благе народа или попросту хочешь, чтобы на трон сел представитель Чёрного клана?

Вопрос попал в самую точку. Лицо брата на мгновение исказилось, будто от боли, но он быстро взял себя в руки. Впрочем, этой секунды мне хватило, чтобы понять – я угадала его истинные мотивы.

– Наши с тобой предки занимали престол до того, как Золотые его у нас отняли! Неужели ты забыла уроки истории, которые нам преподавали с детства? – горячо воскликнул Оуен.

– Я всё отлично помню, и не нужно меня тыкать носом в то, что было несколько веков назад, – парировала я, вскинув подбородок.

– Золотые не простят тебе… нам такого своеволия. Вот увидишь, подобное опрометчивое решение нам всем ещё аукнется.

– Я готова пойти на этот риск. Хочешь – вали всё на меня!

Брат помотал головой, не скрывая разочарования.

– Какой ты всё-таки ещё ребёнок, Айлин. Тебе и восемнадцати нет, а ты уже берёшь на себя такую ответственность, – Оуен устало упал в кресло, наблюдая за тем, как горизонт заволакивают тяжёлые грозовые тучи. Одна молния на мгновение прорезала свинцовое небо, озарив комнату призрачным светом.

Погода вновь испортилась, словно вторя нашему с братом мрачному настроению.

– Позволь, я поговорю с Его Величеством, – по позвоночнику зазмеился липкий страх, но отступать я не собиралась. Раз уж решилась, нужно идти до конца.

– Нет, – брат резко поднялся с места. – Лучше я сам. А ты пока подумай, что сказать отцу.

Оуен нахмурился, когда взглянул мне в глаза.

– Отец слаб, – продолжил он. – Подумай о его чувствах.

Я потупила взгляд. Оуен всегда мог меня успокоить, найти нужные слова и жесты, чтобы развеять мою тревогу и печаль. Но вместе с этим он знал, как побольнее ударить, задеть за живое. Его колкие замечания били прямо в сердце, оставляя невидимые, но болезненные раны.

Тишина, повисшая между нами, казалась густой и вязкой. Я почти физически ощущала напряжение, словно сам воздух потрескивал от едва сдерживаемых эмоций. Мне нужно было что-то сказать, разбить этот гнетущую молчаливую пустоту, но слова застревали в горле. Оуэн словно возвёл невидимую стену между нами, отгородившись от меня холодной отстранённостью.

– Собирайся, – отчеканил брат, выходя из комнаты. – Не будем злоупотреблять гостеприимством хозяев.

Его голос звучал сухо и безэмоционально, будто он обращался к чужому человеку, а не к родной сестре. Я почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось.

Когда дверь за братом затворилась, я обессиленно рухнула на кровать. Казалось, что меня выжало досуха, опустошило морально и физически. Хотелось закрыть глаза и провалиться в небытие, лишь бы не думать и не чувствовать этой разъедающей горечи. Но я понимала, что у меня нет такой роскоши. Нужно было встать и продолжить двигаться вперёд, даже если каждый шаг даётся с трудом.

С тяжёлым вздохом я поднялась и принялась укладывать вещи в дорожные саквояжи. Руки механически выполняли привычные действия, складывая платья, бельё, обувь, украшения. Закончив сборы, уже хотела отправиться в умывальню, чтобы привести себя в порядок,  но тут ноги запутались в каких-то тряпках. На полу лежали легкомысленные сорочки, вышитые золотыми нитями, которые я заказала в Бравице специально к свадьбе.

Внезапно во мне вскипела волна злости и раздражения. Недолго думая, я собрала всё это тряпьё и решительно направилась к окну. Резким движением распахнув створки, без колебаний выкинула их прочь, наблюдая, как они медленно опускаются в ручей, пробегающий прямо во дворе.

Но этого мне показалось мало. Взгляд упал на роскошное подвенечное платье. С каким-то мрачным удовольствием я сорвала наряд с вешалки и вышвырнула его вслед за сорочками. Белоснежная ткань беззвучно затрепетала на ветру, прежде чем бесформенной кучей приземлиться на землю.

Слёзы обиды и гнева жгли глаза, но я упрямо смаргивала их, не желая поддаваться слабости.

К вечеру, когда я, наконец, смогла взять себя в руки и успокоиться, в дверь моей комнаты постучали. Поначалу я решила, что это пришёл брат. Даже сама схватила саквояжи, чтобы поскорее покинуть это место, но меня постигло жестокое разочарование. В коридоре, неловко переминаясь с ноги на ногу, стояла юная служанка в тёмно-сером переднике поверх простого платья и белоснежном накрахмаленном чепце.

– Его Величество повелел передать, что желает видеть вас на семейном ужине в малой столовой, – торопливо протараторила девушка.

– Семейном… ужине? – не веря своим ушам, переспросила я, и мои губы исказила горькая усмешка…

Глава 4

На ужин подали фазанов с хрустящей золотистой корочкой, нежных перепелов, вымоченных в красном вине, сочное жаркое с ароматными белыми грибами… Собственно, подали все, что было приготовлено на свадьбу.

Огромный многоярусный торт, украшенный взбитыми сливками и спелыми кусочками клубники, одиноко кис где-то в углу.

Посадили меня, как назло, напротив Эдриана. Сделали это, думаю, умышленно, чтобы мы могли “насладиться” обществом друг друга сполна.

Кроме Оуэна, бывшего жениха и короля, с нами за столом сидели ещё и родители Эдриана.

"Родственнички…" – кисло усмехнулась я про себя, наблюдая за тем, как матушка Золотого буравит меня ненавидящим взглядом, словно я была её злейшим врагом. Неудавшийся свёкор – престарелый герцог Ариндер, так и вовсе не удостоил меня своим вниманием, всецело сосредоточившись на поедании фазанов.

Да, ужин обещал быть долгим и довольно нервозным… для всех нас.

Единственный, кто улыбался, был Эдриан, но его улыбка… не знаю… от одного взгляда на неё у меня кровь застывала в жилах. В ней было что-то зловещее, почти садистское. Казалось, будто он наслаждается моим дискомфортом и смятением. Его глаза блестели странным, нездоровым блеском, а уголки губ подрагивали, словно он едва сдерживал смех, готовый вот-вот вырваться наружу.

"Он знает то, чего не знаю я?" – пронеслось у меня в голове, и конкретно в этот момент на улице раздался оглушительный раскат грома, а сразу после в землю неподалёку от замка врезалась молния. Вспышка озарила столовую через высокие стрельчатые окна, на мгновение превратив ночь в день.

Слуги, окружавшие нас, испуганно ахнули, когда хрустальная люстра под потолком угрожающе зазвенела, потревоженная силой удара. Казалось, даже стены содрогнулись.

Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

"Нужно сохранять самообладание, Айлин", – мысленно подбодрила я себя. – "Что бы ни случилось, ты справишься".

– Почему моя невеста совсем ничего не ест? – как ни в чём не бывало поинтересовался Эдриан, нанизывая на вилку сочный кусочек белого мяса и отправляя его себе в рот.

– Нет аппетита, – сухо ответила я.

И какой тут, скажите на милость, может быть аппетит, когда все вокруг смотрят на тебя как на врага народа, а жених скалится аки голодный волк. Мне кусок в горло не лез от всей этой гнетущей атмосферы и давящих со всех сторон косых взглядов.

Я незаметно сжала под столом кулаки так, что ногти впились в ладони. Всё внутри меня противилось этому фарсу, но выбора не было.

"Соберись, Айлин, ты выдержишь. Всего несколько часов, и можно будет вернуться домой" – мысленно подбодрила я себя и с тревогой перевела взгляд на короля.

Ксандрен де Роделин, подобно мне, практически не притронулся к еде. Глава клана Золотых о чём-то напряжённо думал, облокотившись на высокую спинку кресла, увенчанную золочёными набалдашниками в форме голов драконов. Его взгляд казался пустым и безжизненным, словно в нём потух огонь.

О боги, за что мне всё это? Видимо, я в прошлой жизни знатно нагрешила, раз теперь расплачиваюсь вот таким "райским" ужином в окружении "любящих" родственников. Хотя родственниками мы так и не стали… пока не стали.

Я очень боялась, что это всё-таки произойдёт. На помощь брата я не надеялась. После того, что он мне сказал…

– Тебе нужно наедать фигуру, – внезапно для всех собравшихся выдал Эдриан.

Даже Его Величество удивлённо приподнял бровь, посмотрев сначала на своего племянника, а потом на меня.

– Смотреть на тебя… страшно, – продолжил Золотой. – Так что ешь, не верти носом.

– Я как-нибудь сама разберусь, что мне делать, – процедила я сквозь зубы.

– Ошибаешься, дорогая, – Эдриан растянул губы в ухмылке. – Как будущий муж, я обязан заботиться о твоём благополучии. И раз уж ты сама о себе позаботиться не в состоянии, придётся мне это делать.

Я нервно похлопала ресницам.

Что он только что сказал?

– Как это мило с твоей стороны, – произнесла я с нарочито сладкой улыбкой, в точности копируя ту, что играла на губах Эдриана. – Вот только спешу тебя разочаровать, дорогой. Моим мужем тебе не стать! Ни сегодня, ни завтра, ни в каком-либо обозримом будущем! Можешь не надеяться.

В столовой вновь повисла тишина. Казалось, все присутствующие затаили дыхание. Даже герцог Ариндер прекратил жевать и соизволил-таки одарить меня своим взглядом.

Я присмотрелась к нему повнимательней: отец и сын… Они совершенно не были похожи. Внешне Эдриан явно пошёл в мать: её черты угадывались в правильных, породистых линиях его лица, в светлых прядях волос и золотистых глазах. Даже ямочка на подбородке, придававшая ему особый шарм, несомненно, была материнским наследием.

Свой гадкий характер Золотой, думаю, тоже взял у дорогой родительницы. Тот же снобизм, то же самодовольство и абсолютная уверенность в собственной неотразимости, значимости и вседозволенности.

– Духу не хватит, – прошипел Эдриан. – Ни сегодня, ни завтра, ни в каком-либо обозримом будущем! – жёстко повторил он мои слова, опасно перекатывая в руках столовый нож.

Я внимательно следила за каждым его движением, не упуская ни малейшей детали. Заметив, как на его виске яростно запульсировала венка, ответила:

– Решил меня напугать?

– И стараться не нужно, – парировал Золотой. – Ты и так вся дрожишь. Думала, я не почувствую? – Эдриан ухмыльнулся, глаза его сверкнули, и он победно откинулся на спинку стула.

Гадкий, мерзкий дракон! Проклятая метка! Ненавистный день!

Мне нужно было найти достойный ответ, но, как назло, все колкие фразы застряли комом в горле и упрямо отказывались выходить наружу.

Казалось, весь мир был на стороне Эдриана. Даже мой единственный брат…

Я судорожно сглотнула вязкую слюну и попыталась подняться со стула, но даже этого мне не позволили сделать.

– Айлин, – грозный рык брата прогремел в тот самый момент, когда ножки стула скрипнули по паркету, – тебя никто никуда не отпускал!

Какую жестокую игру затеял Оуен? Чью сторону он принял? Неужели ему тоже доставляет удовольствие видеть моё унижение?

– Мисс Морей, –  проговорил Его Величество, нарушив собственное задумчивое безмолвие, – пожалуйста, не лишайте нас своего очаровательного присутствия. Я ещё не огласил решение по поводу этого… – правитель запнулся, в попытке подобрать правильное и корректное слово, – недоразумения.

– Недоразумение – это ещё мягко сказано!

– Айлин, – я почувствовала на себе холодный взгляд брата, – ты перечишь королю!

Ксандрен де Роделин устало закатил глаза.

– Прошу, – он поднял руку в примирительном жесте, – не будем ссориться. Быть может, сегодня последний день, когда мы ужинаем все вместе за одним столом.

Все тут же перевели непонимающие взгляды на короля. Похоже, решение, которое они приняли без моего участия, пошло по какому-то не тому руслу…

– Дядя, о чём вы говорите?

– Я говорю о том же, о чём говорила твоя истинная. Свадьба отменяется!

Я едва не вспорхнула со стула от такой замечательной новости. Однако всё было не так радостно, как я предполагала вначале.

– Точнее, – продолжил Его Величество, – откладывается на неопределённый срок.

– То есть как? – усмехнулся Эдриан. – Днём ты говорил совсем другое.

– Я передумал, – отчеканил правитель. – Помолвку расторгнуть не получится, всё-таки вы истинные друг для друга. Но и жениться вам пока рано. Вы не готовы. Возможно, пройдёт время и…

– Ты предлагаешь мне вечно ходить с этим ярмом на шее? – сказав это, Эдриан весьма бесцеремонно ткнул в меня пальцем.

– Мне тоже не будет доставлять удовольствие до скончания века называть тебя своим женихом! – горячо выпалила я.

– И таково твоё решение? – взбеленился Золотой, больше не обращая на меня внимания.

– Возможно, дорогой племянник, ты сильно пожалеешь о том дне, когда посмел выразить недовольство своей истинной.

– Это вряд ли, – фыркнул Эдриан.

– Время покажет, а теперь… – Его Величество поднялся с места, и все тут же последовали его примеру. – Не смею больше никого задерживать.

Не дожидаясь брата, я почти сразу упорхнула в свою комнату. Свобода, пусть и не полноценная, но она была у меня в руках! Однако в полной мере насладиться ею мне не дали… В коридоре меня нагнал Эдриан.

– Ты всё-таки этого добилась! – прорычал Золотой.

Я не оборачивалась. Мне совершенно не хотелось ни видеть, ни слышать его.

Чего ещё ему от меня нужно? Недостаточно унизил? Решил ещё раз для закрепления результата потоптаться по моей гордости?

Оставалось всего какая-то пара метров до спасительного укрытия, как вдруг я оказалась прижата к холодной каменной стене. Во взгляде Эдриана полыхал драконий огонь, отчего его глаза стали ещё ярче, пронзительнее и опаснее.

– Не понимаю, о чём ты, – мой голос сорвался на хрип, дыхание участилось от близости его горячего тела.

Эдриан переложил руки мне на талию, стиснув её практически до боли.

– Сорвала нашу свадьбу… – прошипел дракон, его дыхание обожгло мою щеку.

Он что, сейчас серьёзно? Разве сегодня днём Эдриан не пытался сделать то же самое? Сам же опоздал на свадьбу, а потом эти ужасные слова…

– Ты ударился головой и тебе отшибло память? Или у тебя расстройство личности на почве собственной неотразимости? Если так, то тебе срочно нужно к лекарям. Ох, бедный… – свободной рукой я попыталась дотронуться до гладковыбритой щеки дракона, но Эдриан довольно ловко перехватил её, сжав запястье, на котором полыхала метка.

– Такой фокус со мной больше не пройдёт, – огрызнулся он и, заведя руку мне за спину, прижал к стене всем своим телом.

Жар его тела обжигал даже сквозь одежду. Я чувствовала каждый его напряжённый мускул, каждый судорожный вдох. Метка на запястье пульсировала в такт бешеному стуку сердца.

– Пусти меня! – я попыталась вывернуться из железной хватки, но тщетно. – Чего тебе вообще нужно?

– Ты сейчас пойдёшь к королю и будешь умолять его, чтобы он разрешил нам пожениться. Скажешь, что это ошибка…

– Ха! Что мне ещё сделать? Может, станцевать для тебя?

– Если я прикажу, то и станцуешь, но это потом, когда мы останемся наедине, – в его голосе появились урчащие нотки, и пламенеющий взгляд почти против воли скользнул по линии моего декольте. – Смотреть не на что… – едва слышно пробормотал Эдриан.

Его слова окончательно вывели меня из себя. Я попыталась высвободить свой внутренний огонь, но рядом с истинными это было всё равно, что поджечь спичку. Жалкий пшик, не способный причинить никакого вреда этому несносному мужчине.

Всесильные боги совершили ужасную ошибку, когда решили, что истинные не могут использовать друг против друга сильную магию. Это несправедливо и жестоко, особенно если твой истинный – поехавший на всю голову дракон, которому плевать на твои чувства и желания. Что тогда делать? Смириться с судьбой и покорно принять свою участь? Нет, я не могла с этим согласиться. Каждая клеточка моего тела противилась.

Пощёчина – единственное, чем я могла ответить на его наглость, но сейчас руки у меня были сжаты в стальных тисках.

– А в тебе всё-таки что-то есть, – слова Золотого ударили меня наотмашь. – Особенно когда ты злишься.

Эдриан вдруг прильнул ближе, а после зарылся лицом в моих волосах, жадно втягивая их аромат.

– Твой запах…  – хрипло прошептал он, прижимаясь горячими губами к моей шее.

Его дыхание обжигало кожу, посылая волны мурашек по всему телу.

– Ненавижу тебя! – из глаз брызнули слёзы, которые всё это время я старательно сдерживала. Солёные капли скатились по щекам. – Ненавижу…

– Неправда, – он чуть отстранился, пристально вглядываясь в моё лицо. В его глазах плескалось расплавленное золото, завораживая, затягивая в какой-то дикий, первобытный омут.

– Правда! – выпалила я, делая ещё одну отчаянную попытку вырваться из захвата.

Руки были намертво сжаты драконом, но ноги… Ими-то я ещё могла двигать.

Собрав остатки сил, я резко дёрнулась и, что было мочи, ударила Эдрина коленом в пах. Он зарычал от боли и неожиданности, на мгновение ослабив хватку. Этого мгновения мне хватило, чтобы вывернуться и отскочить на несколько шагов, жадно глотая ртом воздух.

Глава 5

– Больше никогда не смей ко мне приближаться! – делая судорожные вдохи, выпалила я.

– А иначе? – всё ещё корчась от боли, усмехнулся Эдриан.

В голове царил настоящий сумбур. Мысли путались, разбегались в разные стороны, не давая сосредоточиться. Ничего… Никаких достойных угроз я придумать не смогла.

– Тебе нечем ответить, моя милая Айлин, – промурлыкал Эдриан, наслаждаясь моей беспомощностью.

– Как и тебе! Ты никогда не сможешь меня полюбить, а я тебя… простить. Его Величество принял разумное решение, когда отменил свадьбу. Почему ты не радуешься, Эдриан? Разве ты сам не этого добивался?

Дракон молчал, кривя губы и судорожно сжимая руки в кулаки. Нападать или приставать он более не собирался. Вместо этого Эдриан выпрямился, пересиливая боль в паху и, сунув руку под плотную ткань золочёного камзола, выудил оттуда одну из тех легкомысленных сорочек, что я вышвырнула ещё днём.

"Пекло!" – выругалась я мысленно, чувствуя, как к щекам приливает краска стыда.

Всё-таки не стоило мне их выкидывать. Нужно было сжечь, чтобы никто не увидел моего позора. Тем более этот мерзкий дракон.

– Это правда твоё? – бровь Эдриана удивлённо приподнялась, когда он посмотрел на меня сквозь тонкую полупрозрачную ткань белья.

В повисшей тишине можно было услышать, как скрипнули мои зубы.

Мне хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не видеть этот насмешливый взгляд и ухмылку.

– Такая… одежда, – дракон скомкал мою сорочку в руках. – Не в твоём характере, Айлин.

– А ты, значит, считаешь, что хорошо знаешь мой характер?

– Полагал, что… – начал было он, но не успел договорить.

– Милорд! – раздался взволнованный голос слуги, неожиданно появившегося в коридоре.

Эдриан резко обернулся, мазнув по слуге ледяным взглядом.

– Да! – прорычал он, словно разъярённый хищник, потревоженный во время поедания добычи. – В чём дело?

– Его Величество ожидает вас в своём кабинете! – ответил запыхавшийся слуга.

– Пекло… Сейчас буду! – процедил Эдриан сквозь зубы.

Дождавшись, пока слуга скроется из виду, он протянул мне измятую сорочку.

– Оставь себе, – бросила я. – Будет что вспомнить на досуге.

Дракон прищурился, усмехнулся, но промолчал. Резко развернувшись, он широким шагом направился прочь по коридору.

Забежав в комнату, я со злостью пнула ножку кровати, но легче не стало. Сердце отбивало просто сумасшедший ритм. Чувства перемешались в голове, словно краски на палитре неумелого художника. Стыд, раздражение, смущение – всё это горело внутри.

Когда в комнату заявился брат в сопровождении нескольких слуг, которые проворно забрали мои вещи и вынесли их, солнце уже полностью скрылось за горизонтом. Гроза миновала, и только мелкий дождь барабанил по скатам крыши, наполняя воздух таинственным шёпотом.

Дворец стих и, казалось, помрачнел. Со стен сняли украшения, которые висели с самого первого дня моего приезда сюда: магические светляки, роскошные розовые венки, обсыпанные золотом, черно-золотые ленты, бумажные фонарики. В большой столовой, когда я проходила мимо, слуги поспешно убирали стулья и кресла, собирали посуду, сделанную из тончайшего эльфийского фарфора, столовое серебро.

Ничего уже не напоминало о свадьбе… Весь этот кошмарный день, наконец, закончился.

Тенью проходя по коридору, я чувствовала, как величественные своды дворца давят своей пустотой и безжизненностью. Вездесущие портреты членов Золотого клана на стенах, казалось, смотрели на меня неодобрительно, осуждая за то, что из-за меня их потомок остался без истинной пары.

Только когда я вслед за братом вышла на улицу, смогла вздохнуть свободно. Прохладный ночной воздух приятно освежал разгорячённую кожу и остужал мысли.

Звёзды мерцали в чёрном бархате неба, но они были безразличны к моей судьбе. Где-то вдалеке лаяли собаки, слышались голоса припозднившихся гуляк. Жизнь за стенами дворца текла своим чередом, не затронутая трагедией, разыгравшейся сегодня в моей жизни.

Сделав очередной глубокий вдох-выдох, на секунду зажмурилась, а когда открыла глаза, то увидела вдалеке конный военный отряд и идущего следом щуплого мальчишку, который вёл под уздцы породистого белого скакуна. И всадники, и мальчишка сейчас направлялись к парадной лестнице.

Переведя обеспокоенный взгляд на Оуена, ожидала, что он даст разъяснения, но брат молчал. Хотя, думается, Оуен прекрасно знал, что здесь происходит.

По истечении ещё одной минуты услышала голоса.

Ксандрен де Роделин появился на широкой площадке вместе со своим племянником. Оба о чём-то жарко спорили, но я не смогла разобрать, о чём именно.

"Пекло, неужели мне снова придётся с ним разговаривать?" – мысль ударила в грудь, на мгновение перехватив дыхание.

Однако я беспокоилась зря. Эдриан, облачённый в безупречно белый военный мундир с искусно вышитыми на груди и рукавах золотыми драконами, спустился к подножию лестницы и ловко запрыгнул на коня.

Описав небольшой круг по двору, дракон мазнул по мне пронизывающим до костей взглядом и, пришпорив скакуна, стремительно поскакал прочь из дворца. За ним, чётко держа строй, последовали остальные всадники.

– Что происходит? – дёрнула брата за рукав.

Оуен сделал глубокий вдох и, не глядя на меня, резким взмахом руки открыл портал, ведущий в наше родовое поместье.

– Так и будешь молчать? – не выдержала я.

– Его Величество отправил Эдриана в Тхал Дэ'Эри, – наконец произнёс он. – Там расположен наш воинский гарнизон, граничащий с пустынями Тхала и Тхера.

– Земли орков…– едва слышно прошептала я.

– Молись всем богам, сестра, – мрачно проговорил Оуен, – чтобы с твоим истинным ничего не случилось. Иначе сама знаешь, что может тебя ждать.

По телу пробежала мелкая дрожь, словно тысячи ледяных иголочек впились в кожу.

Пусть боги пока оберегали нас от войн, но это не отменяло того факта, что на всей протяжённости южной границы было очень опасно: дикие огненные виверны; ядовитые ящерицы и змеи, способные одним укусом отправить человека на тот свет; свирепые племена кочевников. Днём в той местности царила дикая, изнуряющая жара, высасывающая последние силы, а ночью приходил столь же дикий холод.

И Его Величество посылает своего племянника и возможного наследника именно туда?

Честно признаться, я сначала не поверила, подумав, что это такая мрачная и неуместная шутка.

Скорее всего, Эдриана отослали в какое-нибудь поместье недалеко от столицы. Там он мог бы напиваться и развлекаться со служанками сколько душе угодно, не рискуя своей драгоценной шкурой!

Однако когда к нам степенным шагом подошёл сам правитель, все сомнения мигом отпали.

– Он с вами попрощался? – поинтересовался Ксандрен де Роделин, обратившись ко мне.

– Да, – кивнула, обняв себя за плечи. – Если холодный взгляд вообще можно назвать прощанием.

– Горячие пески и обжигающие сухие ветра Тхал Дэ'Эри выбьют из него всю дурь и спесь, – холодный блеск в глазах правителя и жёсткая ухмылка на тонких губах заставили меня поёжиться.

Пока слуги затаскивали наши с братом вещи в портал, я наблюдала, как отряд во главе с Эдрианом пересёк мост и выехал на вымощенную булыжником дорогу столицы. Через пару минут об их присутствии уже ничего не напоминало.

– А чем вы будете заниматься? – как-то невпопад поинтересовался правитель.

– Окончу академию, – пожала я плечами, обернувшись к королю. – И… думаю, начну жизнь с чистого листа.

– Примите мои искренние извинения за всё, что сегодня было.

– Благодарю. И очень надеюсь на то, что вы всё-таки найдёте свою истинную пару, – тихо произнесла я, не в силах удержаться от этой мысли.

Черты лица Ксандрена исказились гримасой боли, и я тут же поспешила прикусить язык. Подобные разговоры сейчас лучше не заводить.

– Сестра! – позвал меня Оуэн, когда последний саквояж был переправлен через портал. – Нам пора.

– Ваше Величество, – я сделала реверанс и, спустившись с последней ступеньки, побрела к брату.

Портал переливался, искрился и был похож на сотканное из чёрных нитей звёздное небо. В его зыбкой пелене можно было разглядеть высокие деревья с густыми кронами, небольшой заросший шиповником садик и особняк, стены которого обвил плющ.

Набрав полную грудь воздуха, я шагнула в сверкающую бездну окна перехода. Мир завертелся вокруг, словно я угодила в центр урагана, цвета и звуки смешались в безумном калейдоскопе. А потом всё стихло, и реальность собралась как пазл.

Мы с Оуэном стояли посреди лужайки, утопающей в зелени. Где-то вдалеке лениво ворковали голуби, а воздух был пропитан запахом грозы. Мы перенеслись за сотни лиг от шумной столицы, но непогода, казалось, неотступно следовала за нами по пятам и настигла даже здесь, в этом уединённом уголке.

– Скоро начнётся ливень, – поморщил нос брат, обеспокоенно взглянув на грозные свинцовые облака. – Не будем мешкать.

Оуен схватил чемоданы, дорожные саквояжи и поволок их внутрь. Прибыли мы раньше времени, так что никто нас не встретил. Отец, думаю, в такую погоду спит, а слуги… Что ж, из прислуги у нас были лишь старый дворецкий, преданно служивший нашей семье долгие годы, молчаливая кухарка, хромой конюх и две юные девушки, которых мы забрали из соседней деревни, когда те осиротели в страшную эпидемию.

Я до сих пор отчётливо помню их испуганные, осунувшиеся лица в тот роковой день, ставший самым кошмарным не только для них, но и для нас…

Пять лет назад по всему северному региону прокатилась безжалостная волна мора – болезнь, сопровождающаяся изнуряющей лихорадкой и сыпью. Многие тогда погибли в мучениях. Лекари оказались бессильны перед лицом этого бедствия, не справляясь с нескончаемым потоком больных и умирающих.

Меня тоже не обошла стороной эта напасть, но каким-то чудом я смогла выкарабкаться с того света. Однако болезнь не прошла бесследно – я утратила связь со своим драконом.

Но самое страшное – мор забрал у нас с Оуэном дорогого нам человека – нашу мать…

С тех пор я возненавидела такую вот погоду: яростные раскаты грома, ослепительные всполохи молний, хлещущие с неистовой силой ливни и завывающие ветра, безжалостно раздирающие листву деревьев. Всё это неизменно пробуждало мрачные воспоминания и леденящее душу ощущение потери. Знобящая сырость и пронизывающий холод словно возвращали меня в тот чёрный год, навсегда изменивший нашу жизнь…

Совсем потерявшись в невесёлых мыслях, я не заметила, как первые крупные капли дождя упали на щеки и лоб, а порыв ветра швырнул в лицо прядь волос. Оуэн потянул меня за руку, спеша увести в дом. Поднявшись на крыльцо, брат захлопнул массивную дверь прямо перед носом у разбушевавшейся непогоды. В холле было темно и тихо, лишь из кухни доносились приглушённые голоса слуг и позвякивание посуды.

Глава 6

– Ну вот мы и дома, – мрачно заключил брат, перейдя с паркета на ковёр. – Алана! Мистер Мортимер! – его голос, словно раскат грома, прорезал тишину старого особняка. – Есть кто живой?

На кухне тут же послышалась какая-то возня, и спустя пару мгновений в просторную гостиную, где мы стояли, торопливо вошла наша немногочисленная прислуга. На их лицах читалось неподдельное удивление, смешанное с лёгкой растерянностью.

– Милорд… – прокашлялся дворецкий, первым нарушив затянувшееся молчание. – Мы ожидали вас не раньше следующей недели. А леди Айлин… – тут он запнулся, бросив на меня неуверенный взгляд, – мы и вовсе не ждали. Что-то стряслось?

– Произошли некоторые изменения в наших планах, – брат старался выглядеть спокойным, но от слуг всё равно не укрылось то нервное напряжение, что царило между мной и Оуеном.

Я поставила саквояж на пол и подошла к только что разожжённому камину, протягивая озябшие руки к теплу. За окном ветер усилился, завывая в трубе, и мне стало до жути зябко.

– Как вы тут без нас? – поинтересовалась я, стремясь сменить скользкую тему и хоть немного разрядить гнетущую атмосферу.

– Неделя прошла – и не заметили, – улыбнулась Элис – самая младшая из прислуги, но улыбка её быстро померкла, стоило ей встретиться взглядом с братом.

– Что ж, я рада, что у вас всё в порядке.

– Как отец? – осведомился Оуэн.

– Всё со мной хорошо! – раздался громогласный бас с лестницы.

Я мигом обернулась и поспешила в коридор.

Отец стоял у подножия лестницы, крепко цепляясь за резные перила и тяжело опираясь на свою любимую трость с посеребрённой головой дракона.

– Небо, – охнула я, всплеснув руками, – ты снова спишь наверху?

– Где я сплю – моё личное дело, нечего лезть с опекой, – недовольно дёрнул подбородком отец. – Лучше расскажите, что вы оба тут делаете?

Мы с братом переглянулись.

– Мортимер, – обратился Оуэн к дворецкому, – погода сегодня не балует. Будь добр, приготовь нам всем горячего чая.

– Хм-м-м, – многозначительно хмыкнул отец, когда слуги удалились на кухню, – видать, случилось действительно нечто из ряда вон. Что ж, раз так, пройдёмте в гостиную, там и поговорим.

С этими словами он, кряхтя, спустился с последней ступеньки и тут же сильно закашлялся. Отец с трудом передвигался даже с помощью трости. Глубокие морщины избороздили его бледное лицо, кожа обвисла и потеряла здоровый цвет.

Когда он с тяжёлым вздохом упал в кресло и вытянул ноги поближе к камину, Оуен бросил на меня красноречивый взгляд, который буквально кричал:

“Посмотри! Посмотри, что тебя ждёт, если ты потеряешь своего истинного!”

Я поджала губы.

Конечно, он прав – я прекрасно понимала, что ждёт дракона, потерявшего пару. Со смертью своей истинной драконы не умирали – они увядали и чахли. Стремительно и беспощадно. Сначала терялась связь со второй ипостасью, потом уходила магия, а после…  Отец был наглядным тому примером. Когда-то полный жизни и силы, теперь он превратился в собственную тень, иссохшую оболочку. Без мамы в нём потух внутренний огонь, оставив лишь уголья воспоминаний.

Я подошла к отцу и опустилась на корточки рядом с его креслом, бережно накрыв его руку своей. Морщинистые пальцы чуть дрогнули под моим прикосновением.

– Тебе, правда, лучше поберечь себя, – тихо произнесла я. – Второй этаж, лестницы… Это слишком большая нагрузка.

Глава семьи недовольно пробурчал что-то себе под нос, но руку не отнял. В его потускневших глазах промелькнула тень былой строптивости.

– Вот принесут чай и мне будет намного лучше, моя дорогая, – мягко проговорил некогда суровый Чёрный дракон.

Громыхание подносов вырвало меня из тягостных размышлений. Алана и Мортимер расставляли на журнальном столике чашки и большой пузатый чайник, от которого поднимался густой пар, окутывая гостиную тёплым и уютным ароматом.

Я села на кушетку рядом с братом, чувствуя, как атмосфера в гостиной сгущается с каждой секундой. Неловкое молчание затягивалось, словно петля на шее. Первым его прервал отец:

– Рассказывайте уже, что стряслось. Явно ведь что-то серьёзное, раз вы так поспешно вернулись, – в его голосе слышались нотки беспокойства и нетерпения.

– У Айлин возникли некоторые… проблемы с её истинным, – начал брат, осторожно подбирая слова.

Брови отца взметнулись вверх. Я поёрзала на месте, комкая в руках грубую ткань платья.

– Он… он оказался не совсем тем, кем я его считала, – сбивчиво проговорила я, не решаясь поднять глаза. – Понимаешь… В общем, я поняла, что не могу быть с ним. Просто не хочу!

– Вот как, – медленно произнёс отец, не сводя с меня пристального взгляда, от которого мне становилось не по себе. – И что же он сказал тебе?

– Эдриан дал мне понять, что не желает жениться на такой, как я, – мой голос дрогнул, и я почувствовала, как к горлу подступает ком.

– На такой, как ты? – отец громыхнул чашкой, поставив её на стол с такой силой, что она чуть не раскололась надвое. В его глазах полыхнул гнев. – А что же в тебе плохого, скажи, пожалуйста? Как смеет он… – папа недоговорил, разразившись тяжёлым кашлем, сотрясающим всё его тело.

Я тут же опустилась рядом с ним на колени, чувствуя, как сердце разрывается от осознания того, что с этим состоянием ничего поделать нельзя. Болезнь медленно, но верно подтачивала его силы.

– Всё… всё хорошо, – успокаивающе похлопал меня по плечу папа, когда приступ утих. Его ладонь была сухой и горячей. – Так… что же его не устроило в моей милой очаровательной дочери?

– Может, отложим этот разговор на потом? – строгим тоном произнёс Оуэн, бросив на меня предостерегающий взгляд.

– Нет… – яростно помотал головой отец, – скажите сейчас. Может, я не доживу до завтра? А узнав, как этот Золотой недоносок обидел мою единственную дочь, буду являться к нему в кошмарах!

– Небо, не говори так. Эдриан Ариндер недостоин того, чтобы о нём вспоминал такой дракон, как ты, – мягко произнесла я, чувствуя, как в груди разгорается пламя гнева.

– Никто из Золотых недостоин этого, – мрачно заявил отец, сжимая кулаки.

– Наш король ещё ничего, – я попыталась разрядить обстановку и улыбнулась, но улыбка вышла бледной и вымученной.

– Ксандрен? Не смеши меня! – фыркнул отец. – Сколько ему потребовалось времени, чтобы осознать то, что мир вертится не только вокруг него? Ты ведь знаешь, Айлин, я был советником при его отце. Как и все Золотые, по молодости он совершил немало ошибок, за которые теперь расплачивается. Кара постигнет тех, кто возомнил себя выше других.

– А какая кара постигнет нас? – не выдержал брат, вскочив с кушетки. – Чем мы будем расплачиваться за гордость твоей дочери?

– Айлин – твоя сестра! – отрезал отец, и в его голосе прозвенела сталь. – А семья превыше всего! Никогда не забывай об этом. Что касается Золотых… – он хмыкнул, и в уголках его губ появилась горькая усмешка. – Ничего они нам не сделают. Ни тебе, ни мне, ни тем более Айлин. Не скажу, что я рад, что свадьба сорвалась, но и винить твою сестру я не намерен.

– Золотые слабы как никогда… – не унимался брат, меряя шагами гостиную.

– Вот именно! Именно! – воскликнул отец, ударив кулаком по подлокотнику кресла. – Золотые слабы как никогда, и ты хочешь, чтобы Айлин оказалась в этом водовороте? Если начнётся война, Золотых сметут волной и твою сестру вместе с ними.

– Чёрные поддержат, – упрямо возразил Оуэн, скрестив руки на груди.

– Чёрные поддержат? – отец расхохотался. – Кого? Золотых? Назови хоть одну семью, кто встанет на их сторону? Может, Блэквуды? Нет-нет-нет, они на дух их не переносят. Аллерионы? Не вариант. Возможно, дом Вейт? Нет, они тоже отпадают, так как живут далеко на юге и им нет дела до всех этих подковёрных интриг. Остаёмся только мы, – отец откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, словно эта короткая вспышка гнева отняла у него последние силы. – Бедный, разорённый род, по землям которого пять лет назад прокатился мор. Вспомни, пожалуйста, Оуэн, Золотые нам помогли? Его Величество прислал лишь жалкую горсть лекарей. И поэтому, покуда я глава дома Морей, если действительно что-то произойдёт, Золотые не дождутся от меня никакой помощи.

Повисла тишина, прерываемая лишь потрескиванием поленьев в камине. Я посмотрела на брата, но он избегал моего взгляда, мрачно уставившись в одну точку.

– Может, у тебя есть какой-то план? – прищурился отец, пристально смотря на своего сына. – Посвятишь меня в него?

Оуен молчал, упрямо поджав губы.

– Я хочу дать тебе один совет, – опираясь на подлокотники кресла, папа с усилием поднялся на ноги. Превозмогая усталость и боль, он выпрямился во весь рост, став вровень с Оуеном. – Не взваливай на себя ношу, которую не сможешь потянуть. И не смей, слышишь, не смей впутывать в это свою сестру.

– Нет у меня никакого плана, – огрызнулся брат. – Айлин – истинная Золотого. И это единственное, во что она впуталась.

– Боги, бывает, забавляются с нами, как хотят, – хмыкнул отец, качая головой. – Но это не означает, что мы должны играть по их правилам. Время покажет, кто был прав… Айлин, дорогая, – папа тяжело опёрся на моё плечо, – проводи меня до кровати.

– Мы перенесли твою комнату на первый этаж, – мягко пожурила я родителя, – не забывай об этом.

– Ладно-ладно, – сухо рассмеялся он, – первый так первый.

Мы медленно двинулись к выходу из гостиной. Оуэн проводил нас мрачным, непроницаемым взглядом.

– Ты правда не сердишься? – почти шёпотом спросила я, когда мы с отцом вошли в просторное помещение с большими панорамными окнами.

Когда-то здесь располагалась парадная столовая. Мама особенно любила это место. По утрам, когда солнце только поднималось над горизонтом, комната наполнялась удивительным золотистым сиянием. Казалось, будто всё вокруг искрится и переливается в солнечных лучах.

Но сейчас окна были плотно занавешены тяжёлыми шторами. Комната погрузилась в полумрак, лишь слабый огонёк ночника разгонял сумрак. Я бережно усадила отца на край кровати. Его лицо осунулось и побледнело, на лбу выступила испарина.

– Конечно, не сержусь, милая, – отец ободряюще сжал мою руку. – Я горжусь тобой. Ты сильная, совсем как твоя мать. Но я боюсь, что ты взвалила на свои плечи слишком тяжкое бремя.

– Я справлюсь, папа, – твёрдо сказала я. – Обещаю, что буду осторожна. Клянусь памятью мамы.

Отец тяжело вздохнул и откинулся на подушки. В уголках его глаз блеснули слёзы. Он прикрыл веки, и его грудь начала размеренно вздыматься. Я на цыпочках вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

Дождь нескончаемым потоком лил до самого утра, барабаня по стёклам и крышам домов. Дорожки в саду превратились в быстрые ручейки, уносящие с собой опавшие листья и мелкие ветки. Я стояла у окна в своей комнате, вглядываясь в серую пелену, нависшую над горизонтом.

На душе было неспокойно, прежде всего оттого, что сказал отец. Его слова эхом отдавались в моей голове, порождая все новые и новые вопросы.

"Брат действительно что-то задумал?" – мысль уколола сознание тупой иглой.

Если да, то на что он надеется? Чёрные не станут полноправными правителями, как бы сильно ему этого ни хотелось. Золотые вцепились в трон всеми клыками и когтями.

Но так было не всегда…

Перед глазами замелькали картинки, сопровождающие учебники по истории Драконьего континента.

Примерно два века назад на троне сидели Чёрные драконы – самый малочисленный клан из всех существующих. Это их и сгубило… Золотые, несомненно, наделённые талантом лести и подхалимажа, втёрлись к ним в доверие, а после всадили нож в спину: глава клана сумел переманить на свою сторону Зелёных, Красных и даже Ледяных. Всё закончилось довольно быстро: старого короля и всю его семью казнили, а весь остальной клан сослали, раскидав по самым отдалённым провинциям.

Никогда… никогда у Золотых не было истинных Чёрных.

Кроме меня.

Я единственная.

Да, отец, несомненно, прав – боги забавляются с нами, как хотят.

Глава 7

Сартанская закрытая академия.

Пять лет спустя.

– Удар должен быть жёстче, резче! – кричал парень, раздражённо жестикулируя руками. – Ты не кисейная барышня, Айлин. Хватит притворяться! Соберись! Представь, что вместо этого деревянного болванчика перед тобой стоит настоящий болван! Тот, кого ты больше всего ненавидишь. Давай, разозлись! Выплесни свою ярость!

– Ты сможешь! У-у-у-у! – подбадривающе крикнула с трибуны розовощёкая Плияда Томс, сжимая кулаки в знак поддержки.

Вот хорошо ей говорить! Подруга уже сдала все экзамены и теперь была свободна, как весенний ветер, порхая по академии без забот и хлопот. А мне приходилось денно и нощно тренироваться вместе с Робертом, чтобы меня хотя бы допустили до экзамена, который проводил великий и ужасный мастер Орберт Касвелл, в прошлом – генерал северного подразделения объединённой армии, а в настоящем – строгий и требовательный ректор Сартанской закрытой академии.

На мгновение закрыла глаза, пытаясь сфокусироваться. Представить я могла только одного человека, который причинил мне боль в прошлом. Того, из-за кого я перевелась в эту академию, стремясь стать сильнее.

Обида на секунду захлестнула меня, и я с яростью обрушила на деревянного болванчика град сокрушительных ударов. Щепки разлетались во все стороны, но я не останавливалась, вкладывая в каждый выброс всю свою злость и отчаяние.

– Вот, молодец! – зааплодировал Роберт. – Главное – сделать то же самое на экзамене, и ты получишь высший балл. Даже Ночной Змей не сможет придраться к твоей технике. Скажи-ка, – парень прищурился, – кого ты представила?

– Да так, – отмахнулась я, попытавшись соскочить со скользкой темы. – Есть один индивид.

– Думаю, это как-то связано с твоим истинным.

– Роб, хватит! – с трибуны очень вовремя выскочила Пли. – Это не твоё дело!

– Мы с вами дружим с первого курса, какие могут быть секреты? – развёл руками маг огня. – Тренируемся вместе, даже практику проходили в одном городе, а вы… Даже обидно.

– Роберт…

– Не обращай внимания на моего истинного, Айлин, – хохотнула Плияда. – Сегодня ночью я с ним разберусь.

Во взгляде парня вспыхнул внутренний огонь, и мои секреты интересовать его перестали. Вместо расспросов, Роб приобнял Пли и что-то жарко прошептал той на ухо. Щёки девушки тут же загорелись ярким румянцем.

Я же тряхнула головой, прогоняя непрошеные мысли.

Сейчас надо сосредоточиться на тренировке. До экзамена оставалось всего ничего, а мне ещё столько предстояло отточить и довести до совершенства.

– Ладно, голубки, – хмыкнула, – продолжим тренировку или так и будете весь вечер милованиями заниматься?

– Зависть – плохое чувство, – подмигнул мне Роберт и, чмокнув свою истинную, вновь повернулся ко мне. – Давай ещё раз, но больше не сдерживайся. Покажи всю свою силу.

Резко выдохнув, я распахнула глаза и стремительным смертоносным вихрем обрушилась на деревянную мишень. Удар, другой, третий. Я била чётко, сильно, с оттяжкой.

– Неплохо, – одобрительно кивнул Роберт. – Но тебе надо быть стабильной. Сохранять это состояние ярости и собранности на протяжении всего экзамена. Если хоть на миг дашь слабину – Ночной Змей тут же это просечёт.

– Знаю, – процедила я сквозь зубы. – Я справлюсь.

– Может, уже пойдём? – пискнула Пли, нарушая повисшую тишину. – Айлин, тебе нельзя столько тренироваться. Я вижу твои потоки – они не в очень хорошей форме: разрозненные, вялые и похожи на нити половой тряпки.

– Хорошо, когда твоя подруга – целитель, – усмехнулась я, стряхивая капельки пота со лба.

– Плохо, когда твоя подруга тебя не слушает! Роб, хоть ты ей скажи!

Роберт нахмурился, явно разделяя её опасения.

– Пли права. Тебе нужно отдохнуть, Айлин.

– Всё нормально! – отмахнулась я, хотя усталость действительно давала о себе знать. – Вы идите, а я ещё потренируюсь. Скоро экзамен, и мне нужен высший бал.

– Когда-нибудь ты себя покалечишь, – покачала головой Плияда.

– Обещаю вернуться до ужина, – я сжала руки в кулаки и отошла к тренировочным манекенам.

Друзья неохотно направились к выходу с тренировочного поля, бросая на меня обеспокоенные взгляды.

– Ну что ты будешь делать: упряма, как ослица, – донеслось ворчание Пли.

– Я всё слышу! – крикнула ей вслед. – Встретимся в столовой!

Оставшись одна, прикрыла глаза. Дыхание выравнивалось, тело наполнялось новой энергией. Страх прошлого гнал вперёд, заставляя выкладываться без остатка.

Сартанская закрытая академия была ничем иным, как военной школой, а ещё здесь учили контролировать огненную магию. Мрачное, неуютное учреждение с жёсткой дисциплиной. Ни для кого ни секрет, что здесь обучались не только дети из небогатых семей, но и… изгои, с которыми никто не хотел иметь дела. Плияда, как и я, потеряла своего дракона, у Роберта случился неконтролируемый выброс силы, и он поджёг свой дом. Таких историй в академии было полно.

Я перевелась сюда четыре года назад, осознав, что в Королевской академии, в столице, учиться больше не могу.

Слишком много слухов начало расползаться.

Как посмела я отказать Золотому дракону? Как посмела отказаться от своего истинного?

Прежние друзья отвернулись, и я чуть было не замкнулась в себе. Однако в последний момент смогла образумиться: бросила Королевскую академию, оставила позади всех этих лицемеров, которые смели называть себя моими друзьями, и поступила в военную школу.

Только здесь, в Сартанской академии, среди таких же одиноких и израненных душ я пришла в себя. Тренировки стали для меня отдушиной, помогая забыться и направить энергию в нужное русло.

Брат, разумеется, был против моего перевода. После того, как свадьба сорвалась, мы с ним отдалились друг от друга. Точнее, он отдалился от меня: больше не было наших с ним прогулок, ночных разговоров по душам, пикников, которые мы любили устраивать летом.

Ситуация переменилась в один зимний день… Когда отец ушёл за грань и воссоединился с мамой. Казалось, общая боль нас сблизила, но это произошло лишь на время.

А позапрошлой весной случилось то, что разорвало наши отношения окончательно… Оуен нашёл свою истинную пару. Я была очень рада за него, но, как оказалось, ему не были нужны мои поздравления. Не скажу, что Мадлен была плохой девушкой, но, мне кажется, именно она настояла на том, чтобы их с Оуеном свадьба прошла в Ломарде, куда меня не пригласили. А после свадьбы они окончательно переехали в столицу.

В Бравице брата больше ничего не держало: ни матери, ни отца, ни… сестры. Лишь старый, потрёпанный временем дом.

Письмо от него я получила лишь единожды. В нём он хвастал, что удостоился великой чести и попал в Королевский Совет. Именно он изберёт нового правителя, если Его Величество не обзаведётся истинной и не подарит королевству наследника.

Ксандрену де Роделину остался всего год… год, прежде чем династия Золотых потеряет свою власть.

Я сделала очередной глубокий вдох и распахнула глаза.

Пламя внутри меня разгоралось, требуя выхода. Несколькими точными ударами я подожгла ближайший манекен, следом за ним вспыхнул второй, третий…

Я двигалась словно в трансе, полностью сосредоточившись на своей цели – стать лучшей. Доказать всем, и в первую очередь себе, что я чего-то стою, даже без дракона.

Огонь повиновался малейшему движению моих рук, искры летели во все стороны. Я знала, что переусердствую, что завтра всё тело будет болеть, но не могла остановиться. Глухая тоска по отцу и чувство обиды на родного брата отступали, когда я погружалась в тренировку.

Не знаю, сколько прошло времени прошло, но в какой-то момент мир вокруг поплыл, и я пошатнулась, чуть не упав. Из последних сил погасила пламя и без сил опустилась на мягкую зелёную траву. В ушах стоял звон, грудь тяжело вздымалась.

Кажется, на этот раз я и правда перестаралась…

Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая верхушки вековых деревьев в огненно-рыжие оттенки. Небо было безоблачным, лишь редкие барашки облаков проплывали над головой неспешно и неторопливо.

Подняв руку и закатав рукав рубашки, всмотрелась в золотистую вязь. Прошло целых пять лет с моей несостоявшейся свадьбы, а метка как была, так и осталась на месте.  Глупо было полагать, что она со временем исчезнет. Бывало, метка пульсировала, стягивая запястье, извилась, точно под кожей клубился целый выводок змей.

Неприятное ощущение.

Эдриан следил за мной…

Когда я ещё жила в столице, связь была сильнее, намного сильнее. Ночами я ощущала его присутствие, дыхание, словно он стоял в моей комнате. Возможно, ещё поэтому я перевелась… Мне нужно было находиться как можно дальше от Эдриана. Так легче.

Бросив последний взгляд на догорающий закат, я встала и решительным шагом направилась в академию, пока Пли вместе с Робом не пришли на поле и не устроили мне взбучку.

Глава 8

В столовой было душно. Несмотря на распахнутые окна и вечернюю прохладу, жар от печей нагревал воздух, делая его тяжёлым и вязким. Звон посуды, гомон голосов студентов и стук ножей о разделочные доски сливались в единый гул, от которого начинала болеть голова.

В толпе мелькали знакомые лица однокурсников, спешащих поужинать и восстановить силы. Я протиснулась между длинными деревянными столами, ища взглядом друзей. Плияда и Роберт расположились в дальнем углу.

– Ну, наконец-то! – воскликнула Пли, когда я плюхнулась на скамью напротив. – Мы с Робом уже собирались идти искать тебя… Айлин, – подруга покачала головой, – ты снова перезанималась. Посмотри на себя: бледная, круги под глазами!

– Со мной всё в полном порядке, как и с моим резервом, – нарочито бодро отмахнулась я, пытаясь скрыть усталость. – Просто немного увлеклась тренировкой, с кем не бывает.

– Мне-то не нужно врать! – брови Пли сердито сдвинулись к переносице. – Вот поужинаешь, сразу спускайся ко мне. Раз уж ты сама не заботишься о своём здоровье, придётся это сделать мне, – с этими словами девушка решительно встала, подхватила поднос с опустевшими тарелками и направилась к выходу.

Слова подруги нагнали на меня чувство сильнейшего дежавю. Кое-кто мне уже говорил подобные слова…

– Не обижайся на неё, – проговорил Роберт, тоже поднявшись из-за стола. – Пли просто очень переживает за тебя, как и я. Мы же друзья.

– Спасибо, – я натянула вымученную улыбку, – но со мной и правда всё хорошо. Нет повода для волнений.

– Уверена? – Роб явно почувствовал фальшь в моих словах.

– Конечно. Иди, встретимся завтра на занятиях, – я отвела взгляд, избегая дальнейших расспросов.

– Не забудь, что тебе сказала Плияда. Обязательно сходи сегодня к ней. Тебе это нужно. Поверь своим друзьям. – Роберт ободряюще сжал моё плечо и, подмигнув на прощание, двинулся к выходу из столовой вслед за Пли.

Проводив друзей тоскливым взглядом, я посмотрела на свой остывающий ужин: овощное рагу с крупными кусками мяса и ломоть ржаного хлеба.

В Сартанской академии не было никаких изысков: ни мягких диванов, ни беседок в саду. Да и садов тут не было, лишь вересковая пустошь, обдуваемая ветрами.

Вместо уютных, комфортабельных комнат – две казармы: мужская и женская, с общим душем и уборными.

Еда, как и всё здесь, была такой же простой и незамысловатой, без кулинарных изысков, но весьма питательной: много мяса, разнообразные густые каши, наваристые похлёбки, свежий хлеб из муки грубого помола. Только на большие праздники сердобольные кухарки баловали нас пышными сладкими яблочными пирогами, таявшими во рту…

Поковыряв ложкой в тарелке, я, пересилив себя, всё же заставила организм принять пищу. Есть не хотелось совершенно, однако после интенсивной магической тренировки сегодня это было жизненно необходимо, чтобы избежать отката. Во время экзаменов выкладываться приходилось по полной. Никак нельзя было допустить, чтобы магическое истощение свалило меня с ног прямо посреди испытания.

Внутренние терзания прервал громкий лязг колокола, оповестивший об окончании ужина. Тяжело вздохнув, я поднялась из-за стола, подхватила поднос и поплелась к выходу, вливаясь в толпу студентов.

Больничное крыло располагалось на нижнем ярусе. Тут всегда было прохладно и сыро, так как Сартанская академия была выдолблена, в прямом смысле этого слова, в громадной скале. Так что спускалась я именно в пещеру. Огромная каменная лестница вела меня глубоко вниз. Стены здесь освещались магическими светляками серо-голубых оттенков. В первый раз, когда я здесь проходила, мне показалось, что я иду сквозь ночное небо, усеянное мириадами мерцающих звёзд…

Оказавшись внизу, прошла по узкому коридору и свернула налево. Помещения, где проходили занятия и лечили студентов, были осушены и отапливались специальными магическими артефактами, а под потолком висели светильники причудливых форм, заливавшие пол и стены неестественным зеленоватым светом.

Я вошла в просторный кабинет, вдоль стен которого стояли высокие стеллажи, заставленные колбами, склянками и старинными фолиантами в потёртых кожаных переплётах. В центре располагался большой каменный стол, за которым восседал пожилой мужчина в балахоне цвета индиго – главный лекарь академии.

Он поднял на меня уставший взгляд и произнёс глубоким, чуть хрипловатым голосом:

– Айлин Морей, – лекарь чуть прищурился, – чем обязан?

– Пли… кхм… Плияда Томс. Она меня ждёт.

– Мисс Томс сейчас в лаборатории, – мужчина указал на тяжёлую, обитую железом дверь. – Можете пройти.

– Спасибо, – я кивнула и, дёрнув латунную ручку, вошла в лабораторию.

– Айлин! – донёсся голос из глубины. – Это ты?

– Да!

– Присядь пока на диван, я скоро подойду!

Окинув взглядом помещение, я заметила в углу потёртый кожаный диванчик и опустилась на него. Лаборатория впечатляла своими размерами. Повсюду возвышались стеллажи, заставленные книгами, свитками и всевозможными алхимическими принадлежностями. На длинных столах теснились горелки, тигли, перегонные кубы и многочисленные склянки с разноцветными жидкостями. В воздухе витал характерный аромат горьких трав, настоек и зелий самых разных оттенков, а также целебных мазей на основе редких ингредиентов.

Мне несказанно повезло, что Пли была моей подругой: синяки и ссадины, полученные на тренировках, она залечивала в мгновение ока, и у меня всегда был солидный запас её чудодейственных мазей.

"Обязательно нужно прихватить парочку на выпускную практику", – решила я, наблюдая за тем, как на столе бурлит загадочная жидкость болотного цвета, от которой тянуло тиной.

Несмотря на то, что экзамен по боевой магии предстоял лишь через два дня, списки распределения на выпускную практику были составлены давно. Мне посчастливилось остаться здесь, в Сартане, тогда как Пли с Робертом предстояло отправиться на юг.

– А вот и я, – подруга возникла передо мной в ослепительно белом халате, доходившем ей почти до щиколоток.

– И после этого ты ещё смеешь упрекать меня в чрезмерном усердии? – я неодобрительно цокнула языком.

– Моя работа в лаборатории – совсем другое дело! – Пли плюхнулась на диван рядом со мной.

– Но что ты здесь делаешь в такой поздний час?

– Готовила мазь для защиты кожи от палящего солнца.

– И чего вас так тянет на этот юг, – фыркнула я, скрестив руки на груди. – Изнуряющая жара, сухой ветер, нехватка воды и дикие нравы местных жителей.

– Ты же знаешь, что там живут мои родственники. Уж лучше ночевать в добротном доме, чем в какой-нибудь затхлой гостинице или казарме.

– Тут не поспоришь…

– Ох, Айлин, – Пли откинулась на спинку дивана и раскинула руки, – я уже предвкушаю, как понежусь в горячей ванне. Ты не представляешь, как я устала от этого продуваемого насквозь общего душа.

– М-м-м, горячая ванна с ароматной пеной и лепестками роз, – блаженно прикрыв глаза, подхватила я. – Настоящее наслаждение!

– А главное, ты там одна, – рассмеялась Пли.

– Ну-у, – я лукаво подтолкнула подругу локтем, – не совсем одна, а с Робом.

Щёки Пли мгновенно вспыхнули ярким румянцем.

– Знаешь, – улыбнулась она, – нам дали разрешение.

– Какое разрешение?

– Пожениться… пожениться во время практики. Наш ректор на самом деле не такой уж бездушный и ужасный, каким вы с Робом любите его изображать.

– Он просто неравнодушен к целителям, – подмигнула я подруге. – Особенно к таким хорошеньким.

– Жаль всё-таки, что ты отказалась ехать с нами…

– Ты прекрасно знаешь, почему я сняла свою кандидатуру, когда вывесили списки. Мне пришлось из кожи вон лезть, чтобы меня оставили здесь.

– Знаю, – тяжело вздохнула Пли. – Но, может быть, ваша связь со временем ослабела?

– Ты сама-то в это веришь?

Девушка снова вздохнула и помотала головой.

– Вот то-то и оно… Ладно, пойду я… – к горлу подкатил тугой комок.

– Куда? – Пли вцепилась в руку. – А лечение?

– Со мной уже всё хорошо, я поела, отдохнула… ой-й-й-й…

Я едва не свалилась на подругу, когда она резко потянула меня на себя.

– Не пущу! – заявила Плияда своим писклявым голоском. – Ложись!

Пришлось повиноваться. Я легла полностью на диван, тогда как Пли встала за моей головой.

Её целительная магия всегда действовала на меня успокаивающе. Прохладные руки Плияды легли на мои виски, и по телу растеклось приятное тепло. Мышцы расслабились, и я погрузилась в состояние блаженного покоя, ощущая, как восстанавливаются силы и заживают последствия тренировок. Сознание покинуло меня довольно скоро: я погрузилась в сон… в сон без сновидений.

Проснулась оттого, что меня бесцеремонно начали трясти за плечо.

– Айлин…

Голос звучал приглушённо.

– Айлин, вставай!

– М-м-м… что? Что случилось, – сквозь пелену сна пробормотала я.

– Айлин!

Только через минуту я смогла разлепить глаза: после лечебного сна, в который погрузила меня Пли, просыпаться было особенно сложно.

– Пли… ты же обещала помочь, тогда какого демона…

– К тебе гости! – выпалила подруга.

По лицу и волосам Плияды стекали крупные капли влаги, словно в лаборатории произошёл потоп…

Глава 9

Никакого потопа не было. Пли была мокрая от хлынувшего на Сартан ливня.

– Что ей здесь нужно?

– А я откуда знаю? – даже возмутилась подруга. – Это твоя родственница. Может, она решила навестить тебя?

– С какой это стати? Мы с ней виделись от силы раза три и, думаю, она не лучшего обо мне мнения.

– Ну-у-у, – развела руками Пли, – тогда не знаю.

– Где она?

– В большом холле, дальше без сопровождения родственников заходить нельзя.

– А кто сообщил? И почему сразу меня не разбудила?

– Тебя искал наш комендант. Я пыталась разбудить, но сон оказался слишком глубоким, так что я решила сначала глянуть сама, вдруг ничего серьёзного не произошло. Её вообще не хотели пускать, пришлось выйти под проливной дождь, чтобы убедить охрану, что она… своя.

– Своя? – хмыкнула. – Я бы не была так уверена.

– Айлин, не будь такой жестокой. Бедняжка прибыла сюда в экипаже. Должно быть, случилось что-то серьёзное.

– Да, тут ты права… – я сжала руки в кулаки, приготовившись к неожиданной встрече.

Мадлен… Что ей тут нужно? Она приехала одна, без сопровождения, а что самое странное – без Оуена. Возможно, и правда случилось что-то серьёзное…

От этого сердце забилось сильнее, а по спине пробежал неприятный холодок. Я попыталась отогнать тревожные мысли, но они, как назойливые мухи, продолжали роиться в голове.

Чем ближе мы подходили к холлу, тем сильнее становилось моё волнение. Наконец, распахнув тяжёлые двери, я увидела её. Мадлен стояла у приоткрытого окна, за которым неистовствовал беспощадный ливень. Она совершенно не была на себя похожа: когда-то идеально закрученные завитки светлых волос растрепались неопрятным ореолом, под покрасневшими глазами залегли глубокие тени, словно она не спала всю ночь, а её насквозь вымокшее платье больше напоминало жалкую половую тряпку. Хрупкое тело девушки содрогалось от пронизывающего сквозняка, проникающего, казалось, до самых костей.

Заметив меня, Мадлен дёрнулась навстречу. Её губы дрожали, а в глазах стояли слёзы, готовые вот-вот пролиться по бледным щекам.

– Айлин! – воскликнула она, вцепившись в мои руки.

– Мадлен… – только и смогла выдавить я.

– Ох, Айлин… – истинная брата бросилась ко мне в объятия, изо всех сил прижимаясь к моей груди. Хрупкое тело девушки сотрясалось от рыданий.

Честно признаться, я совершенно не ожидала такого. Если её объятия были жаркими и, похоже, искренними, то мои обдавали холодом: я лишь слегка похлопала её по спине, всё ещё ошарашенная столь бурным проявлением эмоций.

– Что случилось, Мадлен?

Мне кое-как удалось выбраться из тисков своей невестки. Я отстранила её от себя и внимательно вгляделась в зарёванное, искажённое горем лицо.

– Айлин, ты должна мне помочь! Оуен… Он пропал! – сквозь слёзы проговорила она. – Уже неделю от него нет никаких вестей. Я боюсь, что с ним случилось что-то ужасное…

Холодок пробежал по моей спине.

– Успокойся, Мадлен, – произнесла я как можно увереннее, стараясь подавить собственную тревогу и нарастающий страх.

– Я не знаю… не знаю, – девушка лишь мотала головой, продолжая всхлипывать. – Не знаю как быть. Что делать? Связи нет… я его не чувствую. Понимаешь? Но он жив! Посмотри! – Мадлен лихорадочно засучила рукав своего платья.

Чёрная метка никуда не исчезла – Оуен, слава Небу, действительно был жив.

От сердца немного отлегло, но тревога никуда не делась.

– Расскажи всё по порядку, – я схватила Мадлен за руку, но, видимо, слишком сильно: девушка поморщилась от боли, и я поспешно разжала пальцы.

– Айлин, – в разговор вмешалась Пли, которая всё это время стояла рядом, судорожно обнимая себя за плечи, – может, вам пройти в столовую? Холодно и одежда вся мокрая… Организму, который вынашивает ребёнка, нельзя так перенапрягаться.

– Ребёнка? – не поняла я.

– Д-да, – Мадлен шмыгнула покрасневшим носом и слабо улыбнулась сквозь слёзы, раскрывая полы плаща, чтобы продемонстрировать мне округлившийся живот.

Я застыла, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Мадлен беременна. У них с Оуеном будет ребёнок. А мой брат пропал!

События обрушились на меня, словно лавина.

Я тряхнула головой, пытаясь прийти в себя.

Нет, нельзя сейчас поддаваться эмоциям!

– Пойдём, – я обняла Мадлен за плечи и повела её в сторону столовой. – Тебе нужно согреться и успокоиться. А потом ты мне всё-всё расскажешь. Во всех подробностях. Мы во всём разберёмся, обещаю. Мы найдём Оуена. Всё будет хорошо.

Мои слова звучали куда увереннее, чем я себя чувствовала…

В столовой в это время суток кроме дежурной кухарки никого не было. Завидев трясущуюся от холода Мадлен и её выпирающий живот, сердобольная женщина тут же помчалась заваривать травяной настой и греть сытную куриную похлёбку. Мы с Плиядой занялись одеждой и внутренним состоянием Мадлен: я с помощью магии высушила промокшее платье и растрёпанные волосы, а подруга целительским даром угомонила мелкую дрожь.

Усадив Мадлен поближе к кухонным печам, я опустилась на скамью напротив. Пли в это время бдительно следила за входом в столовую: преподаватели в столь поздний час вряд ли заявятся, а вот от любопытных носов парней лучше себя обезопасить.

– Итак, я внимательно слушаю, – произнесла, глядя в заплаканные глаза Мадлен.

Невестка крепко сжала в руках кружку с горячим успокаивающим настоем, словно боялась, что её в любой момент могут отнять.

– Примерно недели две назад Оуен отбыл из дома по какому-то срочному делу. Сказал, что это не займёт много времени и он скоро вернётся. Но дни шли, а от него не было ни единой весточки… – голос Мадлен дрогнул, и она шмыгнула носом. – Я места себе не находила от волнения и дурных предчувствий.

– А почему ты приехала с этим именно ко мне, да ещё в такую даль?

– До ближайшего города меня перебросили порталом, – начала сбивчиво объяснять невестка. – Сказали, что возле вашей академии они почему-то не работают.

Я понимающе кивнула. В целом, это было правдой: по всему периметру Сартана раскиданы мощные защитные артефакты. Порталами здесь могли пользоваться лишь преподаватели и студенты выпускных курсов, прошедшие специальный допуск.

– А потом начался этот треклятый ливень! – в сердцах воскликнула Мадлен и резко опустила кружку на стол, расплескав ароматный отвар. – Я насквозь промокла и продрогла, пока добиралась до ворот академии…

– Ты так и не ответила, Мадлен, – с нажимом в голосе перебила я. – Почему ты с этим приехала именно ко мне?

Невестка смахнула с подрагивающих ресниц скопившиеся слезинки и умоляюще посмотрела на меня:

– Поговори с Его Величеством, прошу тебя!

У меня от неожиданности даже дыхание перехватило.

– Ты что, шутишь? – выдавила я.

– Нисколько! Я уже была во дворце, умоляла, но мне никто ничего не сказал про Оуена. Айлин… – Мадлен вцепилась в моё запястье, – я места себе не нахожу от волнения. Оуен ведь твой родной брат! Неужели тебе всё равно, что с ним?

Прислонившись к шершавой стене, я устало прикрыла глаза. Нет, всё равно мне не было, но горькая обида на старшего брата до сих пор жгла сердце.

– С чего ты взяла, что Ксандрен де Роделин станет откровенничать со мной?

– Как это с чего? – искренне удивилась Мадлен. – Все ведь помнят, как Его Величество заступился за тебя тогда… ну-у-у… в общем, ты сама знаешь, о чём я.

От нахлынувших воспоминаний у меня заломило в висках. Чтобы унять боль, я принялась растирать их кончиками холодных пальцев.

– Умоляю, хотя бы спроси у короля, куда и зачем отправился Оуен, – продолжала стенать Мадлен. – Я не могу спать ночами, гадая, где он сейчас, что с ним и когда вернётся. В моём положении такие переживания опасны… Айлин, я буду вечно тебе благодарна.

Что-то мне подсказывало насчёт вечной благодарности, что Мадлен слегка преувеличивала. Но доля истины в её словах всё же была: сильные волнения и стрессы действительно могли навредить ребёнку. А если с малышом что-то случится?

“Семья превыше всего”, – отчётливо прозвучал в моей голове строгий голос покойного отца. Я его слова не забыла, а вот Оуен…

– Хорошо, – решительно произнесла я, поднимаясь со скамьи. – Я попытаюсь поговорить с Его Величеством.

– Правда? Ты сделаешь это? – с надеждой воскликнула Мадлен.

– Да. Но если король откажется меня принять…

– Он обязательно тебя примет, вот увидишь! – горячо заверила невестка.

– Ладно. Посиди здесь, мне нужно кое-что обсудить с подругой.

– Конечно-конечно! – с готовностью закивала Мадлен, прижимая ладони к груди. – Спасибо тебе огромное, Айлин! Ты просто не представляешь, как я тебе благодарна!

Невольно хмыкнув, я вышла из столовой в холодный полутёмный коридор. Что ж, судя по всему, мне предстояло отправиться в королевский дворец. Однако для начала стоило обсудить всё с Плиядой…

Глава 10

– Как она?

Пли заглянула в столовую, прищурилась, сделала несколько пассов и уверенно произнесла:

– Ребёнок в порядке, но мать нельзя оставлять здесь, да и отравлять одну в экипаже тоже нельзя.

– Перенесёмся в столицу прямо отсюда.

Подруга нахмурилась и недовольно скривила губу.

– Твои порталы ещё не стабильны, Айлин. Не думаешь о себе, то подумай о своём племяннике… – Пли тут же прикусила язык, поняв, что сболтнула лишнего.

– Так у них будет мальчик?

– Наверное, я не должна была тебе говорить. Мне кажется, она ещё сама не знает, – смущённо пробормотала Пли.

Я снова заглянула в столовую. Мадлен сидела, облокотившись на спинку кресла, борясь с накатывающей усталостью. Её веки тяжелели, а голова то и дело клонилась вперёд, словно она вот-вот могла погрузиться в глубокий сон.

– Прикроешь меня перед ректором? – прошептала я.

– А как же экзамены? – в голосе подруги зазвучала тревога.

– До них ещё два дня: я не собираюсь задерживаться во дворце надолго.

– Как же всё это не вовремя. Будто нарочно, – вздохнула Плияда.

– Читаешь мои мысли, – мрачно усмехнулась я, снова посмотрев на измученную невестку.

Спину лизнул холодок. Откуда-то появилось неясное, тревожное предчувствие, словно ядовитый червячок сомнения заполз под рёбра и начал точить меня изнутри.

– Я не доверяю ей, – произнесла на выдохе, сжав ручку двери побелевшими пальцами. – Мы столько с ней не виделись, и вот она прибегает просить о помощи.

– Возможно, твоей невестке просто не к кому больше обратиться? – мягко возразила Пли. – Айлин, в тебе говорит обида. Твой брат плохо с тобой поступил, не спорю, но… – голос её дрогнул. – У тебя хотя бы есть кто-то, а у меня…

– Эй, – я тут же обняла подругу, крепко-крепко, желая отогнать все её печали. – Ты ведь не одна! У тебя есть я, у тебя есть Роберт! И ты говорила, что на юге живет родня.

– Дальняя, – буркнула Пли, уткнувшись лицом мне в плечо. – Но это ведь совсем не то…

– Главное – они тебя любят, как и мы с Робом.

Плияда глубоко вздохнула, немного расслабляясь в моих объятиях. Вымученно улыбнувшись, она чмокнула меня в щеку и уже собиралась что-то сказать, как вдруг со стороны холла послышались чьи-то тяжёлые шаги.

Времени на разговоры больше не было. Оставив Пли в коридоре, я юркнула в столовую. Мадлен уже спала, уронив голову на грудь.

– Мадлен, – я дотронулась до её плеча, слегка встряхнув. – Мадлен, вставай.

– А? Что? – девушка нехотя разлепила глаза. – Что случилось?

– Нам нужно уходить.

– Может, подождём, когда дождь закончится? – жалобно простонала она. – Я не выдержу, если мне снова придётся трястись в экипаже в такую погоду. В академии мне могут выделить комнату?

– Нет, – отрезала я строгим тоном, скрестив руки на груди. – Нам с Пли и так достанется за то, что мы позволили тебе пройти в столовую.

– Но там дождь льёт как из ведра, – недовольно поморщилась Мадлен, капризно надув губки.

– Я открою портал.

– Ты? – удивлённо захлопала ресницами девушка. – Но Оуэн говорил, что…

– Мне всё равно, что говорил мой брат! – резко оборвала её я. – Портал открыть в состоянии!

– Хорошо-хорошо, – Мадлен поспешно поднялась на ноги. – Ох… – она принялась обмахиваться рукой, словно веером. – Когда ты злишься, Айлин, то очень уж напоминаешь мне своего брата.

– Я не мой брат, – процедила сквозь зубы.

“Если бы я была им, то отправила тебя, дорогая невестка, обратно в город ни с чем” – мысль обжигающей волной пронеслась в сознании, но я усилием воли загнала её подальше.

Зажмурившись, я глубоко вдохнула и сосредоточилась, призывая магию. Пальцы начало покалывать от скапливающейся в них силы. Воздух вокруг заискрился и заполнился едва слышным гудением. Мадлен во все глаза следила за тем, как перед нами начинает формироваться мерцающий контур портала.

– Ну же, ещё немного… – прошептала я сквозь стиснутые зубы, вливая в окно перехода всё больше сил.

Примерно через пару секунд проход стабилизировался и засиял ровным тёмно-серым светом…

Я шагнула в портал первой. Мир вокруг завертелся, словно разноцветные стёклышки в калейдоскопе, а шум смешался с биением собственного сердца. Мгновение спустя я уже стояла у позолоченных ворот дворца.

Небо… прошло столько лет, а у меня ощущение, что всё произошло только вчера.

Воспоминания нахлынули на меня с новой силой.

Почему? Почему я до сих пор не могу выкинуть из головы тот злосчастный день? Почему из раза в раз прокручиваю всё то, что сказал мне Эдриан? Его жестокие слова, полные презрения и ненависти, до сих пор звучали в моих ушах, раня сильнее остро заточенного клинка.

– Попахивает мазохизмом, – мрачно усмехнулась я, вглядываясь в окна дворца, за которыми подрагивали золотистые блики от свечей и магических кристаллов.

Несмотря на уютный и манящий свет, исходящий изнутри, я чувствовала, как меня пронизывает ледяной холод…

– Как же всё-таки удобно быть драконом!

Мне показалось, что в голосе Мадлен проскользнули нотки иронии.

– Открываешь порталы когда и куда хочешь, – продолжила она. – Колдуешь направо и налево…

– Думаешь, это так легко? – горько усмехнулась я. – Сколько сил нужно приложить, чтобы зажечь в своих руках огонь. Не спорю, кто-то одарён от природы, но такая, как я…

Тут я замолчала, так как к воротам подошёл стражник, облачённый в посеребрённый доспех.

– Доброго вечера! – пробасил он, сжимая в руке эфес меча, который пока покоился в ножнах. – Кто вы и что вам здесь нужно в столь поздний час?

– Леди Мадлен Морей! – невестка вышла вперёд, гордо выпятив свой беременный живот.

По тому, как стражник закатил глаза, поняла, что Мадлен была во дворце частым гостем, успевшим всем порядком надоесть.

– Мне нужно видеть короля. Немедленно откройте ворота! – потребовала она властным тоном.

Я тихонечко вздохнула.

Всю усталость Мадлен словно рукой сняло: теперь не скажешь, что пять минут назад она сидела в столовой Сартанской академии и клевала носом.

– Миледи, приходите завтра… – начал было стражник, но Мадлен тут же его перебила:

– Завтра? – возмутилась девушка. – Мой муж пропал! Его Величество отправил его по какому-то важному делу, но куда? Государь хочет оставить меня вдовой? Я истинная, вы хоть представляете, что со мной будет?

– Мадлен, прошу… – попыталась я вразумить невестку, но та, кажется, меня даже не услышала: её несло на крыльях эмоций.

– Со мной никто не хочет говорить! – застонала она. – Почему?

– Позволь, я сама, – положив ладонь на плечо девушки, я чуть отодвинула её в сторону, становясь напротив удивлённого стражника.

– Айлин Морей. Официально являюсь истинной и невестой Эдриана Ариндера из клана Золотых, – я решительно засучила рукав, чтобы продемонстрировать стражнику метку. – Я в своём праве находиться во дворце и просить вас доложить обо мне своему господину.

Лицо стражника, не скрытое шлемом, сначала побледнело, затем раскраснелось.

Глаза он не закатывал и лишних вопросов не задавал. Просто молча поклонился, развернулся и удалился исполнять поручение.

Что ж, хоть где-то пригодилось моё положение, а то до этого оно приносило мне одни только проблемы.

Спустя несколько томительных минут стражник вернулся.

– Его Величество готов принять вас, леди Морей, – произнёс он. – Следуйте за мной.

Тяжёлые кованые ворота со скрипом отворились, и мы шагнули во внутренний двор дворца…

Глава 11

Наши шаги отдавались по пустым коридорам гулким эхом. Стражник вёл нас по незнакомой мне части замка. Здесь не было богато вышитых гобеленов, ни восточных ковров, ни взирающих свысока портретов в золочёных рамах. Лишь голые каменные стены да пол, выложенный грубыми гранитными плитами.

Мадлен, судя по её тревожному взгляду и стиснутым кулакам, также была здесь впервые. Её голубые глаза расширились от страха, а губы дрожали, будто она едва сдерживала рвущийся наружу крик.

Похоже, нас вели по части старого замка, который был возведён ещё моими предками. Оуэн рассказывал, что его закрыли для гостей и придворных, выстроив здесь пыточные и специальные тюрьмы для государственных изменников. Не знаю, насколько это было правдой, но обстановка тут была зловещей.

Факелы, закреплённые на стенах, отбрасывали причудливые пляшущие тени. Звуки наших шагов и потрескивание пламени были единственным, что нарушало давящую тишину этого места. Воздух был спёртым и тяжёлым, пропитанным затхлостью и едва уловимым запахом гнили.

Стражник, наконец, остановился перед массивной дверью, окованной железом. Он трижды ударил по ней кулаком, и эхо разнесло стук по коридору.

– Войдите! – глухо послышалось с противоположной стороны.

– Прошу вас, миледи, – стражник почтительно склонил голову, пропуская нас вперёд.

Когда мы с Мадлен, затаив дыхание, переступили порог, моя рука невольно потянулась к зачарованному кинжалу, спрятанному за пазухой тренировочной куртки. Рукоять, покрытая замысловатой гравировкой, приятно холодила кожу, даря ощущение защищённости.

Комната, в которую нас привели, была тёмной и насквозь пропитанной горьковатым и дымным запахом мирры.

Никогда не любила этот аромат, он напоминал мне о смерти…

Перед глазами проплыла размытая картина похорон отца. Мрачные лица, чёрные одеяния, землистый цвет кожи и запах мирры, которой окуривали дома усопших и храмы.

Ксандрен де Роделин сидел за массивным дубовым столом. Величественный и неподвижный, словно высеченная из мрамора статуя.

Он ничуть не изменился, лишь тоненькая прядка золотистых волос окрасилась в благородный лунный оттенок. Хотя эта седина в волосах говорила, что процесс уже запущен: дракон не нашёл пару, а значит, жить, по нашим меркам, ему оставалось не так уж и много.

Кому посчастливилось отыскать свою истинную, мог жить довольно долго, так как магическая связь усиливала энергию обоих партнёров, даже если истинный был простым человеком…

Наши с ним взгляды встретились.

В золотистых глазах дракона полыхнул слабый огонёк узнавания.

– Леди Морей, – произнёс Ксандрен де Роделин низким голосом. – Рад вас видеть, однако, чем обязан такой чести?

– Мой брат… – начала я, но король не дал мне договорить, нетерпеливо взмахнув рукой.

– Ах, это! – его голос прозвучал раздражённо.

Мужчина слегка прищурился и резко перевёл взгляд на Мадлен, которая стояла рядом со мной, нервно теребя кружевные рукава платья.

– Нужно было догадаться.

– Мадлен и я беспокоимся за Оуена.

– Понимаю вашу тревогу, – кивнул Ксандрен, но в его голосе не было и намёка на сочувствие. – Однако на данный момент у меня нет никаких сведений о местонахождении вашего брата.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.