Кристина Юраш
Котофея для дракона

Пролог

– На что ты готова пойти, чтобы спасти жизнь этого ребенка? – послышался вкрадчивый мужской голос, заставивший меня остановиться и сглотнуть.

Голос был тихим, словно шелест листвы. Мне было неясно, далеко он был или близко. Быть может, он в нескольких шагах от меня, а может, за моей спиной.

Лунный свет заливал поляну. Я закашлялась именем мальчика, которое собиралась выкрикнуть в ночной лес, и резко обернулась.

Рука скользнула в сумку, небрежно переброшенную через плечо, и затаилась в ее недрах, не зная, за что схватиться…

Никого не было. Я настороженно смотрела по сторонам, пытаясь понять, кто это сказал. Глаза вглядывались в темноту, скрывающуюся за серебристыми листьями.

– Кто здесь? – спросила я, нашарив в сумке веточку рябины. Фэйри терпеть не могут рябину. Чем не угодило им это дерево, я не знаю. Но действовало безотказно.

– Покажись! – произнесла я строго.

Среди деревьев послышался красивый мужской смех, а меня он пробрал до зловещих мурашек. Казалось, что со всех сторон ко мне течет магия. Словно летний холодный туман, она заставила меня зябко поежиться.

– Ну так что? – снова послышался голос.

Шепот коснулся моего уха, а я резко обернулась и отпрыгнула.

"Тише!" – прошептала я испуганному сердцу.

Лес снова зашелестел.

– Я здесь, – голос отчетливо слышался за моей спиной.

Обернувшись, я увидела того, кого больше всего на свете боялась встретить. Я даже не была уверена, существует ли он. Я вспомнила рассказы деревенских, чувствуя, как ужас осознания пробирает меня до кости.

Светлые волосы падали на плечи, создавая впечатление небрежной роскоши. Одежды сверкали не то магией, не то драгоценностями.

Холодная красота мужественного лица завораживала. Белоснежная кожа казалась мраморной в лунном свете. Его глаза напоминали глубокие, холодные озера. Они меняли цвет от ярко-голубого до серебристого, словно ледяные кристаллы.

Незнакомец кутался в плащ из темного бархата, украшенный серебряными узорами в виде чешуи дракона и сверкающими драгоценностями. Под плащом скрывалось темное одеяние, расшитое жемчужинами и кристаллами.

Он нес запах зимы – свежий снег, мороз и ветер, который проникает сквозь кожу.

Один старый дровосек из деревни рассказывал, что видел в лесу серебряного дракона. И уже шестой год не устает праздновать тот факт, что в тот день дракон не видел его.

"Он обладает силой, способной изменить ход времени и уничтожить мир, если захочет!" – шептались деревенские.

Золотая корона на голове незнакомца не оставляла никаких надежд на то, что мне сегодня удастся выбраться из этого леса.

Окутанный магией тумана, он стоял и смотрел на меня. Я чувствовала, как сквозь красоту дракона проступало что-то зловещее, бессердечное и пугающее.

Непроизнесенный вопрос умер на губах. Я уже знала, кто передо мной.

Никогда не думала, что встречу короля фэйри.

– Итак, что ты готова отдать за жизнь мальчика? – спросил он, шагнув ко мне.

Магия удержала меня на месте, а я с досадой поняла, что прозевала момент, когда она окутала мои ноги.

– Зачем вы похищаете детей? – спросила я, шаря рукой в сумке.

– Почему ты пришла за ним, а не его убитые горем родители? – спросил король фэйри. Его высокомерный взгляд обжег меня, а рука коснулась моего подбородка, приподнимая его.

– Это ты забрал его? – спросила я, чувствуя прикосновение прохладных пальцев.

– Нет, не я… Но я могу его вернуть, – произнес дракон. Его глаза изменились. Они стали серыми, почти бесцветными. – Так что ты готова отдать за него?

Он изучал меня взглядом. Я покосилась в сторону тумана, который окутывал нас. Одна моя рука скользнула по моей груди, сжимая старинный медальон, пока вторая отчаянно рылась в сумке.

– А что ты хочешь? – спросила я.

– Тебя, – тихо произнес дракон, а я его глаза снова изменили цвет. Они были зелеными. Я видела, как из его губ сочится какая-то магия. Видела, как его губы приближались к моим, раздвигая их поцелуем. Легкая улыбка скользнула по его лицу. Он выдохнул мне в губы холодную магию.

Мне конец! Я попала в ловушку, из которой еще никому не удавалось выбраться…

– А времени у тебя все меньше… – прошептал он.

Глава 1

С размаху я оттолкнула его, бросив ему в лицо всё, что успела выгрести из сумки. Ягоды рябины отскочили от него, заставив поморщиться, веточка полыни повисла на плече, а на меня смотрели изумленные и насмешливые глаза.

– Ты думаешь, что меня это проймет? – спросил король фэйри, подняв брови.

Но я успела.

Достаточно было той секунды, что он отвлекся.

В одно мгновенье я почувствовала, что медальон сработал. Я уменьшилась, а мои острые когти оставили кровавые полосы на прекрасном лице.

Я ловко выскользнула из его рук, прокусив ему ладонь, и бросилась бежать… Сумка волочилась за мной, а я мчалась, не разбирая дороги, по высокой траве…

Внезапно меня что-то дернуло, а я обернулась, видя, как сумка зацепилась за большую ветку.

– М-ляу! – выдала я, потянув ее так, что сухая ветка хрустнула.

Я мчалась по лесу, таща за собой сумку, как конь ретивый карету. Она шуршала по траве, сухим листьям. Я видела то, что не видят люди. Как над грибным кольцом стоит магический сверкающий туман. Где-то слышался мелодичный детский смех… Среди деревьев мелькали неясные силуэты. Крошечные светлячки летали над цветами. Я слышала их писклявые голоса. То, что люди принимают за красивых птиц, на самом деле были фэйри, сидящие на ветках. Среди корней таились чьи-то глаза… Опасные поляны, которые я называла воронками, затаились в ожидании наивной жертвы, приманивая ее красивыми цветами и спелыми ягодами. Мир наполнялся магией, которую не видят простые смертные.

Небольшая деревушка показалась из-за деревьев, а я летела так, словно за мной погоня.

Эти уютные домики, маленькая площадь перед ратушей, живописные места давно стали проклятием для каждого жителя деревни.

Я пробежала мимо здания школы, которая была закрыта в связи с окончанием рабочего дня. В этой школе я была директором, завучем, физруком, трудовиком и простой учительницей, но зарплату получала как простая учительница. Одну, положенную местным министерством.

Так что мою жизнь можно описать фразой: «Одна за всех, и все на одну».

Как же я мечтаю побыстрее уехать отсюда! Да хоть куда-нибудь! В любую другую деревню, где нет леса и проклятых фэйри! Туда, где кипит жизнь, где есть множество возможностей. Но всё упирается в деньги, которые школьная учительница может скопить только под старость. Да и то, если доживет на хлебе и воде.

Жить в постоянной опасности, переживать и нервничать по поводу «доброго соседства» меня не устраивает!

Особенно, когда понимаешь, что ты – единственная, кто идет в лес ради пропавшего ребенка или взрослого, рискуя своим рассудком и своей жизнью, ведь совесть, вступив в преступный сговор с любопытством и жалостью, заставляют тебя брать фонарь, сумку и посреди ночи по первому зову спешить на помощь.

Уехать отсюда мечтают многие. Иногда вслух, иногда про себя. Мечтают целыми поколениями. Но нас без денег нигде не ждут. А нищенские заработки деревенских не позволяют скопить приличную сумму на первое время. Поэтому все надежды возлагаются на детей, которых я учу в местной школе.

Единственным критерием взросления ребенка в нашей деревеньке являются не первые «молочные» усы, не легкое приподнятие платья в области груди, а появление искреннего желания уехать отсюда. И подальше.

Это же желание преследует и меня. А в силу сегодняшних событий оно приобрело особую актуальность!

– Быстрее! – шептала я, закашлявшись чужой магией.

Скользнув в приоткрытую дверь своего дома, я втянула зубами тяжелую сумку. В зеркале промелькнула рыжая кошка средней пушистости с выпученными глазами.

Я резко стянула с себя медальон, чувствуя, как увеличиваюсь в размерах. Лежа на деревянном полу, я закашлялась, прижав руку ко рту. Магия, которую я получила с поцелуем, серебристым дымком вытекала мне на ладонь, вызывая новый мучительный приступ кашля.

– Фуф, – прошептала я, одергивая смятую юбку темного платья.

Я тут же бросилась к зеркалу, чтобы убедиться, что со мной всё в порядке. Я отношу себя к оптимистам. Но они, сволочи бессердечные, постоянно приносят меня обратно.

Старое зеркало в деревянной раме отражало бледное лицо, золотистые волосы, в которых застряли мелкие веточки и сухие листья и…

– Мама дорогая… – выдохнула я, отшатнувшись.

Глава 2

Сначала мне показалось, что показалось. Я еще раз подошла к зеркалу, глядя на то, как задорно торчат из прически рыжие кошачьи уши. Одно ухо дернулось, а я услышала, как где-то под полом скребется мышь.

Я сжала в руке медальон и засопела, как ежик.

– Проклятье! – прошептала я, глядя на медальон. – А ведь как чувствовала, что оборачиваться сегодня в еще раз нельзя… А ведь меня предупреждали… И вот что теперь с ними делать?

Рассеянно я провела рукой по волосам. Уши пригнулись под тяжестью ладони, а потом снова встали торчком.

– Мляу! – простонала я, глядя с укором на медальон. А ведь сегодня с утра кошачьих ушей у меня не было! Это все он, проклятый! Это медальон во всем виноват…

Есть время, которое я могу без проблем пробыть в облике кошки, но стоит его превысить, как последствия становятся непредсказуемыми и необратимыми. И вот сегодня я, кажется, немного превысила лимит.

Я бросила взгляд на часы, понимая, что через час начнется урок. Нет, я, конечно, могу и опоздать. Но опаздывать на занятия, особенно если ты учитель, неправильно.

– Надо их чем-то прикрыть! – прошептала я, умываясь холодной водой.

У меня такое чувство, что мышь обзавелась напильником и сейчас сидит и что-то пилит. А еще топает, как слон…

Вытерев лицо полотенцем, я полезла в старинный сундук.

Через час, с опозданием в три минуты, я вошла в класс. Деревянные, грубо сколоченные парты стояли в три ряда. За каждой из них сидели детки разных возрастов. Две парты пустовало, а я стиснула зубы.

– Добрый день, класс! – строго, но с улыбкой, произнесла я.

– Какая красивая у вас шляпка, мисс Эстер! – послышался восхищенный голосок с первой парты. – Вы похожи на благородную даму!

Черт! И здесь мыши! Я слышу их…

– Спасибо, – улыбнулась я, глядя на сонных деревенских ребятишек. – Итак, у нас должен был быть первым урок математики, но мы его передвинем… Тема урока. Как защититься от фэйри…

Я смотрела на пустую парту, за которой еще позавчера сидел маленький Николас, сын кузнеца.

– А правда, что Николаса утащили фэйри? – спросила крошка Мэг. Она сидела на первой парте, болтая ногами в воздухе. Ее отец был единственным лекарем в деревне, поэтому одета она была намного лучше, чем одноклассники.

Я сглотнула, чувствуя, как подкатывает к горлу ком.

– А вы его найдете? – с надеждой спросил Саймон с третьей парты. Николас и Саймон были лучшими друзьями. Прямо не разлей вода.

– Обязательно, – прошептала я, чувствуя, что это ложь. Надежда, разумеется, есть всегда.

Главное, чтобы он не поддался убеждениям и ничего не съел в мире фэйри. Но надежды мало. Маленькая деревушка не блистала кулинарными изысками и не славилась своим богатством. А голодный, заблудившийся в лесу ребенок вряд ли вспомнит то, что мы проходили на уроке.

– Мисс Эстер! – послышался голос и стук в дверь. – Можно вас…

– Извините, – произнесла я, выходя за дверь. – Посидите тихо.

Я вышла, видя на пороге родителей Николаса. Я видела радость на их лицах. Они что? С катушек посъезжали?

– Он вернулся! Наш сын вернулся… – задохнулась радостью измученная ожиданием мать.

– Неужели? А вы уверены, что это он? – удивилась я, видя, как из-за матери выглядывает сам Николас.

Я внимательно смотрела на мальчика. Вроде бы он… А вроде бы и… Даже не знаю, как это сказать… И тут мне показалось, что у него сверкнули глаза. Какой-то странный, зеленоватый свет. Его губ коснулась улыбка.

– Конечно, уверена! – произнесла полноватая женщина с уставшими глазами. На ее лице читалась бессонная ночь. На ней был застиранный клетчатый фартук. Рядом стоял седой кузнец – отец.

– Мы что? Сына своего не узнаем?! – басом произнес отец.

Я внимательно следила за Николасом, чувствуя, как меня что-то внутри подъедает… Наверное, все-таки предчувствие. Или мне кажется?

– Мама, папа, я пойду в класс? – произнес Николас.

Глава 3

Николас шмыгнул в дверь. Радостные крики приветствовали мальчишку, а родители что-то помялись и стали уходить.

– Ты правда был в лесу? – спросила Мэг, когда я вошла в класс.

Николас уселся за свою парту, а я все еще присматривалась к нему. Какой-то он слишком тихий…

– Итак, у нас урок! Обниматься будем потом, на перемене! – строго произнесла я, глядя на единственную пустую парту. А потом снова переводя тревожный взгляд на мальчика. – Что вы должны брать с собой в лес?

– Либину! Рябину! – кричали наперебой дети. – Боярышник! Полынь! И что-то железное!

– Правильно, – выдохнула я, чувствуя, как ушам неудобно под шляпкой. Они вертелись на каждый шорох. – Если вдруг вы оказались в лесу, то никогда не разговаривайте с посторонними. Даже если к вам подойдет милая незнакомая старушка и попросит о помощи! Фэйри очень коварны, они могут принимать любой облик, так что будьте начеку…

Своими глазами видела, как милая старушка умоляла меня помочь донести вязанку хвороста. А потом, когда я прошла мимо, напрочь игнорируя ее просьбы, бабушка божий одуванчик со злости чуть не вырвала дерево с корнем.

Николас сидел смирно и прилежно. Обычно он был шумным и бойким, но сейчас он вел себя почти как образцовый ученик. Может, на него лес так подействовал? Может, ему пригодились мои уроки? А мне просто чудится?

Я не могла сказать, что конкретно меня смущает. Выглядел он как обычно. К тому же родители его сразу признали. Вот он уже шепчется со своим другом, однако я чувствовала тревогу.

– Когда видите грибной круг, то бегите прочь. Ни в коем случае не стоит подходить к нему близко и рассматривать… – продолжала я, чувствуя, как горло сдавило в приступе кашля. Я прокашлялась, чувствуя, как из меня выходит холод чужой магии…

Что-то было не так уже со мной…

Глава 4

Я взяла себя в руки и хрипловатым голосом продолжила: – Есть в лесу такие поляны, на которые лучше не выходить. Отличить ее от обычной сложно. Но можно. Обычно на поляне… Простите… Кхе-кхе… Растут… Кхе! Да что такое! Я взяла в руки мел и стала рисовать цветок. – Я их видела! – послышался восторженный голос Мэг. – Его называют лихоцветы. Они похожи на лилии… – Да, – кивнула я, с силой надавив на мел, чтобы вернуть себе чувство реальности. – В темноте, вечером или ночью их видно особенно хорошо. Они едва заметно светятся. Днем нужно быть внимательными. Эта поляна называется воронкой. Ступивший на нее никогда не возвращается обратно… Эта поляна может быть где угодно. Поэтому, прежде чем выходить на красивую… Кхе! Полянку, внимательно осмотритесь… Я повернулась к детям, отряхнула руки после мела и присела на учительский стул. Деревенская школа была закрыта десять лет. До того момента, когда я не очнулась в теле некой мисс Эстер, незамужней девицы двадцати пяти лет от роду, живущей на самой окраине деревни в доме, который достался ей от родителей. Мисс Эстер имела свой огородик и довольно странную репутацию. Она проживала жизнь скромной старой девы, особо ни с кем не общаясь. В ее доме нельзя было встретить даже муху-самца. Она не придерживалась мнения многих деревенских девушек, что только путем беспорядочных связей можно найти порядочного мужчину. Поговаривали, что когда-то в детстве ее похитили фэйри, но ее отец-охотник каким-то чудом сумел ее вызволить. Понимая, что питаться с огородика так себе удовольствие, я решила совместить приятное с полезным и решила стать школьной учительницей. Тем более, что деревенская школа давно и остро нуждалась хоть в каких-нибудь кадрах. За это мне даже платили скромное жалование. И школа снова заработала. А ведь она не работала с тех пор, как умерла старенькая учительница. Ее отправили сюда из столицы на стажировку во времена ее молодости. Так она проработала в этой школе шестьдесят семь лет, до конца надеясь, что ее заберут в столицу обратно. Говорят, учительницей она была строгой, а потому и охрипшей. Все сопутствующие профессиональные заболевания были на лицо. Дергающийся глаз, легкий нервный тик и прогрессирующий маразм. И теперь уже не учитель следил за учениками, а ученики за учителем. Чтобы не уснула. И не впала в детство. Ее, честно говоря, не любили. Она навсегда отбила у детей желание учиться. Загнать за парты детей, привыкших проводить время на улице в веселой беготне, было непросто. Но еще сложнее было убедить родителей в необходимости образования. Хотя до сих пор к школе относились настороженно. Правда, некоторые родители отказались отдавать детей учиться. Они считали это лишним. – С вами все в порядке? – встревоженно спросил кто-то из ребятишек. – Вы побледнели… – Да, все в порядке, – кивнула я, как вдруг все вокруг поплыло… Я очнулась посреди леса, в обволакивающем тумане.

Глава 5

– Я приказал вернуть ребенка, как ты и хотела, – послышался знакомый голос, а я вздрогнула.

Король фэйри вышел из тумана, а я пыталась понять, как оказалась здесь. Ведь только что я была в классе! У меня был урок!

– Ты рада? – спросил вкрадчивый голос, а я смотрела на него, поражаясь тому, насколько он красив.

– Да, – произнесла я. – Спасибо огромное…

В ответ на мое спасибо он лишь улыбнулся. Я чувствовала мощь, которая исходит от него. Его присутствие наполняет воздух холодом и таинственностью.

– Как я здесь очутилась? – спросила я, осматриваясь. Все вокруг было пропитано магией.

Я даже не могла понять, где я.

– Магия, – с улыбкой заметил король фэйри, а его глаза на этот раз были небесно-голубыми. – Теперь мы будем видеться чаще… Намного чаще…

– Зачем? – спросила я, опасливо осматриваясь.

– Потому что ты мне понравилась, – вкрадчиво произнес дракон, беря меня за руку. Я опомниться не успела, как мое скромное, испачканное мелом платье превратилось в нежные шелка.

Это место было похоже на сад. Но я никогда раньше здесь не была.

– Будь моей королевой, – слышался голос. Его шепот блуждал вокруг моих губ, словно выжидая момента, чтобы поцеловать…

Я сглотнула, стараясь не поддаваться искушению. Я чувствовала, как искушение сплетается с каким-то ужасом.

– Эм… – прошептала я, ощущая, как его рука привлекает меня к себе. Другой рукой он коснулся моих волос и погладил меня по щеке. Мягкость и плавность его движений очаровывала. Сердце забилось гулко и часто. Он вернул ребенка, потому что я ему понравилась? Я настороженно следила за каждым его движением.

– А это точно он? – спросила я.

– Ты сомневаешься? – послышался изумленный ответ. – Знаешь, многие люди после того, как побывают в гостях у фэйри, немного меняются…

Я слышала о таком. И не раз. Будем надеяться, что это просто последствия. И скоро они пройдут. Если пройдут, конечно.

– Я не обиделся на тебя, – шепнул голос, а его шепот растекался по венам, словно убаюкивая меня. – Разве можно обижаться на такую красавицу… Такую красавицу нужно любить…

Я чувствовала, как его губы нежно и мягко коснулись моих.

– Я, конечно, благодарна за ребенка… Но я… я… Давайте я подумаю над вашим предложением в более спокойной обстановке. Взвешу все за и против… – опомнилась я, упираясь руками в его грудь. – Вы мне лучше скажите, что это за магия такая?

– Все тебе надо знать, – послышался слегка насмешливый голос, а его пальцы сплетались с моими… – Ты мне лучше скажи, что согласна…

– Мисс Эстер!!! – послышался писклявый детский голосок в тот момент, когда наши губы снова едва не соприкоснулись.

Я дернулась, очнулась и тут же вспомнила про шляпку и тут же прижала ее рукой к голове. Я лежала на деревянном полу, а надо мной нависали дети.

– Мисс Эстер, вы проспали всю математику и начальную магию! Мисс Эстер! А Саймон рисовал на доске всякие гадости, а потом стирал! Мисс Эстер, а Мэй сказала, что вы умерли, и теперь нас отпустят пораньше с уроков… Мисс Эстер… Нам страшно… Николас… Он…

– Что? – дернулась я.

Глава 6

Так, кажется, я выспалась. И теперь уже не опасна для общества. Обычно с утра у меня высыпается только сахар из ложки, так что я не сразу поняла, что случилось что-то серьезное.

– Что с Николасом? – прошептала я, видя напуганные лица детей.

– Я… я… сказал ему, чтобы он больше не ходил в лес. Или брал рябину с собой. И протянул ему рябиновую палочку. Мне папа две сделал, потому что боялся, что потеряю, – произнес Саймон, когда я вставала с кряхтением старушки. – А Николас подпрыгнул, словно я ему не палочку даю, а ударил. А потом подошел к окну и заплакал. И сказал, что хочет обратно… К ним… И пошел к двери. Мы его заперли в кладовке.

“Обманул! Обманул! Подлый дракон!”, – пронеслось в голове.

Но радовало только то, что это действительно Николас.

– Так, домашнее задание сдаем, я проверю! А сейчас у нас урок начальной магии! – выдохнула я, вставая и поправляя узел лент под горлом.

Дети несли мне свои листочки, складывая их в аккуратную стопку на столе. Один листочек упал, но Дилли, сын пекаря, поднял его и сложил на стол.

Я посмотрела на часы, а потом шепнула Саймону, чтобы он сбегал за родителями Николаса.

Я открыла старую книгу там, где лежала моя закладка. Мне приходилось учиться наперед, чтобы потом, на уроке показывать детям волшебство. Если от математики лица детей напоминали очередь к зубному врачу, то этот предмет они любили.

– Вот я бы научился поджигать! Я бы сжег лес и всех фэйри, – произнес Дилан, сын дровосека.

– На всякий случай я осуждаю подобные действия! – произнесла я. – Итак, прячем учебники! Достаем листочки.

“Уберите все легковоспламеняющиеся предметы”, – прочитала я на стене памятку для учителя.

На стене висели рекомендации, данные министерством обычного и магического образования по оборудованию магических классов. Этот предмет ввели совсем недавно. Что-то вроде нашей химии. Не сказать, что он был архисложным. Заклинания были мелкие, вроде “залечить порез”, “развести огонек”, “пришить пуговицу”, “залатать дырку”, “почистить грязь”. Все, что могло пригодиться в быту. Также там присутствовали простенькие зелья из трав, которыми нас снабдить, разумеется, забыли.

Надпись гласила “перед уроком обязательно перейдите в специально оборудованный класс”. Я вздохнула. Переходить нам было некуда. Поэтому я стала доставать деревянные щиты и ставить их на окна. Щиты были тяжелые, но, спасибо родителям, они были. В классе стало темно. Дети прятали учебники подальше, тихо переговариваясь.

“Наложите защитные заклинания на каждого ребенка!”, – прочитала я, глядя на местный Хогвартс.

– Девочки, собрали волосы под косынку и закатали рукава, – выдохнула я, представляя, что где-то действительно есть школа, в которой все это есть.

– Берем ведра, – произнесла я. – Они в углу!

Малышня бросилась к ведрам, споря, где чье. Я и сама взяла два ведра, направляясь на улицу к школьному колодцу.

Пока цепь поднимала очередное ведро, я чувствовала, как у меня ломит спину. Старость всегда заглядывала ко мне в те моменты, когда мне приходилось, как шарманщику, крутить колодезную ручку.

С ведрами, полными водой, мы дошли до класса.

– Достали тряпочки, – вздохнула я. – Намочили парты!

Дети размазывали воду по партам, а я по столу.

– Ведерко стоит рядом с партой, чтобы вы могли быстрее его схватить! – напомнила я. – Но не на проходе, чтобы его не перевернули.

Одно ведро я опрокинула на пол, видя, как старые доски впитывают влагу и собирают мусор.

Итак, колхоз имени Хогвартса готов к обучению. Странным было то, что лучше всего у детей получался именно огонь. На этот счет была написана куча умных книг, которые сводились к тому, что “странно, но у детей лучше всего получается именно огонь!”.

Я смотрела на кладовочку, из которой ломился Николас. И мне было страшно. А что если он, правда, вернется к фэйри?

– Ну, теперь, когда все готово, можно приступать.

Послышался стук в дверь. Я открыла, видя родителей Николаса.

– Ваш сын хочет вернуться к фэйри, – произнесла я, открывая кладовку. Николас сидел на корточках среди старых, дырявых ведер и швабр. – Видимо, они его чем-то угостили. Вам придется его запереть дома и следить за ним. Пока не пройдет…

– Не может такого быть! – басом произнес огромный кузнец, вытирая руки о грязный фартук. Щипцы торчали из надорванного кармана. Видимо, новость о поведении сына застала родителей врасплох. Мать была вся на нервах и напоминала одну сплошную нервную клетку.

– У всех детей, которые побывали у фэйри, какое-то время может отмечаться тяга вернуться обратно, – постаралась я успокоить их. – Ваша задача, как бы он не просил, что бы он ни говорил, держать его под присмотром с недельку. Есть вероятность, что на ребенке чары. Постарайтесь проводить с ним больше времени, разговаривайте с ним, не оставляйте его в одиночестве. Он должен осознавать, что у него есть любящая семья.

– Мне некогда возиться с ребенком! – произнес кузнец. – Мне сегодня нужно сделать двадцать четыре новые подковы! Кто их сделает за меня!

– А у меня огород, – жалобно вставила матушка Николаса, держа его за руку. – Если я не буду работать на нем, то семье будет нечего есть! К тому же, сейчас он ведет себя довольно смирно.

– Да! Не вижу в нем тяги убежать в лес! – заметил кузнец, поглядывая на ребенка.

– Это может быть хитрость, – убеждала я. – Он сейчас затаится, постарается убедить вас в том, что все хорошо, а сам тем временем туда. Я прошу вас, не пускайте ситуацию на самотек.

Родители вздохнули, покивали, а потом увели Николаса. Я закрыла двери, глядя на наш магический колхоз. Все девочки сидели в косынках, рукава были закатаны.

– Итак, сегодня мы учимся пришивать пуговицу, – улыбнулась я.

"Позаботьтесь о том, чтобы у каждого ученика был сертифицированный материал, обработанный специальным защитным заклинанием".

Я взяла коробку и достала оттуда обрывки ткани и пуговицы. В другую руку я взяла ведро и стала макать в него тряпочку и вручать каждому.

– А можно мне другую пуговку? – спросила Мэг.

Я порылась и достала другую, видя радость в глазах ребенка. Она потянулась к соседке, показывая пуговку.

– Итак, положили тряпочку перед собой, расправили ее, а сверху положили пуговку. Место для пуговки лучше наметить заранее, – произнесла я, показывая пример.

Все зашуршали, а я разгладила тряпочку и положила сверху потертую пуговицу.

– Руку держим вот так, – показала я. – Пальчиком показываем на пуговицу. Молодцы. Не прикасаемся к ней, а то пришьет палец. Все, пока убираем ручки. Но так, чтобы я их видела. Сейчас будем разучивать заклинание. Только разучивать. "Нере испум!"

– Нере испум! – повторили малыши.

Я писала слово на доске печатными буквами.

– Не-ре ис-пум, – медленно произнесла я. Дети так же медленно повторили. Опыт подсказывал, что повторять нужно каждому отдельно.

– Нере испум! Нере испум, – слышала я, проходя по рядам. – Неле испум…

– Так, Маргарет. Ты пока не участвуешь в пришивании.

Почему нет заклинаний для детей, которые не произносят букву "р"? Где альтернатива? Но такими вещами министерство не озаботилось.

– Нере… Букву "р" четче! – произнесла я, вспоминая, что у меня дома на столе валяется старая тряпка, сплошь усыпанная пуговицами. Это я три дня назад училась тому, чему сейчас придется учить детей. – А так хорошо!

Я удовлетворенно села за стол.

– Нере испум! – произнесла я, касаясь своей пуговицы.

В классе послышались голоса.

– У меня пришилась! – обрадовался кто-то из малышни и полез смотреть, пришилась ли у соседа.

– Тушим, тушим! – вскочила я со стола, подбегая с ведром и плеснув от души. Парта погасла. Вот, что я и говорила.

Мы потренировались еще немного. Я отпустила детей по домам и села проверять домашнее задание по математике.

За окном был вечер, а я уже зевала, как вдруг дверь открылась, а в дверь послышался стук.

– Помогите!

Глава 7

Я уже вскочила на ноги.

За дверью послышалось что-то непонятное, но тревожное.

Распахнув дверь, я увидела на пороге кузнеца.

Крепкий мужик размером со шкаф, гнущий железный прут руками, выглядел как испуганный мальчик.

– Что такое, мистер Норгтон? – испуганно пробормотала я.

– Пойдемте, прошу вас! – хрипловато выдохнул кузнец. – Быстрее!

Он схватил меня за руку и потащил на выход. Я едва успела погасить свечку. Насчет свечки у меня была навязчивая идея. Некогда будучи обитательницей мира, где не выключенный свет еще не повод для инфаркта и пожара, привыкнуть к новым реалиям было непросто. Поэтому я взяла себе за правило тушить свечи особо тщательно.

– Мне школу закрыть надо! – уперлась я, доставая ключ из кармана. На мгновенье меня отпустили, а я плотно прижала дверь и надела замок.

Подбежав к кузнецу, я видела, что огромные руки, способные согнуть и разогнуть подкову, тряслись.

– Быстрее, – произнес он, таща меня в сторону своего дома по улице.

Деревенька Милвиль, в которой мы жили, была небольшой. Некогда даже весьма процветающей. От процветания остались двухэтажные дома на главной улице и небольшая площадь. Была у нас даже ратуша, пожалуй, самое красивое из всех зданий. Она единственная обладала кокетливой башенкой, которая была видна из окна моей школы.

Поговаривали, что были планы превратить Милвиль в городок. Но из-за проклятых фэйри не срослось. Люди стали выбирать более безопасную дорогу, оставив местных жителей без новостей, денег, перспектив. Наедине с несбывшимися надеждами.

Дом кузнеца находился с другой стороны от моего дома, ближе всех ко второй части леса. Когда-то там пролегала дорога, ведущая в сторону столицы. И лавка делалась с таким расчетом, чтобы каждый мог починить что-то в пути. Но сейчас некогда широкая и шумная дорога заросла, решив идти не через наш огромный лес, а со стороны Мэривиля, за что получила название Мэривильская дорога.

С одной стороны дома была небольшая кузня. Молот был спешно брошен на наковальню. Жаровня еще полыхала красноватыми всполохами углей, то разгораясь, то затухая от ветерка. Связка подков висела на проволочном крючке под потолком. Дальше я рассмотреть не успела. Меня втащили в дом.

В доме было тихо.

– Жена! – крикнул кузнец, пока я искала глазами мальчика. – Мы заперли его в шкаф. И я попросил ее…

По скрипучим деревянным полам мы прошли в комнату.

Шкаф был настежь открыт. Окно тоже. Зато на столе возле свечки спала миссис Норгтон. Казалось, что вся ее одежда покрыта маленькими блестками. В лунном свете было отчетливо видно, как сверкают ее рано поседевшие волосы.

Сверкал стол и даже пол рядом со спящей.

– Так, быстро приводи ее в чувство! Как хочешь приводи! Если она долго проспит, то может и не проснуться, – прошептала я, мазнув пальцем по столешнице. – Это магия фэйри… Порошок усыпляющий…

Бледный кузнец не знал, что делать. Сейчас он выглядел как огромный растерянный мальчишка, впервые столкнувшийся с чем-то ему непонятным.

– Я за ребенком! – прошептала я, выглядывая в окно. Я попыталась вылезти, пока кузнец тряс жену: «Мэрэдит, вставай!».

Я вылезла в окно, понимая, что сумка моя осталась дома. Но бежать в дом означало бежать через всю деревню и потерять драгоценные секунды. Благо, медальон был при мне. Тащиться в лес беззащитной тоже не хотелось, но на кону была жизнь мальчика.

Я бежала по направлению к лесу, вдоль реки, которая потом свернет в самую чащу.

Пока что я не видела ребенка, но надеялась, что успею.

И тут, среди первых деревьев, я увидела силуэт мальчика. Он входил в лес, а я собрала в кучку всю физкультуру, на которую было способно мое уставшее тело.

– Николас! – закричала я, оказываясь под сенью леса.

Если где-то существует Бог Физкультуры, то сегодня он был на моей стороне! Можно сказать, благословил меня, когда я перепрыгнула через поваленное дерево.

Схватив за руку неспешно бредущего мальчика, я наконец-то смогла выдохнуть. Все! Поймала! Успела, мать его итить!

Сердце еще стучало и холодило горло. Во рту был привкус металла. Руки холодели и дрожали.

– Николас, – прошептала я, глядя на закрытые глаза ребенка. – Послушай меня… У тебя есть мама и папа. Они очень тебя любят. Они бросили все дела, чтобы спасти тебе жизнь. Ты у них единственный ребенок. Тебя любят в школе. У тебя есть лучший друг, Саймон. Ты очень нужен нам. Я люблю тебя. Нужен, слышишь… Нужен…

И тут произошло нечто страшное. Николас схватил за руку, но явно не с силой десятилетнего ребенка.

Он открыл глаза, и я с ужасом поняла, что это был не Николас.

Я попыталась освободиться, но меня держали хваткой взрослого мужчины. Глаза Николаса горели, а сам он улыбался. За его спиной сверкал магией темный лес. Невидимая граница, которую камнями обозначили местные много веков назад, отделяла людей от фэйри.

Лес зловеще заволновался и зашелестел. Стая ворон сорвалась с веток и с карканьем унеслась в небо.

– Ты будешь моей, – услышала я голос Николаса, а его глаза изменились. Теперь они были мертвенно-серыми. А сам взгляд напоминал ожог.

– Где мальчик!!! – закричала я, еще раз дернув рукой. Но меня удержали. – Куда ты дел ребенка?! Ты обещал вернуть его! Обещал! Не вижу, чтобы ты выполнил обещание!

Белая мгла тумана окутывала меня со всех сторон. Я дернулась от нее, понимая, что с той стороны она тоже ползет. Пытаясь разжать чужие пальцы на своем запястье, я чувствовала, насколько он силен.

– Я не говорил, что верну его навсегда. Такого уговора не было! Но я его вернул, – заметил знакомый голос. А вместо Николаса на опушке леса стоял король фэйри. Его рука сжимала мою, а на губах появилась улыбка. – А то, что вы не смогли его удержать, это уже не моя вина.

Улыбка померкла, а сталь глаз впилась в меня.

– Так что не смей обвинять меня во лжи, – процедил дракон с надменным лицом.

– Вы… вы… околдовали его! – полушепотом произнесла я, тяжело дыша.

– Кто виноват, что, увидев красивые сады вместо сломанных телег и унылых грядок, роскошные дворцы вместо старых деревянных домов, попробовав вкусные блюда вместо каши с грибами и хлебом, ребенок решил, что у нас будет лучше, – улыбка снова коснулась его лица.

– Да, но как же его родители?! – возмутилась я.

Он приблизился ко мне так, что у меня мурашки побежали по коже.

– Как ты думаешь, почему мы забрали именно его? – спросил король фэйри.

Дракон помолчал, заглядывая мне в лицо в поисках ответа.

– Заметь, мы не тронули других детей… – послышался шепот. – Только этого мальчика. Рано или поздно появится кто-то еще… И тогда мы заберем и его…

– Я не понимаю, о чем ты? – произнесла я, нахмурившись.

– А это уже не у меня спрашивай, – усмехнулся король фэйри. Я чувствовала его объятия, чувствовала, как медленно его рука скользит по моей спине.

Для меня всегда было загадкой, как и по каким признакам фэйри выбирают свою жертву. Почему они не забирают других? Почему из леса с диким криком может вернуться брат или сестра, ведь им ничего не стоит забрать сразу обоих ребятишек! Почему они забирают кого-то конкретного?

– Родители очень любят Николаса! Он – их единственный и долгожданный сын! – произнесла я уверенно. – Может, именно поэтому вы решили забрать его!

– Мы забираем только тех, от кого отказались, – прошептал голос.

Глава 8

– Это как? – спросила я. – Родители Николаса никогда бы от него не отказались!

Я недоверчиво посмотрела на красивое бледное лицо. При взгляде на короля фэйри у меня сердце, как у кролика, дробь отбивало.

– Послушай меня, – мягко и сладко произнес дракон, а пальцы нежно коснулись моей щеки. – Ты последний человек, которому бы я сделал больно…

– А что, список все-таки есть? – осведомилась я, вглядываясь в таинственный лес. – И я все-таки есть в том списке?

Наверное, это прозвучало с некоторым вызовом, раз дракон рассмеялся. Смех у него был красивым. Он откидывал голову, обнажая чуть хищные белые зубы. На щеках появлялись черточки ямочек.

– Родители Николаса сами отдали его нам, – произнес король фэйри, вдруг став серьезным.

– Врешь ведь, – сглотнула я, глядя на свою руку в плену чужой руки.

– Мы не можем забрать тех, кого нам не отдали, – усмехнулся король фэйри. – Есть такой пакт, подписанный между людьми и фэйри. Он называется Пакт о благоденствии… Наверняка он есть даже у тебя. Уничтожить пакт нельзя. Так что могу сказать, что он где-то спрятан.

– И что это за пакт? – скептически спросила я, чувствуя, как хватка ослабла. Сердце все еще отбивало барабанную дробь, а вторая рука лежала на медальоне, готовясь в любой момент показать дракону кузькину мать и прочих родственников.

– Когда-то здесь тоже был лес, – произнес дракон, показывая в сторону далеких огоньков деревни. – А потом пришли люди, вырубили его и стали строиться. Первым поселенцам было тяжко. Земля не приносила урожай. Но деревенька жила за счет проезжающих мимо. Она уже собралась стать городом. Но тут сменилась главная дорога. Дорога через Милвиль перестала существовать. И кормиться стало нечем. Земля, пропитанная магией, не приносила урожай. И отчаявшиеся люди заключили с нами пакт. Пакт о благоденствии. За отличный урожай, за то, что у них процветает, за то, что любая работа делается быстрее и деньги не переводятся, они готовы были отдать многое. Если не все. И тогда я предложил свое условие. Я забираю ненужных детей. Достаточно сказать ритуальную фразу, и мы тут как тут. И все были согласны. Люди посчитали, что сделка очень выгодная.

– Не верю, – произнесла я, глядя на его руку. – Но даже если так! Дети не виноваты ни в чем! Неважно, что бы ни пообещали родители, ребенок не виноват и…

Все померкло. Словно тьма окутала меня с ног до головы. Я очнулась на опушке леса. Одна.

– Николас!!! – закричала я, возмутив лес своим криком. – Николас!!!

Я подскочила и тут же, спотыкаясь, бросилась в чащу, на ходу используя медальон. Мягкие лапы шагнули по листве, а видела, как лес наполняется магией. Маленькие фэйри танцевали вокруг грибного круга, кто-то с горящими глазами выглянул из-за дерева, чтобы мгновенно исчезнуть.

До этого дня я считала себя человеком позитивным. Вот меня послали на хрен, а я вернулась отдохнувшая, повеселевшая, еще и магнитики с футболками привезла! Но сейчас я понимала.

Шансов найти мальчика почти нет…

Лес менялся на глазах. То, что казалось полянкой, вдруг превращалось в чащобу. Он словно не пускал меня, заслоняя огромными деревьями дорогу дальше.

– Николас!!! – кричала я, обернувшись человеком.

Среди деревьев я слышала тихий смех. Листья шуршали, но я никого не видела. Только слышала!

– Николас!!!

Я бродила по лесу, вышла к озеру, искала под корягами.

Где-то в глубине души я понимала. Исправлять уже поздно, а вот испортить до конца время еще есть.

– Николас!!! – крикнула я.

Обессиленная я побрела обратно. Нет, главное, кошка, а устала, как собака!

Отряхнувшись, я быстро сняла медальон. Так, никаких новых рудиментов нет? Я проверила шляпку, под которой прятались уши. Уши были на месте. Похлопала себя по попе, проверяя, не остался ли хвост. Хвоста не было. Я вздохнула, понимая, что с ушами придется смириться.

Я ковыляла к дому кузнеца, видя свет в оконце. Дороги особо не разбирала. Я не знала, как сказать ужасную новость родителям.

Постучавшись в чужую, добротную дверь, обитую красивыми металлическими завитушками, я заметила, что она не закрыта, и вошла в дом.

– Нашла?! – бросился ко мне кузнец. В старом кресле под пледом сидела его супруга. Безжизненная, серая, с потухшим взглядом. – Нашла?!

Я смотрела на женщину, которая повернула ко мне свое лицо.

– Нет, простите, – прошептала я.

Кузнец зарычал: «Проклятые фэйри! Ненавижу их!». Женщина зарыдала. С каждым мгновеньем ее рыдания становились все громче и громче. Она уткнула лицо в руки, а я пыталась подобрать слова поддержки.

Кузнец бросился к жене, гладя ее по растрепанным волосам.

Я вздохнула, понимая, что мне здесь делать нечего.

Проходя мимо наковальни и молота, которые лежали так же, как их бросили в спешке, я увидела, что подков на связке стало в два раза больше. Теперь она, словно налитая соками гроздь, свисала с потолка кузницы.

Я остановилась, положив руку на медальон.

На мгновенье я обернулась кошкой, как вдруг увидела легкое сияние магии, окутывающее подковы. Чтобы не испытывать судьбу, я обернулась человеком.

– Раз, два, три… – пересчитала их я. – Двадцать шесть…

Я отвернулась, прошла немного, как вдруг вернулась и стала снова считать их.

– Двадцать семь! – сощурила глаза я. И пересчитала еще раз. – Двадцать шесть, двадцать семь, двадцать… восемь?

У меня не сходились две тонкие грани одной реальности.

Глава 9

Я вздохнула и поплелась домой.

Дорога занимала не так много времени. От силы минут десять, если идти медленным шагом.

“Неужели король фэйри прав?” – пронеслось в голове, когда я посмотрела на лес. Лес хранил молчание. Словно сытый зверь, он успокоился на время.

Открыв старым ключом дверь своего домика, я зажгла свет, задернула занавески и наконец-то сняла шляпу.

– Бэмс!

Мятые уши, почувствовав свободу, тут же встали задорным торчком.

Я лениво скинула ботинки, бережно сняла платье и надела ночную рубашку. Свет от свечей прыгал, освещая скромный интерьер двухкомнатного дома.

Он был один из самых маленьких в деревне, но за домом сохранились колышки. Видимо, когда-то кто-то собирался достроить его, но руки не дошли. Там же лежала груда старых, плесневелых досок.

Внутри дома было уютно. Некоторые вещи свидетельствовали даже о достатке. Поговаривали, что отец девушки, в чьем теле я нахожусь, женился на какой-то аристократке.

Поговаривают, но уже тише, что она сбежала из дома или же, наоборот, была услана родителями подальше, чтобы скрыть какой-то позор.

Некоторые даже утверждают по большому секрету, что она была беременной, а охотник просто подвернулся под руку паникующей родне. Вот за него и выдали замуж бедную девицу, положив некоторое приданое, в которое я сейчас бережно донашиваю.

Ее портрет висел на стене в овальной пыльной рамке. На нем она была счастлива.

“Хорошо бы где-нибудь у меня нашлась богатая тетя, которая, умирая, оставила бы все мне!” – подумалось мне, пока я грела воду.

Помывшись, я вспомнила с непередаваемым облегчением, что завтра у нас выходной. И завалилась спать. Завтра нужно устроить генеральную уборку!

Уснуть теперь было не просто. Каждый шорох заставлял напрягать слух. Я слышала, как топают подлые мыши. Такое чувство, словно у них под кроватью танцевальная студия.

Где-то под окном истошно орали два деревенских кота. Это – поклонники.

С этими котами у нас очень непростые взаимоотношения. Однажды я в кошачьем облике возвращалась из леса, как вдруг нарисовался один: “Мадемуазель, я раньше вас не видел, но уже успел влюбиться!” И не давал проходу. “Я хочу с вами котят!” – намекало его поведение.

Я, конечно, котят очень любила. Но планы на вечер у меня были другие. Потом к одному ухажеру присоединился второй. И сейчас они атакуют по ночам мой дом, требуя у грубой и не выспавшейся девушки отдать им милую рыжую кошку.

Накрыв голову подушкой, я попыталась уснуть. Все вертелось калейдоскопом. И красавец – король фэйри, его смех и улыбка, и рыдающая мать Николаса, и ведро воды, и почти пожар на уроке… А тут еще два кота орали серенады так громко и жутко, что хотелось встать и объяснить им на популярном языке, что кошки здесь нет!

“Кем ты хочешь стать, когда выспишься?” – задавала я себе вопрос на ночь глядя. И понимала, что для начала надо выспаться.

Я сосредоточилась, чтобы уснуть, а потом почувствовала, что и правда засыпаю…

Снилось мне, как меня обнимают, целуют под шелест листвы. Я вижу только мерцание звезд и…

– Тук-тук-тук! – послышался стук в дверь.

Я оторвала голову от подушки, осматриваясь.

– Тук-тук! – постучали мне. Я натянула чепчик, закуталась в одеяло и поползла открывать. На ходу я взглянула в зеркало. “Вызывайте скорую! Тут у человека утро!” – проворчала я, глядя на мятое лицо. Такое чувство, что всю жизнь я спала без подушки, без одеяла, стоя на одной ноге, прислонив лицо к дверному косяку, и не час назад!

– Драсте! – послышался голос кузнеца, когда я открыла дверь. – Это к тебе!

Кто ко мне? Для чего ко мне? А точно ко мне? А оно мне надо?

Я попыталась сфокусироваться, как увидела роскошную карету, стоящую на дороге.

Глава 10

– Ко мне? – удивилась я, глядя на мрачного серого кузнеца.

Первая мысль: обо мне вспомнила далекая родня, и сейчас я стану богатой наследницей и уеду отсюда на хрен!

Поместье в три этажа с нежным названием Нахрен меня вполне устроит. А если вокруг него будет еще и сад с парком, то я готова разделить титул герцогини Нахрен.

Мечты уносили меня куда-то в безбедную даль, подальше от этого гиблого уютного местечка и его красивого владельца.

– Мадемуазель! – послышался голос, а из кареты вышел строгий и чопорный, как грач, мужчина с пушистыми седыми бакенбардами. Он был похож и на доктора, и на дворецкого одновременно. – Я так понимаю, вы – фейри доктор?

– Кто? – переспросила я, подавляя зевок.

– Неужели я ошибся? – спросил чопорным голосом незнакомец. Судя по его вскинутой брови, он ожидал, что я тут гребу деньги лопатой. И в его глазах я выглядела несолидно.

– Кхе-кхе! – господин достал лорнет и посмотрел на меня. – Я ожидал увидеть кого-то посолидней!

– Простите, я еще не отъелась, – проворчала я. – Работа у меня нервная. Итак, что вы хотели?

Меня снова осмотрели, а я вздохнула, закатив глаза. Видимо, кто-то ожидал увидеть сурового и брутального мужика с ружьем в руках и сердечком на щеке. И чтобы он сплевывал под ноги, рыча: «Это мне феи на память оставили! Проклятые твари!». Или старенького доктора с солидными усами и саквояжем.

– Не я, – произнес горделиво господин. – А мой хозяин! Он хочет вас видеть! И немедленно! До него дошли слухи о том, что в этой деревне живет некий фэйри доктор. И он изволит вас видеть.

Ну и слово придумали! Фэйри доктор!

– Между прочим, это новое модное слово! Из самой столицы! – заметил господин, пока я отчаянно прятала зевок в руке.

Модноотсталая, я посмотрела на забрызганную грязью карету, потом вздохнула и поняла. Это способ подзаработать. Пока что я отлично зарабатываю неприятности. Так что в этом вопросе я – олигарх! – Я подожду вас в карете! – заметил господин, а я поняла, что это никакой не господин, а какой-то слуга.

Зайдя в дом, я содрала чепчик, достала и почистила щеткой платье. Одно пятно на юбке никак не хотело счищаться, поэтому пришлось его размазать. Старинные часы намекнули, что меня уже ждут уже минут пятнадцать.

Водрузив на стол старинный кожаный саквояж, я стала складывать туда все, что может пригодиться.

Когда саквояж стал почти неподъемным, я проверила медальон и нацепила шляпку, пытаясь поджать уши.

Я закрыв дверь на ключ, я направилась к карете, как вдруг, не доходя до нее шагов десять, услышала разговор. Странно вообще было то, что я его слышу.

– Ну где ее носит? – слышался нетерпеливый возмущенный голос.

– Извините за опоздание, – улыбнулась я, присаживаясь в карету.

Она скрипнула, завалилась на один бок, съезжая с пригорка, и поехала по дороге.

Я сидела напротив дворецкого, который всем видом показывал, что мы с ним – не ровня. Зато рядом со мной на бархатном сидении лежал пузатый саквояж.

– Так в чем заключается дело? – спросила я, глядя на старика.

– Хозяин вам все расскажет! – произнес дворецкий, глядя в окно.

Терпеть не могу загадки. Все такие загадочные, сил нет!

Внезапно карета резко остановилась.

– Дерево на дороге! – послышался удивленный голос кучера.

– Какое дерево? – спросил изумленный дворецкий, выглядывая в окно. – Не было никакого дерева…

– Сэр, тут даже дороги нет… Она исчезла! – голос кучера показался мне испуганным.

– Как исчезла? Куда? – дернулся дворецкий. – Мы же по ней ехали полчаса назад!

Глава 11

Я дернулась, словно очнувшись от сна.

Дерево?

Какое дерево?

Высунувшись из кареты в открытое окно, я увидела, что дорога действительно кончилась. Причем внезапно.

Словно мы заехали в тупик. Огромное дерево шелестело листьями, впиваясь корнями в землю. Словно оно росло здесь уже как минимум два столетия.

Кучер пытался успокоить коней. Кони чувствовали присутствие магии, поэтому паниковали. Животные видят эту магию и избегают ее.

– Не выходите! – приказала я, решительно открывая дверцу кареты.

– Что значит не выходить? – возмущенно произнес чопорный дворецкий.

– Это проделки фэйри, – пояснила я. Попа уже предчувствовала приключения, когда я осматривала дремучую чащу, внезапно выросшую перед нами. В воздухе пахло пролетающими мимо меня выходными.

– Не вопрос, – усмехнулась я, направляясь в сторону своего саквояжа. Пока я рылась в нем в поисках полезных вещей, дворецкий ругался с кучером.

"Неужели ты не видел, куда едем? Или ты что? Дорогу не в состоянии запомнить?" – слышала я раздраженный голос. Так и хотелось намазать его кремом от раздражения. Мне бы сейчас в кошку обернуться, чтобы посмотреть, как все выглядит на самом деле. Но я пока не рисковала.

Сжав в руках траву, я подошла к чаще и бросила ее, ожидая, что иллюзия рассеется. Но она осталась на месте. Ладно, попробуем полынь.

Я бросила веточку, как вдруг дерево покачнулось, словно занавес.

– Есть! – обрадовалась я. – Сейчас проедем! Только вам придется взять вот это вот…

Я протянула веточку полыни в мозолистую руку усатого кучера. Тот осмотрел ее, понюхал и пожал плечами. Несколько веточек я воткнула в сбрую холеных лошадей.

– А это вам, – выдала я вредному дворецкому.

Тот брезгливо взял веточку, вертя ее в руках.

– А теперь поехали, – произнесла я, забираясь к кучеру.

– Что? – удивился кучер. – Прямо туда?

– Прямо туда! – произнесла я, придерживая рукой шляпку. – Гони коней так, словно там дорога! Там есть дорога! Это иллюзия. Так что не бойся!

Карета дернулась, а кучер вопросительно посмотрел на дворецкого.

– С ума сошел? – дернулся тот, отряхивая штанину от пыли. Его седые брови взметнулись вверх. – Не вздумай!

– В карету! – произнесла я старику, сжимая полынь.

– Если мы останемся здесь, не факт, что с нами ничего не случится, – предупредила я.

Если это, конечно, невинная шутка, то мы проедем спокойно.

Только бы это оказалось невинной шуткой!

Глава 12

Кучер орал страшным голосом. Дворецкий тоже. Они бы вместе отлично могли бы петь в хоре. Дребезжащий фальцет дворецкого и густой бас кучера.

– Держитесь! – бросила я, чувствуя, как сердце выпрыгивает из груди. Карету подбросило, а я зажмурилась и…

– Проехали! – послышался не то радостный, не то изумленный голос кучера. – Проехали!

Я с облегчением сползла по сидению, чувствуя, как у меня покалывают кончики пальцев. Такое бывает в момент сильного напряжения. Сейчас меня медленно и неохотно отпускало.

Карету несло вперед, а мы немного сбавили скорость.

– Неужели? – удивился дворецкий, осматриваясь по сторонам. Он даже высунул голову в окно, проверяя, что там осталось позади.

Отдышавшись и успокоившись, он достал кружевной платочек, вытирая со лба бисеринки пота. Тонкий нос со свирепыми ноздрями хищно раздувался.

– И что это было? – спросил он, глядя на меня с сомнением.

– Это были проделки фэйри, – вздохнула я, защелкивая сползающий саквояж. – Но расслабляться рано. Нужно быть начеку.

Дворецкий засопел, одергивая противно белоснежные перчатки.

– Не убирайте! – потребовала я, видя, как он лихо собрался выбросить в окно веточку полыни. – Мало ли! Мы же еще не приехали!

Вопросительный взгляд чопорного, черствого, как вчерашний хлеб, дворецкого, закостеневшего в своих убеждениях, красноречиво свидетельствовал, что фэйри с их шалостями не входят в его привычную картину мира.

– А я говорил молодому лорду, чтоб он оставался в столице, – ворчал он скрипучим голосом. – А вы – явно магичка-шарлатанка! Сознайтесь честно, это же ваших рук дело, да?

– Что именно? С чего это вы решили! Я же только что нас спасла! – возмутилась я.

– Знаю я ваши фокусы! Никаких фэйри не существует! Мы же в деревню проехали без приключений? Спокойненько, без всяких деревьев! А стоило взять вас, как и дерево выросло! – заворчал дворецкий, глядя на меня колючим взглядом закоренелого скептика. – Небось, магию какую-то бросила, чтобы убедить меня в этом, но нет! Может, молодой лорд и верит в фэйри, но я, человек старой закалки, в такое не верю!

Карета успела проехать всего ничего, как вдруг подпрыгнула и почти остановилась, а прямо в нее стали заползать ветки.

– Гони! – кричала я кучеру, а опешивший старик не успел пригнуться.

– Не могу! – послышался испуганный голос кучера. – Проклятые ветки! Они везде!

– Ах ты, поганка! Еще фокусы решила показать! – возмутился дворецкий, как вдруг произошло нечто странное.

Ветки схватили дворецкого, намереваясь вытащить из кареты. С другой стороны в карету лезли такие же ветки, явно мечтая найти меня.

Я успела схватить дворецкого за штаны и лакированные ботинки и попытаться втащить его внутрь. Но он выскользнул у меня из рук.

Я бросилась к двери, попыталась открыть ее, но что-то ее подпирало. Я дотронулась до медальона и выпрыгнула в окно, тут же возвращая себе человеческий облик.

Ветки тащили дворецкого в сторону огромного дупла. Он верещал и требовал отпустить его!

Я прорывалась через них, чувствуя, как хрустит мое платье. В руках я сжимала веточку рябины. Почувствовав рябину, ветки обходили меня стороной, а я прочитала старинное заклинание-оберег.

Ветки исчезли. Мы снова стояли на просторной дороге. Испуганные лошади осматривались по сторонам и пятились, толкая карету назад.

– Стой! Стой! – кричал кучер, пока я бежала к огромному дереву, из которого торчали ноги в лакированных штиблетах. – О, мамочки-кошечки!

Глава 13

Ноги дернулись, а у меня отлегло от сердца.

Ноги дернулись еще раз.

Жив!

– Так, не паникуйте! – прошептала я сама себе.

– Я не паникую! – истеричный голос звучал приглушенно и гнусаво. Ноги выдали еще один “вибрасьон”. – А ну немедленно вытащите меня отсюда!

– Тише, тише! – прошептала я, суетясь вокруг торчащих ног.

Кучер сполз с козлов и подошел ко мне, поглаживая подбородок.

– Э-э-э, как раскорябило! – заметил он, шмыгнув носом. Кучер поднял глаза и осмотрел лес с подозрением. Сейчас в лесу было тихо. Даже птички пели.

– Ну что? Давай тянуть? – спросил он, пока ноги брыкались. – Авось и вытянем!

Он схватился за ноги и дернул. Я попыталась помочь. В дупле послышалось кряхтение.

– Аааа! Давит! – заорал истеричный голос из дупла.

Я всегда была сторонником, что операция “Репка” должна состоять из двух этапов. Дать по репе, чтобы не орал и не дергался. А потом уже тянуть.

– Ааа! Давит! – заорал дворецкий.

– У вас топор есть? – спросила я у кучера.

– Нет, – заметил кучер. – Откуда?

Я запомнила. В саквояж нужен еще и железный топор. Чтобы фэйри сразу знали, что я вышла на тропу войны, но пока что отошла в кустики по нужде, но скоро вернусь обратно на тропу!

– Нет, нет! – спохватилась я. – Сейчас попробуем обычные способы! Дерево его перекусить может! Были такие случаи!

– Вытащите меня! – истерично рало дупло, а нога чуть не заехала кучеру по носу. – Тут темно, воняет трухлявым пнем и какие-то орехи!

– Это заботливые белочки запасики делали, аккурат для тех, кто попал в похожую ситуацию, – едко произнесла я. И все-таки “поганка” прозвучало как-то обидно.

– А есть шанс у него выжить? – поинтересовался любопытный кучер.

– Эм… Ну, если белка запасливая была, то да, – усмехнулась я, а ноги дернулись.

Я перла на себе тяжеленький саквояж из кареты, в надежде отыскать что-нибудь подходящее.

– Так, стоп! – произнесла я, сгружая его на траву. – Нам надо попробовать его переодеть! Вывернуть вещи наизнанку! Это для начала!

– Не вздумайте меня раздевать! – заорал голос из дупла, а дворецкий оказал сопротивление.

Сейчас мы с кучером напоминали людоедов, которые делят ноги.

– Возьму правую! Она более смирная и брыкается поменьше! – заметил кучер со знанием дела.

– Это артрит! – послышался недовольный голос из дупла.

– А ты поосторожней! Тебе сноровистая досталась! – приговаривал кучер, а я попыталась ухватить ногу и дернуть за шнурки.

– Баб раздевал, а вот мужика раздеваю впервые! – прокашлялся кучер, справившись с ботинком быстрее меня.

Я скинула ботинок на траву, понимая, что нам предстоят штаны.

– Может, вы? – спросила я, глядя на кучера. Тот смотрел на пряжку элегантного ремешка, которая стала своеобразной границей между телом в дереве и снаружи. – Глядите! Вот оно что!

– Что? – спросил кучер, подлезая поближе. – Пряжка-то железная. Вот поэтому до половины. Аккурат до пряжки втащило! А на железной пряжке остановилось. Ну что ж, снимайте с него штаны.

– А че я сразу! – опешил кучер, бегая глазами. – Если бы бабу раздеть, то это одно! А мужика…

Я поняла. Передо мной редкий представитель спасателей, которые спасают только женщин. “Умрешь ты, Вася!”, – подумала я, вспоминая старый анекдот.

Мои руки потянулись к пряжке, а я прижала ее к телу, не давая дереву ни единого шанса проглотить дворецкого полностью.

– Пряжку вот так держите! Прижимайте ее к телу покрепче! – заметила я, вручая ее кучеру, а сама стала вытаскивать ремень из петелек. Я вытащила накрахмаленную рубашку, заворачивая ремень вокруг голого тела, и принялась стаскивать штаны.

Худые ноги в панталонах и носках-гольфах дернулись, а пушок на них воинственно топорщился.

Я стянула трусы с дворецкого, как вдруг услышала бурю возмущения в свой адрес. По сравнению с которыми “поганка” оказалось вполне приличным словом.

– Вы зачем меня раздеваете!!! – заорал он.

– Чтобы волки штанами и ботинками не подавились! – усмехнулась я. – А то знаете, сколько волков каждый год гибнет, какая ботинками!

– Тьфу! – послышался голос.

– Что такое? – спросила я, надевая труселя навыворот, а следом натягивая штаны на ноги.

– Орех горький попался! – послышался голос дворецкого.

– Вы там выбирайте. Там еще беличьи какашки, – заметила я, сопя, как ежик.

Штаны натянулись. Получилось, что ширинка была сверху. Но мне кажется, что этот факт мало волновал их обладателя.

– Вы там что-то делать собираетесь? – спросил он, а я понимала, что простой фокус с переодеванием не сработал! Досадно! Я решила приспустить штаны и натереть его полынью. Потом в карманы я стала тереть его рябиной. Но на дерево это почему-то не действовало.

– Спица! – обрадовалась я мысли. Кучер внимательно меня слушал. После того, что он видел, его психика уже не будет прежней. – У нас есть железная спица?

– Только на колесе. И то не факт, – покрутил ус кучер.

– Выломайте ее, пожалуйста! – попросила я, видя, как кучер поплелся к карете.

Сейчас я сделаю огромную глупость, но если это поможет…

Глава 14

Я думала попробовать просунуть спицу между корой дерева и телом. Испугавшись железа, дерево пасть раскроет, а кучер дернет страдальца за ноги. В голове уже рисовались схемы. Но часть из них заканчивалась гибелью пациента.

Обернувшись на кучера, который возился возле колеса, я смотрела на дергающиеся ноги. Нужно что-то делать. И желательно срочно.

Мне вдруг вспомнилось слово «поганка», и в голову полезли интересные факты из жизни человеческого организма. Сколько он может прожить без воды и без еды…

Я решила натереть пострадавшего полынью и травами. Не то чтобы я сильно верила в это. Но совесть успокоилась. Мы что-то предпринимаем!

– Щекотно!!! – извивался и визжал дворецкий.

Я достала вонючую травяную мазь, щедро натирая его спину.

– Зато это отгоняет волков, – усмехнулась я.

Ноги прекратили дергаться и покорно замерли.

– Вы там долго? – крикнула я, оборачиваясь на кучера.

– Эм… – почесал он голову, расхаживая вдалеке возле кареты. – Да как сказать!

Шиномонтаж продолжал работать, пока я пробовала все средства подряд. С дуплистыми плодожерками я еще не сталкивалась.

– Зря стараешься, – послышался знакомый голос.

Я вздрогнула, видя, как из-за дерева выходит дракон. Сейчас в золото короны были вплетены зеленые веточки, украшенные маленькими розовыми цветами. Черный плащ стелился по траве и шуршал листьями.

– Что значит «зря»? – дернулась я.

Неприятности подоспели как раз вовремя.

– Извиняться будешь перед девушкой? – послышался голос короля фэйри. Он бросил на меня короткий взгляд. – Извинишься, тогда я отпущу.

– За что?! – послышался голос из дупла. – Это кто еще там?!

– Король фэйри, – произнес дракон, постучав по дереву. – Только искренне, чтобы я поверил…

Повисла тишина.

– Юная леди, – голос был весьма официален и сдавлен. – Я приношу свои извинения за то, что назвал вас «поганкой». Понимаете, мы люди столичные. Мы не привыкли к всяким разным фэйри…

– Сейчас еще будешь перед каждым из народа фэйри извиняться! – предупредил дракон.

– Я не… Я не то имел в виду… – послышался голос из дупла. – Я имел в виду, что мы к этому не привычные… В столице нет фэйри.

– А вот тут ты ошибаешься, – заметил дракон с усмешкой. – Если ты их не видишь или не распознал, то это не значит, что их нет!

Ноги задергались, а я смотрела на короля фэйри. Неужели он устроил все это ради извинений? Внутри появилось странное чувство, от которого я даже немного смутилась. Не то чтобы очень, но все же…

– Извините, юная леди, – послышался вздох из дупла.

– Отпусти его! – постучал по дереву дракон. И в этот момент дерево выплюнуло несчастного прямо на траву.

Дворецкий кубарем покатился, остановился, сел, поднял глаза и увидел дракона, который растворялся в воздухе.

– Это он? – сиплым голосом спросил вредный старик, а в его глазах прочиталось: «Сгинь! Пропади! Сила нечистая!».

Лес стал прежним.

– Несу! – послышался голос кучера. Он нес в руках выломанную спицу. – А че? Уже все?

Дворецкий поднялся, отряхиваясь от сухой листвы. Он с ужасом взирал на штаны, одетые шиворот-навыворот еще и наизнанку. А потом с не меньшим ужасом смотрел на свой камзол и порванную рубашку. В седых всклокоченных волосах остались сухие листья.

– Быстрее из этого леса! – скомандовал он, а я взяла свой потертый саквояж.

Перед тем, как поставить его на сидение, я обернулась на лес. Не знаю, почему я это сделала, но что-то внутри захотело увидеть короля фэйри еще раз! Я тут же устыдилась своего желания и поспешила забраться в карету.

Ехали мы медленно. Колесо скрипело на все лады. Дворецкий молчал, глядя на лес. Изредка он ойкал, когда мы подпрыгивали. Казалось, что в этот момент отлетит колесо.

Внезапно среди деревьев показалось роскошное и старинное поместье. Его фасад умолял о ремонте и напоминал о нем падающей на голову штукатуркой. Закрытые окна безмолвно взирали на нас равнодушным взглядом. На серо-коричневой крыше среди кирпичных труб каминов сидели голуби. Они считали поместье своим и возмущенно смотрели на нас, нарушающих тишину грохотом колес.

Карета превратилась в массажер, отбивая колесами брусчатку, а я с некоторой завистью, присущей бедным, но гордым людям, смотрела на чужую роскошь.

– Приехали! – выдохнул дворецкий. Дверь кареты открылась, но в тот момент, когда я ступила на землю, колесо отпало и покатилось по дорожке.

Поднявшись по широкой белой лестнице, на которой валялись листья и прочий природный мусор в виде сухих веточек и серой пыли, я остановилась. Дверь никто не открыл.

– Хозяин! Я привез! – послышался скрипучий голос дворецкого, а мне стало интересно, что это за хозяин такой?

Глава 15

Огромные двери с изображением грустных львов открылись с душераздирающим скрипом.

Я вошла в прохладный и темный холл, слыша собственные шаги. Окна были занавешены так, что почти не пропускали солнечный свет. Я осмотрелась. Если сейчас на меня вылетит привидение, я не удивлюсь.

– Вы привезли его? – спросил встревоженный голос, а я обернулась на шаги.

Я с удивлением рассматривая хозяина дома, понимая, что такому старинному и ветхому особняку вполне подошел бы старенький дед-пердед в кресле-качалке с характерным предсмертным покашливанием.

Но передо мной был красавец в темном костюме с красивым черным нашим бантом, скованным брошкой. Даже этот траурный наряд стоил очень дорого. Я поспешно подняла глаза, не давая им опуститься ниже камзола, и посмотрела на его лицо. Мне кажется, что столичные художники должны были драться за право нарисовать его. Бледное лицо, мягкая улыбка в ореоле каштановых волос и темные внимательные глаза под красивым разлетом черных густых бровей. Он не был красавцем в общепринятом смысле, но было в нем что-то, что завораживало.

“Кхе-кхе!” – опомнилась я, видя, как красавец спускается вниз по лестнице, скользя рукой по перилам.

“Не про душу скромной учительницы!” – подумала я с какой-то тоской.

– Да, господин, я привез! – кротко и учтиво ответил дворецкий, стоящий позади меня. – Только не его, а ее…

Удивление на лице сменилось приветливой улыбкой. Я опомниться не успела, как вдруг лорд взял меня за руку и поднес ее к своим губам. Я тоже попыталась улыбнуться в ответ.

– Меня зовут Лайл Перрерс. Мне срочно нужна ваша помощь! – произнес хозяин. – Я бы хотел предложить вам чай, чтобы вы отдохнули с дороги… Пока вы пьете чай, я постараюсь кратко изложить суть проблемы.

– Она – самый лучший фэйри доктор! – заметил дворецкий. – Лучший из всех!

Я бросила недоуменный взгляд на дворецкого, слыша, как на улице чертыхается кучер, пытаясь починить колесо.

– Значит, самый лучший? – произнес красавец, снова рассматривая меня. – Удивительно, как такая очаровательная девушка может бороться с фэйри?

– Хм, – усмехнулась я. – Или вы ожидали огромного одноглазого мужика с топором?

– Скорее, – задумался хозяин, снова улыбнувшись. – Старого джентльмена с седыми усами и бакенбардами, с потертым саквояжем и маленькими очечками и гнусавым голосом…

– Ну, извините, что я вас разочаровала! – легко ответила я, следуя за хозяином.

– О, не вздумайте так считать! – воскликнул хозяин. – Мне нужна любая помощь. И я надеюсь, что вы сможете мне помочь.

Я смотрела на дом, пытаясь угадать, какие проблемы преследуют хозяина. Может, пока дом пустовал, в нем что-то завелось?

Я вспомнила про дом с привидением, который находился на пути в столицу. Хозяин был крайне не рад, когда посреди ночи к нему являлась прекрасная дева в белых одеждах и изучала содержимое его штанов холодными призрачными руками.

Меня вели по коридору, а я не уставала изумляться, что со мной обращаются как с настоящей леди!

Дверь передо мной гостеприимно открылась, а меня галантно впустили в комнату с камином. В зеркале я видела свои растрепанные волосы, в которых осталось все, что нападало с деревьев. Все это пушилось, как у одуванчика, от чего вид у меня был вид городской сумасшедшей. Пыльное и немного порванное платье скромной учительницы не вписывалось в пусть и устаревший, но роскошный интерьер.

– Присаживайтесь! – галантно предложили мне кресло. – Вот, читайте!

Передо мной появилась бумага, которую я тут же взяла. Брови поползли наверх, когда я дочитала ее до конца.

Глава 16

Лучше бы прекрасная призрачная дева! Честное слово!

Кстати, несчастный пострадавший говорил о том, что не против ее визитов. Но чтобы свои холодные руки держала при себе! Или просил способ их как-то “потеплить”.

– Я так понимаю, это завещание? – спросила я, глядя на торжественную подпись королевского нотариуса.

– Именно! – кивнул Лайл, поморщившись. – Это – завещание моего отца. И я не могу вступить в наследство, пока неизвестна судьба брата.

– Мне кажется, вам просто нужен грамотный юрист. У меня от грамотного юриста только вежливая улыбка и “Здравствуйте, чем я могу вам помочь?”. Но сомневаюсь, что это то, что вам нужно, – вернула я обратно документ.

– Моя мать умерла, когда мне было шесть, а брату три года. Отец взял в жены леди Натаниэллу Стейворд. Не сказать, что она была плохой мачехой. Она относилась к нам вполне неплохо. Но мой дядя изъявил желание воспитывать меня лично. Отец рассудил, что мой дядя богат, а наследника у него нет. Так что отправил меня в Столицу к дяде Роджеру, понимая, что все свои деньги он оставит мне. Так и получилось. И уже в столице я узнал, что моего младшего брата похитили фэйри. Это был страшный удар для семьи. Его искали, но так и не нашли. Мачеха безуспешно пыталась родить ребенка и скончалась родами. Отец остался в поместье совсем один. Он никого не хотел видеть. Он искал моего брата, которого очень любил. И даже указал его в завещании.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.