Изольда Рыбкина
Это всё она

Глава 1.

Большая картонная коробка тихо опустилась на стол. Вернее, её аккуратно поставила сюда Аня, помощница генерального директора строительной компании «РабСтрой». Бывшего генерального директора. Бывшей «РабСтрой». С сегодняшнего дня у компании новые хозяева и, как оказалось, даже новое название. Какое – Ане было неинтересно. Нет, не потому, что она нелюбопытный человек или не интересуется жизнью вокруг, а потому, что новый генеральный, войдя утром в головной офис, прям с порога заявил о том, что все «старые» сотрудники могут искать новую работу, т.к. штат новой компании уже набран и в услугах работников РабСтроя они не нуждаются.

«Действительно, зачем им «рабы» РабСтроя? У них в компании наверняка будут теперь работать только высококвалифицированные высокотрудоспособные и поэтому очень высокооплачиваемые кадры», – хмыкнула про себя Аня, забрасывая очередной предмет канцелярии в недра коробки. На самом деле, слово «забрасывать» совсем никак не соотносилось с этой девушкой. Проработав 2 года в РабСтрое, Аня уже в первый день поняла, почему сотрудники сами себя называют «рабами». Да, по иронии судьбы, а может и по скудоумию генерального – Рабинского Виталия Эдуардовича, – в названии появилась первая часть его фамилии, которая совпала еще и с его видением процесса управления – от своих работников он требовал максимум выкладки. Выдерживали его темп и требования немногие, учитывая не особо ярое желание начальства поощрять такой выматывающий труд своих сотрудников.

Аня же не только смогла «выжить» в таких условиях, но и завоевать авторитет среди коллег и даже благосклонность «самого главного начальника». Рабинский не только перевел её из секретарей в помощницы, но и назначил ей новое имя – она теперь стала именоваться не иначе как Анечка, – а с новым именем пришло и повышение зарплаты, что было нонсенсом в стенах РабСтроя со дня его основания.

Чем же эта 22 летняя девушка заслужила столь выдающееся положение? Нет, вовсе не тем, о чем обычно думают, когда речь идет о секретаршах и помощницах больших начальников. Анечка, кстати, и не обладала ничем таким «выдающимся». Просто Рабинский, хоть и был «могущественным повелителем» и «великим жмотом», но при этом был также трудоголиком до мозга костей и до трясучки женатым на своей Ирочке, от нее же на столько и зависимым и в неё же, похоже, еще и влюбленным. Поэтому Анечка покорила сердце Рабинского-трудоголика. Она безропотно, добросовестно и очень эффективно выполняла все поручения. В работе часто выходила «за рамки поставленной задачи», выполняя больше или угадывая чаяния великого босса. При этом, она совершенно не кичилась своим трудом, не выставляла напоказ свои заслуги и казалось, что она совершенно равнодушна к похвале, настолько безэмоционально она говорила свое фирменное «благодарю», стоило начальству начать расхваливать ее за очередную удачно реализованную инициативу.

И вот эта Анечка сейчас позволила себе впервые за 2 года проявить импульсивность, пусть это и касалось только канцелярских принадлежностей, являвшихся её же собственностью. Она забрасывала их в коробок, но не от злости или обиды, что её, как и других сотрудников, выставляют за дверь. Она была скорее раздосадована. Дело в том, что когда два года назад она пришла работать в РабСтрой, эта компания стала для неё всем. Благодаря работе здесь она не только могла питаться и оплачивать комнату, которую они снимали вместе с подругой, но и оплачивать учебу в университете. Перейдя на заочку, Аня долго не могла найти работу, которая устраивала бы не только зарплатой, но и давала ей опыт работы по получаемой профессии – менеджер по персоналу. РабСтрой во главе с Рабинским был для Ани пределом мечтаний.

И сегодня в 8.00 по МСК эти мечты разрушились…

Глава 2.

Утро Сергея Рокотова началось раньше обычного. День, которого он так ждал, наконец наступил, и он планировал насладиться каждой его минутой, распробовать на вкус свою победу, прочувствовать каждой клеткой свой хотя и не первый, но всё равно такой желанный триумф!

Сегодня слияние фирм вошло в финальную фазу, и по такому случаю он мог впервые войти в «свой» теперь уже офис как полноправный начальник. Долгих 7 месяцев Рабинский цеплялся за соломинку, пытаясь отстоять РабСтрой, когда Рокотов «душил» его своим строительным холдингом со всех сторон. И вот, наконец, месяц назад, проиграв АртСтрою очередной тендер, Виталий Эдуардович сдался. Подписал договор о слиянии, чтобы избежать банкротства. Решение далось Рабинскому с огромным трудом и большими потерями – сотрудников, власти и немного чувства собственного достоинства – ведь его «потеснил» молодой тридцатичетырехлетний Рокотов, который на 15 лет младше Виталия Эдуардовича. Слияние, естественно, проходило на условиях АртСтроя и выгодно было только Рокотову. Рабинскому же оставался лишь небольшой процент акций объединенной компании и право занимать должность исполнительного директора в одном из филиалов. И для Рабинского это был наилучший исход.

Офис РабСтроя теперь становился центральным офисом большого строительного холдинга АртСтрой. Да, Рокотов давно положил глаз на удобное расположение и более комфортные условия этого здания. Отчасти поэтому так и стремился к слиянию.

__________________________

Сергей Рокотов еще раз осмотрел свой костюм в зеркале лифта, который через несколько секунд откроет перед ним дверь в его новые владения, поправил идеально подобранный под цвет рубашки галстук, коснулся носового платка, край которого всегда словно по линейке-уголку ровным равнобедренным треугольником выглядывал из кармашка пиджака, и смело, немного даже агрессивно, шагнул из остановившегося лифта.

Вопреки ожиданиям, он не услышал звука фанфар, его идеально начищенные ботинки ступили не на красную ковровую дорожку, а головы сотрудников не склонились в стройных рядах вдоль пути следования нового начальника. Офис жил своей жизнью. До начала рабочего дня было 5 минут, и вымуштрованные Рабинским «рабы», пришедшие без опозданий, сновали туда-сюда мимо Рокотова, переговариваясь, смеясь, совершая еще кучу ненужных, по мнению нового босса, действий. Этот факт почему-то ужасно разозлил Сергея Рокотова. Не так он представлял своё появление в АртСтрое…

И именно в эту минуту ему и пришло в голову жестокое и, возможно, не совсем взрослое решение – уволить всех до единого сотрудников этого офиса. Скорее всего, этот порыв был чересчур импульсивным и больше походил на детский каприз, но Рокотов не привык отказываться от своих решений, даже если они приняты спонтанно и только в его голове.

Через несколько секунд он увидел Виталия Эдуардовича, который выглянул из двери в центре большого офисного холла. Рабинский посмотрел на вход и, увидев Рокотова, спохватился, словно совсем не ожидая его появления, а потом быстро перевел взгляд на часы, висящие над головой новоиспеченного большого босса. Поняв, видимо, что время его власти стремительно истекает, взгляд бывшего начальника потух еще сильнее, а на лице появилась какая-то странная улыбка. Правила вежливости и хорошего воспитания Виталия Эдуардовича диктовали соблюдать деловой этикет и быть приветливым, но осознание того, что тебя «подвинули», или даже «задвинули», всячески противилось. Поэтому его улыбка, совмещавшая борьбу этих двух чувств, больше пугала, чем располагала к общению.

Однако Сергея Рокотова не так просто смутить. Он и сам прекрасно владел несколькими десятками приемов по запугиванию подчиненных. Достаточно было ему просто посмотреть на сотрудника, как тот сразу вспоминал, какие грехи водятся за ним и, на всякий случай, за всеми его родственниками, включая домашних животных.

– Сергей Александрович, доброго утра! Вы не предупредили, что приедете раньше. Сейчас я представлю Вас сотрудникам.

– Не стОит, – отрезал Рокотов, даже не поведя бровью. – Соберите начальников отделов в зале для совещаний.

Через пять минут Рокотов, сидевший во главе длинного стола, наблюдал за тем, как в конференц-зал, куда его сразу же проводил Рабинский, стройным рядочком стали входить работники компании. Сергею подумалось, что они сейчас напоминают группу детского сада, которую воспитатель выводит на прогулку.

"Неплохая дисциплина. Всё-таки стоит подумать над вариантами, как сохранить основной костяк топ-менеджеров", – размышлял Рокотов.

Пока начальники отделов рассаживались, несмело кивая сидящему в кресле генерального новому лицу, это лицо, не мигая и не проявляя ни одной эмоции, нечитаемым взглядом рассматривало входивших людей.

Неожиданно для себя Рокотов на несколько секунд обратил своё внимание на девушку, вошедшую в зал после всех. Это была совершенно обычная брюнетка, очень маленькая и в огромных круглых очках. Рокотов, чей рост был почти метр девяносто, вдруг задумался совершенно неуместно в данных обстоятельствах: каков рост этой девочки. Метр пятьдесят, может пятьдесят пять?

В следующую секунду она повернулась и посмотрела прямо на Сергея. От такого резкого прямого попадания глаза в глаза, он даже внутренне вздрогнул. Тут же взял себя в руки и почему-то отвёл взгляд. И разозлился на себя за это.

"С какой стати ты отводишь взгляд! Рокотов, ты здесь главный, и твои подчинённые обязаны прятать от тебя глаза", – выругал себя Сергей, однако решил пока не смотреть в сторону этой кареглазой.

"Кареглазой, блин! Это совсем лишняя информация!", – продолжал злиться на себя большой босс.

– Уважаемые коллеги, я собрал вас здесь, – начал свою речь Виталий Эдуардович, – чтобы сообщить, что с сегодняшнего дня наша компания становится частью строительного холдинга АртСтрой. Представляю вам вашего нового начальника – Рокотова Сергей Александровича.

С последними словами Рабинский посмотрел в сторону мужчины, сидящего во главе стола в его кресле, прощальным взглядом, передавая ему слово и бразды правления.

– Здравствуйте, – словно бы нехотя произнёс Рокотов. Он не любил приветствия, так как от них обычно веяло каким-то располагающим настроением, а Сергей привык с первого слова наводить страх и трепет на своих сотрудников, это было в его стиле и придавало ему уверенности. – С сегодняшнего дня вы уволены. Вы и ваши подчинённые. Доведите эту информацию по отделам самостоятельно. Наша компания будет набирать новый штат сотрудников, вы можете на общих основаниях тоже принять участие в конкурсе.

В этот момент его взгляд непроизвольно снова столкнулся с огромными карими глазами.

Рокотов уронил ручку на стол. Мысленно отвесил себе подзатыльник. Сжал кулаки и продолжил:

– По всем вопросам обращаться к моему секретарю, Вере Николаевне.

Он быстро поднялся со своего места и решительно зашагал к выходу, оставляя шокированных топ-менеджеров переваривать сказанные им слова.

Проходя мимо брюнетки, которая сидела почти у самой двери, Сергей поймал себя на мысли, что чувствует её взгляд на себе и … боится с ним встретиться.

"Иди, и не смотри в ту сторону", – звучало в голове, когда вокруг царила гробовая тишина. В этой тишине внутренний навигатор благополучно довёл Рокотова до двери…

Глава 3.

– Документы по поставщикам, – Вера Николаевна подошла к столу Рокотова в очередной раз и принесла несколько небольших папок. Видно было, что с ними работали – всё разложено по направлениям, датам и в алфавитном порядке.

– Вера Николаевна, задержитесь, – ровным голосом попросил Сергей, – я тут отложил несколько проектов, часть из них уже неактуальна, а вот эти, – он придвинул стопку с документами ближе к женщине лет сорока пяти – пятидесяти, – отдайте Андрею Викторовичу, возможно, там есть что-то важное, что требует внимания.

Когда дверь за секретарём закрылась, мысли Рокотова опять вернулись к девушке из конференц-зала.

"Интересно, если я велел собрать только начальников отделов, значит: она тоже из топ-менеджеров… Такая молоденькая… На вид лет 18… Да ну… Не может быть. В таком возрасте даже институт не окончишь, а до топов ещё нужно дослужиться. Стоп! А может она какая-то родственница Рабинского?.. Или не родственница, а… Да ну нет!"

Рокотов даже хлопнул ладонями по столу, а потом резко откинулся на спинку кресла, положив руки на подлокотники. Откуда эта злость? Какое вообще ему дело до девчонки с карими глазами?

"Нет, надо плотнее заняться работой! Дел невпроворот, а мысли разлетаются. Это всё от того, что сегодня день такой – слишком много событий, новых задач, вот организм сам и переключает мозг на левые темы", – закончил сеанс рефлексии Рокотов и поднял трубку селектора.

– Вера Николаевна, позовите ко мне Андрея Викторовича.

Не дожидаясь ответа, Сергей положил трубку и снова принялся разбирать бумаги.

В дверь тихо постучали, и начальник, не поднимая головы, бросил только: "Входи!", почему-то будучи совершенно уверенным, что это Андрей.

Дверь отворилась, и Рокотов услышал лёгкое покашливание, которым женский голос пытался обратить на себя внимание.

Она.

Рокотов вдохнул, хотя должен был выдохнуть, и подавился лишним вдохом, но показать свою растерянность (а для Сергея это означало слабость) он не мог никак. Поэтому резко выкрикнул грубым басом:

– Вы чего-то не поняли!? Я же сказал, всё свободны, все уволены!

Девушка не то чтобы смутилась, нет, скорее её лицо выражало какие-то сдерживаемые эмоции. Какие именно, Рокотов разобрать не мог. Но привычного для него страха и трепета точно там не было.

– Я помощница Виталия Эдуардовича и пришла забрать кое-какие свои вещи из этого кабинета.

Ну, конечно! Как я и думал – никакая она не родственница Рабинского, а самая настоящая…

– Это моё дерево, – вдруг сказала девушка, подойдя к какому-то фикусу в углу. – Его мы с мамой вместе посадили, а год назад, – она запнулась на секунду, – по семейным обстоятельствам, Виталий Эдуардович разрешил поставить его на время моей работы в своём кабинете.

Тон девушки был спокойный, словно бы убеждающий, что она не обманывает, но при этом лишённый заискивания и полный решимости отстаивать этот облезлый фикус.

Рокотов собрался прервать её речь, чтобы не слушать слишком уж приятный голос и не следить за каждым её движением как завороженный, но это не понадобилось, потому что на пороге в момент появился высокий подтянутый блондин с широченной улыбкой во все зубы.

– Серый, я беру свои слова по поводу набора сотрудников обратно! С нетерпением жду этот кастинг на роль своего секретаря – там такие девчонки из РабСтроя свои анкеты сейчас заполняют! – Андрей закатил глаза и его улыбка довольного кота стала ещё шире. Потом он осёкся, заметив, что шеф не один.

– Не кастинг, а конкурс, это во-первых. А во-вторых, Сергей Александрович.

– Простите великодушно. Конечно, Сергей Александрович, и никак иначе, – сказал вроде бы резко посерьезневшим голосом, но огоньки в глазах спрятать всё же не смог или не успел, отчего было понятно, что он просто дурачится, а не извиняется. – А я вот тут по делу, к Вам, – последнее слово выделил особо, – изучил документы по текущим проектам, и завтра в 9.00 у вас благотворительная выставка-ярмарка в детском центре.

Довольная улыбка снова затопила лицо Андрея.

"Как же не вовремя!" – пронеслось в голове Рокотова.

– Кто занимается проектом? – произнёс он вслух, делая вид, что девушка, передвигающая огромный горшок с цветком по его кабинету, совершенно его не заботит.

– Как кто? РабСтрой, конечно, – не понял вопроса Андрей. – Ну, а теперь – мы, получается…

– Кто в РабСтрое отвечал за этот проект? – с нотками раздражения прервал его Сергей.

– Ааа, – протянул блондин, копаясь в папке, которую только что принёс. – Вот. Весенняя Анна Валерьевна.

– Позови её ко мне в кабинет, – отчеканил Рокотов.

И тут случилось то, чего большой начальник ожидал меньше всего. Девушка, которая дотащила цветок почти к самой двери, вдруг обернулась, посмотрела на него и тихо, но уверенно сказала:

– Я здесь.

Глава 4.

"Вот же дёрнуло меня вернуться за Жориком", – мысленно возмущалась Аня, отпуская горшок с деревом, которому она ещё много лет назад дала имя, и поднимая глаза на нового начальника.

– Я здесь, – произнесла как приговор, на вдохе, и тут же затаила дыхание.

Пока собирала свои офисные пожитки, она уже набросала в голове план, как будет снова копаться на сайтах вакансий, обновлять своё резюме и рассылать его по сотням адресов. Мысленно Аня уже вернулась в свою комнатушку двенадцать квадратов пополам с подругой и пила чай с лимоном, размышляя, когда лучше пойти в институт, чтобы оформить академ.

"А дадут ли мне академ на последнем курсе?.. " – вдруг пришла неожиданная мысль. Оплачивать обучение было для Ани приоритетной статьёй в расходах, и с потерей работы её диплом, маячивший уже на горизонте, на глазах уплывал куда-то за воображаемую линию…

Аня окидывала взглядом свой опустевший стол, не позволив себе ни на секунду задуматься о том, чтобы участвовать в конкурсе на место в этой компании. Отсутствие диплома о высшем образовании, сессии дважды год сводили все шансы на получение работы к нулю. Но больше всего девушка не хотела иметь дело с этим страшным человеком – новым начальником.

Как он на неё посмотрел, когда она вошла в конференц-зал! Если бы взглядом можно было сжигать, то от неё в ту же минуту остался бы один пепел, который он бы просто сдул со своего шикарного дубового стола и продолжил свою речь.

А каково было войти к нему в кабинет и попросить забрать Жорика! Так зло на неё посмотрел, словно бы готовясь вышвырнуть из кабинета, как котёнка.

И тут, надо же, ведь почти успела добраться до спасительной двери, как услышала свою фамилию и перестала дышать.

– Вы должны быть завтра в 9.00 в этом центре, – безапелляционно заявил новый владелец этого кабинета. – Адрес, надеюсь, знаете?

– Адрес я знаю, и буду там обязательно.

– Отлично, расскажете мне всё на месте, сейчас у меня другие дела.

– Нет.

– Что нет? – удивлённо и даже слегка обескураженно вскинул голову начальник.

– Я пойду на мероприятие. Но у меня там свои дела, поэтому не смогу уделить вам время.

"ЧТО???!!! Это что сейчас было? Меня послали? МЕНЯ?! Начальника! Босса! " – Сергей Рокотов внутренне захлебывался эмоциями, но внешне остался скалой. Злой, бесящейся скалой.

– Что это значит?! Вы ответственны за этот проект!

– Я не снимаю с себя ответственности, как человек, но как работник, я с сегодняшнего дня ни за что не отвечаю. Меня полчаса назад уволили.

"Ах, вот в чем дело! В игры со мной играть вздумала, маленькая интриганка? Ну ладно, этот раунд за тобой", – хмыкнул Рокотов и сказал:

– Вы снова приняты. Возвращайтесь на рабочее место.

– Позвольте узнать, в качестве кого? – с вызовом, но спокойно спросила Аня.

– Не понял, что значит "в качестве кого"? – недовольно прорычал Сергей.

Аня многозначительно смотрела на него, ничего не говоря. И тут до него дошло! Она ведь была помощницей Рабинского. С его увольнением её место тоже вроде как самоупразднилось…

Глупая ситуация. И из неё нужно срочно найти выход.

– Вы же были помощником генерального? Вот и возвращайтесь к своим обязанностям. Генеральный директор находится в том же кабинете.

Сказал таким обыденным тоном, будто не помощницу себе только что назначил, а кофе в кафе заказал. Даже Андрей, притаившийся в сторонке и наблюдавший внезапно развернувшиеся у него на глазах баталии, поверил в то, что это была не импровизация, а заранее спланированное решение.

Повисла пауза, во время которой Сергей невозмутимо разбирал документы, а Андрей и Аня соревновались в гляделках. Нет, совсем не друг на друга. Аня вытаращила глаза на нового шефа, пытаясь рассмотреть подвох в его последней фразе, а блондин с каким-то подозрением рассматривал саму Аню.

– Вы ещё здесь? – не поднимая головы прогремел босс.

– Я… Могу я уточнить: я остаюсь в компании в должности помощника гендиректора? Мои обязанности…

– Ваши обязанности перечислены в вашем допсоглашении. Я вас не задерживаю. Когда вы мне понадобитесь, вас позовёт мой секретарь Вера Николаевна. Ещё вопросы?

– А как же… – вот тут Аня действительно и была и выглядела очень растерянно. – А… Жорик? – сама не поняла, как спросила про свой цветок, видимо потому, что по прежнему не отходила от огромного горшка, который стоял у самой двери и частично загораживал ей выход.

– Он тоже может остаться. Идите, я позабочусь о том, чтобы он вернулся на своё место.

Аня больше не могла произнести ни слова, ибо пребывала в лёгком шоке от произошедшего только что.

"Вулкан. Человек-вулкан", – думала Аня, сидя за своим столом и разбирая свои вещи из коробки, расставляя их на места на столе. В какой-то момент она словно зависла, глядя в одну точку и прокручивая в разговор в кабинете шефа. Её задумчивость прервал телефонный звонок.

Глава 5.

– Подруга, ты сейчас упадешь, какие у меня новости! – без приветствий и вступлений, ворвался в сознание Ани веселый голос Светки, бывшей одноклассницы, нынешней однокурсницы, соседки и при всём при этом лучшей подруги. – Угадай, кто приезжает в город в эти выходные!?

Вот кому-кому, но не Ане сейчас хотелось играть в угадайку. Она с трудом-то вообще восприняла смысл слов, донесшихся из динамика. Пока она собирала мысли в кучу и пыталась сформулировать хоть какой-то внятный ответ, Светка уже практически провизжала:

– Лёшка Синицын! Представляешь!

Лёшка Синицын… Когда-то они были неразлучными друзьями: Анька, Светка и Лёшка. А потом случилось… Много чего случилось, и пути их разошлись. Аня со Светкой уехали в город, а Лешка пошел в армию. Потом вроде у отца в автомастерской работал.

– Свет, давай дома поговорим. У меня тоже новости есть.

– Заинтриговала! Давай анонс новостей сейчас, а вечером подробности, – как всегда заговорщически протараторила подруга.

– Если коротко, то меня сегодня уволили из РабСтроя, а через час приняли в АртСтрой.

– Что?! Ничего не поняла: тебя уволили или приняли? Какие «строи»? У тебя всё в порядке?

– Да, в порядке, в порядке. Это был анонс, а полную версию слушайте сегодня в программе «Вечерний чай со Светланой Липатовой».

Всё-таки у Светки дар – разряжать обстановку и заражать позитивом. Аня отключила звонок и отложила телефон, продолжая улыбаться. Теперь вернемся к работе.

– Ну ты даешь, дружище! Вот это я понимаю – крутой начальник! Так их всех! Чтоб не распускались! – Андрей не смеялся, он дико ржал, вспоминая эпизод минутной давности.

– Всё? твой стендап закончен? – совершенно не разделив весёлого настроя друга, спросил Рокотов.

– Девчонка, конечно, с огоньком, и, признаться, где-то в середине вашей перестрелки я даже немного засомневался, что вначале поставил на тебя. Но ты молодца – всё ж таки сравнял счёт, смог хотя бы выбить её из колеи.

– Слушай, заканчивай, а?! Завтра до обеда остаёшься в офисе за главного. Посмотри отчёты за текущий месяц. Рабинский-то, конечно, педант и до сих пор ни одного серьёзного косяка мы не заметили, но последний подряд на строительство детских площадок в жилом комплексе какой-то мутный. Проверь, может, и показалось мне.

Андрей шутить больше не пытался, поняв, что друг полностью погружён в работу.

______________

Утром следующего дня Аня, обвешанная пакетами, запрыгивала в автобус. Маршрутка исключалась сразу, т. к. девушка прикинула заранее, что в час пик ей с таким количеством сумок туда будет просто не попасть. Автобус – другое дело, хотя едет медленней. Но Аня умеет рассчитывать время.

С вечера собрав все материалы для мастер-класса с детками, девушка уже предвкушала эту встречу со своими подопечными. Дело в том, что выставка-ярмарка, организуемая РабСтроем, который 2 года назад построил этот детский центр, была именно Аниной инициативой. Сначала она уговорила Рабинского провести такое мероприятие в рекламных целях и приурочить к сдаче объекта. Начальник предложение оценил сначала с точки зрения выгоды, а когда сам принял участие, увидел детскую боль и искреннюю радость, то поручил Ане организацию таких мероприятий несколько раз в год.

Аня же не могла довольствоваться только организацией, ей хотелось принимать реальное участие в благотворительности. Но денег у неё не было, и тогда она нашла выход. Она стала вести мастер-классы прямо во время ярмарки. Дети с родителями подходили к её столику и мастерили разные интересные вещи, заранее подготовленные Аней. Участие было бесплатное, но забрать себе готовое изделие можно было, только внеся за него благотворительное пожертвование для детского центра для детей-инвалидов. Аня ставила всегда минимальную стоимость, но денег в копилке всегда было в несколько раз больше.

Вот и сегодня девушка спешила в центр пораньше, чтобы успеть занять стол и разложить всё для мастер-класса.

_______________

Автомобиль Рокотова подъехал на парковку к 8.50. Сергей тоже рассчитывал время и сегодня оно расписано по минутам. Кстати, его расписание на этот день впервые составила Аня. Ещё вчера во второй половине дня она поднесла в кабинет начальника распечатанное расписание на завтрашний день и попросила с ним ознакомиться. Вместе с расписанием она положила ещё один лист, в котором была программа благотворительного мероприятия, которое должен был посетить гендиректор АртСтрой и ответственная за организацию Весенняя А. В. Сергей пробежал глазами расписание, окинул взглядом программу и молча кивнул, что Аня верно сочла знаком к тому, что его всё устраивает и она может идти.

Выйдя из машины, Рокотов ожидал увидеть Аню, встречающую своего шефа у входа. Но этого не произошло. Его никто не встречал.

«Что происходит – второй день подряд меня игнорируют мои подчиненные…» – внутренне возмущался Сергей.

В этот момент к нему подошла девушка-волонтер и попросила заполнить анкету участника. Глаза Рокотова сверкнули недобрым огнем. Бедная девушка растерялась, начала метаться глазами в поисках поддержки. Неловкость ситуации и растерянность волонтера видимо обратили на себя внимание администратора, которая с доброжелательнейшей улыбкой быстро подошла к Сергею.

– Здравствуйте, могу я узнать Вашу фамилию? – продолжая улыбаться, спросила женщина лет сорока.

– Рокотов, – буквально прорычал ей в ответ.

– Простите, Рокотов Сергей Александрович? – уточнила администратор и заметив едва уловимый кивок, продолжила: – Сидловская Валентина Павловна, я администратор выставки. Мне поручено сегодня быть вашим, если можно так сказать, гидом, вы не против? – пропела женщина, даже не рассчитывая на возможный отказ. Зря.

– Против, – отчеканил Рокотов. – Где Весенняя Анна Валерьевна?

– Ой, Анечка… Анна Валерьевна поручила мне вас сопровождать и рассказать программу…

– Где она? – грозным рыком оборвал её Рокотов.

Тут уже и невозмутимая Валентина Павловна растерялась и улыбка на ее лице становилась всё натянутей, а голос даже начал местами дрожать.

– Она… она на ма… мастер-классе, – запинаясь ответила администратор, и прочитав по взгляду мужчины, что эта информация его тоже не устраивает, спохватилась и указав рукой в сторону, пропищала:

– Пойдемте. Я вас провожу.

Глава 6.

Он шёл по огромному выставочному залу, куда со всех сторон стекались совершенно разные люди. Вот мимо пронеслись 3 девчонки лет по 8-9 в одинаковых костюмах, очевидно для какого-то концертного номера, вот пожилая дама ведет за собой целую делегацию нагруженных какими-то коробками людей, вот молоденькие девушки-волонтеры пытаются найти место для выставки картин суховатой женщины немного за сорок и такого же мужчины лет шестидесяти…

Вся эта суета заполняет пространство, Рокотову хочется уйти, чтобы не пробираться через толпу, не обходить внезапно свалившиеся прямо у его ног какие-то детские поделки, не натыкаться на внезапно выскочивших прямо в твои объятия девушек…

А точнее одну конкретную кареглазую девушку.

– Сергей Александрович, вы уже здесь? – словно не она только что совершенно бесцеремонно нарушила его личное пространство, уткувшись с разбегу в живот своему начальнику. – Валентина Павловна, проводите, пожалуйста, Сергея Александровича к Виктории Олеговне. Она в своём кабинете.

С этими словами Аня на полном серьёзе собралась ломануть дальше по старому маршруту, который был прерван неожиданным появлением на пути шефа.

Рокотов за эти полминуты испытал целый букет различных чувств. Начиная от удивления, увидев Аню в своих руках, далее шло что-то непонятное от осознания того, что его помощница находится слишком близко. От этого чувства словно волна электричества прокатилась по телу начинаясь от кончиков пальцев рук, которыми он держал её за талию и плечо. Это ощущение было настолько незнакомым, что Рокотов на какое-то время перестал дышать и ошарашенно смотрел на девушку. Но Аня не позволила шефу надолго лишиться кислорода и тут же вернула его в обычное состояние всего парой фраз.

И Сергей начал закипать. Да, прямо как чайник со свистком. Бедная Валентина Павловна, казалось, даже слышала этот нарастающий свист, и поспешила ретироваться.

Очень вовремя, так как вопреки словам и наверное желанию Ани сбагрить шефа на администратора, шеф этот был другого мнения. Не размыкая рук, в которых всё ещё была сжата ретивая организатор мероприятия, Рокотов потащил её в сторону сцены, где было меньше всего людей.

– Анна Валерьевна, что это значит!? – проревел начальник. – Мы вчера с вами всё обговорили и вы должны были ввести меня в курс мероприятия. Что вы себе позволяете?!

– Как что? – растерянно ответила вопросом на вопрос девушка. – Вы же вчера видели программу…

– Видел, – вроде бы подтвердил слова помощницы, но червячок сомнения начал потихоньку вгрызаться в сознание, напоминая вчерашний суматошный день. Программу-то он как раз и не посмотрел, быстрым взглядом пробежал по своей речи, отметил время начала мероприятия. Остальное не посчитал нужным изучать, понадеявшись на свою помощницу.

– ??? – Аня не задала вопрос вслух, но её взгляд говорил о полной уверенности девушки в своих действиях.

Рокотов понял, что ему не удастся сегодня её запугать, как и добиться какого-то ответа, и он решил достать из кармана сложенный вчетверо листок.

«Поверить не могу, что я это делаю! – Сергей мысленно изобразил фейспалм. – Кто тут, блин, начальник!?»

– Позволите мне? – тихо произнесла Аня и спокойн1 взяла в руки листок. – Пятый пункт: участие в мастер-классах с целью сбора благотворительных средств для детского центра, – девушка неуверенно подняла глаза на шефа и прочитала в них … Нет, лучше не знать того, что сейчас было в них написано. Она решила быстро пояснить, но понимая, что видимо уже поздно, сделала это очень тихо: – Имелось ввиду моё участие.

– Анна Валерьевна! Что вы мне голову морочите!? Я вас принял на работу, чтобы догадываться и додумывать? Для чего мне помощник, который не помогает? Немедленно оставьте всё и занимайтесь своими прямыми обязанностями!

Аня ничего не сказала, но её лицо в миг изобразило такую грусть и невысказанную мольбу, что не обратить на это внимание и не сделать так, как она просит, было бы равносильно обидеть ребенка, не дав ему мороженное, которое у тебя в руках.

И Рокотов не смог. Не смог сдержать тяжелый вздох, глядя в эти огромные карие глаза с черными длинными ресницами, и побежденно сказал:

– Где ваша Валентина, как её там? Пускай проводит меня уже меня к этой Виктории… Кстати, кто она?

Аня просияла.

– Виктория Олеговна. Она замдиректора детского центра. Директор сейчас в коммандировке, и Виктория Олеговна введет вас в курс дела, покажет центр и будет сопровождать на банкете.

– Какой банкет? Сегодня? – честно говоря, Рокотов уже устал удивляться, но Аня видимо подготовила ему не один сюрприз.

Девушка опять смутилась и на секунду опустила глаза, а потом быстро проговорила:

– Банкет вечером. Я не внесла его в ваше расписание, не знала, будет ли вам это интересно. Вы можете не идти, я там буду, и сделаю для вас отчет.

Рокотов смягчился. И одобрительно кивнул.

– Я подумаю.

_____________

Виктория Олеговна оказалась привлекательной молодой дамой, возраста чуть моложе Сергея. Увидев его на пороге своего кабинета в сопровождении Валентины Павловны, она мигом поняла, кто и зачем к ней пришел и тут же расплылась в улыбке, которая из просто доброжелательной по мере общения с ее адресатом становилась всё более кокетливой.

Они шли по выставочному центру, обходя лавки с выставленными товарами народного творчества, делая заинтересованные лица под вспышками фотокамер. Когда началась зона мастер-классов, Рокотов принялся глазами незаметно искать желтый свитерок и черную макушку, которые сегодня поглотили часть его нервных клеток. И когда взгляд остановился на искомом объекте, Сергей снова «завис».

В окружении десятка детворы сидела Аня с завязанными глазами, а дети по очереди давали ей потрогать свои ладошки, а потом целовали её в щеки. Дети и девушка звонко заливисто смеялись. Суть игры понять было сложно, да и она сейчас интересовала меньше всего. Рокотов завороженно смотрел на Аню. Он позволил себе её разглядывать, ведь она не могла этого увидеть. Он впервые увидел ямочки на щеках, вернее на одной щеке она была явной, а на второй при улыбке проявлялась лишь едва заметная складочка. Сергей рассмотрел вздернутый носик, по которому ему иногда хотелось щелкнуть, чтобы его хозяйка не заставляла чувствовать себя неловко рядом с ней. И, конечно, Рокотов не мог не остановить взгляд на губах. Смеющиеся аккуратные губки приковали к себе его глаза. А тут еще она возьми и поцелуй ими в ответ в щечку какого-то малыша. Сергей сглотнул и закашлялся… Повернувшись к собеседнице, которая вот уже минут пять пыталась что-то до него донести, заметил, что она переводит взгляд с него на Аню, очевидно заметив его пристальное внимание. Виктория фыркнула:

– Ужас, зачем такое допускать!? Как родители позволяют такое антисанитарное безобразие! Нашли место, где лобызаться… Она сорвалась в сторону столика Ани, но Рокотов её аккуратно перехватил за локоть и быстро перевёл тему:

– Виктория Олеговна, мне кажется, нас зовут к сцене, скоро мне выходить. Может вы угостите меня чашечкой кофе?

Пить кофе с Викторией, одетой в облегающее платье и накрашенной будто для топового журнала, было куда безопасней, чем смотреть на невинную игру девушки с малышами. Увидеть эти целующие кого-то губы было выше его сил.

Глава 7.

Следующие несколько дней прошли относительно спокойно. Аня виртуозно справлялась со своими обязанностями. К концу недели Сергей даже перестал удивляться тому, как она всё успевает и как эффективны все её действия. «Ни одного лишнего движения, словно робот», – подумал однажды Рокотов, проходя вместе с Андреем мимо её стола и будто бы случайно остановившись на небольшом расстоянии, чтобы обсудить какой-то рабочий вопрос.

Однако сходство с роботом у Ани было лишь в слаженности действий. В остальном же шеф всё чаще отмечал плавность и грациозность её движений. В них напрочь отсутствовало кокетство или манерность, они были наполнены смыслом и какой-то особенной мягкостью.

Каждый раз задерживаясь на своей помощнице лишнюю секунду, Рокотов мысленно костерил себя и за это же злился. А срывался опять на Ане. Понимал, что неправильно так себя вести, что она не виновата в том, что он со своей задвинутой в дальний ящик личной жизнью, совсем уже умом тронулся, раз стал засматриваться на подчиненных, да еще и на собственную помощницу…

«Надо срочно исправлять ситуацию», – подумал Сергей и взял в руки телефон. Отыскать нужный контакт было делом нескольких секунд. Очень удобно, когда есть постоянная подруга, но нет «отношений». Не нужно отчитываться, где ты был, и спрашивать, где была она. Не надо подстраиваться, врать и строить из себя того, кем ты не являешься. Но самое главное – не нужно думать о том, что чувствует другой человек, бояться его обидеть или задеть словом или действием. Нет, отношения – это точно не про него.

Сергей: Привет. Есть планы на субботу?

Минимум слов, максимум информации – девиз Сергея Рокотова.

Полина: Привет))) В субботу иду в клуб, можешь составить компанию ;)

Сергей: Ок

Ну вот. Одной проблемой меньше. А так как завтра уже пятница, то нужно поскорее разобраться с насущными делами.

________________

Аня опять уходила домой позже всех. Как и во все другие дни на этой неделе. С приходом нового руководства работы прибавилось в разы. Если раньше она была помощником директора одной строительной компании, то теперь у её начальника во владении был целый холдинг.

Сначала Аня надеялась, что объем работы уменьшится, как только шеф разберется с делами слияния компаний. Но сегодня уже четверг, а новых поручений стало только больше и задания порой отнимали намного больше времени, чем, очевидно, предполагал человек, которые их раздавал.

Сегодня утром Аня попыталась намекнуть шефу, что у неё всего 2 руки, две ноги и, как назло, всего одна голова. Эффект получился прямо противоположный – шеф взбеленился и прокричал только:

– Если вы не справляетесь, то так и скажите, я найду вам замену.

«Может и правда, лучше уйти?» – размышляла Аня, устало уткнувшись головой о стекло. Маршрутка была полупустая, т.к. час пик давно прошел, и сейчас вместе с Аней ехали лишь несколько человек. Девушка уже начала мысленно просчитывать, сколько дней она сможет продержаться на работе в таком темпе, прикидывать, сколько времени может уйти на поиски нового места, как вдруг кто-то присел рядом с ней на сиденье.

Глава 8.

– Почему я не мог дозвониться вам всё утро? – строго спрашивает шеф, а у Ани совершенно нет сил что-то ему объяснять. Но надо что-то ответить…

– Я телефон потеряла, – получилось сдавленно и тихо. Девушка изо всех сил старалась сдержать никому не нужные эмоции.

– Ваши личные проблемы не должны отражаться на качестве вашей работы, – Рокотов начал подозревать, что с его помощницей что-то не так. Эта грусть в её глазах… Стоп! Глаза красные, она что, плакала?

– Что случилось, Анна Валерьевна? Говорите мне правду, немедленно! – потребовал он, приподнимаясь в своем кресле и строго смотря на Аню.

– У меня вчера украли сумку в маршрутке, – старалась произнести как можно ровным голосом. Самое неприятное для Ани было вызывать у людей жалость, но сейчас ей было слишком плохо и действительно жалко саму себя.

Когда вчера к ней подсел молодой парень и, пригрозив ножом, потребовал отдать сумку, Аня очень испугалась. Подобные истории она слышала не раз, но никогда не могла подумать, что с ней такое тоже может произойти. Кричать и звать на помощь не было смысла – Аня сидела на заднем ряду, и попробуй она только открыть рот, как ей бы его сразу закрыли. Трое подростков-переростков окружили её, отгородив от водителя и трех пассажиров, что сидели впереди и беседовали о чем-то. Маршрутка остановилась через минуту, и никто не заметил, что у одного из выходивших парней в руке была женская сумка…

– Вы написали заявление в полицию? – продолжал допрашивать шеф.

– Нет. Я не помню их лиц. Было темно.

– Вы что одна ездите ночью на общественном транспорте? – вроде бы даже удивился этому факту.

– Да. Это единственный вариант вернуться домой после работы.

Рокотов молчал с минуту. Потом резко, но спокойно произнес:

– Пишите заявление, – Аня почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног, но шеф продолжал: – Объявите конкурс на должность секретаря помощника руководителя. Хватит вам носиться по всему офису с бумагами, делегируйте наконец эту важную миссию кому-то. Оклад – минималка, премии будем выписывать в соответствии с вашими пожеланиями.

Аня зависла. «Это что сейчас было? Меня не уволили? Я остаюсь на своей должности? Стоп! Мне дали ПОМОЩНИКА???» Нет, это нужно всё-таки уточнить.

– Сергей Александрович, я правильно вас поняла: вы хотите, чтобы я продолжала работать вашим помощником и взяла себе помощника? – Анины слова казались ей бредом. Нет, она точно что-то неправильно поняла…

– Да. И зайдите в бухгалтерию, получите деньги на покупку служебного телефона. Чтобы это был первый и последний раз, когда я не могу до вас дозвониться.

– Х-хорошо, – Аня неуверенно кивнула и продолжала с подозрением смотреть на шефа, который кстати, уже несколько минут на неё не смотрел, а занимался с бумагами на своем столе.

– Что-то еще? – он поднял голову и как ни в чем не бывало посмотрел на свою помощницу, застывшую на месте. – У вас еще вопросы?

Аня только замотала головой и поспешила выйти.

«Ну вот, и чего ты добился, нагружая её своими дурацкими поручениями?! Ведь говорила, что объем работы для неё слишком большой… Засиживалась до поздна, неизвестно как и по каким подворотням еще до дома добиралась… – Рокотов оперся локтями на стол и положил голову на ладони. – А если бы они не только сумку захотели у неё забрать…» – он помотал головой, не желая думать в этом направлении и снял трубку селектора:

– Вера Николаевна, соедините меня с главным бухгалтером.

Глава 9.

Аня впервые за неделю выходила из офиса вместе с другими сотрудниками. Шеф сегодня в кои-то веки не лютовал, не заваливал её работой. Дал лишь несколько поручений и ушёл за полчаса до окончания рабочего дня.

Аня надевала пальто и думала, что Светка сейчас уже должна бы чистить картошку, чтобы они вместе сегодня приготовили ужин. Подруга сегодня одной из первых узнала о том, что Аню наконец разгрузили и она вернётся не поздно. Это "событие" решено было отпраздновать жутко неполезной, но безумно вкусной едой. Аня уже представляла, как аппетитно пахнет жареная картошечка, и решила, что стоит заглянуть по пути в супермаркет и купить овощей для салата, ну и чего уж мелочиться – бутылочку белого вина. Гулять так гулять!

– Сюрприииз!!! – вырвал из мыслей голос подруги. Аня подняла голову и застыла на месте. На неё смотрели 2 пары глаз. И если одну пару она лицезрела как минимум 2 раза в день на протяжении многих лет, то обладателя второй пары девушка не видела почти 5 лет.

– Ань, отомри! – Светка пощелкала пальцами у лица подруги.

– Привет, Анютка, – улыбнулся парень.

– Привет, Лёша, – Аня растерялась и неуверенно кивнула. Она совсем не знала, как вести себя с человеком, который был одновременно такой близкий и такой чужой…

С Лёшкой Синицыным они были знакомы с пятого класса, когда семья Ани после смерти её отца переехала жить в дом бабушки, маминой мамы, в деревню Одинцово. Новый дом, новый класс, переживания из-за недавно пережитой трагедии – всё это свалилось на Аню в то лето. Девочка и так не отличалась коммуникабельностью, а в свете последних событий и вовсе бы замкнулась в себе, если бы не посчастливилось ей встретить Светку и Лёшку, которые были не разлей вода. Света училась в Анином классе, а Лёшка на год старше.

Приход новенькой одноклассники восприняли враждебно. Анину обособленность приняли за заносчивость, а грусть в глазах – за высокомерие. И началась травля. Её перебивали на уроках, игнорировали на внеклассных мероприятиях, на физкультуре все больные удары мячом приходились на неё. Пока Светка не пожаловалась Лёхе. Тот быстро вычислил зачинщиков и "поговорил" с ними после уроков. С тех пор эти трое не расставались. До окончания школы…

– Мышка! Ну ты чего?! Мы с Липкой тут караулим тебя уже полчаса, а ты как неродная! – от произнесенного детского прозвища Аня будто вернулась в своё беззаботное детство и напряжение в миг улетучилось. Прозвище Светки приклеилось к ней с незапамятных времен, и было связано с её фамилией – Липатова. Аня же стала мышкой в тот день, когда Лешка спасал её от одноклассников после физкультуры. Её окружили со всех сторон, а она, как мышка забилась в угол и дрожала.

Тот самый Лёшка сгрёб девушку в охапку и закружил. Аня уткнулась ему в плечо и несмело обняла. Что-то защемило в груди… Как же не хватало ей этих объятий последние 5 лет…

– Девчонки, завтра хочу культурную программу! А то я в Одинцово совсем одичал, – Лёшка жевал жареную картошку и не переставая хохмил. Девушки звонко смеялись, отзываясь на каждую шутку. Словно и не было этих лет разлуки.

– Ну тогда я выбираю место! – заявила Светка. – Анька у нас за все годы только и знает, как добраться до института и до работы.

– Не правда! – наигранно гордо парировала подруга. – Я была и в Кремле, и в Третьяковке, и в Большом театре, и в…

– Ой, всё! Если её не остановить, то она как навигатор построит нам маршрут «все главные занудные места столицы», – фыркнула Светка и засмеялась.

– Не занудные, а культурные! И вообще, ты тоже могла бы составить мне компанию хоть в половине из этих мест, тебе было бы полезно! – Аня шутливо показала подруге язык.

– Ага, как же! я уже после Третьяковки поняла, что если еще поведусь на твои уговоры и загляну в какую-нибудь галерею, то точно умру, но не от культурного шока, а от скуки!

– Всё, всё! Девчонки, я понял, – решил прервать их диалог Лёшка. – Давайте тогда компромисс: днем идем Мышкиным маршрутом, а вечером нас ведет Липка.

Глава 10.

Утро субботы началось со звонка в дверь.

"Ну кого принесло-то в такую рань? – Аня вышла из комнаты и посмотрела в глазок на входной двери. – Лёшка?!"

– Привет, Мышка, – друг влетел в квартиру, не дожидаясь приглашения, и, быстро чмокнув Аню в щеку, схватил её за руку и потащил на кухню.

– Что случилось? – обеспокоенно спросила девушка, когда он приземлил свою пятую точку на стул.

– Случился завтрак. То есть завтрак-то как раз у меня и не случился, поэтому я здесь! Чего стоишь – чайник ставь, будешь спасать друга от голодной смерти.

Выпив чаю с бутербродами, Лешка решил перейти к сути своего визита.

– Ань, тут такое дело… – парень замялся.

– Ну, что за дело? Говори уже, раз начал, – Аня наконец поняла, что этот утренний визит не просто так случился в такую рань, и видимо он хотел поговорить именно с ней, зная, что Светку в такой час из пушки не разбудишь.

– Ань, я решил в Москву перебраться. У меня мама в прошлом году умерла. Я год промаялся в Одинцово, работа вроде есть, а смысла там оставаться вообще не вижу. Родственников там больше нет у меня, а друзья… Настоящие друзья у меня в школе были, потом только собутыльники разве… – Аня почувствовала укол в сердце. Не одна она тяжело переживала разлуку, Лешка оказывается тоже было несладко.

– Лёш, так это ж хорошо, что переезжаешь, значит снова вместе будем, – Аня улыбнулась и легонько сжала его руку.

Парень улыбнулся ей в ответ, но видно было, что это не основная проблема, которая его волнует.

– Ань, я дом родительский продаю. Уже покупатель нашёлся, задаток внёс небольшой, но попросил отсрочку на месяц. Документы у нотариуса все оформили. Проблема в том, что мне этот месяц жить негде. Работу я нашёл тут в одном автосалоне, а с жильём проблема. Как только деньги за дом получу, хочу внести первый взнос за ипотеку и однушку взять. Но я сейчас в гостинице остановился, но долго там не протяну – за месяц пол стоимости дома оставлю там.

– Лёш, чего ж ты молчал? Сегодня же забираешь свои вещи и приезжаешь к нам. Сейчас лето – поспишь на балконе, он утепленный, и там есть матрас надувной. Родители Светки иногда приезжают и ночуют на нём. В тесноте, как говорится, да не в обиде.

– Мышка – ты мировой друг! – кинулся обниматься Лешка. – Только за этот месяц квартиру оплачиваю я полностью! Возражения не принимаются! В любом случае, гостиница вышла бы мне в разы дороже, поэтому позвольте хоть здесь мне вас отблагодарить за гостеприимство.

– Ладно, если тебе так хочется… – Аня не стала сопротивляться. Если Синица так решил, то его не переубедить.

– Тогда пойдём будить нашу спящую красавицу! – бодро и с игривыми нотками в голосе сказал парень. – У нас сегодня обширная программа…

Глава 11.

– Свет, можно я не пойду? Ну, пожааалуйста, – Аня складывает руки в умоляющем жесте и смотрит большими глазами, полными надежды.

– Так, Весенняя, что значит «не пойду»? У тебя совесть есть? мы с Синицей с тобой в музей ходили? Ходили. Экскурсию слушали? Слушали.

– Ой, видела я, как вы слушали! – перебивает подругу Аня. – Ржали как кони и экскурсоводу мешали.

– Это уже нюансы, – безапелляционно продолжила Светка. – Тебе не отвертеться – сегодня идем в клуб и точка.

Ане искренне не хотелось в клуб. Она была там один-единственный раз, также поддавшись шантажу подруги. Клуб не вызвал ни одной положительной эмоции. Громкая музыка, теснота и куча пьяных парней, которые лезут с недвусмысленными предложениями – это всё было не для Ани. Единственный сомнительный плюс – возможность потанцевать. Но он действительно был весьма сомнительным, т.к. танцевать девушка хоть и любила, но выбор музыки предпочитала оставлять за собой. Да и не могла она понять – в чем смысл толкаться на танцполе, если можно в своё удовольствие танцевать дома, когда никто тебя не видит и соответственно не мешает: не оценивает твои движения, не пытается облапать и не наступает на ноги…

А сегодня Аня еще и сильно устала. Ранний подъем, устроенный другом, прогулки по Москве, экскурсии и музей, в который давно хотела попасть – всё это нагрузило её не только физически, но и эмоционально. Ей хотелось посидеть дома и переварить этот замечательный день, а не портить впечатления клубным дымом.

Поэтому Аня собиралась нехотя, одежду долго не подбирала – натянула джинсы и короткий черный топик. Сверху накинула белую рубашку, застегнув только две пуговицы примерно на середине, полы подвязала, как показывали в одном ролике в интернете. Легкий дневной макияж Светка забраковала и сама подвела Ане глаза черной подводкой и всучила в руки красную помаду. Аня терпеть не могла красную помаду и в другом случае обязательно бы отказалась и стояла на своем до последнего. Но сегодня она слишком устала, чтобы спорить, да и с ними идет Синица, значит, в случае того, если её красная помада введет кого-то в заблуждение по поводу её настроя на сегодняшний вечер, то друг в обиду всё равно не даст.

___________________

Рокотов подъехал к дверям клуба в 9. Полина уже должна была быть внутри. Они договорились встретиться здесь, чтобы не привлекать лишнего внимания, выходя из одной машины. Сергей был когда-то частым посетителем клубов, пока не стал серьезным начальником и не сменил место дислокации на более респектабельное.

Мужчина вошел внутрь и направился к випкам, где его ждала Полина вместе со своими друзьями. Пробираясь через толпу, Рокотов отметил про себя, что контингент клуба помолодел, среди этих малолеток чувствовал себя не просто старым, а древним. какие-то новые биты, как под них вообще можно двигаться?

За столиком в маленькой випке сидели три человека. Полина и еще какая-то парочка: парень, лет 25, видно из мажоров, и такая же девчонка. Полина, как всегда, эффектно выглядела. Она умела себя подать, тут дело даже не в дорогих шмотках, у неё всегда был взгляд королевы. Простой парень никогда к такой не осмелится подойти. У неё словно на лбу написано: «Слишком дорого. Тебе не по зубам». А вот те, кому по зубам, иногда и выгуливали королеву, попадая под вспышки фотокамер и в светские хроники.

Рокотов встречался с Полиной нечасто, но уже довольно долго. Познакомившись три года назад на каком-то светском рауте, они условились в ближайшее время встретиться в «неформальной обстановке». И по окончании «бурного вечера» договорились, что их встречи могут продолжиться на выгодных им двоим условиях: никто не будет знать об их связи, никто не будет говорить о чувствах и даже намекать на отношения. Сергея этот вариант более чем устраивал. Его загруженность на работе не позволяла уделять время на поиски способов удовлетворения естественных потребностей, а Полина всегда была рада встрече.

Когда молодежь за столом выбирала напитки, которые будут сегодня пить, Рокотов скучающе смотрел в общий зал на танцпол. Парни и девушки двигались под странную музыку. И Сергей снова вернулся к своим мыслям о своем возрасте.

«Неужели вот так и приходит старость? Смотришь на молодых и не понимаешь их интересов…» – размышлял он, глядя на дергающиеся тела.

Тут его взгляд задержался на одной весьма своеобразной парочке. Парень с девушкой не то чтобы танцевали, а скорее дурачились на танцполе. Девчонка словно кривлялась изображая какие-то немыслимые танцевальные па, а парень в это время то копировал её движения, то придумывал свои, еще смешнее, чем у девушки. При этом их танец смотрелся невероятно органично, словно бы Траволта с Умой вышли на танцпол и зажгли как в известном фильме.

Рокотов смотрел на них и сам не заметил, как начал улыбаться. «Нет, всё-таки есть и нормальные молодые ребята» – облегченно выдохнул Сергей и вернулся к сидевшим за столиком.

_________________

Синица с Липкой отжигали на танцполе, а Аня восхищалась своими друзьями, и даже немного завидовала, сидя чуть в стороне на диванчике. Она бы тоже хотела так оторваться, но считала, что слишком много зрителей для такого выступления. В общем, она стеснялась. Да, чего уж тут поделаешь, Аня всегда была стеснительной, и только самые близкие люди знали, что она тоже умеет и шутить, и дурачиться, и танцевать до упаду…

«Сколько же зрителей сейчас было у этого концерта?» – подумала девушка и неспеша стала обводить взглядом помещение ночного клуба. Она только сейчас заметила, что на втором ярусе тоже есть столики. И тут ее взгляд споткнулся. Не может быть! По лестнице, ведущей со второго этажа спускался никто иной, как Рокотов Сергей Александрович, он же великий и ужасный шеф.

Аня зажмурилась. Это была первая защитная реакция организма, она не хотела его сейчас увидеть. Но еще больше не хотела, чтобы её увидел он. Она резко открыла глаза и метнулась в толпу. Срочно нужно затеряться. С её ростом это – раз плюнуть. Но не тут-то было…

Глава 12.

– Смотри, куда прёшь, курица! – Аня поняла, что в попытках сделаться невидимкой, она настолько сильно пригнула голову, что не заметила, как налетела на высокую стройную блондинку. Девушка смотрела на Аню снизу вверх в прямом и в переносном смысле. При том, что она была высокой, метр семьдесят пять не меньше, не в пример Аниному метр с кепкой, так девушка еще и была на огромных каблуках, которые делали из неё просто Эйфелевую башню в глазах Ани. И, конечно, взглядом она подтверждала статус главной достопримечательности Парижа – девушка была не просто высокомерной, по всему ощущалось, что она королева, не меньше, причем не только в этом клубе, но и в принципе в жизни.

Аня тихонько проговорила «извините» и уже начала ретироваться подальше от царственной особы, как та, схватив её за рубашку на плече, грубо дернула на себя. От неожиданности, Аня не удержала равновесие, и повалилась на пол, прямо к ногам высокомерной блондинки.

«Вот не зря я не хотела сюда идти, – почему-то вдруг подумалось Ане, когда она поднималась на ноги. – Хуже такого позора могло быть только если…»

Додумать она не успела, т.к. прямо напротив себя увидела именно то, что как раз и было хуже падения посреди танцпола. Подняв глаза Аня уткнулась в прожигающий взгляд своего ненаглядного шефа.

Что сейчас творилось у Рокотова внутри, девушка знать не могла, но предположила, что он разгневан, или даже в ярости. А значит, не видать ей помощницы. Может хоть на работе оставит… Хотя… После такого позора, наверное и смотреть в её сторону не захочет.

– Сергей Александрович… – то ли промямлила, то ли просто подумала Аня.

– Серж, пойдем отсюда, малолетки совсем обнаглели. Пройти невозможно – эта шавка мне все туфли истоптала.

В следующую секунду Рокотов схватил Аню за руку чуть выше локтя и, бросив блондинке «подожди меня у выхода», потащил в неизвестном направлении.

Аня, до этого воспринимающая всё происходящее будто со стороны, вдруг начала ощущать подступающую панику. Человек, который орал, рычал и фыркал на неё всю неделю тащит её куда-то. Чего можно от него сейчас ждать?

Да чего угодно!

– Сергей Александрович, я.. на самом деле… Я не хотела сбивать с ног вашу девушку…

Рокотов остановился в коридоре у служебного выхода, разворачивая Аню к себе лицом. Он еще в зале был потрясен тем, что так неожиданно встретил свою помощницу, а увидев её в таком неформальном одеянии, да еще и с ярким макияжем, вообще словно язык проглотил и не мог слова вымолвить. Сейчас же его взгляд был прикован к красным губам, которые то виновато поджимались, то словно бы обиженно надувались. Он понимал, что надо срочно начать конструктивный диалог, иначе совсем забудет, зачем притащил её сюда. Кстати, зачем?

– Анна Валерьевна, я так понимаю, отсутствие занятости на работе не идет вам на пользу, раз вы находите время на посещение подобных мест, – не сказал, а словно выплюнул первое, что пришло в голову.

Аня даже рот открыла. Её испуг и паника в миг улетучились, и на смену пришли удивление и негодование.

– Что вы имеете ввиду, Сергей Александрович? Если не ошибаюсь, сегодня выходной, разве нет? И позвольте уточнить: вы обвиняете меня в том, что я пришла в место, которого недостойна? Конечно, это же клуб для избранных, а мы тут своим рылом да в калашный ряд…

Аня выпалила всё одним потоком. Огонь ярости и какой-то безрассудной отваги с каждым словом её одиночного спича разгорался всё сильней, и когда она закончила последнюю фразу, то наступила какая-то странная неопределенная пауза. Рокотов смотрел на Аню каким-то затуманенным взглядом, девушка же похоже переваривала только что сказанные ею же слова. После полминутной борьбы взглядов шеф вдруг сделал резкий шаг к Ане, и, оказавшись стоять практически вплотную, решительно схватил ее за плечи и притянул к себе.

Глава 13.

– Сееерж! – голос Полины словно ушат холодной воды подействовал на Рокотова. Он доносился совсем близко, и было совершенно ясно, что через мгновение его обладательница появится пред его ясны очи. Он быстро отпустил ошарашенную Аню, а когда из-за угла появилась её величество, он сказал:

– Обсудим ваше поведение, Анна Валерьевна, в понедельник.

И резко развернувшись, Сергей направился к Полине. Та хотела что-то сказать, но он быстро утащил её обратно в зал, оставив Аню наедине с собственным недоумением, что это сейчас было… Или не было ничего?

Да ну нет! Не может быть, чтобы шеф собирался поцеловать Аню. «Я скорее поверю, что он хотел откусить мне нос! – возмущалась своим же мыслям девушка. – Но тогда что он хочет обсудить в понедельник?» На спине выступил холодный пот.

Не известно, до чего могла довести Аню буйная фантазия, какие ужасы она могла себе нафантазировать, если бы её не прервал крик подруги:

– Анька! Ты здесь! Мамочки, я так испугалась! Чего ты тут делаешь? Что-то случилось? Тебя кто-то обидел? Приставали, да? – тараторила подруга, не давая вставить ни слова.

– Успокойся, Свет. Всё нормально, – Ане всё-таки удалось прервать её словесный поток. – Жарко стало, я вышла подышать.

– Ну ты даешь, подруга! Мы с Синицей весь клуб на уши подняли, а она стоит воздухом дышит.

– Свет, можно я уже домой поеду? Что-то не очень хорошо себя чувствую.

И это была правда. Аня чувствовала себя совершенно вымотанной этим днем. Сев в такси она мысленно произнесла знаменитую фразу Скарлетт из любимого романа: «Я подумаю об этом завтра. Сегодня я слишком устала».

_______________

Рокотов лежал на диване в своей гостиной и смотрел на тусклую подсветку на потолке. Включать основной свет он не захотел, как и переодеваться, поэтому лег не на кровать, а на диван. Сколько прошло времени с тех пор, как он выйдя из клуба и наспех попрощавшись с Полиной, сел в такси, он не смог бы сказать даже примерно. Возможно час, а может уже скоро рассвет, и он пролежал без движения всю ночь?

В голове словно на повторе прокручивались моменты сегодняшнего вечера в клубе. Вот он видит почти лежащую на полу Аню, замечает сначала её испуганные глаза, потом глаза оценивают полностью внешний вид девушки. Стройные ноги в обтягивающих джинсах, оголившееся плечо, видимо во время падения на пол, красивая маленькая грудь… Стоп, Рокотову же всегда нравились девушки с выдающимися формами? Но у неё идеальная грудь, он был в этом сейчас совершенно уверен. Но самое большое потрясение – красные губы! Они же просто невероятные!

Рокотов ужасно разозлился на Полину. Когда она начала выливать из своего грязного рта оскорбления в адрес его помощницы, Сергея прямо перекосило. Но он не мог в ту минуту показать, как ему мерзко всё это слышать и решил увести Аню подальше от визжащей истерички. Как так получилось, что он вместо того, чтобы успокоить и посочувствовать бедной девушке снова стал на неё кричать, Рокотов не мог объяснить даже самому себе. То ли он испугался своей реакции на неё, то ли так было привычнее и проще с ней общаться, то ли он просто не знал, как можно с ней говорить по-другому. Начни он проявлять заботу, девушка ведь не поймет его, может даже испугается или подумает, что он пытается к ней подкатывать… Блин, но ведь он же и правда пытался подкатить! Нет, нельзя так сразу. Она точно его отошьет, и тогда уже ничего нельзя будет изменить. Нужно выждать время и как-то подготовить её к тому, что она ему нравится. Очень нравится.

И снова воспоминания. Снова Анины красные губки что-то говорят, пытаясь то оправдаться, то обвиняют уже его в чем-то… Признаться, он не слышал слов, в ушах в тот момент был сплошной шум, через который были слышны только частые удары сердца. Его сердца.

Он не отдавал себе отчета, что делает, когда потянулся к Ане за поцелуем. Этот порыв совершенно от него не зависел. Тело действовало само, мозг отключился. Это действие казалось абсолютно естественным и даже более того – жизненно необходимым в тот момент, будто это глоток воздуха для задыхающегося человека.

Корил ли он себя за этот порыв? Сначала – да. Включившийся мозг кричал о том, что это вопиющее нарушение субординации, что ему же самому потом стыдно будет смотреть девушке в глаза… И еще много чего бы кричал ему. Если бы не вступилось сердце. А оно безоговорочно прошептало: ты влюбился.

Глава 14.

Понедельник начался сумбурно и очень суетно. На Аню, стоило ей войти в офис, откуда-то сразу посыпались дела. Сегодня ей нужно было подобрать себе помощницу, просмотрев около полусотни резюме, присланных за выходные на её электронный адрес. Стопку договоров прислали из приемной шефа, их нужно было рассортировать и упорядочить по датам и срокам. Кроме этого, после обеда состоится совещание совета директоров, посвященное вхождению РабСтроя в состав холдинга, и к нему нужно посмотреть презентацию, дополнив её информацией, над которой работал Рокотов последнюю неделю.

Что ж, как бы Ане ни хотелось оттянуть момент встречи с шефом после момента в клубе, а её не избежать…

«Что, интересно, он скажет мне по поводу той странной встречи? Он же сказал, что в понедельник собирается о чем-то поговорить…» – Аня сейчас многое бы отдала, чтобы не идти в кабинет шефа, или хотя бы не оставаться с ним наедине. Почему-то эта мысль особенно пугала. Нет, она не боялась приставаний или двусмысленных намеков. Хоть она и была скромной и тихой, но ставить на место в подобных ситуациях она умела. Её сейчас пугало вовсе не возможная симпатия начальника. Аня боялась только одного – если эта симпатия действительно существует, то ей придется покинуть эту компанию, потому что служебные романы для неё и так были табу, а о романе с шефом даже думать стыдно! Такого позора она просто не могла допустить даже в мыслях.

Остановившись перед дверью генерального, Аня еще раз перевела дух и уже занесла кулачок, чтобы постучать, как дверь сама распахнулась и явила растерянной девушке улыбающуюся во весь рот физиономию Андрея. Андрея Викторовича. Заместителя директора по финансовым вопросам.

– О! Анечка! А мы как раз о вас говорили! Шеф ваш просто места себе не находит – заждался уже вас! – у Ани похолодели лопатки и вспотели ладони.

Бежать, срочно надо куда-то бежать. Самые страшные опасения, похоже, сбываются…

– Андрей Викторович, если вы так хотите поговорить, то я сегодня предоставлю вам такую возможность. На совете директоров свою часть доклада будете представлять самостоятельно, – Рокотов эти слова сказал спокойно, но было понятно, что он в ярости.

– Понял, понял. Шутка не удалась, – сказал Андрей, ретируясь за дверь. И подойдя к Ане вплотную, чуть наклонился и как будто шепнул на ухо, на самом деле проговорил так, чтобы Рокотову было слышно: – Анечка, простите, удаляюсь, оставляя вас наедине с этим дикарем. Если что – кричите, вас спасут, – и с той же зубоскальной улыбкой и с несдерживаемым смешком быстро вышел, закрыв дверь.

Аня нерешительно сделала шаг в кабинет и замерла, словно приклеенная к полу. Слова Андрея окончательно вышибли почву из-под ног. Может еще не поздно сбежать? Её нерешительность разгромил грозный рык шефа:

– Чего вы стоите там? Заходите и садитесь за компьютер, у нас дел полно, а вы непонятно чем занимаетесь! Где презентация? – Аня облегченно выдохнула. Внутренне она улыбалась. Ура! Он опять кричит и ругается, а это значит, что это была просто глупая шутка Андрея Викторовича, и в клубе никто не собирался её целовать. Аня расслабилась и слушала дальнейшие крики на неё как музыку, едва сдерживая себя, чтобы не заулыбаться во весь рот, как этот балагур, который минуту назад вышел из этого кабинета.

___________________

Рокотов готов был задушить Андрея своими собственными руками. Конечно, откуда ему было знать о том, что произошло в клубе? Не знал он и о чувствах своего друга. И, конечно, об Ане они ни словом не обмолвились. Просто Андрей каким-то фатальным провидением решил пошутить именно таким образом и попал точно в цель. То есть наоборот – попал в цель страхов Рокотова. Сергей больше всего боялся напугать Аню намеками на свои чувства, а Андрей недвусмысленно его раскрыл своей дурацкой шуткой.

Конечно, Рокотову ничего не оставалось, как нарычать на помощницу как можно страшнее, чтобы не оставить ей ни единого сомнения в том, что слова Андрея не имеют под собой никакой почвы.

«Ну ничего, пускай всё уляжется, пусть она забудет инцидент с неудавшимся поцелуем, а потом можно и делать шаги к завоеванию её сердца» – успокаивал себя Сергей, глядя на едва заметно улыбающийся Анин профиль.

Глава 15.

Неделя пролетела незаметно. Шеф за это время ни разу не заикнулся даже о той их встрече в клубе. Рокотов вел себя как ни в чем не бывало: иногда рычал, иногда сухо отдавал приказы. Но всё было строго в рамках текущих рабочих моментов и Аня окончательно расслабилась.

В пятницу едва Аня вернулась с обеденного перерыва, её вызвали к генеральному. Помощница шла туда совершенно спокойно, совсем не так, как в понедельник утром. Сердце билось размеренно и она ожидала услышать лишь какие-то новые задания. И совсем не ожидала, что шеф с порога огорошит новостью:

– Анна Валерьевна, завтра у вас коммандировка. У меня встреча с инвесторами в Нижнем Новгороде. Андрей должен был ехать со мной, но у него неотложные дела. Вы в курсе всех дел компании, поэтому поедете вместо Лиманского, – и словно бы эта информация была совершенно обыденным делом, добавил: – Кстати, вы нашли себе помощницу?

– Да… – Ане хотелось отмотать последнюю фразу шефа и вернуться к разговору о коммандировке. Но пришлось сначала отвечать на вопрос, – Да, я просмотрела 53 резюме и сделала выбор в пользу Хлопушкиной Алины Васильевны. Девушка с высшим образованием, имеет небольшой опыт работы с документацией…

– Я вам доверяю, – оборвал её Рокотов. – На сегодня вы можете быть свободны. Зайдите к Андрею Викторовичу за флэшкой и получите в бухгалтерии суточные.

– Сергей Александрович… – Аня хотела задать кучу вопросов, и не знала, с чего начать. Поэтому, когда Рокотов поднял голову и взглянул на неё вопросительно и немного раздраженно, как показалось девушке, она решила пока промолчать и обдумать, так ли важно то, что нужно спросить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.