Георгий Юрский
Фортнайт, или Шпион в таможне

Глава 1

Игорь Самошников сидел, обхватив голову руками, и напряжённо думал.

– Лучше сознаться, – продолжал гундеть неприятный голос с другой стороны стола.

Игорь молчал.

– У нас есть показания коммерсантов. Факт взятки задокументирован. Есть видеосъёмка и ваши отпечатки на конверте. Просто скажите нам, для кого Вы брали деньги, и мы переквалифицируем вас в посредники. А это всего лишь штраф. Вы расскажите, как все было, и мы Вам поможем, – голос оперативника службы по противодействию коррупции стал более вкрадчивым.

Игорь мог бы рассказать оперативнику все с самого начала, но для этого пришлось бы потратить несколько часов рабочего времени.

Начал бы он с того, как в девяносто втором году, отслужив в армии, демобилизовался и принялся искать работу. Пойти учиться в институт Игорь был бы рад, но родители зарабатывали совсем мало, и ему надо было обеспечивать себя и младшего брата. В бизнес идти было страшновато, делать руками он ничего не умел, ну а в бандиты пойти не позволяло воспитание.

Тут и подвернулся ему одноклассник, отслуживший в погранвойсках и пошедший служить в таможню. Встретились они на дне рождения у общего друга. Выйдя покурить с ним на лестничную площадку, Игорь обратил внимание на сигареты Мальборо, которыми его угостил товарищ. Тот немного смутившись, уклончиво рассказал о своей работе. Игорь мало что понял, но сигареты Мальборо говорили сами за себя.

Через две недели он заступил на службу в Ленинградскую таможню. Вскоре ее переименовали в Санкт-Петербургскую, и Игорь начал делать карьеру. Хотя особых звёзд с неба он не хватал, за двадцать лет службы он дорос до звания полковника и стал заместителем начальника таможни. За это время он заочно закончил таможенную академию и обзавёлся семьей. Спустя пару лет ему предложили переехать в регион и возглавить областную таможню, но жена категорически этому воспротивилась.

После этого его карьера начала закатываться. Так уж устроена была таможенная служба, что от некоторых предложений отказываться нельзя. Хотя Игорю потом и предложили весьма завидную и непыльную работу в отделе международного сотрудничества, карьера его, по сути, закончилась. Он встречал и провожал иностранные делегации, общался с первыми лицами города и таможенной службы, но это было не очень интересно.

Впрочем, жена Игоря, Светлана была этим очень довольна. Она была успешной бизнесвумен, и проблема карьерного роста мужа ее не очень волновала. Денег в семье более чем хватало, ну а самореализация Игоря ей казалась прихотью. У них было двое детей, старшая дочь Елена уже вышла замуж, сын Андрей заканчивал школу. Светлана не могла бросить бизнес, поэтому для неё важнее карьеры мужа была возможность использовать его для домашних обязанностей.

При этом, статус мужа ее радовал, у него было довольно много влиятельных друзей. Хотя они никак не могли повлиять на ее бизнес, ей льстило обилие генералов разных ведомств в кругу общения мужа. От отца Светлане достался завод по производству электронных компонентов для оборонной промышленности. Он не приносил миллионов, но давал стабильный доход как от профильной деятельности, так и от сдачи в аренду складов и офисов в неиспользуемых корпусах.

Так что к нынешнему своему состоянию Игорь шёл достаточно долго. Работа была не пыльной, а местами пафосной, но никакого удовлетворения не приносила. Встречи с сопредельными таможенными службами были довольно лицемерными и каких-то прорывов в международном сотрудничестве не предвещали.

Но они регулярно проводились, и, собственно, из-за одной из них неприятности у Игоря и начались. Ему поручили организовать встречу делегации Всемирной Таможенной Организации. Он спланировал и организовал несколько закупок (транспорт, гостиница, конгресс центр и даже переводчики). Но когда настала пора принимать гостей, выяснилось, что в конгресс-центре нету аппаратуры для трансляции звука. При этом жадные хозяева категорически отказались за свой счёт ее арендовать. Сумма была смешная – тысяч 50–60. Но платить из своего кармана Игорю совсем не хотелось. Начальник управления, жесткий мужик родом из Сибири, не захотел ничего слышать и велел разбираться с проблемой самому.

Игорь прикинул у кого из подрядчиков самый лакомый контракт и подумал о компании, предоставляющей переводчиков. Если за проживание и транспорт борьба на тендере шла ожесточенная, и цены понизились на порядок, то переводчики выиграли конкурс без всякой конкуренции. К ним и пришёл Игорь с просьбой помочь в оплате аренды аппаратуры.

Те сначала воспротивилось, а потом внезапно отзвонились с предложением помочь. Но при этом настояли, что просто принесут деньги, а влезать в тонкости аренды не станут. Дескать что-то с ней случится, а им отвечать. Игорь наивно согласился и на следующий день был принят с поличным в кафе.

В этот момент его воспоминания прервал сухой и раздражающий голос оперативника СПК. Фамилия у него была под стать голосу, также режущая слух – Никандров. Да и внешне он был каким-то колючим, с со смешным ершиком коротких волос.

– Ладно, пишем в протокол 51-ю.

Оперативник напечатал в протоколе «в соответствии с 51-й статьей Конституции отказываюсь давать показания», распечатал и дал Игорю подписать. После чего вышел из кабинета и пошёл к начальнику с докладом.

– Роман Геннадьевич, Самошников отказывается от показаний. Даже версию заявителей про якобы аренду аппаратуры не комментирует. Похоже понял, что попал. Оформляем?

– Погоди, мне тут уважаемые люди за него позвонили, сказали, что бессребреник. Да и сам я его давно знаю. Парень вроде приличный, по нашим сводкам не проходил. Можешь метнуться в его отдел, спросить про эту аппаратуру?

– А нам зачем его отмазывать, пусть адвоката нанимает. Тот может и сторгуется со взятки на превышение полномочий, – удивленно проговорил Никандров.

Роман Геннадьевич, крупный мужчина с явной склонностью к полноте, хмыкнул и отеческим голосом начал вещать:

– Ну смотри, с таким размером это часть первая 290-й. Ни группу, ни крупный размер тут не раскачать. По мелким взяткам у нас в этом году и так перебор, непонятно как в следующем рост показывать.

– И что вы предлагаете? На живца поймать кого-то покрупнее? А если он и вправду бессребреник? – немного ошарашенно начал пытать начальника Никандров.

– Есть у меня одна идейка. Проверь версию про аппаратуру.

Спустя два часа в кабинет Романа Геннадьевича вновь постучал Никандров.

– Блин, все совпадает. Там его сотрудница, которая закупку проводила, собралась мне явку с повинной писать, что эта она профукала требования про аппаратуру.

– Ну и славно. Хоть совесть чиста будет. Тащи его ко мне.

Через пять минут Никандров завёл Игоря в кабинет начальника.

– Здравствуйте Игорь Владимирович. Необычные обстоятельства? Так-то все больше на совещаниях встречались, – по-хозяйски поприветствовал Роман Геннадьевич подозреваемого.

– Да уж, – отозвался Игорь. Они и вправду были знакомы, но сближаться ему с этой службой никогда не хотелось, поэтому все ограничивалось шапочным знакомством.

– Значит, я так понимаю, гражданин, правды писать мы не захотели, – процитировал Роман Геннадьевич «Место встречи изменить нельзя». – Я в курсе про аппаратуру. По-человечески мне объясни, зачем ты у этих жлобов деньги просил? – Он сходу перешел на «ты». – Сходил бы к руководству. Собрал бы в отделе, занял, наконец. Переводчики эти, это же МИДовская фирма, там же разведчики из СВР.

– 5-я служба ФСБ. Департамент оперативной информации, – машинально поправил собеседника Игорь.

– Тем более. Им только дай палец, тут же вцепятся. Зачем?

– Роман Геннадьевич, ну Вы что серьезно? Какие деньги у сотрудников? Они же от премии к премии живут. Начальник на хер сразу послал. У жены брать тоже не в тему. И так иждивенцем дразнит, – Игорь расстроенно махнул рукой.

– Ну теперь уголовником будет дразнить, – попытался пошутить Никандров, но под взглядом начальника осекся.

– Ладно, – Роман Геннадьевич хорошо отрежиссированным жестом хлопнул ладонью по столу. – Есть у меня для тебя предложение. Дело твоё хороним, но внедряем тебя в один мутный отдел. Если за полгода найдёшь там взяточника: претензий не имею, дальше служи где хочешь. Или на пенсию с почетом. Альтернативу рассказывать не буду, сам все знаешь, что будет в противном случае. Увольнение по утрате доверия как минимум, условный срок и штраф как максимум. Ну? – он приподнял грузное тело и вылез из-за стола.

– А какой отдел то? – спросил слегка ошарашенный Игорь, потрепав коротко стриженые волосы на затылке.

– Отдел по борьбе с особо опасными видами контрабанды. В оперативной таможне.

– Его же вроде расформировали?

– А в прошлом году опять создали. И что-то там нечисто. Лезут во все знаковые дела, а потом все либо разваливается, либо вещдоки пропадают, – Роман Геннадьевич присел обратно за стол и пощелкал шариковой ручкой.

– Но парни там тертые, обычными методами мне ничего не найти на них. Поэтому нужен человек внутри.

– А как я туда попаду? – продолжал скорее по инерции уточнять Игорь.

– Ой я тебя умоляю. Сейчас просрешь конференцию Всемирной Таможенной Организации, получишь взыскание и под предлогом спрятать тебя от начальника – переведём туда. Это мы устроим, – хохотнул Роман Геннадьевич.

– А может не просирать? И без взыскания обойтись?

– Ну это ты обнаглел. Кто поверит, что начальник отдела просто так в инспектора пойдёт? Надо чтобы правдоподобно было. Ну, согласен? Таких предложений я обычно не делаю, – довольный самим собой подмигнул Игорю Роман Геннадьевич.

– Согласен, – после минутного размышления пробормотал Игорь.

Решение далось ему нелегко. Хоть он и не хотел с позором вылетать из органов, да еще и с перспективой условного срока, но становиться сексотом тоже было неприятной перспективой. Конечно, эти люди для него были чужими и незнакомыми, но втираться к ним в доверие с тем, чтобы кого-то из них посадить, было противоестественно Игорь с детства выучил пословицу «доносчику первый кнут». Конечно, от тюремной романтики он был очень далек и арестантские уклады ему были не указ, но слово «стукач» стучало в висках.

«А что сказать семье? Точно говорить всего нельзя, и так жена считает его неудачником. Придумаю что-то», – продолжал рефлексировать Игорь, хотя уже дал согласие. Слово «стукач» в голове сменилось на фразу «стукачок из МУРа», и он вдруг почувствовал себя скорее Володей Шараповым из «Место встречи изменить нельзя», нежели классическим доносчиком.

Дальше все случилось так, как и предполагал Роман Геннадьевич. Начальник управления топал ногами, объявил Игорю выговор и с радостью подмахнул рапорт о переводе в оперативную таможню. Роман Геннадьевич лично взялся курировать своего агента и позвал Игоря вечером на инструктаж.

– Значит, слушай внимательно, с кем тебе работать. Начальник отдела. Виталий Сергеев. Прошёл от инспектора на посту до начальника отдела. Очень грамотный, эрудированный. Знает, как таможенное дело, так и правоохрану. Живет сильно не по средствам. Но проверки наши все проходит, ибо родители у него реально богатые. Молодая жена, отпуска за границей, папин Мерседес. Очень внимательно присмотрись.

– Принято, – Игорь все внимательно конспектировал.

– Его заместитель. Пётр Федоренко. Тут все по-другому. СМЕРШевец, начинал в армейской контрразведке. Потом в оперативно-розыскном отделе Пулковской таможни. Не очень далекий, но очень упорный и жесткий. За счёт этого хорошо себя проявил. Но углы срезает, так что тоже стоит иметь ввиду.

– Угу, – продолжил записывать Игорь.

– Семён Пайкин. Самый умный в отделе. Работал в налоговой инспекции и в службе по контролю после выпуска. Холостяк, живет с мамой, в грехах не замечен, но черт его знает. В тихом омуте черти водятся, – Роман Геннадьевич хмыкнул и промокнул бисеринки пота на мясистом лбу. После чего продолжил:

– Последний фигурант. Наименее вероятный, но все же. Инна Никифорова, 40 лет. Двое детей, но не домохозяйка. Университет, юрфак. В Правовом отделе работала, потом административными расследованиями занималась. Замужем за серьезным банкиром, так что в деньгах не нуждается. Работает, видимо для социального статуса. Ну или карьеру назло мужу делает. Симпатичная барышня, – голос Романа Геннадьевича чуть смягчился.

– Понятно, – продолжал конспектировать Игорь.

– Ещё в отделе есть пара девиц – делопроизводителей, но они все от декрета к декрету. Мальчик айтишник. Короче даже время на них не трать, не наши клиенты. Tabula rasa! – блеснул Роман Геннадьевич знанием латыни.

– А как мне взяточника вычислить? На лбу же не написано? – Игорь в задумчивости потер нос, про который однажды соседская девочка художница сказала, что он идеальный, потому что занимает ровно треть лица. Игорь, которого даже в детстве крайне редко хвалили за внешность, надолго запомнил эту фразу.

– Это дружище, тебе смекалка понадобится. Для начала пробуй найденными темами делиться не со всеми сразу, а по-одному. Глядишь – в долю позовут. Предложат замять или не копать дальше. Это идеальный вариант, – Роман Геннадьевич назидательно поднял свой мясистый указательный палец.

– Угу, – промычал Игорь, с трудом веря в реальность схемы.

– Второй вариант, это если кто-то будет вызывать подозрения, тут мы можем послушать или даже походить за человеком. Но не злоупотребляй. У нас тут не ФБР, всех не запасем.

– Понятно, – здесь более искренне ответил Игорь, потому что руководя таможенным постом он периодически присматривался к подчиненным, занимающихся мутными делишками.

– Есть третий вариант. Активная провокация. Ну тут надо очень осторожно. Без опыта вряд ли сможешь сыграть красиво.

Игорь даже не стал комментировать эту идею. Он был более или менее уверен в своем профессионализме как таможенника, чуть меньше как руководителя, потому что с трудом мог навязать свою волю даже прямым подчиненным, но актерского мастерства у него и вовсе не было.

Они ещё немного поговорили о деталях, способах связи и конспирации, после чего Игорь тронулся в сторону дома. Он решил пройтись пешком по центру города.

Погода была хорошая, на улице было много народу. Тут были и туристы, и местные жители. Навстречу ему попались две симпатичные девицы, Игорь взглянул на них, отметив загорелые длинные ноги у одной и роскошную рыжую шевелюру другой. Они с вызовом посмотрели на него в ответ, и Игорь сделал единственное, что у него получалось хорошо с противоположным полом – добродушно улыбнулся. Про его улыбку жена как-то сказала: «вот единственное, что мне в тебе нравится – это твоя улыбка. Вроде злюсь на тебя, убить готова, а улыбнешься, и я все, растаяла». После этих слов или еще до них, Игорь стал чаще улыбаться незнакомым людям. Будучи довольно застенчивым, он стеснялся завязать разговор с незнакомыми людьми, а улыбка зачастую подвигала их первыми начать общаться.

Девушки улыбнулись в ответ, но он был уже мыслями дома. Надо было как-то поделиться новостями с женой, но нужного для этого настроения он не почувствовал. В последнее время она и так летала в космосе, говорила о мега-сделках, расширении бизнеса и новых перспективах. Рассказывать ей о понижении было для Игоря довольно унизительно. Он решил подождать какой-нибудь оказии. В этот момент Игорь вспомнил, как в детстве выжидал нужный момент, чтобы рассказать родителям о двойке в школе или о разбитой футбольным мячом вазе.

На его счастье жены дома не было. Зато была девятнадцатилетняя дочка Лена. Полгода назад она вышла замуж, но как-то отношения у молодых супругов быстро зашли в тупик, и они разошлись. У Лены была своя квартира, подаренная родителями на свадьбу, точнее эта была их старая квартира, из которой они переехали, оставив ее дочери. Но там теперь жил молодой супруг и не желал съезжать.

Попытки урезонить Антона (так звали молодого супруга) и отправить жить к родителям кончились ничем. Он категорически отказался. Точнее, отказались его родители. Это была семья предпринимателей, переехавших в Питер из Брянска. Были они довольно хваткими и деловитыми. Быстро открыли пару магазинчиков и шиномонтаж, но считали каждую копейку. Игорю они сразу не очень понравились, но что-то советовать дочери он побоялся. К тому же Светлана резко поддержала намерение Лены выйти замуж.

– Пару лет пройдёт и не возьмёт никто! – безапелляционно заявляла она. На робкие возражения мужа, что дочь хороша собой и необязательно выдавать ее замуж за первого поклонника, она говорила: «парень хороший, работящий. Из провинции, значит не зазнайка. А то посмотри, в университете у нее одни мажоры учатся.»

Вообще Игорю казалось, что ей больше нравится подобострастие Антона и его родителей, но право голоса у него было ограниченное, да и в любовных делах он мало что понимал. Лена была на седьмом небе от счастья, она заказывала платья, рисовала приглашения и была увлечена всей этой суетой, так что ему не хотелось быть похитителем праздника у дочери. Хоть Игорь и чувствовал какое-то подобие ревности, счастье дочери для него было превыше всего. Ну а свой жизненный опыт, шепчущий, что это мезальянс, он решил спрятать подальше.

Свадьба получилась на загляденье. Светлана ни в чем дочери не отказывала, да и родители жениха поучаствовали. Была резиденция на Каменном острове, звезды шоу-бизнеса и свадебное путешествие на Сейшелы.

Но ровно через три месяца выяснилось, что Антон не дурак выпить с друзьями, а дома его интересовали только сериалы про ментов под пиво и чипсы. Ходить с Леной в театры или музеи он отказывался наотрез, равно как и общаться с ее подругами. Его друзья были ещё более примитивные чем он, с интересами не дальше гаража или автомобиля.

Так что спустя три месяца они разъехались, а ещё через два месяца заговорили о разводе. И тут хваткие брянские предприниматели проявили себя во всей красе. «Никуда он с этой квартиры не съедет. Нажита она в браке, так что сын наш имеет право на половину!» – безапелляционно заявляли его родители. Сам Антон отмалчивался и прятал глаза в пол, но взывать к его совести смысла не имело. Сначала Игорь со Светланой возмутились, ведь подарки не считались совместно нажитым имуществом. Но они совсем забыли, что записана квартира была изначально на юридическое лицо и по документам Лена ее купила.

Светлана могла поднапрячься и сделать дочери другую, но они чувствовали себя реально обманутыми. Слишком много воспоминаний было с ней связано, и менять ее не хотелось. Там родились их дети, и они очень ее любили, несмотря на скромные размеры и не самый пафосный район.

Купили они эту квартиру, расселив коммуналку с двумя бабками. Обе до смерти боялись, что их обманут, и Игорь даже надевал форму для переговоров с ними. Затем они изрядно намучились, делая первый в своей жизни ремонт. У Игоря со Светланой тогда уже появились приличные деньги, но опыта не было никакого, да и приличные стройматериалы и дизайнеры в начале 90-х еще не появились. Они зачем-то купили дорогую гидромассажную ванну, которую в те времена называли джакузи, вне зависимости от производителя, хотя пользовались ей всего несколько раз. Теперь она стояла памятником былой роскоши. Но кое-что в квартире до сих пор радовало глаз, например, сделанный на заказ деревянный шкаф нестандартного размера в спальне. Мастер-краснодеревщик создал целое произведение искусства. На дверном косяке до сих пор оставались заметки – рост и возраст их детей.

Игорь понимал, что в суде у них шансов немного, но Светлана очередной раз обозвала его тряпкой и сказала, что решит все со своими звездными адвокатами.

– Привет папуля, – прощебетала дочь. – мамы нет, но я драники приготовила, – Лена хозяйским жестом обвела накрытый стол. Хорошо сложенная, в передничке, затянутом на тонкой талии, она выглядела как красотка-домохозяйка в рекламе каких-нибудь бульонных кубиков. Длинные каштановые волосы девушки были собраны в хвостик и заколоты маминой резинкой. Лицо у Лены было безо всякой косметики, но ее молодость украшала ее лучше всякого макияжа.

– Ты моя умница, – Игорь обнял ее и пошёл мыть руки.

Драники были чуть суховаты на вкус Игоря, но вида он не подал, лишь добавил побольше сметаны. Он с самого начала семейной жизни понял, что любую стряпню надо сначала похвалить, а потом между делом намекнуть на недочеты в приготовлении.

– Отлично получились. Меня вот такие жирные как Белоруссии, раздражают. Ну, когда масло капает. А у тебя прямо как я люблю.

Лена покивала, они попили чаю и принялись болтать. Разговор как всегда зашёл об Антоне и его коварстве, и Игорю стоило большого труда ее успокоить. Он кратко рассказал о своей новой работе, сделав акцент на новых перспективах.

– Теперь не делегации буду встречать, а жуликов ловить, – с преувеличенным энтузиазмом завершил он свой рассказ. Лена уже переключилась на планирование их следующего отпуска, и опять задорно щебетала на радость отцу.

Вскоре появился сын, пришедший с тренировки по футболу. Немного по-юношески нескладный, но уже вымахавший ростом выше отца, он сразу побежал в душ, а оттуда на кухню. Лена принялась его кормить, но вдруг воскликнула:

– Андрюша, а что у тебя с шеей? Ударился что ли на тренировке?

Тот ничего не ответил и лишь пожал плечами.

– Пап, посмотри, что тут у него, – позвала Лена отца.

Игорь подошёл к сыну поближе и увидел у сына на шее шишку размером с грецкий орех. Выпячивалась она спереди, чуть выше ключицы и была чуть синеватой, как будто после удара. На фоне ладного подросткового тела выглядела она явным инородным образованием.

– Точно никто тебе сюда не бил? – спросил он сына, указывая на шишку.

Андрей подошёл к зеркалу и осмотрел новообразование.

– Не. Точно никто не бил. Но она у меня и раньше была. Летом в лагере тоже вылезала.

– А почему ты никому не сказал?

– Ну она не болела. А потом вроде пропала. Я и забыл, – пожал Андрей плечами. Он явно не страдал ипохондрией и не переживал по поводу болячек.

Игорь позвонил по Скайпу знакомому доктору по имени Юра, тот затруднился с постановкой диагноза и велел им срочно идти на УЗИ.

Тут же он записал Андрея в свою клинику и велел приходить на следующий день. Ближе к полуночи появилась Светлана, но Игорь уже засыпал и обсудить проблемы сына они смогли только утром.

Глава 2

Первый день работы Игоря в новом отделе оказался довольно нервным. В 8.30 он приехал в здание оперативной таможни, но электронный пропуск оказался неактивированным, и он полчаса ждал пока кто-то с кем-то свяжется, и он заработает. В итоге в кабинете у начальника отдела он появился в 9.15. Перед дверью Игорь поправил лацканы редко надеваемого пиджака, затянул узел галстука и постучался.

Виталий Сергеев, так звали начальника отдела, был в кабинете один. Высокого роста, атлетического телосложения, шатен со стильной хипстерской бородкой, он сидел за столом и что-то писал. Услышав стук, он поднял голову и привстал со стула.

– Игорь? Я Виталий. Добро пожаловать!

– Да, извините, на проходной задержался.

– Ничего страшного, у нас рабочий день не нормирован. Давай на «ты».

– Хорошо. Что-то надо рассказать о себе? – Игорь согласился, хотя старался со всеми коллегами обращаться на «Вы».

– Ну я кадровую справку твою читал. Про залёт тоже слышал. Ты к нам пересидеть или всерьёз работать? – он неожиданно пристально взглянул Игорю в глаза.

– Если честно, то пересидеть. Но работать буду на совесть, – Игорь ждал этого вопроса и был готов на него ответить максимально правдоподобно.

– Ну что-же, нам профессионалы нужны. Показатели у таможни горят, начальство ногами топает, мол, где громкие дела, резонансные задержания. Последнее время крупная рыбешка не попадается, руководство мне грозит отдел разогнать, так что нужны прорывы, – Виталий все это произносил, как будто репетировал пафосную речь, при этом барабаня пальцами по столу.

– Обещаю, все усилия приложу.

– Хорошо. Пойдём с коллективом знакомиться.

Они вышли из его кабинета. В следующем кабинете, богато уставленным комнатными цветами сидели две девушки-делопроизводительницы и, как догадался Игорь, Инна Никифорова.

Высокая, статная, и как показалось Игорю, выглядящая моложе своего возраста. Длинные светлые волосы, по-простому затянутые в хвост и деловой костюм вместо формы завершали картину.

– Инна Сергеевна, это Игорь Самошников. Твой новый коллега. Прошу любить и жаловать.

Инна с интересом взглянула на Игоря, загадочно улыбнулась и продолжила что-то набивать в компьютере. Игорь же в свою очередь начал украдкой ее рассматривать.

Инна была относительно молодой и очень ухоженной женщиной, но при этом вполне естественной. Ногти, брови, макияж-это все у неё было в полном порядке, Игорь к своему возрасту уже в этом научился разбираться. При этом это все не бросалось в глаза, потому что было сделано со вкусом. Причем ее нельзя было назвать сногсшибательной красавицей, миловидная барышня с правильными чертами лица. Но ее мимолетный взгляд с ничего не значащей улыбкой сразу ему запомнился.

Сергеев тем временем представил двух молодых девиц, Алёну и Ксению. Были они вполне симпатичные, но очень молодые, да и Игорь все равно был больше впечатлён Инной.

Виталий кивнул ему, и они вышли из кабинета. Следующий кабинет был исключительно мужским, и сильно контрастировал с женским. Везде валялись коробки с какими-то бумагами, стены были украшены календарями с полуголыми девицами. При входе в кабинет стоял стол с кучей деталей от компьютеров и тремя мониторами, за которым сидел молодой человек в старом свитере с нечесаной лохматой головой. «Айтишник» – догадался Игорь.

– Сергей. Игорь, – представил Сергеев их друг другу.

У окна сидел мужик плотного телосложения с гладко выбритой головой. Довершали образ переломанные уши, выдававшие занятия борьбой их обладателя.

– Пётр. Игорь, – продолжил представлять новых коллег друг другу Сергеев. «Федоренко» – догадался Игорь. Рукопожатие у того было сильное, и сопровождалось пристальным взглядом в глаза.

В самом углу, отгороженный шкафом, находился третий обитатель кабинета. В очках с большими диоптриями, сидел лысеющий брюнет, погруженный в изучение каких-то бумаг. Он отреагировал на гостей только когда они подошли прямо к его столу.

– Добрый день, – произнёс он, близоруко щурясь через оправу.

– Здорово, Семён. Это Игорь Самошников. Новый сотрудник. А это наше все – Семён Пайкин.

– А чем коллега будет заниматься? Может отчётностью наконец? – тут же пробубнил вопрос Семён с плохо скрываемой надеждой.

– Пока в курс дел войдёт, потом разберёмся.

Виталий указал на свободный стол посреди комнаты.

– Вот рабочее место, располагайся.

Ничего сверхъестественного в новой работе Игорь не увидел, все было как везде. Айтишник Сергей подключил ему доступы, делопроизводители дали расписаться в куче журналов.

В 12 часов в кабинет зашёл Сергеев.

– Есть машина с антиквариатом. Ну или без него. Выезжаем, – объявил он хорошо поставленным голосом.

Игорь вопросительно поднял голову на Виталия и тот кивнул.

– Ты давай со мной.

Игорь быстро оделся и подошёл к кабинету начальника. Тот уже закрывал дверь ключом. Через две минуты они сели в его относительно новый внедорожник Мерседес. Заметив слегка удивленный взгляд Игоря, осматривающегося в дорогом салоне, Виталий покровительственно сказал:

– Не моя. Отцовская. Он хорошо зарабатывает. В стройке работает, так что даже конфликта интересов нет.

– Бензина, поди, много ест? – спросил Игорь.

– Она на фирме отца, так что это не моя головная боль, – хохотнул Виталий.

– Давай кратко расскажу куда едем. Пайкин, я тебе уже говорил, что он у нас самый умный, прокачал вопрос антиквариата. Куча магазинов, в которых каждый месяц новые поступления. Явно привозят с блошиных рынков Европы. По официальной статистике ничего не едет. Значит все возят втёмную. Семён посмотрел бухгалтерию магазинов, все закупают у физлиц.

– Это логично, счета-фактуры не надо заполнять и на номера деклараций ссылаться, – прокомментировал Игорь.

– Вот-вот. А дальше Пётр включился и прессанул одного из владельцев. Тот сдал поставщика. У того несколько микроавтобусов, якобы пассажирских. Но возит под завязку антиквариат, как будто для личных целей.

– Но надо ведь доказать, что для коммерческих. Пассажир если не дурак, скажет, что он фанат старья.

– Поэтому будем хлопать прямо у магазина. Мало того, там ещё и наши сотрудники в теме. Так что операция сегодня многоходовая. На самом таможенном посту будет Служба по Противодействию Коррупции развлекаться. Федоренко с Пайкиным машину от морского вокзала проводят. А мы у магазина подождём.

Через двадцать минут они припарковались у неприметного антикварного магазина на Литейном проспекте. Вход для покупателей был снаружи, а въезд под арку был закрыт чугунными воротами.

– Какой план? – поинтересовался Игорь.

– Ждём микроавтобус, он въезжает во двор, мы заходим за ним и берём на выгрузке. Вон видишь фургон «О…ТА»? Это наши «тяжелые» ждут.

– Собровцы? Зачем? Там антиквары или наркоторговцы?

– Ну скучно им на базе сидеть. К тому же с ними ребята из пресс-службы, им нужно видео зачетное снять. Мы с тобой не киногеничные, – хохотнул Виталий, – А там парни покувыркаются на камеру.

Произошло все, как и планировал Виталий. Минут через десять отзвонились Пётр с Семёном, сказали, что подъезжают. Вскоре у арки с чугунными воротами притормозил микроавтобус Фольксваген с единственным водителем внутри. Через минуту ему открыли ворота, и он заехал. Сергеев с Игорем неспешно зашли за автобусом внутрь, прошли до конца арки и украдкой заглянули во двор. Фольксваген тем временем уже сдал задом к служебному входу магазина. Тем временем фургон с СОБРом заехал в арку и остался в ней, ожидая команды.

Виталий выглянул из-за угла, увидел начавшуюся выгрузку и махнул рукой СОБРовцам. Сначала выскочил оператор и занял позицию, выигрышную для съемки. Затем как по мановению волшебной палочки СОБРовцы высыпались из фургона и помчались в сторону служебного входа. Сопротивления, как и ожидалось, им никто не оказал.

Ещё пару часов оперативники раскладывали и описывали вещи. Что-то было откровенным хламом, что-то произведением искусства на невзыскательный взгляд Игоря. Наиболее ценные вещи снимал оператор для ролика. В какой-то момент раздался звонок мобильного телефона Игоря. Это был Роман Геннадьевич.

– Привет, начал уже работать?

– Да. Сейчас в антикварном магазине.

– Вот об этом и давай поговорим. После работы давай пересечемся.

Они встретились в кофейне недалеко от магазина. Коротко поздоровавшись, Роман Геннадьевич перешёл к делу.

– Короче в твоём отделе кто-то ещё и в ФСБ стучит.

Увидев немой вопрос во взгляде Игоря, он пояснил.

– Сегодня мы приехали брать смену пассажирского поста. И там во всей красе парни с Литейного. Двое из ларца, одинаковых с лица, – процитировал он что-то до боли знакомое Игорю, но тот не вспомнил откуда это. – С предъявами – что мы их на реализацию не пригласили.

В переводе со специфического жаргона это означало, что борцы с коррупцией планировали задержание сотрудников таможенного поста на Морском вокзале, работающих с пассажирами паромов. Но их опередили сотрудники ФСБ, предъявившие претензии о несоблюдении правил кооперации между силовыми ведомствами при задержании коррупционеров.

– А должны были?

– При старом руководстве была негласная договоренность. Но они пару раз нас в известность не ставили, мы решили их на место поставить. Но хрен там был. Протекло. И явно кто-то из твоих новых коллег им сообщил. Так что смотри в оба. Quis custodiet ipsos custodies? – подняв вверх свой мясистый палец, в очередной раз сумничал Роман Геннадьевич. Поймав недоуменный взгляд Игоря, он перевел:

– Кто устережет самих сторожей?

Они попрощались, и до Игоря стало доходить, в насколько непростую ситуацию он попал. Вычислять предателей среди коллег было для него совсем непривычным делом. А предатели, которые еще и на ФСБ работают, было совсем невероятной головоломкой.

Вечером, уже опаздывая, Игорь помчался в клинику к своему товарищу, обещавшему осмотреть сына. Андрей был давно уже там и весело болтал с Юрием Владимировичем, так звали хозяина клиники. Они дружили семьями, вместе отдыхали и иногда выбирались поохотиться. УЗИ, оказывается, ему уже сделали, и Юрий Владимирович, видимо специально для их визита натянувший стильный светло-зеленый халат и шапочку, начал доступно объяснять им, что оно показало:

– Начну с хороших новостей. Это не щитовидка, образование рядом с ним, но ее не касается. Также это не воспалительный процесс, гнойника там нет. Точно это не липома, – увидев вопрошающий взгляд Игоря, он пояснил:

– Это жировик так называется. Ну и не травма, однозначно.

– Так что же это? – озадаченно спросил Игорь.

– А вот это плохая новость. Непонятно. Никогда такого новообразования я не видел. Больше того, позвонил паре друзей. Надо бы МРТ сделать.

– Точно не онкология? – напряженно спросил Игорь.

– Да нет Конечно, ну откуда она здесь? Тут же мягкие ткани – с напускной уверенностью ответил Юрий Владимирович.

Это не очень успокоило Игоря, но он понял, что пытать дальше товарища не имеет смысла. К тому же Юрий Владимирович был больше предпринимателем, чем врачом. Но при этом он знал почти всех специалистов в городе и мог организовать любое лечение или диагностику. С центром МРТ он уже договорился и дал все контакты Игорю.

Домой они ехали в напряжённом молчании. Игорь искоса глядел на сына и холодел при мысли о возможной серьезной болезни. Последний раз он так серьезно волновался за него, когда тот упал с ватрушки и сильно стукнулся головой. Было тогда Андрюше 5 лет, и он ещё не очень хорошо был скоординирован. Но Игорю показалось, что ватрушка штука безопасная, и он спокойно посадил сына на неё и спустил с высокой горки. Три раза тот съехал без проблем, а вот на четвёртый врезался в другую ватрушку, вылетел из своей и затылком стукнулся об заледеневшую землю.

Игорь уже через несколько секунд был рядом, сын лежал на спине с открытыми глазами. Как только он его схватил, Андрюша сделал глубокий вдох и потерял сознание. Близок к этому был и Игорь. Какие-то тетки уже вызвали скорую, у кого-то нашёлся нашатырь. Андрей пришёл в себя ещё до приезда Скорой Помощи, но успокоился Игорь только к вечеру.

Потому как Скорая на всякий случай отвезла ребёнка в больницу, там врачи прогнали их по всем исследованиям, чтобы обнаружить или исключить переломы и гематомы. Такого страха, как в этот день Игорь не испытывал никогда. И сегодня он чувствовал возвращение этого липкого страха за сына.

Но показывать своё волнение сыну он не хотел, потому завёл разговор на отвлечённые темы. Андрей вовсе не осознавал опасности происходящего и охотно поддержал разговор. У них были довольно доверительные отношения, но сын был похож на отца, тоже немного застенчивый, и на откровенности пускался неохотно. Тем не менее они обсудили итоги последнего тура футбольного чемпионата, планы на каникулы и новые релизы Нетфликса.

– Расскажи мне кстати, что ты там выиграл в Доту свою, – Игорь вспомнил об одном из увлечений сына.

– Па, не Дота, а Фортнайт. Дота уже зашквар. Команды собирать, подстраиваться под кого-то. А Фортнайт это «королевская битва». Там каждый сам за себя сражается.

«Вот и у меня Фортнайт. Каждый сам за себя сражается», – подумал Игорь.

Дома их ждали Света и Лена. Они были очень разные, как будто вовсе не мать и дочь: – миниатюрная брюнетка мать и высокая шатенка дочь. Глаза у матери были карие, у дочери зелёные. Что-то неуловимо похожее было в их манере говорить и держать себя, но во всем остальном они были совсем разные.

Завидя мужчин, они обе вскочили с дивана и начали расспрашивать об итогах посещения врача. Игорь пересказал все, что услышал от доктора, добавив чуточку оптимизма. Лена облегченно вздохнула, Светлана, нахмурившись, ушла на кухню и принялась накрывать на стол. Делала она это излишне нервно, из чего можно было сделать вывод, что она недовольна услышанным. Она уже успела переодеться в домашний наряд, но манера себя вести была такой, как будто она еще на работе в окружении бестолковых подчиненных. Из-за небольшого роста и грациозности, в Светлане было что-то кошачье. Очередную тарелку на стол она поставила с громким стуком.

Игорь смотрел на неё и пытался определить причину недовольства.

– Что-то не так? – наконец он отважился спросить.

– Все не так! – вскипела она, – Нельзя нормального врача ребёнку найти? Обязательно все по дружбе, со скидкой? Завтра я сама займусь его здоровьем. Ничего тебе доверить нельзя, – ее карие глаза гневно блеснули на него.

Игорь было открыл рот, чтобы возразить что клиника у его товарища абсолютно надежная, но осекся, и промолчал. Пришли дети, и они вместе принялись ужинать. Света очень хорошо готовила, и когда у нее было на это время, они с удовольствием поглощали плоды ее стряпни. Лена по всем сильно соскучилась и добавляла позитивных эмоций за столом. Да и родители с братом хотели ее поддержать после развода, поэтому ужин прошёл на хорошей волне. К тому же в работающем в фоновом режиме телевизоре началась старая добрая комедия Гайдая, и они от души похохотали над ней. К концу вечера у Игоря полностью ушла тревога за сына, а мысли о работе у него и вовсе выветрились.

Глава 3

Немного освоившись в новом для себя месте, Игорь пришёл в кабинет к Сергееву за задачами. Тот говорил с кем-то по телефону, и не отрываясь от беседы, указал Игорю на стул возле своего стола.

– Давай повидаемся и все обсудим. Нет, в эти выходные не могу, у меня турнир по гольфу.

Засмеявшись в ответ на какую-то реплику собеседника, он ответил:

– Ну да, не все живут одинаково. Давай, на связи.

Переведя взгляд на Игоря, Сергеев приветливо сказал со свойственной ему пафосностью:

– Ну что, готов к труду и обороне?

– Да, пожалуй.

– Понимаю, что мелко, но надо помочь Родине. Точнее коллегам. Нам вообще не положено жалобы рассматривать, но у профильного отдела завал. Посмотри, законно ли жалобщиков штрафовали, – с этими словами Сергеев двинул к Игорю стопку папок.

– Да я вообще-то не юрист, – неуверенно пожал плечами Игорь.

– Да тут юристов и не надо. Процессуальные вопросы правовой отдел проверил. Тут по сути нарушения надо понять-было оно или не было. Я тебе сейчас на почту сброшу образец ответа на жалобу. Дескать, рассмотрев ваши доводы, считаем решение нижестоящего органа правомерным. Все в таком роде, – Виталий сопровождал речь постукиванием пальцами по столу.

– А если накосячили?

– Ну мы же коллегам доверяем. Ну глянь одним глазом, чтобы совсем идиотизма не было. Давай, – Виталий уже потерял интерес к собеседнику.

– Как скажете, – Игорь поднялся со стула и взяв стопку документов, пошёл к себе.

Первое дело было банальным. В контейнере с яблоками из Аргентины при досмотре обнаружилось лишних 500 кг. Само по себе нарушение небольшое и штраф за него был смешной, но Таможня взвешивала яблоки на морозе, подпортив их товарный вид, да ещё и долго держало контейнер, пока заводило дело. Это вызвало изжогу у импортера, и он накатал жалобы во все инстанции, объясняя перевес деловой практикой партнеров, привыкших класть яблоки с запасом. Было очевидно, что законы тут не нарушены, так как 500 кг в погрешность весов не вписывались. То, что нарушение не стоило недельного простоя, было понятно, но законы придумывали не таможенники, так что Игорь с чистой совестью написал отказ в жалобе.

Следующей была жалоба экспедитора. Он вёз по поручению клиента поваренную соль из Таджикистана через порт Усть-Луга в Америку. При взвешивании обнаружилось, что соль весит на 150 килограмм больше заявленного. Количество биг-бэгов (однотонных мешков) сошлось, а вес поплыл из-за повышенной влажности в контейнере. Соль впитала влагу и стала банально тяжелее. Все это достаточно убедительно было изложено в материалах дела. Однако таможня, явно не справляясь с выполнением контрольных показателей, все равно решило оштрафовать экспедитора на 50000 руб.

Показатели. Это был кошмар таможенной службы, начиная с времени руководства ею Германом Грефом. Они назвались то КПЭДами (контрольными показателями эффективности деятельности), то ПРД (показателями результативности деятельности), и бог знает как ещё. Но суть не менялась. Они должны были: а) выполняться; б) расти от года к году. Не важно, были ли вообще в регионе таможни контрабандисты, показатели должны были быть достигнуты. Вот под такой каток попал несчастный экспедитор, требующий справедливости.

Игорь задумался. Конечно, жалобу экспедитора удовлетворить было сложно, хоть по-человечески и хотелось. Дешёвый товар, к тому же идущий транзитом. Кому спрашивается стало хуже от погрешности в весе. Никому. Едет в свою Америку, да и пусть. Но тут Игоря что-то резануло.

Алогичность товарной поставки. Ну зачем такой дешёвый товар везти за тридевять земель в Америку? По документам соль была обычная пищевая.

Игорь полез в интернет поискать мировых производителей соли. Яндекс услужливо выдал, что на семь ведущих производителей соли в мире-Австралию, Канаду, Китай, Германию, Пакистан, Филиппины и США-приходится более половины мирового производства.

Тут Игорь вообще запутался. С чего мировой лидер в производстве соли везёт ее из Таджикистана? Он знал американских бизнесменов. Эти люди делали не всегда понятные русскому человеку поступки, например, заморачиваясь экологией или гендерным равноправием, но всегда хорошо считали деньги. А тут явная глупость-покупать товар за тридевять земель, когда сам его добываешь.

С эти он пошёл к Сергееву. Тот хмыкнул.

– И что ты думаешь там на самом деле?

– Ну если Таджикистан, так и героин возможен.

– А товар то ещё не уплыл? – Сергеев побарабанил пальцами по столу.

– Стоят четыре контейнера. Ждут парохода.

– Ну пиши ориентировку и езжай туда с кинологами.

На следующий день Игорь трясся в служебной машине по разбитым дорогам Ленобласти. Дача у них была на Мурманском шоссе, на пикники он в основном ездил на Карельский перешеек, так что направление на запад от Петербурга для него было неизвестным. Так что Игорь с любопытством читал названия деревень, многие из которых были на ингерманландском языке. К северу от Петербурга все коренные названия сел в рамках русификации финских территорий были изменены на всяко-разные Перовомайские, Красногвардейские и Мичуринские. Терийоки стали Зеленогорском, Райвола превратилась в Сосново и так далее.

К его приезду соль уже выгрузили из контейнеров на склад. Кинолог с собакой бодро рванули к бигбэгам, но чёрный ротвейлер безучастно пробежал мимо всех мешков и отправился обнюхиваться углы склада. Кинолог развёл руками. Грузчики и местные таможенники вопросительно взглянули на Игоря. Тот решительно ткнул пальцем на первый попавшийся биг-бэг. Грузчики его раскрыли, и таможенники начали пытаться проткнуть светло-серую соль металлическим щупом. Слежавшийся минерал не давал металлу углубиться. Игорь под неодобрительным взглядом представителя экспедитора скомандовал высыпать соль на специально расстеленную клеенку. Никаких посторонних предметов на клеенке не оказалось. Собачка также проигнорировала рассыпанную соль. Грузчики лопатами загрузили ее обратно в мешок, но вид его стал явно нетоварным. Игорь прошёл мимо остальных биг-бэгов и внимательно их осмотрел. Их было больше сотни, все одинаковые и маркировка на них ничем не отличалась. Он понимал, что вряд ли контрабандисты стали бы ставить мелом крестик на нужном мешке, но проверить хотелось. Игорь ткнул пальцем в следующий биг-бэг. Ситуация повторилась. Соль на клеенке оказалась без посторонних вложений. Экспедитор, худой парень в комбинезоне автослесаря, не обращаясь ни к кому конкретно, произнёс, указывая рукой на клеенку:

– И кто за это все будет платить? Товарный вид то потерян, клиент претензии нам как пить дать предъявит.

Вопрос повис в воздухе. Неловкую паузу прервали грузчики:

– У нас обед вообще то.

Они с таможенниками и кинологом потянулись к выходу. Игорь нерешительно пошёл вслед за ними. Он чувствовал досаду от бесцельно потраченного времени, хотя предчувствие говорило ему что здесь что-то не так. Тут Игоря озарила мысль. Он отстал от коллег и набрал телефон Алексея-брата его жены Светланы. Родственник окончил школу с золотой медалью, институт с красным дипломом и писал научные труды. Деньги, оставшиеся от отца, позволяли не думать о хлебе насущном, и он просто делал научную карьеру.

– Алексей, Вы же умный.

– Ну это и так известно, – хохотнул тот.

– Скажи мне, вот если у меня есть сто одинаковых мешков. Маркировка везде одинаковая. Но я хочу один пометить незаметно для других. Как мне это сделать?

– Пометь краской, которую только в ультрафиолетовом спектре видно. Ну как купюры метят.

– Но это надо каждый мешок осветить? – уточнил Игорь.

– Да, – отозвался Алексей. – Тогда RFID метку можно зашить. Или радиоактивным изотопом пометить.

– RFID метку – это как в магазине? – переспросил Игорь.

– Ну да. Идёшь мимо с детектором, и он запищит в метре от неё.

– А как метку эту обнаружить? Они все одинаковые? Рамку из магазина притащить?

– Детектор надо, пояснил родственник.

– Это как жучки обнаруживать? – у Игоря родилась идея.

– Ну да, – согласился Алексей.

Они попрощались и Игорь набрал Романа Геннадьевича и изложил ему просьбу. Тот немного удивился, но согласился.

Через два часа к складу подъехал микроавтобус местного отдела Службы по Противодействию Коррупции. Оттуда вышли двое мужчин с увесистыми чемоданами. Игорь проводил их к месту выгрузки мешков и изложил задачу:

– Явно в одном или нескольких мешках есть что-то. Но в каком – непонятно. Попробуете поискать RFID метку? Ну или что-то отличающее нужный мешок.

Мужики хмыкнули и минут пятнадцать настраивали аппаратуру. Первый вооружившись прибором, похожим на металлоискатель, двинулся между рядов мешков. Второй шёл за ним с флюоресцентной лампой. Оба неспешно осматривали каждый мешок. На середине первый техник внезапно поднял руку и остановился. К нему подошёл второй, они покрутились и двинулись к соседнему ряду. Там они ткнули пальцем на один из мешков. Игорь кивнул грузчикам, и те вытащили его на открытое место.

Местные таможенники, что-то почувствовав, включили камеры на телефонах. Лишь экспедитор скептически скривил рот. Через минуту на клеенке в куче рассыпанной соли гордо высились несколько десятков брикетов белого порошка, перевязанных скотчем. Всем было очевидно, что это афганский героин. Тем не менее, один из таможенников вскрыл брикет, понюхал и удовлетворенно хмыкнул:

– Герыч. Я в полиции служил, тыщу раз изымал у торчков.

Техники СПК, в свою очередь выковыряли из соли небольшой кусочек пластика, похожий на карточку доступа от домофона.

– Я же сказал низкочастотная, – гордо сказал один другому.

Но их триумф был минимальным по сравнению с тем, что ощущал Игорь. Эндорфины, дофамин и серотонин одновременно хлынули ему в мозг. Реакция окружающих этому способствовала. Тут же начали появляться какие-то руководители. Начальник таможенного поста, до этого не выходивший из кабинета, с деловитым видом сновал по терминалу, раздавая всем указания. Откуда-то нарисовались транспортные полицейские из линейного отдела на морском транспорте. Экспедитора приняли под локоток и повели опрашивать на предмет заказчика перевозки. Брикеты аккуратно взвешивали и описывали. Через два часа прискакала вся кавалерия. Сергеев, начальники оперативной и местной таможни, чекисты с сумрачными лицами и наркополицейские, выглядевшие сильно старше своих лет. Все что-то оживленно перетирали между собой, видимо кого писать в отличившиеся. Девочки из пресс-службы делали постановочные фото и видео, в общем, все были при деле.

Игорь про себя подумал: «как в пословице: у победы 1000 отцов, а поражение – сирота. Или это Кеннеди сказал?»

– С меня причитается, – прервал его размышления Сергеев, хлопнув Игоря по плечу.

Дальше закружилась кутерьма процессуальных действий. Виталий попросил Инну задержаться на работе, и она из кабинета присылала им всякого рода бланки и образцы документов. В какой-то момент Игорь решил набрать жену и похвастаться успехом. Он даже набрал номер и нажал зеленую кнопку вызова, но не дожидаясь первого гудка, нажал отбой. Где-то в глубине подсознания он проиграл разговор с женой.

«– Дорогая, я поймал партию героина!

– И?

– Меня похвалят, и может даже наградят!

– И ты сможешь наконец купить себе новую машину?

– Это вряд ли, награда будет виртуальной».

Игорь не был уверен в том, что жене будут интересны его успехи, потому и передумал.

Уже поздно вечером Игорь, Сергеев и Инна сели в пивной бар недалеко от здания таможни. Официантка быстро принесла Гиннес Игорю и какое-то гламурное бельгийское пиво Сергееву. Инна взяла себе вишневый «Крик». Игорь с наслаждением втянул в себя первый глоток прохладного напитка сквозь горчащую карамельную пену. С самого утра он ничего не ел, но в суете об этом не задумывался, и только в баре, понял, как он проголодался.

– Ну ты реально красавчик, – Сергеев сверкнул голливудской улыбкой и поднял бокал. – За тебя!

– Это мой долг, – отшутился Игорь. Он немного комплексовал из-за того, что не успел переодеться из походной одежды, к тому же посеревшей от пыли на складе.

Все трое чокнулись.

– Да ты брось, последние наркотики по нашей ориентировке три года назад в стреле экскаватора находили.

– А это когда через рентген пропустили, а там вместо проводов и гидравлики все порошком было забито? Это ваша ориентировка была? – удивился Игорь.

– Ну да. Я после этого и стал начальником. С тех пор как отрезало. ОБКН периодически кого-то хлопает, а у нас тишина.

– Ну рад хоть чём-то пригодиться, – с наигранной скромностью произнёс Игорь.

Официантка тем временем расставила на столе закуски.

– За нашего героя, – сверкнула глазами Инна и подняла бокал с рубинового цвета напитком, чокаясь с Игорем. Он даже слегка покраснел, так как нарочитое внимание симпатичной женщины его привело в смущение.

Сам по себе в Игорь был довольно невзрачным. Среднего роста, с простоватым лицом, он никогда не считал себя красавцем. Фигура тоже была не бог весть какая. Благодаря хорошей генетике и периодическим пробежкам он не толстел с возрастом, но шириной плеч или крепкими бицепсами похвастаться он не мог. Глаза были серо-голубые, в общем ничем в плане внешности похвалиться ему было нечем.

Хотя внешность Игоря была бы находкой для эфэсбэшника – незапоминающася, как не рассматривай: простоватое лицо, среднестатистическая фигура…. Но изюминка все же имелась: когда Игорь улыбался, он излучал мягкий свет – сияли синевой серо-голубые глаза, и даже морщинки становились похожими на лучи.

До знакомства с женой особых любовных подвигов у него не было, а после свадьбы он и вовсе верно соблюдал супружескую верность.

Спустя пару часов Инна отпросилась к семье, и Сергеев с Игорем остались одни, проводив взглядом грациозную фигуру удалявшейся от них женщины. Шла она медленно, обходя столики в пивном баре, слегка покачивая бедрами. Половина мужчин в зале отвлеклись от пива, глядя на нее, но она двигалась, как будто не замечая произведенного эффекта.

– Еще не соблазнила тебя? – начальник первым прервал паузу.

– Да ну, – смутился Игорь.

– Ой обычное дело, она всем глазки строит. Хотя, может, просто манеры такие. Но со мной она себя в рамках приличий держит.

Игорь почувствовал неловкость, но промолчал.

– У меня все хорошо в семье, молодая и красивая жена, так что мне служебные романы ни к чему. Хотя барышня видная, – Сергеев ухмыльнулся.

– Она же вроде замужем? – уточнил Игорь, делая вид, что это ему безразлично.

– Ну что-то там не в порядке. Сначала муж ее чувак успешный был, потом какие-то проблемы появились, – Сергеев пожал плечами и принялся за еду.

Спустя пару минут, он взглянул на Игоря:

– А ты сам-то женат? Что-то я не обратил внимание в кадровой справке.

– Да. Двое детей.

– И как, без проблем?

– Ну есть немного, – Игоря вдруг потянуло на откровенность. – Жена хорошо зарабатывает, – он развел руками. – Потому ведёт себя не всегда адекватно.

– Ну, у меня отец такой же. Считает, раз он за все платит, значит можно всеми командовать. Для меня каждый раз проблема к нему в гости приезжать. Вроде и не попрекает ничем, но ощущение бедного родственника постоянно присутствует, – Виталий мрачно усмехнулся и пригубил из бокала.

Игорь задумался над ответом. До этого он никогда не формулировал свои семейные проблемы. Как-то не было случая их вслух проговаривать. В церковь он заходил по случаю и не исповедовался там, к психологам и психотерапевтам не ходил, ибо считал их шарлатанами, а с друзьями все беседы были довольно приземлёнными. Так что вдруг в разговоре с малознакомым коллегой Игорь почувствовал себя как на исповеди.

– Ну тут такая же история. Только каждый день мне жена даёт понять, кто деньги зарабатывает, а кто землю зря топчет, – неожиданно резко выпалил он и сделал большой глоток из своей пивной кружки.

– Так себе ситуация, – нейтрально прокомментировал Сергеев, немного теряя интерес к разговору.

– А главное, ей похер. Она меня даже не ревнует. Девять вечера, ни звонка, ни сообщения. Где я, что я, вообще неинтересно. Как будто я и не мужик вовсе, – выпалив все это на одном дыхании, Игорь допил оставшееся пиво. – Пойду отолью.

С этими словами он встал из-за стола и направился в туалет. Где-то в подсознании была мысль, что не стоит ему совсем уж изливать душу перед новым руководителем. Видимо, на голодный желудок пиво ему ударило в голову. Игорь посмотрел в зеркало и увидел в нем лицо сильно утомленного человека. Подтянутое лицо еще не старого человека, аккуратная прическа без залысин, но при этом круги под глазами и бороздки морщин на лбу. Он плеснул в лицо холодной водой и вышел из туалета.

Следующей идеей было позвонить жене и услышать ее голос. Как будто ее голос мог бы вернуть ему уверенность в их отношениях. Не проходя в зал, Игорь набрал жену, но услышал лишь автоответчик. Когда он сел за столик, ему прилетело сообщение «перезвоню позже».

Сергеев явно не собирался становиться жилеткой, в которую плачется его сотрудник. Ему было важно поддержать имидж отца-командира, празднующего успех с сотрудниками, но не более того. Посему он вскоре допил пиво, оплатил счет и откланялся под благовидным предлогом. Игорь посидел в баре еще какое-то время, посмотрев футбольную трансляцию.

Приехал домой он глубоким вечером, дети уже спали. Но жены еще не было. Какое-то время назад она отписалась, что на переговорах. Игорь не стал ее дожидаться и лег спать, хотя в глубине души хотел похвастаться успехами. Он снова вспомнил себя маленького, вбегающего домой с пятеркой в дневнике или с кубком, выигранном на соревнованиях по легкой атлетике. Игорь был единственным ребенком, и дефицита внимания не испытывал, хотя и много времени постоянно занятые родители ему не могли уделить.

На следующий день в обеденный перерыв Игорь поехал в военно-медицинскую академию. Там Юрий Владимирович договорился на то, что Андрюше сделают МРТ. По коридорам сновали курсанты в военной форме с накинутыми поверх них халатов. Нужное светило, неожиданно молодой мужчина для своего профессорского статуса, сидел в окружении троих курсантов, которым он что-то растолковывал. Не сразу поняв, кто направил к нему Игоря, он посмотрел бумаги, покачал головой и позвал ассистента и отправил Андрея на исследование. Спустя полчаса он вернулся с вердиктом.

– Штука непонятная. Точно одно – нет метастаз от неё. Ни в лимфоузлах, ни в средостении. Это хорошо. Но надо бы вам с онкологами все равно посоветоваться.

Игорь вышел от светила в растрепанных чувствах. Онкологии он боялся, как огня, а так как это касалось сына, он и вовсе чувствовал панику. Но чтобы не тревожить Андрея, виду Игорь не показывал.

Глава 4

Спустя несколько дней в отделе состоялось совещание. Сергеев, слегка взбудораженный, сообщил что поступила вводная усилить борьбу с «санкционкой», так было принято называть продукты питания из ЕС, запрещённые к ввозу. Прокуратура накатала представление о недостаточных усилиях таможни по борьбе с незаконным ввозом этих товаров и отдел Сергеева получил задачу выявить основные каналы.

– Вводная такая: просто хлопнуть очередную партию нет смысла. Надо найти каналы ввоза, тех кто за этим стоит, а не просто тех, кто это тащит. Давайте так: Никифорова и Самошников, смотрите зацепки на этапе ввоза. Федоренко и Пайкин, смотрите изъятия из розничной сети. Нужны посадки, – подытожил совещание Сергеев, по традиции стукнув по столу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.