Кира Сыч
Черное и белое

Сколько вы знаете способов испортить жизнь человеку? Наверняка, если хорошенько подумать, каждый из нас сможет вспомнить не менее восьми. Дети же могут изобрести куда больше. Не со злости, конечно. О нет. Они редко делают что-то со злости. Они просто не могут пока понять, хороша ли шутка или нет.

Пройдет время, они обязательно разберутся в этом, я уверен. Жаль, что меня уже не будет к тому моменту. Мой брат прожил около полугода. Друг моего брата – неделю. Наше с ними время измеряла большая черная собака, похожая на обтянутый черной кожей скелет добермана с пастью акулы. Зубы все время обнажены в оскале. Они острые, и их куда больше, чем должно быть у собаки. По крайней мере, на мой взгляд.

Теперь я точно знаю, как чувствуют себя осужденные на смерть люди. Я один из них. Смерть уже смотрит на меня своими пустыми глазами, беззвучно разевая рот. Слов не слышно, понять содержимое фразы по оголенному костлявому рту невозможно. Говорит ли она вообще? Может, она так смеется?

А рядом с ней моя главная мучительница. Я все еще не вижу ее лица, скрытого под балахоном. Только белые костлявые руки безвольно свисают вниз. На фоне объемного ослепительно-белого балахона они кажутся призрачными, но я вижу их, чувствую прикосновения в темные, безлунные ночи, пока сплю.

Женщина в балахоне всегда рядом со мной. Я мог бы назвать ее Смертью. Так было бы понятнее, только не совсем верно. Это не Смерть, это Сумасшествие или Безумие, если вам будет угодно. Она не забирает душу и не разрывает тело. Она просто все время рядом. Смотрит и ждет, пока ее собака топает своими лапами, нарушая хрупкую грань реальности и взывая к самым мерзким и жутким видениям. Невозможно угадать, реальны они или нет. И это сводит с ума больше всего.

Эта загадочная фигура часто ходит среди людей, выбирая наугад тех, кто ей пришелся не по сердцу. Так и появляются сумасшедшие. Некоторые, как и я, видят ее, некоторые – нет. Я являюсь исключением, я не сумасшедший, просто мне не повезло.

Из «нормальных» смертных никто не видит ее, но никто и не проходит сквозь нее и собаку. Они все время вместе, и они не призраки. Люди обходят стороной место, где они стоят, даже не чувствуя подвоха. Я вспоминаю, что сам был таким же. Шел прямо, а потом вдруг обходил безобидный на первый взгляд участок или спотыкался и отклонялся от первоначальной траектории. Если вы делали так, то знайте – вы проходили мимо нее и ее очередной жертвы.

С недавних пор вся моя жизнь проходит под пристальным взглядом скрытых в недрах просторного капюшона глаз, увидеть которые не представляется возможным, ведь она никогда не подходит достаточно близко. О нет. Она всегда где-то на периферии, практически неуловима для прямого взгляда или прикосновения. Я могу сосредоточить на ней взгляд только непосредственно перед тем, как ее жуткая собака в очередной раз опустит свою лапу. И как только это случится, как я уже говорил, моя реальность пошатнется, смешиваясь в причудливый коктейль с иллюзиями, видениями, страхами и паническими атаками без всякой причины.

Чем ближе подходит собака, чем чаще ее шаги, тем быстрее подступает ко мне смерть. Я знаю, в самом конце собака вгрызется мне в горло, пока ее хозяйка, откинув наконец-то капюшон с лица, вглядится в мои глаза, полностью лишая меня разума, а вместе с ним – жизни. Я вижу это каждую ночь во снах.

Вы можете сказать мне: «Не все сумасшедшие умирают, так с чего ты взял, что ты умрешь?». Я не буду смеяться вам в лицо. О нет. Вы правы, просто вы ничего не знаете. Именно поэтому мне необходимо рассказать свою историю. Это будет предостережением для всех будущих поколений. И хорошим уроком для тех, кто не слушает старших и не уважает сложившиеся традиции.

Моя история косвенного знакомства со старухой в белом началась еще в нашем с братом безоблачном детстве. В самое яркое время года – летом.

Мне было восемь, а брату – десять, когда родители отвезли нас в лагерь в глубине леса, сложили у ворот наши вещи, помахали на прощание и укатили обратно домой. А может, и не домой. В любом случае подальше от нас. Но я не страдал по этому поводу. О нет. Мы с братом были только рады. Нас ждало лето в компании сверстников. Лето, обещавшее массу приключений.

К тому же это был не первый наш раз в лагере. В прошлом году мы познали вкус жизни вдали от цивилизации. Свежий воздух, пение птиц по утрам, походы и суровая мужская община – на территорию лагеря пускали только мальчиков.

Из женщин тут была баба Зина, мощная повариха экстра-класса, способная из картошки и добротного куска мяса сделать несгибаемые, во всех смыслах этого слова, длинные черные бруски, покрытые слизью, будто оставленной огромной улиткой. Все это источало запах пережаренного мяса и загубленных надежд детей на нормальную еду.

Вторая женщина – медсестра Маргарита Николаевна. Противоположность по внешности и характеру боевой бабе Зине. Сухонькая маленькая Маргарита Николаевна большую часть времени сидела в своем кабинетике, с грязно-белыми стенами, с резко пахнущими банками и склянками и тремя плакатами анатомии человека. Она задумчиво смотрела в окно сквозь толстые линзы круглых очков. Сложно сказать, видела ли она отблески света, отражающегося от озера между деревьями, или мыслями уносилась подальше от озера и от ненавистного лагеря. Всех детей она лечила одинаково. В ее арсенале были только лейкопластырь, зеленка и таблетка обезболивающего. Ничего другого она никому не давала. С таким же успехом мы, мальчишки от семи до тринадцати лет, лечились проточной водой и пыльным листом подорожника, чтобы только не видеть полных презрения глаз Маргариты Николаевны и молчаливого укора в виде медленного качания головой из стороны в сторону.

Остальное населения лагеря было представлено мужчинами и мальчиками. Несмотря на то, что мальчишки в детстве больше похожи на обезумевших глухих шимпанзе, в нашем лагере все вели себя образцово-показательно. Наказание было одно – самое страшное для всех – позорное изгнание из лагеря без права дальнейшего пребывания еще когда-либо до четырнадцати лет. После четырнадцати лет все равно никого уже не принимали.

Через неделю после приезда нам разрешили собраться и провести ночь «жутких историй» у костра. Под присмотром вожатых, конечно же. Примечательным являлся тот факт, что в отличие от первого моего года пребывания здесь, в этот раз на такую ночь разрешили пойти всем, а не только старшим мальчикам.

Сидя на бревне у большого костра, я смотрел на молодые лица, озаренные нетерпением и отсветами пламени. Предвкушение страшных историй искрилось в воздухе, электризовало тело и натягивало до предела нервы.

Стоявшая вокруг тишина способствовала полному погружению в мир, полный ужасных монстров, маньяков и призраков, скрывающихся за каждым деревом в лесу. Ветра не было, на небе мерцали крупные точки звезд. Слушая очередную историю, я подумал о том, почему свет звезд на природе отличается от света звезд в городе.

Одна из историй выдалась чрезвычайно скучная. Полный десятилетний мальчишка с вечно всклокоченными волосами и липкими руками рассказывал страшилку абсолютно без эмоций, будто читал учебник по экономике. В какой-то момент я даже задремал.

Проснулся от толчка локтем в бок. Петя, мой брат, склонился к моему уху и прошептал: «Не спи. ЭТОТ уже закончил. Сейчас будет интересно». Я слегка кивнул, глядя в его полные предвкушения карие глаза на длинном бледном лице. Даже свет костра не смог придать его коже румяный оттенок. Не зря его лучший друг, Богдан, все время называл моего брата Вампиром.

В наступившей тишине Богдан прочистил горло и живо встал со своего места. Все глаза уставились на него. Вот кто действительно умел рассказывать истории.

– Я бы хотел рассказать вам историю, произошедшую на самом деле, – заговорщически сказал он. – Это история произошла много лет назад, когда родители наши еще были детьми. Мой отец со своим другом тоже приезжали в этот лагерь. Это был как раз тот год, когда из лагеря внезапно исчез мальчик. Все же мы знаем эту страшную историю, – театрально отмахнувшись от того, что, по его мнению, знают все, сказал Богдан, – про маньяка, убивавшего и мучавшего мальчиков?

Послышались робкие голоса протеста.

– Я так полагаю, если кто-то из вас не знает эту историю, так вам либо рано ее знать, либо пусть расскажет кто-то другой. Я не буду тратить на это свое время. Я сейчас говорю вам о другой, более личной истории. Такой, о которой не знает никто. И произошла она здесь, неподалеку от этого лагеря.

После исчезновения мальчика собрали отряды из добровольцев, чтобы найти несчастного подростка. Естественно, все остальные ребята в лагере тоже были возбуждены и хотели отправиться на поиски, но взрослые в категорической форме пресекли любые попытки инициативы. Они остановили почти всех. Почти всех, кроме моего отца. Его друг отказался от «опасной авантюры», вынуждая моего отца действовать в одиночку на свой страх и риск.

Моему отцу через месяц исполнялось тринадцать. Он не мог сидеть сложа руки, взял фонарь, перекус, куртку и постарался тихонько выскользнуть из корпуса, но не тут-то было! Его увидел вожатый. Отец уже думал, что попал и теперь его отправят домой, не дожидаясь утра. Вожатый между тем лишь махнул рукой, приглашая следовать за собой.

Так вот, молча, они шли в сторону леса. На минуту у моего отца даже закралось сомнение: не был ли этот вожатый на самом деле маньяком.

– Куда пойдем? – все еще шепотом спросил вожатый, хотя они уже дошли до озера. – Какие предположения?

– Куда глаза глядят, – ответил мой отец.

И вот они шли по темному-темному лесу. Звезд не было видно. Из звуков – только ветер, шумящий между деревьями. Порывы ветра все усиливались, далекие раскаты грома обещали скорый дождь, первые капли которого уже срывались с неба.

И тут! Откуда ни возьмись появилось… Что бы вы думали?

Богдан обвел всех вопросительным взглядом, ожидая ответа. Все сидели молча, вытянув шеи в сторону рассказчика.

– Появилась маленькая хижина, похожая на избушку Бабы-Яги! – продолжил Богдан. – И в тот же момент дождь набрал свою максимальную силу. Он лил вовсю, не стесняясь. Моему отцу и вожатому ничего не оставалось делать – пришлось стучаться в дверь странной хижины.

На пороге появилась старуха, одетая в черно-белое свободное платье до самого пола. В руках у нее была свеча.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.