Лана Ременцова
Выпавший из ада

Пролог

«Твою мать, какого хрена у меня болит голова? Впервые такое чувствую. Сейчас бл*дь рога отвалятся. Может, я ударился прошлой ночью, когда е*ал тех шлюх из топки? Да нет, вроде бы не бился».

Парень с каштановыми густыми волосами встал, пошатываясь. С одежды потекла вода, стекая на ботинки – буцы с шипами по бокам. В непонятке оглядел себя: мокрый, стоит в луже. Да ещё и в такой немаленькой что глаза, цвета тех же спелых каштанов, от неожиданности полезли на лоб.

Дождь. Ливень. Сыро. Противно.

– Что это?! Откуда льёт? – поднял голову, длинная чёлка упала на левый глаз. – Вода сверху?! – даже рот приоткрыл от неподдельного изумления, куда сразу попали очередные крупные капли. С брезгливостью отплевался. – Где я?! Это небо?! – Вспомнил, что изучал когда-то в бесовской элитной школе о небе, разных погодных условиях на земле. Вытянул левую руку ладонью вверх. Капли стекали на неё, а он тупо рассматривал.

«Я никогда не видел дождя, неба. Так, где же я всё-таки? И как сюда попал? Может… этот зверюга – препод такое чертовское наказание мне устроил? Надо было подложить ему на кресло побольше опарышей. Так бы в жопу влезли, и всем легче стало от его занудных нравоучений. Чёрт старый».

Сделал шаг. Неприятно идти по лужам. Брюки так намокли, что прилипли к ногам, облегая сквозь чёрную тонкую ткань хорошо заметные крепкие мышцы. В аду он был первым разбешакой. Сын верховного демона Морина – правой руки Люцифера. Случайно зачатый, случайно рождённый. Батенька поначалу чурался его, после уже души не чаял. Маменька – красивая шлюха. Нет, элитная проститутка. Самая лучшая из грешниц, попавших в топку за последние сто лет. Вот и выбрал её демон для плотских утех. Да, заигрался, и зачалось дитя. Что вообще из ряда вон выходящее чёрное чудо в аду с мертвячкой и демоном. Хотел он избавиться от брюхатой девы, да не успел. Люцифер прознал, и не позволил убить нерождённое дитя.

– Ты что совсем обезумел от секса с этой девкой, чтобы убить своего отпрыска?

Дьявол нахмурился. Демон попытался оправдаться:

– Простите, хозяин, но это же невозможно заиметь дитя верховному демону от человеческой шлюхи? Куда мне его, как родится? – сделал шаг назад. На лице с тонкими чертами застыло недоумение подобно маске.

– Отдашь в закрытую школу неугодных демонят от высокопоставленных родителей. Ты – моя правая рука и золота имеешь достаточно, чтобы оплачивать его там пребывание и обучение. Вырастят, выучат до двадцатилетия и выбросят на землю.

Морин расширил глаза.

– На землю?

– Да. А как там вести себя будет, тебя уже не должно касаться. Если его судьба распорядится вернуться в ад, тогда и подумаем что с ним делать дальше. И чего он заслуживает. А если… захочет среди людей жить, так на то воля ада и получим мы его уже после мирской смерти в топку. Станет очередным рабочим чёртом.

– Не хочу я такой участи своему дитя. – Пробурчал, опуская голову с длинными волосами цвета адской бездны.

Люцифер улыбнулся, сверкнув огненным взглядом, однако не злым, а, даже если можно так выразиться в случае владыки ада, добрым.

– А если не хочешь, то будешь помогать своему дитя отсюда и вести его правильной дорогой, чтобы вернулся и стал управляющим демоном с собственным замком, а не мелким чёртом.

– А если девочка?

– Значит, выдадим замуж за высокопоставленного демона.

Глава 1. Земной ад

Юный демон огляделся: вдалеке находилось сооружение, похожее на свалку как ему показалось на первый взгляд после адских хором закрытой элитной школы. В аду он видел только её, а в ней высокие башни из добротного камня, натёртые до блеска чёрные полы, колонны соединяющие этажи, многочисленные каменные и металлические статуи существ из тёмного мира. Весь этот комфорт его былой жизни совсем не вязался с тем хламом, что увидел здесь и сейчас. Купались демонята там, в выдолбленном бассейне в виде костра, имели сауну и разные хамамы. В общем, жили на широкую ногу.

«Что это за место? Не понимаю, может, это выпускной экзамен такой?» – Мысли метались как огненные искры из дьявольской топки.

А в это время Люцифер наблюдал за ним в одном из зеркал мира.

– Что ж, демонёнок посмотрим, на что ты способен. – Бархатный голос дьявола пролетел по круглому чёрному помещению. За его спиной сразу появился верховный демон – отец «малыша».

– Владыка…

– Твой отпрыск уже на земле.

– Куда ад его забросил?

– В Лоргидон, только в его низины за стеной. Те горстки грешников, что там выжили, после их войны, сущие черти, даже женщины. Они борются за выживание, убивая друг друга. Едят такую гадость, что твоего сына, передёрнет от всего там.

– Так это параллельный мир от того, с которого к нам тоже грешники попадают! Почему туда ад его забросил? Он же может вообще не вернуться оттуда! Это не наша территория. Ей заведуют морды.

– Посмотрим, морды тоже иногда избавляются от самых лютых своих грешников, подкидывая к нам. По известной тебе причине. – Люцифер хитро прищурился.

– Кавин не привык к такому. И слава аду, что демоны вообще не нуждаются в пище.

– Мы не можем знать, оставил ли ад ему его способности, или он там обычный человек. – Дьявол повернулся, ухмыляясь.

– И всё же… низины Лоргидона это слишком для молодого демона.

– Таков путь твоего сына.

Отец на миг задумался.

– Кавин – сильный лидер. В школе все выли от него. Надеюсь, справится.

– Это у него от тебя, а вот менять грешниц, как перчатки, от матери.

Глаза демона вспыхнули гневными огоньками.

– Да, та шлюха меняла мужиков при жизни так много, что и стала зарабатывать на этом.

– Чувствуется твоя ревность, а ведь её души уже так давно нет.

– Она сама бросилась в клетку к вашим зверям, когда узнала, что не увидит никогда больше сына.

– Это хорошо, что демонёнок не знал такой матери и не получил дурного влияния воочию, генов хватает.

В Лоргидоне. Низина.

Кавин шёл уверенным широким шагом, хлюпая по лужам. Подошёл к странному сооружению и остановился.

«Похоже, на будку сторожевых дарингов в школе».

Тут от свалки отделились тени и медленно расползлись вокруг него. Сама свалка окружала эту территорию в форме подковы. Нагромождения разных предметов закрывали и так слабо-светящее солнце.

Дождь прекратился.

Тени достали из карманов ножи, цепи, камни.

Зоркий глаз демона уловил дюжину разного роста существ в тёмных плащах.

– Кто вы?

– А ты кто? – грубый юношеский голос с хрипотцой сразу дал понять ему, что перед ним парнишка.

– Я – Кавин сын верховного демона Морина, из элитной демонической школы. А вы, с какого отсека?

– Кто?! – ехидная интонация спрашивающего, заставила демона нахмуриться.

– Снимите капюшоны. Хочу видеть свое задание.

– Ты – дебил? Какое задание? Откуда ты вообще взялся?

– Михей, он, наверное, из элиты – мордов. Тех, что в крепости живут. Мирка же тоже из них, та, с которой ты дружишь. Как появится, узнай, из ихних этот или нет.

– Возможно, он даже чем-то похож на Миру, чистенький, богатенький птенчик, выпал из уютного гнезда. – Вперёд вышел высокий худощавый парень, подошёл ближе и снял капюшон.

Кавин сузил глаза, разглядывая его: на вид не старше него, может, даже младше. Смуглый, грязный, нежные черты лица.

– Ты не похож на чёрта, больше на… – хотел ляпнуть красавчика демона как все они, но решил сказать другое… человека. Вы – грешники из топки?

– Точно дебил. Да, малыш, мы – грешники и нам очень нравятся твои ботинки.

– А мне пояс! Миха, отдай его пояс. Супер рогатый монстр на пряхе.

Парни угрожающе двинулись к чужаку. Их вожак Михей попытался схватить его, однако не смог. Рука пролетела мимо, так как чужак быстро увернулся и атаковал ударом кулака. Михей отлетел и плюхнулся на спину в лужу, хотя для него это было очень странным. Он самый сильный среди всех в низине, и даже сильнее многих мордов, с кем они иногда сталкивались. Мог сделать лепёшку из любого, но не в этом случае. У вожака округлились глаза.

– Это… невозможно. – Опешив, процедил.

Другие – с криком бросились на непрошеного гостя, тем более, тоже пребывая в неподдельном шоке, что их сильнейшего лёгким ударом отбросил какой-то чужак. Кавин не растерялся, и разбросал всех разьярённых парней как перья из подушки. И только один из них пострадал смертельно, потому что попытался зарезать юного демона. Тот, недолго думая, вырвал у него сердце и так и остался с ним в правой руке как с трофеем.

– Эй, кажется, я выполнил задание, забирайте уже меня из этой дыры! – Проорал, в надежде, что ад его слышит и это дело надоедливого препода, наказавшего за неповиновение.

Напавшие парни так и не поняли, что и кому он орёт, однако все отползли в стороны при виде такой жестокой расправы с товарищем. Они молча смотрели на него исподлобья, пытаясь осознать, откуда же такая силища в этом смазливом чужаке. Вожак так вообще ещё не мог, прийти в себя.

«Никогда ещё никто не мог противостоять мне!» – Пронеслось в его мыслях и, похоже, вся его команда придерживалась того же мнения.

– Сильный гость. – Послышался мягкий женский голос за спиной демона.

Он медленно развернулся и столкнулся взглядом с девушкой в похожем чёрном плаще и глубоком капюшоне как у всех тут. Она подняла голову, капюшон чуть сполз назад и их глаза встретились: её тёмно – зелёные, как малахит, и его глубоко – карие с багровым отсветом. – Кто он? – перевела заинтересованный взгляд на парней.

– Не знаем, – процедили некоторые из них и отплюнулись кровью в грязь. – Хорошо хоть зубы на месте. Бешеный придурок.

– Мира, мы думали он из ваших. Чересчур смелый и дерзкий. – Михей уже встал и отряхивался.

– Нет. Не из наших. Впервые его вижу.

– О чём вы вообще? Кто такие – ваши и наши? – демон начал нервничать, не понимая, что толком происходит.

Девушка как кошка легко спрыгнула со стены и плавной походкой подошла. Он невольно отметил её идеальную фигуру под мокрым облегающим плащом.

«Фигуристая чертовка. Может, поиграю с ней сегодня?» – пошлые мысли сразу дали о себе знать.

– Наши это элита Лоргидона морды, а они… – указала коротким кивком головы на парней. – Низший слой. Я – дочь главы мордов Волбрана, а это – Михей – вожак своей боевой стаи. Мой друг. Мы наводим здесь порядки и грабим залётных.

Брови демона взметнулись.

– Лоргидон?! Это… ваш город? – окинул взглядом трущобы.

– Да. А ты откуда? На сотню миль отсюда мы не знаем ни одного другого города. Кругом пустыня и зыбучие пески.

– Я… из ада, – распрямился до хруста в позвоночнике и высоко поднял голову. – Сын верховного демона Морина и… человеческой шлюхи.

Девушка всё также с неподдельным интересом обошла его по кругу.

– Ад это твой город?

Кавин даже растерялся от этого вопроса.

– Что ты молчишь? Где он этот ад? За песками? А как тогда ты добрался сюда?

– Твою мать. – Выдохнул. – Еб*нуться, так меня забросили в эту дыру! Только зачем? Что я должен здесь сделать, чтобы вернуться?

Девушка внимательно рассматривала его.

– Ты как-то странно разговариваешь.

– Что ты имеешь в виду?

– Еб*нуться, это как?

Вопрос заставил его ухмыльнуться.

– А это… Не обращай внимания. У нас все так общаются, от чертей нахватались, а те от грешников. Правда, у нас запрещено так выражаться. Наказывают. Вот и меня, наверное, наказали.

Кавин всё ещё держал сердце. Кровь капала на землю.

– Этот чужак убил Морка! – прогундосил один из парней.

Девушка перевела взгляд на его кровавую руку.

– Что ж, жаль Морка, но слабых – наш мир не терпит. Сожгите его тело.

Михей сплюнул и заложил руки в карманы изрядно потёртых брюк.

– Ладно, туда ему и дорога. Он давно меня раздражал. Только что делать с чужаком? Мне тут явно не до ещё одного рта. Итак, дариков мало. Может… его на ужин?

Демон заметно побагровел.

– Я ничего не ем, а если вы посмеете подойти ко мне, соберу ожерелье из ваших внутренних органов.

Парни невольно сделали шаг назад.

– Куда дорбаки плешивые! – крикнул Михей.

Мира с полным хладнокровием протянула руку чужаку. Тот не понял её жеста, о чём сказало его недоумение.

– Отдай сердце.

– Зачем?

– Это вкусно.

– Что?! Вы едите себе подобных?

– В нашем мире съедобно всё с некоторых пор. Откуда в тебе такая сила, что смог вырвать его сердце и оттолкнуть Михея? Он тут самый сильный.

– Я же говорил. Я – демон. Нам многое подвластно. А кто такие эти?..

– Кто?

– Дарики и другие.

– Дарики это мелкие грызуны, вонючие с длинными хвостами. Всё грызут, что плохо лежит. Самая плохая пища. Однако когда другой нет, всем приходится довольствоваться ими. Михей не прав. Их много. И плодятся как безумные. А дорбаки – это большие мохнатые звери с острыми зубами. Они часто нападают на людей, утаскивают к себе и сжирают. Лоргидон сильно пострадал год назад после падения огромного метеорита. Произошло землетрясение и разбушевавшиеся стихии смели большую часть поселений, было много жертв, вернее жителей осталось совсем мало. Морды отделили элиту от низов и перекрыли город высокой стеной. Нам запрещено встречаться друг с другом, делить добычу и вообще закон требует низам держаться подальше от стены.

– А как же ты? – сузил глаза и вложил орган ей в ладонь.

– Я?.. Непослушная дочь, – её губы тронула легкая улыбка. – Часто выходила за стену на охоту и как-то нарвалась на Михея с его бандой. Мы подрались, а после подружились.

Демон с презрением оглядел горстку грязных парней.

– Эта банда?

– Нет. – Вмешался сам Михей. В моей банде все низы. Нас сотни. А Мира… моя. – Глаза вожака выражали негодование.

Кавин нахмурился, в глазах тоже вспыхнули гневные огоньки.

Михей даже дёрнулся как от ожога.

– Ч-что с твоими глазами?

– Демон я, твою мать, де-мон.

Он сделал короткие махи кулаками, и они загорелись как маленькие костры. Размахнулся и швырнул огненный шар в одно из нагромождений. Часть свалки загорелась, несмотря на повышенную влажность после дождя. Парни насторожились.

– Он…

– Не че-ло-век. – Протянули.

– Да, бл*дь совсем не человек.

Тут вмешалась девушка:

– Стоп! Михей! Я не твоя. И ты это хорошо знаешь. А ты, – повернулась к чужаку. – Угомонись. Не человек и ладно. Ещё и лучше. Мы не понимаем кто ты и откуда, но твои умения здесь очень кстати. Поможешь нам – мордам в борьбе с харбами?

– Это ещё кто? – свёл брови.

– Наши враги. Живут в городе Жоринге. Нападают, убивают и низов, и элиту, если мы выходим за стену что запрещено. Берут в плен, в рабы. Насилуют женщин. Кровожадные твари.

– Я…

Тут загудела вышка в Лоргидоне, кружась, как шар, освещая весь низ за стеной.

– Мне пора! Сбор мордов на собрание. Скорее всего, харды на горизонте. Михей, прячь своих. Бежим.

Она помчалась к стене. Демон выбрал сразу сторону в силу своего происхождения и рванул за ней.

Девушка неслась похлеще него. Он даже удивился.

– Подожди, я с тобой!

Она оглянулась, оббегая кучу металлома, камней и прочего мусора.

– Куда придурок? Глава мордов – мой отец тебя казнит.

– Не посмеет.

Кавин поравнялся с ней.

Гудок повторился.

– Блин, я опаздываю.

– Где главный вход?

– Туда нельзя. Меня не должны видеть.

– Тогда где чёрный выход?

– Там. – Она указал вдаль.

Бежать им ещё очень немало.

Он, недолго думая, подхватил её на руки.

– Что ты делаешь недоумок?

– Закрой рот, иначе сломаю шею. Так будет быстрее. – Процедил и подпрыгнул.

Девушка только рот успела открыть, как они оказались уже на стене.

Демон мгновенно спрыгнул с той стороны и спрятался в кустах в момент света пробежавшего по ним.

– Ты… – казалось, она закипает от всего происходящего, глаза выдавали всю бурю эмоций.

– Я – демон. – Снова повторил то же самое, что пытался уже всем разъяснить.

– Нас не заметили. Поставь меня на землю. – Прошипела.

Он опустил девушку и ненароком уставился на её высокую грудь, поднимающуюся от глубокого дыхания.

– Куда смотришь?

Его рука поднялась к её щеке. Она ощутила такой жар от ладони этого чужака, что сердце заколотилось ещё сильнее. Отпрянула и чуть не упала, зацепившись за корягу. Кавин удержал девушку за спину и приблизил лицо, обдавая горячим дыханием девичьи губы.

– А ты аппетитная.

– Не вздумай меня сожрать. Я – дочь главы.

– Я не ем людей.

Тут она вспомнила о сердце в левой руке.

– Мне его поджарят с листьями макении.

Демон приподнял бровь.

– Это душистая специя. Очень дорогая.

– Ясно. Людоедка мелкая.

– Мне восемнадцать. И да, я ем всё. У нас очень мало пищи. Не знаю, куда тебя спрятать.

– Думаю, твоя комната подойдёт лучше всего. – Ухмыльнулся, обнажая лукавые ямочки на щеках. В глазах запрыгали озорные огоньки.

– Не смей даже думать об этом.

– О чём? – его улыбка стала шире. – А – а, ты о сексе. Сколько у тебя уже было мужчин? Поверь, я буду лучшим.

Девушка размахнулась, чтобы ударить его кулаком. Кавин перехватил руку и завёл ей за спину. В итоге их губы оказались так близко, что она укусила его за нижнюю. Он слизал капельку крови.

– Ты предпочитаешь поиграть?

– Отпусти. – Всё также прошипела.

– Почему? Мы можем начать здесь. Уютное тёмное место.

Его левая рука прижала её тело к своему. Мира ощутила каменное орудие любви внизу живота. Жар, исходящий от него, притягательная внешность и напористость окунула в жаркую пучину грешных мыслей. Она почувствовала озноб и странную тяжесть где-то на уровне лобка. Его хищная улыбка завораживала. Однако боевой дух победил, и так как в её левой руке было ценное человеческое сердце, ударила его коленом в пах.

Это было неожиданно и больно даже для демона.

– Чертовская бестия.

Выпустил, сверкая огненными глазами.

Девушка побежала близко у стены, прижимаясь к ней, чтобы не попасть под свет от шара из смотровой вышки.

Он просто ждал, глядя как она быстро крадётся. Улыбка блуждала на лице. «Огненная штучка. Интересно, она так себе цену набивает? Я могу заплатить».

Пошарил по карманам, где всегда у него находились самоцветы и крошечные золотые слитки – валюта ада.

Девушка уже открыла маленькую дверцу в крепость и только хотела прошмыгнуть, как он оказался за спиной и, обняв за талию, вошёл вместе с ней.

– Как?.. – в испуге оглянулась.

Он приставил указательный палец ей на губы.

– Т-с-с. Я – де-мон. Помнишь? – прошептал.

Она кивнула.

– Мы идём к тебе.

– Не смей трогать меня.

– Ты хочешь поиграть?

– Нет.

– Тогда что не так? Я – красив, богат и чертовски сексуален. Буду еб*ть как захочешь.

– Хватит. Я… никогда… мне… не нужно это. И хватит говорить такие гадости. У нас так не выражаются.

Он ухмыльнулся от уха до уха.

– Ты девственница?

Мира покраснела.

Демон, несмотря на темноту, увидел пунцовый цвет её щёк.

– Не ожидал. Прости. В аду почти нет девственниц. Грешницы все шлюхи, а демоницы спят с кем хотят. И только единицы блюдут целомудренность.

Девушка заметно вздохнула.

– Отлично. Значит, этот вопрос исчерпан.

Он продолжал довольно скалиться.

– Как сказать, как сказать. Возможно, ты сама захочешь.

– Отстань придурок озабоченный.

Кавин снова зажал её со спины и укусил за мочку уха. Она взвизгнула и тут же прикрыла рот рукой.

– Не смей меня оскорблять. Я не говорил, что снял вопрос нашего сближения. Просто буду немного нежнее с тобой.

Мира молча кивнула в сторону коридора – каменного туннеля с неровными стенами. Там показались тени с факелами.

– Вог, я что-то слышал.

– Я тоже. Похоже, там… – охранник указал на затемнённое место, где стояли они.

– Пошли, посмотрим. Глава приказал собрать всех на главной площади, даже грязных поварят.

Сердце девушки заколотилось, подбираясь к горлу. Демон медленно провёл одной рукой ей по груди до шеи и взял за горло, а второй – прижал к себе. Она затряслась, как загнанный дарик, понимая, что сейчас их найдут и тогда наказание неизбежно. А оно будет суровым, даже для неё. Отец никого не щадит в назидание другим.

Охранники подошли и в момент настороженного взгляда за угол, что-то тёмное прошмыгнуло так молниеносно мимо них, что они дёрнулись.

– Вог. Что это было?!

Тот пожал плечами.

– Я не понял. Может дарики шумят в углу. Пошли наверх. Глава казнит, если опоздаем.

Они быстрым шагом направились обратно по туннелю к корявым старым ступеням.

Кавин уже находился в следующем коридоре, продолжая держать девушку таким необычным образом за горло.

– Отпусти… – прохрипела.

Он выпустил её.

Она схватилась за шею свободной рукой.

– Как?..

– Забыла? – Его улыбка уже начала бесить её. А горящие глаза в кромешной темноте были как раз кстати.

– Да – да, ты – демон. Но зачем держать за горло? Я что бешеный дорбак?

– Мы в аду в нашей школе так дарингов держали, когда надо было с ними телепортироваться в другой класс.

– Это кто?

– Большие, мохнатые, хищные псы. Наверное, похожи на ваших дорбаков.

– Ясно. Будь впредь аккуратнее, я всё-таки, девушка, хоть и смелая.

– Тебе не пора на главную площадь?

– Ой, пора.

– Беги, я сам найду твою комнату.

– Как? – её и так не узкие глаза, ещё больше расширились.

– По запаху.

– Я не имею никакого запаха!

– Все его имеют. Иди, а то опоздаешь.

Она фыркнула и побежала.

Он оскалился.

«Никогда не встречал таких смешных девчонок. Были юные грешницы, даже младше, но ни одной такой. Пахнет приятно. Совсем иной запах, чем у грешниц. Тонкий, ароматный, даже не знаю с чем сравнить. Ладно, пойду, поищу её комнату». – Голову распирало от мыслей о ней, этом мире, мордах, харбах.

Кавин пролетел три этажа кривых тёмных туннелей и вылетел в первый зал. Огляделся – никого. Высокие колонны с лепниной держали огромную лестницу, выходящую направо и налево, имея вид арки. Цвета стен выдержаны в тёмно-дубовом тоне. На ступенях находился достаточно толстый тяжёлый ковёр. Он поднялся за доли минуты по сотням ступеней и оказался в очередном выходе к следующему залу. Прошёл до центра. Глаза уставились на множество картин с пейзажами. Память нарисовала адские пейзажи, которые видел за пределами школы, когда сбегал через забор, побродить по аду, эти не сильно отличались, тоже были тёмными. Скальные насыпи, острые камни, грубые крепости разного размера, костры, и только одна картина особо привлекла внимание: ночное звёздное небо. Он подошёл ближе и невольно потрогал звёзды.

Глава 2. Знакомство с главой мордов

– Нравится?

Мужской низкий голос заставил его резко развернуться.

В глазах демона вспыхнули огоньки скорее от неожиданности, чем от чего-либо другого.

– Да. Что это?

– Небо. Ты никогда его не видел?

Тот отрицательно покачал головой, чувствуя от этого очень высокого и крупного мужчины некую воинственность, гордость, силу.

– Вам не надо быть на главной площади?

Мужчина сделал шаг к нему.

– А тебе?

– Я не из этого мира.

– Да?! А я подумал, что ты из каких-то подземных жителей, о которых мы не знаем, потому что точно не морд. Как ты здесь оказался?

– А вы кто? Почему не спешите?

– Ты много задаёшь вопросов для мальчишки. Я – глава мордов. Имя моё – Волбран.

Демон опешил.

«Вот нарвался. Что же сказать?» – пронеслось в голове, глаза вспыхнули сильнее.

– Правду.

– Что? Вы…

– Нет, я не читаю твоих мыслей, просто прозорлив в силу своего положения. Мне многое подвластно. Я чувствую в тебе невероятную силу, даже скорее мощь. Ты можешь весь наш мир смести с лица земли, если рассвирепеешь. Однако, нам это не нужно. Поэтому хочу узнать больше о тебе и предложить дружбу.

– Ого. Впервые слышу, чтобы человек был так прозорлив. Хотя я тоже ощущаю в вас силу. Как от нашего ректора.

– Так откуда ты?

– Из ада. Я – демон. Сын верховного демона Морина.

– Ясно. – Его губы тронула лёгкая улыбка. – Я тоже.

– Да ладно. – Глаза юного демона расширились. Огненная дужка стала ярче. – А как же ваша дочь? Она же точно человек. И как вы тут оказались? А почему не вернулись?

Глава усмехнулся.

– Мальчишка, хоть и демон. Ты закидал меня вопросами.

– Мира человек только наполовину. Я, судя по всему, завершал ту же школу, что и ты. Для элитных полукровок. Стал воинственным демоном. Вёл успешную карьеру. В тридцать владыка меня перебросил сюда на задание, думаю, также как и тебя сейчас. Здесь я нашёл свою судьбу, любовь и не стал делать попыток возвращаться. Проживу человеческую жизнь, так как своим выбором отказался от бессмертия и попаду в адскую топку уже естественным путём. А там как Люцифер решит.

– Ох*еть! Я не хочу такого. Я хочу вернуться.

– Это тебе решать, когда придёт время. И искорени из своей речи эти ругательства. Здесь тебя никто не поймет.

Тот кивнул.

– Идём, представлю тебя остальным. Кстати, попрошу об одном.

Демон вопросительно посмотрел на него.

– Не трогай мою дочь. Пусть она останется человеком здесь и проживёт достойно жизнь.

– Насколько я понял в ней ваша демоническая кровь смешалась с человеческой. Также как и у меня, и у вас.

– Да.

– Тогда она тоже сама сделает выбор, когда обо всём узнает, стать ей демоницей в аду, или остаться мясом для кого-то тут.

– Перестань. Она не станет мясом. В ней есть сила и смелость. И Мира не должна узнать этого. Ей не надо делать выбор. Тем более что ад сам решает кто и чего достоин.

– Не беспокойтесь, я ничего не скажу ей. Это не моё дело.

– Верю тебе.

Они шли вниз по совершенно другим ступеням: гладким, чёрным, начищенным до блеска, с противоположной стороны первых.

Кавин невольно разглядывал интерьер, всё-таки в аду такого нет. Стены украшали тяжёлые занавеси тёмного цвета с золотыми плетёными шнурами. По углам стояли скульптуры странных хищных существ с человеческой фигурой, однако головы были монстров, статуи животных и женщин.

– Кто они? – указал на фигуры монстров.

Глава сжал перилла до хруста в костяшках.

– Харды. – Процедил. – Проклятые твари.

– Мира говорила о них, жестокие, ваши враги. Они не люди?

– Они убили её мать. Люди, только мрази, поэтому наши художники и скульпторы изображают их в таком виде.

Демон промолчал, понимая боль главы.

Тот продолжил сам:

– Она была красивой, смелой. Её похитили харды. Изнасиловали и убили. А мне прислали голову.

– Мира похожа на неё?

– Очень во многом, но седой цвет волос это от меня. Морды долго совали нос в это, потому что не естественный, не человеческий, но я закрыл всем рты.

– А я толком ещё не разглядел её волос. Она была в капюшоне. И как же вы это объяснили?

– Объяснил, что в моём роду были предки с таким цветом. Особый ген.

– Поверили?

– Скорее всего, нет, однако рты закрылись. Мира часто в капюшоне, особенно если ночью выходит в сад на прогулку. Они серебрятся в темноте. Истинно демоническая особенность.

Кавин кивнул.

– У демониц разный цвет волос, но такие тоже редкость.

Перед ними распахнули двери двое охранников – мускулистых мордов. И они вышли на широкий балкон. Демон окинул беглым взглядом сотни людей: почти все высокие, крупные, даже женщины. Одеты в кожаные вещи разного цвета. Его это несколько удивило.

– Почему все в коже? – вырвался вопрос, когда уже в принципе надо было помолчать.

– Здесь всегда прохладно, солнце светит слабо, растений почти нет. Мне этот климат зашёл.

– Странно для бывшего демона.

– Кому как.

Он поднял руку в чёрной перчатке.

Народ смолк и уставился на главу и молодого человека рядом.

– Морды! Я созвал вас, чтобы предупредить. Зеркальный шар показал, что завтра на рассвете нападут харды на низы. Будет много жертв и рабов. Не выходите за стену. Не по каким делам.

– Как? Вы так легко дадите погибнуть множеству низов? – воскликнул Кавин, искренне удивляясь. В его мыслях пролетел образ Михея. Нет, ему было плевать на него, но тот являлся другом Миры, а друзья даже в аду ценились на вес душ.

Морды перевели заинтересованные взгляды на него.

Глава потрепал его по волосам, показывая всем своё расположение к нему. Мира опешила, находясь там же, впереди всех, сидя на мохнатом звере.

– Это Кавин. Наш гость и друг. Он чужак, прибыл издалека. Гораздо дальше, чем где обитают харды. Парнишка обладает уникальными способностями и силами не подвластными нашим разумам. Мы надеемся, что наш гость будет на нашей стороне.

Девушка затаила дыхание. Также как и все остальные.

Юный демон понял, что сейчас его выход.

– Я буду на вашей стороне, но не позволю этим тварям убивать и низы. Они тоже люди. И также являются частью вашего мира. Разве среди них нет ваших друзей? – в его глазах вспыхнули огоньки.

Морды, увидев это, насторожились.

Глава буравил всех тяжелым взглядом. Все молчали. Никто бы не осмелился выдать тайну: многие дружили с низами. Помогали им едой, вещами. Стена делила город, но не сердца и души людей.

– Видишь, морды не водятся с низами. Так что будь спокоен. Если харды полезут на стену, что уже было, защити мордов. Защитишь? – сузил глаза, уставившись на него. Волбран давно уже научился управлять силой воли над своими огненными вспышками в глазах.

Кавин кивнул.

– Скажи это.

– Я попытаюсь защитить всех! И мордов, и низы.

Главе не нравилось решение юного демона, но ему пришлось подавить недовольство, так как морды нуждались в таком помощнике.

Он показал рукой, что собрание завершено и отвернулся. Вышел и сразу отдал приказ слугам, находящимся у стен.

– Отвести нашего гостя в баню, а после в зеленые покои.

Слуги поклонились. Кавин пошёл за ними. В аду он купался в подземных бездонных озёрах. Здесь его привели в баню вниз замка, и оставили. Он прошёл в огромное помещение. Посередине находился бассейн, по виду похож на природный. Валуны вокруг указывали на дикий оазис. С одной стороны – небольшая скала, с которой стекала кристально чистая вода, с другой глубокое углубление в виде большой чаши для купания.

– Ледяная, наверное. – Пробубнил, разделся и по ступеням вошёл в бассейн. Вода оказалась горячей. Он с удовольствием проплыл несколько раз. Закрыл глаза и, расслабившись, зацепился за один край, пытаясь, обдумать произошедшее.

– Ничего себе, какой ты раскрашенный!

Внезапный голос Миры заставил его оглянуться.

– Вы купаетесь вместе с мужчинами?! – его глаза полезли на лоб при присутствии дочери главы.

Девушка ехидно улыбнулась.

– Ты обезумел?! Нет, конечно, просто тоже хотела освежиться, а тут ты. Баня у нас одна. Купайся, приду позже.

Она отвернулась и только хотела уйти, как была зажата сзади крепкими объятиями.

– Мы такими рождаемся. – Ответил, почти у мочки её уха, обдавая горячим дыхание. – Разве у тебя нет татуировок?

– Отпусти. Нет у меня ничего такого.

– Значит, они ещё проявятся.

– О чём ты? Отпусти, ты мокрый!

– Так не о чём. Забудь. Я не только мокрый, а ещё и…

Девушка замерла, начиная осознавать, что он, наверное, ещё и голый. Сердце заколотилось, щёки загорелись, по внутренностям пробежал до этого совсем не знакомый огонёк.

Демон резко развернул её к себе. Она зажмурилась.

– Открой глаза.

Его властный голос окутывал каким-то туманом. А ей не хотелось плыть под его взглядом, да ещё и увидеть нагого.

– Я сказал, открой.

– Не хочу.

– Посмотри на меня.

– З-зачем?

– Я так хочу.

– Н-не могу.

– Я ничего тебе не сделаю. Только взгляни.

Девушка робко открыла сначала один глаз, после второй и уставилась на его грудь. Рельефные мышцы были густо украшены темными орнаментами. Тут они внезапно стали живыми, расползлись и посередине груди выполз змей, хищные жёлтые глаза буравили её. Он открыл пасть и зашипел.

Она отпрянула, даже не опуская глаз ниже.

– Что это?

– Моя сущность. Наши татуировки с рождения и, да, они иногда оживают. Мой змей пришёл познакомиться с тобой.

– Я… ему не понравилась?

– Почему ты так решила?

– Он же зашипел.

– А теперь?

Мира увидела, как змей прополз по всей его груди, свернулся и растворился во вновь заползающих орнаментах. Она подняла глаза на лицо демона.

– Что это значит?

– Понравилась, иначе он бы укусил тебя.

– Смертельно?

– Нет. Но я бы сразу понял, что ты мне враг.

Тут до неё дошло, что пора ретироваться.

– Мне пора.

Она убежала. Кавин выставил руки в бока и рассмеялся.

– Невинная демоница.

Глава 3. Харды

– Вожак, мы в этот раз хорошо вооружены, чтобы смести с лица земли эти низы и мордов.

На грубый голос входящего в походный шатёр, повернулся мужчина. Распрямил круглую тяжёлую спину до хруста в позвоночнике. Потянулся, выставив руки вверх, и тряхнул густыми волосами как гривой.

– Ты прав Лаг. Пора этим говноедам наподдать серьёзно. Да и баб надо бы собрать новых. А то наших рабынь уже решетом сделали. Нет ни одной не раздолбанной во все дыры. Чего они так орали сегодня, что я не выспался?

Глаза вожака тёмные, как бездна, уставились на подручного.

– Так вы же сами вчера разрешили всему отряду поиметь рабынь, как хотят. Парни всех забрали с собой и имели по-разному.

– Я вчера перепил. Ну и что? А чего верещали так? Не в первой же.

Подручный потупился.

– Говори.

– Парням скучно было. Баб привязали распластанными и имели их всем, что под руку попалось. Бутылки и даже кости дорбаков. Игра затянулась. Многих повредили.

– Идиоты! Бабы же нужны нам! Пока найдём новых. Где они?

Тот замолчал.

Вожак оттолкнул его и вышел из шатра. Прошёл широким шагом через походное поселение и вошёл в шатёр женщин.

Десяток несчастных обнажённых рабынь лежали на грязном полу. Некоторые без сознания. Другие – постанывали. Тела были в синяках, кровоподтёках и ссадинах.

Он наклонился к одной и, расставив ноги, посмотрел на половые органы.

– Идиоты… эта не жилец.

Посмотрел ещё нескольких. Та же кровавая картина.

Подручный уже стоял за ним.

– Убить всех, чтобы не мучились.

Лаг передал приказ вожака остальным. Женщин выволокли на середину, сбросили в кучу, облили горючей жидкостью и запалили.

Вожак наблюдал, как горят рабыни. Их крики напомнили ему ту, которую он имел в рабынях много лет назад.

«Да, лишь одну бабу я любил. Жену главы мордов. Красивая, смелая девка. Как я упивался насилием над ней, но никогда не рвал, как мои идиоты порвали этих рабынь. Любил. Дура. Спрыгнула с вершины моего замка. До сих пор не знаю, как она туда взобралась. С тех пор не нахожу себе места. Сравниваю всех баб с ней. Нет таких. Она была одна такой. Может… я бы даже женился на ней. Заимел детей. Дура она и есть дура».

– Гон. Когда наступаем? – раздался низкий барритон за его могучей спиной.

Вожак смотрел в огонь и не отвечал: чёрная кожаная одежда сливалась с всеобщим мраком и только огненные блики отражались в ней как в зеркале. В ноздри ударил запах палёного человеческого мяса и волос.

– Гон…

Ещё раз позвал вожака подручный.

Тот перевёл тяжелый взгляд на него. Зрачки расширились так, что заполонили всю радужку.

– Зачем вы их так порвали? – в его низком грубом голосе слышалось некое сожаление.

– Прости. Заигрались. Парни засовывали в них бутылки наперегонки и не рассчитали силы.

– Теперь вам некого иметь. Яйца отвалятся.

– Но мы же наберём новых? От этих уже не было никакой пользы. Как в корыто долбились.

– Потому что долбить надо поочерёдно с перерывами, а не всем скопом сразу! – проорал. – Выступаем. Всех девок, что соберёте, приведёте ко мне. Выберу для себя лучших.

Лаг сделал поклон головой: засаленные локоны упали на низкий лоб. Весь отряд стоял чуть поодаль в напряжении, зная крутой нрав вожака. Он и сам был не прочь насилия, но не разрешал так издеваться над женщинами. Вожак изменился после того случая, когда его любимую рабыню изнасиловала дюжина пьяных воинов после удачного налёта на низов, и порвала. Он казнил их на глазах у всех харбов. Все тогда осознали, что Гон любил ту фигуристую блондинку – жену главы мордов. Об этом долго перешёптывались, и каждый хард знал, что вожак ищет похожую на неё. Прошло пятнадцать лет с того дня, однако они так и не нашли не одну женщину хотя бы отдалённо напоминающую ту рабыню.

Сотни грязных, косматых хардов двинулись в сторону Лоргидона города элиты, разделённого мордами на две территории: их и низов.

Со стороны они могли показаться чёрными демонами: кожаные вещи с металлическими шипами на плечах, поясах, буцах. Мускулистые, мощные руки украшали браслеты из той же кожи с различными устрашающими чудищами из металла с драгоценными камнями. Харды жили грабежом и поэтому были богаты. Низам в Лоргидоне тоже приходилось добывать себе пропитание и даже вещи воровством и нападением на всех проезжих город. Другие расы уже передавали из уст в уста что Лоргидон, и обширная территория хардов за ним, кишит бандитизмом. По улицам часто бродили дикие дорбаки и сжирали несчастных. А дарики вообще путались под ногами, пытаясь отгрызть носки туфель, чтобы добраться до свежего мяса. Последних – хоть часто отлавливали низы для пропитания, хотя легче от этого никому не становилось. Мелкие противные грызуны плодились без остановки и издавали голодные писклявые звуки. Город до стены мордов погряз в грязи, крови, похоти, голоде и убийствах. Морды же жили в чистоте и в принципе особо не бедствовали, хотя и не переедали. Они выращивали на собственной ферме гардинов – мясистых животных. Их мясо – сочное и сладковатое шло в пищу. Однако делилось строго по килограммам на каждую семью раз в неделю. Постройки мордов тоже сильно отличались от низов: величественные замки с остроконечными крышами и множественными винтовыми лестницами, будто пытались дорасти до всегда сероватого неба. Кожа всех жителей этого мира имела бледный цвет с неким сероватым оттенком. Большие глаза, чаще тёмного цвета сильно выделялись на бледных лицах. Мира тоже была бледна, однако, когда сердилась, быстро краснела, и, как ей казалось, даже нагревалась. Поначалу думала, что это болезнь и пугалась. Но врачи мордов объяснили, что девушка полностью здорова и обладает такой экстраординарной особенностью. В особые моменты гнева даже могла нагреться до температуры сорока градусов и более. Отец знал, почему такое происходит с его дочерью, но всегда помалкивал, не желая, чтобы она узнала правду. Ему нравилось в этом мире, и он хотел, чтобы и дочь навсегда осталась в нём, так как в аду её ждёт участь рядовой жены демона. А таковые сидят дома в крепости и только рожают детей. Никакого будущего. Никакого развития. Ган желал видеть Миру главнокомандующей его гарнизона, раз сына у него не было. Девушку с детства воспитывали воинственной бесстрашной девой. Она могла, и сама напасть на дорбаков и оторвать голову или вырвать сердце. Такими силами обладала только Мира и поэтому когда увидела подобное в чужаке, не сильно изумилась. Девушка всегда подозревала, что не одна такая особенная, и когда-то встретит похожего человека. И встретила… только ещё не совсем осознала, что Кавин не человек. Слово: «демон» воспринимала как-то по иному – особенный, мега – сильный, сильнее хардов. Сильнее её.

Харды сметали на своём пути всё, что попадалось по руку, или под тяжелую пяту. Корявые растение, пытающиеся хоть как-то расти в этой малосолнечной местности, безжалостно вырывались, ломались, секлись различным подручным оружием. Каменные насыпи разлетались, как живые. Свалки мусора тоже не оставались не тронутыми. В них искалось что-то ценное. Где-то даже находилось. Дариков они не боялись и не питались ими. Многих изрубили на куски, других – задавили. Зверьки, хоть и были тупы, как камни, однако инстинкт самосохранения имели и попрятались по норам. Люди из низов не все находились в банде Михея, многие были одиночками, прятавшимися в свалках. Харды разворошили близлежащую территорию перед Лоргидоном на клочки.

– Бабы, ловите их! – орали, увидев дюжину убегающих людей из низов. Те, заметив кровожадных варваров, бросились врассыпную. Бежали мимо свалок, забегали в тёмные разваленные ниши, пытались спрятаться, но тщетно.

Харды кинулись на них как бешеные дорбаки. Вытащили трясущихся людей. Среди них оказались пятеро мужчин. Крики, смешки, издевательства грубых хардов довели захваченную кучку низов до отчаянных воплей.

– Заткните им пасти! Мужиков убейте. Баб тащите сюда! – проорал вожак.

Харды мгновенно порвали мужчин: кому голову оторвали, кого сломали как тростинку, у кого вырвали кадык. Ноги хардов расползались в грязной жиже после очередного ливня и крови несчастных. Женщины от ужаса потеряли дар речи и вообще перестали кричать. Пришло понимание предстоящей страшной участи.

Их похватали за волосы и, как мешки, потащили по грязи к вожаку. Он обошёл добычу, ковырнул носком ботинок каждую. Наклонился к одной и, перехватив волосы у державшего, приподнял ей лицо, с толикой интереса заглядывая в него.

– Жаль, – заметно вздохнул. – Я уж подумал, эта похожа на мою покойную рабыню. Но нет. Лишь показалось. – Распрямился и оглядел хардов. Те сверкали хищными глазами, разглядывая испуганных женщин в уже разорванной одежде.

– Вижу, что вы уже слюнями обтекаете при виде свежего «мяса». Для меня все они точно всего лишь мясо. Ни одной не хочу. Можете повеселиться, только не переусердствуйте. Новые рабыни вам самим нужны.

Харды с нескрываемой радостью бросились к ним и разорвали остатки одежды. Женщин хватали за гениталии, жмакали до синяков и впихивались во все стороны одновременно. Какой-там не переусердствовать?! Это было бесполезно им говорить, если вожак назвал улов «мясом».

Он отошёл от оргии и направился дальше. Лаг тоже участвовал там же, но увидев, что хозяин уходит, сделал несколько глубоких толчков, кончил, заправился и пошёл за ним.

Харды насиловали их, не давая передышки.

Вожак безразлично уставился в серое небо.

– Гон…

– Их крики ласкают мои нервы.

– Харды разорвут девок.

– Пусть делают что хотят.

– Но ведь вы приказали оставить этих рабынь в живых.

– Плевать. Новых найдём. Пусть парни расслабятся.

– Вы…

– Да. Столько лет прошло, а я всё не могу её забыть. Если б она знала, как я покарал насильников. Но Далия уже тогда убила себя. Насилие мной она ещё как-то сносила, а вот моими воинами довело её до самоубийства.

– Я помню, как вы жестоко казнили их, в назидание другим. Однако эти харды юны и горячи. Они ничего не видели и не знают, что и их ждёт, если посмеют тронуть ваше.

– Моего пока нет. Все бабы общие. Мне не одна больше так не понравилась как Далия за эти годы. Всё, пора идти на мордов. Передай приказ, чтобы завершали.

Лаг ушёл, передать приказ, а когда увидел, что харды сделали с женщинами, опешил.

– Вы – безмозглые твари! Вожак оторвёт вам члены и руки. Что с рабынями? Почему все сдыхают?

Один из них промямлил:

– Дар и Жор начали избивать их кожаными хлыстами. Остальные подхватили игру.

– Идиоты! Гон не позволял так издеваться над ними.

Вожак, услышав крик подручного, пошёл к ним. Увидев, кровавую расправу над женщинами, перевёл горящий яростью взгляд на хардов.

– Кто из вас это делает?

Те отхлынули.

– Я задал вопрос? Отвечайте, иначе Лаг сейчас порубит десяток из вас!

Подручный вытащил меч. Выражение его лица напугало многих. Все знали, что Лаг – зверь, и если вожак отдаст ему приказ им несдобровать. Расправа будет жестокой. Им могут, и руки для начала оторвать, чтобы изрядно помучились и только после тупые головы.

Харды молчали.

– Начинай. – Низкий бас вожака заставил всех внутренне сжаться.

Лаг с полным хладнокровием рубанул первых двух хардов.

– Гон! Просим, – вскрикнули несколько. – Не убивайте невиновных. Эту игру всегда затевают Дар и Жор. Их чёрная фантазия не знает границ. В прошлый раз были бутылки и кости дорбаков.

Глаза вожака налились кровью, лицо искривилось в безудержном гневе.

– Привести их! – проорал так, что казалось, камни вокруг содрогнулись.

Спустя несколько минут перед ним стояли двое рослых детин: грязных, в крови, с засмаленными волосами.

– Гон, прости, заигрались. – Процедил один.

– Да чего ты так взбеленился? Это же всего лишь «мясо» из низов. Даже морды их не чествуют. Они грязные твари, хуже дорбаков и жрут дариков. Мы на такую гадость даже не позаримся.

Вожак побагровел. Все харды напряжённо наблюдали за его лицом и смертоносным лезвием массивного меча Лага. Тот стоял с невозмутимым видом и ждал приказ хозяина. Верный цепной «дорбак», способный на убийство любого, кем бы он ни являлся.

Гон смерил высокомерным взглядом двух озабоченных садистов. Презрительно сузил глаза, сплюнул, постоял с минуту.

Напряжение нарастало.

– Гон… если тебе всё это не по нраву, мы постараемся впредь быть осторожнее с бабами.

– Поздно… – процедил вожак и отдал безмолвный приказ подручному.

Лаг крутанулся, как волчок, и одновременно снёс обоим головы. Те с вытаращенными глазами покатились по грязи, оставляя кровавую бороздку. Мёртвые округлённые глаза уставились на опешанных собратьев.

На миг повисла гробовая тишина.

– Сжечь. – Бросил вожак и широким шагом пошёл дальше.

Этих двоих сожгли, даже не сожалея.

Все харды были жестоки, однако, если появлялись из ряда вон выходящие, вожак этого не терпел. Он хоть и сам далеко не подарок, но был справедлив. В его понятии: рабыни нужны для плотских утех, однако не для садизма и жестокого бессмысленного убийства.

Лаг вытер меч о тряпку, сорванную с ближайшей свалки, и тяжёлой поступью пошёл за хозяином, оставляя большие следы в грязи.

Небо ещё сильнее потемнело. Вожак невольно поднял голову. Оно, будто покрылось рваными серыми пятнами. По свалкам и каменным насыпям пробежали тени. Резко похолодало. Подул ветер, завывая в недостроях и развалинах.

– Опять сейчас дождь польёт. Итак, грязина, тяжело передвигаться. Так развезёт ещё сильнее.

Слабое солнце этого мира заволокло небо свинцовыми тучами. Создавался вид низкой природной крыши. Кучки людей из низов, которые не были с Михеем, попрятались в трущобах. Многие слышали вопли несчастных женщин, но никто не посмел бы выйти и защитить. Все знали о бесчинствах хардов. Те всегда оставляли за собой горы трупов и кровавые следы.

Они дошли уже до территории, охраняемой Михеем. Тот со своей многочисленной бандой, вооружённой кинжалами и заточенными пиками, сидел в укрытии, и наблюдал за пришедшими.

– Миха… харды.

– Ждать моей команды. Не лезть на рожон.

Приказ главаря передали шёпотом по цепочке.

– Ждём Миру.

Все низы, кто услышал Михея, знали, что девушка обладает боевыми навыками дюжины самых крепких мужчин. Её ждали как второго предводителя. Она и Миха поднимали боевой дух всей банды. Оба были невероятными бойцами, да ещё и при особом гневе прыгали выше всех остальных.

Гон поднял голову и внимательно посмотрел по кругу обшарпанного забора.

– Лаг, на нём тоже могут появиться низы. Смотрите в оба. Не все из них тупые как дарики.

– Мы убьём их всех. – Подручный снова вытащил меч, внимательно смотря по сторонам. Тёмные глаза, как бездна, изучали грязную местность.

Вожак дотронулся до его руки.

– Не всех. Слышал об их двух главарях: сильных и смелых юнцах. Хочу обоих живыми в плен. Такие экземпляры поднимают боевой дух своих. Унизим их, и все низы сдадутся сами.

Харды топтались в грязи, размытой от ливня, и тоже посматривали по сторонам.

Внезапно дунул ветер и снёс несколько камней с забора. Варвары напряглись, однако многих из них это не спасло.

По забору пронеслась фигура в чёрном, длинном, кожаном плаще, держащая лук и стреляющая во врагов. Смертоносные стрелы летели без остановки прямо в цель: головы, шеи и сердца.

– Мира! – вскрикнул Михей. – Все в атаку!

Его крик потонул в порывах ветра, но собратья услышали, так как были начеку и только и ждали приказа вожака.

– В атаку! На хардов! – проорали многие в ответ и всей гурьбой бросились на сотню врагов.

Началась бойня. Банда Михея была хорошо тренирована в боевых навыках и особо ничем не уступала крупным неповоротливым хардам. Лаг рубил налево и направо. Гон взошёл на вершину одной из свалок ржавого металла и наблюдал. Его цепкий взгляд искал главарей. Низы бились как бешеные дорбаки. Он знал, что они такие смелые только благодаря тем, кто ими руководит.

– Где же они?.. – процедил.

Стрельба стрелами продолжалась. Харды падали один за другим.

Гон сузил глаза и всё же различил у чёрного широкого столба, выступающего верхушкой над забором, еле отличающуюся фигуру от всеобщего мрака.

– Первый! Лаг. Один из них там у столба.

Подручный проводил взглядом взгляд вожака и кивнул, врезая меч в грудь очередного парня низов.

– Ищи второго – сильного, ловкого.

Лаг, продолжая бой, всматривался в толпы бьющихся. Низы тоже убили и ранили многих хардов.

Тут неожиданно в Гона полетел камень. Он увернулся, выругавшись, всмотрелся вдаль и… увидел его.

– Этот. Точно! Второй!

Михей не кидал в него камней. Ему было некогда. Он резал хардов. Это бросил один из его верных парней.

Коротких слов вожака стало достаточно для подручного. Лаг в доли минут собрал примерно с десяток самых сильных хардов и бросился к Михею: высокому свирепому парню в чёрном. Тот, увидев, что к нему несутся дюжина сильнейших хардов, приготовился к новому бою. Его лицо уже было залито кровью врага, кинжалы в обеих руках летали, как кометы, разрезая кожу врагов, врезаясь в грузные тела. Двоих убил сразу, ловко перерезав шеи. Одному вонзил в глаз и, вырвав его на кончике лезвия кинжала, поднял руку.

– Назад, бешеные дорбаки!

Мира, продолжая стрельбу, обратила внимание, что Михей в ловушке. Его окружили. И стало ясно, что он уже не выживет в этой мясорубке. Она спрыгнула с забора и помчалась к нему, успевая по ходу, сбивать хардов ударом кулака в кожаной перчатке с вырезанными отверстиями для пальцев. Девушка знала, что её уникальная сила многих убьёт до того, как их разгромят массой, однако чувство страха и самосохранения у неё отсутствовало. Михей был – другом, братом, соратником. Она ценила его за смелость, лидерские качества, чувство долга, совести и чести.

Гон видел её, ещё не понимая, что это девушка.

– Сильный… смелый. Что ж, поиграем.

Спустился со своего «пьедестала» и также, сбивая кулаками мешающих низов, пошёл крепким шагом к ней.

Крепость мордов.

Кавин проснулся, потянулся и подсознательно прогладил по волосам.

– О, где мои рога?! – вскочил, прошёлся по обширным покоям, которые ему выделил владыка и, заметил зеркало в углу, подошёл к нему. Этим утром он впервые увидел в этом мире своё отражение. Удивлённо потрогал голову в тех местах, где раньше располагались рога.

– Кто мне здесь обломал рога? – произнёс вслух больше уже с иронией, чем с сожалением. – Ладно, и так красивый демон, наверное, в аду вернутся. А оставаться тут, как глава мордов, я не собираюсь. Мне родные места дороже. И баб много дающих, а не этих… целомудренных девственниц.

В дверь постучались.

– Кто?

– Господин. – Мягкий женский голос, будто просочился сквозь дубовую дверь.

– Войди.

Вошла девушка с кувшином, полотенцем и душистым пузырьком.

– Это вам для умывания. Распоряжение главы. – Поклонилась.

Демон смерил её оценивающим взглядом. «Хорошенькая, есть за что подержаться».

– Ты была с мужчиной?

Его внезапный вопрос заставил девушку врасплох. Она, вздрогнув, уронила кувшин, но Кавин мгновенно метнулся к ней и, подхватив его, приблизился.

– Я задал тебе вопрос.

Девушка затряслась.

Он, взяв её лицо за подбородок, поднял, заглядывая в тёмные испуганные, как у малыша дариков, глаза.

– Отвечай.

В глазах демона вспыхнули огоньки. На обнажённом торсе зашевелился змей. Выполз на половину и сразу обвил шею служанки. Она в шоковом состоянии распахнула глаза.

– Я жду. – Голос гостя выдал негодование, и едва заметное возбуждение.

– Да.

– Тогда я сейчас удовлетворю с тобой свои некоторые потребности. Ты согласишься, и не будешь сопротивляться.

Девушке ничего не оставалось, как кивнуть, тем более что с таким живым ужасом, сдавливающим ей шею, сцепленным с гостем, не поспоришь.

Кавин спустил штаны до колен. Член уже стоял как кинжал.

– Принимайся.

Она, непонимающе уставилась на него.

– Опустись на колени и приласкай меня ртом.

Служанка явно никогда не делала такого, однако ей пришлось неумело подчиниться. Кавин быстро кончил и, заправившись, вытащил из кармана несколько золотых маленьких слитков. Взял её руку и вложил один.

– Купишь новое платье.

Она, расширив глаза, пролепетала:

– Это… это…

– Золото.

– Господин, вы так щедры. У нас такое есть только у самых богатых мордов.

– Теперь и у тебя. Ночью приходи, займёмся этим по-другому.

Она встала и поклонилась.

– Здесь на маленький домик, а не на одно платье.

– Отлично. Иди.

Девушка только собрался выйти, как он остановил её.

– Подожди.

– Да, господин.

– Мира уже встала?

– Госпожа исчезла из покоев ещё на рассвете.

– Куда? – тут вспомнил о вчерашних разговорах главы о подходе к Лоргидону хардов и ударил кулаком в стену.

Служанка заметно вздрогнула, уставившись на крупную трещину в месте удара.

– Твою мать! Глупая девка. Она не понимает, что не всесильна.

Схватил кувшин, вылил на себя с головы, встряхнул волосами, резко развернулся, сгрёб вещи, оделся на ходу и, оттолкнув девушку, слетел вниз, даже толком не прикасаясь ногами к ступеням. Его демонические силы мгновенно проявились. Кожа начала нагреваться. Он выбил металлическую дверь и выскочил во двор. Морды, находящиеся там, ошарашенно оглядели багрового гостя.

Из верхней башни вышел на балкон глава.

– Кавин! Что с тобой?

– Харды подошли к городу? – демон ответил вопросом на вопрос.

– Да. Мои лучшие воины уже на крепостной стене. Мы защитим Лоргидон.

– А Мира?

– Она должна быть в погребе со всеми женщинами.

– Что ж, дьявол в помощь!

Глава покраснел, понимая, что для мальчишки из ада это правильные слова, а для главы в этом мире – нет.

Морды насторожились. Он поспешил разрядить обстановку.

– Наш гость не знает, каким богам мы поклоняемся. Простим его за ересь.

Кавин оттолкнулся от земли и через миг оказался наверху крепостного забора рядом с воинами. Те ошарашено наблюдали за ним.

– Я не человек. – Буркнул, и ещё через минуту встал в грязь с той стороны забора.

– Куда ты? Я же запретил выходить за пределы стены. – Громовым голосом проорал владыка.

Демон оглянулся:

– Вы мне не указ! Я слушаю только дьявола и отца. А вы… – завершил уже в мыслях: «Изменник и дурак, лишивший дочь всего, что принадлежало бы ей в аду по праву».

Ветер усилился до урагана. Морды еле держались на крепостной заборе, вглядываясь в тёмную даль. Туман не давал разглядеть варваров, хотя схватка с низами доносилась до них.

Михея уже скрутили и потащили к вожаку.

Гон сорвал с него капюшон и, схватив за волосы, поднял голову.

Тот просверлил его исподлобья ненавистным взглядом.

– Ты не умрёшь лёгкой смертью. – Процедил вожак хардов.

– Вы – твари.

Гон ударил его кулаком в нос, и парень потерял сознание.

Мира крушила хардов, сдавливающих её плотным кольцом. Демоническая сила, даже ещё дремлющая в ней, позволяла биться лучше любого воина. Гон и Лаг с интересом наблюдали за ней.

– Этот, как разъярённый дорбак.

– Да… он необычно силён для такой маленькой комплекции.

– Гон, может убить его? Он же пока мы возьмём его живым, погубит несколько десятков наших.

– Нет. Взять живым. Иди, займись.

Подручный почтительно склонил голову и пошёл к Мире. Растолкал своих и, раскрутив хлыст с тяжёлым металлическим набалдашником, начал лупить по ней.

Она, получив несколько ударов, перехватила хлыст и с силой потянула на себя. Лаг, как и вожак, был самым сильным хардом, однако даже он пошатнулся от её силы и невольно сделал несколько шагов к ней.

Гон видел это и в недоумении, пошёл к их обозу: выхватил сеть и направился обратно к ним. Лаг и Мира тянули хлыст в разные стороны: на кто кого. Все харды замерли. Влезать в бои подручного и вожака – запрещалось.

Тут на неё внезапно опустилась тяжёлая сеть. Девушка попыталась скинуть, но тщетно. На неё сразу навалились куча хардов и, в конце концов, связав, подтащили к вожаку.

Харды продолжили бой с низами, однако многие уже увидев, что их предводителей взяли в плен, начали терять боевые силы. Некоторых ещё убили, других повязали как пленников. Женщин собрали среди них также немало.

– Вожак, хороший улов! Баб куча.

Подручный сам сорвал с пойманного капюшон и маску.

Серебристые волосы, заплетённые в толстую косу, засветились во мраке.

Харды издали изумлённые звуки. Даже такой отмороженный на всю голову Лаг, с изумлением аккуратно поднял ей голову за волосы.

– Женщина?!

Гон тоже расширил глаза, на миг, потеряв дар речи. Подошёл ближе, снял перчатку с шипами и провёл кончиками пальцев по её щеке.

– Ты… девушка?.. Невероятно.

– Это невозможно, – добавил такой же изумлённый Лаг. – У неё сила десятков мужчин, причём самых свирепых. И… она слишком красива… впервые вижу такую.

Гон внимательно разглядывал её.

– Ты – похожа на мать, только волосы странного цвета, не человеческого. Она была светловолосой. И… ещё красивее. Даже слишком. Но её черты я узнал сразу. Лариндия – жена главы мордов?

От этих слов Мира с ненавистью сузила глаза, ожидая продолжения его следующих слов.

И он продолжил:

– Я… не убивал твою мать. Её изнасиловали мои воины, когда я был на охоте. – Его каменное лицо не выражало никаких эмоций. Не дрогнул не единый мускул. В глазах стоял холод подобно льду. Нет, тому мраку, который окружал это безмолвное место.

– Ненавижу… – процедила сквозь зубы, стараясь сдерживаться из последних сил. Но ей – по сути, огненной натуре удавалось это с большим трудом. Лицо в отличие от вожака хардов ходило ходуном. Дрожали даже кончики губ. А глаза метали молнии.

Ему даже показалось, что они смогли бы запалить всё вокруг. Настолько из её глаз исходил живой жар.

– Понимаю. Но я жестоко казнил всех, кто посмел тронуть мою любимую рабыню.

Я… любил её. Единственную женщину в своей жизни.

После этих слов его зрачки расширились став тёмной бездной, затягивающей жертву в кричащие недра. Так кричала его душа. И Мира это заметила, почувствовав каким-то шестым чувством его боль утраты. Однако с языка слетело другое:

– Мразь. Она была замужем! У неё была я! Мне тогда было всего три года, когда ты лишил меня матери! Ты похитил жену главы!

Её глаза продолжали гореть ненавистью. А как же могло быть по-другому. Ребёнок, не знающий материнской ласки, росший только под присмотром сурового отца, да и то ему не было до неё никакого дела. Вечно занятый делами управления городом. Она была представлена больше сама себе и копировала воинов, каждый день тренирующихся во дворе. Отец поощрял её боевые увлечения. А ей нравился лязг тяжёлой стали. Звук летящих стрел. Глухие удары в щиты. Некому было учить девочку танцевать и вышивать. Мира училась у тех, кого видела, кем восхищалась до поры до времени, пока не узнала низов и их несчастной судьбы: борьбы за выживание.

– Да. Теперь ты займёшь её место, однако тебя никто не посмеет тронуть.

– Я убью тебя… – Прошипела, невольно разглядывая высокого, чересчур мощного мужчину.

Гон взял её лицо за подбородок и заглянул в глаза, в которых вспыхнули искорки. Он отшатнулся.

– Что это? Лаг, ты видел?

– Что, вожак?

– Да нет, ничего, наверное, показалось.

Мира ещё раз попытался вырваться.

– Не пытайся. Ты крепко связана лучшей нашей веревкой и под сильной сетью. Прими свою участь.

– Я лучше вырву твою печень и сожру.

– Грубая девочка. Главное, хочу, чтобы ты сразу узнала. Ты никогда не будешь рабыней. Я… женюсь на тебе, как только мы пребудем в наши родные края.

Харды присвистнули. Даже Лаг захлопал глазами.

– Вожак?..

Гон распрямился и обвёл всех тяжёлым взглядом.

– Харды! Хватит на сегодня нам добычи. Эту девушку все охраняют. Если с ней что-нибудь случится, разорву любого голыми руками.

– Как умерла моя мать? – прокричала пленница.

– Она выпрыгнула из окна моего гарема.

Гон отвернулся и пошёл по направлению на выход из города. Его массивные сапоги со сваленным чёрным мехом по верху, утопали в жиже по щиколотку. Харды гурьбой двинулись за ним. Миру взял Лаг, повалил через плечо и поспешил за вожаком.

– Гон…

– Что? – не оборачиваясь, бросил вожак.

– Ты, правда, решил жениться на этой…

– Да.

– Прости, но она же…

– И что? Да, из проклятых мордов. Да, юна. Да, ненавидит меня. Но… она возродит мою мёртвую душу, отогреет сердце и член.

Девушка опешила.

– Ты – безумный дорбак! Ты мне в отцы годишься! Ненавижу! Всех вас ненавижу.

– Закрой ей рот. Только аккуратно.

Лаг посмотрел по сторонам: закрыть то чистым нечем.

– Эй, рабыни! Дайте чистую тряпку.

Женщины, которых тащили также связанными, засуетились.

– Быстрее!

Ему передали средне чистый кусок от одной из нижних рубашек. Он скомкал его и всунул в рот разъярённой пленнице.

Она извивалась и корчилась, надеясь на свою силу. Однако хардовская верёвка и сеть держали крепко.

«Такого не может быть! Что это за канат, который блокирует мою силу? Я же сильнее мужчин. Что со мной? И… где этот демон? Спит, наверное? Может, он бы помог? Де – мон, ты где?» – её мысли роились как черви, хаотично, то кусками, то сплошым серым пятном. Ей даже показалось, что в голове вспыхивают вспышки огня. «Откуда этот огонь? Что со мной?»

Харды искоса поглядывали на неё. Красивая, смелая, сильная, благородная девка. Каждый понимал, что вожак за неё убьёт любого. Лаг осознал это в полной мере, когда по-привычке плохого отношения к рабыням, ударил её в рёбра, за то, что она лягнула его ногой по бёдрам.

Гон, увидев это, подошёл и, схватив его за горло, сжал. Это было полной неожиданностью для всех хардов, особенно для самого любимого подручного.

– Лаг, я хоть и люблю тебя как брата, но за эту девку, накажу.

– П-прости. – Прохрипел, глаза вращались как тарелки.

– Предупреждаю в последний раз, – Проорал вожак, чтобы слышали все. – Она неприкосновенная! Девушка – не рабыня, а моя невеста. Я сам проверю её на чистоту перед свадьбой. Если она уже не чиста, станет моей любимой наложницей.

Мира расширила глаза, с ненавистью смотря на него. Он вытащил из её рта кляп.

– Ты безумен! – прошипела.

Гон потрепал её по щеке, снова встретившись с ненавистным взглядом.

– Маленький свирепый дорбак. Покорись.

– Я лучше сожру собственное сердце.

Он опять всунул ей в рот кляп.

Михея тащили чуть поодаль, а также десяток его лучших парней и их девок, которых насобирали по ходу. Остальным низам удалось скрыться. Многие погибли в бою. Трупы уже поедали дарики и рыскающие в тумане голодные дорбаки.

Кавин влетел на ту территорию, где впервые познакомился с низами.

– Мира!

В ответ тишина.

– Михей!

Опустился ниже и огляделся. Чавкающие монстры подняли морды от пожирания ещё не остывшей плоти. Один из них, бросил жрать и, стремглав, кинулся к нему. От трупов отделилось ещё трое, тоже желающие полакомиться живой свежатиной. Самый наглый дорбак бежал к демону, разбрасывая комья грязи и расплёскивая кровавые лужи. Его рычание раздалось далеко вокруг. Морды за стеной даже услышали.

– Это дорбаки.

– Значит, низы проиграли. Эти твари стервятники, быстро объявляются на свежие трупы.

– Они и на живых не прочь наброситься.

Переговаривались двое воинов.

Глава тоже вышел на крепостную стену.

– Что дорбаки?

Те поклонились.

– Глава…

– Харды, судя по всему, сегодня решили отступить. Но это очень странно. Слишком странно. Что-то их остановило. Либо… они поймали удачную добычу. – Он задумался, глядя вдаль, где кроме мглы ничего нельзя было разобрать. Тут незаметно вздрогнул. – Пойдите, проверьте женщин в погребе. Всех. Особенно Миру.

Воины бегом помчались исполнять приказ.

– Дар, глава что-то сильно взволнован.

– Да, может… Мира вышла за стену?

– Вряд ли. Глава же строго настрого запретил всем высовываться за стену во время нападения хардов.

– Это да, но девчонка же своевольна. Помнишь, сколько раз её видели возвращающейся через чёрный ход. Благо, что все в дозоре молчат о её вылазках к низам, а то неизвестно что глава сделал бы со всеми нами.

– Ты прав. Пусть сами разбираются. Мы – маленькие морды. А они – высшая власть.

Воины дошли до погреба и спустились.

Кавин ударил наотмашь в летящего на него монстра с огромными торчащими из пасти клыками. Кисти демона внезапно загорелись. Дорбак отлетел грузной тушей и шлёпнулся в жижу, неплохо забившись. Он судорожно задрыгал лапами и проскулил. Других – это не остановило. Звери бросались на живую жертву один за другим. Рёв стоял такой, что даже харды услышали.

Вожак развернулся, навострив уши.

– Дорбаки рычат. Быстрее. Идём к плотам. Эти твари не любят воды. Надо успеть переплыть на тот берег, до того, как они бросятся по нашим следам и запаху ваших ран. Бой с ними нам совсем на данный момент не нужен.

Харды были смелыми до безумия, но с голодными огромными хищниками сейчас драться точно не хотелось. Грязные, мокрые, уставшие, многие ранены, ускорили шаг к тёмному озеру, отделявшему их территории.

Глава 4. Мир хардов

Тёмное озеро казалось мёртвым. Гладкая серая поверхность стояла как ледяная. И даже ветер здесь не колыхал воду у берегов.

Михей не сдержался:

– Об этом озере ходят страшные легенды. Кто бы мог подумать, вонючие харды запросто переплывают его. – Ирония пленника заставила многих обернуться и с ненавистью уставиться на него.

– Заткнись, да, это озеро страшное место, оно всегда берёт с нас плату. Поэтому его даже дорбаки обходят стороной.

– И чем же вы ему платите? Золотом? – злобно съехидничал.

– Лаг, закрой ему пасть, пока я не свернул мальчишке шею. А он нужен мне. Хочу пытать главаря низов.

Гон размял пальцы до хруста костяшек.

Михей перевёл взгляд полный ненависти на него.

Подручный, держа Миру, распахнул одной рукой свой кожаный плащ и оторвал от своей грязной рубашки кусок ткани.

Вскоре и Михей оказался с кляпом во рту. Мира с сожалением взглянула на него. Их глаза встретились. Тот смотрел на неё с восхищением и любовью. Она как на друга, брата.

«Михей, ты смелый и сильный, мне так жаль, что мы попали в плен. Я постараюсь найти выход и спасти тебя. Ты нужен низам. Без тебя все они быстро ослабнут и начнут гибнуть».

Харды вошли в воду и поплыли. Примерно в центре озера двоих что-то внезапно схватило и быстро утащило на дно.

Мира, Михей и другие пленники расширили глаза.

– Так озеро берёт плату. Там обитают хищники. Другого перехода у нас нет. Двое это немного. – Ответил спокойным тоном испуганным пленникам вожак, как будто речь шла не о людях – его хардах, а о кусках мяса.

Они переплыли на ту сторону и сразу направились к тайному туннелю, проходящему под лесом. Найти его никто и никогда не смог бы, даже если очень постарался. О нём знали только харды, так как он был вырыт столетие назад предками хардов. Гон вошёл первым.

– Факелы не зажигать. Так пройдём. – Отдал приказ и ринулся во тьму.

Все харды двинулись за вожаком. Михей и Мира с кляпами во ртах распахнули глаза от того, что тоже узнали о туннеле хардов.

Он извивался узлами как некий лабиринт: мрачный, сырой, местами поросший подземными мхами. Гон и в темноте шёл быстро, ни разу не ударившись в стену. Он с детства знал наизусть эту тайную тропу, ведущую к территории низов и мордов. Если б харды шли домой лесом, это бы заняло несколько суток, а по этому туннелю несколько часов, и они на месте.

Кавин расправился со всеми дорбаками, залив всё вокруг густой кровью и полетел по следам хардов. Их не могло быть видно в грязной жиже, оставленной после очередного ливня, и ему пришлось лететь по наитию.

Глаза улавливали копошащихся спрятавшихся низов в трущобах и у свалок, особенно грязных женщин, боящихся даже собственной тени.

Он, пролетев изрядное расстояние, то спускаясь, то возвышаясь, огибая высокие свалки и, пролетая под старыми обветшалыми мостами, всё же вылетел к тому же озеру.

Гладкая безмолвная вода, будто спала.

– Где же они? – процедил и сплюнул. – Тупая девка. Ищи теперь её.

Тут заметил грязного мальчишку, жмущегося к корням старого дерева. Стремглав дёрнулся к нему и, схватив за шкирку, встряхнул как дарика.

– Отпустите! – заверещал тот, пытаясь закрыться перепачканными худенькими руками.

– Ты видел хардов?

Мальчишка молчал. Демон легонько ударил его о ствол.

– Не надо! – простонал. – Вы… кто?

– Неважно. Ответь мне и останешься живым.

– Они… переплыли озеро. Туда. – Указал на лес на той стороне.

– С пленниками?

Тот кивнул.

– Беги домой.

Отпустил и взлетел.

– Стойте!

Кавин посмотрел на него свысока.

– В этом озере живут монстры. Они съели двоих хардов.

– Интересно. Ладно, разберёмся.

Мальчишка убежал, шлёпая босыми ногами по грязи, мысленно поблагодарив богов за спасение.

Он был таким голодным, хотелось ещё поесть сотни дариков, а умирать в столь юном возрасте вовсе не хотелось. Поэтому его пятки сверкали над грязью быстрее, чем он сам себе мог представить такой бег.

Демон ухмыльнулся, глядя ему в след.

– Мальчишка.

После окинул озеро внимательным взглядом. Оно, как и раньше, «молчало».

«Что-то тут не так. Если б в нём обитали монстры, вода бы хоть как-то колыхалась. А оно совершенно как мёртвое».

Сделал несколько виражей над ним, посматривая в разные стороны.

– Да где же эти чёртовы харыги?

Опустил кончик чёрного, элитного, лакового туфля в воду, зависнув над ним. Прошла минута. Две. Кавин в нетерпении вздохнул. И тут из воды внезапно вылезла зубастая пасть. Он отлетел и всмотрелся в это нечто.

Оба монстра, будто почувствовав его, вылезли наполовину из воды и, клацнув пастями, противно заголосили.

– Злоды! Это же адские порождения озёр, где топят провинившихся чертей. Какого х*я они тут делают? Позже уничтожу. Сейчас не до вас.

Однако дьявольские монстры не собирались оставаться без очередной порции еды. Вода расплескалась, как живая, и они, выпрыгнув из воды, попытались схватить жертву. Кавин мгновенно отлетел на пару метров.

– Ах вы, твари! Что ж, тогда сдохните прямо сейчас.

Он бросился вниз и с налёту уселся на шею первого. Схватил его пасть сверху и снизу, и изо всех сил стал разрывать. Монстр от неожиданного нападения проревел. Глаза вывалились из орбит. Хвост забил по воде, обрызгав с ног до ушей демона.

«Когда мне нужно найти девчонку, эти твари тут ещё создали помехи».

Второй монстр попытался сожрать его. Кавин свободной рукой ударил тому промеж глаз, сразу забив памерки. Монстр заморгал и завыл кровавыми слезами. Демоническая сила юного отпрыска не шутка. У монстра случился инсульт, и из ушей хлынула кровь. Кавин разорвал пасть первому, вырвал клыки, вытер о рукав и спрятал в карман.

– Хороший трофей. – Улыбнулся, быстро взлетая, чтобы не быть затянутым в воду грузными телами умерших монстров.

Лес на той стороне был непроходимой чащей. Кавин завис над ним, внимательно разглядывая поросшие сорняками тропы. На вид не столько зелёный, сколько синий от густоты деревьев и кустов. Нижние ветки расползались на много метров вокруг стволов. Кусты смотрелись как огромные сети.

– Свора хардов не могла здесь пройти.

Вернулся к озеру и, повернувшись к горе, уставился вдаль. Смотрел – смотрел, щурился, думал.

– Куда-то же они исчезли? В лес точно нет. Слишком густой для их грузных тел и копны патл. Все бы волосы в кустах оставили. Озеро тоже не вариант. Тут были хищники. На гору взойти без этого леса невозможно. Значит… что значит? Думай, демон. Демон.

Глаза уловили тёмное пятно слева от леса в скалах.

– Грот! Или… подземный ход. Умные сволочи. Что ж, но и демон не дурак.

Подлетел к затемнению, оторвал кучу сухих зарослей и заглянул внутрь.

– Как в дьявольской бездне. – Обвёл заинтересованным взглядом вход в туннель и плавно влетел. Ноги в дорогих туфлях пачкать не хотел.

Демоническое чутьё чётко подсказывало правильный путь, хотя туннель разветвлялся периодически, создавая лабиринты.

– Глупая девчонка. Думала справиться с сотней грубых мужланов. – Бубнил, негодуя.

Задумался, невольно вспоминая её черты лица. «Красивая сучка». Член шевельнулся. «Засадить бы ей». Тут неожиданно врезался в стену.

– Твою мать!

Отряхнулся от земли, песка и мхов. Повёл головой из стороны в сторону, разминая позвонки и, вдохнув воздух, расширяя ноздри, полетел дальше.

«Классно, что я обладаю острым нюхом. Чувствую её тонкий аромат. Люди воняют дерьмом, а девчонка пахнет лёгкой примесью огня и жжёных лепестков адского лотоса. Как я раньше и сам не догадался, что она демоница. А ведь пахла же также. О чём я думал? Не понимаю. Как идиот ничего не понял. Лучше учиться надо было, а не девок е*ать вместо лекций. Ладно, е*аться демонам обязательно надо, а то мозги сгорят или член. Хотя какая разница, что быстрее сгорит? Всё равно демон, что без мозгов, что без члена уже не демон, а так… мелкий чёрт для чистки дьявольских котлов в лучшем случае, а в худшем корм для дарингов».

Так за тягучими размышлениями вылетел наружу и замер.

– Неплохая крепость… – Оглядел высокое каменное сооружение со многими башнями, торчащими, как грибы, над кривым забором. Однако сразу угадывалась грубая хардовская рука. Выдохнул, присвистнув. – Как у верховных демонов. А харды – непростые мрази.

И только хотел полететь дальше, как ему на шею набросили петлю из каната.

– Какого х*я? – дёрнулся и оглянулся. Глаза сузились от неожиданности.

На него смотрели двое грузных мужчин в кожанках с шипами.

– Харды?!

– А ты кто? И как нашёл вход к нам? – бас одного из них полоснул по напряжённым мозгам демона.

– Где пленница? – нахмурился, не удосужив их ответом.

Харды с ненавистью дёрнули канат на себя.

– Молокосос!

Демон рассвирепел.

– Хватит дёргать! Идиоты. – Разорвал петлю на шее и, метнувшись к ним, мгновенно сшиб лбами. – Хуже мелких чертей!

Те от внезапности и безумной боли, обоссались.

– Фу, я знаю, что люди воняют дерьмом, а вы ещё и мочой.

– Ты…

– Откуда такая сила?

У хардов потекла кровь с носов.

– Да что же вы такие хлипкие? Вроде бы великаны.

Бахнул обоим по лбам.

Мужчины пошатнулись и потеряли дар речи, хотя пытались ручищами дотянуться до него. Кавин повёл головой по кругу, сплюнул и, ударив одному в нос, сломал. Кровища залила ему шею и грудь. Хард плюхнулся на землю. Другому – мгновенно сломал голову. Тело упало на колени, а после завалилось на землю.

Подлетел к тому, что держался за нос. Схватил за волосы, приблизил лицо так близко, что обдал горячим дыханием.

– Где девушка? – процедил. В глазах загорелись огоньки.

Хард молчал. Лицо выражало испуг и некое недоумение.

– Ладно. Дело твоё. – Резким ударом вонзил руку в тело и вытащил сердце. – Помню, она это ест.

Подлетел к кусту, сорвал широкие листья, завернул его и спрятал в карман.

Немногим раннее.

Мира невольно подняла взгляд на город Жоринг. Город хардов. Внушительных размеров башни сразу говорили, что его жители – великаны.

Все харды обладали двухметровым ростом и крупным телом. Девушка обратила внимание на копошащихся женщин. Тоже далеко немаленькие. Больше её точно. Она среди них выглядела изящной и лёгкой, хотя тоже была метр семьдесят, фигуристая и не слабенькая.

Мрачный, тёмный город, башни казались обожжёнными. Дома большие, но выглядели коряво из-за неровно-сложенного камня. Деревянные ставни. Много чёрного металла вокруг: фигур, лестниц, шестов и даже кустов, редких цветов – живых ценностей в этом месте.

Вожак заметил её интерес. Подошёл к подобному кусту, открутил цветочную головку и поднёс ей.

Мира в связанном состоянии с кляпом во рту расширила глаза. Зрачки от злости заполонили всю радужку.

– Какие глазищи! Прямо нечеловеческие. У нас ничтожно мало растительности. Харды искусные кузнецы. Такие цветы мы подносим нашим любимым женщинам. А ты… уже любимая.

Девушка замотала головой.

Он вытащил кляп.

– Ты хочешь что-то сказать?

– Ублюдок!

– Я начинаю уставать от твоего длинного языка. Хочешь один из лучших моих кузнецов, поставит тебе на нём клеймо?

– Ты… – однако, проглотила очередное оскорбление, понимая, что такая пытка оставит её немой. Глаза выразили жгучую ненависть.

– Умница. Да, после такой процедурки ты долго не сможешь доставить мне наслаждение язычком.

Мира даже рот приоткрыла от негодования.

Михея держали чуть поодаль. Парень многое услышал.

– Не смей трогать её! Грязный хард. Засунь свой член себе в жопу!

Держащие его харды, заломили голову назад, угрожая вырвать кадык.

Вожак отрицательно покачал головой.

– Лаг, когда мы с девочкой отдохнём, хотим посмотреть, как этому мальчишке поставят клеймо. На члене.

Михей распахнул глаза. Мира тоже.

– Не надо! Только не это.

Гон присел на корточки у пленницы, взял её лицо за щёки и заглянул в глаза.

– Ты его любишь?

Голос харда показался ей опасно-жёстким.

– Нет.

– Врёшь. Ты спала с ним?

– Нет! Ты обезумел! Я – дочь главы и должна выйти замуж непорочной. Михей мой друг, как брат.

– Хорошо. – Сузил глаза, смотря на её губы, которые манили, как лучший нектар редких растений. Член уже стоял как железный. Язык дрогнул, в надежде войти ей в рот, а после в сладкое нижнее отверстие и лизать до безумия. Услышать стоны, и даже хрипы этой девочки. Увидеть её влажное узкое влагалище. Долбиться в него до яиц. Глубоко, так глубоко, чтобы захлебнуться в обоюдных соках наслаждения.

Мира неожиданно для него полностью прочувствовала состояние харда, будто прочла мысли.

– Что уже кончаешь? – прошипела, сбивая ненавистным взглядом, колючим как те пики, что стояли десятками у стены окружающего город забора.

– Ты допросишься, что я сейчас кончу тебе в рот при всех моих хардах.

– Ты… не посмеешь. Я – дочь главы!

Гон встал и совершенно неожиданно рассмеялся, закидывая косматую голову назад.

– Я то посмею. Мне всё в Жоринге принадлежит. Однако твоё счастье, что не хочу так унижать свою невесту. Я слишком долго любил твою мать и, наверное, ждал такого чуда… тебя.

– Ненавижу.

– Ведите её в баню. Вымыть и надеть кружевной костюм, олицетворяющий любимую рабыню.

Мира вскинула правую бровь.

– Пока ты не стала моей женой, будешь носить одежды любимой рабыни.

Девушку развязали и повели две служанки в замок. По дороге она решила не брыкаться, так как мысли хаотично носились в построении плана побега.

«Я-то смогу убежать, а как же вытащить Михея и его парней? Думай, Мира, думай. У них нет таких сил как у тебя. Странно, что харды смогли скрутить меня. Этот канат, которым я была связана, явно заколдован. Да не верю в эту белиберду. В жизни не видела и не слышала о колдунах».

Глаза невольно пробежали по корявым стенам. Между потолком и ними нависали озлобленные железные морды хардов с открытыми ртами.

– У вас так любят себя? У нас другие скульптуры: цветов и птиц.

Одна из служанок удивленно всплеснула руками.

– Вы видели птиц?

– Да. Редко. Однако иногда они летают. Крупные с кривыми клювами. Их перья напоминают ножи. И вы не ответили на мой вопрос.

Служанка такая же крупная девушка, как и все харды, виновато улыбнулась.

– Простите. Да, харды очень любят себя во время боя или охоты. Такие моменты наши кузнецы стараются запечатлеть.

– Я заметила, что у вас много всего металлического.

– Это привилегия хардов. Искусные кузнецы рождаются часто. Ковка в крови хардов. Даже девочки бывают с таким даром.

– Интересная народная особенность. А вожак жестокий? Насилует, убивает пленниц?

Обе служанки сразу отрицательно замахали головами.

– Нет. Хозяин не такой. Много хардов жестоких и убивают рабынь, но он всегда против этого.

– Тоже странно. О нём у нас слагают кровавые легенды.

– Вожак был таким давно. Так рассказывают наши предки. До гибели его любимой рабыни. После изменился. И очень много лет у него вообще не было любимой женщины.

Мира изогнула бровь.

– То есть он не спал ни с кем?

– Спал. Вожак брал женщин на ночь. Однако никого не насиловал и не бил. Рабыни были довольны.

– А где они?

– Кто?

– Не тупите. Эти рабыни.

– А-а-а. В гареме. У вожака их тридцать. Все живут в довольстве. И дюжина детей.

– Афигеть. И я по его мечтам сделать меня своей женой, должна терпеть эту кучу баб! Бред!

Служанки пожали плечами.

– Вожак никогда не был женат. Он ещё молод и красив.

– Да ладно красив… – хмыкнула. – Грязное косматое чудовище. И мне показалось, что он мне в отцы годится.

– Ему всего сорок лет. А грязный, потому что пришёл из похода. Посмотрите на него, когда он приведёт себя в порядок.

– Очень надо, – буркнула. – Мне плевать на него.

– Жаль. У нас все благородные дамы мечтают стать его женой.

– Они, наверное, безумны.

– Вожак силён, богат, благороден и очень сексуален.

Мира почувствовала, как былое напряжение спало. Она остановилась на сотой лестнице и рассмеялась.

– Откуда же у служанок такие познания вожака? – пробуравила пытливым взглядом. Девушки зарделись. Она подошла к одной и, схватив за грудки, прошипела: – Говори.

– Мы однажды разделили с ним ложе.

– Что сразу вдвоём?

Те кивнули.

– Да уж. Ладно, идём. Когда уже закончится эта долбанная лестница?

– Мы почти пришли. Гарем находится в верхнем зале под самым куполом замка.

«Жаль, что я не летаю. С такой высоты долго бежать».

Служанки, будто услышали её мысли.

– Отсюда не убежать.

Мира расширила глаза.

– Как только мы войдём на женскую территорию, лестница изменит направление. И с гарема никак нельзя будет спуститься.

– Ого. Хитрый механизм. А как же я спущусь к вожаку, когда понадобится?

– Тогда лестница вернётся и за вами придёт Лаг.

– Ничего себе. Его подручный и баб ему приводит.

Те снова пожали плечами.

– Так было всегда. Лаг его лучший друг и повереный во всём.

Перед ними растворились высокие двухстворчатые двери с коваными узорами редких растений. Девушки вошли и их ноги сразу утонули в ворсистом ковре.

– Какой мягкий… и огромный. – Удивлённо протянула Мира. Поёрзала ступнями в густых ворсинах. Ковёр покрывал весь холл в гарем немалых размеров.

– У вас такого нет? – одна из служанок оглянулась.

Мира отрицательно качнула головой.

– У нас везде гладко-начищенные полы. Ковры очень ценны и один есть в тронной отца.

– Вожак привозит ценные вещи из разных походов.

– Грабит народы. – Буркнула и свела идеально очерченные брови.

– В жизни хардов это норма.

– Плохие нормы. Морды – честный народ. Мы никого не грабим и имеем то, что сами выращиваем или изготавливаем. Ковров у нас нет. А тот один у отца нам подарили много лет назад верды.

(Верды – народы, живущие под землёй, выходящие испод неё раз в десять лет)

Служанки побелели.

– Вы дружите с вердами?!

– Не дружим. Однако отец подписал с ними мирный договор. А что вас так напугало? Вполне себе миролюбивый народец, правда, серокожий в силу подземного обитания.

– Что вы? Они – опасные и мерзкие твари. Один раз напали на хардов. Земля разверзлась и вышли верды. Много тогда наших пострадало. Но и этих… воинственные харды неплохо поломали.

Мира пожала плечами.

– Я их видела, когда мне было десять лет. И они были достаточно миролюбивы. Наверное, всё зависит от самого народа и как их встречают.

Девушку перехватили другие служанки – банщицы и впихнули в бани.

А в это время Кавин уже подлетал к замку.

Глаза горели: гневные огни полыхали, как живые, зрачки расширились. Шевелюра трепалась на ветру то вправо, то влево, то падая на высокий лоб, цепляясь за весьма не короткие ресницы: чёрные как адская бездна. Губы шевелились, бубня под аккуратный нос:

– Глупая демоница, сама влипла так ещё и я должен спасать её. Зачем? Что мне до неё? Бл*дь белобрысая. Тьфу. Да, не бл*дь же она. Дура целомудренная. Седая, как старуха, а ума как камня, которым мы плевки прикрываем в школе во дворе. Спасу и засажу по самые яйца. Какого х*я я должен просто так её спасать? Пусть хоть так оплатит мой гнев, силы и драгоценное время.

Харды в дозоре заметили его и заорали:

– Лаг! Там! Там!

– Какой-то… кто-то…

– Что-то летит!

Подручный вожака отдыхал в нише коридора у башни дозора. Валялся на сухом растении с очередной готовой на всё девкой. Одна из рабынь, но уже раздолбанная со всех сторон. Как раз в этот момент она сосала его член, причмокивая и, стоя на коленях у чего-то похожего на кровать.

– Что там? – проорал в ответ, одновременно впихиваясь девке по самое горло. – Давай уже быстрее.

Она засосала сильнее. Хард схватил её за волосы и вдавился глубже. Та, привыкшая к подобному обращению, постаралась поскорее завершить начатое. Лаг излился как раз тогда, когда один из воинов дозорщиков забежал к ним.

– А-а-а, хорошо…

– Лаг. Там…

– Я слышал, летит какой-то летающий дорбак.

– Но таких же не бывает.

Воин распахнул глаза.

Лаг являлся для всех хардов главнокомандующим. Встал, отпихнул ногой девку, заправился.

– Пошла вон. Возьми мясо с моего подноса и вино. Заслужила.

Она бросилась на хозяйский поднос, наполненный всякой снедью и, схватив огромную мясистую ногу и кувшин вина, побежала из ниши. Воины тоже имели этих рабынь и оценивающе осмотрели её.

– Эй. Как проголодаешься, приходи и подруг захвати.

Та закивала, по ходу вгрызаясь в мясо. Платье на крупной груди было разорвано, и её грудь колыхалась перед глазами похотливых воинов. Её уже это совсем не волновало. Низких рабынь кормили плохо, несмотря на то, что вожак приказал всем не обижать их. Девушки существовали за еду и делали всё, что хотели харды. Иногда шли даже на групповуху, так как знали, что за такое им выдадут много еды и выпивки.

Лаг вышел к забору и прищурился.

– Это… человек. Не может быть. Люди не летают.

Достал меч.

– Убить его, как только приземлится.

Харды приготовились.

Миру накупали, одели в нежно-розовое одеяние, едва прикрывающее стройное тело, без какого либо намёка на нижнее бельё.

– Что это? – возмутилась, нахмурившись.

– Вы одеты в лучший наряд для любимой рабыни. – Смутились служанки.

– Это бред! Я – не рабыня! И в таких тряпках я больше раздета, чем одета.

– Простите, это приказ вожака.

– Мудак он, а не вожак!

Тут ей внезапно закрыли рукой рот и прижали к горячей груди. Мира чётко ощутила её волосатость. Девушка начала сопротивляться. Однако ничего не смогла сделать.

Кто-то резко развернул пленницу. Мира уставилась в ухмыляющееся лицо Гона. Служанки мгновенно освободили комнату.

– Ты! – тут глаза девушки пробежались по его перекачанной кудрявой груди, после опустились на явную выпуклость под лёгкими, чистыми, серебристыми штанами. Ноздри втянули приятный аромат свежести и древесных нот. Мира впервые увидела, что хард даже красив. Но ей на его внешность было абсолютно наплевать, тем более что в сознании уже давно вертелся наглый демон.

– Почему я в такой одежде?! И ты полуголый!

Тот расхохотался и совершенно неожиданно для девушки прижал к себе. Его член упёрся ей в низ живота.

– Ты невероятно красива гневная крошка.

– Почему ты такой сильный?

Тот приподнял правую бровь, торжествующе сверкнув глазищами.

– Мне положено быть таким. Я – всё-таки вожак хардов и обладаю силой дюжины.

– Я – сильнее всех людей.

– Да?! – усмехнулся. – Я видел тебя в бою. Да, ты обладаешь уникальной силой. Откуда она у тебя?

– Не знаю. Я всегда такая.

– Неплохо. Но со мной тебе не справиться. Я тоже очень силён.

Мира осознала это в полной мере, так как действительно не могла вырваться из его железных объятий.

– Отпусти.

– Отпущу, если дашь себя поласкать.

– Что?! Никогда.

– Ладно, тогда я сам.

Он захватил девичью грудь левой рукой, а правой – ещё сильнее прижал к себе.

Девушка побагровела.

Тут они услышали вопли хардов. Гон отпустил её и подошёл к окну. Распахнул и опешил. Его воинов в дозоре рвали на кровавые куски. Крики стояли невыносимые. В стороны с забора замка летели головы, ноги, руки. Он сузил глаза и во всей этой кровавой картине, заметил ещё живого Лага. Гон действительно любил его как брата и заметно разволновался. Желваки заходили. Мира обратила внимание, что свирепый вожак стал нервным.

– Кто это? – невольно выдохнул.

Она тоже подошла, выглядывая в окно. Внезапно её глаза расширились, а из горла вырвалось:

– Кавин!

Демон услышал своё имя и мгновенно взлетел, бросив очередные головы. Крик девушки спас жизнь Лага, которого он как раз собирался разорвать. Тот бился, как разъярённый дорбак, и демон даже восхищался им, пытаясь слегка поддаваться, давая этому отважному харду подольше пожить.

Гон перевёл безумный взгляд на неё.

– Кто это? – повторил вопрос сквозь зубы.

– Демон! Он прилетел за мной! За нами. Ты – проиграл.

– Я не понимаю, из какой он расы. Откуда такая сила? Почему он летает?

– Говорил что из ада.

– Не знаю такой страны.

Девушка пожала плечами и поднялась на подоконник. Гон на удивление не препятствовал. Она оглянулась.

– Ты не попробуешь драться с ним?

– Нет.

– Почему?

– Ты не улетишь.

Она приподняла бровь. Кавин уже подлетел и, схватив её за талию, отлетел. Гон крикнул:

– А как же твои друзья? Мы их казним.

Мира вздрогнула и встретилась взглядом с ухмыляющимся демоном.

– Тебя нельзя оставить ни на одну ночь.

– Благодарю за спасение.

– Это мелочи. Ты рада меня видеть?

Она кивнула.

– Я хочу тебя.

Она покраснела, опуская глаза.

– Спаси Михея и его парней.

– Ты сольёшься со мной?

– Спаси их. Умоляю.

– Я жду ответа. Мне нужны гарантии. Они для меня никто.

– А я кто?

– Тоже никто, поэтому я говорю тебе всё как есть. Прилетел за тобой, потому что хочу тебя как не хотел ещё ни одну дем… девушку.

– Дем?.. Демоницу?

– Ты… знаешь? – его глаза округлились.

– Да. И уже давно. У нас есть гадалка. Она мне всё рассказала.

– Так чего же мне не верила, что я из ада и не человек?

– Думала, что ты просто такой же, как я.

– Повторяю ещё раз, мне нужны гарантии.

– Какие?

– Поцелуй меня в засос.

Мира услышала крик вожака и увидела друзей.

– Спаси их. – На глаза навернулись слёзы, а нижняя губа затряслась.

Демон спокойно провёл большим пальцем по ней.

– Мило. Я жду.

– Их же сейчас убьют!

Он прижал её к себе и засосал губы.

Мира, несмотря на напряжённую обстановку, поплыла в его горячих объятиях.

«Там… низы… Михей… Кавин… как же я его ждала. Он… нужен мне».

Они не обратили внимания, как во двор замка вывели два десятка низов и поставили в ряд. Гон отдал приказ казнить их. Михей стоял впереди с высоко поднятой головой.

– Посмотри на твою подругу, легко бросившую вас. – Проорал.

Парень уставился на целующуюся в небе пару.

– Он летает?..

– Да. И за то, что она улетает с ним, я решил казнить вас.

– Значит не такой ты уж и сильный, раз не можешь справиться с летающим мальчишкой. – Ироничная интонация Михея заставила Гона содрогнуться от гнева.

– Этот пусть помучается. Не убивать сразу. Стреляйте в остальных.

Харды натянули тетиву.

Мира оторвалась от соблазнительных губ демона.

– Кавин!..

Он, стремглав метнулся вниз, держа девушку так крепко, что она даже вздохнуть не могла. От такого острого виража, зажмурилась. Демон подлетел в ту минуту, когда харды выпустили стрелы, присел на одно колено, ударил кулаком в землю и мгновенно воспламенился. Мира от неожиданности закричала. Огонь за секунду от него расширился и стал похожим на полушар, закрывая всех низов от смертоносных стрел.

Михей выкатил глаза. Его парни тоже напряжённо наблюдали за огненным зрелищем.

Тут девушка пришла в себя от шока.

– А что дальше?

– Ад.

– Что?

Кавин прошептал:

– Ад помоги. Обещаю, что буду примерным демоном.

Минута, две, три, ничего. Только потрескивание от огня и вопли хардов.

– Клянусь своим членом! – проорал Кавин и сжал девушку сильнее.

Огонь ещё больше расширился, становясь кострищем, сжигающим низов. Их крики потонули в огненной воронке, стремительно затягивающей всех куда-то в недра ада.

Глава 5. Ад

Мира открыла глаза и уставилась в тёмный потолок, увитый золотым кустарником. Вид создавался редкого орнамента, поблёскивающего в огнях, развешанных по стенам факелов. Она привстала. Длинные распущенные волосы рассыпались по плечам. Девушка неожиданно ощутила, что находится здесь в другой одежде. Опустила голову и изумилась золотистой кружевной ткани, сквозь которую просвечивались её соски и тёмный треугольник. Вскочила, как ошпаренная, и огляделась. Дюжина свечей по углам на кудрявых чёрных монстрах создавали вид этакой мрачной сказки.

– Где я? Что со мной?

– Ты в аду. В замке моего отца, но также и моего.

Голос Кавина за спиной заставил вздрогнуть и медленно повернуться.

Слов не было, только приоткрылся рот от его вышколенного вида: чистейшие уложенные волосы, чёрная распахнутая рубашка из переливчатой гладкой ткани, толстая золотая цепь с кулоном в виде рогатого демона с рубиновыми глазами спускалась до пупа. На груди виднелась демоническая татуировка. Кожаные брюки облегали сильные ноги. Завершал великолепный вид широкий пояс, низко лежащий на бёдрах, на ногах мягкие, кожаные, чёрные тапочки.

– Что милая, дар речи потеряла от моего вида?

Она кивнула, пряча глаза, чтобы не выдать себя – истинного восхищения.

– Конечно, это же не ваш грязный мир. Я – дома. А здесь богат, пока благодаря отцу. Ты – моя гостья. И я жду обещанной благодарности.

Его тёмные глаза ехидно улыбались. Девушка помимо воли, ощущала, как ноги подкашиваются, и остро хочется окунуться в пучину греха здесь и сейчас. С ним – с этим юным демоном.

– Согласна? – руки Кавина легли ей на плечи и медленно сняли верх платья, обнажая девичью грудь. Она застыла как изваяние. – Тебе понравится. Я искусный любовник с большим опытом. Пальцы искусителя пробежались вокруг заострившихся сосков. Ладонь захватила правую грудь, нежно сжимая. Горячее дыхание щекотало ушную раковину.

Мира закрыла глаза. Он лёгкими движениями поласкал округлые полушария и аккуратно спустил шуршащее платье до талии. Сжал её обеими руками и услышал долгожданный стон, сорвавшийся с губ гостьи.

«Как он красив. Как от него приятно пахнет, жжеными листьями какого-то приторно сладкого растения. Аромат… его руки… как он нежен со мной. Хочу этого… очень. Нет, нельзя. Я не шлюха. Я – дочь главы мордов. Мне надо взять себя в руки. Собраться. Он должен полюбить меня. А я?.. Наверное, уже… влюблена, по самые уши».

– Кавин…

– Скоро, девочка моя.

Его голос обволакивал. Руки продолжали сдвигать платье на бёдра. В глазах загорелись огоньки, а на горячей груди, заёрзал змей. Девушка вздрогнула, заметив, что его глаза открылись.

– Не бойся. Он не тронет тебя.

– Я…

Платье уже еле держалось на бёдрах, и тут Мира внезапно схватила демона за руки.

Он, удивлённо изогнул бровь.

– П-п-прости. Я не могу так.

– Что ты имеешь в виду?

Огоньки в его глазах вспыхнули сильнее. Змей открыл пасть и зашипел.

Девушка отскочила.

– Не шипи на меня! Я не могу отдаться твоему хозяину! Я – не шлюха, а дочь главы мордов и должна выйти замуж достойно, в чистоте.

Кавин смерил её насмешливым взглядом и застегнул рубашку, заставив змея спрятаться обратно на груди в виде безмолвной татуировки.

– И за кого в аду ты собралась выходить замуж?

– В смысле? Ты же вернёшь меня обратно?

– Нет.

Его неожиданно суровый вид не обещал ничего хорошего.

– Что ты говоришь? Как это нет?

Её голос сорвался на крик.

– А ты что так ещё ничего не поняла?

Девушка напряжённо покачала отрицательно головой.

«Что я должна была понять? О чём он?»

– Для мира людей как человек ты умерла. Сгорела в адском пламени.

Рот Миры приоткрылся.

– А… Михей и все из низов?

– И они тоже.

Девушка вздохнула и присела на край топчана, служившего здесь огромной кроватью, покрытой чёрным атласным покрывалом с двумя рядами рюшей.

Кавин ожидал слёз, истерики и всего того, на что способны девчонки. Он ненавидел такую женскую слабость и уже приготовился, выдержать это, чтобы не сорваться на неё и не напугать. Страх гостьи совсем не то, что ему хотелось видеть в ней. Её податливые губы, глубокие глаза, гибкое тело и такая соблазнительная высокая грудь манили, ласкать, проявлять нежность. Рядом с ней с ним происходили такие трансформации, что он сам себя не узнавал. Раньше просто загибал демониц или грешниц и имел, как хотел. А тут хотелось её полного согласия, сладких стонов, увидеть, как эта девчонка растворится в сладком экстазе.

Кавин поднял голову и расправил плечи, смотря на неё свысока.

– Где они? – последовал лишь короткий вопрос сухой интонацией. На деле же она еле сдерживалась от рыданий.

– Это всё? – выпалил, явно раздражаясь. Змей снова зашипел.

– А что ещё? Я хочу видеть их!

– Ладно. Но я не разрешу тебе любить его, и тем более, помышлять о замужестве с ним. В чистоте. – Фраза завершилась издевательским тоном.

Девушка вскочила.

– О чём ты? Михей мой друг, а ты…

Глаза демона сузились.

– Кто я?

– Никто. Отстань. Отведи меня к ним.

Он подошёл и, схватив её за плечи, встряхнул, заглядывая в глаза.

– Нет, раз начала, так продолжай. Отвечай. Кто я для тебя?

– Любимый! Доволен?

На его лице отчётливо пробежало удивление. Он отстранился.

– Любимый?!

– Да. Тупой демон. Я влюбилась в тебя! Но никогда не пересплю лишь бы снять острое желание соединиться с тобой! Я не бл*ть как ты выражаешься.

– А оно у тебя острое?

Этот вопрос заставил девушку смягчиться и рассмеяться.

– Конечно.

Улыбка демона осветила его лицо как огни от свечей.

– Знаешь. Мне нравится то, что ты чувствуешь ко мне и то, что говоришь. Я отведу тебя к друзьям.

Взял её за руку и вывел из комнаты. У Миры чуть не разъехались ноги от гладко-начищенного стеклянного, чёрного пола.

– Здесь ходят в специальных тапочках, не скользящих.

– А кто его так натирает. Он аж блестит.

– Черти.

– Ясно. А они и вы это разное?

Кавин оглянулся, коварная улыбка обнажила милые ямочки на щеках. Девушка снова ощутила горячую волну, сбивающую с ног как цунами.

– Мы – высшая каста. Демоны управляют разными секторами ада. Тренируют дарингов, идут на задания Люцифера. Инкубы готовят лучших баб для нас. Я – только завершил элитную школу. И скоро меня ждут задания от владыки. И должность. Только он вправе решать, чего достоин демон. Черти – низшая. Они для любых чёрных работ.

Коридор сузился. Он взял её на руки и присел. Мира расширила глаза. Кавин оттолкнулся, и их понесло по стеклянному туннелю, как с великой, вертлявой горки, стремящейся вниз. Она зажмурилась от скорости и мелькающего чёрного стекла. Они, будто летели в адской воронке. Спустя некоторое время вылетели во что-то мягкое. Мира открыла глаза и огляделась. Нечто пушистое, подобно перине, такого же чёрного цвета, как и всё вокруг. Демон встал, слез с неё и подал ей руку.

– Как галантно.

– Ты – моя гостья.

– Я же умершая и попала в ад! Значит не гостья, а местная душа.

– Нет. Это не так. Ты не умершая во всех смыслах, а только для мира людей. И… у тебя нет души.

– Как это нет?! Ничего не понимаю. То одно, то другое. Объясни нормально.

– Идём. После встречи с друзьями, покажу тебе. Так ты быстрее всё поймёшь.

Они вышли в мрачный двор. К ним подошёл чёрт во фраке и склонил рогатую голову.

– Молодой господин…

– Где отец?

– Он ушёл на зов владыки. Вы полетите куда-то своим ходом или поедите в ладье с дарингами?

– Поеду. Хочу, чтобы моя гостья полюбовалась адскими красотами, а в полёте она ничего толком не увидит.

Чёрт еще раз поклонился и ушёл.

Мира схватила Кавина за рукав.

– Он такой…

– Какой?

– Важный, одетый.

– Правильно подметила. Лирей – управляющий замком и подручный отца. Важный чёрт. Он скоро распорядится и нам приведут дариногов, запряжённых в ладью. Постарайся не испугаться. Они – свирепые твари и сразу почувствуют страх, тогда мне придётся защищать тебя ценою собственной жизни. Не все демоны могут справиться с ними.

Девушка кивнула.

Вскоре к ним подвели двух дарингов, запряжённых в ладью из гладкого благородного цвета камня.

Мира раскрыла глаза от ужаса и сильнее сжала руку демона.

– Ха – ха! Ты же смелая дем… девушка.

– Я никогда не видела таких зубастых чудовищ.

Она уставилась на огромных зверей с пастями больше человека, из которых торчали острые зубы. Огненные глаза вращались как тарелки. Ошейники с металлическими шипами сдавливали толстые шеи. Лапы намного больше человеческих ног украшали длинные корявые когти как ножи. Даринги рычали и царапали тёмный пыльный камень под ними.

– А из чего эта ладья?

– Чёрный обсидиан – адский камень. У нас много всего из него.

– Красивый.

Он схватил её на руки и уселся в ладью.

– Главное не подходи к ним близко и особенно не суй руки, – ухмыльнулся. – Останешься без них.

Лицо девушки выражало страх. Демон снова рассмеялся.

– Ты как обычная девчонка.

– Я и есть обычная, только сильнее многих.

– Да нет девочка моя, ты совсем необычная. И даже такая стойкая, как обсидиан, что для меня стало открытием.

Она удивлённо изогнула серебристую бровь.

– Ты первая девушка кто устоял перед моим демоническим обаянием, да ещё и находясь уже полуголой в моих объятиях. Это… невозможно.

– Почему? Ты никогда не встречал стойких девушек?

– Да нет, ты не понимаешь. Когда демон так возбуждён как уже был я и ласкает женщину, ни одна устоять не может. На то он и ад, и мы – искусители.

Его улыбка опять свела её с ума, захотелось снова ощутить эти губы и руки на себе. Однако тряхнула головой, снимая наваждение, и дотронулась указательным пальцем до его губ.

– Тише мой дорогой демон. Хватит меня искушать. Я… хочу тебя, но не могу переступить через свою целомудренность. Прости.

Он перехватил её руку и поцеловал в тыльную часть.

– Вот – вот и это тоже делает тебя очень необычной. И кстати, целую ручку девушке я тоже впервые.

– Я рада. Есть что-то и у тебя впервые, в связи со мной.

Так за разговорами она и не заметила, как они помчались по скальной дороге, окружённой мрачными валунами.

– Смотри.

Демон указал в сторону.

Мира увидела множество каменных существ из темной мифологии. В некоторых местах прямо на скалах горели огни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.