Дмитрий Парсиев
Демон

Глава 1

Умением выживать в неблагоприятной агрессивной среде человек с легкостью способен посоперничать с крысами, тараканами и болезнетворными микроорганизмами. Не прошло трех месяцев с того времени, как пропало электричество, перестал возгораться порох и девяносто процентов населения планеты превратилось в зомби… а человечество уже неплохо освоилось, и теперь самих зомби, чтобы избежать их полного истребления, можно заносить в Красную книгу. Как приходится заносить в нее все, что человек счел для себя полезным ресурсом, но не сумел одомашнить и разводить в неволе.

Хотя… может оно и к лучшему, что спариваться и размножаться естественным путем зомби не способны, иначе человек нашел бы способ окультурить даже этот независимый и не поддающийся дрессировке образчик псевдожизни. Что подумали бы о человеке представители иных цивилизаций и рас, если бы увидели, как тот наращивает поголовье нежити на обустроенных зомбофермах, ловко подсовывая недалеким зомбакам вместо настоящего сырого мяса напичканный нитратами и пестицидами подкрашенный соевый заменитель?

Понятно, что ни в какую Красную книгу зомби заносить никто не собирается, но те тучные времена, когда их стада свободно разгуливали по проспектам, ушли безвозвратно. Успевшие обзавестись инстинктом самосохранения зомбаки теперь ныкаются по щелям и подвалам, всячески избегая встречи с рыщущими отрядами охотников.

Прокачка для игроков существенно осложнилась, достигших двадцатого уровня совсем немного, да и те взяли его в большинстве своем в первый месяц апокалипсиса. В текущих же условиях взятие нового уровня – событие, которое празднуется всем поселением. Причем берутся эти уровни все чаще в сражениях с живыми, а не с мертвыми.

Всего поселений в городе довольно много, сотни, а если считать совсем маленькие, то может быть даже тысячи. Каждое выживает, как умеет, выстраивая свой собственный вид общественного устройства. Между поселениями постепенно налаживаются торговые и гуманитарные связи. Некоторые, как «Новая федерация» ведут активную экспансию.

Получив решительный отпор в «Универе», комендант «Новой федерации» бывший полковник на тормозах ничего не спустил и с позором не смирился. Мужчина решительный, волевой и умеющий из поражений извлекать уроки, следующий поход на «Универ» возглавил лично.

В отличие от почившего командира второго отряда показухи перед парадным входом не устраивал, зато устроил штурм по всем спецправилам спецоперации спецназа: передовая группа влезла через форточку женского туалета, а затем, сняв охрану, открыла для остальных налетчиков черный ход. Универ был захвачен. В назидание и во устрашение Красавчик, Тролль и даже почему-то Плюшик были с позором повешены на фонарных столбах перед зданием универа.

Один только Котяра, торгаш хитрожопый, сумел избежать намыленной веревки. При этом не то что тела снимать, а даже упокоить обернувшихся в зомби бедолаг полковник запретил под страхом смерти. Все трое так и болтались в петлях высоко над землей и начинали дергаться, раскачиваясь на фонарях, когда мимо кто-нибудь проходил.

Вопреки опасениям многих, переход под протекторат «Новой федерации» в устоявшейся жизни универа практически ничего не изменил. Просто раньше поселенцы отстегивали за обеспечение безопасности процент Красавчику, а теперь тот же процент система отбирала в пользу полковника. Сам полковник после штурма в здании универа почти не показывался и в вопросы самоуправления не влезал, у него других дел хватало.

Впрочем, для обеспечения охраны личное присутствие полковника не требовалось, его авторитет в городе достиг той высоты, что любому лихоимцу достаточно прочитать всплывшую перед глазами системку: «вы вошли на территорию поселения «Универ», находящееся под защитой «Новой федерации», – чтобы враз растерять любые влажные мысли о захвате власти или грабеже. Хотя мысли такие, особенно поначалу, посещали многих.

Со смертью Куклы общественный уклад тоже не изменился. Только теперь «послушницы храма жизни» и, по совместительству, жрицы любви, заняли уже целых два этажа. В соответствии с установленными правилами, они принимали всех, чьи достижения отметила система. Но девчонок много, в том числе и тех, что прибились к универу уже после апокалипсиса, прокачать свою привлекательность хочется каждой, а достойных мужей, которых выделила система, – маловато.

И потому, если у кого-то из посетителей не набиралось достаточно славных деяний, чтобы система поощрила такого везунчика электронным талоном на совокупление с девочкой из «храма жизни», недостающие очки репутации по обоюдному согласию сторон всегда можно было добить системными деньгами.

Понятно, что поселение «Универ», ввиду особого рода предоставляемых услуг, стало одним из самых популярных во всем городе. И хотя в самих его стенах было принято соблюдать системное название: «храм жизни», за пределами здания предпочитали называть вещи своими именами и говорили прямо: «деньги есть, я – в бордель!»

Новым комендантом в универе подавляющим большинством голосов была избрана Алена. И вовсе не за ее организаторские таланты, тем более, что Алена заново начала процесс само-трансформации и большую часть времени проводила погруженной в себя. Выбор поселенцев был обусловлен тем, что Алена по-прежнему оставалась единственной провозглашенной самой системой жрицей храма. И не только в универе, а во всем городе.

Ну нет в городе другого человека, над которым всплывающая системная подсказка выдает надпись «жрица», и этот факт несомненно поднимает авторитет всего поселения на недоступную для других высоту. Сама Алена при этом ни разу не принимала жаждущих ласки, хотя слюни на нее пускали многие. Злые и грязные языки даже пустили слушок, что мол возлечь с самой системной жрицей можно только совершив столь выдающееся деяние, которое система оценит, как «эпическое» или даже «легендарное».

Разумеется, все эти домыслы так и остались домыслами. Ни эпического, ни легендарного поступка так никто и не совершил, во всяком случае от системы такой хвалебной оценки никто не дождался. Обо всех этих слухах Алена ничего не слышала, она не знала даже того, что «послушницы» давно уже принимают клиентов за деньги.

Это не значит, что Алена полностью замкнулась в себе и не принимала в жизни поселения никакого участия. Когда она случайно узнала, что превратившиеся в зомби тела Красавчика, Плюшика и Тролля болтаются подвешенными за шею на фонарях, она лично вытащила на улицу стремянку, упокоила тела своим жреческим кинжалом, а затем и развеяла.

Оставленный полковником в универе офицер попытался встать на ее пути, но Алена наорала на него как на шкодливого пацана. Офицер проглотил и смолчал. Идти против Алениного авторитета он не решился даже под страхом полковничьего гнева. Надо сказать, полковник, когда ему об этом доложили, только махнул рукой и наказывать офицера не стал. Алене никаких претензий не было высказано и подавно. Полковник – не дурак, понимает, что даже у его власти свои пределы имеются.

Алена действительно превращалась в глазах горожан в мифическое существо. И чем реже она показывалась перед людьми, тем более сильный отпечаток оставляла в людских душах ее ослепляющая красота. Про нее ходили не только грязные слухи, но слагались и целые легенды, подчас довольно страшные.

К примеру, ходит такая страшилка, что Алена держит на универском чердаке прикованного цепями зомби, ходит к нему каждый день, кормит сырым мясом, поит собственной кровью и разговаривает как с возлюбленным. Услышав подобные россказни, большинство крутит пальцев у виска, но вот надо же, слушок не только не пропадает, а крепнет и набирает силу, обрастая нелепыми подробностями. Впрочем, очень скоро наступил день, когда людям резко стало не до слухов…

Это случилось в разгар зимы, аккурат под новый год, когда в поселениях наряжали елки и морщили умы, чем можно заменить в салате оливье отсутствующее вареное яйцо. Прямо среди бела дня на перекрестках вспухли трехметровых размеров синеватого цвета силовые поля, а затем сквозь эти пленки начали продавливаться тела… одно за другим… десяток за десятком… сотня за сотней. По всему городу во множестве мест через порталы в город вливались новые поселенцы, и людей среди них не было…

* * *

Почти все время я оставался в беспамятстве, а в те краткие мгновения просветления, когда возвращалась способность себя осознавать, я мечтал как можно скорее провалиться обратно в черную бездну безвременья. Осознавать себя в этом разлагающемся теле, отказывающемся мне подчиняться было невыносимо.

Будучи запертым в ненавистном куске плоти, я вынужден наблюдать изнутри его же собственными глазами, как кидается оно на окровавленный кусок мяса и с урчанием жрет. На то время пока тело питается, пронзительный раздирающий нутро голод и жажда немного притупляются. Чавкающее тело начинает обращать внимание на того, кто это мясо принес, и страстно желает добраться до живой плоти. Наполненная теплой кровью трепещущая плоть для него предпочтительней. К счастью тело крепко приковано цепями, дотянуться до кормящего и разорвать его не может.

После кормления натягивается и выбирается на барабане шейная цепь. Моя голова крепко фиксируется и кормящее существо подходит ближе. Вонючий псевдо-живой организм, в котором я заключен как в тюрьме, начинает предвкушающе порыкивать, он помнит, как сладка будет следующая подачка.

Кормящее существо достает предмет, вызывающий ощущение острой опасности, чиркает себя по запястью и возносит руку над моей головой, сладкая кровь льется в пасть и тело успокаивается, его боль затихает настолько, что мне удается частично перехватить над ним управление. Я чую, что где-то рядом, за соседней стенкой, завозилось, загремело цепями другое такое же псевдо-живое нечто. Оно тоже чувствует дурманящий запах, оно ревнует, оно хочет тоже…

– Ты помнишь, как тебя зовут? – раз за разом я слышал эти слова, но только сегодня я их понял и только сегодня я смог удержать контроль над телом до такой степени, что попытался ответить.

– И-а, – язык во рту как чужеродный шмат, совершенно не слушается.

– Все правильно, тебя зовут Витя.

– А ты помнишь, как меня зовут?

– А-о-а, – по-моему даже ишак владеет речевым аппаратом лучше меня.

– Все верно, это я, твоя Алена.

– Вить, ты понимаешь меня?

– А.

– Хорошо. Тогда слушай. Я не успела пройти полную трансформацию… пришельцы уже здесь. Они меня заберут, надежда только на тебя… и на нее… понимаешь меня? Она тебе поможет. Доверяй ей. Вить, обещай мне, ты будешь ей доверять!

– А.

– Большую часть силы я потрачу на тебя, поэтому ей помочь должен будешь ты. Понимаешь?

– А.

– Обещай, что поможешь ей.

– А.

– Вот и хорошо, – Алена отмыкает мою правую руку, вкладывает в нее ключ, а затем отходит от меня. Три шага и Алена пропадает из поля зрения. Держащая за шею цепь не позволяет за ней проследить.

Я слышу только, как гремит цепями и урчит за стенкой другое тело. И слышу, как оно тоже успокаивается. Затем я снова вижу Алену, она собиралась выйти, но услышала шаги, остановилась и стоит, ждет, не спуская глаз с двери. Дверь открывается и в нее заходят остроухие люди с правильными тонкими чертами лица в искусных доспехах. Уровни от тридцать пятого до тридцать девятого. Все как один остроухие воины склоняются перед Аленой в глубоком поклоне.

– Великая жрица, – говорит один из них, – Мы должны препроводить вас к лорду светлых эльфов Леноэламу.

– А если я не хочу к нему идти? – Алена не столько спрашивает, сколько желает получить подтверждение собственному предположению.

– Увы, боюсь выбора у вас нет.

– Я так и думала, – Алена идет к выходу, – Ведите.

Эльфы и Алена уходят, и только тот, что разговаривал с Аленой, перед тем как выйти, останавливает на мне взгляд.

– Здесь зомби, его следует упокоить. Немертвым не место в храме.

– С ним разберутся без вас, – твердо говорит Алена, эльф пожимает плечами и выходит тоже, прикрыв за собой дверь.

Мне потребовалось около получаса, чтобы освободить вторую руку. Тело по-прежнему почти не слушается меня. Ключ несколько раз выпадывает из руки, а пальцы отказываются сгибаться, роняя его раз за разом. Но усилия не проходят даром. Ошейник дается уже проще, я наловчился удерживать ключ в этих одеревеневших пальцах. Попробовал подняться на ноги, но не удержался, пришлось опереться на стену и снова сползти на пол.

Прошло еще полчаса. Я думал, контроль над телом постепенно будет повышаться, но я снова стал его утрачивать. Различать предметы становится все труднее. Я понимаю, еще немного и провалюсь в привычное забытье, как вдруг перед глазами побежали строчки системного сообщения:

«Внимание. Запущен протокол подключения сознания к телесному носителю. Разблокированы способности: сопротивление ядам – 3, регенерация – 3, метаболизм – 2… ошибка протокола… телесные изменения необратимы, возврат к человеческому облику невозможен».

Вспыхнувшая было надежда тут же гаснет. Вот так вот: возврат к человеческому облику невозможен. Интерфейс потух. Лучше б он, зараза, и не писал ничего. Только разбередил впустую. Прошло еще несколько минут. Я борюсь как могу, но постепенно утрачиваю остатки самоосознавания. Когда наплывающая на меня тьма почти победила, интерфейс снова ожил:

«Запущен резервный протокол. Доступен выбор новой расы: демон. Принять? Да/нет». Вот умеет система загнуть в такую позу, что не знаешь, как разгибаться. Демон, итить его за ногу… а что мне остается? Возврат в человека невозможен. А тут хоть какая-то надежда вернуть контроль над телом. Жму «да». «Способности разблокированы… до полного восстановления организма осталось 30 мин. Желаете ознакомиться с характеристиками?». Само собой, желаю.

Титульная (исходная раса) – человек

Обретенная раса – демон

Уровень 1

Специализация – рывок (не требующая активации способность, основана на измененном типе химических процессов, позволяет в постоянном режиме задействовать ресурсы организма для ускоренного сокращения всех мышц)

Сила напряжения – 18

Взрывная (резкая) сила – 18

Выносливая сила – 12

Сила телесной крепости – 15

Свободных очков характеристик – 0

Способности: сопротивление ядам 2, регенерация 2, каменная кожа 1, метаболизм 4, усиление костной ткани 1.

Особые способности: силовой доспех – 1, огненная плеть – 1

Свободных очков способностей – 0

С каждой минутой чувствую себя лучше. Тело наливается силой, а главное, я снова могу им управлять. Сознание проясняется. Теперь я могу ясно мыслить и спокойно разобраться, что именно мне подсунула система. Ну что ж. Я теперь демон. Вывожу через интерфейс мой нынешний вид. Повертел объемную картинку, хмыкнул. Телесно я почти не изменился, разве мускулатура чуток усохла и стала более рельефной. Ну да, у меня теперь новый тип хим-процессов.

Рога не выросли, копыта и хвост – тоже. Я не вполне понимаю, чем я отличаюсь от человека. Кожа стала темнее и над висками отчетливо проявились залысины, вот и все внешние изменения. Зато любой теперь, кто удосужится глянуть на всплывающую системку, будет тыкать в меня пальцем и орать: «глядите, демон!»

Учитывая, что тут шляются высокоуровневые эльфы, может статься, что демоном нынче уже никого и не удивишь. Сколько времени я провел в виде зомби, и какие события успели произойти, не знаю даже приблизительно. Сейчас мне важнее разобраться с обновленными характеристиками.

Во-первых, меня скинули до первого уровня. Оно печаль, конечно. Но характеристики порезали не столь кардинально. Со всех четырех сняли по два очка, а это значит, что по этому показателю понизили на восемь уровней, то есть уже не до первого, а только до седьмого.

Получается, не такая уж и печаль. Прокачаться с первого по восьмой намного проще чем взять один единственный, но шестнадцатый. Так что, если смотреть на перспективу, то мне дали неплохую фору в прокачке. Мастера рывка у меня тоже забрали. Активировать разовое усиление уже не смогу, зато стал резче сам по себе. Насколько именно резче, жизнь покажет, но уже плюс в том, что теперь не надо будет высчитывать секунды до отката способности.

Кстати о способностях, их мне не столько порезали, сколько перераспределили. Сняли по уровню с каждой, зато аж до четверки раскачали метаболизм. Ну и, наконец, последнее по счету, но не по важности. Шашку и щит у меня тоже отобрали, заменив каким-то силовым доспехом и огненной плетью. Разберемся со временем.

Подскакиваю на ноги. Действительно чувствую непривычную легкость и порывистость в движениях. Подпрыгнул… и чуть не впечатался башкой в не слишком высокий чердачный потолок. Раньше, активируя рывок, я мог и повыше подпрыгнуть, но тут-то без всякой активации, это ж теперь мое нормальное состояние.

Ну что ж. Засиделся я на одном месте, аж зудит от нетерпения. Пора уже куда-нибудь двигать в поисках новых приключений на мой поджарый зад, и тут выплывает новое системное сообщение: «Внимание!!! Чрезвычайно важно!». О как. Не люблю сюрпризы, но деваться некуда. Что мне там такого архиважного припасла система?

Глава 2

«Вам доступно новое задание. Уровень сложности – близко к немыслимому. Если эльфы переправят жрицу жизни в свои высшие чертоги, человеческая раса будет обречена на вымирание, а ваш мир будет заселен эльфами. Помешайте эльфам и отыщите способ переправить жрицу жизни в небесные чертоги человеческой расы. Отказ от задания невозможен. Для его выполнения жрица выбрала именно вас».

Приплыли. Алена, оказывается, – ключ к выживанию всего человечества. А я дурак, сорвал ей в свое время трансформацию. От такого задания и впрямь не откажешься. На кону такое, что волосы шевелятся. И что мне делать? Куда бежать? Догонять отряд эльфов уровнями тридцать плюс? Не смешно даже.

Слышу, опять загремели цепи за стенкой. Пора посмотреть, кто там со мной все это время соседствовал. Заглядываю… и вот не удивляюсь ни разу. Вы ведь и сами уже догадались, ага, кого еще кроме Куклы там можно было обнаружить? Системка над Куклой недвусмысленно гласит: «Суккуба, ур. 1». И это меня тоже не удивляет. Наконец, она обрела именно то системное обозначение, которого заслуживает. Кукла смотрит на меня воспаленными глазами и смотрит вполне осмысленно.

– Вить, так и будешь на меня пялиться… может поможешь бедной девушке? – голос у нее совсем слабый, слова еле расслышал… ага, зато гонор никуда не делся.

Вот первой мыслью было развернуться и уйти. Кукла мне столько крови попортила, что помогать совсем нет желания, но тут вспоминаю, как недавно, мыча, давал Алене обещание кому-то помочь. Не надо быть Шерлоком, чтобы понять, речь шла о Кукле. Вздыхаю и отстегиваю ее цепи. Цепляясь за мою руку, Кукла пытается подняться на ноги, но ноги ее не держат, она валится на пол.

– Воды… – шепчет Кукла.

Мой инвентарь оказался на месте, добро никуда не исчезло. Достаю пятилитровку воды, наливаю в кружку, пою Куклу.

– Так лучше? – Кукла благодарно кивает, и я тоже выпиваю кружку воды.

– Нам нужно отмыться, – шепчет Кукла.

Действительно. Мы оба в каких-то лохмотьях. Волосы колтунами. Грязь чуть ли не кусками отваливается. Явно не один день зомбаками здесь проторчали. Выходить в таком виде к людям чревато… можно нарваться на непонимание, грубость и нетерпимость. Ну так-то да, кому будет приятно, придя в бордель, встретить вонючего демонического бомжа? Тут любой осерчает. Благо воды у меня достаточно. Достаю еще воду, мыло, шампунь. Раздеваюсь, начинаю мыться. Стекающая вода льется прямо на бетонный пол, но чердаки душевыми не оборудуют. Ничего, высохнет.

Кукла привалилась спиной к стене, сама даже шевелиться не собирается, наблюдает за мной с таким неподдельным интересом, будто я не тривиальной помывкой занимаюсь, а разыгрываю театр одного актера. Ну и пусть глазеет. Отмывшись, почувствовал себя намного лучше… можно было сказать, человеком себя почувствовал, если бы не тот досадный факт, что я теперь демон.

– А ты ничего так выглядишь теперь, – сообщает Кукла, – Ты не подумай, раньше тоже был хорош, а стал совсем красавчик.

– Вот только с Красавчиком меня сравнивать не надо, – бурчу недовольно, одновременно просматривая свой инвентарь. Обнаруживаю в нем свой костюм мотоциклиста и настроение повышается на пару градусов. Не приделали ноги к моему костюмчику. И шлем звездного охотника тоже на месте, что не может не радовать.

– Как скажешь, – говорит Кукла примирительно, – Может теперь мне поможешь?

– Тебе?

– Глаза такие удивленные не делай, – пеняет мне Кукла, – Алена между прочим почти все силы именно на тебя потратила. Скажешь, она тебе этого не говорила?

– Говорила, – вздыхаю, понимая, что деваться некуда, Куклу придется отмывать. Стаскиваю с нее грязное рванье. Наливаю из бутылки воды ей голову, выдавливаю на ладошку шампунь Кукла принюхивается.

– Ты чем там меня мылить собрался?

– Обычный шампунь, – показываю Кукле флакончик с надписью «Спорт-стиль. Препятствует возникновению перхоти».

– Слышь ты, спортсмен… меня нельзя мылить этой дрянью… получше ничего нету?

– Нету, – говорю мстительно, – Ты час назад была вонючей зомбачкой и жрала сырое мясо. Не нравится шампунь, отдыхай дальше… жди, когда тебя розовым маслом отмоют, а я пойду.

– Ладно, – соглашается Кукла, – Мыль.

Это она типа мне одолжение сделала. Хочется наорать на нее, но спохватываюсь, озаренный внезапной догадкой. Она ведь суккуба, она подпитывается человеческими эмоциями. Поди-ка еще специально меня провоцирует. Даю себе слово оставаться спокойным и намыливаю Куклу. До чего кожа у нее гладкая, упругая. Лью воду и помогаю ладошкой смывать с нее пену, ох, к этим сиськам лучше бы не прикасаться. Такие сиськи даже зомби заведут…

– Эм-м, Кукла, – говорю, – Надо тебя как-то перевернуть. Чтоб спину помыть.

– Мне уже получше, – сообщает Кукла радостную новость, – Смогу встать на четвереньки.

Пришлось постелить ей туристический коврик, чтоб она свои коленочки точеные об жесткий бетонный пол не стерла. Начинаю мылить ей спину, и вдруг… чердачная дверь раскрывается, скрипнув старой пружиной. Черт… как любой застигнутой врасплох голый человек чувствую свою беспомощность особенно остро.

– Здесь поссым, – доносится голос и на чердак вваливаются двое, системка услужливо подсказывает: «гоблин ур. 7», «степной орк ур. 5»

Вошедшие орк и гоблин замечают, как я вожусь со стоящей на четвереньках Куклой. Трудно сказать, что именно они смогли разглядеть в чердачном полумраке. Но видимо их смутили валяющиеся рядом цепи.

– Эта, бро… – говорит гоблин, – Так не врут слухи, что здесь зомби держат.

– Не врут, – орк пьяно икает, – А чо они тут делают?

– Так эта, бро… совокупляются… – поясняет гоблин, – …а я тебе говорил, здесь самый зачетный бордель в городе. Здесь даже зомби на чердаке трахаются…

Вопреки всем моим страхам гоблин и орк оказались ребятами деликатными. Вышли на цыпочках не поссамши и даже дверку за собой прикрыли. Я шумно выдыхаю: пронесло, но спина Куклы сотрясается будто в конвульсиях.

– Э, Кукла, все обошлось… свалили они.

– Кукла поворачивает ко мне лицо, из глаз текут слезы… она ржет… как бы не начала от смеха биться лбом об бетонный пол. Смешно ей, видите ли. А я реально напугался.

– Вить, – Кукла отсмеялась, – Может хватит уже мылить мой великолепный зад? Понимаю, что остановиться не можешь… но, нам еще придется делать именно то, о чем подумали эти двое.

– Еще чего? – возмущаюсь.

– Вот только тупенького из себя не строй, – Кукла вперила в меня бесстыжий взгляд, – Я суккуба, чтоб восстановится, мне нужно сила, а силу быстрее всего я могу восполнить только таким способом.

– Знаешь, там бордель этажом ниже, – напоминаю я, – Я помогу тебе туда спуститься. От желающих поделиться с тобой силой отбоя не будет.

– А вот это обязательно надо, да? – Кукла похоже обиделась, – Ну давай, мешай меня с грязью, а еще лучше продай прямо в этом борделе. Тебе неплохо заплатят. Тоже мне – напарник…

– Да какой я тебе напарник? – офигеваю я.

– Системное сообщение прочти, – бурчит Кукла.

Вызываю событийный журнал, читаю последнее сообщение. Я попал. Мое и без того немыслимое задание дополнилось новым условием, что мы с Куклой теперь напарники и должны действовать сообща.

– Я не обязан делать все, как требует от меня система, – говорю упрямо, – Плевать мне на ее сообщения.

– Да при чем тут система? – удивляется Кукла, – Ты еще не понял? Система – это числовое отражение мира. Не более. На самом деле задание ты получил от Алены. Вот ты чего тупой такой, а?

Я злюсь еще больше, но чем крыть Кукле, не знаю. Я вдруг прямо сейчас начинаю осознавать, что все мои умозрительные построения о системе сильно напоминают паранойю про заговор мирового закулисья.

– Ты не понимаешь, – я выкладываю последний аргумент, – Это для тебя нормально трахаться с кем попало, а я не могу Алене изменять.

– Это ты не понимаешь. Я тебе еще тогда говорила, чтоб ты думать перестал об Алене как о сексуальном объекте. Но ты ж упертый… зомбак зомбаком. Ты больше не можешь изменить Алене, потому что Алена больше не человек… да и ты, кстати, тоже… Витька, – Кукла подпускает в голос жалостливости, – Ну хватит капризничать. Домывай меня уже и… делай все остальное. Я даже отвернусь, чтоб тебя не смущать.

Кукла демонстративно отворачивается и призывно двигает ягодицами. Смываю с нее остатки пены… да, зад у нее действительно шикарный. И даже то, что кожа после превращения в суккубу потемнела, обретя шоколадный оттенок, только добавляет сексуальности.

И это хорошо она придумала, в смысле отвернуться. Совсем не хочу видеть ее глаза бесстыжие. Пристраиваюсь сзади. Как бы я там не пытался отнекиваться, естество мое давно на полном взводе. А в голову сами собой лезут оправдательные мыслишки, мол так надо, Витя, мол это же просто такая необходимость. А сам вхожу в Куклу и уже понимаю, остановить себя не смогу. До чего же сексуальная гадина. Не могу себя больше сдерживать, ускоряюсь.

– Не так быстро, – одергивает меня Кукла, – У меня секса больше пяти месяцев не было. Не гони пожалуйста.

– Откуда ты знаешь про пять месяцев? – озвученная цифра так поразила, что я остановился.

– Не останавливайся, черт, – требует Кукла, – Календарь в интерфейсе посмотреть не догадался?

Вот я точно туплю. Вызываю интерфейс и под громкое возмущенное сопение Куклы открываю календарь: конец марта! Нормально так я на чердачке отсиделся. Закрываю календарь и на зло Кукле делаю несколько быстрых сильных толчков. Кукла издает стон, но ничего не говорит. Вот и чудно. Я снова замедляюсь.

Слишком долго делать это медленно я не смог, особенно после того, как Кукла начала отвечать мне встречным движением упругого зада. Я снова начал ускоряться. На этот раз она не возмущалась, начала постанывать. Я ускорился еще. А потом еще. Когда держать в себе рвущийся из меня заряд стало невмоготу, я с силой вжал бедра в ее ягодицы. Постанывания Куклы перешли в единый утробный звук.

– У-у-у-у-у, – протяжно провыла она на весь чердак.

– Кукла, черт тебя побери, – выругался я, тяжело дыша, – Твой вой на весь квартал было слышно.

– Ерунда, – голос у Куклы довольный, поворачивает голову ко мне, – Тут похоже каждый гоблин осведомлен, что на чердаке зомби держат.

– Имей ввиду, – предупреждаю, – Это было в первый и последний раз.

– Уж как минимум этот раз был не первый… – Кукла прищуривает блядский глаз и плотоядно проводит языком по верхней губе, – …да ладно, не шарахайся ты так, я пошутила

Секс с оргазмом пошел Кукле на пользу. На ноги сама поднялась, ожила, щечки порозовели, из глаз муть ушла. Что-то там в своем интерфейсе разглядывает с интересом. Поди-ка любуется, насколько шкала опыта заполнилась до следующего уровня. Я по-быстрому облачился в системные шмотки.

– Слушай, – достаю вещи из спорттоваров, – Вот спортивная одежда, тебе великовата будет, но на первое время…

– Себе оставь, – Кукла брезгливо покосилась на спортивный костюм и начала извлекать вещички уже из своего инвентаря.

Ага, понятно, что она там в своем интерфейсе разглядывала. Гардеробчик себе подбирала. Я гляжу, как она облачается в вызывающе-сексуальную одежку: юбочка едва-едва зад прикрывает, чулочки узорные на резиночках, туфельки на шпильках.

– Ты не забыла? Там март на дворе, – пытаюсь ее вразумить, – Или в борделе решила остаться?

– Ни в коем случае, отсюда мы должны уйти, – деловито говорит Кукла, держа в одной руке зеркальце, другой нанося на лицо макияж, – Никто не должен о нас знать. Для всех мы умерли.

– Так снег на улице. Как ты в таком виде?

– Ничего, потерплю, – легкомысленно отмахивается Кукла и извлекает из инвентаря меховую шубку, – Помоги-ка.

Я помогаю ей надеть шубку. Шубка явно коротковата. В такой можно пройти два десятка шагов от подъезда до теплого автомобиля, не более.

– Теперь последнее, – говорит Кукла, – Ты должен меня привязать к себе.

– В каком смысле?

– Вить, ну не тупи, а?

Выплывает новое сообщение: «суккуба первого уровня хочет осуществить к вам привязку. Приняв ее присягу, вы станете ее хозяином, но не забывайте, вы так же примете и ответственность за нее. Принять: да/нет»

– Не нужна мне никакая привязка. Ты очумела что ли?

– Р-р-р-р-р, – Кукла притворно зарычала, – И что Алена нашла в тебе твердолобом?

– Никаких привязок.

– Ладно, – вздыхает Кукла, – Наведем тебе макияж и уходим отсюда.

– Какой нафиг макияж?

– О-о, нас не должны узнать, понимаешь? Не боись, мушщина, я просто подведу немного разрез глаз изменю форму рта. Накрашенным выглядеть не будешь… обещаю… как дитя, чес-слово…

Кукла-таки что-то нарисовала на моей морде. Хмыкала многозначительно, но посмотреться в зеркальце не дала, интриганка херова. Пофигу, выберемся из здания и ототру все ее художества. С чердака я спускаюсь с опасениями. Что тут могло произойти за столько времени? Опасения не подтвердились. Как был бордель, так бордель и остался.

Смутно знакомые лица попадаются, но на нас удивленного взгляда никто не останавливает. Для всех мы умерли несколько месяцев назад, а потемневшая кожа и необычный макияж сделали нас и вовсе неузнаваемыми. До фойе на первом этаже спустились без всяких осложнений, осталось только пересечь его и выйти на улицу.

Отмечаю, что гардероб по-прежнему работает в режиме торгового центра, но Котяры не видать. Оно и к лучшему, у торгаша взгляд цепкий, выкупит нашу маскировку на счет раз. За одним из столиков расселись четверо… моих новых соплеменников. Всплывающая подсказка определяет их как демонов низких уровней. И эти тоже от обычных людей по виду не отличаются: ни рогов, ни хвостов, только инфернальный загар, как единственная отличительная черта.

За бутылкой дешевой водки демоны, как становится понятно из их возбужденных возгласов, разыгрывают в кости талон на посещение «храмовой послушницы». Видать скинулись деньгами, и денег этих хватает только на одного посетителя. В паре шагов от их столика прислонившись плечом к гардеробной решетке стоит еще один демон, в розыгрыше участия не принимающий. Над его головой системка к названию расы выдает интригующее дополнение: «вольный демон ур. 11».

Что еще за вольный демон? Приглядываюсь украдкой к этой особи. Одет побогаче простых своих соплеменников и, я бы сказал, попопугаистей. Подобие мундира обвешано какими-то кистями-эполетами, одним словом, гусарщина и довольно безвкусная. И этот скучающий вольный демон, заметив Куклу, оживает в один миг. Глаза его возбужденно загораются, плечи расправляются, имей он усы, те бы встопорщились, наверно, но усов у него нет. Вольный демон подскакивает к Кукле, скашивая рожу в жутковатой ухмылке и начинает нести околесицу про «…незабываемую радость встречи».

– Она занята, – бросаю на ходу и быстрым шагом иду к выходу, вот только мой ответ вольному демону не нравится. Вот прямо сильно не нравится.

– Как ты смеешь, низший! – орет вольный демон и цапает меня за грудки.

Мирно сидящие демоны все как один подскакивают, роняя на бок пластмассовый столик и бросаются на меня. Я не успеваю ничего сообразить, как оказываюсь на полу с заломленными за спину руками, а мои, сука, новоявленные соплеменники пинают меня по ребрам. Вольный орет, брызгая слюной, о том, что низшие совсем распоясались.

– На улицу его, – приказывает вольный, – Забить плетьми, как собаку!

Демоны подхватывают меня под руки и тащат к двери. Капец, я приплыл. Сейчас эти клоуны будут тупо забивать меня насмерть из-за пары слов. Но в этот миг подключается Кукла.

– Обожаю таких брутальных мужчин, – голос ее полон такой сексуальной хрипотцы, что тащущие меня демоны сбиваются с шага и роняют мое тело на пол.

Кукла подходит к вольному демону, цокая каблучками так, что от этого цоканья даже мои перепуганные колокольчики начинают отзываться возбужденным звоном. Кукла проводит ладошкой по лицу вольного демона, припадает щекой к его гусарской груди, что-то волнующе шепчет. Вольный плывет, как теплый воск, и дополнительную достоверность сходства с горящей свечой добавляет потекшая из угла его рта струйка слюны.

– Ради вас, госпожа, я готов на все, – вольный снова включает гусара и небрежно бросает остальным демонам, – Всыпьте ему десяток плетей и оттащите в казарму, – и тут же снова переключает внимание на Куклу.

Глава 3

Демоны выволакивают меня на улицу и бросают в грязный подтаявший снег. Начинают переругиваться, получив приказ всыпать мне плетей, быстро обнаруживают, что плети ни у кого из них нет. Вообще-то, если верить системному описанию, плеть есть у меня и даже «огненная», правда, я ее пока ни разу не доставал, и в текущем положении считаю, доставать не стоит.

Один из демонов предлагает блестящий компромисс, припомнив, как его самого однажды отдубасили черенком от лопаты. Однако идея развития не получает, ни лопаты, ни даже черенка от нее, у них тоже не обнаруживается. Тогда демоны пускают в ход то, что есть при себе всегда, начинают пинать меня ногами. При чем считать их, сука, явно не учили, а если и учили, то учителя их тоже не носили с собой ни плетей, ни лопат, и элементарный счет в этих недоумков не вколотили. Количество пинков по моим бокам сильно превысило предписанный вольным демоном «десяток».

«Вы получили ушиб тупым предметом, 4 ед. урона поглощено способностью силовой доспех, 3 ед. урона поглощено способностью каменная кожа, итоговый урон – 1ед… вы получили ушиб… итоговый урон – 2 ед… итоговый урон – 0 ед… итоговый урон – 1ед…» Вот значит, как работает мой силовой доспех. Урон держит хуже щита, зато закрывает все тело, а главное невидим, невесом и руки не занимает. По-моему, неплохо.

– Чо, хватит что ли? – наконец, осведомляется один из демонов.

– Да, точно хватит, – соглашается другой.

В этот миг из здания выходит вольный демон с Куклой под ручку. Бросает удовлетворенный взгляд на мое извалянное в грязи тело и довольно лыбится.

– Сколько плетей всыпали, низшие? – спрашивает строго.

– Ровно десять, вольный, как вы и приказывали, – не моргнув глазом врет демон.

Но вольный уже утратил интерес к моей экзекуции, он вовсю обхаживает Куклу.

– Прошу вас, госпожа… осторожно, госпожа, здесь скользко, позвольте я вас поддержу, – при этом поддерживать он старается Куклу исключительно за сиськи.

– Ой ну что вы, – манерничает Кукла, – Такие хлопоты из-за меня…

– Да какие хлопоты… сейчас доставим вас в расположение, так сказать, нашей скромной военной части… вот там вы почувствуете настоящую заботу… – обещает вольный, – Докатим, так сказать, на лихом кучере… да с ветерком… да в карете с резвым жеребцом.

Вольный выходит на проспект, что раньше был полностью забит машинами, а теперь снова чист, и неожиданно громко свистит в четыре пальца. С парковки выезжает и подкатывает к крыльцу повозка. В качестве кучера сидит сонный хоббит в дохе, вместо жеребца запряжен ослик, да и карета больше телегу напоминает. Однако качество транспортного средства вольного не смущает. Он подсаживает Куклу на телегу, откровенно лапая ее за зад, а затем забирается сам.

– В «Котлы», – бросает вольный, и сонный хоббит видимо в курсе местонахождения названного географического объекта. Ничего не сказав, трогает поводья. Ослик на удивление резво выкатывает повозку на проспект и, грохая подкованными копытами, удаляется.

– Э-эх, какая суккубочка, – мечтательно говорит один из демонов, провожая взглядом повозку.

– Не борзей, низший, – осаживает его другой, – Такая суккуба даже вольному не по рангу. К лейтенанту отойдет, не меньше.

– Вот именно, низший, – поддерживает еще один, – Ты в кости выиграл, так вали. Тебе и так смачная шлюха достанется.

Выигравший в кости демон спохватывается и уметывается в здание универа. Трое оставшихся помогают мне подняться на ноги и даже отряхивают.

– Мне кажется, тот низший смухлевал, – говорит один демонов, косясь на дверь универа, – Помните тогда, мы тоже в бордель пошли, у нас денег тоже на один талон хватало, и он тоже выиграл.

– Не, то другой был. Того твари из метро разорвали.

– Все равно смухлевал, надо ему темную устроить, – по-прокурорски упрямится демон.

– Это можно, – соглашаются демоны.

– Пошли что ли, низший, – это уже ко мне обращаются.

– А что за Котлы? – спрашиваю на ходу.

– Так поселение наше называется, – отвечает демон и ностальгически вздыхает, – А ты кто таков, коли не знаешь «Котлов»?

– Да я… это… – судорожно подыскиваю ответ, – … мне по башке крепко дали, память потерял… несколько месяцев на чер… – я осекаюсь, выдавать «чердак» нельзя.

– Чего? – переспрашивает демон.

– В подвале провалялся несколько месяцев, а потом та суккуба меня нашла и вытащила.

– Вон оно что… – демон кивает понимающе, – Тут поначалу бойня была ого-го. Ты поди-ка с первой волной сюда заходил?

Я криво и беспомощно улыбаюсь, мол без памяти я… мол не помню…

– А я-то думаю, – развивает мысль демон, – Откуда тут взялся непривязанный низший, да еще первый уровень.

– Это хорошо, что нам попался, – соглашается другой, – Мы тебя к нашему взводу привяжем. А то это… тебя любой хоббит соплей перешибет, и никто не заступится. Ты эта… не думай, мы не будем тебя расспрашивать откуда ты здесь появился. У нас эта… такое не принято.

– Это да, – поддакивает демон, – Мы все тута не от большого желания… колонизировать миры по своей воле никто не рвется.

– А почему мы друг друга низшими называем? – осторожно спрашиваю, вызывая дружный демонический смех.

– Так мы и есть низшие, – отсмеявшись говорит демон.

– Но мы же демоны?

– Вот именно. Если ты простой демон, то – низший. А дальше идет вольный, потом – ярый, потом – высший, а потом – арх. Но ты губу не раскатывай. Дальше вольного нам подняться не светит.

– А кто еще тут в городе есть? – продолжаю выспрашивать у демонов обстановку, – Я уже и гоблина видел, и орка…

– И гномы есть, и хоббиты, – продолжает список демон.

– А эльфы?

– Ты это, низший… – демон хмурится недовольно, – Не поминай даже… это… лучше не надо…

Фига се. Похоже тема эльфов у демонов – табу.

– А местные, которые люди, – меняю тему, – Их от демонов и не отличить почти.

– Это верно. Наши расы родственные. Люди, получается, от нашей демонской расы отпочковались.

– Ты путаешь, низший, – поправляет другой демон, – Это мы от них отпочковались.

– Ну… а я как сказал? – растерялся демон, тонкости вопроса почкования рас явно выходят за узкие рамки его способности к рассуждению.

– Слушайте, – я снова привлекаю внимание демонов, пока они не углубились в тему расообразования, – А этот ваш «вольный», он кто?

– Так наш взводный командир. Нашего второго взвода. Ты это… просись во второй, второй взвод – самый это…

За разговорами дошли до поселения «Котлы». Это реально оказались какие-то бывшие казармы. Тут даже на прилегающей территории все, включая кустарник, такое крашено-зеленое и соотносится исключительно под углом в девяносто градусов. Меня отводят к секретарю, который записывает меня во второй взвод и присваивает двадцать второй порядковый номер.

– Гляди-ка, – удивляется секретарь, – И взвод у тебя второй и номер из двоек. Может и на удачу.

– От удачи я бы не отказался, – говорю, – А почему именно мне двадцать второй? Я думал во взводе должно быть тридцать че… кхм… демонов.

– Так и было тридцать, – соглашается секретарь, – А теперь с тобою двадцать два.

Понимаю, естественная убыль населения. От старости, от перевода на новое место несения службы по случаю повышения в карьере, ну и редко-редко… от ранений несовместимых с жизнью. Как бы то ни было, привязку ко взводу я получил, и демоны-сослуживцы отводят меня в казарму второго взвода.

– Вот здесь мы… значит, – поясняет демон, – Вот эти все койки свободные. Любую выбирай. И это, можешь тумбочку занять.

Ну, мне лично тумбочка не нужна, но слова демона на заметку беру. У них инвентарь если и есть, то не особо большой, раз тумбочками пользуются. Прилег на койку, решил немного покемарить и попробовать как-то определить дальнейшие действия. Но, во-первых, ничего путного, кроме как попытаться выйти на полковника из «новой федерации», в голову не приходило, а во-вторых, вскоре демоны потянулись в столовку, а я решил от коллектива не отрываться пока. В столовой давали мясную похлебку, и пока ее хлебал поинтересовался у одного из демонов.

– Вот любопытно, – говорю, – Если убить живое существо, оно превращается в нежить, а если упокоить нежить, оно развеивается. Откуда тогда мясо берется?

– Да, крепко тебе по башке приложили, – сочувствует демон, – На то есть особая специализация – свежевание. Мясники, кстати, живут сыто и без риска. Хорошая спецуха. С такой не пропадешь.

Я соглашаюсь, «спецуха» и впрямь зачетная. Следом мысль невольно перескакивает на месяцы моего существования в виде зомби. Надеюсь, Алена кормила меня не человечиной. Судя по отрывочным вспышкам воспоминаний, мясо мне доставалось жесткое и жилистое. Успокаиваю себя предположением, что Алена давала мне собачатину.

После столовки меня вызвал к себе тот самый вольный демон командир нашего второго взвода.

– Значит так, низший, – вольный окинул меня оценивающим взглядом, будто видит в первый раз жизни, – Во время непосредственных боевых действий ко мне обращаться – «командир». В остальное время ко мне обращаться – «вольный». Усек?

– Усек, вольный.

– Вот и хорошо. Говорят, тебе память отшибло?

– Так точно, вольный.

– М-да, бывает. А с той суккубой ты как познакомился?

– Случайно вышло. Я в подвале сидел, а она меня вытащила, – понимаю, что враньем своим могу подставить и себя и Куклу, но надеюсь, Кукла как-нибудь вывернется, она походу из этого вольного демона и так уже веревки вьет.

– Случайно… – повторяет за мной вольный, – … значит так, через час сбор на плацу, выступаем на патрулирование. Сейчас иди в оружейку, там тебе помогут подобрать что-нибудь из оружия в счет будущего жалованья. Понятно?

– Так точно, вольный.

– Свободен.

В «оружейке» меня встретил седой шрамированный демон семнадцатого уровня, при чем обычный – «низший». Видать и впрямь, получение более высокого статуса «вольного» не гарантируют даже годы службы. Седой демон попросил вскрыть ему мои характеристики, я вскрыл, но только их, светить свои способности не стал, незачем ему лишнего обо мне знать.

– А ты странный низший, – прокомментировал седой, – Телесная крепость для демона у тебя уж больно низкая. Зато взрывная сила, как у хоббита какого. И при том у тебя первый уровень!

Я пожимаю плечами, мол чем природа наделила, с тем и живу.

– Ладно попробуй вот это, – седой достает из штабеля ту самую системную «ипонскую катану», – Мы обычно большими двуручными мечами бьемся, но с твоим телосложением его не потянуть.

– А можно немного поупражняться? – спрашиваю, – А то ведь за эту игрушку потом из жалованья выплачивать, вдруг не подойдет.

– Это да, – кивает седой, – Десять монет с тебя удержат. Вон там зал с учебным манекеном.

Захожу в небольшой зал с деревянным истуканчиком. Пробую ударить катаной по манекену и сразу прям понимаю, не мое это оружие: «урон по системному манекену 25 ед.» Засада. Шашкой своей я втрое больший урон наносил, и не по истукану, а по движущимся целям. Ладно, пришло время опробовать мою «огненную плеть».

Извлекаю из инвентаря, беру в руку. По форме – это та же шашка, только теперь она из багрового текучего металла вроде ртути, способного менять и возвращать прежнюю форму. Делаю привычный замах и бью по манекену. Шашка в замахе немного удлиняется, будто резиновая, а в момент удара хлестко и с оттяжкой лупит как гибкая розга: «урон по системному манекену 87 ед.»

Ай да плеть. Шашко-плеть. Вот это вещь. Если учесть, что в характеристиках я просел, моя новая плеть прежней шашке ничем не уступает. А если еще и прокачать ее получится… одним словом, нафиг катану. Сдаем обратно. Лупануть что ли еще разик плетью по манекену? Не, он еще после первого удара не сросся, я его на треть тулова прорубил. Еще испорчу, ну его от греха. Возвращаюсь к оружейнику, протягиваю ему клинок.

– Не подходит.

– Как хочешь, – седой спокойно забирает катану, – А чем биться будешь? Или твоя способность – «когти россомахи»?

– Не, у меня плетка есть, мне с ней привычнее.

– Может щит возьмешь к плетке? – предлагает седой, – Пять монет всего. Только деньги лично мне отдашь.

– Показывай.

Демон достает обычный системный щит. Первый порыв отказаться, я такие в прежнее время в торговом терминале сразу стопку слил за бесценок. Но я беру. Сгодится в кулацком хозяйстве. После оружейки сразу иду на построение второго взвода, где занимаю место замыкающего. Я ж двадцать второй порядковый номер.

Командир отводит нас к ближайшему метро. Здесь уже стоит небольшой отряд из пяти кряжистых гномов 12–15 уровня в тяжелой броне с секирами в руках. Один из гномов кинул на наш взвод неприязненный взгляд и сплюнул:

– Опять демонов-придурков прислали, – говорит он товарищам.

– Их не жалко. Вот и прислали, – отвечает другой гном, – А нам-то что? Наша смена закончилась.

Гномы уходят, мы строимся перед входом в метро.

– Взво-од, – отдает приказ наш командир, – К несению службы у объекта метро приступить!

– Есть, командир! – вразнобой выкрикивает взвод.

Командир зевает и сваливает, оставив нас одних.

– К суккубе своей умотал, – тут же закладывает командира один из демонов.

– А что ему тут с нами торчать? – резонно возражает другой строевой демон, – Опыт ему и так с нас идет. На кой шкурой рисковать.

– А как вообще опыт распределяется? – спрашиваю рядом стоящего демона.

– Половина себе – половина командирам.

– А на отряд распределение идет?

– Обломайся, однерка, – это демон указывает на мой позорный первый уровень, – Халявы не будет. Кого сам завалишь, с того и опыт получишь.

Если он думает, что я расстроен, то он ошибается. Хотя ниже третьего уровня во взводе кроме меня нет никого, я только рад, что с группой делиться не понадобится. Хватит и того, что отцы-командиры себе половину отхапают. Через полчаса стало скучновато, солнце покатилось за горизонт, похолодало, пошел липковатый полумокрый мартовский снежок.

– А чего мы тут караулим? – опять спрашиваю соседнего демона.

– Прорыв из метро, – бурчит демон.

– И кто там? – всматриваюсь сквозь разбитые стекла дверей в темное провалище спуска в подземку, но не вижу ни намека на движение.

– Хаос и нежить.

– А если не вылезут?

– Вылезут… щас стемнеет побольше и вылезут.

Сосед оказался прав. Первыми полезли зомби и скелеты. Выбивая из дверного ряда остатки стекольных осколков полезли толпой тел в пятьдесят. Уровни до седьмого. Будь я здесь один, уже бы ноги сделал. А пока посмотрю, как будет справляться взвод бравых демонов.

Сразу стало понятно, биться строем демоны не умеют. Вооруженные длинными мечами, булавами, двуручными топорами они тут же развалили построение, каждый машет своей собственной ковырялкой, никак не принимая во внимание своих товарищей. Да и ладно, я и сам в строю никогда не бился. Мне так даже удобней.

Мой сосед уже рубится со скелетом пятого уровня. Скелет ловко уворачивается от неуклюжих ударов двуручника и наносит демону неприятные колющие удары ржавым мечом. Он бы так и затыкал бедолагу, но удача ему изменила. В какой-то миг скелет оступился и отшагнуть не успел, меч демона развалил его в груду костей. Ну что ж. Пора и мне повеселиться.

Выбираю себе противника. Зомбак четвертого уровня. Тип – загонщик. Не очень сильный, но шустрый. Вот сейчас и сравним, кто из нас шустрее. Я немного отвожу щит в сторону, приоткрывая свою бочину, и зомбак шансом пользуется. Прыгает на меня. Я с легкостью успеваю сместиться, зомбак промахивается, разрубаю его поперек туловища.

Все-таки превратившись в демона, я стал намного резче. К следующему противнику подбегаю уже сам. Скелет ловко, возможно даже мастерски управляется со ржавым мечом, но я тупо его быстрее и резче. Сбиваю его щитом на землю и добиваю в один удар. Отскакиваю, чтоб не дать себя окружить, делаю небольшой крюк, чтоб зайти за спины нежити. И снова подбегаю, рублю и отбегаю.

Глава 4

Моя повышенная подвижность и резкость мне определенно нравятся. Еще бы выносливость подкачать, а то после четвертого рывка сбиваю дыхание и отступаю, чтоб немного отдышаться. Отдышаться мне не дают. На меня набегает скелет с копьем, спасибо седому оружейнику, что насоветовал взять обычный щит. Прикрываюсь, разрубаю скелета, но по правой руке меня успевает полоснуть когтями зомби.

«12 ед. урона поглощено способностью силовой доспех, 5 ед. урона поглощено способностью каменная кожа, итоговый урон – 0 ед.» Обломайся зомбушка, даже подранить меня не смог, впрочем, удар его был скользящий и на излете. Срубаю зомбаку голову и делаю еще пару шагов назад. Дайте уже бедному демону отдышаться…

Я сильно оторвался от неровного строя демонов, делаю еще один дуговой рывок и возвращаюсь на свое место. Здесь всяко будет полегче. Мой сосед демон упокоил очередного зомбака, но на него нападают еще двое сразу. Не судьба мне отдышаться. Одного из двух зомби беру на себя. Того, что пошустрее. Демоны ребята крепкие, но именно нехватка подвижности и резкости – их главная уязвимость. Удалось подловить шустрого четко под удар, разваливаю его аж до задницы. Вот точно, моя огненная плеть даже лучше прежней шашки.

Демон сосед со своим противником тоже разделался, однако ему неслабо так поплохело. Я хотел было проявить сочувствие и поинтересоваться самочувствием, но спохватился. Его новая системка: «зомби ур. 4», – ясно дает понять, интересоваться его здоровьем уже бессмысленно.

Срубаю голову бывшего соседа и занимаю его место. Был я двадцать вторым, стал двадцать первым. На меня прет еще один зомби, но до меня не доходит. Кто-то опускает ему на голову молот. Все. Отбились, больше никого нет. Переглядываемся, пересчитываем собственное поголовье. Насчет двадцать первого я погорячился. Мой порядковый номер теперь, оказывается, восемнадцатый.

– Дальше хаос попрет, – предсказывает кто-то из демонов, – Они всегда за нежитью…

Но предсказатель ошибся. Что-то большое, темное и бесформенное показывается во мраке выхода из метро, а следом сразу несколько дверей вылетают наружу под ударом огромной туши.

– Кадавр! – поправляется демон-предсказатель, когда и без него уже все прочитали системку над очередной нежитью.

Кадавр – непонятно как слепленное нечто из множества мертвых тел, многорукое, многоногое, многоголовое. Демоны грязно ругаются, выход кадавра, существа двенадцатого уровня, сотворенного на стыке двух магий: смерти и хаоса, для них сюрприз крайне неприятный. А я прикидываю свои шансы. Кадавр крут, но неуклюж, вот прям мой клиент, к гадалке не ходи… и к демону-предсказателю не ходи тоже. Сам управлюсь, минуты передышки, чтоб отдышаться, мне вполне хватило.

Бегу на кадавра с целеустремленностью «ипонского комикадза», будто собираюсь прорубить в его огромной туше тоннель. Кадавр на мой трюк покупается и выставляет мне навстречу сразу несколько своих конечностей, а я вхожу в занос, как болид формулы-один в поворот, и хитроумно, как мне кажется, забегаю кадавру за спину… и обламываюсь, потому что спины как таковой у кадавра нет. У него во все стороны торчат и бошки… и руки… и ноги.

Мало того, кадавр изрыгает на меня какую-то вонючую ядовитую слизь, увернутся от которой полностью мне не удалось, благо, попало на меня этой дряни немного. Учитывая мое сопротивление ядам, урон минимальный. Я начинаю крутиться как мангуст вокруг кобры и рубить одну за другой ему конечности и головы.

Я неплохо справляюсь, мне вполне по силам разделаться с ним в одиночку, но собратья мои демоны не любят, когда кто-то отрывается от коллектива, они тоже подключаются к веселью. А чего бы не подключиться, когда половина конечностей кадавром утрачена, а запасы ядовитой слизи исчерпались? Так что добивали чудище всем взводом, и каждый старался успеть нанести побольше урона, чтоб отжать на себя в итоге побольше опыта.

Но, полагаю, больше всего урона по кадавру прошло все-таки от меня. Когда его туша осыпалась черным песком и растворилось, словил оповещение о получении нового уровня… четвертого! А когда я успел еще два уровня взять и не заметить? Пользуюсь очередной минутой затишья и просматриваю журнал боя.

Ага, второй уровень я отхватил, когда зарубил четвертого по счету противника. Ну да, забыл, что по началу уровни даются легко. Третий уровень взял на бывшем соседе, за него тоже опыта отвалили. Ну и за кадавра дали много. Похоже, львиную долю опыта за эту тварюгу именно я и получил. Вон братки демоны, посматривают на меня неодобрительно. Подозреваю, в их головах уже зреет стандартное умозаключение: «он смухлевал» и «надо ему темную устроить».

А слова с делом у этих ребят, как я понимаю, не расходятся. Тот счастливчик, что выиграл сегодня талон на посещение борделя щеголяет свежим фингалом и распухшим ухом. Ну да ладно, решать проблемы будем по мере их поступления. Наше бдение у метро еще не закончилось.

Следующий прорыв случился уже при свете луны, когда неугомонный «демон-предсказатель» выдвинул предположение, что сегодня больше никто из метро не полезет. Не прошло и минуты как поперла новая волна. Теперь это действительно оказались твари хаоса. Хаотический прорыв не смог представить нашему вниманию особей высокого уровня, зато компенсировал сей недостаток их разнообразием.

Четырехрукие наги со змеиным телом; восьминогие псы, имеющие вместо хвоста вторую пасть; и летучие блинчики с глазами навыкате, похожие на медуз, выстреливающие ядовитыми стрекалами. И если бы твари хаоса были способны действовать хоть сколько-нибудь организованно, они бы нас уделали. На наше счастье они вываливались из метро безо всякого порядка, и мы успевали с ними разобраться.

Самыми неприятными оказались импулы – этакие «летучие блинчики». Когда мне прилетело в шею ядовитым отростком, пережил несколько очень неприятных секунд болезненных судорог, сопровождающихся выходом изо рта пены. Силовой доспех спас только частично, а каменная кожа и вовсе от их яда не защитила. Даже когда вернулся контроль над телом, меня еще с минуту потряхивало в конвульсиях. Чуть позже я разобрался в повадках этих летунов, перед броском они выгибались в дугу, главное успеть это заметить и прикрыться щитом.

В общем «хаос» оказался противником неприятным, но вполне преодолимым. Справляться с хаоситами трудно, пока не знаешь, чего от них ждать. Как только более-менее понимаешь, на что они способны, все упрощается на порядок. Правда, под утро, когда клятые «блинчики» полетели непрерывным потоком, я получил несколько отравлений-ожогов от их стрекал. Но демон, как и человек, та тварь, что ко всему привыкает.

В конце, даже исходя пеной изо рта, я продолжал нарезать летающие блинчики как пиццу, за что получил нежданное достижение: «вы одолели десять исчадий хаоса, невзирая на полученный урон от их отравлений, награда: сопротивление ядам 3». Отлично, не придется потом тратить драгоценные очки на прокачку важной способности.

Когда забрезжил рассвет, атаки хаоса сошли на нет. Около получаса я, как и остальные пятнадцать выживших демонов, переводил дух, тихонько радуясь росту в уровнях. Я взял пятый, и не было среди нас демона, кто не поднял хотя бы одного уровня. А затем пришла смена. Десяток бойцов из племени человеческого, как я понял, все из поселения «новая федерация».

Я боролся с желанием подойти к этим ребятам и как на духу рассказать все: и про легендарное задание, и про то, какая опасность нависла над человечеством. Пусть проникнутся… с полковником меня сведут, что ли… Ну явно эта задача в одиночку мне не по зубам. А полковник пусть подключает свои ресурсы, в конце концов, вызволять Алену надо всем миром. И все же так и не подошел. Поверят ли мне эти ребята? Поверит ли мне сам полковник? Не факт. Я сам-то системе не доверяю. А вот припомнить мне, что я помог универу отбить атаку и вырезать пол отряда «новой федерации», могут запросто.

А затем за нами явился наш командир, вольный демон. От него пахло коньяком, сырокопченой колбасой, и сам он сиял как начищенный пятак. Еще бы, засранец нашими стараниями, палец о палец не ударив, взял новый уровень. Теперь двенадцатый у него. Вольный отвел нас в казарму, где я едва добрел до койки и рухнул спать как убитый.

Проснулся от рокочущего грозного бубнежа. Приоткрыл один глаз, оценил обстановку. Солнце уже высоко, скорее всего за полдень. Оно и понятно, мы из караула вернулись, считай уже утро наступило. Четверо демонов сидят за столом и что-то обсуждают, бросая на меня колючие взгляды. Все они раздеты до пояса, выставляя напоказ прокачанную мускулатуру. Я спускаю ноги на пол и сажусь на кровати.

– Я не мухлевал, – говорю громко, чем вызываю у демонов удивление.

– Подслушивал? – строго спрашивает демон.

– Нет.

– Как же не мухлевал, если за раз взял четыре уровня? – обличает меня демон, – Ясно, что мухлевал. Надо тебе темную устроить.

Все-таки демоны, как дети. Им проще придумать виноватого, чем смириться с суровой правдой жизни. Они встают из-за стола и насупив брови идут ко мне. И вот что мне делать? Не насмерть же с ними рубиться из-за ерунды. Но и получать фингал под глаз тоже не хочется.

– А ты разве не мухлевал?! – кричу я неожиданно, и пока демоны недоуменно переглядываются, выхватываю из инвентаря бутылку водки и ловко отбиваю горлышко об лобешник ближайшего ко мне, – Гляди-ка. Удачно получилось. Горлышко отлетело, а бутылка целая.

– Эта… действительно целая, – соглашается демон, потирая ушибленный лоб, – А зачем оно… это?

– А ты сам посуди, – импровизирую на ходу, – Кто мухлевал, я или твой лоб?

– Мой лоб не мухлевал, – уходит демон в несознанку, хотя полной уверенности за собой явно не чувствует.

– Так и я не мухлевал, – заявляю с обезоруживающей прямотой и, пользуясь моментом, перевожу тему, – Водку будете?

– Водку? Водку будем.

Демоны организовывают посуду. Я разливаю бутылку по кружкам.

– Ну, за честный бой! – провозглашаю тост, и демоны с радостью поддерживают.

Выпиваем. Демоны крякают. Косятся на меня тем хитроватым взглядом, что означает: хорошо, но мало. Достаю еще одну бутылку, открываю уже без гусарства, просто скручивая пробку.

– Точно не мухлевал?.. ну тогда выпьем…

Чтоб окончательно закрыть вопрос с мухляжом, пришлось достать третью. Зато демоны прониклись ко мне доверием.

– Слышь, низший, сегодня вечером проспект патрулируем, а потом пойдем в подвальчик «Под Котлом». Ты с нами?

– Конечно, – говорю, – Куда ж я без вас.

Отстали от меня демоны, а я завалился обратно на койку. Пришло время распределять накопленный запас очков аж с четырех взятых уровней.

Титульная (исходная раса) – человек

Обретенная раса – демон

Уровень 5

Специализация – рывок (не требующая активации способность, основана на измененном типе химических процессов, позволяет в постоянном режиме задействовать ресурсы организма для ускоренного сокращения всех мышц)

Сила напряжения – 18

Взрывная (резкая) сила – 18

Выносливая сила – 12

Сила телесной крепости – 15

Свободных очков характеристик – 4

Способности: сопротивление ядам 3, регенерация 2, каменная кожа 1, метаболизм 4, усиление костной ткани 1.

Особые способности: силовой доспех – 1, огненная плеть – 1

Свободных очков способностей – 4

М-да. Раньше за каждый уровень мне отдельно давали единичку к телесным способностям и еще единичку к характеристике вооружения. А теперь фиг. Одно очко на все про все. Хочешь в тело его вложи, хочешь в оружие. С другой стороны, раньше моя шашка половину опыта отъедала, а теперь такого нет. Учитывая, что половину отъедают отцы командиры, то может оно и к лучшему. Как бы я тогда вообще уровни брал, если бы половина опыта шла к демонам, а еще половина от оставшегося уходила на оружие.

Итак, сначала разберусь с силовыми характеристиками. Два очка вкладываю во взрывную силу, доводя ее до двадцатки в надежде на бонус. Ибо в бытность мою человеком при достижении двадцати единиц бонус давался. Обламываюсь. Постдемонический период моего бытия на бонусы еще скупее прежнего: «набрав по двадцать единиц во всех четырех силовых характеристиках, вы получите дополнительную особую способность или существенное усиление имеющейся способности».

Вот те раз. Чтоб догнать все характеристики до двадцатки, мне придется взять еще тринадцать уровней. При таком раскладе доводить прямо сейчас до двадцатки силу напряжения не вижу смысла. У меня явные проблемы с выносливостью. Оба очка в нее.

Теперь по способностям. Коммунистический лозунг: от каждого по способностям, каждому по потребностям, – в моем случае также несбыточен, как во времена построения развитого социализма. Потребностей у меня вагон, а свободных очков способностей всего четыре штуки. По опыту знаю, чем выше ранг способности, тем больше очков требуется для ее дальнейшей прокачки. Пора выяснить точнее, сколько конкретно очков и на какой ранг. Система выдает мне шпаргалку в виде таблички.

ранг способности требуется очков

способность 1 ранга 1

способность 2 ранга 1

способность 3 ранга 2

способность 4 ранга 4

способность 5 ранга 8

Пятый ранг способности предельный. Дальше не прокачивается в принципе. То есть свой крутой «метаболизм 4» я теоретически могу поднять еще на ранг, но для этого нужно вложить аж 8 очков. Кем я тогда стану, и что мне даст такая круть, не знаю, а система, гадина, умалчивает.

Ладно, метаболизм побоку. Он мне не по карману пока. Так и пойду, буду отметать все неактуальное. Сопротивление ядам могу поднять до четвертого ранга, потратив все свободные очки, но не вижу смысла. Отметаем. Регенерация тоже справляется пока неплохо. Ее тоже в сторону.

Можно поднять каменную кожу и усиление костной ткани. Так бы и сделал, если б летающий блинчик не показал, что моя каменная кожа для его стрекал – не защита. А что-то мне шепчет чуйка, встреча с враждебным хаосом была не последней. А потому вкладываю очко в силовой доспех, и следом еще два очка в него же, подымая его в итоге до третьего ранга. У меня осталось одно единственное очко, которое вкладываю в свою «Огненную плеть».

Уровень 5

Сила напряжения – 18

Взрывная (резкая) сила – 20

Выносливая сила – 14

Сила телесной крепости – 15

Свободных очков характеристик – 0

Способности: сопротивление ядам 3, регенерация 2, каменная кожа 1, метаболизм 4, усиление костной ткани 1.

Особые способности: силовой доспех – 3, огненная плеть – 2

Свободных очков способностей – 0

Вот вроде бы сиганул с первого уровня до пятого, а раскидал очки, будто ложку каши по тарелке размазал. Не сказать, что прям как-то серьезно усилился. И насколько улучшились мои доспех и плеть еще разбираться надо. Да, они мои козыри, но сильно сомневаюсь, что тузы.

Поднимаюсь с кровати. До вечернего патруля время есть. Стоит провести его с пользой. За то время, что на чердаке зомбаком просидел, мир сильно изменился, а я почти ничего о нем не знаю. Демоны-сослуживцы на меня внимания не обращают. Кто в кости режется, кто в карты. Какому-то «мухлевану» уже «темную» устраивают. Я так понимаю, в этом и состоит «размеренный» и неприхотливый быт демонической низкоуровневой пехоты.

А я дойду пока до оружейника, он показался мне единственным адекватным демоном из всех доселе встреченных. К тому же и повод есть. За ночной караул мне начислили семь монет. Можно рассчитаться за щит, не опасаясь вопросов, откуда у меня взялись системные деньги.

Иду по коридору к оружейке и слышу этакий характерный шум мужского игрового веселья: возгласы, окрики, торопливый хохот. Не удерживаюсь и прохожу по коридору чуть дальше нужного. Ага, вон в том помещении веселуха идет. Дверь открыта, чего б не заглянуть? Заглядываю осторожно.

Глава 5

Это бильярдная. Вижу нашего командира второго взвода, еще одного вольного в таком же полугусарском мундире, подозреваю, еще один взводный командир. Третий демон одет, я бы сказал, построже и поприличнее – «ярый демон ур. 33». Ага, похоже он и есть помянутый ранее лейтенант. Все трое с киями в руках, партия в разгаре.

И есть еще четвертый персонаж, в игре участия не принимающий, но зато этакий центр всеобщего внимания. Вы ведь догадались уже, кто это? Разумеется, Кукла. Сидит в кресле, закинув демонстративно ноги в вызывающих красных туфлях на круглый низенький столик с выпивкой и закусками.

Демоны курсируют по очереди между бильярдным столом и столиком с выпивкой, подливают себе коньяку, и пялятся на ее ноги… потом выше… еще выше… потом ловят ироничный взгляд Куклы и снова опускают глаза… ниже… потом еще ниже… чокаются с ее красной туфелькой, выпивают и отходят, чтобы зайти на следующий круг: бильярд… выпивка… ноги Куклы.

Демоны слишком увлечены, чтобы глазеть по сторонам, а вот Кукла, будто почувствовав мое присутствие поворачивает голову и смотрит на меня откровенным своим блядским взглядом: «суккуба ур. 4». А я чувствую себя как школьник, пойманный на том, что подсматривал за женской раздевалкой. Прячусь за дверь и поспешно, но бесшумно на цыпочках ухожу.

Вот, казалось бы, какое мне дело, чем Кукла занимается? И уж подавно не мое дело, каким местом Кукла умудрилась взять четыре уровня… хотя чего там гадать? Все ж очевидно… у суккубы свой способ прокачки. Но не могу с собой ничего поделать. Видеть четырехуровневую Куклу в обществе господ офицеров неприятно. «К черту Куклу, – делаю себе внушение, – она мне никто… и закрыли тему».

Дохожу до оружейки. Здесь, к счастью, все спокойно. Седой демон со шрамированной рожей встречает мой приход невозмутимым видом буддийского монаха.

– Живой что ли? – цедит седой через губу, и я догадываюсь, это он так завел со мной непринужденный разговор.

– Уж немертвый, – ответ мой неоднозначен, немертвыми часто называют зомбаков.

– И что принесло удачливого демона-пятерку в мою скромную оружейку?.. – по всему видно, мой ответ седой демон оценил, как достаточно остроумный для продолжения беседы.

– Пять монет, – говорю и перечисляю демону системные деньги, – Твой щит меня сильно выручил…

Достаю из инвентаря бутылку виски, смотрю вопросительно. Демон благосклонно кивает и выставляет на стол пару стопок. Начало контакта положено. Демоны – народ пьющий, мне это на руку. Разливаю. Демон берет свою стопку, я – свою.

– Да не остудеет мировой котел, – демон задвигает толи тост, толи молитву, и мы выпиваем, – Говорят, тебе память отшибли? – любопытствует седой, наблюдая, как я разливаю по второй.

– Эльфы, – тут же нахожусь с ответом в надежде, что тему эльфов седой захочет развить.

– Эльфы – те еще засранцы, – старый оружейник мои ожидания оправдывает, – Как ты умудрился им дорогу перейти?

– Не помню толком, – мы опрокидываем по второй, – Там у них Линолеум какой-то за главного.

– Леноэлам, – поправляет меня седой и хмыкает, – Они сильно огорчаются, когда их имена коверкают.

– Ага. Вот походу они и огорчились, – наливаю по третьей, – Добраться бы до Ленолома этого, надрать бы ему зад.

– Демоны отважны, но скудоумны, – вздыхает седой и выпивает, – Выкинь это из головы, низший… подольше проживешь. Тебе и так повезло, что только память подчистили, они с нашим братом обычно не церемонятся.

– А что мы вообще здесь делаем? – разливаю по новой, – Ну, в смысле в этом мире.

– А-а, – демон опрокидывает вискарь и морщится, – Политика… здесь перспектив у нас никаких. Иначе сюда бы арха прислали… а здесь даже высшего ни одного нету. Несколько ярых с сырой магией, вот и вся наша сила.

– Тогда тем более непонятно, на кой нас сюда закинули.

– Я же говорю, политика. Создаем видимость присутствия. Вроде как участвуем в колонизации, а на деле наши архи опять у эльфов выторгуют компенсацию и нас отсюда выведут.

– Понятно. Значит, эльфам нам противопоставить нечего.

– Нам, – седой стучит ногтем требовательно по стопке, наливай мол, – Тут не то что нам. Даже если случись невозможное… – седой наклоняется ко мне через стол и понижает голос до шепота, – …случись невозможное, и мы объединимся со всеми: орками, гоблинами, аборигенами местными, – все равно против эльфов нам не выстоять.

– Не знал, что их здесь так много, – наполняю стопку седого.

– А их здесь немного, низший, – седой выпивает, – У них каждый либо друид, либо мастер боя. Их тут, низший, много и не надо.

Седой откинулся на спинку стула, уставился на меня из-под насупленных бровей. Дает мне понять, что сказал мне и так слишком много, пора мне и честь знать. Поднимаюсь. Благодарю еще раз за насоветованный щит. Недопитую бутылку оставляю на столе, чем вызываю у седого демона одобрительный взгляд.

Возвращаюсь в казарму и опять заваливаюсь на кровать. Лежу на спине, гляжу в потолок, пытаюсь осмыслить полученные сведения. Картина рисуется довольно безрадостная. Если верить седому, а не верить ему, оснований пока нет, мне даже к людскому полковнику из «Новой федерации» идти бессмысленно. Не помощник полковник в моем деле.

И что мне делать дальше? По идее с демонами мне не по пути. Седой четко обозначил их приоритеты. Потусят здесь, получат от эльфов отступные и свалят. Но куда подаваться лично мне, пока идей нет. К тому же я не имею представления, что будет с моей привязкой ко взводу. Я ж теперь вроде как подневольный. Даже если сбегу по-тихому, половина опыта так и будет к демонам отходить? А если меня за побег какими-нибудь штрафняками обложат? Может статься прокачка совсем на нет сойдет.

Может с Куклой поговорить? Она наверняка успела вытянуть из господ-офицеров какие-нибудь сведения. Но отказываюсь от этой затеи. Ну ее к черту. Что полезного она могла узнать? Длину и толщину офицерских херов? Обойдусь без этих сведений. До вечернего построения так и провалялся на кровати.

Когда пришло время выходить в патруль, командир разделил остатки нашего взвода на три части. Я оказался в группе вместе с еще пятью демонами. Мы получили маршрут движения и двинулись по проспекту. Уже в первые минуты стало понятно, даже вшестером хоть сколько-нибудь серьезной силы мы не представляем.

Наши уровни: с пятого – это мой, по седьмой. При этом по проспекту снуют представители самых разных рас, и мало у кого уровень ниже десятого. Орки смотрят на наш отряд с нескрываемым презрением, даже мелкие хоббиты умудряются глядеть на нас свысока. Демоны это чувствуют, идут понуро, к стеночке жмутся, лишний раз боятся рот раскрыть. Не боевой патруль, а издевка какая-то.

А я гляжу по сторонам, старательно впитываю в себя информацию. Как минимум, мне хочется узнать, что нужно на матушке Земле всем этим «колонистам». На кой они сюда приперлись? Что их интересует: сама земля, полезные ископаемые, земные товары?

– Слышь, низший, – обращаюсь к одному из демонов, – Тут раньше весь проспект был забит машинами…

– Чем?

– Ну железными телегами на колесах…

– А. Эта… их все гномы в свой мир утащили. Говорят, метал неплохой. Забрали на перековку.

Понятно. Наши ископаемые «колонистов» тоже интересуют.

– А чего вообще здесь полезного, кроме железа, – продолжаю расспрашивать.

– Бордель, – не задумываясь отвечает демон, – И эта… в подвальчике «Под котлом» водка хорошая.

Ну да, чего еще я ожидал услышать от недалекого демона. Иду дальше, кручу головой. В городе довольно оживленно. Не настолько, как было до апокалипсиса, но народу хватает. Колонисты заставили людей потесниться. Поселение орков, сменяется поселением гномов, а следом поселением мелких хоббитов, и так далее. При этом ни одного эльфа я так пока в городе и не встретил.

Никто ни с кем не воюет. Видимо, перед угрозой угнездившегося в метро хаоса и нежити, разные расы объединились, или по меньшей мере соблюдают нейтралитет. Все выходы из метро перекрыты заслонами. Причем смешанных отрядов не встретишь. Если у одного выхода видишь людей, у следующего будут стоять орки, хоббиты или гномы. Один раз попался неполный взвод демонов. Отряд демонов самый многочисленный из всех встреченных, и это легко объяснимо, демоны по уровням самые слабые из всех.

К нашему патрулю подбегает хоббитанка в фартуке подавальщицы.

– Патруль, – вопит мелкая, – Патруль!

Демоны мрачно переглядываются и обреченно следуют за подавальщицей в заведение с говорящим названием «Сытая нора». Заходим внутрь и причину обращения к патрулю обнаруживаем тут же. Гном по пьянке сцепился с гоблином. Гоблин уже явно в отключке, но воинственный гном потерю соперником чувств не считает достаточным основанием для прекращения драки. Он схватил бедолагу за ноги и машет им как ударным инструментом, круша гоблинской головой столы и стулья.

– Прекратите, – верещит хоббитанка, – Вас сейчас патруль заберет.

Демоны вжимают головы в плечи и пытаются прикинуться неодушевленной мебелью. Не отреагировать на обращение мирного жителя они не могли, но останавливать стихийный разгул двадцатиуровневого гнома с пудовыми кулаками им не хочется вот прямо очень.

– Патруль, – в мутных глазах в дрова бухого гнома проскакивает искорка удивления, он видит нас, и ему становится настолько смешно, что даже гоблина роняет, – Патру-уль. Это же мясо! Это же демоны-ы-ы.

Гном решает, что бить бессознательного гоблина ему больше не интересно и шагает на нас. И как-то так выходит, что все демоны, кроме меня успели забиться по щелям. Только я один строю из героя… ну, не совсем героя… и не совсем строю. Я прикидываю свои шансы.

Я ведь не так давно был пятнадцатым уровнем. Да с меня порезали восемь единиц характеристик из которых четыре я уже вернул обратно. А вот в подвижности и резкости я даже прибавил. Я не столько надеюсь на свой силовой доспех и прочие способности как аргумент против тяжелых кулаков. Скорее делаю ставку на то, что гном вообще попасть в меня не должен. К тому же он пьян чуть не до невменяемости.

Начинается пляс. Гном прет на меня буром, размахивая руками как лопастями, а я скачу как саранча, осыпая гнома ударами. Через минуту рожа гнома начинает походить на отбивную котлету, но он слишком пьян, чтоб обращать внимание на подобные мелочи. Еще через минуту гном заляпан собственной кровью с головы до ног. Его ощутимо качает, но крепок гад, падать не собирается.

Демоны ликуют и улюлюкают. Остальные посетители «Сытой норы» тоже впадают в азарт. Толстый хоббит за стойкой, не иначе хозяин заведения, активно принимает ставки. Мелкий хитрожоп решил подзаработать на тотализаторе, чтоб было потом чем оплачивать ремонт заведения.

Когда я подрасслабился, резонно полагая, что рано или поздно гном все-таки упадет, сам гном похоже слегка протрезвел, вспомнил, гаденыш, про какую-то свою активируемую способность и топнул по полу, да так, что пол подо мной закачался. Гном воспользовался мгновением моей дезориентации и сцапал-таки меня в захват.

И вот тут я понимаю, что выражение «железная хватка» в некоторых случаях можно употреблять в буквальном смысле. Гном роняет меня на пол, стянув мою грудную клетку как в тисках. Системный интерфейс заваливает меня паническими сообщениями, что ни доспех, ни каменная кожа, ни усиленная костная ткань сдержать чудовищной силы давления не в состоянии, и что даже мой мега-прокачанный метаболизм не сможет долго поддерживать меня в жизнеспособном состоянии в условиях полного прекращения доступа кислорода в мои легкие.

А я луплю и луплю кулаком в гномье ухо. Взгляд подергивается розовой пеленой, а я все равно луплю и луплю. От кислородного голодания сознание мое уплывает, но я луплю и луплю… а потом что-то происходит. Гномья хватка разжимается, я делаю самый болезненный вдох в своей жизни. Интерфейс истерит красными буквами, что ни одного целого ребра у меня не осталось, что на регенерацию уйдет свыше семнадцати часов, но я жив, это главное.

Меня поливают водой, гнома тоже поливают водой. Потом мне помогают сесть. Демоны радостно вертятся вокруг меня, как дети вокруг новогодней елки с подарками. Еще через пару минут я прихожу в себя достаточно, чтобы поддерживаемый двумя сослуживцами встать на ноги.

Дальше помню, как в тумане. Демоны ради особого случая наняли экипаж со впряженным ослом и хоббитом на козлах. В телегу загрузили меня и связанного гнома-дебошира. Сами демоны обступили телегу и сопровождали весь путь до казарм, как почетный караул. Картинно строя скучающий вид, они с этакой ленцой сообщали любому, проявившему малейшую толику любопытства:

– Да вот гном-двадцатка устроил драку в общественном месте. Пришлось задержать, – и рожи при этом такие каменно-героические, ну прям куда бежать… стражи порядка на службе отечества…

А я помаленьку восстанавливаюсь, читая очередное системное сообщение: «Вы одолели в кулачном поединке существенно превышающего вас по уровню именитого титулованного соперника, проявив неслыханную волю к победе и не взирая на серьезнейшие телесные повреждения. Награда: регенерация 3, до полного восстановления организма – 4 часа 30 минут».

Когда повозка дотащила нас до «Котлов», мой уровень жизни из красного предсмертного сектора, переполз в тяжелобольной оранжевый. Демоны посчитали, что в таком состоянии мне ничто не мешает посетить любезный их сердцу подвальчик «Под котлом». Моего мнения не спрашивали.

Охая от боли, я был доставлен в это питейное заведение и даже мое третье-ранговое сопротивление ядам от опьянения не спасло, ибо, чтоб не обидеть, приходилось выпивать с каждым демоном, стопку в дар подносящим. Но это ладно, через какое-то время в подвальчик спустился гном-дебошир. Он протрезвел, оплатил штраф и успел полностью отрегенерировать. Трезвый гном желал своими глазами увидеть демона, что одолел его на кулачках.

– И вот это щуплое недоразумение меня побило? – восхитился гном.

– Да-да. Это он. Бил тебя как эта… молот по наковальне, – с гордостью ответствовали демоны.

Гном покачал головой и выкатил из инвентаря за свой счет бочку какого-то сверх забористого семидесятиградусного пойла. Я воспользовался всеобщим опьянением и из подвальчика свалил. У демонов случился праздник национального самосознания, как если бы сборная по футболу, отродясь не выходившая из подгруппы, победила в четвертьфинальном матче фаворита с разгромным счетом.

Вот и пусть празднуют, за демонов я даже рад, но лично мне праздновать пока нечего, будь тот гном хоть немного трезвее, догадайся он чуть раньше задействовать свою активируемую способность… я б наверно был уже мертв. Так что, нечего мне пока праздновать…

Захожу в казармы с единственной мыслью, – добраться до кроватки. Слышу вроде звук какой-то за спиной. Поворачиваюсь. В конце коридора из-за угла украдкой выглядывает Кукла, подает мне бровями знаки, смысла которых я постичь не в силах. Спиртного влили в меня много, до полного вытрезвления мне нужно еще полчаса, желательно в состоянии покоя.

Я пожимаю плечами, обозначая непонимание. Я и впрямь не понимаю, чего Кукле от меня понадобилось. Я теперь обычный низший демон, а она неплохо так устроилась под крылышком господ офицеров. Кукла делает сердитые глаза и машет рукой, подзывает к себе. Ладно, подойду. Я не гордый. Прохожу по коридору и заворачиваю за угол, Кукла предостерегающе прижимает палец к губам и тащит меня за руку. Не понимаю, чего она тут устроила игру в шпионов, но не рыпаюсь, иду следом. Поднимаемся на второй этаж, Кукла заводит меня в небольшую комнату и запирается изнутри.

Глава 6

Две трети комнаты занимает большая двуспальная кровать. В изножии кровати притулилось трюмо с раскладным зеркалом. Больше ничего нет, даже стула. Тесновато, зато без соседей. А вообще неплохо так Кукла устроилась. Главное, рабочее место оборудовано: кровать что надо – траходром. Она садится на краешек этой большой кровати и хлопает ладошкой рядом с собой, приглашает присесть.

– Вить, располагайся, – предлагает Кукла.

– Спасибо, я пешком постою, – уже успел живо представить, чем она на этой кровати занимается с господами офицерами, и мне чего-то совсем не хочется присаживаться.

– Понимаю, – мой брезгливый взгляд от Куклы не ускользнул, – Мараться не хочешь… ты ведь у нас такой проницательный… ты ведь как всегда все-все про меня знаешь… как я себе на этой самой кровати на пятый уровень насосала… что молчишь-то? – у Куклы вдруг задрожали губы, она резко отвернулась к окну.

Ну зашибись. Кукла обиделась. И обидел ее я, разумеется. Присаживаюсь все-таки рядом с ней, но Кукла не оборачивается. Осторожно беру ее за плечи и по тому, как часто и мелко они трясутся, догадываюсь, что плачет.

– Убери от меня свои клешни, – зло говорит Кукла и дергает плечом, вроде как пытается стряхнуть мою руку.

– Ты только целочку не строй из себя, – руки убираю, но начинаю злиться сам, – Или скажешь, пятый уровень за красивые глаза тебе дали? Я память-то пока не потерял, помню как на чердаке после траха у тебя силушки прибавилось, прямо на глазах расцвела.

– Ты, Витя, мягкое с теплым не путай, – Кукла поворачивается ко мне лицом, на щеках мокрые дорожки от слез, но она уже взяла себя в руки, – Силу я от «траха» получаю, это верно, а очки опыта мне совсем за другое идут.

– Это за что же?

– Ну ты же такой умный и проницательный, головешку свою дубовую включи. Если я суккуба, то моя магия – управление сознанием. Так за что мне опыт идет? За «трах» или за то, что я охмуряю этих придурков, верчу ими как хочу?.. и заметь, Витя, покуда девочка мальчику не дала, вертеть этим мальчиком на-амного проще. Потому что как только мальчик девочку поимел, мальчик к девочке начинает относиться гораздо прохладней… а часто и по-свински…

Это, я так понимаю, сейчас был камень в мой огород.

– Ага. Ты только не жди, что я в слезы твои крокодильи поверю. Ты и сейчас опять поди-ка мной вертеть пытаешься… очки опыта себе нарабатываешь…

– И когда это я пыталась тобой вертеть?

– А как ты меня заманивала в аудиторию в универе, чтобы ограбить, забыла уже?

– Охмурить я тебя пыталась, это верно, а вот грабить у меня и в мыслях не было. Про то, что шашка твоя привязана, мне Красавчик еще раньше выболтал. Он в продуктовом магазине своими глазами видел, как ты ее выронил, а потом она к тебе сама вернулась.

– Чет я не понимаю тогда, – я слегка теряюсь, – А на кой ты тогда устроила то представление?

– Ириска связалась с теми придурками, как я ее не отговаривала, она никак увидеть не хотела, что у недоумков этих крыша едет с ускорением. Когда они предложили кого-нибудь ограбить, Ириска поддержала. И тогда я предложила ограбить тебя. Вить, только не делай вид, что не раскусил меня тогда. Ты ведь сразу все понял, и шашку свою оставил умышленно.

– И ты пошла на такой риск? – Кукла меня не убедила, – Я ведь и тебя мог зарубить.

– Не мог ты меня зарубить, – ухмыляется Кукла, – Я ж видела, как ты к девчонкам относишься, хотя… что ты меня потом отымеешь в рот я совсем не предполагала. Думала, просто уйдешь.

Вот нормально так Кукла историю повернула. Вся из себя альтруистка, за подружку переживала. А я типа коварный и вероломный тип, отымел невинную овечку извращенным способом.

– Ну ладно, – говорю, – Я тебе еще один случай могу напомнить. Перед третьей волной инфицирования охранник, что у входных дверей стоял, собирался в будочке своей спрятаться. Только потом пришел ко мне в виде зомби, а в той будочке почему-то именно ты оказалась.

– И что? – Кукла округлила глаза.

– А то, – у Куклы такой непонимающий взгляд, что я и сам начинаю сомневаться, но все же довожу начатое рассуждение, – Ты пролезла вперед того охранника и изнутри закрылась, а его на съедение оставила.

– Ну спасибо тебе, Витя. Всяких домыслов от тебя наслушалась, ты мне только Алену еще сегодня не припоминал, но винить меня в смерти охранника, – это уж извини, даже для тебя перебор.

– А почему же он умер тогда? – упорствую я.

– Потому что его зомби задрали. Геройствовать полез, не успел в будочку свою вернуться, а я пролезла, когда там кутерьма началась. Ну, в чем еще я виновата? В терактах, отравлениях «новичком»? Давай, Витя, вали на меня все. Я же Кукла, я же блядь, на мне пробы негде ставить…

Она сидит, с виду спокойная, но я не совсем чурбан. Понимаю, она сейчас очень глубоко обижена, как бывают обижены те, кого обидели совершенно несправедливо. И ведь реально не прав, не прав уже в том, что исходно относился к ней с предубеждением. Судил о ней по грязным слухам, что люди распускают.

Не, она конечно с липовым ограблением накосячила тогда, но она ведь и вправду «разводила» меня настолько топорно, что я сразу ее раскусил. А она совсем не дура. Если б хотела меня тогда заманить в ловушку, могла бы действовать намного тоньше. Уж в этом я успел убедиться. Не скажу, что мои представления о Кукла вот прям так кардинально изменились. Все ж таки блядью она была и остается. Однако это не дает мне права не признавать свою неправоту.

– Слушай, я был не прав. Признаю себя ослом.

– Да неужели?

– Да. Я сейчас понимаю. Мне неприятно было смотреть, как ты перед демонами задницей крутишь… вот и надумал про тебя лишнего.

– Я так-то задницей начала крутить, чтоб твою шкуру спасти. Ты не забыл, надеюсь, как тот вольный приказал тебя плетьми забить как собаку? – напоминает мне Кукла, – Мою великолепную попку ты должен осыпать благодарными поцелуями, а не к демонам ее ревновать.

– Так. вот давай без этого… – я опять начинаю злиться.

– Ладно, проехали. Извинения приняты. Ты не безнадежен, – Кукла берет деловой тон, – Надеюсь, ты понимаешь, я тебя сюда позвала не для того, чтобы гадости от тебя выслушивать.

– Я весь внимание.

– Вот выпендриваться не надо.

– Я, правда, внимательно тебя слушаю.

– Ну ладно, – Кукла зыркает на меня оценивающе, но ее прямой взгляд я выдерживаю, – Кстати… чего ты там вольному наплел про подвал и потерю памяти? Поумней ничего придумать не смог?

– Извини, поумней не смог… а, что, вольный не поверил? Проблемы?

– Поверил, – усмехается Кукла, – Но ему эта легенда не понравилась.

– Его-то какая печаль?

– Он ко мне клинья подбивает, – поясняет Кукла, – И в тебе он видит соперника.

– Во мне?

– В тебе, в тебе. Ты каким местом думал, когда рассказывал, будто я тебя спасла из того подвала? Не смог сообразить, что вольный приревнует?

– Ну блин. А как еще я мог объяснить, что мы вместе из борделя выходили?

– Сказал бы, что втюрился в меня с первого взгляда без памяти и волочился следом до тех пор, пока вольный демон мозги твои древесно-стружечные плетьми тебе на место не вправил. Такой рассказ его бы вполне устроил.

– Богатое у тебя воображение, Кукла, – ворчу недовольно, – Только я одного не понимаю, я низший демон, а он вольный плюс командир взвода. Какой я ему в жопу соперник?

– Во-от… а теперь мы плавно подошли к предмету беседы, – Кукла смотрит на меня одобрительно, как молодая сексопильная училка смотрит на старшеклассника, когда обнаруживает, что тот способен не только одни ее сиськи разглядывать, но и усваивать учебный материал, – А скажи-ка мне, Витя, что там за эпохальную битву с гномом ты устроил?

– А чего я-то сразу? Он первый начал, – отыгрываю того самого придурковатого школьника-хулигана.

– Паясничать не начинай, – строжает Кукла, вот точно, ей очки надеть и волосы в хвост убрать, будет та самая училка из влажной мечты старшего школьника, – Ты в курсе, что демоны не любят тех, кто отрывается коллектива… при чем во всех смыслах?

– В курсе, – начинаю мрачнеть, понимая, куда клонит Кукла, – Они из-за любой мелочи готовы темную устраивать.

– Хорошо, что ты в курсе. А теперь прикидывай сам. Тот гном – знаменитый на весь город драчун и дебошир. И ты его побил. И это уже совсем не мелочь, Витя. Твой вольный командир в бешенстве. И ты прав, пока ты был обычным строевым демоном, соперником ему ты не был. А теперь – ты, сука, Витя, – знаменитость. Теперь ты в его глазах этим соперником стал, дубина твердолобая.

– Ты мне все это зачем говоришь? Чтоб я дураком себя почувствовал?

– И за этим тоже, – Кукла хмыкает, – А еще чтобы предупредить, жди от вольного подставу. Он хочет послать тебя на задание, такое, с каких не возвращаются.

– И что я могу-то? Приказ не выполнять?

– Вот этого делать точно не стоит. Ты ко взводу привязан. Невыполнение приказа для тебя – та же смерть. У тебя зелья исцеления есть?

– Нету.

– А деньги системные?.. давай сколько есть, мне дали временный доступ к торговому терминалу.

– А сколько они стоят? – я перевожу на Куклу все свои сто сорок монет.

– По шестьдесят монет за банку. Но поверь, сейчас экономить точно не стоит, – Кукла перекидывает мне в инвентарь три зелья исцеления и на мой немой вопрос добавляет, – Сорок монет своих добавила. Цени, блин… напарник… неблагодарный.

– Спасибо.

– Отработаешь, – Кукла показывает мне язык, – Шучу, черт, напрягся сразу… все выходи по-тихому… лишних поводов давать не надо.

Кукла выглянула первая, убедилась, что в коридоре пусто, и кивнула мне. Я вышел из ее комнаты и, никого не встретив, на цыпочках прокрался до палаты взвода. Однако поваляться мне опять не дали. Командир отдал приказ на построение. Не страшно, организм полностью восстановился, у меня снова стопроцентное здоровье, что бы это ни значило, и никакого алкоголя в крови.

– Получен сигнал о прорыве нежити через подземные коммуникации в подтрибунные помещения стадиона, – сообщил вольный демон, когда мы построились на плацу, – Боевая задача – истребление враждебных сил вплоть до системного оповещения о полной зачистке локации. Взво-од, за мной.

Наш ополовиненный взвод хмуро поплелся за командиром. Большая часть демонов пьяна вдрабадан и, куда их ведут, соображают слабо. Но я слышу, как бормочет один из них себе под нос: «в подтрибунке нежить неделю назад окопалась, вот нельзя было до утра подождать…»

О как. Уж не на убой ли ведет нас отец-командир? За неделю нежить поди-ка не просто окопалась, а еще и силу набрала. Хотя немного странно, если ради того, чтоб расквитаться лишь со мной, вольный готов пожертвовать всем взводом. Возле стадиона он выстроил нас в шеренгу. Подошел вплотную к демону, стоящему первым номером:

– А ну дыхни, – потребовал командир, и хотя демон, вместо того чтобы дыхнуть, шумно втянул в себя воздух, вольный заорал, – Да ты пьян, скотина! Выйти из строя.

Командир повернулся к следующему демону: снова проверка на трезвость, которую демон тоже не прошел. Так одного за другим вольный выгонял из построения, пока не дошел до замыкающего, то есть до меня.

– Ты, низший, – командир чувствительно ткнул меня пальцем в грудь, – Приступить к выполнению задания.

А вот теперь паззл сошелся. Не собирается командир жертвовать всем взводом, он меня одного туда отправляет. Молодец, повод хороший придумал: остальные демоны пьяны и к выполнению задания непригодны. И что мне делать? Кукла сказала, что отказ выполнять приказ равносилен смерти. И я почему-то ей верю. Вон командир, сверлит меня глазками поросячьими, ждет, паскудыш, что я откажусь или спорить с ним начну. Не дождется.

– Есть, командир. Разрешите приступить к зачистке локации.

– Приступайте, – сквозь зубы цедит вольный.

Он самолично срывает пломбу с массивной двери и отпирает ключом замок. Я захожу внутрь, дверь за мной с грохотом запирается, слышу, как проворачивается ключ в замочной скважине. Внутри темень, как у негра в жопе. Вспоминаю, что приобрел когда-то магический светильник, достаю его из инвентаря и креплю на шлем.

А в свое время денег на него жалел. Теперь впору себя похвалить за предусмотрительность. Я стою в каком-то коридорчике, ряд обшарпанных дверей, некоторые из которых открыты. Вольный запустил меня через технический вход, на большие толпы народа не рассчитанный. Но мне так даже лучше, в тесноте да не в обиде. Мы завсегда предпочитаем через черные ходы проникать.

Не успеваю сделать пары шагов, как на меня вылетает бесшумно из-за угла тот самый летающий «блин» с отростками стрекалами. «Импул, тварь хаоса, ур. 7» – видимо название импул пошло от слова «импульс». Прикрываюсь щитом от его атаки и бью плетью, разваливаю его надвое.

Я гадал, как изменится моя шашко-плеть после того, как я повысил ее ранг. А она усилила способность сгибаться и растягиваться по длине во время замаха. Теперь удлиняется аж в полтора раза, и удар получается более хлестким и резким. Блинчик разрезала, я даже сопротивления его плоти не заметил.

Начало положено, плетью доволен, только за первым «блинчиком» из-за угла на меня устремляется их целая эскадрилья. Все бы ничего, от этой напасти бы отбился, но за импулами выскакивают восьмилапые собаки со второй пастью вместо хвоста, а следом пощелкивая чешуйками выползает многорукий наг. Прут на меня валом: импулы пикируют сверху, собаки норовят прорваться под щитом к ногам, наг машет когтями на уровне груди.

Нереально отбиваться, когда атака идет сразу по трем уровням. Я принимаю единственное спасительное решение. Прикрываюсь щитом и ломлюсь в ближайшую открытую дверь. Шагов пять всего, но за эти пять шагов мне насовали так, что здоровье ушло в красный сектор.

Вваливаюсь в помещение, разворачиваюсь, срубаю импула, пинаю в подбрюшье забежавшего следом пса хаоса, отправляя обратно в коридор, и запираю дверь на щеколду. Выхватываю из инвентаря зелье исцеления, вливаю в глотку. Шкала здоровья не мгновенно, но очень резво поползла вверх.

Дверь хлипкая, дэ-эс-пэшная, долго не продержит, а мне надо успеть сообразить, как отмахиваться. Осматриваюсь, судя по обилию дверок и скамеек, я попал в раздевалку. К тому времени как хаоситы искромсали и сорвали с петель дверь, я успел навалить перед проходом одну на другую четыре секции металлических шкафчиков.

Наг, как основная разрушительная сила, полез на меня первым прямо по шкафчикам, гадина хвостатая. Зато моя плеть теперь растягивается до полутора метров. Мне его когтистость многорукая – больше не проблема. Пока он переползал, я его искромсал в четыре удара, а дальше пошло легче.

Псы особой прыгучестью не отличаются. Имея две пасти и дурное строение опорно-двигательного аппарата, они могут кусать хоть вперед, хоть назад и волчком крутиться, но не прыгать. Слоеный пирог из четырех шкафных секций их остановил, хотя понимаю, ненадолго. Мощные челюсти железо мнут и даже прокусывают.

В дверной проем по воздуху устремились только импулы. Я получил от них несколько болезненных ожогов, но управиться успел. Когда псы дожевали не слишком толстое железо перегородивших вход шкафчиков и пошли в атаку, угроза с воздуха была устранена. Мне попался под ногу футбольный мяч и первому забежавшему песику я пробил пенальти.

Вратарь из пса хаоса никакой, мяч вылетел в коридор, а тот даже пастью не щелкнул. «В высшую лигу не пройдешь» – пообещал я и рубанул псу по грудине. С очередной партией однотипных противников разобраться оказалось несложно. Когда псы закончились, присел на лавочку перевести дух.

Глава 7

«Да, Витя, – вынужденно признаюсь сам себе, – без зелья исцеления этот бой ты не пережил бы… а что это означает? Это означает, что Кукла опять тебя спасла». Вместо того, чтобы испытать к Кукле горячее чувство благодарности, я представил, как она будет мне ставить на вид, в какие мол места я должен ее осыпать благодарными поцелуями. «Перебьется, – подумал я, – вот не скажу ничего ей про зелье».

Впрочем, это я слишком оптимистично взялся наперед думать. Чтоб ничего не сказать Кукле про спасительное зелье, мне еще надо как-то дожить до того времени, когда я смогу Кукле «ничего не сказать». Не, я геройствовать не собираюсь. Стадион большой, его зачищать надо хотя бы взводом. Так что я сейчас чем смогу, завалю проходы и буду до утра тут сидеть… в раздевалочке на правах запасного игрока.

Система, будто прочитав мои мысли, решила меня простимулировать на более «активную гражданскую позицию». «Вы в одиночку взялись за зачистку очень крупной локации. Поскольку никто из ваших соратников не пожелал вам помочь, вам не придется отдавать половину заработанного опыта. Вероятность выпадения приза существенно повышена».

Он чо! Забота системы обо мне горемычном с одной стороны приятна, а с другой, – напрягает. Не то напрягает, что система побуждает меня к действиям, напрягает, что система подталкивает ко вполне определенным действиям. И это очень сильно походит на манипуляцию.

Вот Кукла сказала, что система всего лишь отражает мир. Ни фига подобного. Мир к населяющим его тварям безразличен. В мире действует закон естественного отбора, не более. Сильный выживет, слабый умрет. А система то кнутом погрозит, то пряником помашет… а то и погрозит самим пряником… мол как дам тебе сейчас пряником по морде…

Ладно, хватит философствовать. Какие цели преследует система, мне все равно не разгадать. А вот прокачаться можно, весь опыт мой… плюс призы. Упускать такой шанс глупо. Тем более, первую стычку пережил, какой-никакой плацдарм в виде раздевалки себе отвоевал. И без системных подачек коню понятно, надо качаться. О-о. А к тому еще и уровень взял! Добавляю очко характеристики в выносливость, а очко способности приберегу пока. Возьму еще уровень и плетку улучшу.

Уровень 6

Сила напряжения – 18

Взрывная (резкая) сила – 20

Выносливая сила – 15

Сила телесной крепости – 15

Свободных очков характеристик – 0

Способности: сопротивление ядам 3, регенерация 3, каменная кожа 1, метаболизм 4, усиление костной ткани 1.

Особые способности: силовой доспех – 3, огненная плеть – 2

Свободных очков способностей – 1

У меня еще остались не пожеванные шкафчики. Сооружаю с их помощью узкий тамбур, чтоб потом дорогие гости ко мне в раздевалку толпой не перли, чтоб принимать дорогих гостей по одному. Технология отработана, выдумывать тут нечего. Закончив с приготовлениями, выхожу в коридор, – пусто, заглядываю за угол, – тоже пусто.

Теперь можно проверить двери. Если не считать раздевалку, их три. Две ведут в пустые подсобные помещения. Третья – в качалку. Штанги, гири, железяки, тренажеры. И вот здесь уже не пусто. Пятеро скелетов понуро бродят по комнате, запинаясь и звякая ржавыми мечами о железные блины.

– Э-э. Ребята, – спрашиваю, – Вы помещением часом не ошиблись? Вы какие, извините, группы мышц здесь прокачивать собрались?

Скелетов мой вопрос оскорбил. Скрежеща и щелкая челюстями, они пошли меня наказывать за нетолерантную шутку, мол отсутствие возможности обзавестись рельефной мускулатурой – еще не повод притеснять их в праве на занятия спортом. Мне даже послышалось как они отщелкивают зубами девиз: «скелетс ливз мэттер», – надо же, какие обидчивые. Забегаю в раздевалку, сердитые скелеты прут следом, задевая за мою баррикаду из шкафчиков локтями и тазобедренными суставами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.