Брайан Баумгартнер, Бен Сильверман
Офис: за кадром любимого сериала

© Brian Baumgartner, Ben Silverman, 2021

© Г.Л. Григорьев, перевод, 2023

© Д.С. Проскурякова, перевод, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Предисловие
Грег Дэниелс

Итак, на дворе май 2004-го года. То самое время, когда небольшая компания под названием «Нетфликс» еще рассылает фильмы по почте на DVD.

Телекомпания «Эн-би-си», выпустившая в свет «Клинику» и «Друзей», закатывает вечеринку в одном из манхэттенских ресторанов в честь запуска нового сезона. Я стою в толпе гостей, неприметный, в своем единственном костюме, пока вокруг веселятся избранные – те актеры и продюсеры, чьи проекты уже одобрены телеканалом. Здесь и команда сериала «Джоуи» [1], и команда «Отца прайда» – анимационного ситкома про ручных тигров из Лас-Вегаса, звезд магического шоу Зигфрида и Роя. «Эн-би-си» абсолютно убеждены в успехе мультсериала. Их не смущает даже то, что в реальной жизни дрессировщика Роя недавно покалечил собственный тигр. А ведь от этой новости попахивает грядущими неприятностями. Стоило бы принюхаться! Однако на «Отца прайда» уже давным-давно сделали ставку и назначили гвоздем программы. Теперь создатели сериала могут насладиться заслуженным отдыхом.

«Офису» же дали зеленый свет всего несколько часов назад, и я прыгнул в самолет до Нью-Йорка, чтобы представить наш ситком на вечеринке. Переночевать планировал у родителей на диванчике.

Днем ранее состоялась встреча с исполнительными продюсерами. Я отчаянно пытался доказать им, что сериал вписывается в стилистику старого доброго «Эн-би-си» – узнаваемый антураж, меткий юмор, горько-сладкий привкус. Неудачные тестовые показы лишь подтверждали мою мысль: значит, мы придумали нечто нетривиальное и следуем по пути, намеченному «Веселой компанией» [2] или «Сайнфелдом» [3]. Благодаря решимости и настойчивости программного директора Кевина Райли и проникновенным мольбам продюсера Бена Сильвермана кое-как удалось уговорить Джеффа Цукера, главу «Эн-би-си». Мы худо-бедно сошлись на пяти сериях, не считая пилотной, для запуска в середине сезона.

Справедливости ради, негатив исходил не только от руководства телеканала. Один из журналистов «Нью-Йоркера», пожелавший сделать репортаж о наших съемках, сообщил мне буквально следующее: «Статья не выставит вас в дурном свете, зато изобличит бестолковость “Эн-би-си”».

В общем, на той вечеринке я в одиночестве слонялся туда-сюда. Конечно, мне хотелось, чтобы съемочная группа «Офиса» разделила со мной этот чудной вечер. Прошло уже шестнадцать месяцев с тех пор, как я впервые повстречал Рики Джервейса и Стивена Мерчанта – нас познакомил Сильверман. Завершая недельные съемки пилотного эпизода, все причастные сошлись на том, что даже если история сериала завершится на этом, игра все равно стоила свеч. И вот замаячила перспектива еще пяти серий. Теперь наше шоу, возможно, увидит свет.

Начальство не обращало на меня внимания, так что я затесался в компанию рядовых офисных работников «Эн-би-си» – в том числе из отдела маркетинга и продаж, с которым мне предстояло сотрудничать. И с удивлением обнаружил, что все они видели пилот на закрытом показе и остались в восторге. Они уловили юмор – ведь у каждого из них был свой собственный Майкл Скотт. Это подбодрило меня; выходит, мы не сумасшедшие, и в этом ситкоме есть изюминка.

Я улучил возможность поблагодарить Джеффа Цукера за предоставленный шанс. Он торопливо пожал мне руку, и, прежде чем переключиться на следующего собеседника, буркнул: «Не облажайся, Грег, это твой счастливый билет».

Вы еще здесь? Что ж, видимо, вы и впрямь жаждете закулисных историй «Офиса». Или, может, вы стоите посреди книжного магазина и старательно делаете вид, что увлечены чтением, но на самом деле тайком поглядываете на своего коллегу, в которого влюблены и кого уговорили прогуляться до торгового центра в обеденный перерыв? Даже если и так, я не возражаю.

Закулисных историй у меня полно. Первые из них датируются 2002 годом. Именно тогда я получил от агента видеокассету с гениальным первым сезоном британского «Офиса» и впервые задумался над его адаптацией. А закончилось все монтировкой последней серии и счастливым воссоединением со Стивом Кареллом. Будучи создателем шоу, я отвечал за большинство процессов – хотя стоит отметить, что в середине пятого сезона задачи делегировались Полу Либерштейну и Джен Челотте, а в седьмом и восьмом Пол сам взял в свои руки бразды правления. Так или иначе, я отбирал годные идеи из сотен предложенных, браковал целые сцены и зачеркивал лишние строчки в сценарии, отделял удачные импровизации от неуместных. Поэтому мой мозг нафарширован всевозможными фальстартами, нехожеными тропками и дрянными шуточками. До сих пор считаю одной из самых уморительных сцен ту, где Майкл Скотт разражается тирадой о шторке для душа и бычьем пенисе, который он использует в качестве держателя для шампуня. Кое-что никогда не покидает пределов сценарной комнаты – и на то есть свои причины, – но это не значит, что мы не покатываемся со смеху, вдоль и поперек прорабатывая нецензурные шутки. Да, мы страшно веселились. Кажется, только так и может быть, если сочиняешь комедию. Но на деле это редкость.

Помню, тогда я скотчем прикрепил к компьютеру три карточки со словами, чтобы наметить ориентиры: «самобытно», «смешно», «злободневно». (Алгоритм «Нетфликса» же выдавал три таких ключевых слова: «остроумно», «ситком», «комедия». То есть, по сути, «смешно», «смешно», «смешно». Умничка, робот!). Если же мне понадобится подобрать три слова, чтобы охарактеризовать нашу съемочную группу, это будут «талант», «увлеченность», «любовь». Они были фантастически талантливы, внимательны к мелочам – и трепетно относились друг к другу.

Атмосферу закулисья во многом определили две вещи. Первая: границы между людьми разных профессий были размыты с самого начала. Сценаристы играли, актёры писали сценарии, монтажеры режиссировали. Я интересовался мнением бухгалтеров по поводу монтажа, прислушивался к обратной связи от реквизитора Фила Ши и художницы-декоратора Шелли Ададжян. Вторая: вместо того, чтобы арендовать гигантский павильон в оживленном Голливуде, мы нашли крошечное помещение у черта на куличках. Сперва мне просто понравилась мысль снимать в реальном здании и на реальной парковке, но вскоре обнаружился еще один значительный плюс: мы каждый съемочный день обедали вместе. Так что сплотили нас не только долгие годы, но и долгие изысканные трапезы, за которые отвечал чудесный Серхио Джакоман. Мы стали командой. Я бы даже сказал, что мы стали… надеюсь, что я сейчас не слишком похожу на одураченного Майкла Скотта… семьей?

Стив был «отцом» – из тех, которые ежедневно ходят на работу, обеспечивают семью и объединяют ее. Короче говоря, воплощают собой целостность и нравственный стержень. Я был «папой-домохозяйкой»: воспитывал детей (то есть сценаристов) и заведовал закулисными делами. Что было особенно приятно в нашем со Стивом партнерстве – мы были ровесниками и выросли в похожей среде. Остальные члены съемочной группы были молодые и продвинутые. Зато мы оба отлично понимали Майкла и могли бесконечно цитировать скетчи «Субботнего вечера в прямом эфире» [4] конца 80-х (к большому недоумению всех окружающих). Гуманизм Стива позволил ему сделать из Майкла весьма симпатичного персонажа, хоть и не без изъяна; а благодаря мне Майкл получился таким убедительно тупоголовым – ведь у сценаристов перед глазами был живой пример. Помнится, однажды Минди рассталась с парнем и ужасно тосковала, и я взял у нее мобильник и притворился, что звоню ее бывшему. Но случайно промахнулся и действительно набрал его номер, запаниковал и повесил трубку. Она в ужасе наблюдала за этой сценой. Неудивительно, что ей удалось так ловко прописать Пэм.

События из нашей закадровой жизни часто служили материалом для сериала. Как-то раз Джен, глядя на анимированный логотип DVD, который бьется о стенки телевизора во время заставки, придумала игру… эврика! Вот и тизер в кармане. По идее, работа сценариста примерно так и устроена. Но и стихийности было хоть отбавляй. Помню, как нервничала наш штатный сценарист Кэролайн Уильямс перед показом своей первой серии, «Свадьба Филлис», – ведь эпизод собиралась смотреть ее бабуля. Мы поддразнивали ее – шутили, что вставили в сценарий шутку про пердеж. Но, как известно, в шутках про пердеж заключена мощная магия. Энтузиазм сценаристов рос, и вскоре хохма пустила корни так глубоко, что выкорчевать ее уже не было никакой возможности. (Прости нас, старушка Уильямс). Иногда случалось так, что мы запихивали в сюжет и вовсе бессмысленные вещи. К примеру, Би Джей и Майк Шур один раз горячо поспорили о какой-то футболке с длинными рукавами. Этот момент был увековечен на экране: в серии «Техника безопасности» Райан спрашивает: «А не будет ли мне жарковато в футболке с длинным рукавом?». Не то чтобы эта фраза была уместной в контексте сериала. Но я решил ее оставить, чтобы она всегда напоминала нам о том бешенстве, которое у Майка вызвала такая, казалось бы, мелочь. Я, кстати, до сих без понятия, в чем там было дело.

Эта книга начинена воспоминаниями и историями от первого лица. Она о том, как мы все нашли друг друга. Каждый рассказал свою версию. Хор голосов, которым Брайан искусно дирижировал в подкасте. Было ценно это услышать. На ранних этапах наше шоу не имело особенного успеха, и было в этом одно преимущество: осторожные и расчетливые отсеивались, оставались только авантюристы, которым не терпелось создать нечто новое. Десять лет, проведенные бок о бок с этими яркими личностями, я смело могу назвать золотым временем моей жизни.

Здесь нужно представить, что я демонстрирую вам сентиментальные кадры из прошлого, а на фоне играет песня U2 With or Without You:

Вот мы с крутым Беном едем в лондонский клуб «Граучо», чтобы обсудить первые наметки со Стивеном и Рики (крайне доброжелательным и участливым). Вот мы знакомимся со Стивом в буфете на Малхолланд-драйв и оба тут же понимаем, что обрели родственную душу. Вот мы устраиваем посиделки с Джоном и Дженной и делимся своими любовными историями, чтобы запастись вдохновением для создания сюжетной линии Джима и Пэм. Вот нас с Рэйном душит приступ смеха – мы листаем его семейные альбомы в поисках деталей, дополняющих образ Дуайта. Вот Оскар, Анджела и Брайан подзывают меня, чтобы я глянул «шоу внутри шоу», которое они отсняли в своем бухгалтерском уголке. Вот я пинаю ножку стула, на котором сидит Дейв Роджерс, чтобы он пошевеливался с редактурой. Вот мы работаем над серией «Снятие стресса»: в одной из сцен кошку подбрасывают к потолку (если что, она не пострадала!), и мы с Джеффом Блитцем размышляем – если кошка после такого откажется от съемок, стоит ли нам урезать ей гонорар? Вот мы клепаем детективное шоу вместе с Ведой Семарн, скрипт-супервайзером. (Врушка! В то утро ты перекинула волосы на левое плечо!) Вот мы с Кеном Куописом стоим в могильных ямах на свадьбе у Шрута, на ферме, продуваемой всеми ветрами. Тут-то все и возвращается на круги своя…

Десятилетие нашей усердной работы в конечном счете свелось к семидесяти с лишним часам забавных сценок. Включая «Офис», вы вступаете в занимательную игру, суть которой заключается в разнообразии человеческих характеров. Это ведь тот еще захватывающий спорт – наблюдение за людьми. Вы становитесь свидетелем того, как персонажи заблуждаются и увлекаются, сменяют маски и выходят за рамки привычного. Вы сравниваете экранную жизнь с реальной – или с мечтами о том, какой она могла бы быть. Мы, команда «Офиса», занимались тем же самым. Поэтому существует неразрывная связь между вами и теми, чьи истории вы здесь прочтете. Мы все тут без ума от людей и их причуд.

Закулисная жизнь может показаться менее зрелищной, чем сериал, но это только на первый взгляд. Судите сами: кучка азартных комедиантов со специфическим чувством юмора преодолела всевозможные напасти, выдержав критику и насмешки, умудрилась нащупать свой путь и наконец достичь вершины, и при этом все остались добрыми друзьями и накопили уйму рассказов для внуков. Титры. Занавес. Где же разворачивалась эта история? На баскетбольной площадке в Индиане? В Шаолиньском монастыре? Или это что-то из романа «Обитатели холмов»? Не-а. В ничем не примечательном местечке, возле железнодорожных путей, по соседству с мастерскими обойщиков и каменотесов, на границе между районами Ван-Найс и Панорама-Сити. Самое головокружительное мое приключение случилось в самом заурядном месте на свете. Это настолько в стиле нашего шоу – нарочно не придумаешь!

Грег Дэниелс (слева) и остальные члены команды отсматривают финальный дубль последней серии

Пролог
Как мы здесь очутились?
Брайан Баумгартнер

В далеком 2007-м мы с Анджелой Кинси отправились в Скрэнтон, штат Пенсильвания. Финальная серия третьего сезона вышла всего пару дней назад. В Скрэнтоне у нас была запланирована парочка мероприятий. Вроде бы ничего особенного: раздать автографы в торговом центре Стимтауна – комплексе, возведенном на месте заброшенного паровозного депо; плотно позавтракать в «Рэде» – отеле «Рэдиссон» в здании бывшего вокзала; и, наконец, посетить благотворительную вечеринку где-то в центре. Я предвкушал поездку и был очень взволнован. Мне предстояло знакомство с городом, где разворачивалось действие нашего сериала.

Несколько местных жителей, с которыми мы позже крепко подружились, по моей просьбе устроили нам прогулку по знаковым местам «Офиса». В пабе «Бедный Ричард» (Poor Richard’s Pub) я оставил автограф на кегле для боулинга (я не был в курсе, что там есть боулинг!), в «Морепродуктах Купера» (Cooper’s Seafood House) примерил элегантную фетровую шляпу в виде краба; а в пабе «Трясина» (The Bog) мы с Анджелой встали за барную стойку и до рассвета разливали напитки. Что касается фанатов… даже не знаю, как описать. Кажется, только тогда я наконец в полной мере осознал, как много у «Офиса» преданных поклонников. Помнится, Анджела точно подметила: «Теперь понятно, что чувствовали ”Битлз” в Ливерпуле».

Конечно, я догадывался, что мы популярны – я же видел рейтинги. Но это в теории. Одно дело – умом понимать, что твое шоу стало хитом. Совсем другое – реально ОЩУЩАТЬ это. Оказаться в гурьбе фанатов, которые глядят на тебя во все глаза и пытаются пробраться сквозь толпу, лишь бы пожать тебе руку или заполучить совместное фото. Это все было ужасно мило, но и немножко пугало, честно говоря. Впервые в жизни меня сопровождал полицейский эскорт. Ко мне приставили офицера полиции по имени Дженн Джерити. Помню, я в ужасе повернулся к ней и дрожащим голосом спросил: «Ты же меня прикроешь, да? А то, боюсь, ситуация может выйти из-под контроля». Никогда не думал, что скажу такое в адрес своих же фанатов.

На следующий день мы с Анджелой преспокойненько сидели себе в лобби-баре «Рэдиссона». И тут Тим Холмс, региональный директор по маркетингу, сообщает, что в отеле сейчас проходит чья-то свадьба. И невеста, мол, просто без ума от Кевина. Тим спрашивает – не могли бы мы уделить им минутку? Конечно, я не возражал. Но мне было неясно, как это осуществить. Не мог же я просто войти в зал через парадный вход – это привлекло бы чрезмерное внимание. Тим заверил меня, что у них все продумано. Они уже согласовали план с отелем: я должен был пройти через служебный вход, спуститься по лестнице, затем добраться до кухни черным ходом, и там найти незапертую дверь, ведущую в зал. Там-то меня и будет ждать невеста. Звучало как фильм про Джеймса Бонда. Как бы то ни было, я согласился. Стоило мне прошмыгнуть в зал, как невеста – заметьте, все еще в свадебном платье – подбежала ко мне, обвила меня руками, и как давай рыдать!

«Это лучший момент моей жизни!»

Чего, простите?

Я попытался отстраниться, неловко улыбаясь. Новоиспеченный муж стоял буквально В МЕТРЕ от нас. «Нет уж, – возразил я. – Лучшим моментом твоей жизни это быть никак не может. Ты же только что ВЫШЛА ЗАМУЖ!!!»

Но она была непреклонна. «Лучший. Момент. В жизни». Ее благоверный тем временем нас фотографировал.

Сначала я убеждал себя, что наша слава мимолетна. Само собой, шоу переживет новый всплеск популярности, когда его по второму кругу станут крутить по телевизору, но прежний ажиотаж не повторится. Да, мы оказались в нужном месте в нужное время и обрели свою аудиторию, но такое точное попадание в нерв времени случается лишь раз в жизни.

Но, вопреки ожиданиям, произошло нечто феноменальное. Феноменально прекрасное. Мы уже давным-давно отсняли последние серии «Офиса», а популярность не ослабевала, даже наоборот. Люди заново влюблялись в сериал, обнаружив его на сайте «Нетфликса» или «Пикока» – а некоторые и вовсе открывали впервые. «Нильсен», компания, составляющая телевизионные рейтинги, подсчитала, что в 2020 году суммарное время просмотра «Офиса» составило 57,1 миллиардов минут. Не миллионов, а миллиардов.

Несколько лет назад я оказался в Атланте и посетил Вестминстерскую школу, в которой учился. Эд Хелмс, кстати, получал образование там же, на класс младше меня – хотя по нему и не скажешь, он выглядит как настоящий старикан. Меня попросили устроить небольшой творческий вечер для учеников, и я подумал: «Почему бы и нет? Будет мило!». Я ожидал, что придет в лучшем случае кучка школьников. Это же подростки, в конце концов – их, по идее, должны волновать только собственные смартфоны, мемы и селфи. С чего бы им интересоваться каким-то сериалом десятилетней давности, повествующим об издыхающей бумажной промышленности и офисных работниках средних лет?

А вот и нет. Актовый зал был полон. Ученики не то что на ступеньках сидели – они, готов поклясться, и с люстр свешивались. Зрителей было как сельдей в бочке – этот школьный театрик ни разу за все время моего обучения не вмещал в себя столько народу. Что меня больше всего поражало – я ведь точно знал, что эти ребята не застали «Офис» во времена его первоначального запуска. Они тогда еще в подгузниках ползали, или и вовсе были в материнской утробе. Получается, они нашли «Офис» на стриминговых сервисах и выбрали именно его – из тысячи других.

Один ученик спросил, какая у меня любимая серия. Обычно мой ответ меняется в зависимости от настроения. В тот вечер я назвал «День разнообразия». Едва я это произнес, по залу прокатился одобрительный смешок. Так смеется человек, которому напомнили о классном эпизоде любимого сериала, подарившего в свое время много счастливых минут.

Это взрывало мне мозг. Та серия вышла в 2005-м: в том же году был создан «Ютьюб», а «Нетфликс» все еще занимался прокатом DVD. Как они вообще смогли так страстно полюбить шоу, вышедшее фактически в каменном веке? Я помню себя в восемнадцать – уверяю, меня не впечатляли сериалы пятнадцатилетней давности. И уж ТЕМ БОЛЕЕ я не запоминал НАЗВАНИЯ СЕРИЙ, а их СОДЕРЖАНИЕ – и подавно.

Что же такого особенного в «Офисе»? Как нам удалось сотворить шоу, аудитория которого разрастается с каждым годом, и демонстрирует сейчас даже бóльшую лояльность, чем пятнадцать лет назад?

Эта книга призвана ответить на все вопросы. Она родилась из сотен часов интервью. Я опросил всех причастных к созданию «Офиса» – актеров, сценаристов, режиссеров и членов съемочной группы, продюсеров, кастинг-директоров, гримеров, и нашего бесстрашного командира, Грега Дэниелса – и они поделились своими соображениями по этому поводу.

Книга, которую вы держите в руках, поведает вам не только о том, что творилось за кадром. Хотя по внутренней кухне мы вас тоже проведем. Только, в отличие от настоящей кухни, у нас обойдется без чада и гари. Майкл Скотт настаивал на том, что «Дандер Миффлин» – одна большая семья. Не уверен, что его сотрудники разделяли это мнение. Но что касается съемочной команды «Офиса», то мы действительно были семьей, тут и к гадалке не ходи.

Здесь будут не только байки из кино-склепа. Во время работы над «Устной историей…» я вдруг понял, что она напоминает подкасты о зловещих преступлениях. Нет-нет, никаких трупов, гнусных жуликов или скрытых угроз. Но вот накал интриги…

Как же мы очутились тут? Где мы свернули туда? Можно ли найти улики, отследить маршрут и выяснить, как мы сумели вывести формулу, которая с годами не утратила актуальности (напротив!)?

Парочка теорий у меня имеется. И, выходит, не у меня одного. И, ей-богу, я был рад побеседовать об этом с коллегами. Но еще больше я рад был их повидать после долгой разлуки, заново пережить с ними наше общее прошлое и обсудить нынешнюю популярность «Офиса». Съемки пилота, первые провальные рейтинги, первый «Золотой глобус», первая премия «Эмми», бесчисленные ночные съемки «Круиза», уход Стива, свадьба Джима и Пэм, финальная серия. Беседуя со своими старыми приятелями, я снова и снова вспоминал слова той невесты:

«Лучший момент моей жизни».

Что ж, начнем с начала…

Добро пожаловать в «Дандер Миффлин»

Добро пожаловать в «Дандер Миффлин»: та самая табличка на двери бизнес-парка в Скрэнтоне

1
«В общем, идея такая…»
«Офис» пересекает Атлантику

БЕН СИЛЬВЕРМАН (исполнительный продюсер): Стояло лето 2001 года. Я был в Лондоне со своей подругой [продюсером] Генриеттой [Конрад]. Как-то раз она вышла прогуляться, а я от скуки щелкал каналы – искал, чтобы посмотреть. И наткнулся на это шоу. Оно меня просто загипнотизировало.

Бена Сильвермана было не так-то легко удивить. Он с 1995-го работал в престижном агентстве «Уильям Моррис» главой отдела международного развития. Проще говоря, его задачей было выцеплять успешные телешоу, выпущенные за рубежом, и «переупаковывать» их под американскую аудиторию.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Я путешествовал по миру в поисках самородков, которым можно дать новую жизнь в Америке. И нашел целую россыпь: от программы «Кто хочет стать миллионером?» до «Большого брата» и «Близких друзей».

В 2001-м Сильверман уволился из агентства «Уильям Моррис» и основал телепроизводственную компанию «Ревель». На то загадочное шоу он наткнулся как раз во время очередной рабочей поездки в Лондон.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Поначалу я даже не понял, комедия это или реалити-шоу, но довольно быстро разобрался. И я хохотал – а это со мной нечасто случается. Работая на телевидении, разучиваешься получать искреннее удовольствие от случайных сериалов. Реакции перестают быть такими живыми и непосредственными. Но тот отрывок… что бы это ни было, оно было остроумным. Просто блеск! Я включился в происходящее с пол-оборота. Чуть позже вернулась Генриетта. Я ей говорю: «Что это, черт возьми, за шоу такое? Как я мог не знать о нем? Это же моя, блин, работа!». А она такая: «Да оно только на днях вышло в эфир».

Этот однокамерный ситком в жанре мокьюментари действительно вышел буквально только что, и большинство лондонцев о нем пока ничего не слышали. Он назывался «Офис», а авторство принадлежало малоизвестному на тот момент комедийному дуэту Рики Джервейса и Стивена Мерчанта. В центре сюжета был захолустный филиал вымышленной бумажной компании «Уэрнэм Хогг». Джервейс играл менеджера среднего звена Дэвида Брента, самовлюбленного и надоедливого. Он называл себя «ненапряжным заводилой».

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Генриетта сказала, что с Рики можно познакомиться через Дэна Мейзера, который тогда тесно сотрудничал с Сашей Бароном Коэном. Не откладывая в долгий ящик, мы тем же вечером поужинали с Дэном. Я засыпал его вопросами об «Офисе», и в итоге он дал мне номер Рики.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: То есть, на то, чтобы раздобыть номер Рики Джервейса, тебе понадобилось меньше суток?

БЕН СИЛЬВЕРМАН: [Смеется] Ну, я давно в этом бизнесе!

Утром он первым делом набрал Рики.

РИКИ ДЖЕРВЕЙС (один из создателей «офиса»): Помню, я шел по одной из лондонских улиц – собирался встретиться с агентом – и тут зазвонил телефон. «Привет! Я Бен Сильверман. Мы не знакомы, но я хотел бы сделать американский ремейк “Офиса”». И я такой: «Оке-е-е-ей…».

БЕН СИЛЬВЕРМАН: А я ему: «Пересечемся? Я как раз в городе».

РИКИ ДЖЕРВЕЙС: Я нашел глазами ближайшую вывеску и сказал: «Я на Уордор-стрит, у “Старбакса”». Бен говорит: «Никуда не уходите, я буду через пятнадцать минут».

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Как человек, который много путешествует по миру, я терпеть не могу, когда меня помещают в рамки стереотипов. Но Рики, казалось, провоцировал меня. Типа: «А, ну раз ты американец, тебе это понравится».

СТИВЕН МЕРЧАНТ (ОДИН ИЗ СОЗДАТЕЛЕЙ «ОФИСА»): В голливудских фильмах иногда встречается такой персонаж – продюсер, который все время талдычит: «Мы сделаем из тебя звезду, детка». Бен выглядел точь-в-точь этот как клишированный продюсер. Но оно сработало!

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Мы проговорили два часа. [Мы с Рики] быстро поладили, потому что оба тащились от телевидения. Обсудили любимые ситкомы и фильмы, в том числе «Симпсонов» и «Квартиру» [фильм 1960 года с Джеком Леммоном]. Поболтали и о реалити-шоу – я ведь был первооткрывателем этого жанра в Америке.

СТИВЕН МЕРЧАНТ: А в Великобритании в то время выпускалась уйма программ, которые позже стали называться реалити-шоу. Яркие документальные передачи на повседневные темы. Особенно популярен был сериал о школе вождения.

«Школа вождения» выходила на телеканале «Би-би-си Один», премьера состоялась летом 1997-го. В съемках участвовали ученики автошколы из Бристоля и Южного Уэльса. Телезвезда Морин Риз приобрела свою известность именно благодаря «Школе вождения». В сериале она неоднократно заваливала экзамен на права.

СТИВЕН МЕРЧАНТ: Суть шоу сводилась к тому, чтобы показать, как несколько человек обучаются вождению. Популярность была сумасшедшая. Никогда прежде обычные люди не становились звездами экрана.

РИКИ ДЖЕРВЕЙC: Да, простые люди получали свои пятнадцать минут славы. Теперь популярность устроена иначе. Крутишься как белка в колесе и выжимаешь из своего проекта все, что можешь. Но в девяностые в этом было что-то трогательное.

СТИВЕН МЕРЧАНТ: Создавая «Офис», мы не раз вспоминали те шоу.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Английский «Офис» в каком-то смысле пародировал их. Из-за того, что в Британии существовала традиция подобных сериалов, Рики точно понимал, на что он создает карикатуру.

Я объяснил ему, что у нас такой формат еще не распространен. Поэтому нам еще нечего высмеивать. Мы должны четко понимать, на чем основаны образы персонажей и в чем источник юмора. Одной псевдодокументальной оптики недостаточно.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: Ты сказал ему что-то вроде: «Не желаете ли продать мне ваше шоу?».

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Не-а. Наш бизнес устроен по-другому. Это же не обувной магазин. Это звучит скорее так: «У вас потрясающий фильм. Не хотели бы вы адаптировать его для американской публики? Если вы не против, я могу помочь вам наладить процесс. Я неплохо знаком со спецификой индустрии. Какие детали вас интересуют? Насколько серьезно вы готовы включиться в работу?». Все-таки не зря мы уселись в том «Старбаксе», потому что Рики сказал: «О, кстати! Тут недалеко офис моего агента, можем зайти».

Еще до встречи с Рики Бен успел связаться с «Би-би-си» (Британской радиовещательной корпорацией). В конце концов, ему не впервой было вести переговоры с британцами по поводу выхода на американский рынок.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Конечно, тот факт, что у нас уже были связи в «Би-би-си», сыграл мне на руку.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: «Би-би-си» сильно сопротивлялись?

БЕН СИЛЬВЕРМАН: «Би-би-си» – замечательная организация, я их искренний фанат. Но еще они жуткие бюрократы. Они напоминали персонажей «Офиса», которых невозможно расшевелить и заставить дать делу ход. Их стиль и темп работы отличался от моего. Сейчас они стали куда более искушенными – но тогда пришлось многое разжевать и объяснить на пальцах, чтобы убедить их.

РИКИ ДЖЕРВЕЙС: Когда мы представили нашу версию «Офиса» [продюсеру «Би-би-си»] Джону Плауману, он сказал: «У меня вопрос. Этот ваш босс… он же чудовищный работник. Почему его до сих пор не уволили?». Я говорю: «А знаете что… может, прошвырнемся по студии ”Би-би-си»?”. Он расхохотался: «Ладно, я согласен!» [Смеется]

БЕН СИЛЬВЕРМАН: После этого начался трехмесячный процесс оформления авторских прав. Поначалу мы вели обсуждения с «Би-би-си» – до тех пор, пока Дункан [Хэйес, тогдашний агент Рики], не сообщил, что Рики права принадлежат в той же степени, что и «Би-би-си», и без участия обеих сторон ничего не получится. Поэтому для завершения сделки требовалось подтверждение и от Рики, и от Стивена Мерчанта. Ну, мы и сели за стол переговоров.

Проблема была в том, что Рики и Стивен все еще не были уверены в успехе американской адаптации.

РИКИ ДЖЕРВЕЙС: Я был наслышан о провалах подобных проектов – например, о кошмарном ремейке «Башен Фолти».

В Америке было предпринято целых три попытки воссоздать «Башни Фолти», шедевр Джона Клиза: ситком с Харви Корманом, отснятый в 1978-м, сериал с Би Артур в 1983-м, и, наконец, адаптация 1999-го года с Джоном Ларрокеттом. Все три провалились в рейтингах.

СТИВЕН МЕРЧАНТ: «Офис» был странноват даже для Великобритании. Сложно было поверить в то, что этот чудаковатый (и местами мрачноватый) ситком приживется на американском телевидении, где все призваны быть великолепными победителями.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Рики сказал, что история британского «Офиса» подходит к своему завершению.

В Великобритании как раз вышел в эфир второй сезон сериала. Это было осенью 2002-го. В сумме было выпущено всего двенадцать серий. Решение о закрытии «Офиса» принял именно Рики, не «Би-би-си».

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Я пообещал ему, что мы снимем в двадцать пять раз больше серий, чем они, и что эта работа будет ему очень дорога. Так и вышло.

Переговоры заняли несколько месяцев, но в итоге благословение было получено: и от Рики, и от Стивена, и от «Би-би-си». Как ему это удалось?

СТИВЕН МЕРЧАНТ: Бен Сильверман подобен мощной стихии. Такое ощущение, что перед деловой встречей он выпивает пятнадцать эспрессо кряду. Он исполнен неподдельного энтузиазма. Его страсть заразительна. Благодаря ему лед наконец тронулся.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: В нашем бизнесе без упорства и уверенности никуда. У меня было предчувствие насчет этого сериала. Я просто знал и все тут. То же чувство у меня возникло, когда я услышал название шоу «Кто хочет стать миллионером?». Мне даже смотреть его не нужно было. Точно так же было и с «Офисом» – понадобилось не больше пяти кадров, чтобы понять, что это новое слово в комедийном жанре. Глоток свежего воздуха. Потому я и был так настойчив.

«Прокладываем новый курс комедии!»

«Офис» обретает капитана

Итак, Бен был первооткрывателем «Офиса». Но проекту не хватало шоураннера – того, кто мог бы курировать процесс создания от и до. Было непросто представить идеального кандидата на эту должность – учитывая, что в те годы на телевидении не шло ничего, хоть отдаленно напоминающего «Офис».

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Сначала я попытался выяснить, чем сейчас занимается Ларри Дэвид. Он работал в жанре, наиболее близком к нашему. К тому же мы, возможно, могли бы предложить сотрудничество его команде. У нас состоялась встреча с Ларри Чарльзом, потом с Бобом Вайде, потом еще с кучей людей, которые вращались в тех же кругах, что и Ларри Дэвид. Грег Дэниелс тоже внушал мне большое уважение, хоть мы и не были знакомы лично.

ГРЕГ ДЭНИЕЛС (создатель американского «Офиса»): На тот момент я как раз находился в поиске новых проектов: только что завершился хитовый «Царь горы», которому я посвятил восемь замечательных лет. Это был мой первый опыт работы в качестве шоураннера. Теперь поступало множество предложений, и я часто ходил на любопытные собеседования. К примеру, на одном из них мы обсуждали ремейк «Маппет-шоу».

Незадолго до Рождества 2003-го мой агент Ари Эмануэль – тот самый Ари, который стал прототипом Ари Голда в «Красавцах» – передал мне видеокассету с записью британского «Офиса». Я его так и не посмотрел. Ари набрал меня после праздников и строго сказал: «Слушай, если ты не собираешься его смотреть, так и скажи – я тогда пришлю его кому-то другому». Я такой: «Ладно, остынь, я гляну сегодня вечером». В общем, я включил кассету в девять вечера, и пялился в экран до часу ночи, пока серии не закончились. Полный восторг! Я не мог понять, как это сделано. Казалось, там даже прописанного сценария не было. Только потрясающая импровизация и энергия жизни.

Личное дело

Грег Дэниелс

Должность: создатель/шоураннер американского «Офиса»

Место рождения: Манхэттен

Образование: Гарвард (история и литература, выпуск 1985)

Предыдущие места работы: один из создателей «Царя горы» (1997–2010) – реалистичного и жизненного мультсериала о техасском продавце пропана и его семье (сериал был тепло встречен критиками); сценарист сериалов «Для новостей это неважно» (1985–1987), «Субботним вечером в прямом эфире» (1987–1990), «Симпсоны» (1994–1995); трехкратный обладатель премии «Эмми» (до «Офиса») – за «Субботним вечером в прямом эфире», «Симпсонов» и «Царя горы»

После «Офиса»: «Парки и зоны отдыха» (один из создателей, а также исполнительный продюсер и сценарист, 2009–2020); «Загрузка» (создатель, режиссёр и исполнительный продюсер, 2020-н.в.), «Космические силы» (создатель, режиссёр и исполнительный продюсер, 2020-н.в.)

Результаты деятельности: около шестисот получасовых серий [на данный момент]

Управленческий стиль: умеет поддерживать командный дух, поощряет импровизацию и эксперименты на площадке

Особые навыки: может прочитать по памяти «Рыцарей, говорящих “ни!”» (скетч из «Монти Пайтона»)

Контакт для экстренных случаев: Конан О’Брайен, бывший соавтор по студенческому журналу «Гарвардский пасквилянт»

Тогда Грег набрал Ари, и тот связал его с Беном.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Мы с Грегом быстро породнились. Меня сразу покорила его одаренность, вдумчивость и тщательный подход к делу.

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Мы с Беном оба выросли в Нью-Йорке, в центре интеллектуальной жизни большого города.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: И мои родители, и родители Грега были блестящими интеллектуалами, и мы их очень уважали – а такое редко случается. Дети ведь обычно стремятся перегнать своих родителей.

Отец Грега руководил коммерческой радиосетью, а мать работала в Нью-Йоркской публичной библиотеке. Отец Бена – титулованный композитор, мать – актриса и программный директор.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Отец Грега теперь играет в бридж с лучшими друзьями моей мамы. С ума сойти.

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: В Бене есть энтузиазм и энергичность, которых мне недостает. Я не привык действовать без предварительного плана. А Бен подвижный как ртуть. Он зрит в корень. А еще у него дар собирать воедино множество разных кусочков и превращать их в цельную картину.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: В процессе создания сериала нам удалось переизобрести многие понятия, поэтому мы кое-что поняли об устройстве телевидения и о самой идее. Все, что мы делали, мы делали с любовью к телевидению – с той же любовью, с которой мы выросли.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: А тебя сильно волновало то, что до «Офиса» Грег работал в основном над анимационными проектами?

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Вообще не волновало. Создаваемые им типажи были взяты из жизни – они были доступны и узнаваемы, как и персонажи «Офиса». К тому же «Симпсоны» оказали большое влияние на Рики и Стивена. Так что здесь изначально прослеживалась крепкая взаимосвязь.

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Сериал «Симпсоны» послужил отличной тренировкой, но я бы многое в нем переделал. К команде сценаристов я присоединился в конце четвертого сезона. К этому моменту шоу стало более отвязным. «Царя горы» мне хотелось сделать сдержанным и правдоподобным. Вокруг в то время бешено плодились сериалы, пытавшиеся повторить успех «Симпсонов». А я ценил медлительность. Одной их моих целей при создании «Царя горы» было добиться такого замедленного темпа. Прямо как в первые секунды пилотной серии – четверо чуваков поочередно тянут «Мдааа», глядя на грузовик. В телекомпании «Фокс» все просто обалдели от такого расклада. Они только что выпустили «Критика» – сериал, который бомбардировал зрителя остротами. И тут мы со своим неторопливым «Царем горы», который либо взлетит, либо потерпит крах (и нас вышвырнут из киноиндустрии).

Краха не случилось. «Царь горы» получил одни из самых высоких рейтингов за всю историю «Фокса», а в 1999-м удостоился «Эмми» за лучшую анимационную программу. Но перед тем, как стать шоураннером «Офиса», Грегу нужно было заручиться одобрением Рики Джервейса и Стивена Мерчанта. Так что в феврале 2003-го Бен организовал общую встречу.

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Я хотел познакомиться с лучшими представителями индустрии, даже если в итоге нам не доведется поработать вместе. Мне было важно написать серию для «Сайнфелда», чтобы посотрудничать с Ларри Дэвидом и понять, что к чему. Рики и Стивен создали нечто потрясающее, и я хотел разгадать их секрет. Но даже предположить не мог, что есть хоть какая-то возможность получить эту работу и попасть на американское телевидение. Мне всего лишь хотелось с ними встретиться и поболтать о проекте.

Бен, Грег, Стивен и Рики собрались в одном из павильонов киностудии «Юниверсал».

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Во-первых, выяснилось, что они фанаты «Симпсонов». Во-вторых, любимым эпизодом Рики оказался «Гомер: плохой человек», написанный мной.

Серия вышла в 1994-м. В ней Гомера обвиняют в сексуальных домогательствах после того, как он отдирает от задницы няни прилипшую жвачку в форме Венеры Милосской.

ЛИЗА: Папа, я не понимаю – о чем это она?

ГОМЕР: Лиза, помнишь ту открытку, что дедушка прислал нам из Флориды? Там аллигатор кусает даму за попу.

БАРТ: Да! Вот умора!

ГОМЕР: Точно, нам это показалось смешным. Но оказывается, это было сексуальное домогательство со стороны аллигатора.

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: В общем, мы приятно провели время. Я рассказал им о своем видении сериала и о том, как, по моему мнению, его можно адаптировать. Я многое взял из опыта работы над «Царем горы»: реалистичным, размеренным, злободневным.

СТИВЕН МЕРЧАНТ: В Греге нас очаровало то, что он понимал: центром сериала, его бьющимся сердцем была любовная история (из тех, где все время гадаешь: будут они вместе или нет?).

РИКИ ДЖЕРВЕЙС: Мы встречались с уймой замечательных шоураннеров, многие из которых были причастны к созданию моих любимейших передач. И Грега мы выбрали не только из-за портфолио – у других оно было не менее впечатляющим – и не только потому, что он был славный парень. Мы выбрали его, потому что он был единственным, кто разглядел в нашем сериале прежде всего историю любви. А она была для меня очень важна.

СТИВЕН МЕРЧАНТ: Тут надо четко понимать, что хоть люди и начинали смотреть «Офис» ради Дэвида Брента/Майкла Скотта, удерживала их в итоге любовная интрига.

Однако Грег, в отличие от них, не был так уверен, что у него все получится.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Он так нервничал. Все время повторял: «Мне не превзойти британскую версию». Тогда как раз вышел сериал, над которым я работал, «Любовь на шестерых» – адаптация британского шоу в духе «Друзей». В итоге это выглядело как «Друзья», которых сначала адаптировали для Великобритании, а потом обратно для США. Сериал в Америке приняли холодно.

Премьера американской «Любви на шестерых» состоялась в сентябре 2003-го. В центре повествования – группа друзей за тридцать, живущих в Чикаго. Свет увидели всего четыре серии, после чего сериал закрыли. Даже Джефф Цукер, глава «Эн-би-си» публично признал, что шоу вышло «отстойным».

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Грег опасался, что в этот раз повторится то же самое.

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Я переживал, что изгажу это телевизионное сокровище. У меня бывали тревожные видения, где я предстаю перед чем-то вроде комедийного суда, и профессионалы вершат надо мной правосудие за ремейк «Офиса», утверждая, что я все испортил.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: Вау. И часто тебе снятся страшные сны перед началом нового проекта?

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Ну-у-у… В самом начале карьеры я работал на пару с Конаном О’Брайеном. У него была присказка: «Будешь накручивать – станешь вонючее». [Смеется] Он сразу понял, что я всегда сильно заморачиваюсь.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Я хотел, чтобы шоураннером стал именно Грег. А он вдруг струсил – забеспокоился, что ему предстоит адаптировать шоу, столь обласканное критиками. Я сказал: «В Америке сериал никто еще не видел. Он чересчур непонятный, чересчур специфический, и здесь он не получит признание широкой аудитории, если мы не переснимем его в более оптимистическом ключе. А для этого нам понадобится твой взгляд и твоя увлеченность».

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Бен умеет убеждать.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Еще я сказал ему, что в мире миллионы великих книг, которые то и дело адаптируют. Если бы ты оказался перед выбором: поработать над убогим куском дерьма или попытаться переработать роман, получивший Пулитцеровскую премию – что бы ты выбрал?

Что ж, шоураннера нашли. Благословение Джервейса и Мерчанта получили. Права на американскую адаптацию тоже. Оставалась только одна маленькая проблема.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Все, блин, плевать на хотели на нашу идею. После стольких усилий оказалось, что мы все это время носили воду в решете. Ни-че-го. Тупик.

Бен привлек все свои связи на телевидении, пытаясь пробудить в людях энтузиазм и предугадать, кто из них согласится предоставить площадку новаторскому телешоу, основанному на культовом британском сериале, о котором в Америке (пока что!) не слышали.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Я пришел к Лесли Мунвесу [исполнительный директор «Си-би-эс»]. Отказ. Гейл Берман [глава отдела развлекательных программ телекомпании «Фокс»] – отказала, стоило мне только рот открыть. Не поняла, в чем фишка. «Эйч-би-о» сообщили, что ремейк не входит в их планы (и никогда не будет входить). В «Шоутайм» сказали, что шоу не в их стиле. «Эйч-би-о», с их фирменным презрением к новичкам (мол, «мы слишком круты для тебя, приятель»), не пытались охватить ту огромную аудиторию, до которой я хотел достучаться. «Меньше народа – больше кислорода». Мое же внимание было сосредоточено на массовой культуре и на глубоком ее постижении. Мне необходим был размах. Вот что меня волновало – а не вопросы платных подписок.

Что касается телевизионных комедий начала 2000-х, у телекомпаний была годами отработанная формула, которая обеспечивала большие просмотры в прайм-тайм – а вместе с ними приносила кучу долларов, вырученных на показе рекламы. Весь секрет сводился к сериалу «Друзья».

БЕН СИЛЬВЕРМАН: «Друзья» и «Спасатели Малибу». То есть, фактически, «Друзья» и «Друзья в купальниках». Таков был телевизионный ландшафт в то время: прелестный и поверхностный.

ЭМИЛИ ВАН ДЕР ВЕРФ (штатный телекритик издания «Вокс»): Двухтысячные часто называют золотым веком телевидения, но этой репутацией они обязаны мрачным драмам – «Клану Сопрано», «Дедвуду», «Прослушке», «Щиту». Сюжеты этих сериалов были продуманными и зрелыми, а персонажи – неоднозначными. На комедию это не распространялось. Конечно, в то время отличные комедийные сериалы тоже попадались. «Все любят Рэймонда», например – превосходный. Или «Замедленное развитие» – сериал вышел в 2003-м и оказал сильное влияние на жанр. Но все-таки это десятилетие не назовешь эрой великих комедий.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: По телевизору тогда не показывали ни однокамерные комедии, ни псевдодокументалистику (кроме, может, «Рино 911!»). Так что понятно, почему мы получали отказы. Естественно, глава «Си-би-эс» забраковал наш проект. Не представляю, как «Офис» мог в то время выйти на «Си-би-эс». Честно говоря, мне кажется, ему бы там пришел конец.

Но Бен продолжал обзвоны, и наконец ему удалось заинтересовать одну телесеть. Вернее, одного человека.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Это был парень по имени Ник Грэд, сотрудник FX. Он уже видел сериал, и ему понравилось.

Ник связал их со своим боссом, Кевином Райли.

КЕВИН РЕЙЛИ (ОДИН ИЗ РУКОВОДИТЕЛЕЙ ТЕЛЕКАНАЛА): У Ника всегда было отличное чутье. Я всегда на него ориентировался. Типа: «Как думаешь, это крутая песня? Ага, понял. Я тоже так считаю». С «Офисом» как раз был тот случай, когда я вроде бы что-то слышал краем уха, и тут Ник такой: «Если у нас есть возможность заполучить “Офис”, мы не должны ее упустить!». Это шоу идеально подходило FX.

Личное дело

Кевин Райли

Должность: глава отдела развлекательных программ телеканала FX (2000–2003), глава «Прайм-тайм энтертейнмент» (2003), позже – глава отдела развлекательных программ в «Эн-би-си» (2004–2007)

Место рождения: Порт-Вашингтон, штат Нью-Йорк

Образование: Корнеллский университет (слышали о таком?) (коммуникации, выпуск 1984)

Предыдущие места работы: менеджер креативного отдела в «Эн-би-си»; глава телевизионного отдела в «Бриллштейн-Грей энтертейнмент»; участвовал в разработке таких шоу, как «Закон и порядок», «Новостное радио», «Журнал мод», «Клан Сопрано» и «Спасенные звонком»

После «Офиса»: контент-директор «Эйч-би-о Макс» (2018–2020), глава «Ти-эн-ти» и «Ти-би-эс», креативный директор «Тёрнер энтертейнмент» (2014–2020); глава отдела развлекательных программ телекомпании «Фокс» (2007–2012) и председатель правления там же (2012–2014)

Интересные факты: робот Кевин из «Спасенных звонком» был назван в его честь

Особые навыки: может провести собеседование, не сказав ни слова, в чем вы убедитесь, посмотрев серию «Возвращение» (третий сезон «Офиса»)

FX славился тем, что предоставлял эфирное время дерзким, экспериментальным шоу – на телеканале, к примеру, выходили «Щит», «Части тела» и «Спаси меня». «Офис» со своим нестандартным форматом и мрачноватой сентиментальностью вписывался отлично. Бен и Кевин встретились пару-тройку раз, обсудили перспективы. Стало окончательно ясно, что «Офис» наконец обрел американскую площадку. Но была одна загвоздка.

КЕВИН РАЙЛИ: Мой контракт с FX истекал. Я был в процессе переговоров, и судя по всему, мне предстояло возвращение на «Эн-би-си». Я сразу сообщил Бену, что хотел бы прихватить «Офис» с собой. И Бен, кажется, загорелся. Он учуял прекрасную возможность. «Офис» прекрасно вписался бы в программу FX, но Бен решил, что «Эн-би-си» куда лучше.

Итак, у Бена в арсенале была поддержка Кевина. Однако тогдашний руководитель «Эн-би-си» Джефф Цукер его энтузиазма не разделял.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Кевин заявил: «Даже если во всем здании ”Эн-би-си” не найдется никого, кто разделял бы мою любовь к ”Офису”, я все равно добьюсь одобрения вашей пилотной серии». Он даже не подозревал, что на тот момент был единственным покупателем. Единственным.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: Никто даже возможность такую не рассматривал?

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Нет! Все отмахнулись.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: И он не знал об этом?

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Понятия не имел.

Мы не удержались и поведали этот страшный секрет Кевину.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: В то время, когда вы с Беном вели переговоры по поводу «Офиса», ты был их единственным претендентом, ты в курсе?

КЕВИН РАЙЛИ: [Смеется] Я не удивлен. Бен давал мне понять, что шансы невысоки. «Думаю, я смогу договориться. По крайней мере, сделаю все возможное, приятель». Я знал, что любой другой чувак с телевидения в такой ситуации сразу сказал бы: «Ничего не выйдет». Так что было ясно, что покупателей немного.

Если бы Кевин Райли вовремя образумился и передумал, и отказал со словами: «Не могу брать на себя такие риски, извините», наша версия «Офиса», возможно, так никогда и не увидела бы свет. Но вместо этого…

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Кевин повторял: «Давайте же это сделаем!». Мне было ужасно приятно, что все так складывается. «Эн-би-си» регулярно выпускали умные комедии для взрослых. Им не было равных, когда дело касалось качественных телевизионных комедий. Мне нравилась и «Веселая компания», и «Семейные узы». Брэндон Тартикофф [бывший главой «Эн-би-си»], был моим наставником и образцом для подражания. Отчасти именно поэтому мне хотелось, чтобы «Офис» шел на «Эн-би-си». Я мечтал ощутить свою причастность к комедийной истории «Эн-би-си».

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: У меня идея восторга не вызвала. Когда я только вписался в проект, речь шла о двух вариантах: либо «Эйч-би-о», либо FX. Когда они после всех договоренностей вдруг переключились на «Эн-би-си», для меня это стало большой неожиданностью. Мой скепсис подпитывало еще и то, что на «Эн-би-си» все шоу были многокамерными. Их главным хитом был ситком «Уилл и Грейс», совершенно непохожий на «Офис».

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: Как же ты в итоге решился на это?

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Я убедил себя, что появление «Офиса» на таком телеканале, как «Эн-би-си», послужит благородной цели: возможно, нам удастся проложить новый курс комедии – в том направлении, которое больше отвечает моим пристрастиям.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: И даже если бы сериал с треском провалился, ты бы знал, что сделал все как надо?

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Ага. Даже если бы мне удалось всего лишь схематично набросать эту траекторию карандашом – для меня одно это уже было бы бесценно.

«Скрэээн-тон»

«Офис» в американском стиле

К лету 2003-го Бен и Грег официально стали одной командой. С «Эн-би-си» было заключено соглашение о пилотном эпизоде. Грегу пора было подумать о том, что же собой представляет вселенная «Офиса».

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Мне нравилось проводить аналогию с Маргарет Мид. Мид была культурным антропологом и сделала себе имя, написав книгу о диковинных ритуалах ухаживания и спаривания у жителей Самоанских островов.

В работе «Взросление на Самоа» (1928) Мид описывает особенности сексуального поведения юных женщин острова Тау.

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Насколько я знаю, спустя тридцать лет после Мид кто-то снова посетил этот остров, и островитяне такие: «А, та старушка? Помним-помним. Мы ей наговорили с три короба». Так или иначе, я чувствовал, что сериал должен носить несколько… антропологический характер. Офис ведь такое странное место со своими порядками и правилами, которое объединяет уйму непохожих друг на друга людей. Мне подумалось, что было бы занятно подойти к этому вопросу в некоторой степени антропологически.

РИКИ ДЖЕРВЕЙС: Я проработал в офисе десять лет, с 1989 по 1997-й. Этот реальный опыт оказал огромное влияние на сериал. Я знал, что такое оказаться в одном пространстве со случайными людьми и быть вынужденным ладить с ними. Дэвид Брент был чудовищем Франкенштейна, сшитым из персонажей, которых каждый встречает на своем пути: от учителей-чудаков, которые то и дело ставят себя в неловкое положение, до первого начальника, полного идиота. Все эти люди, которые ведут себя по-дурацки в ситуациях, требующих благоразумности.

Рики также стал свидетелем поднимающейся в корпоративной среде волны политкорректности.

РИКИ ДЖЕРВЕЙС: Люди зазубривали то, как следует разговаривать и поступать, но не вникали в суть. Парни вроде Дэвида Брента знали, что сексистом быть нельзя, потому что эйчару это не понравится. Так что они заливались соловьем, читали лекции о сексизме, расизме и мизогинии, но в глубине души не менялись. Они знали, что похабные шуточки сойдут им с рук в компании складских рабочих, которых корпоративная политкорректность не коснулась. В общем, Брент оказался между этими двумя мирами.

Звучит знакомо? Все потому, что образ Майкла Скотта, начальника компании «Дандер Миффлин», был создан по образу и подобию Дэвида Брента. У Бена были идеи, как связать Майкла и других знаковых персонажей американского телевидения воедино.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Майкл Скотт был одной из вариаций Арчи Банкера из ситкома «Все в семье». Своей неполиткорректностью он также напоминал Гомера Симпсона, только у нас это было помещено в контекст рабочей обстановки.

Место действия – офис… Было в этом что-то, что подпитывало американское тщеславие. Офисная жизнь была американским изобретением, и фильмы и сериалы, которые помогли Рики направить мысли в нужное русло, во многом были вдохновлены всем, из чего состояла Америка. Рабочее пространство банально и обыденно – я знал это не понаслышке, потому что сам в молодости работал секретарем и ассистентом в таких местах. Однако в них заключен и неочевидный драматический потенциал, который еще не нашел отражения в американском телевидении.

СТИВЕН МЕРЧАНТ: Я фанат американских комедий. Обожаю, например, «Веселую компанию». Персонажи этого сериала походили на своеобразную суррогатную семью – прямо как герои «Офиса».

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: Забавно, что ты упомянул этот сериал – я всегда считал, что если бы у американского телевидения было свое генеалогическое древо, то от «Веселой компании» к нашему шоу точно тянулась бы ниточка. Разница только в том, что в «Веселой компании» люди сами выбирали день за днем приходить в тот бар и общаться друг с другом, а в «Офисе» они были вынуждены находиться в одном помещении. Но в обоих случаях комедийный сюжет строился вокруг разношерстной группки людей и эволюции их отношений.

СТИВЕН МЕРЧАНТ: Сочиняя линию Тима [Джима в американской версии], мы часто ссылались на Норма из «Веселой компании». Норм погряз в рутине: он работал на какой-то невнятной бухгалтерской должности, которая ему не шибко нравилась. Но идти по жизни легко ему помогало специфическое чувство юмора. Мы определенно вдохновлялись его образом при создании Тима. Как вдохновлялись и Аланом Алдой в роли Бенджамина Пирса из сериала «МЭШ» (который мы также взяли за эталон). Пирс щеголял остроумием перед лицом войны. Обстоятельства другие, но суть та же: юмор как способ преодолеть жизненные трудности.

Бен и Грег приступили к созданию «Офиса»: теперь нужно было решить, что стоит заимствовать из британской версии, а что – придумать заново. Форма осталась: однокамерная псевдодокументалка в декорациях унылого офисного здания. Идеальный пейзаж тоже был найден: старый шахтерский городок Скрэнтон (штат Пенсильвания), чьи лучшие годы, видимо, давно миновали.

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Я хотел найти место недалеко от Нью-Йорка, при этом нечасто посещаемое ньюйоркцами. Блеклое, что ли. Северо-восточная часть США во многом напоминала мне Англию. Люди из этого региона, казалось, все время скрывают свои эмоции. Наверное, дело в погоде. Новеллист Джон О’Хара нередко выбирал Скрэнтон в качестве места действия для своих рассказов. Я составил длиннющий список городов, которые теоретически нам подходили: к примеру, Нашуа (штат Нью-Гэмпшир) и Йонкерс (штат Нью-Йорк). Но у Скрэнтона, помимо прочего, было еще и комическое название. Эта твердая «к»: Скрэээн-тон.

Однако, по словам Стивена Мерчанта, секрет успеха заключался не столько в уникальном сеттинге, сколько в особой меланхолической атмосфере, проникнутой духом горечи и светлой нежности одновременно.

СТИВЕН МЕРЧАНТ: В Великобритании семидесятых был безумно популярен ситком «Что сталось с удачливыми парнями?». Там в заставке играла песня, слова были примерно такие [поет]: «Что же стало со мной? / Что же стало с тобой? / Почему же нас прошлых словно смыло волной?». Короче, сериал об упущенных возможностях и загубленных мечтах. Так что в Британии это распространенная практика – а вот на американском телевидении, как мне кажется, совсем другие порядки. Взять хотя бы «Друзей» – они совсем из другого теста.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: [Поет] «Я буду рядом с тобой, а ты будешь рядом со мной».

СТИВЕН МЕРЧАНТ: В общем, я считал, что если уж они собрались переделывать «Офис», то самым разумным решением будет приглушить британский цинизм и угрюмость и плеснуть туда побольше энергичного американского оптимизма, при этом не теряя стержневого смысла шоу, его ДНК.

В конечном итоге Рики и Стивен позволили Грегу сесть за штурвал.

СТИВЕН МЕРЧАНТ: Опираясь на свои знания об истории американских адаптаций, я дал Рики здравый совет: предупредил, что все попытки оборачивались неудачей, стоило только в дело вмешаться британцам. Они являлись и начинали свое: «Ну вот, сделаем то же самое, только на американский манер». Но дело в том, что они, очевидно, не так уж много знали об Америке, и были недостаточно погружены в нюансы и тонкости американской культуры. Они настолько старательно копировали оригинал, что сил на прорывное, новаторское уже не хватало. Наш с Рики основной вклад состоял в том, что мы сразу сделали шаг назад и доверились Грегу, позволили ему самостоятельно разработать идею – вместо того, чтобы всюду совать свой нос.

То, что Бену и Грегу не пришлось сражаться с британскими коллегами, было настоящим подарком судьбы. Однако им все еще предстояло преодолеть сопротивление американцев.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Мы приходили и говорили что-то вроде: «В общем, идея такая…».

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Неприятный главный герой.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Однокамерный ситком, и в актерском составе – ни одного «ослепительного красавчика» с точки зрения консервативного телевизионного продюсера.

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Сам сериал нелепый и заторможенный…

БЕН СИЛЬВЕРМАН: И никакого закадрового смеха. И да, это псевдодокументалка. Знаю, документальные фильмы не особо популярны. А теперь представьте – это еще и фальшивый документальный фильм.

ГРЕГ ДЭНИЕЛС: Зрители должны все время помнить об этом.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: А еще камера в нашем сериале – полноценное действующее лицо.

Это был 2003-й. Прошло уже два года c тех пор, как Бен впервые увидел «Офис» в гостях у Генриетты. Напряжение росло.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Я думал о том, что рано или поздно сериал «Друзья» устареет. И тогда понадобится найти ему замену. В то время похожие передачи могли группировать по блокам. Например, был вечерний пятничный блок с четырьмя семейными телешоу. «Офис» в этом плане мог стать революционным. Британскую версию критики уже захвалили, а «Би-би-си Америка» даже приобрела права на показ. Так что ажиотаж вокруг сериала мало-помалу захватывал и США.

Но все это происходило в эпоху до стриминговых сервисов – ни «Нетфликса», ни «Хулу», ни «Ютьюба». И телеканал «Би-би-си Америка» смотрели далеко не все.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Я продвигал наш сериал по телефону. Буквально. Звонил знакомым, скидывал ссылку на сайт, показывал оригинал, рассказывал, как мы планируем его переосмыслить. Клялся, что это будет величайшее телешоу за всю историю Америки. Убеждал, что подобных комедий у нас сейчас днем с огнем не сыщешь. Я говорил, что «Офис» отсылает нас к классическим сериалам Нормана Лира – и мы можем повторить их успех. В конце концов, на «Друзьях» и «Спасателях Малибу» свет клином не сошелся, ведь так?

Его энтузиазм разделяли не все. Несмотря на то, что Кевин Райли дал зеленый свет пилотной серии, остальные руководители «Эн-би-си» продолжали сопротивляться.

КЕВИН РАЙЛИ: В телевидении эпохи пост-«Друзей» укоренился такой подход: «Само собой, должно быть смешно. Но ведь персонажи будут секси, да? Без этого никак!». Раньше тема сексуальности не имела никакого отношения к комедии, но постепенно стала ее неотъемлемой частью. Я пришел на «Эн-би-си» с мыслью о том, что «Офис» нам идеально подходит. А мне стали возражать: «Нам нужно не это, а очередной сериал про одинокую сексуальную девушку из Нью-Йорка, живущую с друзьями». И я такой: «Ну уж нет, ребят». Всем казалось, что надо продолжать делать что-то в духе рубрики «Обязательно к просмотру!» [5]. Иначе говоря, скатиться в клише. «Офис» был полной противоположностью.

Слишком многое в «Офисе» было чуждо верхнему эшелону «Эн-би-си». Им хотелось получить многокамерный ситком о привлекательных горожанах, справляющихся с мелкими житейскими неурядицами. Такое мы точно не могли предложить.

КЕВИН РАЙЛИ: Мне приходилось выслушивать мнения о том, что у большинства американцев документалки ассоциируются с чем-то некоммерческим, чем-то чересчур глубокомысленным. Мол, такой формат их отпугнет. А я слушаю и думаю: «Господи, да вы что, серьезно?». Некоторые из них были профессионалами своего дела, разрабатывали маркетинговые стратегии или что там еще. Но единственной моей мыслью было: «Что вы несете, черт возьми?».

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: Ты был уверен, что аудитория телеканала это оценит? Однокамерная псевдодокументалка без закадрового смеха… тогда это было в новинку.

КЕВИН РАЙЛИ: Да, но я с первой секунды был убежден, что у офисной комедии есть все шансы стать гвоздем телевизионной программы. Разумеется, тональность непривычная, поведение главного героя – тоже. Но в конечном счете шоу остается понятным и близким. Вряд ли ты во время просмотра «Офиса» будешь думать: «Что тут творится? Ничего не понимаю!».

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Такова индустрия развлечений. Понимаешь, это становится частью твоей жизни: каждые пару месяцев ты фактически играешь в лотерею. Но настоящая игра ведется на культурном поле. Продажи, создание имиджа, переговоры, сам процесс производства… к черту все это! Мнение публики – вот что, блин, реально важно. Таковы мои приоритеты. Остальное к делу не относится. Моя внутренняя шкала оценивания целиком обусловлена влиянием культуры.

Несмотря на недоверие команды «Эн-би-си» – всех, кроме Кевина Райли – заказ на пилотную серию был получен. А в январе 2004-го приходит новость. Британский «Офис» взял «Золотой глобус» в двух номинациях: «Лучшая комедия» и «Лучший комедийный актер» (Рики Джервейс). Но будет ли эн-би-сишный ремейк столь же успешен?

Некоторые критики готовы были заранее от него отмахнуться. Тим Гудман, один из авторов «Хроники Сан-Франциско», пророчествовал: «“Эн-би-си” покажет нам привлекательных двадцатилетних с Манхэттена, чудовищно переигрывающих под оглушительный аккомпанемент закадрового смеха». Да, мы сумели сильно продвинуться, несмотря на все эти неожиданные препятствия. Однако, как точно заметил Стив Карелл…

СТИВ КАРЕЛЛ («Майкл Скотт»): Мы висели на волоске.

… вся история «Офиса» в одном предложении! Как же так вышло, что наш ситком – казалось бы, обреченный на провал, если рассуждать здраво – в итоге стал культовым? Как такое количество «но» – бесславная история американских ремейков, шоураннер, сделавший себе имя на мультике, телесеть, чьей фишкой были бойкие комедии и точеные актерские профили – не помешало «Офису» стать… ну, тем самым «Офисом»?

2
«По-скрэнтонски горяч»
ПРОСЛУШИВАЕМ СИМПАТИЧНЫХ НЕУДАЧНИКОВ ИЗ «ДАНДЕР МИФФЛИН»

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Мне хотелось наконец-таки заняться делом. Лето 2003-го, проекту уже 18 месяцев, а мы все еще ни строчки из сценария не отсняли. В Великобритании популярность сериала растет день ото дня – его продлевают на второй сезон. Я сцапал Грега Дэниелса, заручился поддержкой Рики, Стивена и «Би-би-си». Я нашел заказчика, который перешел из одной телесети в другую, где нам сулили большие возможности. Теперь пора было отправляться в путь. Следующая остановка – кастинг.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: То еще испытание.

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Подбор актеров был ключевой составляющей шоу, я это знал наверняка. Основной критерий – подлинность (и не переборщить со смазливостью!). Тут у нас не было разногласий. Со стороны телеканала это был своего рода прыжок веры. Мы намеревались сделать кое-что экспериментальное.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: Признайся, кого вы там обсуждали на первом совещании по кастингу? Меня ведь, да?

БЕН СИЛЬВЕРМАН: Ну конечно, именно тебя. [Смеется] Я вот рассказываю эту историю и в очередной раз осознаю: никакой осмысленный результат не был бы возможен, если бы миллионы звеньев не соединились между собой.

Теперь, когда «Офис» стал неотъемлемой частью поп-культуры, трудно даже представить, что подходящие актеры нашлись не по мановению волшебной палочки. Путь к идеальной команде – такому ансамблю, при взгляде на который сразу понимаешь: «Да, он идеальный Дуайт, а эти – вылитые Джим и Пэм, никак иначе» – был долгим и весьма выматывающим.

До «Офиса» мы представляли собой всего лишь кучку актеров (плюс кучку поменьше – из людей других профессий), каждый из которых ожидал своего звездного часа.

ДЖЕННА ФИШЕР («Пэм Бисли»): Моя жизнь до «Офиса» … Ну, я была начинающей актрисой и переживала не лучшие времена. Ходила на всевозможные прослушивания – везде, где только можно. Как-то раз играла в пилотной серии ситкома «Растирая Чарли». Не шучу.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: Ты серьезно? [смеется]

ДЖЕННА ФИШЕР: В главной роли – Скотт Вульф.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: И что, тебе пришлось… растирать Скотта Вульфа?

ДЖЕННА ФИШЕР: Ага, ведь он и был Чарли. А я – массажисткой.

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: То есть, действие крутилось вокруг тебя?

ДЖЕННА ФИШЕР: Скорее вокруг Чарли. Я бы назвала пилот чуть иначе – «Чарли растирают», так точнее. Это был 2002-й. На тот момент мне уже год удавалось зарабатывать актерским трудом. В Лос-Анджелесе я жила больше семи лет, но обеспечивать себя исключительно за счет актерства у меня стало получаться только тогда. Наконец-то! А потом этот пилот не прошел отбор.

РЭЙН УИЛСОН («ДУАЙТ ШРУТ»): Жизнь до «Офиса»? Что ж, обратимся к далекому-далекому прошлому… до того, как попасть на телевидение, я около десяти лет занимался театром в Нью-Йорке. Проще говоря, я был театральным актером. В 1999-м приехал в Лос-Анджелес. В 2001-м (или в 2003-м, не помню точно) я переживал не лучшие времена: мыкался по рекламным кастингам, пробам на озвучку или на эпизодическую роль в сериале. Так я снялся в «Зачарованных», а также в «С.S.I.: Место преступления» и —

БРАЙАН БАУМГАРНТЕР: Я снимался в «С.S.I.»!

РЭЙН УИЛСОН: Тоже?

БРАЙАН БАУМГАРТНЕР: Ага, я играл фурри – парня, получающего сексуальное удовлетворение от переодевания в костюмы огромных животных.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Джоуи» – спин-офф сериала «Друзья», сосредоточенный на персонаже Джоуи Трибиани в исполнении Мэтта Леблана.

Вернуться

2

«Веселая компания» или «Чирс» – ситком 1980-х, повествующий о посетителях бара Cheers в Бостоне, штат Массачусетс.

Вернуться

3

«Сайнфелд» – популярный ситком 1990-х, созданный стенд-ап комиком Джерри Сайнфелдом и Ларри Дэвидом; сериал повествует о жизни четырех друзей и постоянных передрягах, в которые они попадают.

Вернуться

4

Saturday Night Live – комедийная передача на канале NBC, состоящая из скетчей с участием приглашенных звезд, а также нескольких (как правило двух) музыкальных номеров приглашенного артиста. Передача идет с 1975 года.

Вернуться

5

прим. переводчика: «Обязательно к просмотру!» (Must See TV) – знаменитый рекламный слоган «Эн-би-си». Телеканал изначально использовал его, чтобы продвигать комедии, выходившие в четверг в прайм-тайм (самое прибыльное время). Под этим слоганом выпускались, например, «Друзья», «Сайнфелд» и «Веселая компания».

Вернуться