Лира Алая
Любовное зелье любви не помеха

Глава 1

– Я люблю вас, – тихо и проникновенно сказал мужчина, делая шаг в мою сторону и улыбаясь мне очень ласково.

Видимо, боялся спугнуть. Поздно. Я уже испугалась до смерти, когда поняла, куда пропало мое зелье, буквально минуту назад мирно стоявшее на преподавательском столе: на руках мужчины остались характерные ярко-фиолетовые разводы. Новая улучшенная формула, можно не принимать внутрь, достаточно плеснуть на кожу, чтобы заработало.

– Это плохо, – пробормотала я, – очень плохо.

– Разве? Я вам так не нравлюсь? – спросил меня мужчина, чуть склонив голову. – Совсем? Странно, обычно женщины находят меня привлекательным.

Ну кто бы сомневался! Таких красавцев поискать еще: высокий, волосы густые, темно-каштановые, которые определенные романтичные особы явно бы назвали шоколадными, черты лица – только портреты писать, еще и фигура прекрасная. Но внешность – это отнюдь не главное в этом человеке. Большинство представительниц противоположного пола пришли бы в восторг от его личности.

Ивар фон Оферхолд.

Гениальный маг, самый юный выпускник престижнейшей академии магии, королевский следователь и один из наиболее влиятельных мужчин королевства, если верить определенным информационным источникам. А им точно следует верить, в конце концов, их надежность проверял никто иной, как Великий – мой абсолютно уникальный, умный, разумный и дотошный фамильяр.

А еще Ивар – тот, кто когда-то давно совершенно случайно меня спас. Навряд ли он об этом знал. И я совершенно точно не собиралась ему напоминать об этом. Во-первых, на его счету сотни спасенных, если не больше, так как он вспомнит меня, ту, чьего лица никогда не видел? Во-вторых, если и вспомнит, то все это очень легко может обернуться огромными проблемами для меня самой.

Я подняла голову: Ивар смотрел на меня с невыразимой нежностью, от которой начинало щемить на сердце.

– Не нравлюсь? – повторил мужчина свой вопрос тихим голосом.

– Дело не в этом, – осторожно сказала я, нервничая все больше.

– А в чем? Что такого плохого в моей любви к вам?

Ничего. Абсолютно ничего, не считая одного маленького факта: вся любовь этого великолепного мужчины ко мне вызвана не его естественными чувствами, а искусно сделанным мной любовным зельем. Уникальным зельем, чей эффект намного лучше стандартного. Держаться будет больше месяца, а еще обязательно подавит любые негативные эмоции ко мне и к моим поступкам. То есть, я могу действовать отвратительно и безрассудно, а Ивар либо будет наблюдать за всем этим с умилительным выражением лица, либо попросту не заметит.

Я над этим зельем не один месяц корпела, чуть голова не взорвалась, пока придумала рецепт. А сколько готовила – словами не описать! И ингредиентов дорогих потратила…

Все зря, зря! Не для Ивара это зелье предназначалось. И совсем не я должна была стать объектом его пылких чувств.

А теперь приходилось стоять в кабинете учителя по анализу простых и сложных формул для создания заклинаний Ромиса Энарбина наедине с королевским следователем, который признался мне в любви, и думать, как мне из этой ситуации выбраться, чтобы меня куда-нибудь за злоупотребление даром не посадили. Или штраф не выписали – и без него с деньгами туго.

Судьба, определенно решив, что неприятностей мне на сегодняшний день явно недостаточно, добавила еще одну проблему. В коридоре раздался голос:

– Что за шум в моем кабинете?

Профессор Ромис! Почему именно сейчас?! Почему один? Он же должен был прийти сюда вместе с госпожой Лидией, благополучно облиться зельем, влюбиться и заняться своей личной жизнью, а не тем, чтобы портить жизнь и здоровье студентам академии.

В пору хвататься за голову или за сердце, потому как выкрутиться из подобной ситуации попросту невозможно! Ни сбежать, ни отбиться сонным или паралитическим зельем. Ну не могла я при королевском следователе вылить зелье на профессора Ромиса! И от Ивара сбежать, не попавшись Ромису, тоже никак.

Шаги профессора были все ближе и ближе.

Я нервно глянула в сторону двери. Он же сейчас войдет! И что подумает, если увидит, что студентка в его личном кабинете, куда никому нет доступа, общается с королевским следователем, которому везде есть доступ, но которого определенно сейчас не должно быть в академии?

– Что-то не так? – спросил Ивар, подходя к двери. – Тебе не нравится человек за дверью?

Да кому вообще этот профессор может нравится? Отвратительный мужлан с еще более отвратительным характером! Разве что мисс Лидии, преподавательнице по астрологии, которая занимается консервированием паучьих лапок (абсолютное извращение!), любит время от времени проклинать, называя это предсказанием судьбы, и предпочитает мужчин с ужаснейшим характером, что как раз под стать ее собственному.

– Не нравится, – подтвердила я, судорожно соображая, что сейчас можно сделать.

– Не нравится больше, чем не нравлюсь я? Я правильно понимаю?

Абсурдный диалог, хорошо еще, что в кабинете профессора Ромиса стояли артефакты, которые не позволяли ни единому звуку выйти за пределы этой комнаты.

– Больше, – ответила я, еще не понимая, к чему ведет Ивар. – Вы ведь не убьете его?!

Действие у зелья сильное, мало ли до чего доведет?! Личность менять не должно, все же я не использовала при его создании заклинания столь высокого порядка, но вытащить глубинные черты характера, которые были тщательно скрыты от общества, вполне способно.

– Нет, конечно. Я только прибыл в академию, понятия не имею, куда потом девать труп. Так что пока без убийств. Но есть много других интересных способов доставить ему неприятности. Продемонстрировать?

– Не стоит, – ответила я. – Можно…

Дверь в кабинет начала приоткрываться, но Ивар, невозмутимо положивший ладонь на нее, заставил ее захлопнуться обратно.

– Просто не пускать его, верно? – Ивар улыбнулся.

– Верно, – кивнула я.

– Что за?! Кто из студентов там балуется?! Открывайте немедленно! И тогда вы отделаетесь легким испугом и незначительным наказанием!

Судя по звукам, профессор со всем старанием и усердием пытался открыть дверь, которую Ивар придерживал одной рукой без особых усилий. А ведь профессор Ромис отнюдь не слабый мужчина, он до сих пор поддерживал себя в идеальной форме и даже гонял некоторых студентов-боевиков. Не для учебы, специальность у него другая, а удовольствия ради. Любил командовать и издеваться.

– Это не шутки! Вы как пробки повылетаете из академии! Я вам устрою! – Уверена, профессора уже трясло от злости – у него проблемы с самоконтролем были всегда. Скоро он выйдет из себя и попросту взорвет дверь – абсолютно уникальную дверь с вырезанным на ней единорогом, которую он лично заказывал у лучших мастеров из другого королевства.

Крик становился все громче. Неприятное чувство. Я не из пугливых, но профессор Ромис, с которым у нас было несколько конфликтов, нередко заставлял меня чувствовать себя не лучшим образом. Я поежилась, что не укрылось от глаз моего вынужденного поклонника.

– Ну вот, – тихо и чуть расстроенно сказал Ивар. – Я сказал, что не будут убивать его, но уже об этом жалею. Спрятать труп не такая проблема, не думай, что такие незначительные трудности способны на меня повлиять. Этот человек вас пугает, а я бы хотел уничтожить все в этом мире, что заставляет вас чувствовать себя плохо.

– Почему… – начала я, но прикусила язык.

Почему зелье сработало настолько сильно? Да, оно усовершенствованное, но такие желания не должны возникать на пустом месте.

– Потому что я люблю вас, – не понял меня Ивар. – Но давайте обсудим все это в другом месте. Студенческая романтика прекрасна, но я немного староват для нее. Не могу найти так уж много удовольствия в свиданиях под крики истеричных профессоров. Да и вы определенно заслуживаете признаний не в этом жалком кабинете, а где-нибудь в более приятном месте. Тогда и меньше сомнений в моих чувствах будет. О, я не читаю ваши мысли, – заметил Ивар в ответ на мое удивление, – у вас всего лишь чрезвычайно выразительное лицо.

С этими словами Ивар, запечатав дверь магией изнутри, подхватил меня на руки и сделал шаг от двери к центру кабинета.

– Что вы собираетесь сделать? – спросила я, благоразумно вцепляясь в мужчину покрепче.

Нет, а что? Кричать «отстаньте, опустите, оставьте меня в кабинете», где меня застанет профессор Ромис, чтобы потом окончательно превратить мою жизнь в ад? И то – это при хорошем раскладе. Кто знает, на что способен этот не самый уравновешенный человек? Может он меня превратит в кучку пепла или повесит магией над дверь головой вниз? Я небезосновательно так рассуждала. Ходили слухи, что с каким-то первокурсником профессор так и поступил, но дело, на его счастье, замяли, так как первокурсник был простолюдином, а нашего ректора не было на месте.

Оставаться в кабинете я не хотела. Ни за что. Из двух зол выбирай то, которое влюблено в тебя и определенно желает тебе блага, пусть понимание этого самого блага может оказаться чрезвычайно специфическим.

– Сбежать отсюда вместе с вами.

– Как?

– Через окно. Что, плохая идея? Могу сделать дыру в крыше, – предложил Ивар. – Какой вариант вам нравится больше?

Я ойкнула. Нет, я слышала, что в студенческие времена Ивар подрабатывал наемником и многого оттуда нахватался, но я всегда думала, что это не более чем слухи! Что ж, кажется, в них все-таки доля правды была.

– Хм, раз уж дама не может определиться, то прошу извинить, выбор сделаю я.

Ивар что-то произнес – и окно передо мной в буквальном смысле испарилось. Это и есть магия уничтожения? Та, которую считают одной из самых жутких в этом мире, потому что эту силу нельзя отразить, от нее никак не защититься, да и разрушить первичную структуру невозможно?

Неудивительно, что некоторые его опасались. Но не я. Пугать должно не оружие, а руки, в которых оно находится. Судьба дала одну из самых страшных сил этого мира в чрезвычайно надежные руки.

Пока я размышляла, Ивар прижал меня к себе чуть сильнее и попросту… выпрыгнул в окно. Я не кричала – жизнь меня и не к такому готовила, надо было все-таки думать сначала о безопасности и о том, что толпа учителей, обнаружившая меня сбегающей из кабинета преподавателя поздним вечером, является не самым лучшим вариантом, а потом об эмоциях. Но мысленно я представила, как купаю этого сумасшедшего мужчину в котле с каким-нибудь нехорошим зельем! Чтобы он весь розовыми прыщами покрылся или на теле на сутки выросли ядовито-зеленые волоски!

Впрочем, зря это я. Держал Ивар меня бережно, левитировал ровно и невероятно быстро – тут любой маг-воздушник позавидовать мог. Но чего еще ожидать от гения и королевского следователя? Приземлился мягко. Прямо в саду академии и сразу же шагнул под дерево с густой кроной.

– Отпустите меня? – спросила я, когда поняла, что дальше бежать Ивар никуда не планирует: маскировочный щит без проблем скрывал нас не только от профессора Ромиса, но и от любых случайно проходящих мимо преподавателей.

– Вы не хотите получить признание, когда вас держат как принцессу? – спросил Ивар, глядя на меня сверху вниз.

Я хмыкнула. Принцесса? Да я даже на простую аристократку не потяну, не говоря уж об особе королевской крови. Скорее уж, ведьма-затворница, которая закрывалась в своем замке и творила заклинания, с той лишь разницей, что я запиралась в лаборатории и готовила зелья. Зельевар-затворница, да-а-а. И даже однозначно доброй не назовешь, лишь временами возникали хорошие порывы. Такой себе объект любви для Ивара фон Оверхолда.

– Понял, не хотите, – сказал Ивар, позволяя мне встать на землю, из-за чего я выдохнула с облегчением и сделала несколько шагов в сторону на максимальное расстояние, которое позволял щит. – Интересно, почему? Неужели мое признание так тяготит?

– Вы даже не знаете, как меня зовут, – вздохнула я, оправляя платье. Оно и так было в порядке, но смотреть на Ивара не могла – неловко. – Вы вообще обо мне ничего не знаете.

– Почему же? Клэр, девятый курс зельеварения, углубленное изучение, двадцать пять лет. Потенциал – наивысший, текущий уровень – высший. Есть разрешение на изготовление любых видов зелий без предварительных проверок и самостоятельный сбыт. По учебе… оценки, в основном, отличные, но наблюдаются некоторые проблемы с изучением простых и сложных формул, а также общих предметов, которые не связаны с зельеварением.

– Откуда? – начала я, на что Ивар, вежливо улыбнувшись, показал мне сложенные пополам листки, который выглядели смутно знакомыми.

Это же характеристика моего куратора, которую я сегодня забрала и положила в карман длинной юбки. Я тут же засунула руку в карман – и, понятное дело, ничего не нашла. И когда он успел стащить их? Нет, важнее другое. Прочел как?!

– Прошу прощения, рабочая привычка. Если вам это не нравится, Клэр, то я могу все исправить.

– Прекратите воровать из чужих карманов? – не удержалась я.

– Нет, что вы. Как я могу? Всего лишь не буду вытаскивать ничего из ваших.

– Спасибо, вы очень добры, – не сдержалась я. – Но я боюсь, что мне уже пора.

Пора бежать отсюда. От Ивара, от профессора, а возможно – и из самой академии. Вот только кому нужен зельевар без диплома? Да и от королевского следователя, боюсь, не так-то легко скрыться.

– Уже уходите? – расстроенно спросил Ивар, после чего чрезвычайно хитро улыбнулся: – Ах, что же мне делать? Я совершенно точно не хочу отпускать вас так быстро.

А я совершенно точно хочу оказаться как можно быстрее подальше отсюда, но, боюсь, Ивара не слишком интересуют мои желания. Любовное зелье вызывало симпатию, но никоим образом не меняло характер.

– Но вы не хотите. – Видимо, на моем лице и впрямь все написано, раз уж Ивар с такой легкостью отгадывает мои мысли. – Что ж, принудить к чему-то не проблема…

У меня аж ладони вспотели от таких заявлений.

– … если это, конечно же, касается не вас. Как бы я посмел? Поэтому придется искать компромиссы. Ответьте на один мой вопрос – и можете идти. Кого вы предпочтете, Клэр? Того, кто просто добр, или того, кто добр именно к вам? Можно выбрать только одно.

– Второе, – покорно выбрала я, даже не подумав возражать. Отделалась малой кровью!

– Значит, у меня есть шанс на взаимность, – довольно улыбнулся Ивар. – Я буду к вам очень, очень добр.

Я вздохнула. Людям, выпившим любовное зелье, бесполезно говорить о том, что они его выпили: магия попросту не позволит им осознать сей факт. Обычное любовное зелье могло бы нейтрализовать антриприворотное, но мое усовершенствованное нейтрализовать было попросту нечем. В конце концов, эффект временный, рано или поздно сам пройдет, так что я не посчитала нужным тратить уйму времени еще и на антиприворот.

– Послушайте…

– Ивар, – тут же представился мужчина.

– Послушайте, Ивар, я не думаю, что у нас с вами что-то выйдет.

– Вы сомневайтесь, что я искренен?

– Немного, – улыбнулась я. – Ну и, кроме всего прочего, я абсолютно в вас не влюблена. И ничуть не заинтересована.

Немного соврала, но лишь немного: как любой грамотный зельевар я старалась не увлекаться тем, чья симпатия возникла лишь благодаря моему зелью. Каким бы хорошим и красивым он не был.

– Получается, мне нужно будет не только убедить вас в моей любви, но и заинтересовать, а также заставить вас в меня влюбиться? – сказал мужчина, улыбаясь мне так, что я отвела взгляд: не хватало и впрямь втрескаться в него по уши от одной улыбки! – Что ж, я постараюсь изо всех сил.

Ивар – гений, без каких-либо преувеличений. Для простых и средних дел он практически не прикладывал усилий, а для сложных он немного старался. Представить, что будет, если он будет стараться изо всех сил…

Кажется, у меня очень мало шансов выбраться из этой передряги без каких-либо потерь.

Глава 2

Когда я вошла в свою лабораторию, расположенную в одном из учебных корпусов, то едва не расплакалась от облегчения: этот безумный вечер почти завершился.

Знакомые стеллажи, забитые зельями, приборами и ингредиентами, шкафы с книгами и тетрадями, в которых я рассчитывала формулы, огромный стол по центру, где я создавала зелья, и небольшое полупустое пространство, куда можно было поместить матрас и поспать, чем я, собственно, и планировала в скором времени заняться. Некоторые наверняка посчитали бы меня странной, что ночевать я пошла буквально на свое рабочее место, но… А куда еще? Не в общежитие же! Во-первых, нас там теперь не двое, а четверо. Почему? О, так просто причину и не выберешь, тут целое собрание этих причин.

Во-первых, парни-боевики из самой престижной академии в столице снова разрушили свою альма-матер. Причем так, что быстрому восстановлению она не подлежала. Поговаривали, что строители, увидев, что осталось от академии после магии боевиков, вообще поначалу не хотели браться за это дело, но благодаря неоднократным просьбам ректора, обещавшим двойную оплату, а также увещеваниям (по сути, угрозам, но кто посмеет сказать, что король им угрожал? Так, мягко убеждал) короля, взялись за дело.

Во-вторых, чуть ранее отремонтировали нашу Первую Женскую Магическую Академию (вкратце – ПИЖАМА), превратив ее в идеальное место проживания.

Ну и, в-третьих, доброта нашей директрисы, госпожи Палмер. Уж не знаю, природная ли, но хорошо скрываемая до нынешнего момента, или чрезвычайно избирательная, направленная на ректора мужской академии – господина Андерсона.

Но все это привело к тому, что к нам в академию пришли студенты-боевики. Сначала их заселили на полигоне в походных шатрах, а чуть позже переместили в женское общежитие, выделив первый и второй этаж, а девчонкам пришлось теперь ютится на верхних этажах по четыре человека.

Поэтому, разумеется, я не особо жаждала возвращаться в комнату, которая сразу стала в два раза теснее. К тому же, не все студентки отличались особым тактом. Это моя соседка, с которой мы прежде жили вместе, была чрезвычайно вежливой и милой. Никогда из вещей ничего не возьмет, записи смотреть не станет, сумку даже пальцем не тронет, предпочтя аккуратно обойти, а не переставлять куда-то.

Не то что мне жалко своих вещей, но если у вас нет возможности в секунды покрываться чешуей, как это делает Великий, то лучше ничего моего не трогать из вещей, ведь я зельевар. Даже не так. Чрезвычайно увлеченный созданием всяких зелий зельевар. Лучшая на курсе и, по утверждению моего куратора, лучшая за историю академии. Но это опустим, важнее то, что в моей сумке, на моих полках в шкафу легко можно найти какие-нибудь зелья или ингредиенты. Иногда немного… опасные. Нет, ничего ядовитого я в комнату не ношу, однако при неправильном обращении (а правильное оно обычно только у зельеваров) может произойти бабах. Сначала небольшой, но цепную реакцию никто не отменял. И будет то же, что у боевиков. Только у них все студенты выживают (боевики же!), а тут – как получится.

Я вздохнула. И почему бы в академии не ввести предмет, который обучал бы правильному обращению с зельями и ингредиентами для них? Ну или хотя бы факультатив, где студентов заставили бы сто раз магически поклясться, что зелья они будет использовать лишь после прочтения инструкции, а прикасаться к чему-то незнакомому – лишь после глубокого изучения правил безопасности! А так приходилось с каждым клиентом, закупавшим зелья, заключать дополнительный контракт, в котором говорилось, что я не несу ответственности за неправильное использование зелья.

Ну, ладно, не с каждым. Были вот приятные исключения. Например, та же Эвелина Ларен. То ли некромантка, то ли бытовичка, магия ее разберет. Вроде обучалась одному, потому удрала некромантии учится. Она очень хорошо разбиралась в зельях, сразу видно, что училась их делать не для галочки или зачета по факультативу, от души. Даже обидно немного, что девушка с таким талантом ушла к некромантам.

Я вздохнула. Помимо этого, была еще одна причина прийти в лабораторию, а не в спальню.

– Срочный заказ! Большой и дорогостоящий заказ! – Великий влетел в специальное магическое отверстие на двери, которое тут же за ним закрылось. – И взятка достойная.

Великий. Ну, не из-за внешнего вида: средний по размеру черный котик, если не считать довольно-таки больших крыльев. Очень пушистый. По крайней мере, сейчас. Лет пять назад предпочитал быть исключительно чешуйчатым, мол, так безопаснее – слишком уж часто в процессе разработки зелий у меня что-то взрывалось.

Зато по уму, магической силе и делам – однозначно великий. Мой прекрасный разумный фамильяр, компаньон и друг.

– Не мыши? – устало спросила я фамильяра.

– Мыши. Но из чистого золота, – похвастался Великий. – Прекраснейшая взятка. Сразу видно, что мальчики, во взятках толк знают.

– Ты так не считал, когда они тебе притащили тушу красноголового быка, чтобы «котик покушал», – с сарказмом заметила я.

– Считал! – возмутился Великий. – Но не сразу. Я когда понял, что его можно не жрать, а разобрать на дорогостоящие составляющие, сразу же восхитился таким подарком. Чем дороже взятка – тем лучше!

– Совести у тебя нет, Вэл, – фыркнула я беззлобно. – Ты хотя бы моих хороших знакомых не грабь так бессовестно.

– Да когда такое было?

– А кто пытался взятку у Янты выпросить? Между прочим, хорошая девушка. Она со мной постоянно ингредиентами делится.

– Ты еще скажи, что у Элисон Харпер ничего не брать. Она же богатенькая, дочь графа, в конце концов! Для нее эта взятка – копейки, а тебе пригодится. Ну что? – Великий крутанулся в воздухе и даже глаза закатил. – Я всего лишь забочусь о тебе! Если ты так продолжишь работать, клянусь своими неизвестными предками и несуществующими потомками, помрешь же! А чем больше денег – тем меньше работы.

Да, Вэл был прав – работы у меня было очень много. И я сама иногда думала, что так и помереть можно. Но потом вспоминала, ради чего это делала – и становилось легче. Учеба, все упиралось в учебу и желание лучшей жизни. Жизни без огромных долгов!

Когда-то я была уверена, что обучение в академии мне абсолютно не нужно. Ну а что оно мне даст? Годам к пятнадцати из-за определенных обстоятельств я знала о зельеварении если не все, то очень многое. Этого более чем хватало, чтобы работать зельеваром в небольшом городке не так уж далеко от столицы.

Ну я и работала. Никто не жаловался на мои зелья, покупателей было много. Ровно до тех пор, пока в город не приехал дипломированный зельевар, который мне все и испортил: продажи, отношения с местными жителями и мою мирную спокойную жизнь. Потому что, как оказалось, работать без диплома и разрешения на создание зелий нельзя.

Совсем.

Никак.

Вообще!

И это при том, что мои зелья – абсолютно недипломированного специалиста, заметьте! – были намного лучше его.

Когда он мне начал угрожать, я лишь посмеялась. А вот когда ко мне в дом заявилась проверка, то стало не до смеха: мне выписали такой штраф, что даже если бы я распродала себя и Великого по частям самым выгодным образом, то столько денег получить бы не вышло. Мне предложили на выбор либо сотня лет тюрьмы, либо выплачивать штраф в набегающими процентами.

Я без раздумий выбрала второе. В конце концов, если у меня не получится выплатить, то я всегда могла попробовать сбежать. А в тюрьму не хотелось даже на годик, не говоря уже о сотне лет.

Потом добрый человек из комиссии, заметив мое отчаянное положение и полное непонимание, что делать дальше, предложил мне отправиться в академию магии.

– Выбирайте любую. Если хотите лучшую, то обратите внимание на Первую Женскую Академию Магии, которая находится в столице, – сказал он. – Вы очень талантливы, потому без проблем поступите. За обучение платить не нужно, еда бесплатна, сопутствующие расходы минимальны. Так как вы уже умеете изготавливать многие зелья, то сможете запросить специальное разрешение на производство и продажу, пройти экзамен и уже с первого курса начать покрывать ваш долг. Не волнуйтесь, у хорошего зельевара проблем с выплатами не будет. Хорошо, если у вас к концу обучения все будет выплачено.

Я думала, что он беспокоился о стране, а оказалось, что обо мне. Потому что, как я выяснила намного позже, проблемы с трудоустройством или открытием собственного магазина при наличии долга мне гарантированы.

Вот так и вышло, что помимо учебы, которая, в большинстве своем, давалась мне чрезвычайно легко, я была вынуждена работать.

Много, очень много. И не только за деньги, но иногда и на благо общества. Например, как сегодня. Профессор Ромис в последнее время словно с цепи сорвался: наказывал студентов за любую провинность. Раньше наказания было лишь за дело: пошептались на его занятии, опоздали на урок, поменялись местами или же дали соседу списать. Теперь же, если что-то не получалось на его занятии, то он легко мог вызвать в свой кабинет и заставить ученика до полного магического истощения тренироваться. Хитро. К таким вещам трудно докопаться. Перешел бы грань – можно было бы пожаловаться ректору, а так…

А так я решила, что все проблемы от его неудавшейся личной жизни. И если она у него удастся, то времени и желания издеваться над студентами у профессора Ромиса будет намного меньше. Поэтому кропотливо готовила зелье, которая действует прямо через кожу, искала мастера, который изготавливает флаконы, трескающиеся (и не оставляющие порезы!) в руках…

Вот только вся моя работа провалилась, потому что флакон с зельем взял Ивар фон Оверхолд, а не профессор Ромис.

Я тяжело вздохнула.

– Что-то не так, хозяйка? Стой, что-то случилось? У тебя не получилось проникнуть в кабинет профессора Ромиса? – Великий мигом подлетел ко мне.

Для полета он использовал магию, а не крылья. С помощью крыльев он тоже летал, это вовсе не бесполезный атрибут, однако в лаборатории даже не пытался. Один неверный взмах крыльев, один несвоевременный порыв ветра – и может произойти громкий-прегромкий бабах, от которого даже Великий не спасется.

– Получилось, – вздохнула я и села прямо на пол.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.