Генсо-но Ками
Триединый 3: Владыка Севера

Глава 1

Из задумчивого оцепенения меня вывела Фиорелла.

– Виктор, прости… что-то голова кружится… – с этими словами она начала оседать.

Ее тут же подхватила Эретта.

– Госпожа… Саэр Ардисс, необходимо как можно скорее вытащить госпожу Мэльволию на свежий воздух!

– Да, – забывшись, я кинулся к двери. Распахнув ее, уставился на горящий лес. – Твою…

Передо мной расстилался адский пейзаж. Все вокруг было красно-оранжевым. Деревья и кусты полыхали с громким треском. Лицо обдавало жаром, воздуха не хватало.

Вернувшись к остальным, я рассказал об увиденном.

– Придется переждать здесь, – бросил Асварнаут.

Сидя на корточках у тела Циастрира, он кинжалом отделял голову чудовища.

– Сомневаюсь, что у нас получится, – Келл водил ладонями над Мэльволией, лежавшей на треснувшем столе-алтаре. – Прежде чем пожар утихнет, мы задохнемся.

– Нужно подняться на балкон, – промолвил я, вспомнив, что угарный газ обычно опускается к полу.

Или это происходит, когда он остывает? Черт! Почему такая важная информация забывается, когда нужна? И инета нет, чтобы посмотреть…

– Вокруг горит лес, – тяжело дыша, заговорила Альвейд. Ее лицо белым пятном выделялось в полумраке. – Здесь мы словно в печи. Уже сейчас очень жарко. Пройдет еще немного времени и мы запечемся, как утки.

С тихим стоном Фиорелла шевельнулась. Стоявшая рядом горничная помогла ей сесть.

– Теперь ты, – обратился к телохранительнице Келл. – Ложись на стол.

– Со мной все в порядке, – сухо ответила служанка-терминатор. – Я могу выполнять свои обязанности.

– У тебя плечо и рука в крови, – заметил паладин.

– Не имеет значения.

– Эретта, пожалуйста, – голос Мэльволии звучал слабо. – Делай, что говорит саэр Келл.

– Я позабочусь о ней, – у стола оказалась Селия. Вытянув руки, она поддерживала Фиореллу за плечи. – С саэри Мэльволией все будет в порядке.

– Хорошо, – горничная легла. – Саэр Келл, прошу вас сделать все по возможности быстро.

– Зависит от того, что у тебя за раны.

О каменный пол рядом со мной негромко ударили подошвы сапог приземлившегося Дарио.

– Виктор, я посмотрел сверху: от этого здания к деревне ведет довольно широкая тропа. Мне кажется, что мы можем попробовать проскочить по ней. Вот только в одном месте ее перегородило упавшее горящее дерево. Если его убрать…

– Далеко отсюда? – деловито осведомился я.

– В пятидесяти-шестидесяти шагах от двери.

– Понял, – я вновь направился к входу.

* * *

Чувствуя на лице обжигающие потоки воздуха, я смотрел на тропу. Как и утверждал Дарио, слегка извилистая дорога, шириной метра в два-два с половиной, убегала от порога, прорезая лес. Раньше она была засыпана листвой, но теперь весь мусор сгорел. Под разлетавшимся тонким черным пеплом, словно старые кости, открылись тщательно отесанные камни. В них я узнал такие же плиты, какими неизвестные строители вымостили пол в здании.

Впереди, где-то в сорока метрах от меня, поперек дороги полыхал древесный ствол. Я попробовал нащупать его магией. Попытка провалилась: дерево, хоть и горело, но еще не умерло.

Вернувшись внутрь, я закашлялся: сухой горячий воздух раздражал носоглотку и горло не меньше дыма.

– Ну что? – с надеждой взглянул на меня Дарио.

Я покачал головой:

– Не могу сдвинуть его. Не чувствую.

– Слишком далеко?

– Не в этом дело. – Оставив Лейхандера, я прошел к центру зала. Взглянул на Келла: – Всех проверил?

– Пока все живы, братух, – негромко сказал он. – Но не уверен, что это надолго. Особенно меня беспокоит состояние саэри Мэльволии.

– Где она? – тревожно спросил я, не найдя девушку взглядом.

– Саэри Лейхандер с Эреттой отвели ее наверх. Ты же сам сказал подняться повыше.

– А, да, – задрав голову, я уставился на балкон, точно мог что-то увидеть сквозь массивную плиту. – Фиорелле не станет хуже от тамошнего смрада?

– От вони еще никто не умирал… Сам-то ты как, братух? – озабоченно поинтересовался здоровяк. – От тебя паленым попахивает. Хорошо так…

– На улице жаркая погода, – слабо усмехнулся я.

Усевшись на край стола, призадумался. После обшарил зал сверху донизу, используя Дар. Остановившись на одном из предметов, замер.

Что, если…

– Келл, собирай всех. Готовьтесь бежать. Пусть все возьмут какие-нибудь тряпки, намочат водой из фляг и приложат к лицу. Или намотают. Остатки жидкости вылейте на головы.

– Зачем?!

– Нет времени объяснять. Просто сделайте.

– А ты, братух?

– Очищу нам путь.

* * *

Я торопливо прошел в дальнюю часть зала. Там, в густом мраке, уже невозможно было разглядеть статую. Если смотреть глазами, конечно. Но благодаря Дару, я чувствовал ее лучше, чем если бы просто увидел.

Магия раскрыла, что камень, из которого вытесали скульптуру, был плотнее и крепче, чем любой блок постройки. И, соответственно, тяжелее. Я ощущал крохотные трещинки, змеившиеся по полированной поверхности. Шершавые неровности там, где когда-то находились отбитые части…

Сосредоточившись, я заставил статую взмыть в воздух.

– Не знаю, кто ты, и почему у тебя за спиной крылья, но для нас ты станешь ангелом-хранителем, – обратился я к зависшему над полом изваянию.

Плавно переведя статую в горизонтальное положение, направил ее к выходу. минуя стол, возле которого Келл руководил подготовкой к броску через горящий лес, попросил выдать мокрую тряпку и мне.

Мне достался длинный кусок плаща. На ходу обматывая его вокруг головы, я покинул здание в сопровождении парящей скульптуры.

Шагнув за порог, остановился. Дальше статуя со сломанными крыльями полетела без меня.

Сначала я собирался разогнать ее посильнее и на скорости протаранить упавшее дерево. Но потом, подумал, что статуя может расколоться. Поэтому медленно подвел изваяние к стволу, упер и начал усиливать давление.

Я опасался, что моей магической энергии не хватит, чтобы сдвинуть дерево. И действительно, поначалу ничего не происходило. Но вскоре горящие ветви дрогнули, над ними взметнулись сотни искр.

Сперва медленно, а потом все быстрее, ствол начал сползать с тропы. Когда он полностью освободил проход, я не остановился, а оттолкнул его как можно дальше.

После мне в голову пришла еще одна мысль. Подняв статую выше, я посшибал ею нависавшие над дорогой горящие ветви. Это было нетрудно. Куда сложнее оказалось убрать их статуей с тропы.

Закончив, я, пошатываясь, ввалился в здание. Меня встретили напряженные взгляды.

– Как ты, братух? – обеспокоенно поинтересовался паладин. И прибавил: – От тебя попахивает, как от мяса папаши Гарта.

Я невольно усмехнулся.

– Дорога свободна. Все готовы? – Осмотрев столпившихся передо мной спутников, обратил внимание на то, что выглядят они не ахти. – Идем… Стоп! А где Райзенгау?

– Он не вернулся с вами и демоном, – в обычно ровном тоне Энхильрида прорезался намек на эмоции. – Здесь, внутри его нет. Я проверил.

– Вот как. – Не сказать чтобы я считал Кловиса другом или испытывал симпатию. Скорее наоборот, временами он меня раздражал. Но все равно известие об его исчезновении меня расстроило. – Что ж, выступаем.

Один за другим мы покинули загадочное здание. Я шел первым, Келл замыкал процессию. Эретта несла Фиореллу на руках, словно ребенка. Дарио мог спокойно лететь над пожаром, но предпочел идти со всеми. Подозреваю, он боялся оставить сестру.

Кроме членов нашего отряда, на тропу вышли еще два человека. Круглолицый бандит, которого называли Колбасником, и пожилой мужик с седыми волосами. Двое других главарей остались внутри. Толстому снесло половину черепа – думаю, зацепил Циастрир, нападая на Селию. Бородатый хозяин выглядел невредимым, но тоже оказался мертвым. Стул, к которому он был привязан, лежал на боку. Вероятно, его свалили в горячке боя, а после, остававшийся на полу бандит попросту задохнулся.

Преступников мы вытащили не только ради человеколюбия. Во-первых, рассчитывая использовать в качестве заложников при столкновении с бандюками в Морне. Во-вторых, мы с Асварнаутом решили, что Средоточию будет полезно допросить их. Возможно, хозяева что-то смогут рассказать о планах Циастрира.

* * *

Мы быстро продвигались по огненному коридору. Впрочем, выбора у нас особо не было – жар не позволял задерживаться.

Где-то на половине пути к Морну, на самой границе пожара, на дороге лежало еще одно повалившееся дерево. Оно полыхало, как преисподняя, и было раза в два больше того, которое я убрал.

Мы столпились метрах в шести перед ним.

– Придется возвращаться, – прохрипел из-под намотанной на лицо тряпки Келл.

– Нельзя, – откликнулась Эретта. – Госпожа Мэльволия этого не выдержит.

Я в смятении поглядел на снежную королеву. Ее глаза были закрыты, голова запрокинута, руки и ноги покачивались от каждого движения державшей девушку горничной.

Сквозь потрескивание и гул огня до нас донеслись голоса. Похоже, дальше на тропе были люди. Бандиты? Могут они как-то помочь?

Поначалу я собирался заставить одного из уцелевших хозяев приказать своим подручным освободить проход. Но после осознал, что те ничего не смогут сделать. Слишком много огня, слишком велико дерево. К которому, вдобавок, невозможно приблизиться.

– Нам нельзя оставаться здесь, – нагнувшись ко мне, хрипло прокаркал паладин. – Можешь… кха… можешь подвинуть дерево, братух?

Используя Дар, я попытался ощутить преграду. Тщетно.

Отчаяние словно придало мне сил. Втягивая раскаленный воздух с таким же трудом, как Дарт Вейдер, я огляделся.

Здесь, на границе пожара, пламя распространялось неравномерно – словно амеба, выбрасывающая ложноножки. Если пересечь одну из них…

– Дарио, – я повернулся к брату Селии, – тебе придется взлететь. Посмотри, нет ли где прохода в пожаре. Если такового не обнаружится, найди самое узкое место в стене огня. Попробуем прорваться… Только сделай одолжение, поторопись!

Не отвечая, он оглянулся на сестру, а затем унесся в темное небо, заполненное отсветами пламени.

– Проходов нет, – выдохнул Дарио, вернувшись. – А там, впереди на дороге, за преградой, – около двадцати человек с оружием.

– В задни… плевать на них, – отмахнулся я. – У нас проблема посерьезнее бандюков… Что насчет узких мест?

– Единственное, что подходит под твое описание, находится там, – парень повернулся вправо от тропы, указывая рукой на горящий лес. – Сверху это видится, словно огненный серп. Если пройти вон там, мы окажемся на его вогнутой стороне. Оттуда уже можно выбраться.

– Значит, требуется проскочить между горящими деревьями, – бросил я со спокойствием, которого не ощущал. – Всего-навсего. Попробую сделать это первым. Если мне удастся – пойдете следом.

– А если нет? – напряженно поинтересовалась Селия. Ее покрасневшие от дыма глаза пристально глядели сквозь прорези шлема.

– Все получится, – я постарался вложить в голос как можно больше убедительности. – Ждите, я быстро.

– Саэр Ардисс, – остановил меня Асварнаут. – Позвольте это сделать мне. Если что-то пойдет не так, я сумею среагировать и вернуться.

Я с сомнением посмотрел на него. Энхильрид, как обычно, стоял, опустив руки по швам. Одно стекло в его очках вылетело, другое треснуло – видимо, это произошло, когда агента ударил демон. По лицу, смывая копоть, катился пот. Несмотря на это, выглядел Энхильрид невозмутимо.

– Хорошо, – согласился я. – Будьте осторожны.

– Разумеется, – агент опустил на камни мешок, в котором тащил голову Циастрира.

Ускорившись, он с невероятной стремительностью побежал к лесу. Его темная фигура мелькнула на фоне оранжевого зарева и пропала.

Мы снова увидели его секунд через двадцать. Тяжело дыша, Асварнаут подскочил ко мне. Его штаны тлели, черные волосы стали короче и мерзко воняли паленым.

– Саэр Ардисс, я наметил оптимальный маршрут, – сипло доложил агент. – Мы сможем пройти.

– Даже не обладая вашей скоростью? – уточнил я.

Энхильрид с достоинством склонил голову:

– Я учел этот момент. Это небезопасно, но полоса огня в том месте не так широка. Но увеличивается, пока мы теряем время.

– Вы правы, – я был вынужден согласиться с ним. Повысив голос, обратился к остальным: – Слышали? Пойдем сквозь пламя! Саэр Асварнаут, ведите.

Отойдя к горничной, я тихо спросил, глядя на пребывавшую в обмороке Фиореллу:

– Эретта, ты справишься? Может, я возьму ее? Или Келл?

– Не беспокойтесь, – отрезала телохранительница. По ее суровому лицу было понятно, что Мэльволию она никому не доверит.

– Что ж, хорошо. – Я повернулся к остальным. – Все готовы? Отлично. Следуем за саэром Асварнаутом. Когда пересечем опасный участок, проводником станет Дарио. Он выведет нас из леса. Всем все понятно? Тогда вперед!

Первым к охваченным пламенем зарослям зашагал агент. За ним следовали близнецы. Едва не наступая им на пятки, двигалась Эретта. Позади тащились хозяева под присмотром Альвейд и Келла. Я шел последним, готовясь прийти на выручку любому, кому это понадобится.

Расходясь в стороны, огонь сначала распространялся по кронам, а потом, понемногу спускался. Мы находились у границы пожара, поэтому здесь стволы почти не горели. По ним вверх-вниз скользили языки пламени, обрамленные черной дымной каймой. Над головами ревела стихия, падали ветки, поджигая подлесок и листву. От густого дыма резало глаза. Организм пытался защитить раздраженную слизистую потоком слез, которые тут же высыхавшие от жара.

Мой доспех нагрелся, одежда тлела, маска начала жечь лицо. Я поднял руку, чтобы снять ее, но меня остановил невнятный крик:

– Бэтмен!

Оглядевшись по сторонам, я увидел лишь пламя, прорывавшееся сквозь клубы дыма. Размышляя, не почудилось ли мне, двинулся дальше. Слева от меня повалилось дерево. Потом еще одно.

Странно, – подумалось мне, – они ведь не могли так сильно сгореть, чтобы упасть…

Поднажав, я догнал паладина и северянку. Мне вновь почудился чей-то голос, но он казался совсем призрачным на фоне рева пожара.

Позади продолжали падать деревья. Но мы уже покинули опасную зону. Теперь огонь полыхал справа, слева и позади от нас, охватывая нетронутые заросли полукругом. Количество дыма пока не особо уменьшилось, но хотя бы не давило пекло. Да и дышать все же стало чуть легче.

Подчиняясь моему распоряжению, теперь группу вел Дарио. Мы двигались вдоль стены пламени к невидимому пока выходу.

– Бэтмен!

На этот раз крик услышал не только я. Альвейд притормозила, удивленно озираясь.

– Аль, не задерживайся, – я мягко подтолкнул блондинку.

– Но ты слышал? – сдавленно проговорила она.

– Ага, – согласился я. – Сейчас разберусь. А ты не отставай от остальных.

– Я останусь с тобой, – заупрямилась девушка.

– Нет. Или в жизни на тебе не женюсь… Ну-ка, догоняй Келла. Не волнуйся, я не задержусь. Просто выясню, что происходит. Может, кому-то нужна помощь.

Помедлив, Альвейд кивнула и бросилась к остальным.

Проводив ее взглядом, я повернулся к пылающим деревьям. Голос явно доносился откуда-то оттуда.

– Эй! – я закашлялся. После повторил: – Эй! Ты где?!

В стороне, ломая свои и чужие ветви, опять рухнуло дерево. Когда шум падения утих, раздался прежний голос:

– Бэтмен!

Определив направление, я осторожно двинулся к огненной стене. Остановился перед небольшой прогалиной между деревьями. В этом месте горящие стволы и кроны образовывали подобие широкого тоннеля, тянувшегося сквозь охваченный пожаром участок леса. На одном его конце стоял я. На другом – довольно высокий молодой мужчина в элегантном светлом костюме.

У него были длинные черные волосы, то и дело колебавшиеся от потоков горячего воздуха. На красивом загорелом лице метались всполохи огня. Четко очерченные губы изгибались в неприятной улыбке.

Незнакомец напоминал эдакого утонченного латиноамериканского мачо. Девчонки просто писаются кипятком от подобных парней. И мне он не нравился уже этим.

Нас разделял примерно десяток метров горящих кустов и упавших сучьев. Ни один из нас не мог приблизиться к другому, поэтому несколько секунд мы просто играли в гляделки.

Сдвинув вниз давно высохшую тряпку, я хрипло крикнул:

– Кто ты такой? Чего тебе нужно?

Его улыбка стала шире. В темных глазах заплясали огоньки. Или это было просто отражение пожара?

– Бэтмен, – его бархатистый голос прорезал окружавший нас шум, – милейший Бэтмен, все последнее время я жил только мыслями о тебе!

Глава 2

Ничего себе заявление! – изумился я. – Походу, в здешнем преступном мире – что ни Педро, то Гомес. Сначала Крэмт, теперь этот… Хотя, если подумать, и дома в этом плане не все ладно. Земные сидельцы тоже постоянно делают друг с другом всякие противоестественные вещи… Может, других в криминал не берут в принципе?

Покуда я размышлял о бандитской психологии, смазливый незнакомец, похоже, ожидал моего ответа. Так ничего не услышав, с оттенком разочарования в голосе, сказал:

– Неужто тебя настолько напугало мое появление, что ты позабыл правила вежливости? А ведь я так жаждал этой встречи!

От удивления мои брови взлетели под маской.

– Я, может, и испугался бы, – неторопливо вымолвил я, – если бы знал, кто ты такой.

Красавчик выглядел обескураженно:

– Не догадался, кто я?

– Ваще никаких идей… Погоди минуту, ты, часом, не местный Джокер? Это единственное, что могло бы оправдать твой нездоровый интерес к моей персоне. Хотя, на клоуна вроде не похож…

Длинноволосый незнакомец поклонился. Причем сделал это настолько изысканно, что я не сомневался в том, что он из аристократов.

– В таком случае, позволь представиться. В определенных кругах я известен как Изгой.

– Прикольно, – равнодушно сказал я. – А человеческое имя у тебя есть?

Изящно обхватив указательным и большим пальцами подбородок, он с любопытством взглянул на меня.

– Ты действительно ничего не слыхал обо мне? Или это лишь напускная бравада?

Дурацкая беседа начала мне надоедать. Я подыхал от жары и беспокоился о Мэльволии. А тут этот хрен моржовый…

– Мне безразлично, кто ты и чем знаменит среди бандюганов, – сообщил я красавчику. – Я не обязан знать каждого здешнего бомжа. И болтать мне с тобой недосуг. Ступай обратно к своим. Передай, что мы захватили ваших командиров. Сунетесь – убьем их. А потом вас.

Когда я произносил последние слова, горящее дерево, которое и раньше здорово кренилось, с громким шумом начало падать. Валилось оно поперек разделявшего нас с Изгоем пространства, ближе ко мне. Видя, что пылающие ветки могут зацепить меня, я отшатнулся. Одновременно с этим красавчик на той стороне вскинул руки, выставив ладони, будто защищаясь от жара и взлетевшей россыпи искр. Меня обдало потоком раскаленного воздуха. И похоже, одна ветка все же вскользь задела голову.

Осознавая, что и так слишком задержался в этом месте, я поспешил к товарищам. Но, прежде чем рвануть сквозь дым, кинул взгляд в сторону упавшего дерева. Там, за стеной бьющегося пламени, мне почудился смутный темный силуэт. Когда же я побежал, позади еще некоторое время раздавался шум валившихся деревьев.

* * *

– Виктор, не хочешь прогуляться? – на лице Альвейд сияла обычная улыбка, но в зеленых глазах читалась озабоченность.

Девушка беспокоилась из-за моего состояния. Последние несколько дней я не вылезал из дома. И наверно, со стороны выглядел апатичным и замкнутым.

Самое печальное, это не было видимостью. После бешеной активности во время охоты за бандитскими главарями, кульминацией которой стала схватка с Циастриром, наступил откат. Я чувствовал себя усталым и опустошенным.

Вдобавок скверное настроение усиливалось за счет тревоги и неопределенности.

Тревожился я из-за Мэльволии. После возвращения в столицу, я не мог не то, что увидеться с ней, но даже узнать о ее самочувствии. По словам близнецов, Фиорелла не появлялась в школе. А когда я попытался навестить снежную королеву дома, меня завернула охрана.

От отчаяния я принялся засыпать Фиореллу письмами. Но ни на одно не получил ответа. Я надеялся, что это происходит потому, что мои послания по какой-то причине скрывают от девушки. О том, что она попросту не в силах написать мне, даже не хотелось думать.

Неопределенность в отношениях со Средоточием беспокоила меня куда меньше. Хотя, конечно, некоторый напряг был.

Перед отъездом на свою секретную базу, Асварнаут заглянул к нам с Альвейд и Келлом.

– Хоть мы и сумели остановить демона, нам так и не удалось выяснить, чем Циастрир занимался на нашем континенте. Задача выполнена лишь наполовину, – монотонно говорил он, сидя в своей стандартной деревянной позе. – Не могу гарантировать, что руководство сочтет сделку завершенной.

– Вообще-то, согласно договору, мы обязывались лишь выследить демона, – вяло напомнил я. – Остальное должны были сделать ваши люди.

– Я понимаю это. И непременно подчеркну данное обстоятельство в докладе, – агент поправил новые очки.

– Благодарю, – без энтузиазма бросил я.

Встав, Асварнаут поклонился и отбыл. После этого потянулись долгие дни ожидания.

Два-три раза нас навещали Дарио и Селия. Рыжая изо всех сил пыталась меня растормошить, но тщетно. После в школе начались контрольные, и визиты близнецов сошли на нет.

Паладин несколько раз звал меня прошвырнуться по злачным местам.

– Пойдем, братух, – уговаривал он, – а то ты совсем скис. Пропустишь стаканчик, поглядишь на людей. Может, подерешься. Хандру как рукой снимет, вот увидишь!

– Спасибо за предложение, – безучастно отвечал я. – Что-то неохота…

Видя мою неподатливость, Келл оставил меня в покое. И лишь Альвейд не сдавалась. Блондинка крутилась вокруг, весело болтала, показывала чертежи новых прототипов оружия, закармливала меня сладостями и старалась вытащить на прогулку. Я скупо отвечал на вопросы, хвалил ее задумки, без особого удовольствия ел – и продолжал сидеть дома.

Вот и сейчас вежливо отказался от предложения красавицы, предпочитая остаться в одиночестве.

Я полулежал в удобном кожаном кресле, закинув вытянутые ноги на подоконник. На коленях, обложкой вверх, лежала раскрытая книга.

Как только Альвейд ушла, я вытащил из-под книги свою бэтмаску и уставился на нее – уже в который раз за прошедшие дни.

Оказавшись в Гелдерне, я очистил ее от грязи, копоти и засохших брызг демонической крови. Теперь вороненая стальная маска выглядела, словно новая. Если не считать того, что острое треугольное правое ухо напрочь отсутствовало. На месте недостающего фрагмента красовался чуть изогнутый срез. Причем боковая кромка металла здесь блестела, будто отполированная.

– Вот дерьмо, – отбросив испорченную маску, я закрыл глаза.

Наверняка это сделал смазливый тип, встреченный в лесу возле Морна. Я даже помнил этот момент. Тогда, почувствовав слабое прикосновение, я решил, что меня зацепила ветвь свалившегося дерева. Но теперь стало понятно – длинноволосый говнюк применил какую-то магию. И неслабую: прочный металл в секунду разрезало, словно пенопласт. Если бы в тот миг я не откачнулся, избегая столкновения с охваченной пламенем кроной, то мой череп рассекло бы с такой же легкостью.

Когда до меня это дошло, я ощутил не страх, а злость. А еще досаду из-за испорченной маски. Аль столько времени с ней возилась, а этот Педрито все изгадил!

Повернув голову, я взглянул на лежавшую на полу маску.

Что засранец там вообще делал? Почему искал встречи с Бэтменом? Откуда знал, что я там появлюсь? Он член банды? Но аристократы вроде не якшаются с преступниками. У благородных свои развлечения: интриги, дуэли и все такое…

Вновь уставившись в окно, за которым виднелась черепичная крыша дома напротив, а выше – голубое небо с легкими облаками, я задумчиво хмурился. Неизвестность вызывала беспокойство.

Что это был за хрен? Если он не заодно с бандитами, как оказался там? Почему пытался прикончить меня? Снова наемный убийца? Но тогда кто его послал? Род Зангар больше не существует. А других врагов у меня, кажется, нет… Если же это не месть, то что? Какие-то, неизвестные мне клановые разборки? В этом случае, возможно, меня способен просветить дед?

Я закрыл глаза.

Вопросы, вопросы – и никаких ответов…

* * *

Поздним вечером меня навестила Легиа. На этот раз она проникла в дом тихо. Я даже не подозревал о ее присутствии, покуда не отправился спать.

Предупреждением стал легкий сладковатый запах духов. Я ощутил его, едва переступил порог своей комнаты.

Легиа сидела в моем кресле, небрежно откинувшись на спинку. Услыхав шаги, повернула голову. В черных стеклах очков сияющими бело-желтыми точками отразилось пламя свечи, которую я нес.

– Виктор Ардисс, – женщина вновь обратила взор к открытой балконной двери, лицом к которой стояло кресло. – Поздравляем с убийством демона.

По ее ровному, даже несколько равнодушному тону, невозможно было определить настроение гостьи.

– Благодарю, – поставив подсвечник на стол, я остался стоять, размышляя, удовлетворена ли она исходом нашей операции или же нет.

Как назло, мысли разбегались, вытесненные нарастающим возбуждением. Отведя взгляд от роскошной фигуры посланницы Средоточия, я несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул.

– Надеюсь, после смерти Циастрира наши с Келлом обязательства считаются выполненными? – я старался, чтобы мой голос звучал максимально спокойно. – Средоточие оставит нас в покое?

Легиа ответила не сразу.

– Разве люди созданы для покоя? – задумчиво произнесла она, наконец.

– Еще как, – уверенно ответил я, подкрепив слова кивком.

Темно-алые губы изогнулись в непостижимой улыбке. Женщина вновь взглянула на меня.

– Люди так наивны и самоуверенны. Это… – она сделала паузу, точно подбирая подходящее слово, – вдохновляет.

Несмотря на вполне позитивный смысл, фраза прозвучала саркастично.

– Вы не представляете, насколько я рад, что мои слова дарят вам мотивацию и смысл жизни, – едко сказал я. – Но все же мне хотелось бы узнать: свободны мы с Келлом или нет?

– Свобода – неоднозначное понятие, – улыбка Легиа стала шире. – И каждый понимает его по-своему.

– Безусловно, – я не без радости заметил, что поднимающееся раздражение нейтрализует эротические чары гостьи. – Тогда спрошу иначе: мы можем заняться своими делами или вы по-прежнему собираетесь держать нас на коротком поводке?

– Вы очень интересны, Виктор Ардисс. И отличаетесь от остальных людей. Это занимательно, – Легиа плавным, текучим движением поднялась. Взглянув на меня сверху вниз, продолжила: – вы не выполнили всего, что от вас требовалось. На ваше счастье, кое-что нам удалось узнать от захваченных вами лидеров преступников.

– Вот как? – заинтересовался я. – И что же они рассказали?

– Недостаточно, чтобы удовлетворить наше любопытство. – Тон женщины стал жестче: – Планы демонов до сих пор неясны.

– И все же, – настаивал я, – что вы выяснили?

Легиа оглядела меня с ног до головы. Похоже, решала, стоит ли мне что-то сообщать, предположил я.

– Демон почти никогда не забирал вырученные от продажи пепла деньги, – сказала гостья. – По его распоряжению, преступники покупали на них разные вещи и отправляли в Берсу.

– Берсу? Что это? И что они покупали?

– Берса – небольшой городишко на севере. Туда отправляли продовольствие и различные материалы. Иногда – лошадей. Ничего, что могло бы заинтересовать нас.

– Странный набор, – задумался я. – Может, там еще одно гнездо демонов и все это предназначалось им для каких-то задач?

– Нет, – Легиа повернулась в сторону балкона. – Мы направили в Берсу агентов и Громовержцев. Они тщательно все проверили. Демонов там нет… Вы же, Виктор Ардисс, можете быть свободны. Пока.

– Что значит – пока? – возмутился я, разом позабыв о загадочных действиях Циастрира и о Берсе.

Тонкие стальные каблуки простучали по паркету.

– Когда вы понадобитесь, мы отыщем вас, – игнорируя мой вопрос, Легиа шагнула в дверной проем. Из ночного мрака донесся ее тягучий завораживающий голос: – До встречи, Виктор Ардисс!

Не ответив, я вышел на балкон. Как и в прошлый раз, он был пуст. Легиа точно испарилась.

* * *

За завтраком я рассказал о ночном визите товарищам. На лице Келла отразилось облегчение.

– Это же великолепно, братух! – от избытка чувств здоровяк аж хлопнул ладонью по столу, так что зазвенела посуда. – Мы теперь свободны, словно ветер!

Мне вспомнились слова Легиа о свободе.

– Наверно, – неуверенно проговорил я. – По крайней мере, на какое-то время.

В отличие от меня, паладин, похоже, не придавал значения обещанию Легиа вернуться. Он просто радовался избавлению от обязательств.

А вот Альвейд восприняла информацию очень серьезно. Мне показалось, что особенно ее озаботило сообщение о Берсе.

– Что там искали агенты Средоточия? – спросила она.

– Демонов. Но ни одного не обнаружили.

– Но они продолжают искать? Выясняют, с какой целью делались все эти поставки?

Я пожал плечами:

– Не знаю. Мне показалось, Средоточие это не особо волнует. Если нет демонов, то агенты теряют интерес. По словам Асварнаута и Райзенгау, Средоточие не занимается обычными преступлениями. Поэтому, если происходящее в Берсе связано с контрабандой или чем-то подобным, миньоны Легиа не станут особо рыть.

Похоже, мои слова не убедили девушку. Кожа между ее бровями оставалось слегка наморщенной, в зеленых глазах застыло сосредоточенное выражение. Больше ничего не говоря, Альвейд быстро доела, отнесла посуду на кухню и ушла в свою комнату.

Мы с Келлом посидели еще немного, обсуждая будущее.

– Чем теперь займешься, братух? – спросил паладин.

До этого момента я еще не думал о дальнейших планах, поэтому ответил не сразу.

– Наверно, вернусь на Север. Мое обучение только началось. Благодаря наставлениям Биарнана и практике во время выслеживания Циастрира, мой уровень владения магией повысился. Но я до сих пор не способен высвобождать силу до конца. Так что да, поеду в Налларбор… Но не раньше, чем выясню, как дела у Фиореллы. А ты?

По открытому лицу здоровяка пробежала тень.

– Я? – протянул Келл. – Мне нужно доложить о произошедшем. И принять наказание.

– Наказание? – я напрягся. – Какое?

Тяжелые плечи паладина слегка приподнялись:

– Не знаю, братух. Но я готов к худшему.

Опустив голову, я несколько секунд размышлял над его словами.

– А тебе обязательно туда ехать? Может, письмо отправишь?

Келл невесело усмехнулся:

– Ты же понимаешь, что так нельзя, братух. Я давал клятвы и не могу их нарушить.

– Но если тебя… – медленно начал я.

– Значит, так тому и быть, – прервал паладин. – Я нарушил одно из главнейших установлений: рассказал об Ордене.

– Не по своей воле!

– Неважно, – отмахнулся здоровяк. – Проступок есть проступок. Я виновен. И должен ответить.

– Есть что-то, что изменит твое решение?

Келл покачал головой:

– Нет, братух. Не скажу, что горю желанием отправиться на суд. Но бегать и скрываться, как трус, не стану.

У меня на душе кошки скребли. За прошедшее время я успел привязаться к беззаботному здоровяку. Даже само расставание с проверенным в сражениях другом не на шутку расстраивало. А тот факт, что он, возможно, отправляется на казнь, вызывало депрессию.

Вероятно, эмоции отразились на моем лице. Келл, потянувшись через стол, хлопнул меня по плечу:

– Не кисни, братух! Давай лучше вечерком сходим, выпьем пивка на прощание!

Я кивнул:

– Да. Давай.

* * *

Чтобы развеяться, днем я отправился за покупками вместе с Альвейд. По желанию спутницы, прежде чем устроить рейд по магазинам, мы поехали в центр города.

– До чего же Гелдерн большой и красивый! – со сверкавшими от восторга глазами, говорила девушка. – И такой яркий!

– Еще бы: мы ведь в одном из наиболее престижных районов.

– Это неважно, – блондинка продолжала крутить головой. – Здесь все отличается от Витунгена, как лето от зимы. Столько зелени, дамы в красивых нарядах… и все такие разные!

– Что бы они ни надели, им все равно не сравниться с тобой, – проронил я.

Скулы Альвейд заметно порозовели. Девушка кинула на меня быстрый взгляд.

– Ты правда так думаешь? Или это часть светской беседы?

Я усмехнулся, видя ее волнение:

– Это констатация факта. И так считаю не один я. Посмотри: все вокруг засматриваются на тебя.

Зеленые глаза скрылись под опущенными ресницами:

– Мне достаточно того, что ты смотришь.

Я собирался шутливо ответить, но мне не позволили этого сделать.

Нам преградила путь девушка в знакомой серой форме «Стальных роз». Между упавшими на лицо школьницы темными и розовыми прядями блестели карие глаза, полные возмущения.

Привлекая внимание окружающих, остановившая нас особа звонко воскликнула:

– Сколько можно?! Ты теряешь время! Хватит заниматься пустяками! Ты должен немедленно отправиться на Рангатир!

Глава 3

– Воу-воу-воу, полегче, – выставил я руку. – Что случилось? Ты сама на себя не похожа.

– Кто эта милая невыдержанная девочка? – медовым голоском осведомилась Альвейд. – Солнышко, ты потерялась? Тебе помочь найти папу и маму?

– Это ученица с моей ступени, Мунира Сендэлл, – сообщил я спутнице. – Она… она порой дает толковые советы. Но сейчас мне ничего не понятно.

Мунира рассерженно взглянула на блондинку, после вновь требовательно сказала:

– Зюзя постоянно говорит, что ты должен отправиться на Рангатир! Мне уже надоело это слушать! Немедленно плыви туда! Я хотя бы высплюсь, наконец!

– Так, стоп, – я видел, что люди, привлеченные происходящим, пока не останавливаются, но проявляют к нам повышенное внимание. Причем, как мне показалось, некоторые зеваки мужского пола воспользовались шумом как законным поводом поглазеть на северянку. – Давай подыщем более подходящее место для разговора.

– Я не хочу ничего подыскивать, – заявила Мунира, качнув головой. От этого, падавшие на лицо волосы закрыли оба глаза. Девушке вновь пришлось тряхнуть головой, чтобы хоть что-то видеть. – Мне нужно на занятия. А ты поспеши на Рангатир. Прямо сейчас.

– Какой настойчивый ребенок, – заметила Альвейд. – Но уж очень нудный… Радость моя, когда подрастешь, тебя никто замуж не возьмет. А если и возьмет, то твой супруг помрет от скуки. Или сойдет с ума.

– С тобой я не разговаривала, – не глядя на блондинку, кинула Сендэлл. – Надо, чтобы Виктор был на Рангатире.

– Эта музыка будет вечной, – вздохнул я.

Взяв Муниру за руку, решительно потянул девушку за собой.

– Не хочу никуда идти, – запротестовала одноклассница. Несмотря на это заявление, она покорно топала за мной. – Мне нужно в школу. А тебе – на Рангатир.

– Ясен пень, – бросил я, озираясь.

Приметив то, что искал, ускорился. А через несколько секунд мы втроем вошли в двери кафе.

Как и все заведения в этой части города, выглядело оно стильно и роскошно. На наше счастье, в это время посетителей было немного.

Я доволок Муниру до столика, расположенного на наибольшем удалении от остальных гостей. Выдвинув стул, усадил не особо сопротивлявшуюся девушку. После галантно предложил присесть Альвейд. Благодарно улыбнувшись, красавица устроилась за столиком справа от Сендэлл.

Сев слева от Муниры, так что она оказалась зажатой между нами, я приветливо поинтересовался:

– Как дела в школе?

Розовые и темно-каштановые пряди закрывали левый глаз Сендэлл. Правый удивленно глядел на меня.

– Какое это имеет значение? В школе я должна учиться. Прямо сейчас. А ты обязан…

– Так, давай-ка на время забудем о Рангатире. Мне давно хотелось задать тебе несколько вопросов. И раз уж представился случай… Для начала, расскажи… что ты хочешь съесть? Десерт? Или что-то посущественнее?

На самом деле, я собирался узнать вовсе не это. Но пришлось скорректировать вопрос, когда к столу подошла официантка.

– Я не собиралась… – начала было Мунира.

– Еще как собиралась, – ласково заверил я. – Так что: парфе, мороженое или торт?

Не скрытый падающими на лицо волосами глаз озадаченно моргнул.

– Зюзя говорит…

– Зюзя может говорить что угодно. Меня сейчас интересует твое мнение.

Девушка слегка склонила голову набок, точно к чему-то прислушиваясь.

– Зюзя сердит на тебя, – сообщила она после паузы.

Глаза официантки, прислушивавшейся к нашей беседе, округлились от изумления.

– Ну, торт так торт, – промолвил я, глядя на женщину. И пояснил: – Это наш шифр, еще из детских игр. Зюзя – значит «торт».

– Это не…

Я не позволил Мунире вмешаться:

– А ты, Альвейд?

– Сегодня очень тепло. Даже жарковато, – улыбнулась красавица. – Съем мороженого.

– Отлично, – я взглянул на работницу кафе. – А мне каких-нибудь пирожных. И всем чай.

Уточнив, какой конкретно десерт я желаю, официантка ушла.

– Зюзя не торт! – возмущенно объявила Мунира.

– Да? Так сделай, любезность, просвети меня насчет него. Кто он такой?

– Такая. Или такое, – без особой уверенности поправила Сендэлл. – Ну, или все-таки, может, такой.

– Пока тебе не удалось прояснить ситуацию, – почти без иронии заметил я.

– Я и не собиралась ничего прояснять, – слабо огрызнулась девушка. – А только передать, что ты должен…

– Мунира, – мягко сказал я, – мы же договорились, что на некоторое время забудем про Рангатир. И про то, что я якобы кому-то должен.

– Когда это мы о таком договаривались? – удивилась соученица.

– Вот прямо сейчас… Итак, давай по порядку. Кто такой-такая-такое Зюзя? Что это за гендерфлюидный субъект?

– Гендер – что? – подвисла Сендэлл. – Я вообще ничего не понимаю из твоих слов.

Я глубоко вдохнул и медленно выпустил воздух. Что ж, сам виноват. Нефиг было выпендриваться. С ней надо проще.

– Мунира, кто такой Зюзя?

Девушка задумалась, глядя в пол. После посмотрела на меня:

– У него трудное длинное имя. Зузаликсуно… не могу выговорить. Поэтому зову его Зюзя.

– Хорошее начало, – подбодрил я. – Давай продолжим. Где ты с ним познакомилась? В школе?

– Он просто пришел, – пожала плечами Мунира. – Как остальные.

– Остальные кто?

– Духи.

Такого ответа я не ожидал. Несколько секунд колесики в моей голове крутились вхолостую, создавая белый шум.

Духи?!

– Мунира, – начал я, собравшись с мыслями, – ты утверждаешь, будто общаешься с какими-то духами?

– Ну, конечно, – девушка говорила тоном, с каким взрослые объясняют малышам прописные истины. – Я ведь духоговорящая, таков мой Дар.

– Ага, – кивнул я, хотя пока ни черта не понимал. – Духоговорящая…

Покуда не принесли заказ, мы молчали. Девушки разглядывали друг друга, а я переваривал полученную информацию.

Когда перед нами появился десерт, чашки и фарфоровый чайник, а официантка вновь отошла, я разлил чай. Первым отхлебнув из курящейся паром чашки, спросил:

– Мунира, я раньше никогда не слышал о Даре, подобном твоему. Не расскажешь о нем немного?

– Разумеется, не слышал. Он очень редкий. Мама говорит, в нашей семье раньше рождалось много духоговорящих. А потом нет.

– Раньше – это когда?

– Двести лет назад.

– Хочешь сказать, ты – первая за две сотни лет?

– Это мама так говорит.

– И какие они, духи? – оторвавшись от мороженого, щедро политого вишневым сиропом, поинтересовалась Альвейд.

– Не знаю. Я духоговорящая, а не духовидящая.

– А они сейчас прямо здесь? – блондинка взглядом обвела помещение, – В этой комнате?

– Не знаю. Наверно, – Мунира без интереса ковыряла ложечкой треугольный кусок торта.

– И Зюзя? – спросил я.

– Не знаю, – без энтузиазма повторила Сендэлл. – Он часто уходит. Или молчит… Но последнее время непрестанно твердит, что ты должен ехать на…

– И сейчас говорит?

Мунира прислушалась к пустоте. Выглядело это странно.

– Сейчас не слышу. Я же сказала: он недоволен тобой.

– Ну, я не обязан соответствовать его ожиданиям… Мунира, раньше, когда ты мне что-то советовала, это духи тебе говорили? Скажем, про Серый переулок? Или позднее, про пожар на складе в Венранде?

– Зюзя это делал. Он только о тебе и говорит, ни о ком больше. Остальные духи чаще всего несут какую-то ерунду. Я их не понимаю. Еще они смеются… мне так кажется, – неуверенно добавила Сендэлл.

По моей спине пробежал холодок. Кто-то невидимый дает подсказки и, возможно, следит за мной? Кто? Зачем?

– Мунира, этот Зюзя, он не из… – я сделал паузу, мучительно припоминая нужное слово. Как там говорил старый ловец духов? Эх, надо было записать… – Не из лимаакуа или как-то так?

– Не знаю, – в очередной раз повторила девушка. – Он о себе не рассказывает. Только о тебе.

– И что же он говорит о Викторе? – Альвейд улыбалась, но изумрудные глаза при этом глядели цепко и сосредоточенно.

– Что он важный. И что я должна ему помогать.

– В чем? – настороженно спросил я.

– Не знаю. Во всем, наверно.

– Сейчас ты не очень помогаешь, – пробормотал я.

Некоторое время мы провели в безмолвии. Поглощая десерт, я почти не чувствовал вкуса. Все мысли занимали сведения, полученные от Сендэлл.

Причин не доверять ее словам у меня не было. Если девушка утверждает, что говорит с какими-то духами, значит, так оно и есть. Другое дело, что это за твари и почему они проявляют ко мне интерес? И этот Зюзя, случайно, не был тем существом, что вмешалось в ритуал ловца, впихивавшего меня в тело Виктора Ардисса?

– Мунира, – осторожно поинтересовался я, – а как давно ты познакомилась с Зюзей?

– Не помню, – вяло повела плечом Сендэлл. – В детстве. Я совсем маленькая была.

Ответ оказался неожиданным. Мне отчего-то думалось, что она назовет срок, сопоставимый со временем моего появления на Сагинее.

– В детстве? И что же он тогда говорил?

– Всякое, – слово прозвучало невнятно, потому что Мунира засунула в рот ложку с тортом. – Тем более, я многого не понимала.

– И все же? – настаивал я.

Девушка опять дернула плечом. Возникало ощущение, что расспросы ей надоели. Или не особо хотелось говорить о духах.

– О том, что я должна помогать очень важному человеку, когда мы встретимся.

– А Зюзя говорил, как зовут этого… эм-м… важного человека?

– Да, – кивнула Мунира. – Но потом. Когда я уже пошла в школу.

– И это имя…

– Виктор Ардисс, – отчеканила Сендэлл и вновь принялась за торт.

Похоже, она его таки распробовала и десерт пришелся ей по вкусу.

– Дух с забавным именем, случайно, не говорил, что у Виктора будет красавица-жена со светлыми волосами? – невинно поинтересовалась Альвейд, пока я размышлял над услышанным.

– Нет, – отрезала Мунира. – Зюзя говорил, что Виктор восстановит попранное право и вернет порядок прежних времен.

– Даже так? – протянула блондинка.

Ее голос звучал необычно серьезно, а неподвижный взгляд прищуренных зеленых глаз не отрывался от лица Сендэлл.

– И что же это значит? – осведомился я. – Какой порядок? О чем речь?

– Да я откуда знаю? – с налетом раздражения откликнулась Мунира. – Я лишь повторяю слова Зюзи.

– Дичь какая-то, – моя ложка мелодично застучала, счищая с тарелочки остатки десерта.

Я ни фига не понимал, и ситуация в целом мне не нравилась. С другой стороны, все прошлые подсказки неведомого духа оказывались весьма в тему. Возможно, и теперь он говорит что-то полезное. Но континент, захваченный монстрами, такими как Циастрир…

– Так что, ты отправишься на Рангатир? – будто подслушав мои мысли, спросила Мунира Сендэлл.

– Пожалуй, нет, – размышляя, я отодвинул опустевшую тарелку, сцепил пальцы и уставился на них. – Точно не сейчас. У меня масса других дел. И, признаться, я не настолько доверяю этому Зюзе, чтобы очертя голову кинуться на другой конец света, демонам в пасть. Элементарно не вижу повода для этого.

– Плохо, – Мунира поднялась. – Он опять не будет давать мне спать своей болтовней.

– Сочувствую, – я тоже встал. – Но пойми меня правильно: вся эта история какая-то мутная.

– Ты мне не веришь?

– Тебе верю, – честно ответил я. – А вот Зюзе… Видишь ли, мне непонятно: ни кто он такой, ни чего добивается. И пока этого не выясню, с места не сдвинусь. Так ему и передай.

– Он сам все услышит… Я думаю, – не вполне уверенно добавила девушка.

– И что же он говорит? – я выжидающе глядел на нее.

– Ничего, – после небольшой паузы сказала Сендэлл. – Даже не знаю, здесь ли он сейчас.

– Понятно. Что ж, когда Зюзя появится, передай ему от меня наилучшие пожелания. И если он хочет, чтобы я что-то для него сделал, то пусть открыто и четко все объяснит.

– Ладно, – девушка направилась к выходу. Внезапно остановилась, будто натолкнувшись на стену. Повернула голову: – Зюзя сказал, что ты все равно выполнишь то, что от тебя требуется. Таково предназначение, появившееся задолго до твоего рождения.

– От оно как, – настолько безапелляционные заявления не на шутку меня разозлили. – Мне сказать, куда Зюзя может пойти на своих маленьких невидимых ножках? Или сам догадается?

Мунира замерла, склонив голову к плечу.

– Мне кажется, Зюзя смеется, – неуверенно промолвила она. – А почему ты думаешь, что у него маленькие ножки? Мне казалось, духи вообще летают…

Немного постояв, но так и не дождавшись ответа, она покинула кафе.

Глядя на мягко закрывшуюся за ее спиной дверь, я ощущал напряжение. Вот только терок с духами мне не хватало для полного счастья! Впрочем, мальчиком на побегушках, слепо выполняющим неизвестно чьи приказы, я тоже не собирался становиться.

При последней мысли меня охватило чувство, будто нечто подобное уже происходило со мной. Не точь-в-точь такое же, но очень близкое. Тщетно попытавшись ухватить упорно ускользавшие воспоминания, я тряхнул головой. После взглянул на Альвейд:

– Ну что, пойдем?

Девушка смерила меня долгим задумчивым взглядом. Затем неторопливо поднялась. Это простое движение превратилось у нее в серию волнительных покачиваний и изгибов. Черт, все-таки она безумно хороша!

– С тобой я пойду куда угодно и когда угодно, – ответила северянка.

Мне показалось, что в этот момент она говорит предельно серьезно.

– На тебя так подействовали слова Муниры?

– Возможно, – на очаровательных пухлых губках появилась привычная лукавая улыбка. – Вполне возможно…

* * *

На следующий день я проснулся поздно. Голова трещала после вчерашнего, поэтому я еще около часа провалялся в постели.

Наконец, поднявшись, сходил в туалет. Затем отхлебнул целебного пойла из серебряной фляжки. Это действие уже стало настолько привычным, что я выполнял его на автомате.

Приведя себя в порядок, я вывалился в гостиную. Не увидев там Келла, подумал, что паладин еще дрыхнет. А после вспомнил, что здоровяка больше нет. Собственно, хреновые ощущения, испортившие мое утро, были последствиями вчерашней прощальной вечеринки.

Надо сказать, мы неплохо оторвались. Начали с хорошего ресторана неподалеку от центральной части города. Туда мы пошли ради Аль, которая буквально не отлипала от меня после встречи с Мунирой. Необъяснимое желание девушки постоянно находиться рядом со мной напоминало о первых днях нашего знакомства. Единственное различие заключалось в том, что теперь она не звала меня муженьком.

После ресторана мы погуляли по маленькому, но милому парку. К тому моменту там уже зажгли фонари, отбрасывавшие живописные отсветы на густую листву подстриженных деревьев. На деревянных подмостках играл небольшой оркестр. В его репертуаре преобладали медленные мелодии, и Келл заявил, что они наводят на него тоску. Я понимал его состояние: никому неохота отправляться на суд. И хотя паладин держался так же бодро, как обычно, подобные мелочи, вроде недовольства музыкой, выдавали внутреннее напряжение.

Чтобы встряхнуть Келла, я предложил зайти в какой-нибудь бар. Здоровяк с оживлением согласился.

Прежде чем навестить питейное заведение, мы хотели отвести Альвейд домой. Но блондинка наотрез отказалась:

– Мы все вместе искали демона – все вместе проводим Келла домой. В конце концов, мы один отряд.

Как мне показалась, произнося это, она по большей части была вполне искренна.

Единственным баром дело не ограничилось. В поисках разнообразия мы переходили из одного в другой. Закончилось путешествие предсказуемо: дракой. Поводом стали домогательства нескольких посетителей к Альвейд. По-моему, их было шестеро. Сначала я вежливо предложил новоявленным поклонникам северной богини отвалить. Когда они отказались, Келл молча соскользнул с высокого табурета возле барной стойки и с ухмылкой врезал ближайшему. На него кинулись остальные, поэтому пришлось вмешаться и мне. После в общем веселье решили принять участие еще какие-то люди – похоже, приятели первых. В итоге мы отправили отдохнуть человек девять. Причем, минимум одного успокоила Альвейд, воспользовавшись для этого наполовину опустошенной винной бутылкой.

По дороге домой Келл горланил песни. Я не знал слов, но изо всех сил пытался подпевать. Альвейд просто шла рядом и улыбалась. Спустя минут пятнадцать она воспользовалась своим очарованием, чтобы вырвать нас из цепких лап патруля Горгвара, не оценившим наши с паладином вокальные данные.

Оказавшись в съемной квартире, мы еще долго торчали в гостиной, болтая, смеясь и вспоминая разные эпизоды охоты на Циастрира. Под конец, когда мы сидели с кружками ароматного чая, приготовленного Аль, Келл сказал:

– Братух, Альвейд, я рад знакомству с вами. Надеюсь, еще когда-нибудь свидимся.

– Обязательно! – попытался я поддержать его. – Если вдруг что – обращайся ко мне в любой момент…

С этими словами я накарябал на листочке, вырванном из блокнота, адрес дома родителей. После задумчиво наморщил лоб, пытаясь вспомнить что-то: алкоголь не способствовал работе мысли.

– Ах да, меня же там долго не будет, – наконец, дошло до меня. – Аль, напиши здесь адрес «Горна».

Когда девушка выполнила мою просьбу, я передал бумажку Келлу. Паладин небрежно сунул ее в карман:

– Спасибо, братух. Буду иметь в виду…

Сегодня, вспоминая его лицо, я понял, что он не рассчитывал воспользоваться этой информацией.

Я вздохнул. Даст бог, Келлу не назначат слишком сурового наказания… И вот кто его дернул возвращаться в Линрес? Остался бы в Иризии – делов-то…

К своему удивлению, мне тут же стало стыдно за подобные мысли. Я вдруг подумал о чести и преданности Ордену. Не знаю почему, но я осознавал, насколько важны подобные вещи, даже когда приверженность им может привести к смерти. И безмерно уважал Теневого паладина, оставшегося до конца верным данной клятве.

Мои невеселые мысли прервал стук в дверь.

– Кого еще принесло? – пробормотал я, направляясь в прихожую.

За дверью оказался чопорного вида мужчина. Взглянув на меня, он поклонился:

– Саэр Ардисс.

Я прищурился – его лицо выглядело знакомым.

– Вы же… – я умолк, пытаясь вспомнить имя.

– Таур Ментресс, – он вновь поклонился. – Саэр Ардисс, господин Леон Корнелий Мэльволия желает видеть вас.

– Неожиданно, – удивился я. – И когда же он хочет встретиться?

– Немедленно.

– Как интересно, – с сарказмом промолвил я. – Вы знаете, что я не единожды пытался попасть в дом семьи Мэльволия? И меня всякий раз прогоняли, словно бродягу. А теперь вечно занятый саэр Мэльволия сам зовет меня в гости?

Ментресс проигнорировал мой тон.

– Дело касается госпожи Фиореллы Элеттры, – сказал он.

У меня заколотилось сердце, во рту пересохло. Я вдруг подумал, что Таур Ментресс не та фигура, чтобы быть простым посыльным. Неужели произошло что-то настолько важное, что отец Фиореллы отправил за мной первого помощника?

– С Фиа… – мой голос дрогнул. Умолкнув, я нервно сглотнул. – С саэри Мэльволией все в порядке? Она жива?!

Глава 4

– Саэр Ардисс, – терпеливо проговорил Ментресс, – вы все узнаете от господина Мэльволии. Я уполномочен лишь передать приглашение и сопроводить вас, если вы его примете.

Я не колебался ни мгновения:

– Дайте мне несколько минут, чтобы собраться.

Гость с достоинством склонил голову:

– Конечно, саэр Ардисс.

Приготовившись к поездке, я тихонько постучался в дверь комнаты Альвейд. Не получив ответа, предположил, что блондинка отправилась по магазинам: за продуктами или запчастями для своих изобретений.

Терзаясь переживаниями из-за Фиореллы, я не стал дожидаться возвращения блондинки. Оставил записку, в которой сообщил, куда направляюсь, и покинул дом с Тауром Ментрессом.

* * *

Особняк рода Мэльволия находился в самом престижном районе города. И не просто там располагался, но занимал значительную часть.

Раньше я видел лишь высокий каменный забор и фигурные кованые ворота. Теперь же, когда карета оказалась внутри, моему взору открылся огромный ухоженный парк. Он был… как бы лучше сказать… идеальным. В планировке господствовала тщательно выверенная симметрия. Каждое деревце, каждый кустик занимали свое место и были безупречно подстрижены. Мощенные белым камнем дорожки выглядели невероятно ровными и одинаковыми, словно их начертили с помощью гигантской линейки.

Короче, весь парк олицетворял собой мечту перфекциониста. На меня он произвел двойственное впечатление. С одной стороны, работа садовников восхищала. С другой, все эти точные линии и строгие геометрические формы создавали ощущение искусственности и безжизненности.

Резиденция семейства Мэльволия размещалась в самом центре парка. Светлый вытянутый двухэтажный особняк был лишен каких-либо архитектурных излишеств. Несмотря на это, здание выглядело так же величественно, как древнегреческий храм.

Внутреннее убранство дома соответствовало виду снаружи. Просторные помещения были обставлены скупо и даже аскетично. При этом все предметы мебели выглядели страшно дорогими. Но это была не аляповатая гламурная роскошь, а строгая красота действительно первоклассных вещей. Что любопытно, все они казались совершенно новыми, будто ими никто никогда не пользовался. Из-за этого, а также идеальной чистоты вкупе с отсутствием людей, интерьер смотрелся как музейная инсталляция. В нем напрочь отсутствовал домашний уют. Осознав это, я больше не удивлялся тому, что Мэльволии пришелся по душе скромный дом моих родителей. В отличие от здешних величественных хором, в коттедже Эзерина и Росальбы чувствовалось человеческое тепло.

Следуя за Тауром Ментрессом, я продвигался сквозь лабиринт комнат и залов. Лабиринт в буквальном смысле, ибо планировка ставила меня в тупик. Мы постоянно куда-то сворачивали, хаотично меняя направление движения; входили то в одни двери, то в другие.

– Мы, часом, не заблудились? – с иронией поинтересовался я, примерно после десятого поворота.

– Нет, саэр Ардисс, – невозмутимо ответил первый помощник владельца усадьбы. – А вот потенциальные убийцы непременно запутаются.

– Были прецеденты?

– Дважды.

Остаток пути я размышлял о жизни семьи Мэльволия. Постоянно находиться под угрозой покушения и не свихнуться – это нужно иметь стальные нервы.

– Пришли, – сообщил Ментресс, остановившись перед очередной дверью. – Прошу, подождите, пока я доложу саэру Леону Коренлию.

Не дожидаясь ответа, он исчез за темной створкой. Вскоре появившись снова, поклонился, придерживая дверь открытой:

– Пожалуйста, входите.

Когда я переступил порог, Ментресс закрыл дверь снаружи, оставив меня наедине с хозяином особняка.

* * *

Рабочий кабинет отца Фиореллы оказался большим. Он имел форму квадрата с длиной стороны не меньше пятнадцати метров.

Первое, что бросалось в глаза – отсутствие окон. Со всех сторон меня окружали глухие стены. Сверху на них были развешаны большие карты, терявшиеся в полумраке. Снизу по всему периметру тянулись длинные шкафы, высотой всего около полутора метров. Одни представляли собой открытые стеллажи со стройными рядами книг. Другие напоминали картотеки со множеством пронумерованных ящиков.

В центре комнаты стояли три стола, составленные в форме буквы «П». На них были аккуратно разложены какие-то документы, раскрытые блокноты с записями, книги. Кроме этого, на каждом столе размещались по две зажженные лампы – единственные источники света в помещении.

В просторном промежутке между ножками «П» сидел худощавый мужчина с бледным строгим лицом.

– Приветствую вас, саэр Ардисс, – его голос звучал негромко, но твердо и уверенно.

– Саэр Мэльволия, – остановившись в трех шагах от разделявшего нас стола, я поклонился.

Несколько секунд он молча рассматривал меня. Я делал то же самое.

Раньше я особо не задумывался, на кого из родителей похожа Фиорелла, но почему-то полагал, что на мать. Выяснилось, что я ошибался. Как минимум, отчасти. У Леона Корнелия были волосы того же цвета, что у дочери. И такие же глаза. Вот только смотрели они холоднее, жестче и пронзительнее.

В сочетании с невыразительным неподвижным лицом, такой взгляд наводил на мысль, что разговор определенно не окажется простым. Решив не отдавать инициативу, я начал первым.

– Саэр Мэльволия, позвольте поинтересоваться состоянием здоровья саэри Фиореллы. Она в порядке?

– В настоящий момент Фиорелла Эллетра здорова. Она полностью восстановилась после сражения с демоном. Ее жизни ничего не угрожает.

На лице собеседника не дрогнул ни один мускул, поэтому мне было сложно понять, как он относится к произошедшему. Одновременно я отметил, что Леон Корнелий в курсе того, что произошло в Морне. Должно быть, – доложила Эретта.

– Рад это слышать, – искренне проговорил я. У меня действительно отлегло от сердца. – Я могу ее увидеть?

– Об этом я и желал поговорить с вами, – ровно ответил отец Фиореллы.

– О чем именно? – у меня появилось скверное предчувствие.

– Пожалуйста, сведите общение с моей дочерью к минимуму… Заметьте, я не запрещаю вам видеться совсем. Хотя, безусловно, мог бы. Но мне хотелось бы, чтобы впредь ваше общение было не таким тесным, как до сих пор.

– Почему? – выдержав его ледяной взгляд, прямо спросил я.

– Это не имеет перспектив. И повышает риски для Фиореллы.

– Простите, не понимаю…

Леон Корнелий с полминуты глядел на меня с непроницаемым лицом. После спросил:

– Какие у вас планы насчет Фиореллы Эллетры?

– Планы? – слегка опешил я. – Никаких. Мы просто друзья.

– Действительно? И вы никогда не думали об отношениях? Браке, который поможет вам возвыситься?

– Нет, – чуть помедлив, качнул я головой.

– И старший Ардисс об этом не говорил?

– Мой отец никогда бы… – возмущенно начал я.

– Я говорю о главе рода, – перебил Мэльволия. – Саэре Линнерарде Ардиссе. Он совершенно не интересовался вашей дружбой с Фиореллой? Не давал вам… советов?

Вспомнив встречи с дедом, я промолчал. Ответить было нечего.

Верно истолковав мое поведение, Леон Корнелия не стал злорадствовать. А все так же невозмутимо сказал:

– Мне слишком хорошо знаком образ действий вашего деда. Он ни за что не упустил бы возможность улучшить положение рода.

– То, что думает и хочет Линнерард Ардисс, не имеет значения, – резко ответил я. – Решение в любом случае будет за мной. Тем более, касающееся моей личной жизни.

– Зная главу рода Ардисс, на вашем месте я не стал бы делать столь категоричных утверждений. Почтенный Линнерард умеет добиваться цели. И после потери старшего сына в качестве наследника, стал более изощренным в своих методах… Впрочем, это лишь часть дела. Основная проблема заключается в вас.

– Простите? – я нахмурился.

Леон Корнелий откинулся на спинку кресла.

– Вопреки вашим утверждениям, саэр Ардисс, факты говорят о том, что отношения с моей дочерью являются для вас чем-то большим, нежели дружба… Я не обвиняю вас во лжи, – хозяин дома предупреждающе поднял руку, видя, что я собираюсь что-то сказать. – Возможно, вы сами не осознаете происходящего. Принимая во внимание ваш возраст, это вполне объяснимо и ничуть не порицаемо. Но именно искренность ваших побуждений представляет собой опасность. И в первую очередь для вас.

– Вы не могли бы пояснить ваши слова, саэр Мэльволия? – я старался говорить спокойно. – О какой опасности идет речь?

– О крушении надежд, уязвленном самолюбии. Разбитом сердце, наконец. Поймите, у вас с Фиореллой не может быть общего будущего.

Не то чтобы я планировал нечто подобное, но слова собеседника меня отчего-то зацепили.

– Почему вы так считаете? – мрачно поинтересовался я.

– Виктор, мне известно, что у вас были проблемы со здоровьем, – мне показалось, что Леон Корнелий попытался смягчить повелительные интонации в голосе. – Вероятно, этим объясняется то, что вы не ориентируетесь в аристократической иерархии Иризии.

– Иерархии? – переспросил я. – Разве все аристократы не равны между собой?

– Официально – безусловно, – согласился отец Фиореллы. – Но в действительности… Саэр Ардисс, мне известно, что вы неглупы. Подумайте сами: как можно добиться истинного равенства, если конкретные люди и целые семьи изначально находятся в разных условиях? Если один род богат, а другой беден? Если в одной семье десятки сильных магов, способных участвовать в сражениях, а в другой их совсем мало или вовсе нет? Если одни понимают, как устроено общество, и способны влиять на него, а другие живут в мире иллюзий?.. Равенство – лишь декларация, помогающее сохранять стабильность государства. Реальность же такова, что вы – не ровня Фиорелле.

– Ардиссы – старый и почтенный род! – вспыхнул я, вспомнив рассказы отца.

– Не стану оспаривать это утверждение, – холодно ответил Леон Корнелий. – Во многом оно справедливо. Но также справедливо и то, что существуют семьи, значительно превосходящие род Ардисс. Как по уровню достатка, так и по степени политического влияния… – Голос собеседника вновь несколько смягчился. – Виктор, я ни в коем случае не желаю оскорбить ваш род и тем более вас лично. Вы умный и отважный молодой человек. И у вас хорошие шансы добиться высокого положения в обществе. Ваши успехи на турнире привлекли внимание. Уверен, некоторые довольно известные семьи, пусть и не самые влиятельные, окажутся не прочь усилить линию крови за счет брака своих дочерей с вами. Например… род Лейхандер… Подобный союз принесет вам почет и богатство. Подумайте об этом и не совершайте ошибок. Ибо, что бы вы ни предприняли, вам никогда не встать вровень с родом Мэльволия.

Я невольно сжал кулаки. Но тут же расслабил ладони, чтобы собеседник не мог по жестам прочитать мои эмоции.

Леон Корнелий тем временем продолжал:

– Полагаю, вам известно, что жизнь Фиореллы Эллетры никогда не была простой. И мне бы очень не хотелось, чтобы она стала еще тяжелее, в том случае, если дочь привяжется к вам. А это произойдет с большой долей вероятности, если ваши отношения останутся такими же близкими. Если Фиорелла дорога вам, хотя бы как подруга, отступитесь. Ради нее.

Меня потихоньку начал наполнять гнев. Леон Корнелий взывал к моим чувствам и благородству, чтобы добиться своей цели. С подростком это, возможно, сработало бы. Но я-то видел попытку манипулировать мной. Более того, от меня не скрылась все коварство отца Фиа. Он не стал запрещать дочери встречаться со мной, чтобы не вызвать ее противодействия. А решил действовать через меня, чтобы я вроде как по своей воле стал инициатором разрыва… И чем, спрашивается, он лучше моего деда?

– А может,стоит поинтересоваться мнением самой Фиореллы? – едва сдерживаясь, спросил я.

– Это не имеет смысла, – спокойно отозвался Леон Корнелий. – В данной ситуации она, к сожалению, не способна рассуждать рационально. Будь иначе, она сама давно бы все поняла, и этот разговор не потребовался бы.

Я глубоко вдохнул и медленно выпустил воздух, стараясь взять чувства под контроль. В последнее время все почему-то пытаются за меня решать, что мне делать. Сначала чертов дух, теперь глава рода Мэльволия. И это раздражало…

Зацепившись за последнюю мысль, я вдруг подумал, что раньше не был настолько эмоциональным. По крайней мере, изредка сталкиваясь с критикой со стороны руководства, всегда сохранял выдержку, омраченную разве что легкой досадой. Почему же я так сильно возмущен сейчас? Кому принадлежит это чувство? Мне? Неизвестному? Или Виктору – подростку, вступившему в период отторжения авторитетов и оппозиции взрослым?

По утверждениям ловца духов, теперь все эти личности – одно целое со мной. Но пока что мое сознание доминирует. И я предпочитаю, чтобы так оставалось и дальше. Следовательно, нужно контролировать порывы, не вполне характерные для настоящего меня. Особенно сейчас, когда импульсивное поведение категорически неприемлемо.

Уставившись на неподвижный лепесток огня за стеклом фонаря, я вновь медленно вдохнул. Через несколько секунд воздух вышел сквозь едва приоткрытые губы.

Итак, если отрешиться от эмоций и взглянуть на ситуацию непредвзято, быть может, отец Фиореллы прав? И наши отношения со снежной королевой – ошибка?

При этой мысли внутри словно вспыхнуло пламя. Горло сжало от негодования. В памяти закружился калейдоскоп эпизодов, связанных с Фиа: от нашей первой встречи до сражения с Циастриром…

Нет, ни хрена он не прав! Я был абсолютно уверен в этом. И ни мгновения не сомневался, что это именно моя собственная мысль. Не Виктора, не другого парня… Хотя, может и их тоже. Но прежде всего – моя.

Взвинченное состояние сменилось спокойствием, я расслабился, словно перед боем. Не знаю, как сложатся наши отношения с Фиа, но без борьбы я от дружбы с ней не откажусь. Как бы ни давил ее отец.

– Я вас услышал, саэр Мэльволия, – глядя в холодные глаза хозяина особняка, произнес я. – И непременно обдумаю то, что вы сказали.

На его лице не отразилось никаких чувств, но я готов был спорить, что Леон Корнелий не ожидал подобного ответа.

– Я предполагал, что мы решим все сейчас, – с легким нажимом сказал он.

– Простите, если разочаровал, – вежливо поклонился я. – Но все, что касается госпожи Фиореллы, слишком важно для меня. И принятие решения без серьезных размышлений было бы неуважительно по отношению к ней.

Леон Корнелий несколько секунд изучающе разглядывал меня. Я не мог ничего прочитать по бесстрастному, будто застывшему лицу, но подозревал, что хозяин дома недоволен.

– Что ж, – проронил он, наконец, – вы умный молодой человек, и, полагаю, сделаете верный выбор. Благодарю за визит. Вы свободны.

Не дожидаясь моего ответа, он, опустив руки, плавно отодвинулся назад, а после развернулся к столу, стоявшему справа от него. Только теперь я увидел, что Леон Корнелий сидит в кресле-коляске.

Удивленный этим фактом, я поклонился и покинул помещение.

* * *

– Что-то произошло? – с беспокойством спросила Альвейд, когда я оказался дома. – У тебя расстроенный вид.

– Не обращай внимания, – я расстегнул верхние пуговицы френча. – Просто неприятный разговор.

– Отец саэри Мэльволии был недоволен тем, что его дочь участвовала в битве с демоном?

– Что-то вроде, – кивнул я, направляясь в свою комнату. Остановившись на пороге, наполовину обернулся. Бросил с кривой усмешкой: – Раньше недоумевал, отчего Леона Корнелия так упорно пытаются убить. Но, познакомившись с ним, уже не так удивлен этим…

* * *

Равномерный металлический стук, доносившийся из-под колес поезда, убаюкивал. Откинувшись на оббитую кожей спинку сиденья, я невидяще глядел в окно.

На душе было муторно.

Перед отбытием в Налларбор я долго боролся с желанием повидаться с родителями. В итоге решил, что мое внезапное появление встревожит Росальбу и Эзерина. Как бы я объяснил им неожиданное возвращение? Врать папе и маме совершенно не хотелось. И уж тем более – рассказывать о демонах и Средоточии.

Сейчас, все больше отдаляясь от Иризии, я думал, что совершил ошибку, не заехав домой. И от этого наваливалась тоска. Хорошо хоть попрощался с близнецами. Заодно передал Дарио письмо для Фиореллы. Я подозревал, что все предыдущие послания, отправленные обычным путем, до снежной королевы не доходили. Это же она точно получит – на брата Селии можно было рассчитывать.

– Ты опять какой-то мрачный, – на сиденье рядом со мной опустилась Альвейд. Блондинка взяла меня под руку и плотно прижалась ко мне всем телом. – Тебе не хочется ехать на Север?

– Да не в этом дело, – пробормотал я, ощущая исходящий от девушки приятный аромат. – Просто задумался.

– О чем? – она некоторое время ждала ответа, неотрывно глядя на меня.

Я, в свою очередь, тонул в изумрудных глазах. Все мысли улетучились, стало жарко.

– Так что же тебя тревожит? – повторила Альвейд.

– Я… э-эм… просто думал о родителях, – ляпнул я.

И тут же обеспокоился: не прозвучало ли это как-то по-детски?

Впрочем, северянка отреагировала с участием:

– Наверно, все же следовало нанести им визит. Мне всегда хотелось познакомиться с госпожой Тенфиенн. Но сделанного не вернешь. Не грусти. Давай лучше обсудим маршрут.

– В смысле? – не понял я. – Чего его обсуждать? Поезд напрямую идет до самой столицы – Витунгена.

– Да, знаю, – прищурившись, протянула девушка. – Но я вот подумала…

– О чем?

– Быть может, нам стоит сойти с поезда раньше?

– Зачем? – все еще не понимал я. – И где?

– В Берсе.

Глава 5

– В Берсе? Зачем?

Альвейд, опустив взгляд, захлопала длинными ресницами:

– Ну-у… Берса находится на границе Налларбора. И меня тревожит то, что демоны как-то связаны с этим местом. Вдруг они задумали недоброе против одной из северных стран: Налларбора, Антерварона или Арна? Или всех одновременно? Считаю, следует это выяснить.

– Я же говорил, что люди Средоточия не нашли там демонов.

– Их могло не быть тогда, – со значением произнесла девушка, выделив интонацией последнее слово.

– Аль, не переживай. Помнишь: Легиа сказала, что Средоточию не удалось узнать замысел Циастрира. Но это не означает, что агенты бросят эту затею. Готов спорить, они как минимум станут присматривать за Берсой. Поэтому считаю, тебе нечего опасаться.

Из-под ресниц вспышкой зеленого лазера сверкнул быстрый взгляд.

– Ты, конечно, прав. Но вдруг агенты что-то упустят? Мне кажется, стоило бы проверить самим. Нам все равно по пути. И времени много не отнимет…

Я задумался. Хоть мне и хотелось успокоить спутницу, где-то глубоко внутри ворочалось сомнение. Демоны определенно что-то замыслили – не просто же так Циастрир утверждал, что, одолев его, мы ничего не остановим…

– Хорошо, Аль, – согласился я. – Если это тебя успокоит, сойдем в Берсе и поглядим, что там к чему…

– Спасибочки! – просияла блондинка. Кинувшись мне на шею, горячо расцеловала: – Ты такой замечательный!

* * *

Когда я в первый раз отправился на Север, путешествие показалось страшно долгим. С Альвейд такого ощущения не возникло. Сходя в Берсе, я даже поймал себя на мысли, что поездка закончилось слишком быстро. Уж очень мне понравилось это сочетание: отсутствие неотложных дел и общество умной, обворожительной девушки. И если бы не обещание, данное ее суровому папаше, все могло бы стать еще лучше…

С тоской думая о зловещих гидравлических ножницах в руках маниакально помешанного на дочери гиганта, я ступил на перрон.

Вокзал Берсы выглядел, как и подобает станции третьеразрядного городка в глуши: маленький, не знавший ремонта с момента строительства. Впрочем, к чести местных жителей, должен признать, что перрон и здание содержали в чистоте.

Людей – железнодорожников и путешественников, – было немного. Никто из них не походил ни на демонов, ни на контрабандистов. Но это ровным счетом ничего не значило.

Оказавшись на улице, я поежился от холодного ветра. Альвейд, бодро шагавшая рядом со мной, глубоко вдохнула. На миг показалось, что ее большая грудь вот-вот разорвет одежду.

– Здесь совсем другой воздух! – широко улыбаясь, промолвила девушка.

– Ага, – буркнул я, – он ледяной.

– Вовсе нет! – рассмеялась блондинка. – По крайней мере, пока… Принюхайся: здесь нет такого количества ароматов, как на юге, но сам воздух кажется чище и свежее. Это запах просторов и свободы. Запах Севера!

– Как по мне, это запах простуды, – проворчал я.

– Ну, будет тебе! Сейчас не настолько холодно, чтобы заболеть! – Красавица вновь с наслаждением втянула воздух. – До этого момента даже не подозревала, как соскучилась по дому!

* * *

Говорят, что вокзал – лицо города. Не знаю, насколько это утверждение справедливо для других населенных пунктов, но в случае Берсы оно работало стопроцентно. Городок выглядел неказисто, но аккуратно. Было видно, что жители пытаются следить за своими домами, поддерживая их в нормальном состоянии, а улицы – в чистоте. Но на что-то большее у них не хватало средств или желания.

Практически во всей Берсе преобладала одно- и двухэтажная застройка. Лишь в самом центре, в районе площади, возвышалось несколько трехэтажных зданий. Рядом с одним из них, находилась единственная в городе гостиница «Спящий медведь».

– Хорошее название, – заметил я, придерживая открытую дверь и пропуская Альвейд. – В такой холодрыге только и можно, что дрыхнуть в теплой берлоге.

– Ты привыкнешь к нашему климату, – с жизнерадостной уверенностью заявила блондинка, перешагивая порог. – Очень-очень быстро!

– Это вряд ли, – буркнул я, входя за ней.

Внутри царил полумрак, который рассеивал лишь огонь в большом камине, сложенном из крупных, грубо тесанных камней. Метрах в двух слева от очага распахнулась дверь. В светлом прямоугольнике возникла коренастая фигура – это вышел хозяин гостиницы, которого привлек поднятый нами шум.

Встретив нас вежливо и добродушно, но без подобострастия, он быстро записал в потрепанный журнал наши имена, принял задаток, после чего лично проводил в номер на втором этаже. При нас растопив небольшую железную печь, хозяин поклонился и вышел, оставив на столе ключ от входной двери.

Подтащив массивное кресло к печи, я вытянул руки, почти прикасаясь к быстро разогревавшемуся темному металлу. Глядя на огненные переливы за приоткрытой дверцей и слушая потрескивания горящих дров, задумался.

Что делать дальше? Каким образом выйти на демонов? Не приставать же к людям с расспросами, не видел ли кто чего-то странного. Это не только наивно, но и небезопасно. В отличие от портового Венранда, Берса – городишко маленький. Чужаки, вроде нас, наверняка сразу окажутся на виду. Стоит только начать задавать необычные вопросы – об этом моментально узнают все. В том числе и те, кого мы пытаемся выследить.

Мда, проблема… Может, начать надо с другого? Стать для местных своими? Так сказать, слиться с окружением? Но как? Нужна какая-то легенда… Прикинуться туристами, приехавшими посмотреть… Тут могут быть достопримечательности? Сомневаюсь. Да и не станут туристы своими… Может, представиться купцом, изучающим возможности торговли с северянами? Пожалуй, этот вариант уже лучше…

Согревшись, я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Погрузившись в размышления, почти не обратил внимания на Альвейд, которая бесшумно подошла и с тихим металлическим звуком что-то поставила на печь.

А не слишком ли я все усложняю? Возможно, надо идти наиболее простым путем. Чтобы местные безоговорочно приняли нас, необходимо самим стать местными. Объявить, что мы приехали, желая поселиться здесь?.. Это может сработать. Купить дом, обзавестись связями…

Блин, нет! Это, конечно, сработает, но потребует массу времени. Мы же не можем торчать здесь год! Мне нужно закончить обучение у Биарнана. Наверняка у Аль тоже есть какие-то дела…

Я ощутил мягкий поток воздуха от прошедшей мимо кресла девушки. Остановившись у печи, блондинка чем-то стукнула, звякнула. Послышался тихий звук льющейся жидкости.

– Возьми, выпей, – мне в руки ткнулась теплая толстостенная кружка.

Ухватив ее, я открыл глаза и заглянул внутрь. На темной поверхности напитка покачивались какие-то раздавленные ягоды.

– Что это? – поинтересовался я, втягивая носом приятный аромат.

– Это наш северный чай, с громовником, черницей и корнем аралита, – улыбнулась Альвейд. – Он согревает и бодрит. А то ты совсем разомлел и начал засыпать.

Я хотел было возразить, что и не думал спать, но после счел это неважным. Молча поднес тяжелую коричневую кружку к губам и осторожно отпил.

Мне казалось, что напиток будет обжигающе горячим. Но мои опасения не оправдались: блондинка ухитрилась добиться идеальной температуры. Той самой, когда пьешь чай или кофе, наслаждаешься и понимаешь – немного прохладней или слегка горячей и будет не то.

Я вдруг подумал, что из северянки, наверно, вышла бы отличная жена. Красивая, умная, с чувством юмора, заботливая… а с такой фигурой, наверняка и в постели божественно хороша…

Так, стоп! – одернул я себя. – Куда-то не туда меня занесло. Сейчас нужно думать совсем о другом…

Отхлебнув крепкого, чуть терпкого чая с привкусом фруктов и каких-то трав, я уставился на печку, пытаясь вернуть мысли к поискам демонов. Вместо этого перед мысленным взором встала полуобнаженная Альвейд – такая, какой я впервые увидел ее, ненароком вломившись к ней в раздевалку.

Я рывком встал, едва не расплескав содержимое кружки. Она мне что – афродизиак в чай подсыпала?

С подозрением заглянув в посудину, я перевел взгляд на девушку. Та сидела за круглым столом, прихлебывая чай из такой же кружки, как у меня, и перелистывая свою тетрадь с чертежами. Почувствовав, что на нее смотрят, блондинка подняла глаза и улыбнулась.

– Прогнало сон? Как я и говорила!

Ни в выражении ее лица, ни в голосе не было ничего необычного. Глядя в веселые зеленые глаза, я пришел к выводу, что вряд ли Альвейд сделала бы то, в чем я ее на миг заподозрил. Наверно, я сам… В принципе, объяснимо: сколько времени у меня никого не было. А тут рядом такая красотка. Удивительно, что я до сих пор не сорвался и не набросился на нее! Должно быть, действует защитная сила гидравлических ножниц… Хотя, чувствую, она все больше слабеет. Хорошо, что Альвейд перестала меня провоцировать. Иначе бы я давно сорвался, наплевав на угрозы Аунда.

– Виктор, с тобой все в порядке? – во взгляде девушки появилось беспокойство. – Ты странно выглядишь. И лицо покраснело… Неужто я тебе слишком большой кусочек корня аралита положила?

Должно быть, я вправду смотрелся со стороны каким-то невменяшкой: внезапно вскочил, молча уставился на Аль…

– Все нормально, – поспешил заверить я ее. – Наверно, возле печки перегрелся. Пойду, воздухом подышу.

– Да? Я тоже собиралась прогуляться.

– Просто так? Или с какой-то целью?

– В Берсе живут двое торговцев, знакомых с папой. Хотела заглянуть к ним, расспросить о том о сем.

Я оживился: возможно, это то самое решение, которое искал! Лояльные информаторы среди местных!

– Отлично! Я с тобой!

Альвейд внезапно смутилась.

– Мне кажется, не стоит, Виктор. Они тебя совершенно не знают и вряд ли захотят говорить в твоем присутствии о чем-то таком… ну, ты понимаешь.

– Да, вероятно, ты права, – несколько обескураженно согласился я. – Тогда давай хотя бы тебя провожу.

Девушка на миг заколебалась, но после склонила голову так, что золотые локоны упали на лицо:

– Буду признательна.

* * *

Оставив позади гостиницу и площадь, мы шли по неширокой извилистой улочке. После тонизирующего чая Альвейд, выпитого у разогретой печи, я почти не ощущал холода. Но все равно чувствовал себя немного скованно из-за повышенного внимания горожан. Куда бы я ни посмотрел – всюду встречал любопытные или настороженные взгляды.

В другое время и в другом месте я бы отнес подобный интерес исключительно на счет привлекательности Альвейд. Но в этот раз дело явно было в другом. В маленький город, где все друг друга знают, приехали незнакомцы. И каждому встречному хотелось выяснить, кто мы и зачем пожаловали.

Мимо, поскрипывая, проехала телега, в которой сидели мужчина и женщина средних лет. Возница покосился на нас, стараясь держаться в рамках приличия. Его же спутница едва не вывалилась из повозки, таращась на блондинку и меня.

Я вздохнул: вести разведку в подобных условиях – тот еще аттракцион. Любопытно, как выкручивались агенты Средоточия? Или, по своему обыкновению, заявились открыто и принялись допрашивать всех подряд?

Я получил ответ на этот вопрос гораздо быстрее, чем мог предполагать. Когда мы с Альвейд проходили мимо витрины одного из магазинчиков, я заметил внутри силуэт, показавшийся знакомым.

– Аль, притормози, – попросил я. – Взгляни внутрь. Кого ты видишь? Прямо возле прилавка?

– Торговца, – удивленно ответила красавица, вглядываясь сквозь толстое, слегка зеленоватое стекло.

– С другой стороны прилавка?

– Женщина с ребенком. Мужчина лет сорока. Похоже, он с ними – наверно, семья. Старик с палкой. Больше никого. А что такое?

– Ничего, – загадочно улыбаясь, ответил я. – Пойдем дальше. Только поскорей.

– А мы уже пришли, – сообщила девушка. – Лавка одного из торговцев на другой стороне улицы, наискосок от нас.

– Да? Отлично! – обрадовался я. – Тогда я побуду здесь, а ты иди.

Бросив еще один недоуменный взгляд внутрь магазинчика, а затем на меня, Альвейд удалилась. Я же остался стоять возле витрины.

Дождавшись, когда из магазина вышел тот, кого блондинка назвала стариком, я приблизился к нему сзади и, коснувшись плеча, тихонько произнес:

– Приветствую, саэр Асварнаут. Как поживаете?

Бумажный пакет упал на землю и лопнул. По булыжной мостовой покатились ярко-красные яблоки. Пока это происходило, «старик» успел стремительно обернуться, выставив трость, рассмотреть меня, взглянуть по сторонам и быстро кивнуть.

После мы собрали рассыпавшиеся яблоки в порванный пакет.

– Не ожидал вас увидеть здесь, – произнес я, разгибаясь.

– Могу сказать то же самое о вас, саэр Ардисс, – ровно промолвил агент Средоточия. – Позвольте узнать, что вы здесь делаете?

Я задумался, стоит ли говорить ему правду. Решив, что Асварнауту можно доверять, сообщил:

– После того как Легиа отпустила нас, посчитав миссию выполненной, мы с Альвейд отправились обратно в Налларбор, из которого вы меня с Кловисом выдернули… Кстати, вашего напарника нашли?

Агент покачал головой:

– Мне сообщили, что рядом со зданием, где мы сражались с демоном, обнаружили обгоревшие останки, которые могли принадлежать саэру Райзенгау…

Мне показалось или в обычно бесстрастном голосе Асварнаута прорезалась печаль?

– Вероятно упал, когда Циастрир таскал нас на цепях, – пробормотал я. – Соболезную.

Энхильрид кивнул и принялся оглядывать улицу. Я же продолжил рассказ:

– Так вот, мы ехали в Налларбор, а по пути решили заскочить в Берсу.

– С какой целью? – круглые стекла очков агента блеснули, когда он повернулся ко мне.

– Легиа упомянула, что Берса интересовала Циастрира. И мы решили заглянуть сюда, чтобы узнать, чем.

Асварнаут вновь принялся озирать улицу с таким видом, будто выискивая кого-то.

– Сложно сказать, интересовал ли этот город демона на самом деле, – безэмоционально проговорил он. – Насколько нам удалось выяснить, Циастрир ни разу не появлялся здесь.

– Но Легиа сказала, что по его поручению бандиты отправляли сюда деньги, вырученные от продажи нарко… то есть пепла.

– Это так, – согласился агент. – Но тратились они на обычные торговые сделки. Ничего интересного для нас.

– Но ведь демонам зачем-то это было нужно! Разве вам не хочется выяснить – зачем?

– Мы здесь до сих пор и находимся, чтобы выяснить, – меланхолично проронил Асварнаут. – Но успехов в этом направлении нет… И, возможно, не будет, – добавил он после паузы.

– Почему?

– Есть предположение, что все происходящее здесь служит для отвлечения нашего внимания.

– От чего?

Собеседник пожал плечами:

– Увы, у меня нет ответа на этот вопрос, саэр Ардисс.

– А вы не могли чего-то упустить? – спросил я, переварив полученную информацию.

– Не думаю, саэр Ардисс. Мы изучили все, что можно. Здесь приобретаются вполне законные товары, которые даже нельзя назвать подходящими для контрабанды. По большей части, продовольствие. Во всем задействованы обычные люди – никаких демонов. Единственное, что связывает происходящее с тварями, за которыми мы охотимся – происхождение денег. Больше ничего.

– Куда уходят купленные здесь товары?

– В Антерварон. Арн. Налларбор.

– Вы узнавали, кому они предназначаются?

– Разумеется, – терпеливо произнес Асварнаут. – Получатели – разные торговцы из этих стран.

– Люди?

– Люди, – подтвердил агент. – Мы проверили каждого.

– Хм… а что они делают с полученными отсюда товарами? Как используют?

– Продают.

– Кому?

– Покупателям. Своим соотечественникам. Мы выборочно проверяли некоторых. Тоже люди.

– Вот же засада, – выругался я. – Какая-то бессмыслица. Какой Циастриру прок от всего этого?

Вопрос был риторическим, и собеседник не стал отвечать.

– Саэр Асварнаут, Легиа упомянула, что Средоточие узнало об этом месте от преступных главарей…

– Пожалуйста, говорите тише, – шикнул агент. – И избегайте произносить название нашей организации. Мы не афишируем наше присутствие здесь.

– Простите. – Я понизил голос: – Как вы полагаете, не могли бандиты солгать вам? Ну, про Берсу. И контрабанду.

– Нет. Насколько мне известно, с ними беседовала госпожа Легиа. Она умеет развязывать языки.

– Да уж, – я передернул плечами, вспомнив удивительные ментальные способности этой пугающей и одновременно неотразимой женщины. – Но тогда мы, похоже, в тупике.

Агент вновь промолчал. Я понял, что выгляжу в его глазах Капитаном очевидностью.

– Позвольте задать последний вопрос: где можно найти этих странных контрабандистов?

– Большинство товаров перед отправкой через границу концентрируется на двух складах, принадлежащих здешним купцам. Но вы не найдете там ничего полезного для расследования.

– И все же, я бы взглянул. Вдруг ваши люди чего-то не заметили.

– Это невозможно, – ровно проговорил Асварнаут. Но затем все же назвал два адреса. И прибавил: – Особой охраны там нет, но, если решите наведаться, – будьте осторожны.

– Благодарю вас, – поклонился я. – Вы мне очень помогли.

* * *

Когда мы расстались с агентом, ко мне тут же подошла Альвейд.

– Что это за старик, с которым ты так долго разговаривал? – с неприкрытым любопытством спросила она, глядя вслед удалявшемуся Асварнауту.

– Так, один знакомый, – усмехнулся я.

– Здесь, в Берсе? – не поверила девушка. – Почему ты раньше мне о нем ничего не говорил?

– Не знал, что он здесь, – честно ответил я.

– Виктор, пожалуйста, не скрывай ничего от меня! – северянка казалась взволнованной. – Кто он и о чем вы говорили?

Подобная реакция меня несколько озадачила.

– Не переживай, Аль, – мягко сказал я. – Это наш старый приятель, Асварнаут. Его Дар – способность менять обличье, помнишь?

– И что он тут делает? – в зеленых глазах застыло напряжение.

– То же, что и обычно – выслеживает демонов.

– Но ты же сказал, что их здесь нет!

– Вот он никого и не обнаружил. Средоточие полагает, что их могли пустить по ложному следу. А здесь нет ничего интересного.

– Ты убежден в этом?

– Асварнаут так сказал.

– Думаешь, ему можно верить?

– За все время знакомства он ни разу не поступил бесчестно… А чего ты так распереживалась?

Лицо Альвейд сделалось непроницаемым, как во время игры в конвир.

– Я же говорила: рядом Налларбор. Мой дом. И меня пугает, что демоны, эти чудовища, что-то затеяли в этих краях. Понимаешь? – она с тревогой посмотрела мне в глаза.

– Наверно, понимаю, – без уверенности сказал я. – Аль, перестань нервничать. Демонов тут нет. Тебя же не пугают горе-контрабандисты, таскающие через границу сыр и пшеницу?

– Нет, – улыбнулась красавица. Беспокойство бесследно исчезло с ее личика, будто стертое невидимой рукой. – Тем более что таких чудаков не бывает.

– Если верить Асварнауту, еще как бывают… Кстати, ты закончила со своим делом? Как все прошло?

– Никак, – неопределенно взмахнула рукой Альвейд. – Торговца не оказалось дома. Оставила ему записку и пошла к тебе. Увидела, что ты говоришь с каким-то стариком, и ждала в сторонке, пока не освободишься.

– А чего не подошла?

– Не хотела мешать, – вновь улыбнулась девушка. Она взяла меня под руку. – Пойдем домой? А то холодает.

– И правда, – я настолько увлекся беседой с агентом, что даже не заметил, как вновь начал замерзать – похоже, действие тонизирующего чая закончилось.

– Что Асварнаут тебе еще сообщил? – расспрашивала по пути блондинка.

– Ничего особо ценного, – я вкратце пересказал нашу беседу с агентом. Болтая, искоса наблюдал за спутницей, желая увидеть, как она отреагирует.

Вопреки моим ожиданиям, девушка слушала без особого внимания. Она даже время от времени отвлекалась на прохожих и магазинчики, комментируя увиденное.

– Тебе неинтересно? – прямо спросил я.

– Ну… так, – игриво прищурилась красавица. – Главное ты уже сказал – демонов здесь нет. Мне стало гораздо спокойнее. А от всего остального ты меня защитишь.

С этими словами она прильнула ко мне.

– Разумеется, защищу, – согласился я. – В конце концов, я обещал твоему отцу отгонять от тебя незнакомых мужчин и бродячих собак.

– Только поэтому? – в голосе Альвейд послышалось разочарование. – Из-за того, что обещал?

– Нет, – качнул головой я. – Не только.

На милых губках девушки расцвела теплая улыбка.

– Я рада.

– Почему?

– Да так, – уклонилась она от ответа. При этом улыбка превратилась в озорную усмешку.

* * *

Поужинав тем, что могла предложить скромная гостиничная кухня, мы начали готовиться ко сну.

Нас поселили в общей комнате, но кровати были раздельными. Они располагались в глубоких стенных нишах, расположенных неподалеку от печки. Каждая закрывалась занавесью из плотной шерстяной ткани. Поразмыслив, я пришел к выводу, что подобное устройство спальных мест обусловлено стремлением максимально сохранить тепло.

Устроившись на мягкой перине, я дождался, покуда Альвейд затихнет в своей постели. Негромко окликнув ее и не получив ответа, неслышно выскользнул из комнаты.

Гостиничная дверь была заперта, но в замке торчал ключ. Повернув его с тихим щелчком, я шагнул в ночную темноту. Прикрыв дверь, огляделся. Никого не заметив, до глаз поднял болтавшийся на шее шарф. Усмехнулся под ним: пора за расследование взяться Бэтмену!

Глава 6

Отправляясь в ночную вылазку, я надеялся, что в обличье Темного мстителя мне удастся найти сведения, которые не получилось добыть агентам Средоточия. Но с самого начала все пошло не так, как планировалось.

Я родился и вырос в большом городе, и для меня ночь всегда ассоциировалась лишь с незначительным ухудшением видимости. Многочисленные фонари, подсветка зданий, витрины, вывески, рекламные экраны и фары проезжающих машин никогда не оставляли меня один на один с темнотой. Даже во время редких локальных отключений электроэнергии, вокруг сразу вспыхивали смарты, планшеты, фонарики или, на худой конец, зажигалки.

Жизнь в Иризии несколько скорректировала мой опыт. Я узнал, что по ночам может быть значительно темнее, чем я привык. Но даже в небольшом городке моих родителей с проблемой более-менее справлялись уличные фонари. О столице и говорить нечего – там с освещением было совсем неважно лишь в бедных районах.

Берса же ошарашила меня густым, словно нефть в бочке, мраком. Фонари здесь отсутствовали в принципе. В окнах домов огни не горели – все ложились рано. По улицам не ходили даже караульные с факелами.

Холод, тьма и тишина, разрываемая редким собачьим лаем, – вот что представляла собой ночная Берса. Лишь бледные звезды высоко над головой напоминали, что свет еще существует в этом мире.

По большому счету, разлившаяся вокруг чернота меня не пугала. Я знал: случись что – смогу драться даже с закрытыми глазами. Проблема заключалась в другом: мне было непонятно, куда идти. Городишко хоть и небольшой, но совершенно незнакомый. Без подсказок со стороны, я мог найти разве что вокзал – и то при свете дня. Ночью же, не видя вывесок и указателей и не имея возможности задать вопрос прохожим, я походил на ребенка, заблудившегося в огромном торговом центре.

В этой ситуации не спасал даже мой Дар. Используя его, я мог спокойно идти или бежать, не рискуя врезаться в забор или стену дома. Но узнать верное направление магия не помогала.

В итоге я принялся наудачу слоняться по пустынным улицам, прощупывая с помощью своего волшебства строения вокруг. Пару раз мне попадались просторные помещения, которые могли быть складами. Но являлись они теми самыми, что я искал, – оставалось загадкой.

Спустя час, вдоволь нагулявшись по окрестностям, я, замерзший и раздраженный, вернулся в гостиницу. В номер подниматься не стал. Решив дождаться утра, устроился в холле: засел в темном углу, привалился спиной к теплой стенке камина и задремал.

Спал чутко, просыпаясь через одинаковые промежутки времени. И когда за маленькими окошками чернота немного побледнела, отправился в новый рейд.

Хотя небо на востоке стало светлее, будто полинявшее темное полотнище, вокруг все еще было темно. Несколько раздосадованный провалом первого выхода, и со скверным настроением из-за недосыпа, я шагал по тихим улочкам, направляясь к одному из зданий, которое потенциально могло оказаться торговым складом. Оно располагалось всего в нескольких кварталах от гостиницы, поэтому мне удалось запомнить дорогу.

Оказавшись на месте, я некоторое время потратил на поиски хоть какой-нибудь таблички или вывески, позволяющей идентифицировать здание. Здешние обитатели относились к таким вещам с редким пофигизмом. Но в данном случае табличка все-таки отыскалась – видимо, купцу все же требовалось как-то обозначить дом.

Буквально возя по табличке носом, я сумел прочесть адрес. Выругался: он не совпадал ни с одним из тех, что дал Асварнаут.

Второе здание искать пришлось дольше. Но когда я, наконец, вышел к нему, это было маленькой победой – адрес значился в моем списке.

Склад представлял собой длинное приземистое здание с двускатной крышей. Его окружал высокий забор из вертикально вкопанных в землю бревен. Их верхушки были заточены на манер карандашей. Между забором и домом бегали собаки: судя по лаю, поднятому при моем появлении, крупные.

Разбежавшись, я оттолкнулся от земли правой ногой, левой в прыжке уперся в забор и сделал еще шаг, бросая тело выше. Пальцы мертвой хваткой уцепились за один из занозистых деревянных конусов частокола. Подтянувшись, я закинул наверх ногу. А вскоре уже выпрямился, без особого труда балансируя на двух остриях – школьные тренировки на столбах не прошли даром.

При виде меня псы впали в неистовство. Они лаяли, бросались на бревенчатую стену, словно надеялись стряхнуть меня с нее.

В отдалении стукнула дверь. Недовольной мужской голос окликнул собак.

При виде отблеска фонаря, я спрыгнул на землю. Слушая, как подошедший сторож, а, быть может, хозяин, не обнаружив ничего подозрительного, отчитывает псов, прошел вдоль забора. Несколько собак сопровождали меня с внутренней стороны, продолжая захлебываться лаем. Им начали отвечать псы из окрестных дворов.

Я отошел на другую сторону улицы. Разглядывая едва выделявшийся в темноте частокол, перебирал способы преодолеть охрану.

С оружием я бы наверняка сумел перебить животных. Вот только это не получится сделать совершенно бесшумно. Да и жалко собакенов… Можно было попробовать подружиться с ними, накормив чем-нибудь. Но мясные лавки, как и прочие, еще закрыты. А откладывать посещение склада не хотелось: зря я, что ли, перся сюда с такими приключениями? Еще и задубел, как цуцик.

В итоге я решил обезвредить живую сигнализацию другим способом. А именно – добиться того, чтобы сторож перестал реагировать на лай.

В следующие минут пятнадцать я с помощью магии швырял камешки в разные части забора, заставляя собак с гавканьем метаться из конца в конец двора. Чтобы сильнее раззадорить песелей, время от времени щедро посыпал их камнями сверху. Самих собак почувствовать не мог, поэтому ориентировался на слух. Судя по истеричной реакции – вполне успешно.

Как и ожидалось, сторожу довольно быстро все это надоело. Он несколько раз выскакивал, костерил псов, пытаясь их угомонить. А под конец и вовсе преподнес мне чудеснейший подарок – загнал свору в собачатник… или как там называется помещение, где их содержат? Псарня?

Прежде чем сделать это, охранник осторожно приоткрыл калитку и осмотрелся. После, сжимая в одной руке арбалет, а в другой фонарь, вышел наружу. Оглядел тихую, пустынную улицу.

В этот момент я сбросил на собак несколько камешков. Раздался лай. Не видя ничего, что могло бы его вызвать, сторож рассвирепел. Вернувшись во двор, накинулся на псов, называя тупыми пустобрехами и дармоедами. После, заявив нечто вроде «все одно скоро Трогги приедет», загнал их в какое-то помещение. Судя по звукам, делал это не церемонясь, пинками. Животные взвизгивали, иногда огрызались, но в итоге подчинились.

Когда хлопнула дверь и по кромке крыши перестали бегать отсветы фонаря, я вновь забрался на забор. Осмотревшись, спрыгнул внутрь. Не обращая внимания на гавкавших взаперти собак, крадучись обошел строение.

Окон в доме не было. На одном из торцов располагались обитые железными полосами двустворчатые ворота – видимо, для загрузки-выгрузки товаров, рядом с ними – дверь.

Осторожно проверив ворота, я выяснил, что они закрыты изнутри. Дверь трогать не стал: судя по звукам, псы находились именно за ней. Я, конечно, неплохо отношусь к животным, но не настолько, чтобы сводить близкое знакомство – особенно в такой ситуации.

Убедившись, что стандартные пути внутрь недоступны, я перешел к плану «Б». Еще в первый раз взобравшись на частокол, я обратил внимание на крышу из гонта – клиновидных деревянных плашек. Они покрывали верх дома, будто серая чешуя. Мне подумалось, что, в случае чего, их будет нетрудно разобрать.

Реальность оказалась немного иной. Прощупав крышу посредством магии, я обнаружил, что деревянная черепица настелена в два слоя. Более того – каждая плашка не только соединялась с помощью паза с соседними, но и была прибита гвоздями.

Пару минут я почесывал репу, не зная, как быть. Уже начало светать, и времени оставалось все меньше. Скоро нужно будет уходить, а я до сих пор ничего не узнал.

Взвесив за и против, решил рискнуть. Переместившись к дальнему от входа концу склада, я активировал Дар и сосредоточился на фрагменте кровли недалеко от нависавшего края. Медленно, со скрипом и негромким потрескиванием, серые от времени и непогоды доски начали приподниматься. Этих звуков хватило, чтобы собаки вновь зашлись лаем. Мне это было на руку: поднятый ими шум уменьшал шансы на то, что сторож что-то услышит.

Минут через пять в кровле образовалась щель, в которую я смог бы пролезть. Осмотревшись и прислушавшись, я подпрыгнул, уцепился за край кровли. Подтянулся и забрался в дыру.

Несмотря на бледные утренние сумерки снаружи, внутри было темно. И еще холодно.

Благодаря Дару я определил, что нахожусь на просторном и совершенно пустом чердаке.

Люк, ведущий вниз, отыскался быстро. Он располагался примерно посередине чердака. Подняв незапертую крышку, я заглянул на склад.

Темнота. Запах крупы и мышей – с последним я познакомился в детстве, когда гостил у бабушки в деревне.

Собаки лаяли где-то за стеной, поэтому я спокойно соскользнул вниз. Повиснув на вытянутых руках, спрыгнул, уверенный, что попаду на большой ящик. Все-таки мой Дар – крутая штука. Надеюсь, однажды я овладею им в совершенстве.

Склад исследовал на ощупь и с помощью магии. Иногда помогал нос. Ощущения от обыска, во время которого используются какие угодно органы чувств, кроме зрения, было странноватым. Но все же мне удалось понять, что в многочисленных мешках и бочонках вокруг содержались зерно, мука и растительное масло. Как ни старался, я не сумел отыскать оружие, порошок черного лотоса или чего-то подобное.

Остановившись в углу, неподалеку от запертых внутренних ворот, я упер руки в бока и уставился в темноту перед собой.

Что ж, Асварнаут был прав. Странная контрабанда. Какой смысл тайком тащить через границу эту бакалею? Разве что с целью уклониться от торговых пошлин… Ничего не понимаю.

Чуть притихшие было собаки вновь подняли гам. В отдалении стукнула дверь. Через какое-то время послышались мужские голоса. Лязгнул тяжелый металлический засов внешних ворот. Затем что-то заскребло по дереву рядом со мной.

Я поспешно метнулся вглубь склада. Чуть высунувшись из-за груды набитых мешков с мукой, увидел, как распахнулись створки. За ними засияли потайные фонари и бледный свет раннего утра.

В помещение вошли мужчины и принялись деловито таскать на улицу мешки. Работали молча, быстро, слаженно. Явно занимались этим не впервые.

Через открытые ворота в помещение попал свежий воздух. Вместе с ним до меня донеслось лошадиное фырканье, постукивание подков по мощенному камнем двору, тихое поскрипывание тележных колес. Эти звуки наложились на то, что я чувствовал посредством магии. В результате я будто собственными глазами увидел людей, быстро загружающих повозки. Заполненные телеги уезжали, освободившиеся места во дворе тут же занимали другие.

Тут до меня дошло, что с такими темпами ребята скоро выгребут весь склад подчистую. И найдут меня. Долго этого момента ждать не придется: хранилище небольшое, не чета огромному ангару в Венранде.

Осознав угрозу, я принялся искать способ свалить. Люк, через который я проник на склад, был недоступен: на ящик под ним поставили один из фонарей, а рядом устроился «бригадир», наблюдавший за работой.

Вырубить его? Это почти сразу заметят – возможно, раньше, чем выберусь с чердака… А что, если…

Быстро приняв решение, я взвалил на плечи мешок с зерном и двинулся прямо к выходу. Наблюдателя обошел, а встретившиеся на пути носильщики не обратили на меня внимания, толком не разглядев в полумраке.

Пройдя сквозь внутренние ворота, небольшой тамбур, а потом внешние ворота, я зашагал к ближайшей телеге. Уложил мешок на несколько таких же. Бросив взгляд в сторону въезда, обнаружил троих вооруженных караульных. Прикинув, что лишние вопросы и тем более драка мне сейчас ни к чему, двинулся обратно к складу. Но не вошел внутрь, я обогнул распахнутую створку и пошел вдоль стены. Похоже, на это никто не обратил внимания. Меня не окликнули, не обругали, не потребовали вернуться к погрузке.

Чуть расслабившись, я дошел до конца здания, свернул за угол. Окончательно убедившись, что предыдущие маневры не привлекли ничьего интереса, быстро перебрался через забор.

Очутившись в безопасности, сначала хотел отправиться в гостиницу. Но после решил немного понаблюдать за контрабандистами. Вдруг это даст какую-то зацепку?

Выйти вдоль забора к воротам, возле которых стояла охрана, я, само собой, не мог. Пришлось использовать обходной путь. Попетляв по прилегавшим к складу улицам, я в итоге занял позицию в узком переулке, почти напротив интересующего меня места.

В сером свете раннего северного утра я видел груженые телеги, покидавшие двор склада с поразительной регулярностью. Кто бы ни стоял за организацией вывоза товаров, он определенно любил четкость и порядок: контрабандисты действовали, как тщательно отлаженный механизм.

Я заметил, что появившиеся на улице редкие прохожие не обращали внимания на происходящее. Ежась от пронизывающего ветра, люди быстро следовали мимо. Складывалось ощущение, будто картина энергичного опустошения хранилища им привычна. Либо же они опасались привлечь внимание контрабандистов излишним любопытством.

Спустя примерно полчаса я жутко продрог и начал стучать зубами от холода. Но упорно не покидал свой пост, хоть и сомневался, что выясню что-то полезное. Не знаю, удерживало меня упрямство или шестое чувство, но в итоге мое самоотверженное бдение оправдалось.

Погрузка подходила к концу: об этом говорило то, что пустые повозки перестали заезжать во двор. По моим подсчетам, всего контрабандисты загрузили не меньше пятнадцати телег. Еще три пока оставались во дворе. Сейчас они уедут и…

Мои мысли прервало появление человека в длинном шерстяном плаще с капюшоном, надвинутым на голову так глубоко, что лицо невозможно было рассмотреть даже при всем желании. В отличие от прочих горожан, этот прохожий не спешил миновать склад, а уверенно двинулся прямо к воротам.

Глядя на него, я насторожился. Рост, что-то невероятно знакомое в манере двигаться… Более того – я был уверен, что однажды уже видел нечто подобное. Только тогда фигура в плаще с накинутым капюшоном не приближалась открыто, а тихонько подкрадывалась…

Покуда я пожирал гостя взглядом, он приблизился к насторожившимся охранникам. Один из них шагнул навстречу нежданному визитеру, положив руку на эфес меча. Человек в плаще остановился и, видимо, что-то сказал. Контрабандист сразу развернулся и замахал рукой, подзывая кого-то.

Из глубины двора появился крепкий бородатый мужик. Бросив быстрый взгляд по сторонам, уставился на гостя. Улыбнулся. Некоторое время не шевелился, видимо, слушая. Нахмурившись, вновь огляделся. Затем кивнул и направился туда, откуда пришел.

Человек в плаще тоже развернулся и зашагал по улице. Внезапный порыв ветра, ударивший его прямо в лицо, едва не сбросил капюшон. Поспешно вскинув руки, визитер удержал его. Затолкал внутрь выпавшие золотые локоны и быстро пошел прочь.

Я проводил удалявшуюся фигуру взглядом исподлобья. Еще раньше, вспомнив рощицу и того, кто пробирался между деревьями в сторону нашего с Биарнаном лагеря, разбитого неподалеку от развалин дома предков, я догадался, чье лицо скрывается под капюшоном. Теперь же сомнений не оставалось совершенно.

Кинув последний взгляд на ворота, я со всех ног помчался в гостиницу.

* * *

Как оказалось, можно было не торопиться. Я успел не только раздеться и юркнуть за полог, скрывавший мою кровать, но даже немного вздремнуть, прежде чем дверь в номер открылась и вошла Альвейд. Совершенно непритворно зевая, я выглянул из-за завесы.

– Где была? – поинтересовался я, пристально глядя девушке в глаза.

Она, будто не в чем ни бывало, жизнерадостно улыбнулась:

– Разбудила тебя? Прости! Гостиничная еда не особо вкусна. Поэтому хотела сделать тебе сюрприз и приготовить завтрак. Сбегала за свежим хлебом, сыром, грудинкой и яйцами, – блондинка чуть приподняла большой пакет из плотной бумаги, который удерживала обеими руками у груди.

– Что ж, – мрачно проговорил я, выбираясь из-за тяжелого полога, – сюрприз удался. Ты даже не представляешь, насколько…

Глава 7

– Да? – улыбка стала еще шире. – Чудненько!

Глядя в зеленые глаза, лучившиеся искренней радостью, я на долю секунды засомневался, что северная красавица в чем-то замешана. В конце концов, лица под капюшоном я не видел…

– Тогда я на кухню, – Альвейд направилась к выходу. – Сделаю все быстро! Как раз успеешь умыться…

Продолжая задумчиво таращиться на дверь, закрывшуюся за ее спиной, я решил не торопиться с обвинениями. В конце концов, блондинка изо всех сил помогала мне найти Циастрира. И в финальном сражении отлично себя показала. Будь она заодно с демонами, разве стала бы все это делать?

С другой стороны, нечто странное в ее поведении имеется. И говорящей с контрабандистом я видел все же ее, а не кого-то другого. Вряд ли у нее есть тайная сестра-близнец…

Стоп, а если ее облик приняла койра, демон-оборотень? Но с какой целью? Обмануть меня? Зачем? И откуда демонам знать, что я наблюдаю?.. Нет, даже если предположить подобное, все равно ничего не сходится…

Хотя в печке тлели угли, я озяб и начал одеваться.

Нужно понаблюдать и выяснить, что происходит. А пока придержу подозрения при себе. Если вдруг Альвейд окажется заодно с врагами, не стоит раньше времени сообщать, что я ее раскрыл…

Одевшись и побрызгав в лицо холодной водой из кувшина для умывания, я криво усмехнулся: больше девушки не будут водить меня за нос – прошлой жизни достаточно. Что бы ни происходило сейчас – я непременно докопаюсь до правды. И тогда поступлю так, как посчитаю нужным.

* * *

Во время завтрака Альвейд вела себя как обычно, была мила и жизнерадостна. Когда я сообщил, что намереваюсь проверить адреса, которые дал Асварнаут, и предложил пойти со мной, девушка отказалась.

– Хочу поработать над одним механизмом, – очаровательно улыбаясь, сообщила она.

Я изучающе посмотрел на нее:

– Тебя же очень тревожило происходящее в Берсе, верно? А теперь, мне кажется, будто тебе все равно.

– Разумеется, нет, – возразила блондинка. – Но я сомневаюсь, что владельцы складов выложат все секреты каким-то чужакам…

Откровенно говоря, я и сам на такое не рассчитывал. Просто хотел осмотреться. И, если повезет, найти какую-нибудь ниточку, способную привести к чему-то существенному. Но в данный момент меня больше интересовала реакция Альвейд.

…Впрочем, если ты очень сильно желаешь, чтобы я пошла с тобой, – эту часть фразы красавица буквально промурлыкала, – то я, конечно…

– Нет, – перебил я. – Оставайся в гостинице, займись чем хотела. Чего лишний раз по холодрыге шляться?

Блондинка недоуменно захлопала глазами. А я подумал, что мои слова прозвучали чрезмерно резко. Не хватало еще, чтобы Альвейд что-то заподозрила. Или просто обиделась, если ни в чем не виновна.

– Ты права, – добавил я мягче, – шансов узнать нечто важное, скорее всего, нет. Поэтому не хочу, чтобы из-за меня ты попусту теряла время. Лучше закончи свое устройство.

– Ладно, – на лице девушки все еще читалось непонимание.

Деланно улыбнувшись, я вышел, сопровождаемый удивленным взглядом.

* * *

Хотя ближе всего к гостинице располагался склад, в котором я побывал ночью, начать решил с другого. Днем поиски не заняли много времени, и вскоре я уже общался с торговцем – пожилым грузным мужчиной. Встретил он меня доброжелательно. Но как только я принялся интересоваться принадлежащим ему хранилищем, купец помрачнел и замкнулся.

– Если надумаете что купить – милости прошу. Склад же в аренду не сдается, – отрезал он, прежде чем выпроводить меня из своего дома.

Я попытался разузнать что-нибудь о торговце и его складе у жителей окрестных домов, но наткнулся стену молчания. Местные глядели на меня с неприязнью и подозрением, не желая отвечать даже на самые невинные вопросы. Не помогли и деньги: люди отказывались их брать.

Посещение второго хранилища из списка Асварнаута прошло с нейтральным результатом. Здание оказалось наглухо запертым, на стук никто не вышел. Один из соседей, привлеченный моей активностью, поинтересовался, кого я ищу. Выслушав ответ, сообщил, что владелец уехал на похороны дальнего родственника. Насчет возможности арендовать склад ничего определенного сказать не смог. Но уточнил, что, судя по всему, сейчас хранилище пустует: буквально вчера вечером он видел, как оттуда вывозили товары.

Поблагодарив его, я отправился дальше.

Последний склад встретил меня знакомым собачьим лаем. Псы бегали за забором, с энтузиазмом гавкая на любого проходившего мимо. Когда же я постучал в ворота, они чуть не вынесли их в служебном рвении. Меня подмывало по старой памяти посыпать их камешками. Но это могли заметить, потому пришлось сдержался.

Через несколько минут послышался мужской голос. Обругав собак, человек приблизился к воротам. Стукнул засов, створка приоткрылась. В щели показалась бородатая физиономия с красными от недосыпа глазами.

– Приветствую, уважаемый, – хрипловато произнес он, оглядев меня с ног до головы. – Чего желаете?

– Меня зовут Виктор Ардисс, – поздоровавшись, представился я. – Мне хотелось бы встретиться с торговцем, которому принадлежит этот склад.

– Торговцем, – хмыкнул мужик. Бочком протиснувшись в щель, чтобы не выпустить собак, он прикрыл ворота и прижался к ним спиной. – Торговцем был мой папаша, господин. Да и у него дела шли не так чтобы…

Похоже, кто-то из его питомцев в азарте прыгнул на дверь. Мужчину толкнуло вперед. С трудом удержав равновесие, он вновь прижал спиной створку и лягнул ее ногой:

– А ну, заткнулись, дармоеды! Ща, как возьму палку… Простите великодушно, – он виновато поглядел на меня. – Если пожелаете, загоню их…

– Не стоит, – помотал головой я. – У меня лишь пара вопросов. Что вы там говорили о владельце?

Мужик, наморщив лоб, на мгновение завис. Собравшись с мыслями, кивнул:

– Папаша мой склад построил. У самого торговлишка шла ни шатко ни валко. А как мне дело передал… Купец из меня – как из дерьма топор… простите великодушно, уважаемый… В общем, только склад у меня и остался из всей торговли. Другим его под товар сдаю, с того и живу. Охотой еще промышляю… Вас, господин, охота не интересует? На оленя? Волка? Медведя? Мне все тутошние места знакомы, как трактир выпивохе…

– Меня интересует только склад. Говорите, в аренду его сдаете? Кому?

– Да кому угодно – лишь бы деньги были. Ежели вам нужно – сговоримся. Сейчас как раз место освободилось. Только седня товар, что был, вывезли…

– Кто?

– Ну, знамо, кто – люди, – отмахнулся мужик. – Так что скажете? Нужен вам склад? Товара много у вас?

– Изрядно, – задумчиво промолвил я. Видя, что владелец не желает распространяться о контрабандистах, я решил хотя бы выяснить, когда они планируют вернуться. – Мне склад надолго нужен. На месяц, а то и на два.

– Так это ж вас мне сама удача послала! – обрадовался мужик. – Те, что завсегда у меня склад занимали, сказали, что в последний раз свой товар тут держали. Так что, господин, склад ваш – хоть на месяц, хоть на год!

– Прекрасное известие, – соврал я.

– Так как, уважаемый, по рукам?

– Прежде мне нужно посовещаться с деловыми партнерами, – с важным видом ответил я. – Возможно, у них на примете есть еще что-то.

По лицу мужчины было видно, что он искренне огорчился и забеспокоился.

– Тут лучше предложения не будет, господин, – торопливо принялся убеждать он. – У меня и места достаточно, и охрана – сами видите какая… А ежли что – я и цену немного сброшу…

– Буду иметь в виду, – кивнул я. – Всего наилучшего!

Возвращаясь в гостиницу, я думал о словах неудачливого торговца. Получается, контрабандисты сворачивают дела здесь. Почему? Из-за смерти Циастрира? Или проведали о слежке со стороны Средоточия? Или есть другая причина, о которой я не знаю?

* * *

– Ты голоден? – повернулась ко мне Альвейд, когда я вошел в номер. – Садись ближе к печи, погрейся. А я пока принесу еду…

Вытирая тряпкой испачканные машинным маслом пальцы, девушка выскочила в коридор.

Я, не раздеваясь, прошел к печке. Минуя стол, стоявший посередине комнаты, покосился на полуразобранный механизм с шестеренками и пружинами. Оказавшись у печи, вытянул озябшие руки к разогретому металлу. На меня навалилась усталость: сказывалась бессонная ночь. Жутко захотелось прилечь.

Подумав, что вполне могу полежать, покуда спутница занимается обедом, я растянулся на кровати.

Вырубился моментально. Сквозь сон слышал голос Альвейд, но сил ответить не нашлось. Чувствуя, как девушка стаскивает с меня уличную одежду, пытался помочь. Получилось или нет – не знаю.

Проснулся через несколько часов. В гостиничном номере было тепло – даже жарко. Завеса, отделявшая нишу с моей кроватью от общего пространства комнаты, была закрыта лишь наполовину. Поэтому я сразу увидел Альвейд, сидевшую боком ко мне. Пока я спал, она подтащила стол ближе к моей постели и теперь находилась так близко, что я мог коснуться бедра девушки, протянув руку. Чуть нахмурив брови, красавица смотрела то на механизм в левой руке, то на что-то на столе.

Я приподнялся, желая увидеть предмет ее интереса.

Услыхав шорох, блондинка тут же повернулась ко мне. Механизм со стуком упал на стол и был моментально забыт.

– Как ты себя чувствуешь? – в голосе Альвейд слышалось беспокойство.

– Нормально, – я уселся, откинув одеяло. Увидев, что штанов на мне нет, вновь поспешно прикрылся. – А почему спрашиваешь?

– Я принесла обед и увидела тебя лежащим. Позвала – ты не откликнулся. Тогда я испугалась, что тебе плохо. Но после оказалось – спишь, да так крепко… Надеюсь, ты не заболел. Когда раздевала, ты не показался мне горячим. А сейчас…

Поднявшись со стула, девушка склонилась ко мне. Мягкие теплые губы коснулись моего лба, а прямо перед глазами тяжело качнулась большая грудь, скрытая плотной тканью платья.

Я сглотнул.

– Жара нет, – констатировала блондинка выпрямляясь. – Что же тогда с тобой случилось?

Она пристально взглянула на меня, зеленые глаза сощурились с подозрением:

– Виктор, а тебя никто ничем не опоил? Ты не заходил куда-нибудь?

– Нет, – уверенно сказал я. – Покинув гостиницу, ничего не ел и не пил… Кстати, сейчас бы не отказался и от еды, и от чая.

– Я быстро, – Альвейд, не теряя ни минуты, направилась к дверям. На полпути остановилась, взглянула насмешливо: – Только снова не усни!

Мне хотелось показать ей язык, но аристократу подобное не пристало. Поэтому ограничился кривой усмешкой.

Покуда девушки не было в комнате, я оделся. Присел за стол. Оглядел устройство, напоминавшее полуразобранные механические часы. Рядом лежал небрежно сделанный чертеж с пометками Альвейд. Судя по ним, блондинке не удавалось идеально синхронизировать срабатывание каких-то блоков.

В очередной раз восхитившись инженерным талантом северянки, я ощутил невнятную тоску. Охота за демоном сблизила нас с Аль. Я считал ее другом, которому можно всецело доверять. Даже сейчас казалось, что она беспокоится из-за меня. Но было ли это правдой или всего лишь ловким притворством?

* * *

Пока я ел, Альвейд расспрашивала меня: сначала о моем состоянии, потом о результатах разведки. Я заверил, что чувствую себя отлично.

– А насчет складов ты была права: ничего заслуживающего внимания не узнал. Разве что…

Сделав паузу, я впился взглядом в хорошенькое личико блондинки. Посторонний ничего бы не заметил, но я увидел, как брови чуть сошлись, а улыбка застыла, выдавая напряжение, охватившее девушку.

– Так что же ты выяснил? – осведомилась Альвейд, когда пауза затянулась.

– Ничего существенного, – бросил я. – Лишь то, что контрабандисты, державшие товар на одном из складов, сегодня вывезли все. И возвращаться, похоже, не планируют.

– Как ты это узнал? – вопрос девушки прозвучал небрежно, словно ответ ее совершенно не интересовал.

Но я чувствовал, что это не так.

– Одна птичка напела, – сказал я.

– Да? – скептично подняла бровь красавица. – Ты уверен, что ей можно доверять? Этой болтливой птичке?

– Думаю, да.

– Хорошо. Что мы будем делать дальше?

Вопрос застал меня врасплох. Инициатива высадиться в Берсе изначально принадлежала Альвейд. Поэтому у меня не было четкого плана – я действовал исключительно по обстоятельствам. И сейчас, когда небольшое расследование, не успев начаться, зашло в тупик, у меня отсутствовали идеи по поводу того, что еще можно предпринять. Усложняло ситуацию непонимание, какую игру ведет Альвейд.

– Еще не думал об этом, – сказал я, наконец. – А ты что предложишь?

Ответ спутницы поразил меня даже сильнее, чем предыдущий вопрос.

– Мне кажется, нам здесь больше нечего делать, – беспечно заявила она. – Предлагаю поехать домой, в Налларбор.

– А как же контрабандисты? Демоны? Ты же тревожилась из-за их замыслов?

Полуприкрыв глаза и маняще улыбаясь, северянка пожала плечами:

– Я убедилась в том, что ты прав и демонов здесь нет. Контрабандисты занимаются чем-то не вполне понятным, но это не выглядит опасным. В конце концов, Средоточие продолжает следить за происходящим. Если вдруг демоны проявят себя – их сразу остановят. Какой смысл нам тут сидеть?

Девушка напрасно старалась: сейчас ее чары абсолютно на меня не действовали. Уставившись в тарелку, я медленно жевал, размышляя.

Слова Альвейд звучали вполне резонно. Судя по всему, никаких тварей в Берсе действительно не было. Асварнаут и другие агенты наверняка перевернули каждый камешек в округе. И раз уж они никого не нашли, то и нам вряд ли удастся.

Еще день назад я бы без раздумий принял аргументы Альвейд. Но теперь меня переполняли подозрения. Она словно хочет что-то скрыть… Черт, нет! – от внезапной догадки я замер с вилкой в руке. – Альвейд хотела убедиться, что никто ничего не обнаружил! Поэтому она так интересовалась тем, что удалось выяснить Средоточию! И успокоилась, когда узнала, что агенты, не видя связи с демонами, не пытаются остановить или схватить контрабандистов.

– Что случилось? – подала голос блондинка. – Невкусно?

– Что? – рассеянно посмотрел на нее я.

– Ты внезапно перестал есть. Что-то произошло?

– А. Нет, просто задумался. Еда отличная, – в доказательство я продолжил трапезу.

– И о чем же ты так напряженно размышлял? – весело поинтересовалась Альвейд. – Не о нашей ли свадьбе?

Я качнул головой:

– Нет.

А про себя подумал, не связан ли утренний визит Альвейд к контрабандистам с тем, что они приняли решение свернуть дела в Берсе? Какое, мать его, вообще отношение северянка имеет к преступникам?!

Я боролся с желанием потребовать у девушки объяснений. Но это шло вразрез с моим предыдущим планом помалкивать и держать глаза широко открытыми. Пока не владею полной информацией о происходящем, я не смогу принять верное решение. Значит, нужно обуздать свои праведные порывы и продолжить наблюдение. Если Альвейд ведет двойную жизнь – я стану вести тройную. И в итоге узнаю все. А сейчас… сейчас действительно можно покинуть Берсу. Судя по всему, ловить здесь нечего. Чем попусту тратить время, лучше возобновить обучение магии.

– Подумал о твоих словах и пришел к выводу, что ты права, – сообщил я Альвейд, отодвигая опустевшую тарелку. – Раз уж считаешь, что с этой стороны Налларбору ничего не грозит, давай поедем дальше. Биарнан наверно совсем меня заждался.

– Ты так соскучился по жизни в лесу? – прыснула девушка.

– Ну, если подумать, это были не самые худшие дни в моей жизни, – полушутя сказал я, вспомнив время, проведенное в больнице на Земле. – Тем более что лучшего учителя, чем старый маг мне не найти.

– Славненько! – красавица буквально лучилась энтузиазмом. – Тогда едем!

* * *

Оказалось, что ближайший поезд будет только через четыре дня. Воспользовавшись вынужденной задержкой, я разыскал Асварнаута. Сообщив, что мы скоро уезжаем в Налларбор, спросил, как мне связаться со Средоточием, если вдруг возникнет нужда. Поколебавшись, агент все же назвал имя человека из Витунгена.

– Будьте любезны, саэр Ардисс, обращайтесь к нему только в самом крайнем случае, – предупредил агент напоследок.

Заверив, что так и поступлю, я распрощался с ним.

Оставшееся время я преимущественно просидел в гостинице. В городе делать было нечего, да и лишний раз выползать на холод не хотелось. Поэтому я либо упражнялся в магии, либо отсыпался.

Альвейд тоже почти не покидала номер. Заявив, что ее не устраивает то, чем нас кормит гостиничный повар, она готовила сама. Как всегда, это получалось у нее превосходно.

Иногда девушка выходила за продуктами. В этих случаях я сопровождал ее. Не потому, что беспокоился: Берса казалась вполне безопасной. Мне просто хотелось узнать, не решит ли спутница с кем-нибудь встретиться. Но, к моему разочарованию, золотоволосая богиня ни разу не проявила стремления сходить куда-то, кроме бакалейной лавки или магазинчика мясника.

Убедившись, что я не заболел, Альвейд с головой погрузилась в работу. Когда я спросил, чем она занимается, девушка расцвела и принялась рассказывать об идее автоматической ловушки для троллей.

– Если получится как надо, такие устройства можно будет ставить у выходов из подземелий. Это, конечно, насовсем не отвадит троллей от набегов на хутора. Но хоть немного отпугнет. Еще бы придумать, как извещать жителей об очередной вылазке…

– Говоришь, твоя ловушка будет стрелять? А она не сможет одновременно запускать ракету? Ну, одну из тех, что используют для фейерверков? – брякнул я.

– Горючая смесь отсыреет при долгом нахождении в лесу, – с сомнением протянула девушка. – Хотя, если спрятать ракету в металлический кожух… А как ее поджечь?..

Теребя светлый локон, Альвейд задумалась. Я тоже стал размышлять о ловушках и фейерверках. Вскоре это навело меня на мысли о минах. Открыв было рот, чтобы поделиться идеей с северянкой, я прикусил язык. Стоит ли рассказывать о подобном оружии той, что не могу доверять?

* * *

Оказавшись в Налларборе, мы не стали задерживаться в столице. Альвейд быстро с кем-то договорилась, и нас прямо от вокзала повезли на хутор, принадлежавший Аунду.

Изуродованный шрамами гигант встретил нас сдержанно, но я видел, что он рад нашему приезду. Поначалу мне показалось, что это связано исключительно с возвращением дочери. Но по тому, как Аунд разговаривал со мной, стало понятно, что мое появление доставило ему не меньшее удовольствие.

– Сейчас у нас разгар работы, – сказал великан после коротких расспросов. – Вечером за ужином вволю наговоримся. Пока же выкупайтесь и отдохните!

– Вы можете послать кого-нибудь за Биарнаном? – попросил я. – Мне не терпится приступить к тренировкам!

Странно поглядев на меня, Аунд бросил:

– Успеется еще. – На прощание взмахнув громадной конечностью, направился к строению, где, по словам Альвейд, находилось что-то вроде заводского цеха.

* * *

Вечером в честь нашего возвращения организовали настоящий банкет: еще более грандиозный, чем в день моего первого приезда. Было больше людей, еды, выпивки и веселья. Хотя мне постоянно что-то наливали, спиртное я даже не попробовал. Несмотря на праздничную атмосферу, у меня не получалось расслабиться. Я по-прежнему думал о связях Альвейд с контрабандистами и, возможно, демонами. И поневоле переносил сформировавшееся недоверие на ее отца. Возможно, по этой причине я оказался единственным, кто в разгар пиршества заметил исчезновение хозяина хутора с дочерью.

Торопливо оглядевшись, я успел увидеть закрывавшуюся дверь в дальнем конце просторного полутемного помещения. Выскользнув из-за стола, торопливо прошел к ней. Убедившись, что на меня никто не обращает внимания, последовал за Альвейд и Аундом.

За дверью оказался темный коридор. Используя Дар, я неторопливо двинулся по нему, стараясь ступать как можно тише. Шагов через десять, оказался перед еще одной закрытой дверью. Услышав за ней приглушенные голоса, приложил ухо к гладкой поверхности…

Глава 8

За дверью звучали голоса Аунда и Альвейд. Временами произносимые ими слова становились неразборчивыми, но большую часть сказанного мне удавалось разобрать.

…так неожиданно? – это говорила блондинка. – Кто-то может обратить внимание.

– Не имеет значения, – ответил дочери гигант, – здесь все свои. Мне нужно было поговорить с тобой до приезда Биарнана.

– Ты все-таки сообщил ему о возвращении Виктора?

– Не я, – в голосе Аунда проскальзывало недовольно.

– Кто же?

– С этим еще предстоит разобраться. Но позже. Биарнан может заявиться в любой момент. Пока его нет, расскажи о поездке.

Повинуясь отцовскому распоряжению, девушка сжато поведала о нашей охоте на демона. Аунд слушал молча не перебивая. Когда Альвейд закончила, спросил:

– А что ты думаешь о Викторе?

Я невольно насторожился.

– Он… непростой, – неторопливо начала красавица. – Несмотря на возраст, уже очень сильный воин и маг. Среди всех, кого знаю, наверно, лишь вы с Биарнаном сможете выстоять в поединке с ним. Он решительный, отважный, с врагами даже жесткий. Но может быть мягким и внимательным. Стойкий, умеет себя контролировать: несмотря на мои действия, пальцем ко мне не притронулся. Мне даже стало немного обидно, – вопреки утверждению, голос Альвейд прозвучал весело. Впрочем, серьезность тут же вернулась. – Это странно, но его товарищи шли за ним как за вождем, хоть он и самый младший по возрасту…

– А как ты относишься к нему?

– Ты имеешь в виду… – окончание фразы я не расслышал.

– Да.

Некоторое время в комнате за дверью царила тишина. Я словно наяву видел сосредоточенное лицо Альвейд, – подобное выражение возникало у нее всякий раз, когда она решала сложную техническую задачу.

– Я готова выйти за него, – от внезапного заявления северянки у меня отпала челюсть. – Более того, хочу сделать это… А если Виктор не пожелает взять меня в жены, все равно останусь рядом и буду помогать во всем.

Опять стало тихо. Я по-прежнему торчал в темноте с открытым ртом. Что делал Аунд – не знаю. Возможно, прикидывал, какими инструментами будет удобнее меня расчленить. Когда же гигант заговорил, я был настолько поражен его словами, что буквально остолбенел.

– Отлично, – спокойно проронил Аунд. – Надеюсь, ты справишься. Учти: будет очень тяжело. Виктор не просто аристократ, но потомок Тенфиеннов. Представляешь, что нас ждет, когда остальные узнают?

– Папа, это не расколет наше единство?

Похоже, Аунд задумался.

– Не должно. Но следует принимать во внимание все вероятности. Делай, что считаешь нужным. Но не на виду у людей. А когда добьешься успеха, будем скрывать это, покуда все не закончится.

– Да, папа, – покладисто согласилась девушка.

– Не понял одного: почему ты хочешь остаться с ним, если Виктор отвергнет тебя?

Судя по тону, Альвейд, отвечая, улыбалась:

– Здесь замешаны чувства.

– Они настолько сильны? – не без удивления поинтересовался одноглазый великан.

– Да, – прямо ответила блондинка. – Я не встречала никого, подобного Виктору. Он очень необычный. И он принимает меня такой, какая я есть. В отличие от многих других мужчин, особенно благородных, уважает мои навыки инженера… Кроме того, есть еще одна причина…

Альвейд заговорила, понизив голос, и из всего монолога я разобрал лишь три слова: «встретили», «сказала», «духи».

– Ты уверена? – после длительного молчания спросил отец. – Это не может быть мошенничеством или сумасшествием?

– Она, конечно, была странной, но не выглядела безумной. То, что она говорила, и как… – Речь девушки вновь стала малоразборчивой. – …я видела, как Виктор реагировал на эти слова… он знает ее и очень серьезно относится к сказанному… полагаю, это истинно…

На недолгое время воцарилась полная тишина. Вероятно, Аунд обдумывал услышанное.

– Повтори еще раз ее слова, – наконец, вымолвил он.

Альвейд что-то негромко сказала.

– Что ж, – после очередной паузы проронил ее отец. – Это станет аргументом в разговоре с ними.

– Папа, не своди все к рациональным решениям! – горячо воскликнула девушка. – Разве не понимаешь, что это гораздо большее!

– Аль, не забывай: мы всегда работаем с тем, что можно измерить и спрогнозировать, – категорично произнес Аунд. – Строгий расчет – это то, что никогда не подводит. Конструируя механизм, ты же не станешь полагаться на удачу?

– Нет, – признала блондинка.

Голос Аунда смягчился:

– Если духи решат помочь – хорошо. Нет – обойдемся без них. Но рассчитывать будем только на себя. И используем все возможное, чтобы усилить нашу позицию.

– Да, папа.

– А теперь пойдем, наше отсутствие, должно быть, уже заметили.

Я приготовился метнуться прочь, прикидывая, успею ли добежать до дверей в комнату, где проходил банкет.

– Погоди, папа, есть еще кое-что…

– Что-то важное?

– Да.

– Говори.

Как я ни пытался, мне не удалось услышать, о чем рассказывала отцу девушка. В какой-то момент показалось, будто прозвучало слово «Берса», но полной уверенности в этом не было.

Когда Альвейд умолкла, гигант сказал лишь одно:

– Мы закончили.

Не зная, относится это к разговору или к тому, о чем доложила блондинка, я на цыпочках двинулся обратно.

* * *

Все оставшееся время до окончания празднества я провел в беспокойстве. Вернувшаяся с отцом Альвейд быстро заметила это.

– Виктор, ты будто не рад возвращению в «Горн», – огорченно сказала красавица. – Или тебе угощение не по нраву?

– Все отлично, – вымученно улыбнулся я, покосившись на Аунда. – Просто устал с дороги.

– Жизнь на юге изнежила тебя! – громыхнул одноглазый великан. – Ничего: мы сделаем из тебя воина – сильного и выносливого, достойного твоих предков!

А можно не надо? – подумал я.

Меня и раньше не сильно привлекала радикальная суровость северянина. Теперь же я не был уверен в том, что ему вообще можно доверять.

Тем не менее вслух сказал:

– Спасибо. Я обсужу это с Биарнаном. Все-таки он – мой наставник.

На изуродованном шрамами лице не дрогнул ни один мускул. Но взгляд единственного глаза еще больше заледенел, словно Аунда не обрадовало упоминание старого мага. Желая проверить это, я спросил:

– Когда Биарнану сообщат о моем прибытии? А то есть не могу – так хочется продолжить обучение, дабы стать достойным своих предков!

Аунд нахмурился.

Надеюсь, он не воспринял мои слова как насмешку? – не без тревоги подумал я. Что-что, а выяснять отношения с гигантом мне не хотелось.

– Ты скоро увидишь своего учителя, Виктор, – проронил он в конце концов.

Отвернувшись, Аунд завел разговор с гостями, сидевшими рядом. Я несколько секунд наблюдал за ним, пока меня не отвлекла Альвейд.

– Тебя словно что-то тревожит, Виктор, – проницательно сказала блондинка. На ее милом личике читалось искреннее беспокойство. – Ты выглядел так же перед тем, как мы отправились в ту деревеньку, где скрывался демон.

– Ты преувеличиваешь, – я вновь натянуто улыбнулся. – Просто уже хочется прилечь.

– Да? Сейчас проверю, готова ли твоя комната, – легко поднявшись, девушка упорхнула.

Вернувшись, склонилась ко мне:

– Все в порядке, можешь идти. Я провожу.

– А как же пир? Гости? Разве прилично вот так оставлять мероприятие?

– Меро… Не думай об этом. Половина уже даже не заметит твоего отсутствия. А остальные спокойно отнесутся к уходу.

– Ну, раз так… – я поднялся.

– Тенфиенн! – радостно воскликнул один из гостей.

– Тен-фиенн! Тен-фиенн! – тут же начали скандировать прочие, воздев руки, сжимавшие стаканы и питьевые рога.

Я застыл, не зная, как реагировать.

– За Тенфиеннов! – расплескивая хмельной напиток из огромной кружки, во весь могучий рост выпрямился Аунд. – За Налларбор!

Гости восторженно закричали. Выпив, принялись повторять, точно футбольные фанаты кричалку:

– Тенфиенн и Налларбор! Тенфиенн и Налларбор!..

– Пойдем, – взяв меня за руку, мягко потянула Альвейд.

Послушавшись, я зашагал за девушкой. Вслед нам несся восторженный многоголосый рев

* * *

Меня поселили в уже знакомой комнате. Входя, я обратил внимание на то, что дверь заменили.

– Тебе что-нибудь нужно? – поинтересовалась Альвейд, когда я присел на край постели.

– Нет, спасибо. Только отдых.

– Хочешь… – девушка помедлила, словно в неуверенности. – Хочешь, останусь с тобой? Я не стану тебе мешать, обещаю!

– Благодарю, не стоит, – я выдавил очередную неискреннюю улыбку.

После всего, моим единственным желанием было остаться в одиночестве. Вдобавок я теперь сомневался в том, что могу доверять хоть одному представителю семейства Лаклланар.

– Досадненько, – огорчилась роскошная блондинка. – Что ж, если передумаешь – только дай знать.

– Непременно, – пообещал я, закрывая за ней дверь.

Рухнув спиной на кровать и раскинув руки, я уставился в низкий потолок, отделанный потемневшим дубом.

Итак, мои подозрения оправдались. Прекрасная Альвейд и ее отец замешаны в чем-то неприглядном. Как минимум, в контрабанде. Как максимум – в сотрудничестве с демонами. Если первое я еще мог как-то понять, то второе было непростительным.

Что мне теперь делать со всем этим? Тем более что я здесь совсем один, вдали от дома…

Грудь кольнула тоска: мне до ужаса не хватало друзей. Фиа, Селия, Келл, Дарио… Будь они здесь – мы мигом бы во всем разобрались!..

Плавно мои мысли вновь вернулись к Альвейд. Северянка ведь тоже стала частью команды. Без нее мы многого бы не смогли осуществить… Как вышло, что она из верного соратника сделалась одним из противников? Или она никогда не была другом? Кто же она тогда? И что означают ее слова о замужестве? И желании остаться рядом со мной, даже если я отвергну ее? Действительно ли Альвейд – враг? Но ее связь с контрабандистами не подлежит сомнению. А контрабанду спонсировал Циастрир…

У меня вырвался тихий стон отчаяния. Безуспешно силясь свести воедино разрозненные, порой взаимоисключающие факты, я чувствовал себя героем старой шутки, который должен был собрать слово «вечность» из букв «ж», «о», «п» и «а». Как и у него, у меня выходило лишь одно.

Перевернувшись набок, я врезал кулаком по перине.

Может, правильнее будет не разбираться во всем этом, а просто свалить? Но как быть с обучением? Я, конечно, достиг многого, но Биарнан наверняка способен дать мне еще больше.

Стараясь отрешиться от эмоций, среди которых преобладали раздражение и, отчего-то, обида, я вновь задумался. Складывалось впечатление, будто Аунд избегает мага. Не означает ли это, что старик может оказаться моим союзником? Надо бы поскорее увидеться с ним. И, возможно, поговорить начистоту.

Остановившись на этом решении, я немного расслабился. А вскоре меня сморил сон.

* * *

Наутро я первым делом поинтересовался, не приехал ли Биарнан. Представьте мой шок, когда один из подручных Аунда сообщил, что маг был на хуторе ночью. Буквально четверть часа поговорил с хозяином и вновь уехал.

А как же я?! – чуть не закричал я в отчаянии. Сдержавшись, спросил:

– Но Биарнан же вернется? Да? Он не говорил, когда?

Собеседник лишь пожал плечами.

Следующие три дня я провел в безделье и неопределенности. Аунд со своими людьми почти безвылазно находился в цехах. Альвейд значительную часть времени пропадала там же. Я со скуки упражнялся в магии во дворе, встречая хозяев хутора лишь во время вечерней трапезы. Ужиная, всякий раз интересовался, когда, наконец, продолжится мое обучение у Биарнана. Аунд невозмутимо отвечал, что скоро.

На четвертый день в «Горн» прибыл гонец – я сам открыл ему ворота, потому что остальные работали. Подозрительно оглядев меня, незнакомец спросил, где Аунд.

– В цеху, – сообщил я и отвел его к одному из заводских строений.

Там гостя встретили сотрудники. Не пустив внутрь, вызвали хозяина.

Увидев Аунда, гонец сказал лишь одно слово:

– Завтра.

Гигант мрачно улыбнулся и кивнул.

Вечером, за ужином, в два укуса сожрав здоровенный ломоть жареной кабанятины, Аунд обратился ко мне:

– Виктор, будь готов. Завтра мы отправляемся в путь.

– Куда? – насторожился я.

– В место, где ты встретишься с Биарнаном. Ты же этого хотел?

– Да, – согласился я, – конечно. Очень хотел.

А сам подумал, что все это подозрительно…

* * *

Утром в доме было на удивление тихо. Выйдя в обеденный зал, я увидел одного Аунда. Великан ел вяленое мясо с хлебом и читал нечто похожее на письмо.

При моем появлении Аунд отложил бумагу и приглашающе взмахнул ручищей:

– Садись, ешь. Тебе потребуются силы.

– Зачем? – меня вновь обуяли подозрения. – И где остальные? Альвейд?

– Большинство работает, как обычно. Аль с несколькими людьми уже выступили. Нам придется их догонять. Путь не то чтобы далекий, но наше время ограниченно. На привалы останавливаться не сможем. Поэтому наедайся сейчас.

Его слова не развеяли мои тревоги, а лишь усилили.

– Зачем Альвейд еще с кем-то поехали к Биарнану?

Гигант поднялся. Строго глянул с высоты:

– Разве я сказал, что мы отправляемся к нему? Мы поедем туда, где он будет.

– Куда именно?

– Всему свой срок, Виктор. Скоро увидишь. Сейчас же не теряй времени и ешь.

Он вышел, а я опустился на лавку. На столе передо мной на деревянном блюде лежало мясо. Рядом, на глиняной тарелке одиноко торчала краюха хлеба. Еще стоял кувшин с чем-то вроде ягодного морса. Такого унылого завтрака я еще ни разу не видел за все время нахождения в «Горне».

* * *

Я предполагал, что мы поедем верхом, но Аунд запряг в повозку пару лошадей.

– Не каждый конь меня выдержит, – пояснил он. – А сейчас на хуторе подходящих нет: все ломовые развозят грузы…

Действительно – в последние дни «Горн» постоянно покидали фургоны, увозившие одинаковые деревянные ящики. Казалось, рабочие торопятся выполнить большой срочный заказ.

Могучий Аунд занял всю лавку, предназначенную для кучера. Мне ничего не оставалась, как усесться в телеге позади него.

Гигант зычно крикнул на лошадей, телега сдвинулась с места. Плавно проскользнула между столбами ворот и, набирая скорость, покатила по лесной дороге.

– Так куда мы едем? – поинтересовался я, пялясь в широченную спину возницы.

– Виктор, ты нетерпелив, – с легкой укоризной отозвался Аунд, не поворачивая головы. – Сила воина коренится в его выдержке.

– А я полагал, что моя сила коренится в магии, – я не смог удержаться от иронического замечания.

Одноглазый гигант то ли не уловил насмешки, то ли проигнорировал ее.

– Магия, мускулы, умение владеть клинком – лишь внешние проявления, – спокойно сказал он. – Основа любой силы находится внутри. Дух – вот истинный источник любой мощи. Когда дух пребывает в равновесии, он крепче стали. Но не всякий воин способен достичь покоя внутри. Путь к этому лежит через постоянную дисциплину на грани самоотречения. И первый шаг – обретение выдержки, умение контролировать беспокойство ума во всех его проявлениях.

Ничего себе, задвинул! – я по-новому увидел Аунда. – А он философ, оказывается…

После этого задумался, достижимо ли равновесие духа для человека, в котором слились сразу три разума?

Так как хозяин «Горна» недвусмысленно показал, что на мои вопросы отвечать не собирается, я перестал приставать к нему. Куда бы мы ни направлялись, рано или поздно это выяснится. Несмотря на подозрения, серьезных оснований опасаться чего-то у меня пока не было. Тем более что, по словам Аунда, в месте встречи нас ждет не только Биарнан, но и Альвейд. Не уверен насчет старика, а дочкой Аунд рисковать точно не станет. Да и, в конце концов, я достаточно силен, чтобы разобраться с проблемами, если что-то пойдет не так. В крайнем случае, всегда можно включить режим тактического отступления и дать по тапкам. Благо, в лесу нетрудно затеряться.

Расслабившись, я откинулся на мешок, набитый чем-то мягким, и задремал.

Проснулся резко, не понимая, что вырвало меня из забытья. Глазея на обступавшие дорогу сумрачные деревья, вслушивался в приглушенный топот копыт и шорох листвы. Не уловив ничего необычного, прощупал окрестности посредством Дара. И тут же рывком сел, чувствуя, как застучало сердце.

– Аунд, – сказал я негромко, – впереди в зарослях вооруженные люди. Десять… нет, двенадцать человек.

Гигант и ухом не повел.

– Ты слышал? – повышая голос, повторил я. – Похоже, там засада.

– Как узнал? – с любопытством спросил великан, даже не пытаясь остановить повозку.

– Магия подсказала.

– Полезный навык, – с одобрением проговорил Аунд.

– Что предпримем?

– Ничего, – массивные плечи слегка приподнялись. – Нам ничего не грозит.

– Ты знаешь, кто это?

– Охрана.

– Охрана? – усомнился я. – В глуши? Прячется у дороги? Останови немедленно!

– Виктор, ты веришь своей матери? – неожиданно спросил Аунд. – Думаешь, госпожа Росальба отправила бы тебя к врагам? Пожалуйста, сохраняй спокойствие. Тебе нечего опасаться.

Помолчав, он продолжил:

– В самые тяжелые времена я был готов отдать свою кровь за твоего деда и мать. Шрамы на моем теле – свидетельство верности роду Тенфиенн. Если потребуется отдать жизнь за тебя – я сделаю это, не задумываясь. Но сегодня, – в его голосе послышалось мрачное веселье, – ничего подобного не понадобится.

Пока Аунд говорил, телега докатила до места, где прятались воины. На нас никто не напал. Я пожирал темные заросли взглядом, но никого не увидел. Лишь чувствовал броню и оружие совсем рядом.

На протяжении пути мы еще дважды проезжали лесные засады. Всякий раз я предупреждал о них Аунда. Гигант кивал и говорил, что все нормально.

– Что они охраняют? – требовательно спросил я, когда мы миновали очередную группу затаившихся в кустах вооруженных людей.

– Нас, – коротко ответил гигант. – И ольдинг.

– Кто это? Или что? – насторожился я, услыхав новое непонятное слово.

– Собрание глав родов и свободных мужей Налларбора. А нынче – и всего Севера. Обычно ольдинг проводят в священном каменном кругу на равнине Тронрайд. Но сейчас мы вынуждены изменить нашим древним обычаям. Этот ольдинг собран втайне, и приглашены лишь самые достойные.

– Чего так? – поинтересовался я, удивляясь необычно торжественному тону Аунда.

Повозка свернула с лесной дороги на прогалину между деревьями.

– Этим вечером многое решится, – провозгласил великан. Впервые за несколько часов повернувшись ко мне, сказал: – Приехали. Настало время встретить судьбу!

От его пафоса у меня по спине побежали мурашки.

– Какую еще судьбу? Кому?

Аунд грузно сошел с телеги. Повернулся. Его лицо белело в лесном сумраке; глаз блестел, словно холодная звезда в облачной дымке.

– Всей нашей земле, Виктор. Но прежде всего – тебе.

Глава 9

– Вот с этого момента подробнее, пожалуйста, – потребовал я. – Какую еще судьбу? Что все это значит?

– Не время для расспросов! – прогрохотал Аунд. Великан нависал надо мной, будто готовая обрушиться скала. – Северянин без страха и колебаний встречает любые испытания! И либо преодолевает их, либо с честью гибнет в борьбе.

– Это не мой вариант! Я вообще не северянин!

– Тихо! – раздался недовольный голос бесшумно приблизившегося Биарнана. – Не ровен час, кто-нибудь услышит твои слова! Сейчас, когда ты должен показать себя подлинным наследником…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.